Боль (Dоктор)

Что-то пошло не так

– Куда ты меня привёл?

Взгляд девушки становится осознанным. Она начинает рассматривать комнату. Кухню, в которой сидит. Халат, который на ней.

– Кто ты?

Парень с коротким ирокезом, заварив чай, ставит перед ней кружку.

– Это чей халат? Ты меня мыл?

– Нет. Ты сама помылась. Халат моей мамы – помолчав, добавил, – Это мой дом.

Он сам отпивает чай и снимает с плиты сковородку с омлетом.

– Вы недавно не разговаривали со странным мужчиной? – спросил парень.

– Мы? – она посмотрела на парня и снова заплакала.

Спустя час, поев холодный омлет, она вышла на балкон и уселась на стул. Второй этаж, напротив деревья. Клёны. Солнце. Она сидела и смотрела. Парень вышел к ней на балкон только когда зашло солнце.

– У тебя можно переночевать? – спросила она.

– Хорошо, только ответь на один вопрос.

Она посмотрела на парня. Собрала волосы в хвост и сказала:

– Тот странный мужчина сказал, что, если любишь, остановись. Это он Владу сказал. Я рядом была. А потом он остановился.

Она замолчала.

– Странно, – продолжила она, – вроде как говорят надо выпить в таких случаях.. Но я не хочу алкоголь. У тебя хороший чай. Так кто ты? Ты даже имя не сказал ещё.

– Игорь меня зовут. Просто сейчас это не особо важно. По крайней мере, для меня. Тот мужик не отстанет от тебя, пока ты жива. И меня он видел. Значит, скоро мы встретимся.

– Чего? – на глазах у девушки снова начали появляться слёзы.

– Он – игрок. Манипулятор. Он играет с другими и его цель завершение игры с каждым, с кем он играет. Боль, которую он причиняет другим, помогает ему избавиться от своей боли. Он рвёт другие сердца, чтобы не разорвалось его собственное. Его разговоры подчиняют. Слышали о цыганках, гипнозе? Так вот это только цветочки. Раньше таких называли колдунами. Сейчас вообще никак не называют. Их якобы нет. Вот тебя, например, уже не должно было быть после того разговора с ним. Но ты жива. Выжила. И это очень странно. Что-то пошло не так.

– Хватит… Ты словно та цыганка, о которой говорил… Я не буду у тебя ночевать.

Она встаёт, отпихивает его с прохода и выходит с балкона.

– Где моя одежда?

– Вон, – парень показывает на стул, на котором лежат грязные её вещи.

Она хватает их и запирается в ванной.

А потом кричит.

Она вываливается из ванной.

– Что это!? – кричит она.

Девушка видит зеркало в прихожей, подбегает к нему, смотрит. Парень стоит сзади и тоже это видит. Он видит, что в зеркале, в её отражении, рот девушки заклеен плотным скотчем.

– Что это!? – Это уже был не крик, а скорее визг.

– Это его игра. Продолжение.

Девушка резко повернулась к парню.

– Он будет создавать вокруг тебя новый мир. Паутину. Ты либо станешь пауком, либо мухой. Всё зависит от того, как ты справишься со своей болью.

Он сказал это так, как продавец говорит цену покупателю. Совершенно обыденно. Он смотрел на неё не мигая. Девушка подошла к парню и резко ударила ему коленом в пах.

В Рай 2

– Здравствуйте. Владимир Николаевич?

– Да.

– Меня зовут Климкина Анастасия. Хотела бы узнать, довольны ли вы своим интернетом дома?

– Я доволен вами, Анастасия.

– Извините…

– Я очень рад, что вы мне позвонили.

– У вас всё так плохо с интернетом.

– Да нет, с ним то всё хорошо. Просто я очень рад вас слышать.

– ??? У меня есть к вам выгодное предложение, но я должна знать адрес вашего дома, чтобы посмотреть есть ли у нас там подключение.

– А мне нужно знать номер вашей карты и все остальные реквизиты. Вы не будете так любезны мне их сообщить?

– Что?

– Запись после нашего разговора будет не пригодна к прослушиванию, поэтому вам не зачем волноваться. К тому же, вы совершите доброе дело. А добрые дела никогда не остаются безнаказанными.

В трубке раздался тихий смешок.

– Анастасия, вы чудная девушка. Вас не зря любят и ценят в коллективе. Вы никогда не пройдёте мимо нуждающегося. Не то, что все остальные. Никто сейчас не обращает внимания на проблемы соседей. Само слово сосед уже превратилось в что-то неопределённое. Типа это тот, кого не знаешь. А вот вы не такая как они. Поэтому я и рад был, что вы мне сегодня позвонили. Вы просто спасёте меня, Анастасия. Продиктуйте, пожалуйста, цифры. Карта же ваша недалеко. Я уверен, вы ангел.

Переход

Город. Вечер. Уже стемнело и огни фонарей точками растянулись по всей улице.

Из подъезда выбежала девушка. Оглядевшись по сторонам, она быстро пошла к переходу через дорогу. Следом за ней выбегает парень с коротким ирокезом.

– Постой! – кричит он ей. Прихрамывая, он идёт за ней.

– Куда ты сейчас пойдёшь? – кричит он.

– Если ты сейчас просто уйдёшь, то это ничего не изменит. А я могу помочь! – кричит он.

Девушка спускается в подземный переход, парень идёт за ней.

– Ты можешь помочь другим, если мы сможем с этим разобраться! – кричит он.

Мимо проходят люди, оборачиваются на них.

– Отстань от меня! – кричит девушка.

– Тебе в больницу пора! – кричит она, не останавливаясь.

– Ты можешь умереть сама, а после умрут и другие! – кричит он ей, догоняя её.

Пустой подземный переход. Ругающаяся парочка.

– Если ты не отстанешь, я начну кричать! – кричит она.

– Если ты не послушаешь, люди будут продолжать умирать! Ты дура, что ли? – кричит он.

Они идут и идут всё. И тут она останавливается.

Он нагоняет её.

– Извини, – говорит он.

– Ты ключ к разгадке. Ты выжила после разговора с ним, а это…

– Подожди, – перебивает она его.

– Переход не должен быть таким длинным, – говорит она.

Парень оглянулся.

– И люди пропали, – говорит он. – А здесь всегда полно народу обычно.

Они пошли дальше по переходу до следующего поворота. А там продолжение перехода.

– Меня достала эта хрень…, – проговорила девушка.

Она резко развернулась и пошла назад. Парень молча пошёл за ней. Поворот за поворотом. Переход не заканчивался.

– Зачем ты пошёл за мной?! – прокричала девушка. – Кто ты какой вообще?! Что тебе от меня надо?!

У девушки начиналась истерика.

– И не говори мне ничего про того мужика! Отстань от меня! – слёзы текли по её лицу. Она села, облокотившись на стену перехода.

Парень достал телефон. Связь не ловила. Интернет тоже.

– Я сейчас, – сказал он, пошёл назад.

Через два поворота он увидел выход. На выходе стояли люди, но никто внутрь не шёл. Парень развернулся и пошёл к девушке.

– Вставай, я только что видел выход, мы видимо не дошли немного.

– Вставай – повторил он.

– Не трогай меня – выкрикнула девушка, но медленно стала подниматься.

Парень пошёл первым, следом за ним девушка.

Первый поворот, второй, третий, четвёртый. Переход не заканчивался.

– Я видел только что выход, – сказал парень.

– Это розыгрыш, – очнулась девушка. – Это всё чей-то розыгрыш. Кто тебя нанял? Блин, какой крутой розыгрыш.

– И то, что твой парень тоже розыгрыш? – он серьёзно посмотрел на неё.

– Да пошёл ты! – она резко развернулась и пошла обратно. В другую сторону. Парень не стал идти за ней. Теперь он сел на корточки, прислонившись спиной к стене перехода.

Через два поворота девушка вышла к выходу. Она сначала удивилась, затем медленно подошла к ступенькам. Жизнь сверху бурлила, несмотря на темноту. Она оглянулась назад, а потом стала подниматься наверх.

Этот переход был под дорогой в жилом квартале. Девушка поднимается по ступенькам наверх. Перед ней стоит высотный жилой дом. Поднимаясь, она смотрит на него. И тут с верхнего этажа выпрыгивает человек. Он падает в кусты перед домом. Метрах в двадцати от выхода из перехода. Крики людей. Паника. Свет фонарей. Свет из окон жилого дома. Люди подходят к окнам, смотрят вниз. Люди подбегают к кустам. У девушки шок. Она медленно начинает спускаться обратно в подземный переход.

Парень так и сидел на корточках в переходе. Девушка подошла к нему и присела рядом. Кроме них в переходе никого не было.

– Что происходит вокруг? – спросила девушка.

– Паук, – ответил парень. – Большой злой паук. И чем дальше, тем будет хуже.

Парень смотрит на лампочку в металлической защите, что напротив.

– У тебя есть какая-то защита. Ты можешь помочь.

– Шизофрения может быть заразной? – спросила девушка в сторону. – Или массовый психоз? Магнитные бури на Солнце? Или на Луне? Эпидемия? Паника?

– Шизофрения, – повторил парень. – Хорошее определение для всего этого

– Прекрати так разговаривать. Ты не можешь говорить нормально. Без всей этой много значимости. Как профессор какой-то… – девушка посмотрела себе под ноги.

– Там, наверху, – продолжила она, – из окна выпрыгнул человек. Или упал. Не знаю. Не важно, наверное. Важно, что этого человека больше нет. И ты сейчас скажешь, что это не совпадение. Так?

Парень посмотрел на рядом сидевшую девушку.

– У меня таким был отец. Он уничтожил вокруг себя много чего. Люди просто уезжали из деревни, где мы жили. А в километрах пятидесяти от нас в другой деревне такой была женщина. Когда умер отец, мне запретили к нему подходить. Во мне нет того, что было в отце, но я чувствую таких. Чувствую их запах. Когда отец умер, у нас в семье уже никого не было. Был только он и я. Он всех изжил. А меня не смог.

Лицо парня стало каменным. Тресни и оно расколется. Таким оно выглядело со стороны. Это немного отрезвило девушку. Она подсела поближе к нему. Её голова легла ему на плечо.

– Меня зовут Сабина. Что мы будем делать? – спросила девушка.

– Нам надо держаться вместе. Нам надо найти его, – сказал парень.

Тут из-за поворота выходит мужчина с пакетом в руках. Идет из магазина. Мужчина проходит, мельком глядит на них и идёт дальше. На другую сторону перехода.

Парень с девушкой, не сговариваясь, поднимаются и идут за мужчиной. Первый поворот, второй и выход. Вот он выход. Надо найти Доктора.

Неделя

Парк. Она шла вся сияя. Длинные пышные волосы плыли. Она спускалась под горку и в лицо ей бил прохладный ветерок. Парк был длинный, и, пройдя его целиком, она немного подустала. Перед выходом стояла лавочка. На ней сидел молодой человек.

– Здесь не занято? ))

– Мм. Не…

– Приятного)

– Спасип. сорри, если пахнет.

– Я не ем тут – народу многовато

– Неужели, стесняешься? Хэх, не все ли равно, что какие-то незнакомые люди могут увидеть?)))

– Не, ну не то, чтобы стесняюсь… Просто как-то есть – в кафе, в метро – перемещаться по мегаполису)

– Ммм, заводы – рабочим, пиво – мне)))

– Хэх)

– Лес – отдыхать, костер – прыгать, водка – валяться))

– )))

– Ну лан ешь, не отвлекаю)

– )

– Неее, не отстану)) У тебя шрамы на голове…подрался штоль?

– Ну, в некотором роде… можно и так сказать)

– Слушай, чем ты занимаешься? Доел? Колочку будешь? У меня есть)

– Давай, благодарю)

– Ну?

– Я – доктор

– А я – Наташа. Я унылое говно.

– Что-то как-то не уныло…)

– Хэх… Ну как получается…

– Кстати, вкусная кола. Где берёшь? А там ещё такая есть? Не, постой… куда ты?

– Я тороплюсь…

– Одноразовый разговор? Или всё-таки очень пахнет?

– Не зря у тебя шрамы на голове….

– Лечение людей не всегда дело безопасное…. Иногда люди не хотят вылечиваться. Иногда бояться. Лечение надламывает "повседневный образ жизни". А люди так привязаны к нему… Люди боятся, что он сломается… Люди привязаны к своим мыслям, словно собака цепью к конуре. Мысли рождают желания… Собака лает… Желания – действия… Собака роет землю истёртыми когтями… Действия – противодействия… Цепь стягивает горло рвущейся собаке… Противодействия напарываются на Свободу… Собака рвётся из-за всех сил… Волосы на шее давно уже истёрлись потрескавшимся засаленным ошейником.. Собака рвётся… Цепь то ослабевает, то вскакивает и натягивается… Она умеет держать удар. И не таких сдерживали… Лай Собаки…. Прыжки.. Рывок за рывком… Будка.. Цепь.. Собака.. Засаленный, потрескавшийся ошейник… Металлический замок давно уже истёр его плоть… Боли. Скрежет зубов… Зуд, заживающий раны… Заживёт ли она? … Рывки.. Лай… Задние лапы когтями врезаются во втоптанную землю…. Раз за разом… Он что с ума сошёл… Ааааааааааааа!!!!

Вгрызаясь до кости!

И в мясо чьи-то сны!

И верить в то, что правы…

В то, что правы только мы…

– Что-то ты разговорился. Сидел тихий такой....

– Я ж, Доктор…)

Через неделю. Кафе

Они сидят на мягких диванах. Дым от кальяна гуще. Выше. Он сидит вполоборота, в углу, ближе к стенке. Её голова у Него на плече.

Она:

– Когда Ты убьёшь меня, Ты покончишь с собой?

Он глубоко затягивается. Задерживает дыхание. Выдыхает. Дым медленно белым потоком поднимается в потолок. Он отдаёт Ей трубку.

Он:

– Когда я убью Тебя, я убью ещё пару человек. Убью тех, кто помешает мне… кто помешает мне убить себя..

Правой рукой Она теребит свою роскошную гриву.

Она:

– А, если я не умру…? Если Ты не сможешь меня убить…? Если Ты просто испугаешься…?

Он кидает лёд в опустевший стакан. Наливает виски из графина. Она головой утыкается в его щетинистый подбородок. Большим пальцем он крутит серебряное кольцо на среднем пальце правой руки.

Он:

– Если я испугаюсь, убей меня.

Она затягивается сильнее. Бульканье в кальяне всё громче. Она задерживает дыхание. Выпускает дым. Плотные клубы дыма обволакивают кальян, а затем плавно утекают в абажур.

Она:

– Я не смогу убить Тебя… Я… боюсь Тебя…

Она говорит это при очередном выдыхании дыма. Так, что голос немного изменился.

Делая глоток виски, Он говорит:

– Ты должна меня бояться.

Он говорит, постоянно отхлёбывая из стакана.

– Страх должен достигнуть такого предела, при котором ничего бы Тебе уже не позволило сохранить мою жизнь.

Он забирает у Неё кальян.

Он:

– Пока не будешь бояться меня так, Ты не уйдёшь…

– Приятного аппетита – сказал официант, поставив на стол карпаччо.

– Спасибо – сказала Она.

Приподнявшись, Она развернулась и уселась в противоположный угол. Теперь, Они смотрели друг другу в глаза.

Она:

– А, если я перестану Тебя бояться…?

Бурлит вода в кальяне. Дым всё выше. Вискаря меньше. Карпаччо уже холодное. Они сидят друг против друга. Медленная музыка сменяется на танцевальную. Её ноги на Его ногах. Глаза в глаза.

Он:

– Что Ты делала сегодня?

– Как прожила Ты этот день?

Официант приносит свиные медальоны.

Он:

– Можно ещё хлеб? Булочку…

Кальянщик меняет угли.

Она:

– Сегодня я поздравила бабушку с Днём Рождения. Ты же знаешь, что я её ненавижу…

Она отпивает ром с колой.

Она говорит:

– Ты знаешь, она не любит жизнь, потому что не умирает…

Официант принёс хлеб.

Он:

– Спасибо.

Они усаживаются поудобней.

– Приятного аппетита – говорят оба.

Она:

– А ещё я сегодня устроилась репетитором по французскому. В семью знакомых моих родителей.

Стейк-ножом Он разрезает мясо на маленькие кусочки.

Он:

– Вот падающие самолёты… Взрывы в переходах… Стихийные бедствия, уносящие сотни жизней… Если бы все эти сотни за неделю знали бы обо всём?

Нож врезается в мясо.

– Если бы они знали, что через неделю умрут?

– Что бы они сделали…?

Кусок свинины пропадает у него во рту.

– Если бы они точно знали, что через неделю умрут, стали бы они жить лучше?

Еда на обеих тарелках уменьшается.

– Перестали бы они курить, употреблять наркотики, пить?

Уменьшается содержимое в стаканах.

– Попросили бы они прощение у своих родителей?

Жёлтый перец с картофелем пропадает с тарелки вместе с мясом.

– Реализовали ли бы они свои идеи?

Вилки всё втыкаются в мясо.

– Полюбили ли бы они по-настоящему?

Он откидывается назад. Одним глотком допивает виски. Скалится, обнажая зубы.

– Или они сделали бы всё наоборот?

Играет музыка. Они сидят, откинувшись в разных углах дивана. Её ноги снова на Его ногах. Левой рукой Она причёсывает свои волосы. Правая сжимает трубку кальяна. Правая Его рука на Её коленях. В левой стакан виски. Её глаза в Его глазах. Тарелки пусты.

Она:

– Что будет завтра?

Глоток виски. Затяжка кальяна.

Он:

– А не всё ли равно?

Она:

– Так… Интересно…

Официант уносит тарелки.

Оба:

– Спасибо.

Она вешает трубку на кальян. Смотрит на Него.

Она:

– Всё.

Он допивает виски. Ставит стакан на стол. Смотрит на Неё.

Он:

– Всё.

Его глаза любуются Ею. Её глаза любуются Им. Он достаёт телефон.

Он:

– Надо Эльгару позвонить…

Она:

– Может на метро?

Он:

– Хочешь на метро?

Она корчит рожицу и кивает в знак согласия. Левая Её рука по-прежнему у неё в волосах. Правая Его рука по-прежнему у Неё на коленях.

Он проходящему официанту:

– Можно счёт?

Уже темно. Широкая улица. Поток машин по шоссе. Людей немного.

Они идут медленно. Он в кожаной куртке. Руки в карманах. Через плечо кожаная сумка. Она в коротком сером пальто. Её левая рука просунута через Его правую. Через плечо кожаная сумка.

Он:

– Похолодало…

Она:

– В метро сейчас мало народу…

С двух сторон Их обгоняет толпа шумных молодых людей, направляющихся к переходу.

Она:

– Их вот я не боюсь… Сейчас я, наверное, ничего не боюсь… И никого… Кроме тебя.

–Хотя пора бы уже и перестать…

Они спустились в метро. Прошли через турникеты. На эскалаторе Он встал на ступеньку ниже, повернувшись к Ней лицом.

Она:

– Ровно неделю назад я проснулась у Тебя дома.

– На соседней кровати…

Он:

– Как был кальян?

Его руки сжимали Её ноги. Глаза не могли оторваться от глаз. Тишина.

Сойдя с эскалатора, Они двинулись к платформе налево. Остановившись ближе к концу платформы, Она сказала:

– В тот день я сказала, что Ты, наверное, убьёшь меня.

– На что Ты ответил: «Проживи эту неделю хорошо»

Он:

– Ну, и как неделя?

Она повернула голову направо. Глаза вниз. Прямо. Повернулась к Нему, и кивнула. Её роскошная грива чуть слетает вниз. В туннеле показались фары электропоезда.

Платформа метрополитена. Людей немного. Где кучки. Где поодиночке.

Выехал поезд. Народ стоит. Народ ждёт.

Пока вдали кто-то не выталкивает девушку.

С платформы.

Под поезд.

Народ уже не стоит. И не ждёт ничего. Поезд поедет не скоро…

Противостояние

Большой грузовой лифт. Шум его мотора. Он едет вниз. Полумрак. В лифте едут человек двадцать. В основном взрослые мужчины и женщины. Лифт медленно опускается на этаж. Через решётки лифта появляется коридор. А в коридоре стоят куча молодчиков в балаклавах и с палками в руках. У кого арматура, у кого открученные ножки от табуреток. Тишина. Игорь с Сабиной стоят у противоположного выхода.

– Они заблокировали выход, – говорит Сабина.

Игорь смотрит на ручку решётки рядом с ними. За ней тоже коридор. Лифт медленно опускается. Скоро он остановится и уже можно будет открыть решётки внутрь. Народ внутри лифта начинает отходить подальше от выхода, где стоят молодчики. Две решётки соединены лишь крючком изнутри. Снаружи можно просунуть руку и открыть этот крючок. Прутья позволяют. Это знают и те, кто внутри лифта и те, кто снаружи. Все они сейчас смотрят на этот крючок и ждут, когда остановится лифт.

И те, кто внутри, и те, кто снаружи.

Лифт очень медленно движется вниз. Время зависло.

За пару секунд до остановки лифта два мужика изнутри бросились к решётке, за которой стояли молодчики.

– Выходите с другой стороны! – крикнул один из мужиков. И они оба схватились за решётку и крючок, чтобы не дать открыть

И начался хаос. Крики, вопли.

Крики мужиков внутри лифта.

Крики молодчиков снаружи лифта.

Вопли женщин внутри.

Били решётку. Били людей.

Игорь открыл противоположную решётку и бросился бежать с Сабиной по коридору. За ним бежали остальные люди. Сзади раздавались безумные крики. Впереди показалась лестница наверх.

Что это?

Как так получилось?

В этот же день, но раньше.

Боль в голове не проходила после той встречи с Доктором. Ни у Игоря, ни у Сабины. Боль мешала во всём. Да ещё и болела волнами.

Сабина представляла эквалайзер: шкалой измерялась степень боли. То низкая, то высокая. Но постоянная. Засыпала она как в бреду. Она осталась пока у Игоря. Двухкомнатная квартира. Два человека. На двоих одна боль.

Игорь же попытался не обращать внимания на боль. Он догадывался о причине её возникновения и пытался мысленно отстраниться от неё.

Это не моя боль. И неё. Это его боль.

Когда боль усилилась, он вышел на балкон. Сквозь деревья можно было видеть вдалеке дорогу. А на дороге стоял Доктор. И он смотрел на Игоря.

Флешбек. Так уже было.

Боль засверлила в висках у Игоря.

А может быть это не боль, а страх?

Сколько нужно страха, чтобы стало больно?

– Подходи, – сказал Игорь.

– Я чувствую твою боль, но что ещё ты мне можешь предложить? – спросил Игорь.

– Щи с капустой и молочную пенку, – проговорило в голове у Игоря.

Боль в голове на время угасла, отчего Игорь удивился. А потом резко в глазах стало темно. Игорь поморгал, но темнота не проходила. Он знал, что рядом стоит стул, нащупал его рукой и присел.

– Пенка – на твои глаза. Щи – в твой рот – проговорило в голове у Игоря.

Вкус щей сразу же заполнил рот Игоря, а в горле что-то встало поперёк, словно проглотил этих щей слишком много.

И тут пришёл страх. Игорь не ожидал этого.

Паника.

Противный запах гнили. С каждым вздохом запах становился резче.

Паника.

Игорь встаёт на колени и пытается выползти с балкона.

Паника.

Он вползает в комнату и ползёт на кухню. Сабины нет сейчас дома. Она ушла в магазин.

Он открывает шкаф на кухне, берёт кружку, наливает воду и пьёт. Комок в горле не проходит.

Он пьёт ещё. Ничего не меняется. Он выпивает третью кружку. Всё бес толку. И тут он кричит. Кричит так, словно выдавливает из себя всё: боль, запах, комок в горле, темноту.

А потом он берёт нож и режет себе палец. И только после этого всё прошло. Теперь болел только палец. Его собственная боль вытеснила чужую. Он вспомнил свою мать. Она умерла за год до смерти отца.

Отец подвёл её к смерти, так думал Игорь.

Я подвёл к смерти отца, так думал Игорь.

Кто подведёт меня?

Из пальца текла кровь. Он взял его в рот.

– Твоей крови мало, чтобы прекратить мою боль, – раздалась в голове у Игоря.

Облизав рану, Игорь рвёт кусок бумажного полотенца. Он заматывает палец и выходит на балкон. На дороге никого нет.

– Твоя боль скоро пройдёт, Доктор, – говорит Игорь.

Он резко зажмуривается, потому что в его виски словно вогнали по два гвоздя, но это был всего лишь миг. Боль исчезла через мгновение.

– Твоя боль пройдёт менее чем через неделю. Ты только не уходи далеко, – говорит Игорь с балкона.

А когда моя боль пройдёт? – кричит ему сосед сверху. Мужик перевесился через балкон и с улыбкой смотрит на парня. В руках зажжённая сигарета. Игорь уходит с балкона.

Магазин. Игорь находит Сабину и спрашивает, где сегодня проходят митинги, о которых говорили утром в новостях?

– Пошли, – говорит ей Игорь, и они едут туда.

– Там будет он, – говорит Игорь Сабине.

–Там будет жесть, но ….

– Что ты собираешься с ним сделать? – спрашивает Сабина – Что ты вообще собрался делать? Давай лучше уедем.