- -
- 100%
- +
Я недовольно отобрала подушку у пятилетнего мальчугана, оказавшегося сыном Дэна. Кем именно, я не знала: они близнецы, их и Дэн-то не всегда различает. Но это, кажется, Крис – Майк вроде бы потише.
– Вставай, Дженни, мы уже пришли! – заорал на ухо милый ребёнок. Точно, это Кристофер, Майк вон в углу стоит, сосредоточенно ковыряется в моём блокноте.
– Прости, Дженнифер, мы не знали, что ты спишь. – В комнату вошла Маргарет. Сама забота. – А ну кыш отсюда! – Это уже детям.
– Сейчас спущусь. – Смирившись с тем, что мой оздоровительный сон откладывается на неопределённый срок, я вылезла из кровати. Внизу уже правил хаос. Почему от таких крошечных детей всегда так много шума? Будто перед тобой целая регбийная команда, а не два пятилетних мальчика. Щёлкнув по дороге чайник, я, зевая во весь рот, прошла в гостиную и забралась с ногами в кресло. Маргарет устроилась напротив, даже не делая попыток утихомирить разошедшихся детей. Голова начала медленно, но верно раскалываться.
– Ты за Дэном, надеюсь?
– Вообще-то я хотела бы оставить его у тебя насовсем, – нервно рассмеялась Маргарет.
– И не надейся! – Я попыталась поддержать шутку. – Чай будешь?
– Дети, вы будете чай? – Почему, вот почему всегда так? Почему мамы начинают спрашивать детей, будут ли они то или иное из того, что обычно предлагают взрослым людям? И почему они всегда соглашаются, и потом этот чай стынет в кружках, а гостиная полна крошек от кексов и перемазана яблочным джемом?! Я тоскливо рассматривала новое пятно на обивке дивана и прикидывала, как легче его оттереть.
– Я не знаю, что мне делать. – Маргарет, закончив, так сказать, светскую беседу о погоде, наконец приступила к цели своего визита. – Он приползает от друзей пьяный в стельку, орёт, обижается, если я с ним не разговариваю, обижается, если разговариваю не так, снова орёт…
– Ты решила мне рассказать, как ведёт себя мой бывший муж, когда напьётся? – я скептично хмыкнула. – Маргарет, мы с тобой не раз уже это проходили. Наутро он тише воды, ниже травы. Просто не обращай на него внимания. Он никого не тронет.
– Ну да, конечно. Ты же как-то его терпела… – Маргарет покосилась на меня, скептично поджав губы. Она почему-то была уверена, что мы развелись из-за какой-то мутной истории, связанной с побоями. Понять, что люди просто устали друг от друга, Маргарет в упор не могла.
– Просто не трогай его. – Я отпила остывший чай. – Он и пьёт-то редко, было бы из-за чего скандалы устраивать.
– Мне бы твоё спокойствие! – Маргарет театрально закатила глаза. – Я так устаю с ними… – Взгляд на детей. – Я совершенно ничего не успеваю! Ни приготовить, ни убрать!
«Ну да, на маникюр и парикмахера времени и денег у тебя хватает», – я не удержалась от оценивающего взгляда. Кажется, Маргарет поняла, о чём я подумала, и покраснела. Но тут же вызывающе посмотрела на меня.
– За собой тоже надо находить время следить!
– Непременно, – поддакнула я. – Но сейчас речь не об этом. Дэн живёт здесь. Это неправильно. Забирай его домой.
– Он алкоголик, который пьёт без просыху!
– Раз в месяц встретиться с друзьями, по-твоему, без просыху?
– Ты всегда его поддерживала! – Она посмотрела на меня так, будто обвиняла во всех смертных грехах разом.
– И что? – я устало пожала плечами. Спать хотелось неимоверно. Даже невзирая на крики. Так бы и уснула прямо здесь, в кресле, обмазанная яблочным джемом. И пусть из чайника поливают, как на Сумасшедшем Чаепитии, я не проснусь.
– А как же женская солидарность? – Маргарет так натурально удивилась, что я не выдержала и хмыкнула.
– Маргарет, – медленно, как ребёнку, принялась объяснять я, – мы с тобой знакомы вот уже шесть лет. Ты так и не поняла, что я всегда за справедливость, а не за солидарность? Мужскую, женскую, неважно какую? Дэн не виноват, ему тоже хочется иногда расслабиться, так же, как тебе.
– Но я же не пью!
– Так причина в тебе, а не в Дэне, – я удовлетворённо улыбнулась. – Меняйся.
Не считаю себя мелочной, но Маргарет иногда раздражает. А когда она начинает говорить о Дэне как о своей собственности, меня немного клинит. Совсем чуть-чуть.
– Спасибо за совет. – Маргарет ядовито улыбнулась и прикрикнула на детей, чтобы шли обуваться.
– Всегда пожалуйста. – Да не пробьёшь ты меня своим презрением! Мне на тебя вообще наплевать. И ведь не пытаюсь скрыть своего к ней отношения. Так нет, всё равно каждый раз приходит и жалуется, просит совета, будто мы лучшие подружки! Дверь за шумной частью семьи Дэна захлопнулась, и я осталась наедине с бардаком. Не буду убирать. Не хочу.
***
В «Пьяной утке» было на удивление спокойно. Новый бармен развлекал Китти, немногочисленные гости потихоньку попивали пиво, на кухне колдовала Ирэн. Окинув идиллическую картину общения бармена и официантки, я красноречиво кивнула последней, намекая на двух посетителей, рассаживающихся за столиком у окна.
– Смотрю, ты со всеми уже познакомился? – Я кивнула Уильяму, отметив быстрый взгляд, который кинула на меня Китти, вставая со стула. Серьёзно? Ревность? А как же любовь до гроба со своим Джонни? Или Джеком? Или как там его…
– Да, у вас здесь хорошо. – Из-под русой прядки сверкнули светлые глаза. Он повернул рычажок, наливая светлый стаут в кружку.
– Хорошо. – Не знаю, к чему я это сказала. Мы встретились глазами, и я вдруг почувствовала себя неуютно и быстро шмыгнула на кухню к Ирэн, но там она объясняла Итону, как резать лук соломкой, а этот момент всегда вызывал во мне слёзы. Пришлось вернуться в бар.
Я устроилась в углу, притащив вниз ноутбук: Алекс был занят, а приглядывать за новеньким всё-таки кому-то стоило. Но тот на удивление легко справлялся – может, потому, что народу действительно было слишком мало. А может, из-за широченной улыбки, не сходившей с лица. Я смотрела, изредка ловя себя на мысли, что попросту зависаю над этой улыбкой, над ленивой грацией, с которой Уильям перекидывал бутылки из руки в руку, или же наливал пиво, или убирал пену, или… Мать моя женщина, да у меня просто давно не было мужика! Пора навестить секс-шоп. Успокоив себя, я решительно отвернулась от стойки и уткнулась в экран, разбирая счета. Невероятно увлекательное дело, хочу я вам сказать.
Вечер постепенно набирал обороты, бар заполнялся привычной толпой туристов вперемешку с местными завсегдатаями. Шум, смех, выкрики и обсуждение очередной серии нового популярного шоу вконец отвлекли меня от цифр и колонок. Я раздражённо захлопнула ноут и выдохнула. Нет, ну а чего я ждала? Хочешь работать – иди в кабинет. Или найми наконец бухгалтера на полставки. Скряга.
Заинтересовавшись, я сунула ноутбук под мышку и подошла ближе, прислушиваясь.
– Да ладно, тебе что, действительно никто ни разу этого не говорил?
– Ни разу, – подтвердил Уильям и, кивнув мне, вернулся к разливанию эля.
– Не может такого быть! – не терпящим возражений тоном заявил кто-то ещё. – Ты же вылитый Мэддисон!
– Кто? – я нахмурилась, подходя ближе. – О чём речь?
– Смотри, Джейн! – Ко мне повернулись две любительницы мартини, которые просиживали в «Утке» практически все вечера в надежде встретить свою любовь. – Он же вылитый актёр, Том Мэддисон! Ну же, посмотри внимательнее!
– Не слышала о таком. – Я пожала плечами, но всё-таки позволила себе бросить заинтересованный взгляд на Уильяма. Харизмы у него хватало. Так и хочется смотреть и слушать, не вникая особо в смысл слов. Голос приятный. Мог бы читать Шекспира со сцены на местных праздниках…
– Да ну тебя, – махнула рукой одна из девушек, снова поворачиваясь к Уильяму и прищуриваясь. – Хотя да, ты прав, у тебя подбородок толще. И он вроде бы выше… Выше же, да Крис? – И она обернулась к подруге. Та с готовностью кивнула и скептично покачала головой.
– Отдалённое сходство, конечно, есть, но до Тома ему далеко. Очень далеко.
– Что я и пытался вам доказать, – широко улыбнулся Уильям и хитро подмигнул мне. Я фыркнула и, обойдя стойку, пошла наверх. Видно, тут и без меня все справляются.
Отчёт был готов к девяти, к тому же времени бар начал пустеть, напоминая о том, что пятница только завтра. Несколько столиков ещё были заняты, но Китти уже убрала посуду с остальных, а Уильям натирал пивные кружки, задумчиво уставившись в одну точку. Я остановилась на середине лестницы и, пользуясь тем, что снизу меня не видно, позволила себе понаблюдать за ним. Уверена, даже оказавшись в комнате, полной незнакомцев, он бы легко перетянул на себя всё внимание. А сейчас, в практически пустом зале, где и смотреть-то больше не на что…
Красивые мужские руки – моя слабость. Я обращаю на них внимание везде: в автобусе, в метро, в магазине и, конечно, на работе. Я могу уставиться на чужие руки и просто любоваться ими, пока меня не окликнут или пока обладатель этих рук не заметит этого и не смутится. Но никогда ещё эти самые руки не возбуждали так сильно, как руки Уильяма. Наверное, я фетишистка. Может, попросить его руки себе на память, когда будет уходить?
Длинные пальцы скользили по ободку, то и дело проникая внутрь, иногда выскальзывая из полотенца и снова возвращаясь, чтобы мягкими движениями пройтись по стеклу. Подняв бокал на свет, он отставил его в сторону и принялся за следующий, а я невольно выдохнула, чувствуя слабые, но так легко распознаваемые признаки возбуждения. Надо же, какие умелые пальцы… Попробовать бы их в деле… Стоп. Выдохни. Успокойся. Ты же не семнадцатилетняя нимфоманка, в самом-то деле! Взрослая, самодостаточная женщина. Вон, даже кот есть.
– Что-нибудь налить? – Его голос наконец выдернул меня из медитативного ступора, в котором фигурировали его пальцы. Я вздрогнула, отведя глаза от мужских рук, и, встречаясь с Уильямом взглядом, почувствовала, как вмиг запылали уши – как давно он понял, что я стою здесь и наблюдаю за ним?!
– Я не пью на работе. И тебе не советую. – Кажется, получилось слишком строго. Я нервно провела рукой по волосам, заправляя выбившийся локон за ухо. Кисло улыбнувшись, я спустилась и присела за стойку.
– Я придерживаюсь тех же правил, – серьёзно ответил Уильям, отставляя в сторону очередной бокал. – Алкоголь расслабляет. Я позволяю себе пить только дома. Или, очень редко, в кругу друзей. Может, чаю?
– Можно. – Теперь я улыбнулась искренне. Кажется, подкалывать меня по поводу моих вуайеристических наклонностей Уильям не собирался. – Я ещё не говорила, но я рада, что ты нашёлся. Пусть ненадолго, но ты нас выручишь. Спасибо.
– Это тебе спасибо, что решила принять на работу незнакомца из тёмного переулка. – Он хитро сверкнул глазами. Почему-то появилось желание подвинуться и рассмотреть его ближе и лучше.
– Теперь ты можешь себе представить ту бездну отчаяния, в которую я упала? – Он усмехнулся и кивнул. На кухне раздался грохот, и возмущенный крик Ирэн долетел даже до бара.
– Ирэн в очередной раз пытается убить Итона. – Я равнодушно пожала плечами, но, поймав смеющийся взгляд, улыбнулась в ответ.
– Она отличный повар. Вам повезло.
– О, я знаю, – я покрутила кружку на блюдце. – И она, поверь мне, тоже это знает. И потому верёвки из меня вьёт.
– Вчерашний грибной день – это что-то! – Уильям закатил глаза, довольно облизнувшись.
– За это надо благодарить моего заклятого врага. – При воспоминании о самодовольной улыбке Бена меня передёрнуло. – Бенедикт Стэпфолд. Владелец конкурирующего паба, – пояснила я в ответ на вопросительный взгляд. – «Лис и лес», чтоб его.
– Война не на жизнь, а на смерть? – заинтересовался Уильям, облокачиваясь на стойку.
– Если бы. – Я вздохнула. – Скорее уж, кто кому хитроумнее навредит.
– И кто выигрывает?
– Ничья. – Я хмуро вздохнула. – Он ведёт, – нехотя пришлось признаться. – Грибы – это его идея, а до этого были азиаты…
Обсуждать с кем-то того, кто тебе неприятен, всегда приятно. К тому же Уильям слушал и живо сочувствовал.
– Значит, его паб оформлен в классическом стиле? – спросил он, когда я выдохлась и замолчала, возмущённо дыша.
– Да, – я неопределённо махнула рукой. – Кресла в стиле Чиппендейл, дубовые панели, головы зверей…
– То есть, можно сказать, что он – приверженец традиционных семейных ценностей? – тихо спросил Уильям, склонив голову набок.
– Ну, наверное, – неуверенно проговорила я. – Думаю, что да. По крайней мере, никто из его семьи никогда не разводился, и браки у всех только традиционные… Куда ты клонишь?
– Почему бы тебе не сделать «Лис и лес» местом для проведения ежегодного фестиваля представителей нетрадиционной ориентации?
– Что?! – на миг я опешила, раскрыв рот. Потом помотала головой, пытаясь представить все цвета радуги в дубовом интерьере, а затем, не удержавшись, рассмеялась. – Это слишком жестоко. Даже для него!
– Зато надолго отобьёт охоту лезть в твои дела, – довольный произведённым эффектом заявил Уильям.
– Я обязательно запомню этот совет и, когда Бен меня совсем достанет, непременно им воспользуюсь!
– Вы долго ещё тут шептаться собираетесь? – Из кухни вышла Ирэн, успевшая переодеться. – Домой пора.
Мы оглянулись – действительно, паб давно опустел, Китти и Алекс сидели за одним из столиков и смотрели итоговый выпуск новостей.
– И впрямь засиделись. – Я поднялась, и это словно послужило безмолвным сигналом – сотрудники потянулись к выходу. Уже закрывая паб, я всё ещё продолжала хихикать, представляя реакцию Бена, решись я на подобную подставу. Уильям вышел последним и помог опустить рольставни.
– Ты – преступный гений! – Я улыбнулась, повернула ключ и проверила сигнализацию.
– На последней работе научили, – загадочно бросил он и побрёл в противоположном от моего дома направлении. Проследив за ним взглядом, я покачала головой и пошла домой.
Глава пятая
Неделя плавно подходила к концу, настроение улучшалось, и даже Дэн, выглянувший из гостиной, не испортил общего настроя.
– Ты ещё здесь? – я смерила бывшего мужа оценивающим взглядом. – Советую привести себя в порядок, купить букет и бутылку шампанского и идти мириться.
– Ты меня уже выгоняешь? – недовольно проворчал Дэн, бредя за мной на кухню, словно зомби за вкусными мозгами. Даже ногами шаркал так же.
– Да. – Я повернулась и подмигнула. – Достал ты меня, Дэн. Вали домой.
– Грубовато для утра пятницы, не находишь? – Он схватил со стола бутерброд, оказавшийся позавчерашним, и сморщился, едва укусив.
– Я не Красный Крест, милый. – Я сделала танцевальное па и вспорхнула к холодильнику. – Ты меня достал. Иди домой.
– У тебя кто-то появился? – Дэн окинул меня подозрительным взглядом. Я замерла, не успев донести кусок сыра до рта. В самом деле: откуда это игривое настроение? Откуда эта лёгкость? Неужели?.. Ой, Дженни… Да ты никак запала на кого-то!
Кажется, в моих глазах всё читалось настолько легко, что Дэн лишь фыркнул, отобрал у меня кусок сыра и молча принялся наливать нам чай.
– Кто он хоть, расскажешь?
– Да ну на хер, – ошарашено проговорила я, всё ещё не веря в только что озвученную теорию и в то, что она реальна. – Да. Ну. На. Хер.
– Ладно тебе, Дженни. Со всеми бывает. Кто он? Клиент?
– Бармен, – нехотя проговорила я, падая на стул. Открытие не радовало. Честно. Для чего мне в моей спокойной жизни эти эмоции? Секс от случая к случаю бывает, и ладно. Зачем глубже копать-то?!
– Бармен?! – Тут пришла очередь зависнуть Дэна. – Но ты же категорически против отношений на работе!
– Ага, и поэтому у меня администратор встречается с поваром, – едко бросила я и тут же осеклась, поняв, что уже начинаю выстраивать линию защиты. Стоп. Выдохни. Ничего нет. И не будет. – У нас ничего не было, – нехотя проговорила я в ответ на красноречивый взгляд Дэна. Тот стал ещё красноречивее, и я возмущенно бросила в него кухонное полотенце. – Я говорю тебе: ничего нет и не будет. Он у нас на время. Через две с половиной недели уйдёт. Смысл что-то заводить?
– А может, самый и смысл, а? – глубокомысленно спросил Дэн и шлёпнул кусок ветчины на сковородку.
Последующая неделя прошла под знаком нового бармена. Точнее, он уже не был новым, его давно приняли, на прошлые выходные даже пили вместе, но я продолжала держать дистанцию, сознательно не собираясь делать попытки к сближению. Я просто влюбилась и наслаждалась каждым днём, полным потрясающих эмоций и пресловутых бабочек в животе. В общем, почти идиллия. Почти. Не считая невыразимого желания, охватывающего меня каждый раз, стоило Уильяму оказаться рядом. Запах его туалетной воды, сухой и слегка терпковатый, действовал на меня, как на собачек Павлова – чуть что, и в стойку.
А ещё я за ним следила. Нет, не пристально, а исподтишка. Бросала один взгляд тайком, проходя на кухню, или же посматривала поверх ноута, пока сидела в зале. Или бросала полувзгляд из-под бровей, когда он уходил домой… Всё это продолжалось ровно до тех пор, пока Алекс на очередном перекуре не спросил:
– Что ты так пялишься на Уилла? Если хочешь – так ему и скажи.
Тогда я поняла, что перегибаю палку. И что я точно попала. Кстати, Уильям в долгу не оставался. Не верю, что человек не чувствовал тонну флюидов, что я направляла в его сторону, пусть и не осознанно. Нет, он чувствовал и… Отвечал. Да, чёрт возьми, он отвечал, или я ничего не понимаю во флирте!
Все эти недовзгляды, полукасания рук, когда он передавал мне ключи или просто чашку чая… Признаюсь честно, я была в восторге. Снова почувствовать себя семнадцатилетней девочкой – кому не понравится?! Держало нас, видимо, только одно: мы оба были достаточно взрослыми людьми, чтобы понимать, что лучше не переводить наши отношения за грань дружбы. Пусть и призрачной, держащейся на невнятном обещании доработать до конца следующей недели.
На удивление, в пабе было спокойно, что говорило о том, что Бен Степфолд притих или же вынашивал какие-то свои жуткие планы по порабощению мира. В любом случае нынешняя пятница звала меня своими яркими огнями и тремя бутылками виски, припрятанными дома. Летти ушла с ночёвкой к подруге, и дом был в полном моём распоряжении.
– Дженнифер Уиллоу! – Этот голос я всегда узнавала среди тысячи, и он же заставлял меня резко оборачиваться, пытаясь заткнуть говорящую.
– Френсис! – Я улыбнулась. Моя одноклассница всегда отличалась своеобразной манерой общения.
– Ты, надеюсь, не забыла, что мы сегодня гуляем, и отпросилась у своих работников?
– Френ. – Я невольно покосилась на улыбнувшегося Уильяма, подозрительно резко отвернувшегося от нас. – Давай ты не будешь так кричать. Конечно, я всё помню.
Спустя полчаса мы с Френсис и Ирэн уже спешили ко мне домой, надеясь, что на паб не накинется толпа туристов, у которых внезапно сломался автобус, и что еды, приготовленной Ирэн, хватит, чтобы накормить голодных, а алкоголя Уильяму хватит, чтобы напоить жаждущих.
Три часа спустя мы уже не волновались ни о чём. Кроме того, что виски может кончиться и нам придётся идти в паб, чтобы конфисковать пару бутылок.
– Короче, так и есть, – грустно заметила Ирэн, – врач сказал, пока никак.
– Охренеть, – констатировала Френ, разливая вторую бутылку. – И что теперь?
– Теперь только ЭКО, – вздохнула Ирэн, поднимая стакан. – Давайте. За моих детей. За то, что через пару месяцев я забуду вкус этого нектара!
– Да ладно тебе, всё будет. – Френ хмыкнула и покосилась на меня. – А ты что, как там с Дэном?
– В смысле? – я искренне удивилась. – А что с ним? Мы шесть лет назад развелись.
– И что? – Френсис понятливо улыбнулась. – Он же ночует у тебя. Значит…
– Ничего это не значит, – мрачно оборвала её я. Бесит. Бесит, что мои подруги всё ещё думают, что я что-то чувствую к мужу.
– Да ладно тебе, мать, – примиряюще сказала Ирэн, стукая своим стаканом по моему. – Она просто не обратила внимания на Уилла.
– М-м, а что за Уилл, – с цепкостью гончей повернулась ко мне Френ.
– Это наш новый бармен, – охотно пояснила Ирэн. – Джейн глаз с него не сводит. Ага, Джейн, не смотри так на меня. Мне Алекс сказал!
Я закатила глаза. Чёрт. Это так видно?!
– И что, что за мужик? – Френ подалась вперёд, предвкушая жареные новости.
– Мой бармен, – нехотя буркнула я. – У нас ничего нет! – тут же поспешила осадить не в меру расшалившуюся фантазию подруги, которую можно было прочесть в её взгляде.
– Почему?!
– Потому что он скоро уйдёт. Смысл начинать? – Я вздохнула. Действительно – что за бред. Зачем?
– Да ты не понимаешь, в этом же самый сок! – не согласилась подруга. – Он уедет, и никаких обязательств, просто секс. Куда уж лучше-то?!
Я задумалась. В пьяную голову не лезло ничего лучше, чем картинки моего разговора с Уильямом. Ну, предложу я ему себя, что тут такого? Я же вижу – он хочет. Этого не спрятать. И смысл ему отказывать?! Мы через неделю не встретимся. Так почему нет?!
– Позвони ему! – Глаза Френсис азартно вспыхнули. – Позвони и скажи, что хочешь, чтобы он приехал.
– Сейчас? – я скептично скосила глаза на настенные часы, показывавшие половину второго.
– Ну а что, время-то детское! – не унималась Френ, подпихивая ко мне трубку.
– Джейн, остынь. – Ирэн попыталась привести меня в чувство. – Завтра будешь жалеть.
Но в голове уже назойливо билось желание поговорить с мужчиной моей мечты и, чем чёрт не шутит, действительно позвать его на девичник! И вообще, надо было приглашать его сразу, было бы чего стесняться! Вырвав трубку у Френ, я уставилась на неё слегка мутноватым взглядом и принялась бессмысленно водить пальцем по списку номеров, пытаясь найти единственный. Спустя две минуты пришлось признать поражение.
– Девочки, – заявила я трагичным голосом, – а у меня нет его номера!
– В смысле нет? – удивилась Френ.
– Ну вот так, нет и всё.
Мы замолчали. Где-то внизу проехала машина. И снова стало очень тихо.
– Просрала ты своё счастье, – глубокомысленно заявила Френ и потянулась открывать третью бутылку.
Мы сидели до трёх, половину этого времени обсуждая, как захомутать Уильяма Николса. К утру я была полна решимости уложить мистера Николса в постель, не требуя никаких обязательств.
Наверное, вся эта решимость так ярко читалась в моих глазах, что Уильям просто молча придвинул ко мне стакан холодного апельсинового сока. Я хмуро кивнула и покосилась в сторону кухни, где Ирэн мрачно постукивала посудой. Утро удалось. Точнее, был почти полдень, а мы никак не могли раскачаться после вчерашнего. Френсис повезло больше всего – она мирно спала у меня дома.
– Вчера было весело? – участливо спросил Уильям, и я, не удержавшись, так мрачно посмотрела на него, что он спешно вернулся к подсчёту бутылок в баре. Хотя, что уж тут лукавить, даже несмотря на похмелье, я не сводила с него глаз.
Это редкое чувство, когда мужчина ничего не делает, а ты уже готова выпрыгнуть из юбки. И из трусов. И лечь прямо на барной стойке. Господи, куда меня несёт… Кажется, кому-то надо срочно трезветь…
– Сколько вы вчера выпили? – возмущённо прошипел мне на ухо Алекс, улыбаясь очередным посетителям. – Ирэн еле поднялась. Я всё утро её откачивал.
– М-м? – я обратила мутный взгляд на администратора, пытаясь собрать разбежавшиеся в голове мысли в кучу. – Виски. Только двухсолодовый виски.
– Понятно, – мрачно бросил Алекс. – А работать теперь кому?!
– Не дрейфь, разберёмся! – я с усилием оторвалась от барной стойки, мужественно игнорируя взгляды Уильяма, и поднялась к себе. Мне нужно всего лишь два часа сна. У меня есть время до вечера. Я посплю, и всё будет отлично. Я же себя знаю.
Организм не подкачал, и к шести вечера я была как огурчик. А после пары таблеток аспирина и подавно. Ненужные мысли выветрились из головы вместе с хмелем, и я преспокойно уселась рядом с Уильямом и даже ему подмигнула.
– Что там у нас сегодня? Наплыв фанатов?
– Ты снова в строю? – Он окинул меня оценивающим взглядом.
– Опыт не пропьёшь! – Я резво подмигнула и повернулась к паре друзей – принимать заказ.
Сегодняшняя суббота обещала побить рекорды посещаемости за последние три месяца. Паб быстро наполнялся, фанаты, приехавшие на Кубок Англии, готовы были пить, где угодно и что угодно, лишь бы наливали. Сегодня «Пьяная утка» кишела болельщиками соперников нашей местной команды, и Алекс едва успевал отбиваться от не в меру громких и нахальных гостей.
– Если бы не Кубок, ноги бы моей в этом гадюшнике не было! – За стойку приземлился невысокий коренастый мужчина и неодобрительно покосился на Уильяма. Из-за наплыва посетителей я стояла рядом, помогая ему на розливе.
– Вы будете заказывать? – Уильям профессионально улыбнулся, пропустив слова посетителя между ушей.
– Гиннесс вам налить? – Я посмотрела на гостя как можно дружелюбнее.
– А девочка знает толк в пиве! – добродушно воскликнул мужчина. Я сухо пожала плечами. Только ленивый не знает о предпочтениях почитателей Святого Патрика. А посетитель выглядел как типичный лепрекон, да и говорок выдавал в нём выходца если не Дублина, то уж его предместий наверняка.