- -
- 100%
- +
— А что тут думать? Он уже пообещал, что оставит мне приличное содержание. Понятно, что основную долю получат дети и первые две жены. Но я не жадная. Да и дядька он интересный.
— Слушай, но как ты с ним того спать собираешься? — даже представлять противно.
— А, это, — Милена равнодушно машет рукой. — Ему много не надо: иногда отсосать перед сном, но чаще просто подрочить достаточно. Ну, и голой на коленках посидеть, чтобы потрогал.
Передёргивает. Хотя вокруг сплошь и рядом такие пары, в которых один гораздо старше другого, и это не обязательно мужчина, но привыкнуть не получается. Невольно думаю о Платоне. Поджарое молодое тело, широкие плечи, кубики на животе, длинные ровные ноги Не знаю, каким он будет через сорок лет, но сейчас идеальный. Почти. Как красивое яблоко с червяком внутри.
— Не всем, как тебе везёт. — Милена правильно понимает моё молчание. — У меня таких мужиков никогда не было. Они любят тех, кто помоложе, в роли любовниц.
— Но Жданов вроде бы ничего был, — вспоминаю её предыдущего, владельца сети заправок в Подмосковье. Чуть за пятьдесят, и внешность не подкачала. И ничего, что лысеть начал, зато, по рассказам Милены, работает у него всё как надо.
— Жена узнала, — кривится Милена. — Он испугался, что на развод подаст, пообещал, что бросит. Ты же знаешь: почти всё на неё записано, где я, и где его миллионы. Но он подарил машину в качестве отступных. Мой золотой парашют. Так что я не в обиде.
— А ты не думала, что чувствовала его жена, когда обо всём узнала? Всё-таки они почти тридцать лет вместе прожили.
— Да пофиг, что подумала. Как будто не знала, что он все эти годы гулял. Просто почувствовала во мне соперницу, вот и поставила ультиматум. Он с ней спал иногда, чтобы не слишком сильно ядом плевалась. Хотя я бы на её месте вообще молчала в тряпочку: вытащил из какого-то Мухосранска, ни дня не работала. Пусть бы гулял, не всё ли равно?
— Ты так спокойно об этом говоришь
— Смысл делать драму на пустом месте? Завела бы себе любовника, Кирилл бы хоть вздохнул спокойно.
— Почему?
— Ну, сама подумай: у него любовница, у неё — любовник, в семье мир. Дети взрослые, все довольны и счастливы.
Почему я не могу рассуждать так же? Насколько проще стало бы жить, прими я измены Платона и закрой на них глаза. Но как это сделать? При одном взгляде хочется яйца оторвать и в глотку запихать поглубже. Ещё больше бесит, что до сих пор нормально прощения не попросил. Всё для него просто, потому что думает так же, как Милена, как большинство друзей и знакомых. Подумаешь, трахнул кого-то на стороне.
— О чём задумалась? Не переживай, твой Платон точно налево не пойдёт, он — вымирающий вид верных мужей. Слышала, к нему как-то Дарина, ну, поняла, та, которая недавно жопу силиконом накачала, подкатить пыталась. Потом возмущалась, что послал. А Дарине ещё никто не отказывал.
Сомнительное доказательство верности, учитывая, что Дарина — как переходящий флаг, который друг другу передают. Милена тоже далеко не ушла, но она хотя бы выбирает по своим критериям, а не прыгает ко всем подряд. Похвалить Платона за то, что хорошо следы заметал? И на том спасибо, хотя и так чувствую тяжесть рогов на голове.
— Когда свадьба? — перевожу тему и следующие два часа слушаю про приготовления. Для Милены это реальный шанс обеспечить будущее. Любовница — не жена, в любой момент могут голой за дверь выставить. А тут статус и новые двери, которые перед ней откроются. Потом полдня проводим в ЦУМе, расходимся довольные друг другом и покупками. Домой возвращаться не хочется, но погода портится, да и завтра на работу, надо отдохнуть.
Платон дома, даже странно. С утра уехал, думала, до вечера не заявится.
— Удачно закупилась? — демонстративно смотрит на пакеты.
— Как видишь.
Устала от тишины, к тому же, завтра Яшка появится, надо сохранить видимость отношений.
— Я ужин заказал.
— Не голодная.
— Твои любимые вкусняшки.
— Съешь их сам.
Прохожу в гардеробную, разобрать покупки, он идёт за мной. Наш привычный ритуал: всегда разбирали вместе, потому что обычно брала и ему что-нибудь. В этот раз не купила, хотя взгляд привычно задержался на галстуках и рубашках. Даже отметила, что именно ему бы подошло, но остановила себя. Обойдётся.
— Красивый костюм, — замечает, когда развешиваю на плечики кремовые брюки и пиджак. — На работу взяла?
— Нет, на йогу.
— Малыш, — говорит вдруг тихо. Смотрю через плечо. — Что мне сделать, чтобы ты простила?
— Кастрацию.
— А если серьёзно?
— Так я серьёзно. — Повесив костюм, достаю платье из другого пакета. Шифоновое, в пол, с ручной вышивкой.
— Мне тебя не хватает.
— Вчера я сказала, как можешь себе помочь. — Платье отправляется к другим, висящим в ряд. Провожу по нему рукой — такое воздушное, что отрываться не хочется.
— Я сегодня с отцом встречался, — продолжает спокойно. — Он сказал, что мы должны помириться как можно скорее.
— Больше ничего не сказал?
Со свёкром у нас отношения ровные, ни рыба, ни мясо. Он — человек закрытый, тяжёлый и властный. Да и с Платоном особо не ладит, поэтому причин для частых встреч нет. Если бы родила не сына, а дочку, наверное, он вообще не вспоминал бы о моём существовании. Не скажу, что это бы меня сильно огорчило.
— Я с ним согласен. — Платон подходит, напрягаюсь. Чувствую тепло его тела, запах парфюма, чувствую, как воздух дрожит и густеет. Боль от предательства приходится постоянно глушить, чтобы не прорвалась наружу. Это сделает слабой, а ещё — даст ему понять, как на самом деле я уязвима.
— Отойди, — говорю сухо.
— А то что? — шепчет он, приближаясь. — Кричать будешь?
Медленно достаю коробку из очередного пакета, открываю, беру в руку туфлю на острой шпильке и также медленно оборачиваюсь. Он слишком близко, вижу, как бьётся вена на шее. Поднимаю глаза.
— А то я воткну тебе каблук в глаз, а потом скажу, что так и было.
Склонив голову набок, он весело улыбается. Демонстративно засовывает руки в карманы штанов, втягивает нижнюю губу, отпускает, оставив влажно блестеть.
— Я не отступлю.
— А я — не уступлю.
— Ты станешь мне снова доверять, обещаю. Знаешь же меня, я настойчивый.
— И ты знаешь — я упрямая. Уйди, не отвлекай.
— М, я тебя отвлекаю? — По-прежнему держа руки в карманах, он наклоняется и тянет прямо на ухо: — Приятно, что до сих пор так на тебя действую. Знаешь, так даже интересней — заново тебя завоевать.
От этого низкого глубокого тона все волоски на теле встают дыбом. Сжимаю туфлю так, что на коже наверняка останутся следы, дышу через раз, не могу смотреть в глаза, только на ямку между ключиц.
— Два раза в одну яму снаряд не падает, — отвечаю, едва ворочая языком.
— Посмотрим.
Платон резко выпрямляется и уходит, оставляя за собой последнее слово. Только тогда перевожу дыхание. С сожалением смотрю на испорченную туфлю. Жаль, придётся вернуть. Осторожно кладу её обратно в коробку, сажусь перед ней на колени. Платон слишком хорошо меня знает, знает, на какие точки надавить. Что ж, значит, надо изменить их положение: на сладкие речи я больше не поведусь.
Глава 10
Егор
Сегодня Ядвига превзошла саму себя, или это мои гормоны зашкаливают, но всё утро ловлю себя на том, что постоянно смотрю. Обычный понедельник, обычное собрание, обсуждение текущих дел, которое пропускаю мимо ушей, пока исполнительные директора из разных отделов разговаривают между собой. Ядвига выделяется среди них, удивительно, что это только я вижу. В кремовом костюме, оттеняющем рыжие волосы, мягкой волной лежащие на плече, выглядит невероятно. Заставляю себя вернуться к делам, мысленно отвешивая смачного леща. Киваю, слушая доклад финансового отдела, и снова украдкой смотрю на неё. Взгляды пересекаются, коротко, но до костей пробирает. Губы дрожат от тщательно сдерживаемой улыбки. Отвернись первая, потому что я не смогу и спалюсь.
— На этом будем закругляться. Всем продуктивной рабочей недели, — подытоживаю, когда становится тихо. Ядвига Яновна, задержитесь.
Знаю, что пользуюсь служебным положением. Пусть. Хотя бы парой слов перекинуться. Дожидаюсь, когда закроются двери, и только тогда позволяю себе жадно на неё посмотреть. Ядвига стоит, опирается папкой о стол с исключительно деловым видом. Но я уже знаю, какой она может быть. Крохи, да, но этого достаточно, чтобы привычно отстранённый вид оброс деталями и наполнился объёмом.
— Что-то случилось? — спрашивает ровно.
— Да. Хотел узнать, как ты. — Не могу больше сидеть. Встаю, подхожу, не так близко, как хотелось бы, но достаточно, чтобы почувствовать её аромат.
— За сутки ничего не изменилось. — Ядвига спокойно смотрит, а у меня внутри буря. Хочется потереть грудь, чтобы сердце так быстро не билось. Нельзя на неё так реагировать, надо успокоиться. Не могу.
— Когда мы в следующий раз увидимся? — вырывается до того, как успел подумать. Пусть через неделю, через месяц, но я хотя бы буду знать, ждать.
— Я об этом не думала.
Жестоко. То звонит, проводит вместе весь день, то делает вид, что безразличен.
— Тогда подумаю я. Что на счёт субботы?
— Сын уже дома, выходные я проведу с ним.
— Тогда среда?
— Меня не будет в офисе, поеду на производство.
— Может, пообедаем сегодня?
— Просто пойдём и пообедаем? Слухи пойдут.
Холодность убивает. Должна была заморозить пожар внутри, а он, наоборот, сильнее разгорается.
— Так легко дала шанс, а теперь отбираешь. — Касаюсь локтя, поглаживаю большим пальцем.
— Ты слишком торопишься, — отвечает мягко, но убрать руку не спешит. Это даёт надежду.
— Я и так почти не двигаюсь с места.
— При этом два раза мне отказал.Противоречишь сам себе.
— В третий раз не откажу, обещаю.
Потому что в третий раз она предложит, когда действительно захочет. Почему-то в этом уверен, а интуиция редко подводит.
— Если он будет, — усмехается. Играет, лиса. Будет, всё будет. Отпускаю, делаю шаг назад, хотя желание поцеловать и стереть эту насмешку отдаётся физической болью в паху. Как бы она отреагировала?
— Вы свободны, — отвечаю, на всякий случай скрестив руки на груди, чтобы не облапать от и до. Не развернуть, усадить на стол и заставить ровное дыхание сбиться. Съесть её губную, вылизать шею, чтобы остался только настоящий запах кожи, без примеси изысканных духов. Не знаю, что увидела в моём взгляде, потому что резко краснеет, кивает и уходит.
Понедельник сменяет вторник, в среду, не выдержав, отправляю цветы без подписи. Догадается, что от меня. Должна догадаться. Сработало — приходит в кабинет под конец рабочего дня. Повода не нужно, всё-таки она — мой заместитель, но всё это время общение было исключительно деловым. К столу идёт, плавно покачивая бёдрами, кажется, у меня, как у того волка, слюна сейчас капать начнёт. Сегодня она в красном. На ком-то бы смотрелось броско и дёшево, а Ядвига как для этого цвета создана. Юбка-карандаш, пиджак, под ним — шёлковая белая блузка с большим бантом под горлом, который так и тянет развязать.
— Спасибо за цветы.
— Какие? — вскидываю брови и наслаждаюсь её удивлением и растерянностью. — У тебя появился ещё один поклонник? Мне начать беспокоиться, или встать в очередь?
— Я знаю, что это ты прислал, — хмурится.
— Если я, как будешь благодарить? — откидываюсь в кресле, чтобы быть дальше. Слишком горячо, когда она близко.
— Как? — снова эта лисья улыбка. Ядвига опирается ладонями о стол и наклоняется. Удерживает взгляд, пару секунд демонстративно смотрит на губы. Едва держусь, чтобы не облизнуть их, враз пересохшие. Шепчет: — Я ведь уже сказала спасибо. Этого мало?
— Ты первая начала, — напоминаю, резко поднимаюсь, чтобы смотреть сверху вниз. Не могу держаться: касаюсь губ кончиками пальцев, обвожу их контур. Мягкие. Помню, какие нежные. Она не отшатывается, но и не шевелится. Застыла. Приподнимаю подбородок костяшкой указательного пальца, большим поглаживаю. Надо остановиться, но где я, и где рассудок? Внизу живота угли тлеют, кровь хлынула вниз. Как мало ей надо сделать, чтобы привести в состояние почти бесконтрольного возбуждения. Просто смотреть так, как сейчас смотрит. Опираюсь одной рукой о стол, чувствую её дыхание на своих губах. Ресницы дрожат, Ядвига закрывает глаза, не могу сдержать улыбку.
— Спасибо мне достаточно, — говорю и снова сажусь. В её взгляде гнев мешается со смущением и разочарованием? Мысленно аплодирую себе.
Фыркнув, она уходит так же стремительно, как вошла. За малым не хлопает дверью. Этот раунд остался за мной. Какой шаг сделать дальше? Забрасывать цветами пока нет смысла, не тот эффект. Драгоценности дарить рано, да и не примет скорее всего. Пригласить куда-нибудь на нейтральную территорию? Может, в Большой билеты достать? Там сейчас как раз Мариинка на гастролях, Леся все уши прожужжала — она когда-то балетом занималась, только два года назад бросила. И правильно: как вспомню, сколько убивалась, ломалась и болела. А потом сказала: раз примой не стать, то нечего стараться. В этом мы похожи: или всё, или ничего.
Леся появляется в офисе на следующий день. Как всегда без предупреждения, спасибо, что хоть вечером.
— А если бы меня не было на месте? — спрашиваю, пока она снимает дутую куртку и шарф, швыряет на диван.
— Поехала бы дальше, — пожимает Леся плечами. Нагло садится на край моего стола, двумя пальцами приподнимает лежащий ближе всего документ. — «Стратегия снижения затрат на топливно-энергетические ресурсы за период». Фу, как скучно. Ты реально понимаешь, что тут написано?
— Конечно понимаю, — отбираю документ и убираю в папку. — Чем обязан?
— Мы почти месяц лично не виделись, не соскучился? — надувает губы. У Леси тонкие черты лица и изысканная аристократическая красота. Очень легко представить в платье девятнадцатого века и широкополой шляпе. Но она, как будто пытаясь это скрыть, броско красится, коротко стрижёт некогда русые, а сейчас белые волосы и носит джинсы с высокими ботинками. Видели бы родители, инфаркт бы хватил. Может, и к лучшему, что их уже нет. У нас десять лет разницы, Лесе недавно двадцать три исполнилось. На день рождения мотоцикл попросила, сумасшедшая. Знает, что после смерти родителей ни в чём ей отказать не могу.
— Мне нравится твой кабинет, — она обводит его взглядом, как будто в первый раз видит. — Но я бы добавила яркости.
— Знаю я твою яркость: мазня друзей и постеры с героями мультфильмов. — Вспоминаю её квартиру. — Обойдусь.
— Вот поэтому ты до сих пор один: ску-учный. Зануда.
Леся шутливо щёлкает по носу, фыркает, и именно этот момент Ядвига выбирает, чтобы зайти. Застывает в дверях, прижимая папку к груди. Впервые за день увидел, сердце сладко ноет. Она снова в красном, вчерашний костюм. Дома не ночевала, или просто понравилось?
— Извините, что помешала, — говорит сухо.
— Не помешали. Что-то важное? — спихиваю сестру со стола.
— Надо согласовать пару документов, но я лучше завтра зайду. К тому же, рабочий день уже закончился. До свидания.
Уходит, я продолжаю смотреть на закрывшуюся дверь. Всё за Ядвигой тянется. Леся громко присвистывает.
— Вижу, почему тебе яркость не нужна, она под носом ходит. Секретарша?
— Мой зам.
— У вас что-то есть? Показалось, что ей не понравилось, как близко к тебе я сидела.
— Ничего у нас нет, — невольно вздыхаю, забыв, что рядом не сестра — ищейка, которая тут же встаёт в охотничью стойку.
— Но ты бы хотел.
— Я? Нет. Мы давно вместе работаем.
— Ага, поэтому смотрел так, что воздух заискрился. Хочешь, догоню и скажу, что я твоя сестра.
— Не надо. — С силой тру глаза. Было желание броситься за ней, но может, это к лучшему. Если это вызовет хотя бы крохотную искру ревности, это сыграет на пользу.
— Так ты уже закончил? Давай поужинаем вместе, — предлагает Леся и складывает руки в молитвенном жесте. — Пожалуйста. Хочу провести время с любимым братиком.
— И выжрать мне мозг чайной ложечкой. — Ворчу и выключаю компьютер. — Ладно, поехали, давно вместе не сидели.
Леся отвлекает от мыслей о Ядвиге, но они возвращаются к ночи. Завтра объясню. Не нужна мне её ревность такой ценой. Глупо, выглядит так, будто подстроил. Решив, что точно поговорю, утром собираюсь вызвать к себе, но она как мысли читает — входит, слышу, как говорит:
— Не беспокойте нас пока.
Пересекает кабинет, звонко цокая каблуками, обходит стол, решительно кладёт ладонь на затылок и впивается в губы. Опешив, даже не успеваю ответить. Ядвига прерывает поцелуй, смотрит в глаза.
— Я больше не хочу ждать. Хочу тебя.
Не могу больше ждать. Никаких сил не хватит, когда так настойчиво предлагают. Оттолкнувшись от подлокотников, подаюсь к ней, с силой сжимаю шею и целую, раздвигая языком губы.
Г
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.