- -
- 100%
- +
– Позвольте вас сопроводить?
– Оу, спасибо, – Аня, едва касаясь, примостила свою ладонь. А меня через рукав пальто ошпарило. – Так как же вы оказались в Париже, Олег? По делам или личный интерес какой-то?
– Мы вроде как на ты перешли. Или это только на льду?
Вечерний Париж подмигивал нам огнями.
Охренеть. Самый романтичный по версии всех СМИ город мира. И я иду в сумерках под руку со своей первой любовью.
Только она меня не помнит.
Может, все же стоило сказать?
А если обидится? Взбрыкнет и уйдет прямо тут же. Ни тебе чаю. Ни беседы.
И где-то внутри я понимал, что не хочу. Не хочу, чтобы вот так все кончилось. Отпускать так быстро не хочу.
– По делам. Я, если честно, не очень этот город люблю. Витрина у него престижная, как бутики, а реальное лицо… очень контрастное. Но бизнес есть бизнес.
Мы подошли к одному из кафе. У входа на подставке вроде пюпитра красовалось меню.
– Так… кофе такой, кофе сякой, вино, пиво…. Чай есть. Облепихи нет. Пошли дальше счастья искать, значит.
Мы свернули за угол. Здесь начинался широкий проспект. Впереди зазывно мигали огнями окон ещё несколько общепитов.
– А ты на шоппинг? Говорят весной сезон.
Ляпнул сначала, потом снова поморщился и признался:
– Если честно, понятия не имею, когда тут сезон шоппингов. И не тут тоже.
Аня рассмеялась.
Ее смех, девичий, как будто совсем не изменился. Аня да. Голос немного. А смех нет. Все такой же мягкий и заразительный. Мне захотелось улыбнуться ей, но…
Но мне нельзя.
– Скажу страшный секрет! – Она округлила глаза, оглянулась, встала на носочки и прошептала мне на ухо, – я тоже не знаю, когда здесь сезон шоппинга! Я здесь по дурости и наивности, – она нахмурилась. – Хотела мужу сюрприз сделать, вышло не очень.
А у меня волосы дыбом на загривке от этого шёпота.
И не только на загривке, кстати.
Слава Богу, что каменная рожа. Хоть тут кстати. Или наоборот не очень?
Я прочистил горло, удивляясь сам себе и своим реакциям. Ну подумаешь девушка на ухо “секрет” прошептала…
Тебе что шестнадцать, Олег Николаевич? Ты ж взрослый мужик.
И Аня уже не имеет над тобой прежней власти.
Отомри.
– Сюрпризы такая штука. Не всегда к месту…
Значит, напортачил Воронцов. Проштрафился?
Как будто в первый раз. Он на сборах кого только не катал на своем коне. Пока Аня на других сборах лутцы крутила.
Вряд ли что изменилось. Разве что скрывать стал хуже, видимо.
Что ты в нем нашла, Ань?
Вот что вам бабам надо?
Кошелька?
Правильно, у меня тогда не было. А теперь есть.
Ты что же тоже такая?
Ты ж не такая, Аня?
Я знал, что будет дальше. Воронцов придет с повинной. Полебезит чуток, подарками завалит и она простит. И поверит, что это “все не то, что ты подумала”.
– Смотри-ка, тут обещают облепиху. Зайдём?
Я взялся за кованую ручку и открыл двери, пропуская Аню вперёд.
– Здравствуйте, нам столик на двоих, поближе к окну, если есть. – На французском я не говорил, а на английском вполне неплохо. Парень на ресепшене приветливо кивнул, жестом приглашая пройти.
Я встал у Ани за спиной:
– Позволь твое пальто?
– Ну-у, я по себе судила. – Она повела плечами, освобождаясь от теплого кашемира. – Мне нравятся сюрпризы. Тем более… – Аня не договорила, только раздосадован, но мотнула головой – …проехали.
Я повесил ее пальто на плечики, рядом примостил свое. Странно смотрятся друг с другом.
В раздевалке они с Воронцовым всегда на один крючок куртки вешали…
Я отодвинул Ане стул, потом сел сам.
Значит, любишь сюрпризы, Аня?
А глаза опять на мокром месте. Видно, сильно проштрафился козлина муж.
Официант принес нам меню, первой подал даме.
– Так что, надолго в Париже? Где кататься научился? – Аня снова прищурилась, с подозрением меня изучая. А меня аж в жар от ее взгляда. Как будто годами женщины не видел. – Все же очень знакомое лицо. Мы точно раньше не встречались нигде?
Скажи ей, Зимин. Самое время признаться. Чего кота за яйца тянуть.
– Занимался хоккеем в юности. Бросил.
Глава 5
Официант подал меню, и я благодарно улыбнулась, пытаясь скрыть дрожь в руках. Я даже задумываться не хотела, почему так легко согласилась на кофе с незнакомцем. Может, потому что мне больше некуда идти? Или вот это ощущение близости? Я прищурилась, изучая его лицо. Что-то в нем казалось до боли знакомым. Словно воспоминание, которое никак не могло оформиться в четкую картинку.
– Даже так? Хоккей… Мой муж тоже играл. И тоже бросил. Какое совпадение… – Вдруг захотелось рассказать ему все. Выплеснуть каждую каплю боли, которая жгла изнутри. Но что может быть нелепее, чем рыдать перед незнакомцем в парижском кафе? Мы ж не в кино, в самом деле. – Из какого вы города? Где занимались? – спросила, наблюдая, как его пальцы легко барабанят по столу. Без кольца. Почему я это заметила?
Может ли быть такое, что он знает Мишу? А я тут перед ним готова душу вывернуть…
– В Самаре, Аня, – и смотрит мне в глаза своим внимательным взглядом. Нечитаемым. Ни улыбки, ни ужимки. Железный человек. – На Куйбышева.
Куйбышева… Ледовый дворец на Куйбышева. Единственное место в Самаре, где я проводила каждый день своей юности.
– Да ладно?! – Перед глазами пронеслись картинки: я, четырнадцатилетняя, с тугим пучком волос, зашнуровываю коньки. Раннее утро, еще темно. Дыхание обжигает горло. Сперва меня водила мама, потом уже сама ездила, а потом Мишка… Фигуристы. Хоккеисты. Тренировка за тренировкой.
– Ты… – я всматривалась в его лицо, пытаясь разглядеть в этом взрослом мужчине мальчишку, которого могла знать. – Ты тренировался там? А Мишу? Воронцова? Помнишь такого?
– Помню, Аня, – он чуть сощурил глаза. Единственная эмоция на твердом лице за все это время. – Ждал, когда ты меня вспомнишь.
Он сделал паузу. Не дождался, видно, узнавания и… усмехнулся. Аккуратно так. Натренированно, уголком губ. Лицо его странно скривилось. Олег как будто опомнился и снова превратился в маску.
– Я звал тебя на свидание. Покататься перед новым годом на городской елке. Ты отказала. Сказала у тебя Воронцов.
Я смотрела на его лицо, и внезапно что-то щелкнуло в памяти. Высокий мальчишка с серьезным взглядом. Всегда один. Всегда в стороне от шумной компании хоккеистов. Я даже не помнила, как его звали тогда.
Горячая волна стыда прокатилась по телу. Я ведь даже не посмотрела на него толком, настолько была увлечена ярким, шумным и говорливым Мишкой.
У меня Воронцов.
Как будто это объясняло все. Как будто это было оправданием.
– Боже, – я закрыла лицо руками. – Прости. Я была такой…
– Влюбленной, – закончил он за меня. – Ты была влюбленной девочкой, Аня. В этом нет преступления.
Я подняла глаза. Он смотрел на меня с теплом. Не с обидой, не с укором. С каким-то странным пониманием.
– Дурой была, – вырвалось у меня. – Слепой, наивной дурой. Не только тогда. Все эти годы.
Я отвернулась к окну, но вместо парижских улиц видела только отражение собственного лица. Лицо женщины, которая много лет смотрела не туда. Которая выбрала не того человека и убедила себя, что это счастье.
А потом вдруг почувствовала, что мою руку накрыла теплая ладонь.
– Самое обидное…, – продолжила я, не в силах остановиться, как будто вот это признание, этот привет из прошлого стал внезапно ключом к запертому осознанию, обличая в слова то, что давно хранилось внутри меня, за семью замками. – Я ведь всегда знала, что он такой. Уже тогда, в Самаре. Все девчонки шептались о нем. О том, как он встречается с гимнастками на выездных. Или девочками из сольных программ. А я… я думала, что со мной будет иначе. Что я – особенная. Чемпионка области по самообману. Все эти годы я убеждала себя, что наш брак – это что-то настоящее. А сегодня… сегодня я просто зашла в номер не вовремя.
Олег молчал, позволяя мне говорить. И, странное дело, в этом молчании было больше понимания, чем в любых словах утешения. И его ладонь лежала на моей. Неподвижно. Но придавала сил.
– Самое интересное, я даже не удивилась. Где-то глубоко внутри всегда знала, что это произойдет. Не хотела признавать, что потратила столько лет на человека, который никогда не был тем, за кого я его принимала.
Я снова взглянула на Олега.
– А ты? Как сложилась жизнь мальчишки, получившего от ворот поворот от глупой девчонки?
– В основную меня так и не взяли. – Он пожал плечами и рука на моей руке чуть шевельнулось от этого. Олег бросил на наши ладони какой-то напряжённый взгляд, но руки не убрал. – Я ушел из спорта, уехал в другой город, отучился. Работаю в околоспортивной сфере.
И замолчал. Снова скосил взгляд на наши руки. Убрал свою ладонь. Па пальцам прокатилась прохлада.
Я только сейчас заметила, что к нам шел официант. Олег сделал за нас заказ. Воспитанный, галантный.
Дождался, когда официант ушел и снова встретился со мной взглядом.
– Развелся два года назад. Если ты об этом спрашивала.
Мое сердце пропустило удар. Не знаю, почему это так взволновало. Может быть, из-за того, как деликатно, но прямо он это произнес. Без горечи, без драмы. Просто факт.
– Почему? – вопрос сорвался с губ сам собой. И тут же я прикусила язык. – Прости. Не стоило спрашивать о таком.
– Жена хотела детей, но не получалось. И с каждым годом это становилось все большей проблемой. А потом она встретила другого. У них теперь сын. Восемь месяцев.
– А у тебя? – спросил он. – Дети есть?
Я покачала головой.
– Нет. Миша всегда говорил «успеем еще». Сначала карьера, потом путешествия, потом ремонт в новой квартире, потом в доме. Всегда находилась причина отложить. А я… просто ждала.
Я вдруг поняла, что снова заговорила о муже. Бывшем муже? Странно было осознавать, что за один день вся моя жизнь перевернулась с ног на голову.
– Жалеешь? – спросил Олег тихо.
– О чем именно? О том, что нет детей? Или о том, что вышла за него?
Глава 5.1
– И о том, и о другом, – что-то было в его внимательном взгляде. Что-то, чего я не могла прочесть.
– Да нет. Отношения с Мишей сделали меня той, кто я есть. Со всеми ошибками, разочарованиями… и, может быть, с новой мудростью. Не уверена, что должна жалеть об этом. Просто дурочкой была. Это как факт больше… А… у тебя сейчас кто-то есть? – вопрос прозвучал тише, чем я хотела спросить. С чего бы?
Он смотрел на меня пару секунд молча. Потом буднично сообщил, что никого.
Нам как раз принесли напитки.
Очень кстати. Будет, чем занять руки. Я потянулась к чайничку, но Олег меня остановил:
– Позволь мне, Аня.
Он взял салфетку, подложил под носик, только потом снял чайник с подставки и стал наливать мне в чашку.
Салфетка поймала убежавшие капельки и скатерть на столе осталась чистой. Олег аккуратно вернул чайник на поднос и пододвинул себе свой кофе. Черный, в маленькой кружечке.
– Я могу для тебя что-то сделать? Чтобы скрасить этот день?
Прозвучало неожиданно.
С чего бы ему?
– Показать Париж, например? – не получив ответа предложил он. – Не могу сказать, что я здесь все знаю. Но я здесь не первый раз, а ты да.
Надо же. Внимательно, выходит, меня слушал. Запомнил.
Вечерний Париж манил огнями, но мне было совсем не до красот. Перед глазами все еще стояла картина: Михаил и его секретарша. Все, чего хотелось – быть подальше от них.
– Спасибо, – я сделала глоток горячего чая, собираясь с мыслями. – Но смысла оставаться дольше, чем на сутки у меня нет. Завтра попытаюсь поменять билеты и улететь домой.
Его лицо изменилось. Что-то похожее на разочарование мелькнуло в глазах, но он быстро вернул взгляду спокойную четкость.
– Так быстро?
Кивнула, сжимая чашку обеими руками, как будто ища в ней тепло.
– Воронцов здесь по делу. Пока будет занят сделкой, планирую собрать вещи и выехать. Благо остались мои личные апартаменты. – Я усмехнулась. – Настояла, чтоб не продавали, когда переезжали в дом. Теперь понимаю, что это было единственным моим разумным решением за последние годы.
Я сделала еще один глоток чая, чувствуя, как жидкость согревает горло. Странно, но паники, которая сковывала меня еще час назад, уже не было. Только тихая, усталая решимость.
– Хотя… сегодня можно и погулять, да? Тем более я задолжала тебе свидание.
– Так это свидание? – его губы опять дрогнули, как будто он хотел улыбнуться. Но лицо осталось неподвижным. Странно.
– Или прогулка, – пожала плечами. – Это уж как кому удобно называть.
– И как тебе удобнее? – хитро уточнил он.
– Нууу, – я покрутила в ладонях чашку. – В моем положении будет более правильным назвать это прогулкой. Но! – я ответила на хитрый взгляд, своим коронным прищуром… – но девочка Аня, отшившая хорошего парня, не против свидания.
Выдала и сама офигела! Это что я… Флиртую?!
– Какое интересное раздвоение личности. – Олег сделал глоток кофе. Я заметила, что у него проседь в коротко остриженной бороде. И небольшой шрам на скуле. – Передай Ане привет, ладно? А мы пока начнём с простой прогулки. Не думаю, что тебе сейчас до свиданий, да?
Его откровенность и вот эта привычка говорить ровным тоном в лоб очевидные вещи, которые обычно замалчивают, обезоруживала.
Мы закончили чаевничать, Олег расплатился не позволив мне даже раскрыть свою сумочку.
– Аня, давай договоримся, если у нас прогулка, а не свидание, не значит, что я перестаю быть мужчиной рядом с женщиной. В моём мире принято, чтобы мужчина за женщину платил, а не все вот эти современные глупости.
– Ладно. – просто согласилась я. – Тогда и выбор куда идем за тобой.
– Чур не на Эйфелеву взбираться. Я только в прошлом спортсмен. А на деле заплывший работой брюзга.
Что-то мне подсказывало, что лукавит и прибедняется, но спорить я не стала.
Олег подал мне пальто, оделся сам и мы вышли из кафе в прохладу ночного города. Небо стало темнее, огни ярче. По улицам бродили парочки. Откуда-то донеслась музыка.
В конце улице нам на глаза попался уличный гитарист. Он пел какой-то французский шансон. Олег остановился послушать, а потом вдруг потянул на себя, уложил руку себе на плечо и стал кружить по тротуару. Прохожие нас обходили, музыка стала как будто громче.
– Олег передает, что всегда хотел потанцевать с Аней. Не смог ему отказать.
Едва смолкли звуки гитары сообщил он, отошел на шаг и чуть склонил голову, как делали кавалеры на балах, потом бросил музыканту купюру и мы пошли в сторону Сенны.
– Ах, Олег… – я рассмеялась, – ну раз он, тогда ладно.
Ему как-то удавалось меня отвлечь от мыслей от копошившейся в постели парочки. От довольного лица Мишиной помощницы и острой боли в груди.
С Олегом мне хотелось улыбаться. Вроде бы он не сорил шутками, а все равно губы растягивались в улыбку. Только вот сам он так и не улыбнулся ни разу.
Мы болтали о каких-то совершенных мелочах. Он много рассказывал про архитектуру. Оказалось, сам занимался строительством, как и Миша. Но Миша никогда так увлеченно и красиво не говорил про дома и мосты. Для него это был бизнес, а Олег как будто вправду жил этим.
Мы остановились на Мосту Архиепископа. Река красиво блестела огнями. Я запахнула сильнее пальто. Олег заметил и встал так, чтобы закрыть меня собой от ветра.
У него были красивые глаза. С морщинками. Серьезные и добрые. Или я себе напридумывала?
Он молчал. Потом вытащил из кармана телефон.
– Сделаем фото на память о случайной встрече? Ты не против?
Я кивнула, слегка повернув голову, чтобы ветер не растрепал волосы. Было немного неловко – не привыкла фотографироваться с малознакомыми людьми, но что-то в его взгляде заставило меня согласиться.
– Только давай так, чтобы река была видна, – предложила я становясь рядом с ним у перил моста.
Олег приобнял меня за плечи, практически невесомое касание, как будто боялся нарушить какую-то невидимую границу.
– Готово, – он задумчиво разглядывал получившийся снимок. – Красиво.
– Покажи? – я подалась к нему навстречу, заглянула через руку в экран и увидела себя – непривычно расслабленную, с блеском в глазах, которого давно не замечала. Весьма странная реакция для той, которой только что наставили ветвистые рога. Это, внезапно, развеселило.
– Пришлёшь? – и только произнеся эти слова, поняла, что прошу его номер телефона.
– Если дашь мне свой номер, Аня.
Порыв ветра бросил мои волосы ему в лицо.
Олег поймал прядку и заправил мне за ухо, почти не касаясь. Потом посмотрел на экран и нахмурился.
– Уже поздно. Давай я закажу такси и отвезу тебя? Где ты остановилась?
Я продиктовала номер и назвала отель, в котором остановилась… И в котором остановился муж со своей пассией. Ничего, всего и нужно потерпеть ночь соседства и здравствуй новая жизнь.
–– Это точно удобно? Где остановился ты? Вдруг, тебе совершенно в другую сторону и придётся делать крюк?
– Не переживай об этом.
Он вбил адрес, записал мой номер и мы пошли в сторону шоссе, где нас заберёт такси.
Меня даже не удивило, что Олег открыл мне дверь. Потом обошел машину и сел со мной рядом.
В машине мы молчали. Оба понимали, что может и не увидимся больше никогда.
О чем он сейчас думал?
Это непроницаемое лицо… ничего не прочесть.
Олег вышел вместе со мной. Я думала попрощаемся и поедет с этим таксистом дальше, но он проводил меня до отеля, открыл дверь и вошёл следом.
– Какой этаж?
В лифте мы оказались одни.
– Завтра муж будет тебе телефоны обрывать, – вдруг сообщил он. – Простишь?
–– С чего такая уверенность, что будет? Десятый… Прощать не планирую. Напрощалась уже…
Олег нажал кнопку, помолчал, глядя как закрываются зеркальные двери.
– Не возвращайся к нему, Ань.
Несколько секунд и двери открылись на нужном этаже. Олег вышел после меня, прошел со мной до дверей.
– Спокойной ночи, Аня. Спасибо, что подарила мне эту прогулку.
Он легонько коснулся моих пальцев и, кивнув, пошел обратно к лифтам.
Глава 6
Я все никак не мог выкинуть из головы ее слова.
Девочка Аня бы сходила на свидание с хорошим парнем.
Все пребирал в памяти нашу прогулку, как яркие бутылочные осколки и ракушки в моей коробке сокровищ.
Ее улыбка, яркий блеск глаз, шутки. За всем этим надёжно пряталась тоска, но я замечал все равно ее следы в паузах разговора. Поэтому и старался не допускать слишком длинных пауз.
Я поднялся на свой этаж, принял душ и лег в кровать. Открыл галерею и стал смотреть на наше фото. Наше первое совместное фото. Спустя больше, чем 20 лет.
Какая же ты красивая, Аня.
Ни годы над тобой не властны, ни мудак муж тебя не испортил. Все такая же чистая в своей искренности.
Даже просто на фото смотрю, а живот стягивает желанием.
Сколько раз я мог сегодня тебя поцеловать. Но это было бы подло и низко.
Я отправил ей фото. Отложил телефон.
А могла бы быть моей Гердой.
Только завтра она улетит. А потом Воронцов дома ее дожмет и снова у них будет хрупкий мир. До его очередной ходки.
Я опять потянулся к телефону и открыл мессенджер.
“Не спишь еще? Я наберу тебе, Аня?”
Герда: “Нет, только собираюсь. Звони, конечно”
– Ань, не улетай завтра?
Какую чушь ты несёшь, Зимин. Сам себя слышишь?
– В смысле? Почему? – голос звучал встревоженно. – Что-то случилось?
– Он не отпустит тебя так просто, ты правда в это веришь? Воронцов манипулятор. А если ты не поддашься в ход пойдут жёсткие методы.
От мыслей, что Воронцов ее обидит кровь бурлила в венах.
И что? Что ты ей можешь предложить?
– Покажем ему, что ты не одна? Что скажешь?
Ты совсем сдурел, Зимин.
Просто лишился последних мозгов.
А если она узнает?
Что вы бодаетесь за контракт? Что условие получения – статус не холостого мужика?
Тогда что?
– В… каком смысле? – после недолгой паузы из смарта ко мне в уши пробрался вкрадчивый вопрос. А у меня от ее голоса мурашки по коже. И стояк высотой с Эйфелевой поспорить пытается. – Я не совсем понимаю.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.