Пари на дракона

Глава 5. Разрушение стереотипов

– Проходите!

Звонкий голос Клеоны разносится по просторной комнате и улетает под высокий потолок. Втроём с Лери и Миррой мы настороженно просовываем головы в открывшийся проём.

Южное крыло академии Илларии оказалось построено совсем недавно, а потому возводилось по большей части из дерева. И комната, которую выбрала Мирра, радует нас большими окнами, насыщенным запахом листвы и бежевыми оттенками интерьера.

– Ещё две кровати, как и шкафы для одежды и учебников, доставят к вечеру. Дополнительные столы сюда уже не влезут, но я надеюсь, что вы тут ненадолго. Всё же запланированные для вас покои строятся и уже на финишной прямой. – Клео проходит в центр спальни и, развернувшись, взмахивает рукой, будто делит комнату пополам. – Я ещё закажу ширму, чтобы отделить чайную зону от спальной. Вдруг ты захочешь устроить посиделки.

– Спасибо. – Мирра отмирает первой и проходит внутрь. – Здесь очень мило. Но я не хочу чем-то выделяться среди остальных студентов. Если у них в спальнях нет чайных зон, значит, и нам не надо. Верно, девочки?

Мы одновременно киваем и продолжаем осматриваться. Замершие у двери Броваль и его старший офицер бросают на нас насмешливые взгляды. Лери мстительно показывает язык и первой проходит внутрь.

А я что? А я просто более осмотрительная и предпочту убедиться в полной безопасности помещения. Особенно после слов Ильке.

– Кстати, Клео. – Лери, скептически поджав губы, обходит периметр комнаты и проверяет все горизонтальные поверхности на наличие пыли. – А почему нас не ждали? Это как-то невежливо.

Лицо драконицы покрывает густой румянец, и она опускает взгляд на кончики туфель.

– Наверное, я что-то напутала в графике вашего приезда. С чего-то решила, что раз делегация Конклава прибывает завтра, то вы приедете через неделю. Честно, я не знаю, как так вышло. Но обязательно выясню, – с жаром заявляет она, резко подняв голову.

В её глазах горит фанатичная уверенность, которая не оставляет сомнений: Клео доведёт расследование до конца. Я не удивлюсь, что, если это действительно её ошибка, драконица себя как-нибудь накажет. Например, принудительным отлучением от любого вида деятельности.

– Всё в порядке, милая, – откликается Мирра, усаживаясь на пока единственную кровать, стоящую у дальней стены, прямо напротив входа. – В конце концов, ничего плохого не произошло.

На этих словах Броваль громко хмыкает, чем отчётливо выражает мнение по поводу нашей встречи драконами.

– Я сказала, меня всё устраивает! – повышает голос Мирра и поворачивается к Клео. – Расскажи, где мы должны были бы жить? И вообще, какие у нас планы?

Пока драконица рассказывает о какой-то чудесной оранжерее, которую строят специально для нас и в которой должны были быть наши отдельные домики, я осматриваюсь. Примеряюсь, где хотела бы расположить свою кровать. И клетку Шуша. После выходки с павлиноглазками я заперла его до окончания брачного периода. От греха подальше.

– Клео, наш багаж прибудет ближе к ночи. Как только портал восстановит магический резерв, – говорю я, заглядывая в соседнее помещение.

Там обнаруживается просторная купальня с большой ванной, выполненной из тёмного мрамора.

– Я очень прошу, внимательнее с клетками наших питомцев.

– Да, и моих павлиноглазок надо доставить в инсектарий, – спохватывается Лери. – И перевозить их надо отдельно от её шушарика!

– Кого?! – удивляется Клео, переводит ошарашенный взгляд с меня на Лери и обратно. —У тебя есть живой шушарик?

– А что такого? – настороженно интересуюсь я.

Возвращаюсь к девочкам, которые уже удобно расположились на кровати Мирры.

– Ты что! – восторженно вскакивает Клео и начинает нервно вышагивать по комнате. – Шушарики, они же лунные мотыльки, в Империи практически вымерли. Надо срочно сообщить магистру Делавир!

Она молнией вылетает в коридор, оставляя нас недоумённо переглядываться. Но не успеваем мы и слова сказать, как этот метеор возвращается.

– Простите! – запыхавшись, бормочет Клео.

Такое ощущение, что она успела добежать до главного холла и вернуться.

– Просто это такая изумительная новость! Ты ведь позволишь восстановить нам популяцию имперских шушариков?

Она смотрит на меня с таким воодушевлением, что я даже отползаю по кровати к изголовью. Клянусь Матерью, эта драконица кого угодно до нервной икоты доведёт.

– Если Шуш будет не против, – ошалело выдаю я.

Мирра и Лери, переглянувшись, заходятся в приступе смеха. Клео, да как и я, смотрим на них непонимающе. А я ещё и с лёгкой обидой. Ну чего они? Я просто очень переживаю за своего малыша.

– Думаю, Шуш будет олунически счастлив! – сквозь смех произносит Лери и поворачивается к драконице. – У него сейчас как раз брачный период.

– Всеединый, да магистр Делавир вас расцелует! – даже подпрыгнув от избытка эмоций, восклицает Клео. – Она очень давно бьётся над возвращением шушариков в империю.

– А чем они так важны для вас? – интересуюсь я, переглянувшись с притихшей Миррали.

По коридору в этот момент проходят наши парни. Значит, отведённые нам полчаса до ужина уже заканчиваются.

– Ну как же, лунные мотыльки считаются посланниками самой Илларии, богини Луны. – Клео в удивлении приподнимает брови.

Она оборачивается к выходу и машет нам ладонью:

– Идёмте, я расскажу всё по пути.

Шустро спрыгнув с кровати, мы втроём следуем за драконицей. Та резво обгоняет остальных ребят, среди которых я вижу и Мигиль с Лиарой. Да, в нашей делегации вместе с нами всего пять девушек, но и этого мы добились с трудом. Альгераль настаивал, чтобы в сопровождении были только парни. Он и Лери-то пустил к драконам со скрежетом зубов.

Все эти нюансы Мирра поведала нам ещё во время сборов. И сейчас, оказавшись в драконовой академии, встретившись с принцем и тем странным студентом, я подумываю, что решение Владыки было не таким уж и плохим.

– Шушарики – они же посланники Илларии, жены Всеединого, – как ни в чём не бывало продолжает лекцию Клео. – Поэтому для нашего народа эти мотыльки священны.

– Это она про твоего Шуша, что ли? – склонившись ко мне, уточняет Ильке.

– Угу, – не размыкая губ, подтверждаю я.

Не хочется прерывать Клео, ведь традиции и верования драконов нам не особо-то и преподавали. А тут такой увлечённый лектор попался.

– В легендах о шушариках говорится, что с их помощью Иллария смогла освободить своего мужа из плена демонического бога Эттора. Воспользовавшись новолунием, малыши шушарики проникли в темницу Эттора и, облепив тело Всеединого, скрыли его от глаз врага. Позволили ему выбраться из казематов. В благодарность Иллария наделила шушариков способностью ненадолго становиться невидимыми.

Мы успеваем дойти до выхода в холл, когда Эрто снова прерывает рассказ драконицы.

– Твой бабник и алкоголик – священное создание?

Скажи он это тихо – я бы и не подумала бы злиться. Но слова Ильке достигают ушей Клео.

– Кто бабник и алкоголик?

Драконица резко разворачивается, отчего её юбка идёт волной, приподнимаясь и демонстрируя окружающим стройные ножки девушки. И если бы не присутствие Мирры, Дрударь и остальные не оставили бы этот факт незамеченным. А так парни только многозначительно переглядываются.

– Никто, – вступаюсь я за честь своего питомца и тут же отдавливаю ногу идущей позади Лери.

Знаю я эту язву, ляпнет же что-нибудь компрометирующее.

– Просто Шуш-уть очень любит радужный нектар. А у него немного специфическое воздействие на насекомых.

– Опьяняющее, – всё же вставляет Лери, недовольно толкая меня под локоть.

Но Клео уже не слышит нас. Отвернувшись, она почти свешивается с балкона и смотрит вниз. И лишь прислушавшись, я понимаю, что там происходит очередной скандал.

– Нет-нет-нет! – вскрикивает Клео и припускает вниз по ступенькам. – Подождите меня тут, пожалуйста. Я сейчас всё решу и отведу вас в столовую.

Она сбегает так быстро, словно её потоком воздуха уносит.

– Драконы, – сварливо бурчит Броваль, подходя к балконному ограждению. – Вечно у них суета из ничего. И никакого порядка.

– Ну, не скажи, командир, – возражает один из охранников. – В бою эти твари действуют не в пример организованней.

Меня так режет слово «твари», что я непроизвольно кривлюсь.

– Господин Броваль, а можно как-то повежливее? – всё-таки не сдерживаюсь и выговариваю командиру стражи.

Ловлю на себе недовольный взгляд Ильке и парней. Но плевать. Пускай я тоже недолюбливаю драконов, но сейчас они никоим образом не заслужили такого обращения.

– Девочка, позволь мне самому решать, как их называть, – с ядовитой ухмылкой произносит мужчина. – Я знаю, о чём говорю. До того, как попасть в Летнюю стражу, я командовал гарнизоном у Янтарных берегов. И я знаю, каковы драконы в бою. Твари как есть.

– Кара права, – за меня вступается Мирра и окатывает Броваля таким ледяным взглядом, что я бы на его месте превратилась в сосульку. – Мы здесь, чтобы наладить сотрудничество. Добиться боевого братства. И ваши эпитеты никак этому не способствуют. Я доходчиво объяснила?

– Да, Ваше Высочество. – Броваль смиренно склоняет голову, его примеру следуют остальные стражники.

На секунду на лестнице воцаряется тишина. Миррали, оглядев каждого из нас, подходит к перилам и молча рассматривает суету внизу.

А я впервые задумываюсь о том, какой груз ответственности лежит на плечах Мирры. Нам это сотрудничество нужно больше, чем драконам. Так получилось, что альвы перед демонами более уязвимы, чем рептилии. И даже оборотни с их техническим прогрессом нашли способы бороться с демонической заразой.

Мы слабое звено, и мы не можем так воротить нос, как делает это Броваль. И тот же Ильке.

И такая ответственная миссия лежит на хрупких плечах Мирры?

Подхожу к подруге и глажу её плечо в ободрительном жесте. Она мимолётом дарит мне мягкую улыбку и снова сосредотачивается на происходящем в нижнем холле. На её лбу появляется хмурая морщинка, и я спешу перевести взгляд туда, откуда доносится ругань Клео и, внезапно, Армониана.

Внизу творится настоящий бардак. Среди множества чемоданов, клеток с животными, горшками с растениями и даже высоких шкафов снуют работники академии. С ужасом понимаю, что среди всех этих вещей находится и наш багаж, который должен был прибыть только через несколько часов. И если наши вещи легко опознаются, то владельцев оставшихся я замечаю не сразу.

На входной площадке, окидывая надменным взглядом творящийся бедлам, стоит группа из пятнадцати человек. Одеты они достаточно странно, как для нас, так и для драконов. На девушках длинные, богато украшенные вышивкой туники, из-под которых выглядывают узкие брючины. Парни все сплошь в широких брюках и рубашках с вязью по горлу и обшлагам. У всех поверх надеты жилеты с приколотыми к ним светящимися артефактами.

Это что, делегация оборотней?!

Возглавляет новоприбывших красивая темноволосая девушка. С нашего места черты её лица разглядеть сложно, но по всему выходит, что она крайне хорошенькая. И среди своих она выделяется ещё более экзотическим нарядом. Тёмно-синее платье с глубоким декольте и рядом артефактов больше походит на разновидность брони. А всё из-за массивных наплечников. В тёмных волосах незнакомки торчат похожие на длинные уши лепестки диадемы.

– Кто это? – раздаётся восторженный возглас Дрударя.

– Княжна Пелагея Аксамит, – почему-то сквозь зубы отвечает Мирра. – И её здесь не должно быть.

Глава 6. Всё смешалось в академии драконовой

– Так и знал, что тебе ничего доверить нельзя! Хотя чему удивляться. Не девичье это дело!

– Раз так, чего ж ты свою принцову жо… – Клео вовремя прикусывает язык и в панике оглядывается.

Понимает, что находится под прицелом сразу двух делегаций, и переходит на еле слышимое шипение.

– А она у нас с огоньком, – останавливаясь рядом, хмыкает Лери.

– Просто он её довёл, – тихо выдыхает Мирра, нервно теребя полы кителя.

Мы втроём смотрим на то, как спорят Армониан и Клео. И чем дольше это происходит, тем больше мне не нравится принц. Судя по обрывкам слов, он тот ещё шовинист. И за Клеону становится особенно обидно, ведь она тянет на себе все обязанности старосты.

Доходит до того, что драконица просто опускает голову и молча сносит все упрёки со стороны Армониана. На секунду мне даже слышатся слёзы в её долетающем до нас голосе.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не спуститься Бетье на помощь. Стычек на сегодня достаточно, того и гляди мы соберём вещи и покинем стены Илларии.

А Владыка нас не за этим посылал.

Зато репутация принца прямо на наших глазах стремительно приближается ко дну, и я даже не знаю, что должно произойти, чтобы она восстановилась.

– Дружище, мне кажется, ты несправедлив. – По холлу прокатывается низкий, бархатный голос, от которого у меня волосы дыбом встают.

Как на затылке, так и на руках. Могу поклясться, обладатель этого голоса применил какую-то магию!

По узкому коридору, оставленному носильщиками, к ссорящейся парочке выходит тот самый дракон, что следил за мной. Уверенной походкой он приближается к принцу и хлопает его по плечу.

– Учитывая объём работы, которую провернула Клеона, Корона должна объявить ей благодарность.

Последние слова парень говорит с нажимом, и я внутренне напрягаюсь, ожидая новой вспышки недовольства со стороны Армониана.

Незнакомец склоняется к уху принца, и дальнейшие слова остаются для нас неслышными. Но что бы парень ни произнёс, это кардинально меняет поведение императорского наследника. Он довольно быстро успокаивается и глядит на Клео как-то растерянно. Проводит рукой по волосам и бесшабашно улыбается.

– И впрямь, что это я? Клео, прости! Я сегодня на взводе, а достаётся, как обычно, тебе.

Он по-свойски приобнимает девушку, но та выворачивается и продолжает держать дистанцию.

– Ваши извинения приняты, Ваше Высочество, – цедит она, да с такой интонацией, что под обращение к принцу явственно слышится «придурок».

– Да между ними искрит побольше, чем между тобой и Ильке, – присвистывает Лери, бросая на меня ехидный взгляд.

– Тебе всегда надо быть такой язвой? – огрызаюсь я, а сама обеспокоенно слежу за Миррой.

Её стычка внизу совсем не интересует. Она с тревогой наблюдает за спускающейся к принцу княжной и то и дело закусывает губу.

– Как вы думаете, может, я зря пренебрегла протокольными одеяниями? – задаёт она внезапный вопрос.

Мы с Лери удивлённо переглядываемся и начинаем наперебой успокаивать принцессу.

– Брось ты, всё отлично!

– Форма выгодно подчёркивает твои достоинства!

– Да и посмотри на этих конклавных петухов, у меня в глазах рябит от их сияния.

– Но, говорят, драконам нравятся сверкающие безделушки, – в разговор лезет Мигиль, за что получает от нас уничтожающие взгляды.

– Принцесса. – Ильке переключает внимание на себя. – Принц Армониан уже показал себя не с лучшей стороны. Если он ещё и на одежду клюнет, то зачем вам такая партия?

Мирра скользит по Эрто задумчивым взглядом и неуверенно кивает, соглашаясь с его умозаключением. И я невольно горжусь Ильке. Он иногда дурак дураком, но суждения у него довольно взрослые. Вот и сейчас он всего одной фразой смог отмести тревоги Мирры.

– В конце концов, у драконьего императора есть ещё сыновья. Есть где разгуляться, – тут же смазывает всё впечатление Эрто.

– Ильке! – возмущаюсь я, а вместе со мной и Лери. – Мирра не бабочка-однодневка, чтобы по принцам скакать.

Мы в шутку принимаемся поколачивать его, тем самым разряжая обстановку.

– Ой, да ладно вам! – шутливо отмахивается от нас Ильке и в один взмах руки ловит меня.

Притягивает к себе и целует в щёку.

– Зато у вас настроение поднялось.

– Главное, чтобы у принца на эту княжну ничего не поднялось, – доносится до меня еле слышный шёпот Дрударя, за которым следуют глумливые смешки наших парней.

Поднимаю непонимающий взгляд на Ильке, а тот осаживает друга взглядом.

– Да мы так, шутим, – разводит тот руками, при этом и не переставая улыбаться.

– Потом поговорим, – отрезает Ильке и вместе со мной разворачивается к поднимающейся к нам Клео.

Выглядит девушка потрёпанно, а на щеках играет лихорадочный румянец.

– Простите, у нас там опять накладка. Делегация Конклава тоже прибыла именно сегодня.

– Мы уже поняли, – кивает Мирра.

На её лице вновь привычное для всех дружелюбие и ласковая улыбка. Только в глубине глаз всё же отсвечивает лёгкая тревога.

И я ведь даже не знаю, чем помочь подруге. Никогда не была сильна в королевских играх.

– Дядюшка уже их встретил, – понуро проговаривает Клео, отводя взгляд вниз.

Я только сейчас замечаю, что ректор общается напрямую с княжной, игнорируя её провожатых. Они о чём-то договариваются, и Алдерт ведёт всю группу через заставленный холл в скрытый под лестницами проход. Принца и его жутковатого друга я тоже не наблюдаю, видимо, смылись под шумок. Или же получили втык ещё и от ректора.

– С оборотнями мы встретимся уже на ужине. – Едва хвост делегации скрывается за поворотом, Клео будто восстаёт духом. – Предлагаю поспешить в столовую. А то вкусности остынут!

– Это мы только за! – дружно гудят парни, и их голосам вторит мой желудок, который проснулся при упоминании еды.

Ела-то я последний раз ещё вчера. Всю ночь перед отправкой в академию металась во сне, а наутро не смогла впихнуть в себя ни крошки. Поэтому сейчас я готова была слопать и кабана!

– Кстати, дядюшка выяснил, с чего такая накладка с вашими прибытиями. – Легко сбегая вниз, Клео на секунду оборачивается к нам. – Оказывается, неверные сведения поступили прямиком из императорской канцелярии. Кто-то напутал там с датами и ввёл нас в заблуждение.

На лице драконицы светится искреннее облегчение от того, что это не её ошибка. Но и я, и переглянувшаяся со мной Лери только хмуримся.

– Или кто-то сознательно перепутал сведения, – шёпотом оглашает мои подозрения Ильке.

И тут я с ним полностью согласна. Очень похоже на то, что кому-то не нравится сближение драконов, альв и оборотней.

Спускаясь следом за Клео, я сосредоточенно пытаюсь понять, кому же будет выгоден наш раздрай. Естественно, что первыми на ум приходят сами демоны Демастата и их союзники – альвы Крови. Но среди нас последних нет, мы бы давно их вычислили по характерным алым глазам. А значит, кровавые не могли устроить подобную диверсию.

Да и мне почему-то кажется, что здесь интрига тоньше. Истина не может лежать вот так просто на поверхности.

Под щебет драконицы мы достигаем нижнего холла и принимаемся лавировать между прибывшим багажом. Я то и дело слышу шепотки ребят и сопровождающих нас стражей.

– А ты заметил, у оборотней не было охраны.

– И вещи с собой сразу привезли.

– Судя по шкафам – инструменты и артефакты.

– И мы со своими зельями да зверинцами.

Слышится недовольное фырканье. Ребята впечатлены оснащением оборотней точно так же, как и я. Да вот только и альвы ведь не лыком шиты, мы сможем удивить и чешуекрылых, и двуликих.

– А парни у них какие симпатичные, видела?

Узнаю мелодичный голосок Лиары.

Будучи единственной альвой Матери в нашей группе, она привлекала внимание изящной фигуркой, смуглой кожей и роскошными, гладкими, как жидкий шоколад, волосами. В её тёмно-зелёных глазах всегда горит всеобъемлющая любовь – к растениям, к животным, к противоположному полу. И вот о последнем её пристрастии, о котором ходит множество слухов, нам с девочками определённо придётся позаботиться.

Ещё только позора с сомнительными связями нам не хватало.

– А еда скоро? – слышится недовольный возглас, кажется, Дрударя. – У вас тут не академия, а каменный лабиринт какой-то.

– Простите, – с чего-то тушуется Клео и принимается оправдываться: – Замок и впрямь очень большой. Помимо парадной столовой, есть небольшие кафетерии на каждом этаже. Но господин ректор приказал отвести вас именно в главную.

– Ничего, Дру, тебе полезно пару часов не пожрать, – Лери отпускает ехидную шуточку, глядя на парня, и вокруг раздаются понимающие смешки.

Что правда, то правда. Дрударь если не пашет на полигоне, то постоянно ошивается в обеденных. Якобы для набора мышечной массы.

– Валейт, ты когда-нибудь договоришься, – огрызается парень.

– Я вся твоя, милый! – Лери раскидывает руки, а её губы растягиваются в более ехидной ухмылке.

Знает ведь, что Дрударь с ней в драку не полезет. И не потому, что девушка. С альвами Ночи в открытый бой мало кто вступает: усыпят разом. Тут нужны мощные защитные чары. А у нашего здоровяка только с лобовой атакой дела хороши.

– Э-э-э, – тянет Клео, следя за перепалкой огромными, как блюдца, глазами. – У вас всё в порядке? Может, тьюторов позвать?

– Не волнуйся! – Её тут же под руку хватает Мирра и тянет вперёд. – Это у нас обычное дело. Пар выпускают.

– Да? А то я думала, уже дуэль будет. Хотя какая дуэль между девушкой и парнем? – нервно хихикает Клео. – Это ж какой позор.

– Действительно, – киваю я. – Каким надо быть идиотом, чтобы драться против девчонки?

– О чём ты? – непонимающе смотрит на меня Клео. – У нас позор лёг бы на Лери. Мало того что она впуталась в сомнительную ситуацию, так ещё и сама свою честь отстаивала бы. Это просто несмываемое пятно на репутации.

Мы с девчонками переглядываемся, не веря своим ушам. Я подозревала, что у драконов царит патриархат, но чтобы настолько махровый?!

– Ну да ладно, – встряхивается Клео. – Хорошо, что ваши нравы всё же отличаются от наших. Всеединый, как я рада, что вы к нам всё же приехали! Это лучше, чем подарок на день Нового полёта!

Она даже подпрыгивает от радости и останавливается у больших двухстворчатых дверей.

Резные барельефы на их деревянной поверхности изображают шикарные застолья и вереницу дивных блюд. Но привлекают меня не аппетитные картинки. Я замечаю на каменном косяке знакомые наросты. Старые, почти окаменевшие, но я уверена: это грибы-сетевики.

– Клео, а что это у вас? – спрашиваю у драконицы, которая с широкой улыбкой пропускает наших внутрь.

– Что?

Она хмурится и ведёт взглядом по косяку, не совсем понимая, о чём я спрашиваю. Натыкается на серую шляпку и, чуть задумавшись, выдаёт:

– А, это наследие альв! Академия же очень старая, и больше ста лет назад тут жили ваши предки. – Она запинается, внезапно осознав, на каких ролях существовали те альвы, и тут же начинает сбивчиво тараторить: – Ну, не ваши. Те. Прошлые.

Она смотрит на меня со смесью испуга и жгучего стыда, а я, совсем как Мирра до меня, спешу успокоить драконицу:

– Клео, это дело прошлого. Нам, конечно, неприятно его вспоминать, но ты-то к тем временам никакого отношения не имеешь.

Девушка нервно кивает и спустя мгновение заметно расслабляется.

– Насчёт твоего вопроса, – прочистив горло, произносит она. – Эти грибы раньше опутывали почти всю академию, но с уходом альв практически сразу покрылись каменными чешуйками. Дядюшка сказал, что их срезать не стали, так как вреда они не несли, а лишних средств и сил на их устранение у академии не было. Вот так они и висят почти в каждой комнате и в коридорах замка.