18 мантр для жизни без страха. Мудрость Иша-Упанишады о работе, отношениях, внутренней свободе и поиске себя
- -
- 100%
- +
Теперь наша лодка причаливает к таинственному берегу Кенопанишады. В тот момент, когда мы ступаем на этот остров, в наших умах раздаётся единственный вопрос – «Кен?», что означает «Кем?».
Чьей силой видят глаза? По чьему повелению мыслит ум? Кто этот невидимый движитель, чье само существование поддерживает движение всей этой жизни? Этот остров подобен детективному роману, ведущему нас в поиски источника этой высшей силы. Перед нами прекрасная история, в которой могущественные боги, такие как Агни, Ваю и Индра, не способны сдвинуть даже одну травинку, ибо, забыв о высшей силе, они поглощены собственной гордыней. Этот остров учит нас смирению и заставляет осознать, что все наши силы, все наши таланты заимствованы из того единственного неизвестного источника. Этот источник находится за пределами досягаемости ума, интеллекта и чувств. Его невозможно познать; его можно только пережить.
3. Континент Катх: диалог со смертью
Наше путешествие теперь принимает серьёзный, но в то же время не менее приключенческий оборот. Мы прибываем на остров «Катхопанишад», где величайшая тайна жизни — смерть — встречает нас лично. Героем здесь является маленький мальчик Начикета, который обладает таким пламенем в стремлении к истине, что доходит до самых ворот Ямараджи, бога смерти.
Этот остров — эпос о победе над страхом смерти. Диалог между Начикетой и Ямараджем — это золотая глава в истории человеческого сознания. Ямарадж искушает его мирскими удовольствиями, империями и долгой жизнью, но Начикета остаётся непоколебимым. Он хочет лишь познать тайну души. Здесь нам объясняют различие между «кшемой» (тем, что полезно) и «прией» (тем, что доставляет удовольствие). (то, что приносит пользу) и «прея» (то, что доставляет удовольствие). Здесь тело описывается как колесница, душа — как колесничий, интеллект — как возница, а ум — как вожжи. Этот остров учит нас, что тот, кто понимает смерть, обретает бессмертие.
4. Континент вопросов: праздник любознательности
Следующий остров — «Прашнопанишад», где проходит праздник философских бесед. Это похоже на гурукулу, где сидит Махарши Пиппалада, а шесть любознательных учеников пришли задать ему вопросы о глубоких тайнах вселенной.
Этот остров учит нас, насколько важно задавать правильные вопросы на духовном пути. Здесь задаются шесть глубоких вопросов, начиная от происхождения жизни и верховенства праны до состояний сознания и медитации на «Ом». Каждый вопрос — это ступенька, ведущая нас из грубого мира в тонкий. Эта Упанишада, подобно ученому, систематически раскрывает тайны творения и говорит нам, что истинное исследование — это вход в знание.
5. Мундака-Махавакья: «Песнь о двух птицах»
Теперь мы вступаем в тихий и густой лес Мундакопанишады. «Мундака» означает «сбривать», и поэтому это знание, которое сбривает невежество и эго, обитающие в наших умах.
Здесь мы находим очень красивую метафору — две золотые птицы сидят на одном дереве. Одна птица (Дживаатма) вкушает сладкие и горькие плоды (плоды своих действий) этого дерева. Иногда она счастлива, иногда грустна. Вторая птица (Высшее Я) сидит в тишине, наблюдая за своей спутницей. Она — свидетель, она — не-действующая. Когда первая птица, пребывая в печали, поднимает взор и обнаруживает другую, она обретает освобождение. Именно здесь объясняется «Пара-видья» (Высшее знание) и «Апара-видья» (мирское знание). Этот остров учит нас жить в состоянии свидетеля.
6. Континент Мандукья: секрет «Ом»
Наша лодка теперь достигает самого маленького, но самого могущественного острова — Мандукья-Упанишад. Этот остров состоит всего из двенадцати мантр, но считается, что одного этого достаточно для освобождения. Центром этого острова является одна-единственная буква — «Ом».
Эта Упанишад открывает четыре замка сознания ключом «Ом». «А» символизирует наше бодрствующее состояние, «У» — состояние сна, а «М» — состояние сушупти, или глубокого сна. Но за этими тремя состояниями находится четвертое — «Турья», которая является свидетелем этих «three ». Это тишина, следующая за «Ом». Это состояние чистого сознания, где нет мыслей, нет двойственности, только высший покой. Этот остров показывает нам путь, ведущий в глубины нашего собственного сознания.
7. Континент Тайттирия: Крепость пяти оболочек
Следующий остров — «Тайттирия-Упанишад», которая приглашает нас понять саму структуру нашего бытия. Этот остров говорит нам, что наша душа обитает в пятислойной крепости, известной как «Панчакоша».
Это путешествие начинается с «Аннамайя-коша» (нашего физического тела), где нас учат уважать пищу. Затем мы спускаемся глубже — в «Пранамайя-коша» (энергетическое тело), «Маномайя-коша» (мир ума), «Виджнянамайя-коша» (Интеллект и проницательность) и, наконец, мы достигаем центра — «анандамайя-коши», которая представляет собой океан блаженства и является завесой, наиболее близкой к душе. Эта Упанишада представляет собой систематическую духовную психологию, которая учит нас достигать нашей истинной природы, слой за слоем.
8. Континент Айтарея: «Сознание есть Брахман»
Теперь мы находимся на острове Аитарейя-Упанишад. Здесь даётся поэтическое описание сотворения вселенной. Этот остров провозглашает махавакью — «Праджнянам Брахман», что означает «Сознание есть Брахман».
Она говорит нам, что то же самое высшее сознание, которое сотворило всю эту вселенную, — это то, что видит нашими глазами, слышит нашими ушами и познаёт нашим интеллектом. То же самое чистое сознание, которое есть в муравье, в слоне и в звезде, пребывает и внутри нас. Здесь нас призывают отождествить наше индивидуальное сознание с этим космическим сознанием.
9. Континент Чандогья: «Ты есть То»
Наше путешествие теперь приводит нас на обширный и разнообразный остров — Чандогья-Упанишад. Этот остров полон историй, диалогов и метафор. Его самые известные гуру — Уддалака Аруни и его сын Шветакету.
Отец спрашивает своего ученого сына: «Достиг ли ты того знания, познав которое, не остаётся ничего, что ещё предстояло бы познать?» А затем он объясняет ему это на различных примерах. Так же, как соль растворяется в воде, но при этом её не видно, так и Высшее Существо присутствует в каждой частице. Подобно тому, как могучее баньяновое дерево скрыто в крошечном семени, так и вся эта вселенная заключена в этой тонкой сущности. И после каждого примера отец повторяет одну и ту же великую мантру: «Тат твам аси, Шветакету!» — «О Шветакету, ты есть то! Ты ничем не отличаешься от той соли, того семени, той высшей истины».
10. Континент «Махабхарата»: океан знания
Наконец, наша лодка пристаёт к берегу самого большого, глубокого и великолепного острова — «Брахдаранаяка-Упанишад». «Брахдаранаяка» означает «великая лесная книга». Это океан знания.
Здесь мы встречаем самоосознавшегося мудреца Яджнавалкью, перед знанием которого склоняют головы даже величайшие ученые. Он объясняет своей жене Майтрейи, что мужа, жену, сына или богатство любят не потому, что они достойны любви, а из-за их «Атмана» дорога им. Именно здесь, при дворе царя Джанаки, Яджнавалкья бесстрашно провозглашает: «Ахам Брахмасми» — «Я есть Брахман». И отсюда рождается бессмертная молитва, которая до сих пор звучит в сердцах миллионов:
Асато ма сад гамая. (Веди меня от лжи к истине.)
Тамсо ма джьотиргамай. (Веди меня из тьмы к свету.)
Веди меня от смерти к бессмертию.
Пройдя путь по этим десяти континентам, мы возвращаемся к нашему берегу. Мы увидели, что цвет каждого острова различен, но почва на каждом острове одна и та же. Путь каждой Упанишады различен, но цель одна и та же — самоосознание.
Теперь, когда мы рассмотрели всю карту, мы со всей силой закрепимся и сосредоточимся на нашем первом острове — «Иша-Упанишаде». Мы спустимся в её долины, будем пить амброзию из её рек и поднимемся на её вершину, чтобы обрести истину, которая научит нас искусству превращать жизнь в праздник.
Глава 3: Иша-Упанишад – Мост между кармой и знанием
Представьте, что вы стоите на берегу обширной и священной реки. Эта река — поток жизни, бесконечно текущий. На одном из её берегов, кипящем деятельностью, находится «Карма», на другом берегу реки находится безмятежный, чистый и сияющий лес «Знания». Здесь нет шума, нет суеты, только самоанализ, отрешенность и Ишопанишад — Мост между кармой и знаниемПредставьте, что вы стоите на берегу обширной и священной реки. Эта река — поток жизни, непрерывно текущий. На одном берегу находится оживленный город «Кармы», на другом берегу реки — безмятежный, чистый и сияющий лес «Знания». Здесь нет шума, нет суеты, только самоанализ, отрешенность и На другом берегу реки раскинулся безмятежный, чистый и сияющий лес «Знания». Здесь нет суеты, нет шума и толчеи, только безмолвное царство самоанализа, отрешенности и высшего покоя.
На протяжении веков духовные искатели пытались покинуть этот город действия и войти в лес знания. Они считали мир оковами, а отрешенность — единственным путем к освобождению. Но между этими двумя берегами пролегает таинственный золотой мост, соединяющий их обоих. Этот мост учит нас, что переход с одного берега на другой — не единственный вариант. Существует также путь, по которому можно испытать покой леса знания, оставаясь при этом в городе действия. Этот чудесный мост — «Иса-Упанишад».
Эта Упанишада сияет, как Полярная звезда, на небосводе индийской духовности. Она учит нас искусству балансирования между двумя крайностями. Это не философия бегства, а наука преображения. Она говорит нам, что проблема не в действии, а в эго того, кто действует. Проблема не в мире, а в нашей привязанности к наслаждению им. Именно поэтому Иша-Упанишад называют «мостом между действием и знанием».
Бриллиант, расположенный в сердце Вед
Еще одной уникальной особенностью этой Упанишады является её местоположение. Как мы уже поняли из предыдущих глав, большинство основных Упанишад входят в состав «Араньяк» или «Брахманов» Вед, которые сосредоточены на знании и созерцании. Но «Иша-Упанишада» является исключением. Это сороковая и заключительная глава «Самхиты» «Шукла-Яджур-Веды». «Самхита» — это первоначальная часть Вед, посвящённая мантрам и яджня-ануштханам, то есть сфере «Кармаканда».
Это не случайно. Мудрецы намеренно поместили эту суть знания в конце книги об обрядах. Это символизирует, что конечной целью и сутью всех яджн, всех обрядов и всех мирских действий является то самое самопознание, о котором говорят Упанишады. Это словно небольшая комната для медитации, расположенная в конце огромного, оживлённого завода, напоминающая нам о том, что цель всего этого труда — не обретение чего-то внешнего, а обретение внутреннего покоя.
Эта Упанишада, состоящая всего из восемнадцати мантр, очень небольшая по объёму, но её смысл обширнее Гималаев. Она подобна семени, в котором скрыто огромное баньяновое дерево Веданты. Её язык настолько плотен, глубок и поэтичен, что о каждой мантре можно было бы написать целую книгу.
Два образа жизни: одно видение, два пути
«Иса-Упанишад» понимает духовное состояние каждого человека. Она знает, что не каждый может идти по одному и тому же пути. Именно поэтому она показывает нам два разных, но взаимосвязанных пути:
1. Джняна-йога (для отреченных): этот путь предназначен для тех редких практикующих, которые горят страстным желанием познать истину. Они постигли природу мира и отреклись от всех видов мирских и потусторонних желаний. Для такого практикующего достаточно первой мантры Упанишады: «Иша васьям идам сарвам». Если всё — это Бог, то что же остаётся приобретать или от чего отрекаться? Для такого мудрого человека действие не является необходимым; он пребывает в своём истинном Я. Это прямой и трудный путь знания.
2. Карма-йога (для мирских людей): Этот путь предназначен для миллионов людей, подобных нам, которые живут в этом мире, у которых есть обязанности, семья и ответственность. Упанишада не призывает нас отречься от действия (world ). Она знает, что действовать — это наша природа; мы не можем оставаться даже на мгновение без действия. Поэтому она даёт революционную формулу: «курванневех кармани джидживишеччтам самах» — Здесь говорится: выполняя свои обязанности, стремитесь прожить сто лет.
Удивительно слышать такое! Упанишад, которая является текстом об освобождении, призывает нас жить сто лет и совершать действия? Да, именно так. Потому что «Иша-Упанишад» не считает действие рабством, если оно совершается с помощью правильного искусства. И это искусство — карма-йога бескорыстного действия.
Искусство жизни: наслаждайся, но с отречением
Так в чём же заключается это искусство превращения кармы из рабства в йогу? Упанишад устанавливает для этого два условия, которые ясно излагаются в самой первой мантре:
Первое условие: наслаждайся тем, что дано Им (Богом), с отречением.
Это кажется парадоксальной формулой. Как возможны одновременно отречение и наслаждение? Именно в этом заключается уникальность «Иса-Упанишады». «Отказ» означает не отказ от вещей, а отказ от чувства «моей собственности» по отношению к ним. Это тело, этот ум, этот дом, это богатство, эти отношения — они не мои. Все они принадлежат тому единственному «Иш», а мне они даны, чтобы я заботился о них как попечитель или хранитель.
Когда мы живём с таким отношением, сама природа наслаждения меняется. Тогда пища становится подношением — не просто для удовольствия вкуса, а для того, чтобы наполнить энергией храм тела. Тогда богатство становится средством служения Божественному в образе общества, а не просто предметом накопления. Тогда отношения служат не просто привязанности, а становятся возможностью увидеть Божественное друг в друге. Это и называется «наслаждение с отречением». В этом есть радость, но нет привязанности. Есть празднование, но нет волнения.
Второе условие: «Ма гридхах касьяд дханам» — не жажди чужого богатства.
Эта сутра углубляет смысл первого условия. Здесь «богатство» относится не только к деньгам и имуществу, но и ко всему, что мы не можем назвать «моим». По правде говоря, ничто в этом мире не принадлежит нам; всё принадлежит тому «Иш». Когда это осознание углубляется, жадность и «e y» исчезают сами собой. Жадность возникает только тогда, когда мы чувствуем, что-то принадлежит нам или должно принадлежать нам. Когда всё принадлежит Единому, к кому же можно испытывать жадность? Этот принцип удерживает нас от ненужного накопления, эксплуатации и нарушения прав других.
Когда человек действует с учетом этих двух условий, его поступки не становятся для него оковами. Проживет ли он сто лет или тысячу, ни одно пятно от его поступков не прилипнет к нему. Он живет в этом мире, как лист лотоса, — оставаясь незатронутым водой, даже находясь в ней.
Равновесие между авидьей и видьей
Далее Упанишад говорит о балансе между «Видья» (самопознанием) и «Авидья» (мирские действия и знание). В них содержится предупреждение о том, что те, кто погружены исключительно в *авидью*, то есть в мирские дела, блуждают во тьме, но те, кто занимается только *видьей*, то есть сухими интеллектуальными дискуссиями, и пренебрегает своими обязанностями, погружается в ещё более глубокую тьму.
Истинный путь заключается в одновременном выполнении и того, и другого. Именно благодаря мирским деяниям, связанным с авидьей, мы пересекаем океан смерти. Выполнение наших обязанностей с бескорыстным настроем очищает наше сознание и проясняет ум. И тогда, с этим чистым умом, когда мы практикуем «видью», то есть самопознание, мы обретаем «амриту», то есть освобождение. «Авидья» подобна лодке, а «видья» — лодочнику. Только когда они вместе, можно переправиться через реку.
Вот тот самый мост, о котором мы говорили. «Иса-Упанишад» не просит нас выбирать между действием и знанием; она учит нас жить, гармонично сочетая и то, и другое.
Именно поэтому Махатма Ганди сказал: «Если бы все Упанишады и священные писания сгорели дотла и осталась только первая мантра Иша-Упанишады, индуизм всё равно бы выжил». Ведь вся суть жизни сокрыта в этой единственной мантре.
Эта Упанишада, пожалуй, наиболее актуальна в современную эпоху. В сегодняшнем мире, наполненном суетой, стрессом и неуверенностью, «Иша-Упанишада» показывает нам, как жить духовно, находясь дома, на работе и в наших отношениях.
Теперь мы готовы сделать первый шаг по этому мосту. Начиная со следующей главы, мы погрузимся в глубокий океан каждой мантры «Иша-Упанишады» и постараемся найти жемчужины, способные навсегда преобразить нашу жизнь.
Часть 2: Нектар мантр (нарративное толкование)
Глава 4: Первая сутра — Божья музыка в творении (Мантра 1)
Представьте, что вы сидите на бесконечном, грандиозном концерте. Вокруг вас мерцают бесчисленные звёзды, вращаются галактики, поют ветры, журчат реки, и каждый листок дрожит в такт. Это великая симфония Вселенной. Но посреди этой какофонии есть музыкант, которого не видно, но чья музыка пронизывает каждую частицу. Его инструментом является всё это творение. Первая мантра «Иса-Упанишады» — это первая божественная нота, знакомящая нас с этим невидимым музыкантом. Это ключ, открывающий тайну этой музыки.
Эта мантра — царь Упанишад, вершина Веданты и суть всего искусства жизни для ищущего. Давайте сначала позволим словам этой великой мантры прозвучать в нас:
Её смысл таков:
Всё, что движется в этой мимолётной вселенной, пронизано и окутано Богом.
Наслаждайтесь тем, что Он (Бог) дал, но не жаждите чужого богатства.
Это не просто короткое предложение из восемнадцати слов; это целостная наука о трансформации сознания. Давайте постараемся понять каждую грань этого алмаза, одну за другой.
Первая строка: Не творение, а одеяние вселенской души.
«Иша васьям идам сарвам ят кинч джагатям джагат»
Мантра начинается с революционного заявления, способного изменить всю нашу точку зрения. Обычно мы воспринимаем мир и Бога как две отдельные сущности. Бог находится где-то на небесах, а этот мир — нечто отдельное. Мудрец наносит первый удар по этой двойственности. Он говорит: «Иша васьям». «Иш» означает правитель, господин, то высшее сознание, которое является центром всего. «Васьям» означает «быть обитаемым», «быть надетым» или «быть покрытым».
Мудрец не говорит, что Бог «создал» мир, как гончар делает горшок. Гончар отделен от горшка. Мудрец говорит, что этот мир «пронизан» Богом, «окутан» Точно так же, как одежда покрывает тело, так и это творение покрывает Бога. Точно так же, как паук плетет свою паутину из самого себя и обитает в ней, так и это высшее сознание проявило это творение из самого себя и обитает в каждой его частице.
Поймите глубокий смысл этой точки зрения. Это означает, что здесь нет ничего неодушевлённого или нечистого. В том самом камне, о который вы спотыкаетесь, дремлет то же самое сознание. Дерево, в тени которого вы сидите, также является живой формой того же самого сознания. В человеке, которым вы презираете, дышит тот же Бог, что и в вас.
«Яткинчан джагатям джагат» — эта фраза придает утверждению ещё более всеобъемлющий характер. Она означает: «всё, что находится в движении в этом движущемся мире». Само слово «джагат» означает «то, что движется». Здесь ничто не стоит на месте. Электронные орбитали вращаются вокруг ядра, Земля вращается вокруг Солнца, Солнце — вокруг галактики, а сами галактики также находятся в движении. Наши мысли, наши эмоции, наше тело — всё представляет собой непрерывный поток. Мудрецы говорят, что в каждой частице, каждой волне, каждой вибрации этого потока пронизывает одно и то же «Иш».
Когда это осознание проникает глубоко в нас, в жизни начинают происходить чудеса:
Страх исчезает: страх всегда связан с «другим». Когда всё является проявлением единого Бога, кого же ещё можно бояться? Тогда даже во враге начинаешь видеть ту же самую форму.
Исчезает одиночество: человек чувствует себя одиноким только тогда, когда ощущает себя отрезанным от бытия. Когда осознаётся, что всё бытие наполнено этим единым сознанием, человек ни на мгновение не бывает одинок. Каждая частица — его спутник.
Пробуждается благоговение перед природой: река — это уже не просто вода, а богиня. Гора — это уже не просто камень, а божество. Защита окружающей среды становится тогда не социальным долгом, а духовным актом поклонения, ибо неуважение к природе — это неуважение к самому божественному.
Эта первая строка дарит нам новое «видение». Она дарит нам новую пару очков, через которые мы смотрим на мир. Она говорит: не меняйте мир, просто сменяйте очки.
Первая часть второй строки: Скрытый нектар отречения
«Тен тьяктен бхунджитхах»
Если первая строка — это провозглашение философской истины, то вторая строка — практический метод воплощения этой истины в жизнь. Это парадоксальная формула, гласящая: «Наслаждайся через отречение».
Как это возможно? Отказ и наслаждение кажутся противоположностями. В этом заключается уникальный гений «Иса-Упанишады». Здесь «отказ» не означает покинуть дом и семейный очаг, чтобы уйти жить в лес. Здесь отказ не означает отказ от вещей, а скорее отказ от чувства «эго» и «привязанности», связанных с ними.
Растворение «моести»: «Это тело — моё», «Этот дом — мой», «Эта должность — моя», «Эта мысль — моя» — именно эта «моесть» является корнем всех страданий. Мудрец говорит, что когда всё принадлежит только «Ишу», то что же в этом «мое»? Ничего. Мы не являемся владельцами, а лишь «попечителями» или хранителями. Эта жизнь, это тело, эта семья, это имущество — это наследие, временно вверенное нам Богом. Наш долг — защищать его и правильно использовать, как честный управляющий, но не претендовать на право собственности над ним.
Когда жизнь проживается с этой «точкой зрения попечителя», полностью меняется само качество «наслаждения». Тогда еда становится не просто наполнением желудка, а подношением прасада в храме тела. Тогда зарабатывание денег становится не гонкой за накоплением, а возможностью служить безграничному Нараяне в образе общества. Тогда вы наслаждаетесь всеми удовольствиями мира, но они не захлестывают вас. Вы празднуете, но не опечаляетесь, когда праздник заканчивается.
Разница между радостью и привязанностью: радость — это свобода, привязанность — это рабство. Когда вы видите красивый цветок и испытываете восторг, это радость. Но когда вам приходит в голову мысль сорвать его и положить в карман, это уже привязанность. Привязанность разрушает эту радость, потому что она переплетается со страхом потери. «Наслаждение с отречением» означает радоваться цветку, пока он находится на ветке, не пытаясь сорвать его. Это значит наслаждаться каждым жизненным опытом с позиции наблюдателя, не пытаясь удержать его.
Эта сутра не делает нас эскапистами, а скорее настоящими художниками жизни, которые исполняют каждую роль на мировой сцене с совершенным мастерством, но при этом знают, что они всего лишь актёры, а не персонажи.
Вторая часть второй строки: Чье это богатство?
«Не желай богатства другого».
Этот заключительный афоризм подкрепляет предыдущий. «Не жажди чужого богатства». Здесь «богатство» означает не только деньги или имущество. Всё, что мы стремимся приобрести — будь то предмет, должность, престиж или отношения — является «богатством». «Грудха» означает набрасываться, как стервятник, жаждать или смотреть с алчным взглядом.
Мудрец задает простой вопрос: «Касья свитам дханам?» — «Чье это богатство?»
Это вопрос, ответ на который кроется в молчании. Если всё принадлежит Богу, то чье же это богатство? Оно не моё и не твоё. Оно просто часть обширной системы; то, что сегодня моё, завтра станет твоим. Так же, как вода в реке постоянно течёт, никто не может заявить: «Это моя вода». Точно так же поток богатства, возможностей и власти постоянно меняется.
Когда это осознание углубляется, жадность, зависть и соперничество теряют смысл. Жадность существует только до тех пор, пока сохраняется различие между «богатством Бога» и «моим богатством». Если всё принадлежит Единому, у кого же я должен пытаться что-либо отнять? Почему я должен испытывать зависть, видя что-то у другого, если знаю, что это было дано ему тем же Богом, который дал это и мне?