Цветочный магазинчик в Танглвуде

Она сидела дома, свернувшись калачиком в кресле и пристроив на колени ноутбук, непрерывно размышляя о том, что, когда ты сам себе начальник, твой рабочий день никогда не заканчивается. Лиэнн оплатила пару счетов, избавилась от спама в почте, сохранила одну из рекламных рассылок в папочку «для чтения» и вдруг заметила кое-что, что заставило ее сердце чуть не выпрыгнуть из груди – имейл с конкурса «Восходящие звезды».

Она мысленно успокаивала себя, медленно продвигаясь курсором к кнопке «Открыть», ожидая увидеть там что-то вроде «спасибо за участие, но вынуждены вам отказать». Она вспомнила, как уже чуть не упала в обморок, когда получила от них имейл с подтверждением регистрации на конкурс. Пытаясь рационализировать происходящее, она все же не могла унять невольную дрожь.

Лиэнн прочитала сообщение. Затем еще раз. И еще. Она подняла глаза от экрана и уставилась в стену. Чтобы полностью убедиться, она перечитала его в четвертый раз.

Она прошла в следующий раунд отбора!

Письмо гласило, что ее приглашают в Лондон для собеседования и практической демонстрации ее способностей в студии.

От волнения она почувствовала в груди тошноту. Еще бы! Что, если она выставит себя полной дурой? Что, если она им не понравится? Что, если камера извратит ее внешность и превратит в ведьму с лохматыми волосами? Она была достаточно наслышана о том, что у камеры есть свой характер – одних людей она любит, а других ненавидит. Вдруг она относится ко второй категории?

Лиэнн успокаивало лишь то, что у нее оставались пути отхода. Она всегда может притвориться, что не видела письма, и забыть об этом.

Да ну! Ни за что нельзя упускать такую возможность, даже если мысль об этом заставляет тебя спрятать голову в землю.

На секунду отпустив переживания, она вдруг осознала – ее приняли в следующий раунд! Она была достойна!

Лиэнн почувствовала острую необходимость поделиться с кем-то этой новостью. Мама была на совещании по сбору средств на замену крыши церкви, зато отец был свободен. Она силилась припомнить, что именно он бормотал о каком-то человеке и собаке, но предположила, что он наверняка сейчас проводит время с Бесс и ее щенками, и решила найти его. Этим очаровашкам было всего восемь недель. Вот и отличный повод поиграть с ними, так как работать после подобного перевозбуждения она совсем не могла.

Бесс, как и другие собаки, живущие на ферме, имела в своем распоряжении одну из старых конюшен, мимо которой и лежал путь Лиэнн к дому. Она с трудом пыталась вспомнить, жили ли здесь когда-нибудь лошади. Обычно собаки спали в одном помещении, но Бесс к рождению щенков отвели отдельную жилплощадь.

Вы бы только видели эту гордую мать с семью щенками – четырьмя мальчуганами и тремя девочками. Любимицей Лиэнн была самая миниатюрная малышка, последняя из помета. Она была застенчивее и тише, чем остальные, но зато гораздо любвеобильнее. Обниматься ей нравилось больше, чем играть.

Лиэнн облокотилась о дверь, умиротворенно наблюдая за этой картиной. Щенки увлеченно сосали грудь, и она не хотела их тревожить, поэтому просто стояла и смотрела. Ей хотелось оставить всех малышей себе, столь милыми они были. Отец, конечно, наотрез отказался от подобного предложения. Если бы они оставляли каждого щенка, на ферме уже яблоку негде было бы упасть от собак. Кроме того, у каждой собаки была задача – пасти овец, а на столько животных овец не напасешься. Отец уже начал тренировать их и готовить к переезду в новые дома, но двое щенков никак не понимали, что же от них хотят. Вот на одну из них и положила глаз Лиэнн.

Когда Бесс наконец-то закончила нянчиться со своим выводком и радость материнства на ее мордочке сменилась страдальческим выражением – вероятно, дали о себе знать острые зубки щенят, – она поднялась на лапы. Затем собака запрыгнула на постамент в попытке сбежать от собственных детей и зашагала по скрипучим деревянным доскам, покрытым соломой.

Это был сигнал для Лиэнн. Она стремительно отодвинула задвижку и тут же захлопнула за собой дверь конюшни, чтобы никто из маленьких негодников не успел выбежать. Лиэнн опустилась на солому и открыла свои объятия для маленьких, пахнущих молоком щенят. Она теребила их толстенькие животики, наслаждалась пушистой гладкой шерсткой и мягкими подушечками. В чем плюс щенков, так это в том, что они всегда рады тебя видеть. Виляя короткими хвостиками, они приветствовали ее тоненькими повизгиваниями.

Господи, какие же они милые! Лиэнн согласна была провести здесь целый день, быть покусанной, слюнявой и помятой. Общение со щенками помогло ей успокоиться и унять до сих пор не покидавшее ее волнение от необходимости ехать в Лондон. Теперь она могла мыслить на свежую голову.

Да, это будет нелегко, ей придется много работать и совершенствовать свои навыки. Но только представить себе, как же будет замечательно, если она взаправду выиграет!

– Так, спокойно, – сказала она себе.

Сперва нужно было пройти собеседование, не говоря уже о конкурсах на телеэкране.

– Будем решать проблемы по мере их поступления, – пробормотала она, в то время как Бесс радостно завиляла хвостом, как бы соглашаясь с ней. Бесс было семь лет, что делало из нее мудрую и опытную мать. Кроме того, она была одной из самых выдающихся овчарок, и поэтому отец Лиэнн принял решение выводить от нее потомство. У Бесс был прекрасный характер, она спокойно относилась к тому, что люди выражают такой интерес к ее щенкам. Однако, заметила Лиэнн, собака все же слегка напряглась, когда девушка взяла на руки ту малышку, которая ей так сильно приглянулась, прислушиваясь к биению ее крохотного сердечка. Она с первого взгляда украла кусочек ее собственного сердца. Было грустно, что она не сможет оставить ее себе. Отец не любил, как он называл, бесполезных животных на ферме. По его мнению, каждый должен был зарабатывать свой хлеб. Именно поэтому шансы Лиэнн на удочерение щеночка были практически на нуле.

Отец уже выбрал потенциального кандидата на замену Шепа, а всех остальных намеревался продать. За многими с самого начала были закреплены хозяева из местных фермеров и пастухов. Лишь двое оставались не у дел – в их числе и эта малышка.

Лиэнн назвала ее Нэлл. Это было большой ошибкой – не само имя, а факт того, что она настолько сроднилась со щенком, которого неизбежно нужно будет отдать, что дала ему имя. Но противостоять этому было трудно. Тем более что она уже давно так не привязывалась ни к кому из животных. В последний раз это был поросенок, которого приобрели на убой. К счастью, он превратился в огромную свинью и прожил до старости благодаря Лиэнн, которая, хоть и росла на ферме и знала, для чего покупают таких животных, выплакала все глаза, умоляя не отдавать Грунтера на убой. Братья до сих пор подшучивали над Лиэнн по этому поводу каждый раз, когда мама готовила жареную свинину на обед.

Вдруг она услышала голоса, один из которых принадлежал отцу. Она быстренько поцеловала малышку в ее сладкий лобик и поднялась на ноги. Заглянув в щель, Лиэнн увидела, что сюда направляются двое мужчин. Мысленно она молилась, чтобы парень хотел именно служебную собаку, а не питомца.

– Остались всего двое: мальчик и девочка, – сказал отец. – Но, должен сразу сказать, девчонка совсем ничего не умеет. Лучше взять парня. Он как две капли воды похож на своего отца – активный и резвый.

Лиэнн натянула на лицо улыбку. Отец, как всегда, был предельно откровенен. Он многое повидал на своем веку и мог с первого взгляда отличить потенциально хорошую собаку от ни на что не годной. Лиэнн слегка обрадовалась, надеясь, что ему не удастся продать кому-нибудь эту девочку, и поэтому все еще улыбалась, когда незнакомец наклонился, чтобы поближе разглядеть щенков Бесс.

– Какие милые! – сказал парень.

По акценту было ясно, что он не местный. Лиэнн принялась изучать его лицо, пока тот играл со щенками. Его внешность заставила ее сердце затрепетать. Он был очень симпатичным, даже в походном наряде. Высокий, около шести футов ростом, и широкоплечий, а это была самая большая слабость Лиэнн. Рыжевато-каштановые волосы, глубокие серые глаза и красивый подбородок (они Лиэнн тоже нравились), – вот и все, что она могла разглядеть.

Она отряхнула джинсы от соломы и подошла к ним, ощущая на себе пристальный взгляд парня.

– Привет, дорогая, – сказал отец. – Я тебя и не заметил.

– Привет, пап! Знаете, он прав, – добавила она, обращаясь к незнакомцу. – Мальчик действительно более смелый и смышленый из этих двоих.

Лиэнн наклонилась, чтобы поднять щенка, громко зарычавшего в знак протеста. Парень рассмеялся, что позволило ей оценить его добрую улыбку.

– Какой дерзкий! А это та самая девочка? – спросил он, указывая на Нэлл, которая забралась на кроссовку Лиэнн и теперь умиротворенно посасывала один из шнурков, довольная собственным положением.

Лиэнн посмотрела под ноги.

– Да, это Нэлл, – сказала она с улыбкой.

– Зачем ты дала ей имя? – с укором спросил отец. – Первое правило заводчика.

– Значит, Нелл? Вы часто разводите собак, мистер Грин?

– Да так, иногда. Шеп, отец потомства, уже довольно стар, так что пора готовить замену. Бесс, – он указал на мать семейства, – уже рожала однажды, так что этот раз станет последним. Она внесла свой вклад.

Лиэнн очень расстроилась из-за этих слов. Ей нравилось время, когда на ферме обитали щенки. В мире не было ничего более прекрасного, чем когда собаки встречают тебя виляющим хвостом и милым повизгиванием. Умножьте это на количество щенков в помете – и получите рецепт райского наслаждения.

– Кстати, я Лиэнн, – она решила, что прошло уже достаточно времени, чтобы наконец представиться, и протянула правую руку парню. Левая была все еще занята брыкающимся и извивающимся щенком, которого она прижимала к груди.

– Рекс, – ответил он, пожав руку.

– О, так вы уже придумали для него имя? – сказала Лиэнн, поднимая щенка, чтобы посетитель мог лучше его рассмотреть. – Это отличное имя для собаки.

Обычно овчаркам давали односложные имена, которые легко было выкрикивать.

Отец Лиэнн фыркнул. Лиэнн недовольно посмотрела на него, недоумевая, отчего он кусает губу и почему его лицо багровеет от сдерживаемого смеха.

– Нет, это мое имя, – сказал Рекс, мило улыбаясь. Смиренно и слегка извиняющимся тоном.

– Ой, простите. Должно быть, вы часто сталкиваетесь с подобным недопониманием, – заметила она, морщась от подобной оплошности.

Кто, если не она, мог за пять минут знакомства успеть оскорбить самого симпатичного мужчину, что она видела в этом городке за последнее время.

– Так что вы посоветуете, мистер Грин? – повернулся он к отцу.

– Зовите меня Джефф. Вообще, зависит от ваших целей. Кобель вырастет в серьезную собаку, а с сучкой вы сможете проводить вместе спокойные тихие вечера. Вам собака для работы или для души? Повторюсь, вот эта, – он показал на Нэлл, – не очень-то подходит для того, чтобы пасти овец. Она обожает людей, поэтому рядом с вами все ее внимание будет сосредоточено на вас, а не на работе.

Лиэнн всматривалась в лицо Рекса, стараясь прочитать его мысли, эмоциями накатывавшие на его лицо, как облака на горизонт.

– На самом деле и для работы, и для души, – в конце концов сказал он. – Я планировал брать собаку с собой на учебу и в поля.

– Кем вы работаете? – спросил Джефф.

– Я смотритель парка.

– Ну ничего себе! – закивал он в знак одобрения.

Все в семье Лиэнн знали, насколько важно хорошее управление для успешного существования парка. Для отца звание рейнджера всегда было одной из высших похвал.

– Мне нужна такая собака, которая не будет бояться новых людей, но одновременно и относиться к ним будет спокойно.

У Лиэнн тут же закралось предчувствие, что она вот-вот потеряет Нэлл. Не желая выдать своих чувств, она взяла ее на руки, чтобы продемонстрировать. Возможно, это был последний раз, когда она вот так могла ее обнять. Нэлл прижалась к ней, и Лиэнн глубоко вздохнула. Никогда ей не надоест аромат щенка и ощущение мягкого крохотного тельца. Нелл лизнула ее в нос, что заставило девушку рассмеяться. Что же она за милашка!

– У вас ведь раньше была собака? – поинтересовался отец.

Он всегда считал своим долгом убедиться, что отправляет щенков к хорошим, знающим людям.

– У меня была спрингер-спаниель. Ее не стало шесть месяцев назад, – рассказал Рекс. – С тех пор я думал, что у меня никогда больше не будет собаки, но без нее в доме так тихо.

Лиэнн ужасно растрогалась, так что от неожиданности сделала шаг вперед и сунула Нэлл прямо в руки Рексу. Теперь она твердо поняла, что малышка все равно покинет ферму, будь то с Рексом или нет. Но Лиэнн хотелось бы, чтобы именно этот мужчина с любовью в глазах и болью в сердце стал спутником Нэлл. Он точно будет заботиться о ней лучше, чем кто бы то ни было. Несмотря на то что она не знала об этом молодом человеке ровным счетом ничего, она была в этом уверена.

Она с тревогой наблюдала за сменяющимися эмоциями на его лице. Для него поступок Лиэнн тоже стал полной неожиданностью, но, как только Нэлл оказалась в его руках, он тут же растаял.

В расстроенных чувствах Лиэнн открыла дверь конюшни, уверенная в том, что столь полюбившийся ей щенок покидает ее навсегда. Но хоть дом ей попадется по-настоящему достойный. Скрывая свои слезы и не в силах произнести ни слова из-за комка, собравшегося в горле, она побежала в дом, молча попрощавшись с маленькой собачкой, укравшей ее сердце.