Стерва. Десять главных правил моей жизни
- -
- 100%
- +
– От сорванной спины и смещённых дисков до полной невозможности к деторождению, – припомнила я нашу секретаршу, которая, занимаясь становой тягой, в своё время повредила себе все, что только смогла, заработав смещение дисков и какие-то отклонения по-женски, из-за чего ей даже ЭКО не помогло.
– Такое действительно бывает? – Как-то странно переглянулись все мужчины в комнате.
– Разберитесь в этом вопросе, – махнул рукой Владыка.
– Вот тут неточность, – перевернула я лист, – не оговорена точная дата прекращения действия договора и иные способы его расторжения.
– Поправим. – Самый молодой мужчина тут же сделал пометку в блокноте.
– И я даже сейчас готова сделать вам одолжение, – рассмеялась я, увидев написанное, – примите как жест о добрых намерениях и примирение сторон.
– Где же мы ошиблись? – Все как один резко втянули голову в плечи.
– Вы хотя бы именем моим поинтересовались, что ли, на досуге, – кинула я бесполезные бумаги на стол, – Леди Главный Редактор, конечно, мне льстит, но увы, я больше не являюсь сотрудником журнала и моё рабочее место наверняка уже занято.
– Вы издеваетесь? – На меня смотрели во все глаза.
– Вот, – достала я из сумки свою визитку, которая осталась из прошлой жизни.
– Главный реактор Царькова Екатерина Ивановна, – вслух зачитал секретарь.
– Браво! – зааплодировала я.
– Екатерина? – Повелитель словно попробовал моё имя на вкус.
– Совершенно верно, – кивнула я, – а главный редактор – это должность, на которой я работала.
– Вы умны, – сделал мне лестный комплимент тот самый старик.
– Благодарю за столь высокий отклик и признание заслуг, – почтенно склонила я голову. – Старалась
– Не то что этот оболтус, – и Владыке прилетел подзатыльник, – у вас двадцать минут на переделку договора, предоставьте его для этой леди в лучшем виде. И от меня накиньте ей пару сотен золотых. Она права, даже я не стал бы связываться с собственным внуком без такой вот бумажки за пазухой. Разрешите наконец-то представиться, прекрасное создание. Бывший Владыка, а ныне дед вот этого охламона – Старуд Щарадух.
– Приятно с вами познакомиться. – Я встала, обогнула стол и присела в импровизированном реверансе, какие были на постановочных балах осеннего праздника в нашей редакции.
– Вот посмотри, не только умна, ещё и воспитанная, – и тут дед выдал такое, что даже я покраснела до корней волос, – был бы лет на четыреста моложе и без твоей бабки, сам бы в постель эти ножки уложил.
– К сожалению, ножки против, – смогла выдавить я.
– О, ещё и цену себе знает, – ткнул в окончательно покрасневшую меня бывший Владыка.
– Дед, прекрати смущать девушку, – кашлянул Владыка, – она и так едва сдерживает смущение от столь вопиющего неуважения к своей невинной персоне.
– Какой? – теперь я уже побледнела до синевы.
– Невинной? – Дед заржал и покрутил пальцем у виска. – Внучек, она на тебя с вызовом в одном полотенце смотрела, в каком месте ты скромность у неё нашёл. Она твоих советников и министров одной фразой на место поставила, шикарная женщина, а не тряпка, как все остальные кандидатки.
– Да? – Теперь на меня смотрели две пары синих глаз.
– Спасибо, конечно, но мне тут тридцать скоро, я редактор скандальных хроник и вот совсем недавно в пятый раз развелась, – медленно я загибала пальцы, – при таких исходных данных я могу быть только глубоко опечаленной тридцатилетней тёткой в загуле. А вы меня в святую невинность записали, простите, но не ко мне.
– Так что у тебя с мужьями случилось? – вспомнил повелитель наш недавний разговор.
– Вам вкратце или полным списком? – ехидно изогнула я бровь.
– Пока и вкратце пойдёт, – серьёзно кивнул Владыка.
– Первый – бил. Второй – оказался самовлюблённым карьеристом. Третий – охотником за женскими деньгами. Четвёртый – кобелём элитного разлива. Пятый – остался просто другом. Вам хватит таких характеристик?
– Дочка, – ко мне подобрался дедок, – ты где таких находила?
– Как шутил весь мой отдел, да и не только они, – глупость, но похоже я реально такая, – меня прокляли, и знаете, смотря на вашего внука, понимаю, что это так.
– Я-то тут при чем? – возмущённо пискнул притихший в присутствии деда Владыка.
– Он мне всех моих мужей разом напоминает, – опять мысленно перебрала я их.
– Эй, – возмущённо вскочил Владыка, – я не бью женщин, не гонюсь за их деньгами, не изменяю и не играю!
– Итак, – размяла я пальцы, – сейчас мы заключаем контракт, по которому я становлюсь твоей ширмой. По условиям которого на три месяца я теряю право голоса. Дополнением к нему идёт издательство с половиной прав, принадлежащих тебе. А про бить и изменять покажет только время.
– Признай, Вингорд, – расцвёл в улыбке Щарадух-старший, – она тебя сейчас обыграла на твоём же поле. И заметь, красиво так, продуманно.
– Откуда в тебе такая язвительность? – тяжело вздохнул Владыка Эдагустор.
– От рождения досталась, – скрестила я руки на груди.
– Детка, если этот оболтус тебя обидит, не бойся обращаться, – подмигнули мне, – он свою бабку похлеще войны и всех советников разом боится. Ты с ней характером точно сойдёшься.
– Не упоминай, пожалуйста, бабушку. – Владыка едва заметно посерел. – А то эту ведьму без дара принесёт нелёгкая знакомиться с настоящей ведьмой.
– Слышала, – хохотнул родственничек моего потенциального мужа по договору, – кто им управлять может, мотай на ус и записывай.
– Обязательно познакомлюсь с достопочтенной леди, – хлопнула я ресницами.
– Мы готовы, – в комнату осторожно поскреблись.
– Вас только на погибель отправлять, – стукнул по столу повелитель, – все монстры от старости сдохнут или от смеха. Где договор?
– Вот, – и мне осторожно передали документы.
– Читать будешь? – Старуд внимательно на меня посмотрел.
– Конечно, – покивала я, – из-за неправильных договоров сделок сорвалось больше, чем потратили на строительство утонувшего в первом же плавании «Титаника».
– Говорю же тебе, внук, умная девица, – подмигнул бывший Владыка, – зря отпускать собрался. Да и пожалеешь ещё сто раз о пункте со свадьбой.
– Я все же на нем настаиваю, – не отрываясь от чтения, вставила я свои пять копеек.
– Я не возражаю против него, – царственно изрёк повелитель, сверкнув глазами в мою сторону.
Дальше повисло молчание. Я внимательно перечитывала каждую строчку. Вингорд сверлил меня пронзительным взглядом синих глаз. Его дед с интересом рассматривал нас и, наверное, уже прикинул, насколько хорошо мы будем смотреться вместе. А бедный парень едва в обморок не падал от висящего в комнате напряжения.
Перечитывая по сто раз, все же нашла три ошибки, которые и обвела. Протянув листы обратно секретарю, выразительно так посмотрела на самого парня, затем и на государя данного подчинённого. Оба переглянулись, и паренька сдуло из комнаты.
Спустя ровно пять минут он вернулся с новой стопкой листов и огромной надеждой, что на этот раз они сделали все верно, и ему не придётся попадаться на глаза раздражённого повелителя. Для достоверности я в сто первый раз перечитала все и только после этого поставила свою подпись на договоре, по которому на три месяца я становлюсь невестой Вингорда Щарадуха.
Секретарь благоговейно принял документы с двумя росчерками и пообещал вернуть мою копию к обеду, до которого оставалось всего пару часов. За всеми этими перебранками время летело стремглав, словно ужаленное в одно место.
– Поздравляю, леди, отныне вы собственность моего внука, – похлопал седовласый мужчина.
– Всего на три месяца, – напомнила я.
– Даже за три месяца можно полюбить, – туманно намекнули мне.
– Боже упаси меня от такого счастья, – скривилась, словно от лимона.
– Посмотрим. – Мужчина кинул взгляд на веселящегося деда, психанул и, громко хлопнув дверью, вылетел наружу.
– Правильно действуешь, – расплылся в улыбке старик, – я свою тоже полюбил не за красивые ноги, а за скверный нрав и острый язык, а ещё она меня год игнорировала. Владыку променять на какого-то там дворянина с закромов Империи. Вот и полюбил ведьму свою.
– Простите, но я в самом деле не собираюсь за вашего внука замуж, – поклонилась я бывшему правителю этих земель.
– Не зарекайся, детка, – покачал он головой, – все ещё впереди.
– До свидания, – сказала я в закрывшуюся дверь.
Я сидела и хлопала глазами, это на какую же авантюру меня тут собираются подписать? Ладно, сам Вингорд не в восторге от возможной жены, но остальные родственники явно не побрезгуют женой-ведьмой, так ещё и из другого мира. Да и встреча с бабушкой Владыки уже представляется мне весёлым мероприятием, от которого дворец может и не оправиться.
Внимание привлекла поблёскивающая в сумке белая коробочка с золотым бантиком. Мне уже не одну сотню раз говорили, что стоит её выбросить и забыть, но рука так и не поднялась. В коробочке лежало шесть обручальных колец. Пять моих и одно отца, своё он отдал мне при нашей последней встрече и сказал, чтобы вернула матери. Только с ней я не разговаривала лет с шестнадцати, вот и осело кольцо у меня.
Решив, что это хорошее напоминание о мужской сущности, поправила бантик и поставила на край стола. Может, в этот раз они меня уберегут? Жаль, Эли теперь у меня не было, и спасительный пинок я могу получить только от собственных обручальных колец, некогда украшавших безымянный палец правой руки. Пусть так и свершится.
Правило 3. Контролируй своё время
Утром проснулась счастливая до неприличия. У меня будет собственное издание, так ещё и в мире, где конкурентная борьба сводится к посиделкам за одним столом. Для меня, той, у кого за плечами десятилетие тяжёлого труда и выгрызенная из загребущих рук соперников и подхалимских задниц должность главного редактора, это словно чистейший лист бумаги.
Мечта, да и только. Теперь осталось только не упустить свой шанс и правильно разыграть карту. Правительство и власть в одном лице на моей стороне и имеет немаленький зуб на Золотой Треугольник. Это мне только на руку. Пока они будут разбираться между собой, я сделаю себе имя и прикрыть газету станет в разы сложнее.
Мужчины, наверное, были плохо осведомлены, что подписывать договор со мной, ещё и не читая – это равносильно обмену с дьяволом. Я хоть и не ношу знаменитую марку под стать нашумевшему фильму, но тоже не промах. Элеонора вообще могла посоперничать с иконой экрана.
На третий раз они вычеркнули из договора все, что мне мешало. В голове у Владыки даже не попыталась родиться мысль, что его люди могли настолько сильно косячить. Недоверие или самоуверенность стали его самой главной проблемой. Именно это позволило мне загнать его в красивую ловушку. Дед, похоже, догадался, что с договором дело обстоит нечисто, но вмешиваться в наши разборки не стал. Наверняка подумал, что у внучка в одном месте гордость взыграет.
Усмехнувшись про себя, потянулась до хруста в позвоночнике и порадовалась, что на сегодня пробежка отменена. Не хотелось портить столь сказочное утро. От одного или двух прогулов в месяц я ещё не толстела. А теперь я вообще ведьма, и все ненужные мне килограммы уходят в магию, а не в бока. Прелестная способность. Любая модель за такое душу дьяволу продаст.
Служанки, бочком и с поклоном просочившиеся в комнату, испуганно на меня взирали. Я монстр, что ли? Зачем же так нервничать-то в моем присутствии? Для меня эта парочка сейчас самый главный источник по переработке и доставке сплетен.
Уверена на все сто десять процентов, что послезавтра гордый и непоколебимый Вингорд швырнёт мне на стол ключи от издательства. И пусть первым в меня бросит бриллиантом тот, кто уверен, что он не похож на моего четвёртого засранца мужа! Вылитая богатая копия Артура, только с короной и завышенным чувством важности и нужности.
Посмотрев на склонившихся в три погибели девушек, подпёрла рукой щеку и протяжно вздохнула. Эх, где же тут феминистки, вот бы они разгулялись от души. Про равноправие и право голоса тут вовек не слыхивали. Поэтому Старадух и женился на пославшей его лесом красотке. Молчание – золото, но не в супружеской жизни. Красивая кукла быстро надоест, а вот феерическая, ещё и непредсказуемая, превратит унылую жизнь в вечный театр.
– Что опять случилось? – посмотрела я на эту парочку в поклоне.
– Нас наказали за слабость перед вами. – Девушки явно чего-то недоговаривали и стеснялись.
– Рассказывайте, – повелительно махнула рукой, удобнее устраиваясь на подушках.
– Советник Владыки, – осторожно приблизились они ко мне, – приказал выпороть нас за проявленную глупость. Ему не понравилось ваше высказывание, и если на вас он отыграться не может, вы все же невеста, то на нас запросто.
– Что же делать-то в такой неприятной ситуации? – Я задумалась. – Могу предположить, что сегодня их ждёт забастовка. Заприте дверь и объявите, что я не намерена сегодня никуда выходить.
– Хорошо. – Девушки не поняли, что я задумала, но послушно выполнили приказ.
– А теперь рассказывайте, что за сплетни есть в нашем распоряжении? – удобнее устроилась на тёплых со сна простынях, подняв подушку выше к подголовнику.
– Нам пока удалось узнать не очень много, – замялись они и переглянулись между собой.
– Хоть с чего-то начните, – хлопнула я в ладоши, привлекая их внимание, – нам работать надо.
– Леди Кишмирг, – задумчиво протянула брюнетка с толстой косой, – сейчас, если верить поварихе, налегает на мучное и солёные огурцы. Поговаривают, что забеременела. Только мужа её вот уже как третий месяц нет в столице. Он командует армией на восточных рубежах. Там сейчас идёт сражение за какие-то горы. Судачат, драгоценные камни там нашли, вот и отправили его туда.
– Замечательно, – потёрла я руки, то, что надо, – только кто эта леди такая?
– Леди Кишмирг, – протянула на этот раз блондиночка с приятными детскими чертами лица, – главная модница в Империи. По словам конюха, она настолько виртуозна и грациозна, что на её конные прогулки приходит посмотреть даже Владыка. Дочь одного из бывших советников, а ныне жена лорда-воина Гастапа Кишмирг. Он не слишком красив, но решение покойного Владыки никто не посмел оспаривать, и её выдали замуж за него.
– Шикарно, – от радости я едва не подпрыгивала на постели, – уже так и вижу заголовки: «Шок! Первая красотка Империи беременна! А кто отец? Точно не рогатый муж!». Вас бы заинтересовала статья с таким названием?
– А почему он рогатый? – Девушки недоуменно смотрели на меня с интересом.
– У нас говорили, что жена мужу рога наставляет, пока того нет, – пояснила я, – а у вас как измены обрисовывают в художественном жанре?
– Хвост закручивает.
Ну да, в любом мире в каждой леди живёт базарная бабка с биноклем.
– Поменять одно слово не проблема, – отмахнулась я от них, – вы в целом рассматривайте его.
– Мне стало бы любопытно, – пожала плечами брюнеточка.
– А звать-то вас хоть как? – вспомнила, что за все два дня так и не удосужилась этим поинтересоваться и понятия не имела, как их различать-то.
– Я Лафиг, – произнесла блондинка с жёлтыми глазами и милым круглым личиком.
– Вотрим, миледи. – Брюнетка с рубиновыми глазами соскользнула в очередной поклон.
– Замечательно, – указала на себя, – Екатерина, если мы наедине, можно просто Катя и без ваших мэм, мадам, леди, миледи и прочего. С этого дня я ваш непосредственный начальник. А в офисе пока со всеми этими обращениями разберёшься, сенсация может уйти к конкурентам. Так что официально – Екатерина Ивановна или просто Катя.
– Хорошо, – на меня смотрели во все глаза.
– А теперь лист бумаги и ручку, – мысленно я уже написала статью, – пока я работаю, можете заняться вашими ежедневными делами. За пределы комнаты разрешаю не выходить.
– Спасибо, – и девушки принялись за лёгкую уборку.
Наступила уютная тишина, и я начала творить. Строки быстро и привычно ложились на чистый лист бумаги, и я просто пропала. Без остатка отдаваясь статье, и только ей. Все должно быть настолько корректно и одновременно противоречиво, чтобы местные адвокаты от досады сожрали собственные шляпы. Перед глазами уже стоял образ молоденькой красотки с пунцовым от стыда лицом. У журналистов нет чувств, это на самом деле так, за многие годы в профессии я просто перегорела и уже не воспринимала людей как людей. Для меня это были существа, которые в погоне за собственной выгодой подставляют, убивают, шантажируют и делают все и сразу.
Мир, возможно, я и сменила, а вот люди все равно остались такими же. Алчными, жадными и высокомерными. Моё время стоило денег, но и их время тоже. Работа журналиста – взять своё время, добавить к нему чужое и получить из этого коктейля статью, а значит, и деньги.
Буквы ровной вязью размещались на листе. Неизвестно, как тут дела обстоят с фотографией и каким образом её стоит выкупать или получать, но это пока неважно. Типография в процессе, а офис я все равно буду переделывать. Так что первой выйдет скандальная сенсация про меня, любимую. Уверена, тут используют какой-то шаблон для оформления статей, а я влезу с привычным мне расположением текста и визуального материала.
Статья почти была завершена, когда двери моей спальни красноречиво рухнули на пол. В проёме стояли злой, словно стадо чертей, Борвир и задумчивый Вингорд. Оба были при полном параде и с идеально уложенными волосами. Прям картину маслом с них можно рисовать.
Сняла с носа очки, отложила бумагу и ручку и приготовилась внимать очередным воплям неказистого шарика на маленьких ножках. О чем меня, собственно, сегодня просвещать собрались, интересно? Точно не о влиянии стресса на кровеносную систему.
– Вы почему ещё в постели? – Владыка удивлённо посмотрел сперва на меня, потом на забившихся в самый дальний угол комнаты девушек.
– А как вы мне прикажете собираться, – возмущённо вскрикнула я, – если мои служанки не могут работать. И надо заметить, именно по вашей вине они в таком плачевном состоянии.
– О чем вы? – Оба мужчины резко поникли и теперь смотрели на девушек, словно маньяки.
– По-вашему, как они будут работать избитыми? – скрестила я руки под грудью.
– Кто вас избил? – Взгляд синих глаз сверлил служанок насквозь.
– Девушки, не бойтесь, – назидательно покивала я головой, – этот урод должен быть наказан.
– Нас Советник Марув приказал выпороть, – тихо выдохнула сквозь сжатую челюсть Лафиг.
– За что он назначил вам наказание? – теперь и шарик с ножками стал суровым дядей.
– Ему не понравились слова госпожи Екатерины. – Блондинка из этой парочки, похоже, была смелее напарницы и нашла в себе силы высказать все Владыке.
– Борвир, разберись, – тихо выдохнул раздражённый мужчина.
– Как скажете, – поклонился главный советник, – леди, простите за этого недалёкого идиота.
– Это твои люди, и ты несёшь за них ответственность, – рыкнул повелитель.
– Исполняю, – и толстячка как ветром сдуло из моей комнаты без дверей.
– Что ещё мешает тебе прибыть к арке? – Владыка опустился в кресло около столика.
– Как ты думаешь, почему Золотой Треугольник не покорился даже тебе? – Я вскинула тёмную бровь.
– К чему этот вопрос? – Он удивлённо скосил глаза на девушек в углу.
– Дамы, – тоже перевела я взгляд на служанок, – этот же вопрос к вам.
– Леди Екатерина, – поперхнулись обе воздухом.
– Ответьте на вопрос, – подняла я руку, останавливая поток заикания, – гарантирую, вам ничего не будет за те предположения, которые вы нам скажете. И выползайте наконец-то из угла. У меня уже шея затекла на вас смотреть, а косоглазие в моем возрасте уже не лечится.
– Я тоже не прочь послушать. – Вингорд откинул с глаз мешающую чёлку.
– Ходят слухи, – по стеночке девушки перебрались к моему рабочему столу, – что Владыка бессилен против них по причине договора с Треугольником.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.