Бедная богатая девочка

Глава 1

Рэйчел уже целый час ждала встречи с кандидатом в спонсоры ее собственной марки одежды. Она еще не привыкла к разнице часовых поясов после перелета и боролась со сном, листая журнал в приемной. Когда наконец ее провели в офис управляющего, ее ноги были ватными от волнения.

«Надеюсь, теперь мой упорный труд принесет свои плоды», – думала она.

– Мне очень жаль, мисс Маккаллох, – сказал управляющий с виноватой улыбкой, не дожидаясь, когда Рэйчел сядет в кресло. – Мы передумали. Сейчас идет реорганизация нашей компании, и мы не можем рисковать, сотрудничая с малоизвестным дизайнером.

Рэйчел была потрясена.

– Но в вашем письме… Но я же приехала сюда издалека ради вас!

Менеджер поднял руку:

– Один весьма авторитетный эксперт-аналитик посоветовал нам не рисковать. Совет директоров уже принял окончательное решение, поэтому рекомендую вам рассмотреть иные варианты финансирования.

Иные варианты? Но какие? – в отчаянии думала Рэйчел. Она должна была запустить свою марку одежды в Европе. Ее труд не может пропасть даром, иначе она снова выставит себя полной идиоткой. Если она в ближайшее время не достанет деньги, ее компания обанкротится, поэтому действовать нужно быстро.

Она нахмурилась:

– Не могли бы вы назвать имя человека, который посоветовал вам не связываться со мной?

– Сожалею, но я не имею права разглашать данную информацию.

Вдруг в ее голове молнией вспыхнуло подозрение.

– Вы говорили, этот человек – уважаемый эксперт-аналитик.

– Именно.

– Не мог ли это быть Алессандро Валлини? – спросила она, глядя на управляющего пронзительным взглядом.

– Простите, мисс Маккаллох, я не вправе подтверждать или отрицать что-либо.

Девушка поднялась и с мрачной решимостью перекинула сумку через плечо.

– Спасибо, что уделили мне время, – коротко сказала она и ушла.

Рэйчел нашла адрес миланского офиса Алессандро Валлини, выйдя в Интернет с мобильного телефона. Здание было старинным, но выглядело стильно – весь его вид говорил об успехе человека, работавшего в нем.

– Я хотела бы увидеться с синьором Валлини, – сказала она элегантно одетой секретарше в его приемной.

– К сожалению, синьор Валлини сейчас отдыхает на своей вилле в Позитано, – ответила секретарша. – Он управляет всеми своими делами оттуда.

– Тогда я хотела бы назначить с ним встречу при первой же возможности.

– Вы его клиент?

– Нет, но…

– Могу записать вас на конец сентября, если хотите.

Рэйчел нахмурилась:

– Но до конца сентября больше месяца, а я буду здесь только до конца августа.

– Мне очень жаль, но…

– Честно говоря, я не его клиент, – призналась Рэйчел. – Я… его давняя приятельница из Мельбурна. Он работал у моего отца. Я подумала, что мы могли бы встретиться, пока я здесь. Меня зовут Рэйчел Маккаллох.

Секретарша замялась.

– Я сначала поговорю с ним, – сказала она, снимая трубку телефона. – Присядьте подождите.

Рэйчел села на мягкий кожаный диван, стараясь не думать о последней встрече с Алессандро. Если она права в своих подозрениях, это может означать только одно: он до сих пор не простил ее.

– Сожалею, но синьор Валлини не хочет вас видеть.

Рэйчел вскочила.

– Но мне надо увидеться с ним во что бы то ни стало, – настаивала она.

– Он сообщил мне, что не желает видеться с вами ни при каких обстоятельствах, – ответила секретарша.

Рэйчел пришла в бешенство. Неужели он считает, что она примет его отказ после того, что он только что сделал? Она заставит его встретиться с ней.

Когда автобус вез ее по извилистой дороге Амальфи до Позитано, она нервничала, но вовсе не из-за крутых поворотов. Рэйчел хотела взять напрокат машину, но ее кредитную карточку не приняли. Она позвонила в свой банк в Австралии, и ей сообщили, что карта была заблокирована, а учитывая историю операций – три года назад Крейг взял несколько кредитов на ее имя, – разблокировать ее можно будет не раньше чем через двадцать четыре часа. Но ей срочно были нужны деньги.

Рэйчел вышла из автобуса у обочины дороги, которая вела к вилле Валлини, стоявшей на высоком утесе. Но когда водитель открыл багажное отделение, ее чемодана в нем не было.

– Наверное, его по ошибке погрузили в другой автобус, – сказал водитель.

– Как такое могло произойти?

Водитель пожал плечами:

– Такое у нас часто бывает. Я позвоню в головной офис и попрошу доставить чемодан в ваш отель. Если вы дадите мне информацию, я об этом позабочусь. – Он достал ручку и блокнот.

– Я пока не заказала номер в отеле, – ответила Рэйчел, думая о своей проблеме с деньгами.

– Тогда дайте мне номер своего мобильного, и я вам позвоню, как только мы найдем чемодан.

Автобус уехал, и Рэйчел перевела взгляд на виллу, возвышавшуюся над ней. Четырехэтажное здание, которому было несколько веков, роскошные сады и панорамный бассейн, нависающий над морем. Солнце играло на синей глади воды, и от этого жара казалась ей еще невыносимее. Солнце било ей в глаза, а смутная головная боль, мучившая ее весь день, начала сильнее пульсировать в висках. Собравшись с духом, Рэйчел поднялась по крутым ступенькам к воротам виллы. Ворота были заперты на замок – так же, как и боковые ворота для пешеходов, рядом с которыми, впрочем, была кнопка домофона.

– Non ci sono visitatori, – произнес женский голос прежде, чем Рэйчел успела раскрыть рот.

– Но я…

Домофон замолчал. Она взглянула на виллу, вздрагивая от слепящего солнечного света, а затем снова нажала на кнопку.

Женский голос снова ответил, на этот раз по-английски:

– Посетители не принимаются.

– Мне надо увидеться с Алессандро Валлини. Я не уйду, пока не увижу его.

– Прошу вас, уходите, – ответила женщина.

– Но мне некуда! – почти умоляла Рэйчел. – Пожалуйста, скажите синьору Валлини, что мне некуда больше идти.

Домофон снова отключился. Рэйчел села в тени, опираясь спиной о горячий камень, и уронила голову на колени. Она не могла поверить, что это происходит с ней. Она выросла в богатой, очень богатой семье – у нее было столько денег, сколько большинству людей даже и не снилось. Очень долго она воспринимала свое богатство как должное и никогда не думала, что может в одночасье его лишиться. Но это случилось, и, хотя последние два года она усердно работала, чтобы вернуть себе хоть часть того, что имела, теперь она сидела у ворот дома человека, которого отвергла пять лет назад. Может, судьба решила ей таким образом отомстить? Она закрыла глаза, молясь, чтобы голова перестала болеть.

– Она еще там? – спросил Алессандро свою экономку Лючию.

– Да, синьор, – ответила Лючия, отрывая взгляд от окна. – Она уже больше часа там сидит, а на улице страшная жара.

Алессандро потер подбородок, борясь с угрызениями совести. Пока он находится у себя в башне, Рэйчел ждет его у ворот, страдая от жары. И все же он не мог принять ее. Он уже попросил своего секретаря отклонить ее просьбу о встрече и думал, что этого будет достаточно. Почему же она продолжает упорствовать?

– Боже мой, она вот-вот потеряет сознание! – Лючия схватилась обеими руками за подоконник.

– Да она притворяется, – спокойно ответил Алессандро, снова берясь за бумаги и стараясь не обращать внимания на острое чувство вины и жестокую душевную боль.

– Я схожу принесу ей воды и посмотрю, как она себя чувствует.

– Делайте что хотите, – ответил он, переворачивая страницу документа, на котором уже полчаса не мог сосредоточиться, – только не пускайте ее ко мне.

– Хорошо, синьор.

Открыв глаза, Рэйчел увидела итальянку лет пятидесяти, державшую в одной руке стакан воды, а в другой – кувшин с кубиками льда и ломтиком лимона.

– Возьмите попейте воды, прежде чем идти. – Женщина просунула холодный стакан через решетку ворот.

– Спасибо. – Взяв стакан, Рэйчел принялась жадно пить воду. – У меня жутко болит голова.

– Это от жары. – Женщина снова наполнила стакан. – В августе у нас всегда так. У вас, наверное, обезвоживание.

Выпив еще два стакана, Рэйчел улыбнулась женщине благодарной улыбкой:

– Grazie. Вы в буквальном смысле спасли мне жизнь.

– В каком отеле вы живете?

Рэйчел встала, держась за прутья решетки.

– Мне негде жить. У меня нет денег, чтобы оплатить отель, и к тому же я потеряла багаж.

– Вы не можете остаться у нас. Синьор Валлини категорически против.

– Я хочу увидеться с ним всего на пять минут. Пожалуйста! Я вас очень прошу.

– Я могу потерять работу, если разрешу вам войти.

– Пожалуйста!

Женщина тяжело вздохнула, ставя кувшин и стакан на землю:

– Хорошо, пять минут, но ни минутой больше.

Взяв сумочку, Рэйчел шагнула за ворота, которые со щелчком закрылись за ней.

Виллу окружал роскошный сад. Розы всех возможных цветов источали аромат, который становился еще сильнее под жаркими лучами солнца. Посреди подъездной аллеи был фонтан, распространявший вокруг себя приятно освежающую водяную дымку.

Экономка открыла переднюю дверь виллы, и Рэйчел вошла в прохладное фойе с мраморными полами и лестницей. С потолка свисали хрустальные люстры, стены были украшены живописными полотнами, а через высокие окна проникал золотистый солнечный свет. Вся эта роскошь совершенно не вязалась с происхождением Алессандро. Как ему это удалось? Как мог вчерашний беспризорный мальчишка из пригородов Мельбурна достичь такого успеха за столь короткий срок? Окончив школу, он некоторое время работал на самых разных работах, а когда ему было около двадцати четырех, открыл свою фирму по садоводству и ландшафтному дизайну и одновременно начал учиться в университете. Позже он продал свою компанию, и теперь, в тридцать три года, владел всемирной сетью компаний по бизнес-анализу и менеджменту. Неужели ее отказ стал для него таким мощным стимулом к развитию?

– Посидите здесь, пока я поговорю с синьором Валлини, – сказала женщина, указывая Рэйчел на антикварный стул.

Она отказалась садиться и вместо этого решила осмотреться вокруг. Вилла выглядела лучше любого пятизвездочного отеля. Ей казалось, что особняк ее семьи великолепен, но здесь все было на совершенно другом уровне. Вилла была настолько роскошна, что напоминала дворец. Рэйчел подошла к французскому столу, на котором стояла ваза с розами, и коснулась одного из кроваво-красных лепестков. Лепесток бесшумно упал на золотую скатерть, покрывавшую стол.

Тут вернулась итальянка:

– Он согласился уделить вам пять минут.

Вздохнув, Рэйчел последовала за ней по мраморной лестнице. Проходя мимо зеркала на лестничной площадке второго этажа, она пожалела, что не попросила времени, чтобы умыться. Ее лицо покраснело от палящего солнца, волосы прилипли к щекам, блузка была мокрой от пота, а белые льняные брюки выглядели так, будто она целую неделю занималась в них археологическими раскопками. Словом, она была похожа не на модного дизайнера, а на несчастную, обгоревшую на солнце бродяжку.

Экономка постучала в дверь на втором этаже и отступила в сторону, пропуская Рэйчел в комнату.

Комната, в которую она вошла, оказалась библиотекой. Книги рядами стояли на полках, а перед окнами с тяжелыми занавесками стоял огромный письменный стол. По сравнению с остальной частью виллы эта комната выглядела мрачной – под стать человеку, сидевшему за столом. Когда их взгляды встретились, сердце Рэйчел слегка подпрыгнуло. Глаза Алессандро были синими и бездонными, как Средиземное море тем утром, и эта синева выглядела странной при его оливковой коже и черных волосах. У него было интересное лицо – его нельзя было назвать красивым в классическом смысле слова, но оно, несомненно, притягивало взгляд. Римский нос и резко очерченный подбородок придавали ему аристократический вид.

И он не улыбался.

Рэйчел невольно задалась вопросом о том, когда и кому он последний раз улыбался. Может, любимой девушке? Из статей, найденных в Интернете, она знала, что пару месяцев назад он порвал со своей последней пассией – представительницей одной из косметических компаний. Впрочем, в этом не было ничего странного – из тех же источников Рэйчел было известно, что ни один из его романов не длился более пары месяцев. Больше ничего о его личной жизни она узнать не смогла – кроме того, что он был одним из богатейших людей и самых завидных женихов Италии.

– Спасибо тебе, что согласился принять меня, – сказала Рэйчел, стараясь быть вежливой.

Откинувшись в кресле, он посмотрел на нее спокойным оценивающим взглядом. Ее раздражало, что он даже не встал с места, когда она вошла. Неужели он делал это нарочно? Конечно. Он хотел выразить ей свое презрение. Но она не собиралась терпеть такое отношение к себе. Пусть она потеряла все свое состояние, у нее еще оставалась гордость.

– Сядь.

Всего одно слово. Приказ. Оскорбление. Рэйчел осталась стоять.

– Я не отниму у тебя много времени, – ответила она, силясь скрыть свое негодование.

Уголок его рта изогнулся в презрительной ухмылке.

– Не отнимешь. – Он взглянул на часы. – Скажи мне, зачем пришла, только быстро – у тебя осталось меньше четырех минут. Сразу же после тебя у меня другая встреча, причем гораздо более важная.

Рэйчел разозлилась. Снизошел до встречи, а теперь играет в кошки-мышки, желая насладиться местью. Он явно злорадствует над тем, как все вышло – скромный садовник стал известным бизнесменом, а богатая девочка потеряла все свое состояние.

– Я хотела бы знать, не ты ли помешал мне найти спонсора для моей марки одежды.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Не держи меня за дурочку, – вспыхнула Рэйчел. – Я знаю, это сделал ты. Глава спонсорской компании чуть было не выдал мне тебя.

Алессандро продолжал смотреть на нее как на маленькую девочку, бьющуюся в истерике.

– Ты что-то путаешь, Рэйчел, – раздражающе спокойным тоном ответил он. – Я никого не отговаривал от спонсирования твоей марки.

– Я специально приехала в Италию, чтобы подписать контракт со спонсором. Но как только я вошла в офис, мне сказали, что компания не заинтересована в финансировании, поскольку один известный и весьма уважаемый эксперт посоветовал им не связываться со мной.

– И ты сразу подумала, что тот самый уважаемый эксперт – я? Спасибо за комплимент, но уверяю тебя, что я не имею к твоей проблеме никакого отношения.

– Я вот-вот потеряю все, над чем так долго и упорно работала. Я возлагала большие надежды на спонсора, и ты наверняка об этом знал. Вот почему ты это сделал. Но ты ведь и планировал довести меня до такого отчаяния, чтобы я приползла к тебе, умоляя о помощи?

Алессандро долго смотрел на нее, лениво вертя в руке украшенную золотом ручку.

– Ты специально подстроила эту встречу и теперь разыгрываешь тут спектакль, чтобы выпросить у меня денег?

– Ничего я не подстроила! – Рэйчел была вне себя от гнева. – А уж о том, чтобы ты дал мне денег, я даже и не мечтаю.

И тут она подумала: а что, если он действительно намерен дать ей денег? Он очень богат, и у него есть множество связей по всей Европе, которые бы здорово помогли ей. Конечно, ее гордость пострадает (чего он, скорее всего, и добивается), но, если она не достанет деньги в ближайшие сутки, она потеряет все, и гордость – не слишком большая плата за спасение.

– Неужели ты и правда хочешь дать мне денег? – спросила она, не узнавая свой собственный голос.

Алессандро продолжал смотреть на нее своими невероятными синими глазами, выражение которых она не могла распознать.

– Прежде чем принимать такое решение, мне нужно больше узнать о твоем бизнесе. Наверное, спонсорская компания отказалась сотрудничать с тобой потому, что кое-что выяснила о твоей жизни и побоялась, что твой жених пустит их деньги на торговлю наркотиками.

Слова Алессандро были для Рэйчел как пощечина. Ее прошлое казалось ей несмываемым пятном. Она до сих пор расплачивалась за свои ошибки, глупость и упрямство.

– Я еще три года назад порвала с Крейгом Хьюсоном.

– А как же твой отец? Уж он-то, наверное, не пожалеет миллион-другой, чтобы помочь любимой дочке.

Рэйчел закусила губу.

– Я его не спрашивала.

Алессандро поднял бровь и перестал вертеть ручку.

– Потому что он не сможет тебе помочь, даже если ты попросишь?

– Наверное, ты в курсе, что он потерял все свое состояние три года назад. – Ее разозлило, что он напомнил ей об этом. Ее отец очень плохо относился к Алессандро, когда тот работал у него.

– Он всегда любил азартные игры, – заметил Алессандро. – Жаль только, что он не всегда понимал, чем рискует.

– Да… – пробормотала Рэйчел.

Банкротство отца сильно расстроило ее – и не потому, что они были особенно близки. Даже будучи его единственной дочерью, Рэйчел никак не могла заслужить его одобрение – за исключением того дня, когда она согласилась выйти замуж за Крейга Хьюсона. Но свадьба была отменена в последний момент, и поэтому она чувствовала себя виноватой в бедах отца. Семейное дело рухнуло за несколько дней, а ее карьера модели завершилась с грандиозным скандалом.

– Сколько тебе нужно?

Рэйчел была удивлена.

– Т-ты и правда мне поможешь?

Он смотрел ей прямо в глаза:

– За определенную плату.

– Ты имеешь в виду проценты?

– Нет, не проценты.

Она нахмурилась:

– Не понимаю тебя. Сейчас мне нужна финансовая поддержка, чтобы запустить мою марку одежды в Европе. Разумеется, деньги должны быть добыты законным путем. Я готова платить проценты, но в разумных пределах…

– Я не собираюсь давать тебе деньги взаймы. Считай, что я дарю тебе их…

– Даришь? – Рэйчел была потрясена.

– С некоторыми условиями.

– Я не могу принять от тебя деньги в качестве подарка и настаиваю на том, чтобы вернуть тебе их как можно быстрее. Это будет зависеть от моего успеха в Европе, но…

– Ты неправильно меня понимаешь. Я не собираюсь спонсировать твою марку.

– Но ты же хочешь дать мне деньги?

– Да.

– Но зачем тебе это? В нашем последнем разговоре… – Ей не хотелось вспоминать ужасную сцену, произошедшую в ее двадцать первый день рождения.

– Неужели ты не хочешь спросить меня об условиях? – спросил Алессандро.

– Если хочешь, чтобы я извинилась за то, как… э-э… как все вышло между нами, то прости меня. Я хотела рассказать тебе о Крейге и о планах выйти за него замуж. Я должна была сказать… но когда мы с тобой начали встречаться, я не хотела все портить…

Алессандро молчал, и его лицо оставалось неподвижным, словно высеченным из камня.

Вздохнув, Рэйчел продолжила:

– Мне пришлось тяжело работать, чтобы меня снова начали воспринимать всерьез после моего провала как модели. От моего успеха зависит благополучие людей. Моим сотрудникам надо платить за жилье и кормить детей. Дело не только в том, что я хочу доказать миру, что я чего-то стою. Если мое дело провалится, будут потеряны не только мои деньги. Мой партнер по бизнесу вложила в компанию все свои сбережения, и я не могу подвести ее.

Алессандро наблюдал за ней, барабаня пальцами по столу. Он долго ждал ее извинений за то, что она променяла его любовь на деньги другого мужчины. Но было ли ее раскаяние искренним? Он внимательно изучал ее черты, хотя ни на миг не забыл, как она выглядела. Он прекрасно помнил ее серо-зеленые глаза, блестящие каштановые волосы до плеч, высокие скулы и вздернутый носик, который придавал ее лицу невинное, детское выражение, совершенно не вязавшееся с ее сущностью. Под ее ангельской внешностью скрывалась жестокая, коварная и бессовестная приспособленка – такая же, как и все остальные известные ему охотницы за деньгами. Помнил он и ее губы – их мягкость и то, как они раскрывались под его поцелуями, как экзотический цветок навстречу солнцу. Помнил, как она искушала его, заманивала в свои сети, пока не устала играть с ним в игры и не ушла на более плодородные пастбища.

– Я дам тебе десять тысяч евро, – сказал он, прерывая напряженное молчание.

– Но мне нужно намного больше.

– Десять тысяч – и ни центом более.

Ее серо-зеленые глаза сузились.

– Тогда почему ты это делаешь? Если ты не намерен спонсировать мою марку, зачем вообще давать мне деньги?

– Потому что это мне выгодно, если ты примешь мои условия.

Ее глаза сверкнули.

– Так какие же условия ты мне предлагаешь?

«Зря она считает, что я хочу ей отомстить», – думал Алессандро.

– Деньги будут переведены на твой банковский счет в течение получаса, – ответил он спокойным, сдержанным тоном, – но только в том случае, если ты согласна уйти отсюда и никогда больше не возвращаться.

Глава 2

Лицо Рэйчел побледнело, а затем залилось краской. Ее глаза сверкали как молнии, а все ее стройное тело дрожало от ярости.

– Ты платишь мне, чтобы я… ушла?!

Алессандро откинулся в кресле:

– Таковы мои условия, Рэйчел. У тебя остается одна минута, прежде чем я отменю свое предложение. Имей в виду, другого предложения не будет.

Она сжала кулаки в гневе:

– Это возмутительно!

– Это бизнес.

– Бизнес? И что же ты за бизнесмен такой, если способен заплатить человеку за то, чтобы он ушел?

– Я тебе совсем не рад, Рэйчел. Ты хочешь денег и не намерена уходить, пока их не получишь. Так что я предлагаю тебе компромисс. С каждой лишней минутой, которую ты проведешь здесь, цифра будет уменьшаться.

Она смущенно посмотрела на него. От надменности богатой девчонки не осталось и следа. Теперь на ее лице отражалось лишь искреннее замешательство.

– Но я ничего не понимаю. – Девушка облизала губы. – Ты платишь мне десять тысяч евро за то, чтобы я ушла и больше никогда не возвращалась?

Алессандро кивнул.

– Но получается… что ты даешь мне деньги практически даром. С чего бы это?

– Я богатый человек, – ответил Алессандро, – и могу делать все, что захочу.

Рэйчел не знала, доверять ему или нет. Если бы она не была в таком бедственном положении, ее эмоции только позабавили бы Алессандро. Ей явно хотелось принять его слова за чистую монету. Десять тысяч евро были небольшой суммой по ее меркам, но их хватило бы на жилье и еду до конца ее пребывания в Италии. Возьмет ли она их или же попытается выпросить у него сумму побольше?

Он взглянул на часы.

– Сумма уменьшилась до девяти тысяч евро. И что же ты решила?

Она отвела взгляд:

– Если бы речь шла обо мне одной, я бы еще пять минут назад ушла отсюда. Я вообще бы не пришла к тебе, если бы ты не попытался сорвать мой…

– Ты лишаешь себя еще одной тысячи.

– Можно мне еще немного подумать?

– Нет.

– Но ты с ума сошел! С чего ты взял, что я тебе поверю? Может, ты дашь мне деньги и тут же изменишь правила.

– Я не намерен менять правила. Я просто хочу, чтобы ты забрала деньги и ушла.

– Это месть, да? За то, что я выбрала Крейга, а не тебя? – гневно спросила Рэйчел.

Выражение лица Алессандро оставалось безучастным.

– Если ты не возьмешь деньги, я найду того, кто в них нуждается, уж не сомневайся.

– Но мне нужно намного больше. Я должна…

– Это все, что я готов дать тебе. Теперь, прошу тебя, принимай решение, пока сумма, которую я тебе даю, не превратилась в копейки.

– Хорошо. Я принимаю твое предложение.

– Отлично. Дай мне реквизиты твоего счета, и я переведу деньги, как только ты выйдешь за ворота.

Написав реквизиты на листочке бумаги, Рэйчел передала их Алессандро.

– Вот и все? Ты даже не предложишь мне попить или поесть?

– Нет, это тебе предложат в отеле.

– Я пока не нашла отель.

– Найдешь. В Позитано полно гостиниц на любой вкус и кошелек.

– Но у меня нет даже багажа. Он по ошибке уехал с другим автобусом, и я не знаю, когда его вернут мне – если вообще вернут.

– Это не моя проблема.

– Бессердечный подлец! Тебе плевать на всех, кроме себя!

– Беру пример с тебя, Рэйчел. Теперь я только о себе и думаю.

– Ты и своим любовницам платишь, чтобы они уходили и приходили? Я слышала, что ты меняешь их как перчатки.

– Так ты читаешь про меня в газетах? – поинтересовался Алессандро с насмешливой полуулыбкой.

– Ну, австралийской прессе нелегко выведать подробности твоей жизни, но в британских газетах то и дело появляются твои фотографии с очередной подружкой.

– Правда, интересно получилось – мужчина, которого ты отвергла, теперь богаче и успешнее, чем твой отец и жених, вместе взятые?

– И как же ты этого достиг? – спросила Рэйчел и тут же прикусила губу, как будто пожалела о своем вопросе.

– Я настроился на успех и ухватился за первый же шанс. Когда я приехал из Австралии сюда, передо мной открылось множество новых возможностей, которых иначе у меня просто не было бы.