ТЫ мой ASMR
- -
- 100%
- +
— Ну как? Полина или загадочная Женщина-Кошка не дали сомкнуть глаз?
Макс прикрыл короткий зевок чашкой эспрессо.
— Спал прекрасно.
Ложь прозвучала достаточно убедительно.
Алекс опустился в кресло напротив.
— А Полина?
— Отправил домой на такси. Она перебрала.
— Бывает.
— Бывает. Но мне не нравится, когда человек перестаёт чувствовать меру.
Алекс усмехнулся:
— Особенно если потом этот человек начинает висеть у тебя на шее?
Макс бросил на него холодный взгляд.
— Ты был там. Сам видел.
— Видел. Зато с ней всё предельно понятно. Никаких загадок, никаких скрытых смыслов.
Макс встал и подошёл к окну.
— Вчера понятность довольно быстро превратилась в навязчивость.
— Суров ты стал, Орловский.
Макс ничего не ответил.
Алекс выдержал паузу.
— Зато с Кошкой всё было иначе.
Макс медленно обернулся.
— Я видел вас вчера, — продолжил Алекс. — И, признаться, удивлён, что ты отпустил её одну.
По предплечью Макса прошла едва заметная колющая волна.
Раздражающе знакомая.
И совершенно некстати.
Он вернулся к столу.
— Номер у меня.
— Уже достижение. А продолжение вечера?
— Не было.
Алекс поднял брови.
— Серьёзно?
— Тебя это так поражает?
— После того как ты полвечера смотрел на неё так, будто остальные гости перестали существовать? Немного.
Макс усмехнулся.
— Она не из тех, кто выбирает короткий сценарий.
— Уже успел определить?
Макс задумался.
— В ней есть самообладание. Настоящее или очень качественно сыгранное — пока не решил.
— А лицо?
— Толком не видел. Цвет глаз тоже. В том свете невозможно было разобрать.
Он замолчал.
Перед внутренним взглядом снова возникли губы под чёрной маской.
— Зато голос…
Алекс мгновенно это заметил.
— Что — голос?
Макс нахмурился, будто сам был недоволен тем, что произнёс это вслух.
— Необычный.
— Ты сейчас серьёзно обсуждаешь со мной женский голос?
— Алекс.
— Всё-всё. Просто фиксирую исторический момент.
Макс проигнорировал его.
— Мы заключили соглашение.
— Какое ещё соглашение?
— Две недели инкогнито. Без имён, фотографий и попыток выяснить, кто скрывается по другую сторону. Потом либо снимаем маски, либо расходимся.
Алекс несколько секунд смотрел на него.
— Ты согласился?
— Как видишь.
— Добровольно?
— Не испытывай судьбу.
Алекс рассмеялся.
— Орловский, ты впервые в жизни вошёл в игру, где правила написал не ты.
— Временно.
— А-а. Вот теперь узнаю.
Он задумчиво покачал головой.
— Не боишься, что твоя Кошка окажется Далилой?
Макс приподнял бровь.
— А я похож на Самсона?
— Самсон, вероятно, тоже был высокого мнения о себе.
Макс усмехнулся:
— Закончили?
— Почти. Когда увидитесь снова?
— Когда решу.
— Конечно.
Алекс кивнул на лежащий экраном вниз телефон.
— А написал уже сейчас?
Макс медленно поднял на него глаза.
— Тебе жить надоело?
— Всё понял.
Он поднял руки, продолжая улыбаться.
Макс закрыл отчёт.
— Обсудили мою личную жизнь?
— С огромным сожалением.
— Тогда по делу.
Выражение его лица изменилось почти мгновенно.
— Конференц-зал. Все уже ждут. По слиянию есть несколько решений, которые нужно утвердить сегодня. Захвати зелёную папку.
Алекс поднялся и взял планшет.
— Да, босс.
У двери он остановился.
— Кстати, сегодня приезжает исследовательница из университета. По той экспериментальной программе.
— Прими её сам.
— Очень гостеприимно.
— Ты программу курировал — тебе и вводить её в курс дела. Покажи помещение, проверь оборудование. После совещания у меня ещё два звонка, к часу уеду.
— Понял.
Алекс уже открыл дверь, но снова обернулся:
— Ты хоть помнишь, что мы тестируем?
— Что-то успокаивающее.
— ASMR.
Макс тихо хмыкнул:
— До сих пор звучит как завуалированное БДСМ.
Алекс рассмеялся.
— Я всё-таки почитал. Шёпот, тембр, близкие звуки, разные сенсорные триггеры. У некоторых от этого мурашки по коже.
Макс замер буквально на полшага.
Мурашки.
Очень смешно.
— Вот только их мне сегодня и не хватало.
— Берегись. Вдруг тебя голосом поставят на колени.
Макс открыл дверь конференц-зала.
— Мечтай.
Разговоры внутри почти сразу стихли.
Он вошёл — привычно собранный, холодный и совершенно непохожий на мужчину, который пять минут назад отправил сообщение женщине, лица которой не видел.
— Добрый день, господа.
Макс занял место во главе стола.
— Начнём.
МИЛА
В приёмной президента NewFlow Милу Королёву встретила Елена Викторовна.
Статная женщина с безупречной осанкой, спокойным лицом и очень внимательным, умным взглядом.
В ней не было ничего от журнального образа эффектной секретарши при большом боссе. Совсем другой уровень.
Та сдержанная респектабельность, которую невозможно приобрести вместе с должностью. Только годами внутри большой системы, где цена ошибки иногда измеряется не выговором, а миллионами.
— Мила Дмитриевна?
— Да. Добрый день.
— Рада познакомиться. Сегодня вас примет Алексей Михайлович. Он освободится буквально через несколько минут.
Елена Викторовна открыла массивную дверь из тёмного дерева.
— Подождите, пожалуйста, здесь.
— Благодарю.
Сегодня Мила выглядела именно так, как собиралась выглядеть перед руководством международного холдинга.
Ни единого следа вчерашней Женщины-Кошки.
Глубокий тёмно-синий блейзер строгого кроя с винтажными золотыми пуговицами. Шёлковая блузка цвета плотного крема. Прямые брюки из тонкой шерсти. Минималистичные тёмные лоферы Loro Piana.
Никаких заметных логотипов.
Только посадка, ткань и качество.
Волосы были собраны в гладкий низкий хвост. Тонкая титановая оправа делала лицо строже, а тяжёлая винтажная булавка на лацкане добавляла ровно столько характера, чтобы образ не превратился в корпоративную униформу.
Смарт-люкс.
Уверенность без демонстрации цены.
Вчера в этом же городе она танцевала в маске Кошки и заключала безумное пари с незнакомцем.
Сегодня Мила Королёва пришла сюда как исследователь.
Холодная голова.
Чёткая задача.
Кандидатская.
Она вошла в просторный кабинет и остановилась.
Тишина.
Мягкий дневной свет.
Тёмное дерево, натуральный камень, кожа коньячного оттенка, строгая геометрия мебели.
Никакого кричащего офисного пафоса, который Мила почему-то ожидала увидеть в Сити.
Здесь всё было дорого.
И всё об этом молчало.
Она медленно прошла к панорамному окну.
И вдруг остановилась.
Запах.
Едва уловимый.
Горький бергамот.
Сухой табак.
Холодная кожа.
По затылку мгновенно пробежала тонкая волна мурашек.
Мила замерла.
Нет.
Не может быть.
Она чуть глубже вдохнула.
Тот же рисунок аромата.
Или очень похожий.
В памяти без разрешения вспыхнул полумрак.
Чёрная маска.
Тёплая ладонь.
Поцелуй.
Мила раздражённо одёрнула себя.
Просто похожий парфюм.
Москва переполнена мужчинами, покупающими дорогую селективную парфюмерию.
Совпадение.
Только сердце почему-то уже ускорилось.
— Прекрасно, — едва слышно пробормотала она. — Теперь я ещё и запахи галлюцинирую.
Мила отвернулась к окну.
За стеклом лежала мокрая Москва. Машины далеко внизу казались почти игрушечными, а соседние башни уходили верхними этажами в серую дымку.
На такой высоте Сити действительно ощущался отдельным городом.
Собственные скорости.
Собственные правила.
Собственная гравитация денег.
Мила ещё раз мысленно прокрутила программу проекта.
Сегодня её должен был принять Алексей Михайлович.
Судя по кабинету и по тому, как Елена Викторовна произнесла его имя, именно он и был тем самым главой NewFlow, о котором вскользь говорили подруги.
Кажется, имя называли другое.
Или ей уже мерещилось всё подряд после вчерашней ночи.
Неважно.
Ей нужно провести исследование, собрать материал и защитить кандидатскую.
В чужой корпоративной генеалогии она разберётся как-нибудь потом.
Мила прошла к зоне отдыха и опустилась в кожаное кресло.
Мила ещё раз просмотрела план исследования и отложила планшет.
Рядом лежал телефон. Она машинально коснулась экрана.
Одно непрочитанное сообщение.
Незнакомый номер.
Сердце тут же сделало совершенно непрофессиональный скачок.
Здравствуй, Кошка. Скажи честно: думала обо мне?
Мила перечитала сообщение.
Один раз.
Второй.
На губах сама собой появилась улыбка.
Волк не заставил себя ждать.
Разум подсказывал выдержать паузу.
Не отвечать сразу.
Пусть думает.
Пусть ждёт.
Пусть хотя бы час не понимает, насколько точно попал.
Отличный план.
Мила открыла клавиатуру.
Здравствуй. Думала.
Стерла.
Слишком просто.
Здравствуй. Возможно.
Снова стерла.
Слишком очевидная игра.
Она прикусила внутреннюю сторону губы.
А потом написала правду.
Здравствуй. Думала о тебе. Даже больше, чем следовало.
Несколько секунд смотрела на экран.
Это уже было опасно.
И именно поэтому нравилось.
Палец коснулся кнопки «Отправить».
В ту же секунду за её спиной раздался мужской голос:
— Простите. Не хотел вас напугать. Мила Дмитриевна?
Она едва заметно вздрогнула, спокойно заблокировала телефон и поднялась.
Перед ней стоял высокий мужчина с открытым, добродушным выражением лица. Волосы были убраны назад, аккуратная борода только подчёркивала расслабленную взрослую уверенность. Совсем не тот холодный корпоративный типаж, которого Мила ожидала увидеть во главе NewFlow.
Он улыбался совершенно естественно.
— Вы в порядке?
— Да, благодарю. Просто задумалась.
Мила протянула руку.
— Мила Королёва.
— Алексей Михайлович, — представился он, пожимая её ладонь. — Рад познакомиться.
— Взаимно.
Он собирался указать на кресло, но вдруг задержался.
— Простите за нескромность…
Мила вопросительно посмотрела на него.
— У вас потрясающий голос.
Она слегка улыбнулась.
— Спасибо.
— Очень глубокий тембр. Неожиданный.
— Голос — часть моей работы.
— Теперь понятно.
Алекс указал на кресло.
— Прошу.
Мила села.
Реакция была знакомой.
Люди часто воспринимали голос как нечто полностью данное от природы.
Как цвет глаз.
Рост.
Форму рук.
На самом деле за её профессиональным регистром стояли годы работы: дыхание, опора, артикуляция, темп, паузы, контроль выдоха.
Голос тоже можно было одеть.
Почти как тело.
А иногда — гораздо интимнее.
Алекс открыл планшет и начал рассказывать о структуре NewFlow, задачах университетского проекта и сотрудниках, согласившихся участвовать в исследовании.
Мила слушала внимательно, делая пометки.
Телефон уже лежал в сумке.
Но сознание всё равно помнило о только что отправленной фразе.
Думала о тебе. Даже больше, чем следовало.
Господи.
Она действительно это написала.
— …насколько я понял из бумаг, на первом этапе вам важнее сама сенсорная и автономная реакция, а не какая-то мифическая мгновенная производительность, — говорил Алекс. — Но научную формулировку вы потом поправите. Я туда не лезу.
— И правильно делаете, — улыбнулась Мила. — Мы фиксируем индивидуальный отклик, а не пытаемся за пятнадцать минут сделать из руководителя более эффективного руководителя.
— Уже спокойнее.
Он вдруг внимательнее посмотрел ей в лицо.
— Можно странный вопрос?
— Попробуйте.
— Линзы?
Мила не поняла.
— Простите?
— Глаза.
Алекс рассмеялся.
— Я сейчас прозвучал как человек, который совершенно забыл про деловые границы. Но цвет невероятный. Это линзы или свой?
Мила невольно улыбнулась.
— Свой.
— Тёмная бирюза?
— Скорее морская волна.
— Очень редкий оттенок.
— Наследство от прабабушки по материнской линии.
Алекс покачал головой.
— Забавно. У моего близкого друга тоже совершенно ненормальные глаза. Только у него синие — глубокий индиго. Тоже семейная история.
Мила поправила очки.
— Генетика любит сюрпризы.
— Это точно.
Алекс поднялся.
— Ну что? Покажу вам ваше рабочее место?
— С удовольствием.
Они вышли из кабинета.
У двери Мила на секунду задержалась.
И снова едва уловила этот запах.
Бергамот.
Табак.
Кожа.
По позвоночнику прошла короткая волна.
Нет.
Она решительно вышла в коридор.
Просто совпадение.
Панорамный лифт поднял их этажом выше.
Когда двери раскрылись, Мила невольно замедлила шаг.
Перед ней начинался настоящий зимний сад.
Высокие деревья под стеклянным куполом. Редкие тропические растения. Вода тонкой стеной стекала по тёмному камню. Огромные аквариумы давали мягкие движущиеся отблески на полу.
После холодной геометрии офисных этажей пространство казалось почти невозможным.
— Это всё для сотрудников? — спросила она.
— Частично. Здесь проводят неформальные встречи, иногда работают между совещаниями. Некоторые просто приходят посидеть десять минут без телефона.
Мила огляделась.
— Разумно.
— Я ожидал «расточительно».
— Одно другому не мешает.
Алекс рассмеялся.
— Вы мне уже нравитесь.
Мила снова посмотрела на пространство.
Умный ход.
Не просто игрушка для демонстрации богатства, а управляемая смена сенсорной среды: после стекла, экранов, искусственного света и переговорных — вода, растения, рассеянный свет.
Корпорация действительно улавливала тренды раньше, чем они становились массовыми.
В конце сада Алекс открыл тяжёлую дверь.
— А теперь ваше царство.
Мила вошла.
И остановилась.
— Вот это уже серьёзно.
Помещение было просторным и практически полностью акустически изолированным.
Панорамные окна закрывали автоматические светопоглощающие панели. Кабели были спрятаны, на стене находился сенсорный блок управления. Не слышалось даже привычного фонового гула вентиляции.
Мила прислушалась.
Тишина была почти физической.
Плотной.
— Хорошо? — спросил Алекс.
Она медленно улыбнулась.
— Очень.
Он коснулся панели на стене.
Освещение плавно снизилось.
Без щелчка.
Без звука реле.
Комната погрузилась в мягкий полумрак.
— Вентиляцию вынесли за акустический контур, — пояснил Алекс. — Фонтан из сада тоже не слышно.
Мила кивнула.
— Отлично.
Алекс повёл её дальше.
Рабочая зона исследователя была отделена акустической перегородкой с односторонним затемнённым стеклом.
Вот здесь Миле уже захотелось потрогать всё руками.
На столе стояли несколько конденсаторных микрофонов, аудиоинтерфейс, предусилители, профессиональные мониторы и главный инструмент — бинауральная микрофонная голова с анатомическими ушными раковинами.
Мила подошла ближе и провела взглядом по оборудованию.
— Вы действительно купили всё по спецификации.
— Мы умеем читать списки.
— Редкое корпоративное преимущество.
Алекс усмехнулся.
Рядом были аккуратно разложены предметы для триггеров: мягкие кисти, текстурные камни, деревянные пластины, стеклянные колбы, кинетический песок, тонкая бумага.
За перегородкой располагалась зона участников.
Глубокие кресла.
Профессиональные стереонаушники.
Индивидуальные боковые панели, которые одним нажатием создавали вокруг каждого человека визуальный кокон.
Мила проверила угол обзора.
Из своей рабочей зоны она прекрасно видела кресла.
Участники её — нет.
Идеально.
— Именно так и нужно, — произнесла она. — На первом этапе они не должны видеть человека, который создаёт стимул. Только слышать и фиксировать собственную реакцию.
— Полная анонимность?
— Максимально возможная. Иначе появится дополнительная переменная: внешность, мимика, ожидания от человека перед тобой.
Алекс кивнул.
— Звучит логично.
— Так и есть.
Он посмотрел на бинауральную голову.
— Странная штука.
— Зато полезная. Она помогает воспроизвести то, как звук приходит к человеческим ушам в пространстве. Если всё настроено правильно, в наушниках появляется ощущение, будто источник действительно находится рядом.
— То есть вы можете прошептать человеку почти в левое ухо, не находясь возле него?
— Именно.
Алекс посмотрел на неё.
— С вашим голосом это почти нечестно.
Мила спокойно улыбнулась:
— Наука вообще редко бывает справедливой.
— Запишу.
Она открыла планшет и проверила интерфейс.
Код участника.
Пульс.
HRV.
EDA.
Частота дыхания.
Без имени и должности.
Так, как она и просила.
Минимум предварительных установок.
Минимум статуса.
Только человек и его реакция.
— Завтра я буду здесь в десять, — сказала Мила. — В тринадцать первый пробный сеанс. Потом индивидуальные беседы и фиксация субъективных ощущений.
— Расписание будет автоматически приходить на ваш рабочий компьютер.
— В интерфейсе участников остаются только коды?
— Да. И те показатели, которые согласованы с университетом.
Мила удовлетворённо кивнула.
— Отлично.
Алекс достал визитку.
— Мой прямой номер. Если техника решит устроить бунт или потребуется что-то ещё — звоните.
Мила взяла карточку.
— Спасибо.
— Тогда до завтра.
— До завтра.
Он вышел.
Тяжёлая дверь мягко закрылась.
Тишина вернулась мгновенно.
Мила постояла несколько секунд, наслаждаясь ею, потом опустилась в кресло.
Сняла очки.
Закрыла глаза.
И тут же совершила ошибку.
В памяти возник вчерашний поцелуй.
Чужое дыхание.
Тёплые губы.
Пальцы у затылка.
И низкое «Привет» совсем рядом с ухом.
По коже медленно прошла волна.
Мила открыла глаза.
— Это уже становится неприлично.
В пустой комнате собственный голос прозвучал особенно близко.
Она достала телефон.
Под её сообщением стояло:
Прочитано.
И больше ничего.
Мила прищурилась.
Так.
Значит, решил выдержать паузу?
Хорошо.
Она медленно надела очки.
Уголки губ дрогнули.
— Думай, Волк.
Тишина поймала её шёпот и поглотила без остатка.
— Игра только начинается.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.