Лёд и пламя

Глава 4

Понедельник обещал быть весёлым. Этим утром Семён проснулся в прекрасном настроении, несмотря на то, что Вероника весь прошлый вечер провела в комнате Степановой Светки, делая вместе с ней уроки. Хотя обещала, между прочим, всегда быть с ним. Вопреки всему ему сейчас хотелось улыбаться и шутить.

Когда такое было?!

Он даже Острова был готов сегодня терпеть в своем обществе. А это всегда было делать сложно.

Сегодня он надел вместо обычной школьной формы черную водолазку, черные джинсы и такого же цвета фирменный пиджак. Да это был такой своеобразный вызов. Бунт на корабле.

Первым уроком у них была физика. Он опаздывал, звонок вот-вот должен был прозвенеть. Семён вошел в класс и с облегчением отметил, что учителя на месте ещё не было.

Первое, на что наткнулись с порога его глаза, это – Вероника. Он и без того всегда замечал её первой, где бы она ни была и чтобы не делала, но сейчас ему больше не нужно было делать вид, что это не так. Она сидела за своей партой на неизменном месте и широко улыбалась Роме, слушая его болтовню.

Взглянув на них, Семён внезапно ощутил острый укол ревности. Она никогда не сидела вот так с ним рядом, открыто смеясь и демонстрируя свои чувства окружающим.

Ему вдруг сильно захотелось подойти и обнять её прямо при всех, чтобы каждый знал и видел, чья это девушка и кому она принадлежит. Но вместо этого он подошел к своей парте, где его уже привычным образом ждал Дима. Затем он точно так же пожал руку Кириллу, Филу и ещё двум ребятам на своем ряду.

Садиться на своё место он не спешил, бросил ещё один заманчивый взгляд на девушку в надежде, что она в этот раз всё же встретиться с ним глазами или хотя бы кивнёт в знак приветствия. Но вместо этого он увидел лишь её милую макушку и волнистые локоны, небрежно рассыпанные по плечам.

Так значит, да! Деловая какая! Посмотрим, как ты проигнорируешь это…

Парень сделал несколько шагов, и Вероника резко вздрогнула, повернувшись, когда сумка Семёна приземлилась на парту прямо перед носом у Ромы. Две пары глаз тут же шокировано на него уставились. Вероника даже заметно напряглась, наверняка догадавшись о том, что он задумал.

Не в силах больше держать себя под контролем, Семён улыбнулся довольный тем, что только что добился её всецелого внимания.

– Что сидим?! Освобождаем место, Песнеренко! – заявил он, засовывая руки в карманы темных джинс, и своим требованием тут же привлек внимание всех остальных в классе.

Девушка ошеломленно открыла рот, а её большие глаза расширились и стали похожи на две круглые монеты.

Сама напросилась. Разве нет?!

Рома часто заморгал, а затем презрительно на него уставился. Вставать парень явно не спешил, а наблюдатели от удивления забыли, как говорить, отчего в классе сейчас воцарилась гробовая тишина.

Так даже лучше!

Рома свободно откинулся на спинку своего стула и посмотрел на Семёна исподлобья. Его густые и темные брови выгнулись домиком, выказывая недовольство и вместе с тем непонимание, а на лице появилась гримаса очень похожая на раздражение, но Семёну, в его исполнении, она показалось даже смешной.

– Ничего не попутал?! Это моё место, Меньшиков! – не торопясь проговорил ему Рома, так словно эти слова были самым весомым аргументом в его пользу.

Семён тут же самодовольно улыбнулся, будто бы только этого от него и ждал, а затем краем глаза заметил панику в глазах Ники.

Чёрт! Кажется, она знает меня лучше, чем я думаю…

– А это моя девушка! И она будет сидеть рядом со мной! – произнес он так громко, чтобы каждый в классе услышал.

Он видел, как Вероника открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же осеклась под прицелом его острого взгляда. По классу пронёсся гул бурных перешептываний, но Семёну сейчас была важна только реакция Ромы. Тот на несколько коротких секунд замер, и Семён всерьёз задумался, не травмировал ли он своим громким заявлением его и без того хрупкий мозг.

– Чего?! – наконец произнес он, и Семён выдохнул, окончательно убеждаясь, что нет, всё в порядке.

Рома недоверчиво оглянулся на Нику, словно рядом с ним сейчас могла сидеть другая девушка, о существовании которой он даже не знал. Но, нет! Там всё ещё была их общая знакомая – Вероника. Его даже передёрнуло, когда смысл слов Семёна ему стал предельно ясен.

Ещё через секунду Роман вдруг разразился громким смехом.

– Если это была такая шутка, то…

Нет, он что издевается?!

– А что, похоже на то, что я шучу?! – уверенно переспросил Семён, сдерживая в себе нарастающее раздражение.

В классе снова повисла какая-то утомительная тишина, и больше никто не решался её нарушить.

Странно, что Остров до сих пор молчит! Может язык проглотил?! А может, пытается совладать со своей ревностью? Он бы не смог притупить в себе так быстро чувства к Лавровой. Я бы точно не смог…

Судя по ненавистному выражению лица одноклассника, Рома уже был готов открыть рот и выпустить в адрес Семёна несколько нелицеприятных слов. Однако рука девушки вовремя легла поверх запястья Ромы и легонько погладила в успокаивающем жесте.

– Рома, все хорошо, – прошептала она, стараясь умерить пыл своего друга.

– Да, Рома, всё в порядке! – тут же повторил за ней Семён, вновь привычно ухмыляясь недругу.

Сбоку от себя он услышал приглушенный смех Димы. Вероятно, тот веселился, наблюдая за происходящим так сказать с первого ряда.

Прежде чем Рома успел сообразить и что-либо ответить, Семён склонился к нему и свободно положил обе руки на парту, решая ещё немного потрепать ему нервы:

– Если ты не против, мы можем сесть втроём, только тогда я, чур, по середине!

Рома прищурился, но ничего не ответил. Однако это ещё больше раззадорило Семёна. На Веронику он старается всеми силами не смотреть, хотя уже понимал, что после всего этого она будет трепать ему нервы. Понимал, но остановить себя никак не мог!

А вы когда-нибудь останавливали поезд, находящийся в движении?! Слишком долгий тормозной путь…

Он наклонился ещё ниже и произнес почти шепотом, так чтобы слышал только он:

– Если ты хотел тесного контакта со мной, так и скажи! Только надеюсь, ты сам понимаешь, мне больше девочки нравятся, и я с кем попало не сижу!

– Семён! – оборвала его Ника, вероятно, потеряв остатки терпения.

Семён медленно перевел на неё взгляд и заметил, что она злится. Ещё бы! В её взгляде уже полыхало знакомое ему пламя, а щеки девушки покрылись багровым румянцем.

Ну, здравствуй прежняя Лаврова! Я даже немного по тебе скучал…

Если бы он смог сейчас отвести взгляд от Ники и посмотреть на других ребят в этом классе, то заметил бы замешательство на лицах у многих. Призрение Светы было мелочью по сравнению с потрясением Лизы. Однако шок на её лице быстро трансформировался во что-то иное, зловещее, что только подстёгивало разочарование и раздражение. Девушка периодически стреляла уничижительными взглядами в сторону Вероники.

Остров сидел на задней парте с таким видом, будто ему требовалось немало усилий, чтобы сдержаться и проигнорировать весь этот показной спектакль. Он пытался не смотреть в сторону своей бывшей девушки, но выходило это с трудом. К тому же парень явно нервничал, о чем свидетельствовали стиснутые зубы и выступившие сильнее обычного скулы на лице.

Реакцию окружающих можно было понять. На их глазах сейчас происходило нечто, что они всегда считали невозможным. За все годы учебы Вероника всегда сидела с Ромой независимо оттого, с кем общалась помимо него. Даже когда встречалась с Сашей, это правило оставалось неизменным.

А сейчас Рому буквально выгнали с его места, и он сдался с тяжелым вдохом и встал из-за парты. Уже в следующую секунду удовлетворенный проделанной работой на его место уселся Семен.

Сложно было не заметить, что Вероника продолжала испепелять его взглядом, естественно осуждая. Раньше подобные её взгляды доставляли ему лишь глубочайшее удовольствие. Сейчас же, глядя ей в глаза, ему вдруг захотелось извиниться.

Чёрт!!!

– Что это сейчас такое было? – зашипела она.

К счастью для Семёна, в класс стремительно вошла Полина Александровна – учительница физики, и одновременно с её приходом прозвенел звонок. Если чьё-то внимание и было до сих пор обращено на них с Вероникой, то теперь все точно повернулись лицом к преподавателю. Ну или почти все. Семён буквально каждой клеточкой своего тела чувствовал тяжелый взгляд Острова на своем затылке.

Ну да ладно! Пусть смотрит. Мне не жалко…

– Ты на меня не смотрела,– почти обиженно признался он.

Судя по тому, как её пальцы резко замерли, листая учебник, она оторопела от его заявления.

– Это что, сейчас всё это было лишь по той глупой причине, что я на тебя не смотрела?!

– Нет, – мягко ответил он, поворачивая к ней голову, – Но если не забыла, ты обещала всегда быть рядом со мной, этого должно быть достаточно.

Она сделала долгий прерывистый выдох.

– Да, но ты же понимаешь, я не могу быть всегда рядом с тобой.

Он заметил, как девушка бросила несколько быстрых настороженных взглядов по сторонам. Её явно не прельщала мысль, что их мог кто-то подслушать, хотя урок уже начался, и она говорила полушепотом.

– Тогда хотя бы будь рядом, когда я этого хочу! – потребовал он, всё так же глядя на неё, а не на доску с учителем, – Ты обещала!

Если она сейчас же мне не поддастся, я взорвусь.

Её глаза вновь опустились в открытую тетрадку.

Интересно, о чем она думает?

Её брови были слегка нахмуренными, и между ними появилась едва заметная складочка, полуопущенные веки обрамлялись длинными изогнутыми ресницами, которые подрагивали, когда девушка моргала. Он поймал себя на мысли, что никогда ещё не наблюдал за ней с такого близкого расстояния.

Когда она откинула непослушные волосы за спину, он невольно заметил несколько мелких родинок на её шее.

– Ладно, – со вздохом ответила она, и Семён вдруг понял, что забыл, о чем они говорили до этого, – Я подумаю…

Парень выгнул правую бровь, а она в этот момент повернулась, встречая его взгляд и нежно улыбнулась:

– Я попробую пересмотреть своё расписание.

Семён усмехнулся и сразу услышал отпущенное замечание учителя в свою сторону. Полина Александровна повернулась к классу и строго посмотрела на него, как на нарушителя порядка.

Всё молчу!

Однако её строгий, цепкий взгляд тут же сфокусировался на его внешнем виде.

– Меньшиков, где ваша форма?!

Семён буквально почувствовал, как каждый в этом классе снова повернулся и посмотрел на него, в том числе и Вероника.

Забавно, но выходит, мое появление было таким фееричным, что никто сразу не обратил внимания на такую мелочь, как отсутствие школьной формы.

Его губы сами растянулись в кривой усмешке:

– В моей комнате, а что нужно принести?

– Нужно было надеть! – довольно строго произнесла преподавательница, скрестив руки на груди.

Семён качнул головой, как бы соглашаясь с её доводом.

– Я не захотел, – а затем пожал плечами,– Можете сказать об этом директору…

Глаза Полины Александровны тут же округлились. Она открыла рот, собираясь в гневном порыве высказать ему свои претензии, но почему-то сразу осеклась, поджав губы.

– Да что с тобой сегодня?! – возмущенно прошипела Вероника, стукнув его кулачком в бок.

Это было неожиданно и больно, но Семён комментировать никак не стал, тем более, что она, не дожидаясь ответа, продолжила писать.

Он оглянулся по сторонам и только сейчас понял, что все уже записали тему урока и теперь начали решать первую из трёх задач, условия которых записаны на доске, в то время как у него даже тетрадь не открыта.

Затем он зачем-то перевёл свой взгляд на друга и заметил, как тот подмигнул ему, незаметно поднимая вверх большой палец. С тихим вздохом Семён открыл тетрадь и начал писать.

Задача оказалась не сложной. Это было повторением пройденного материала, поэтому Семён быстро переписал условие с доски, вспомнил нужную формулу и без труда её решил, справившись чуть позже Ники.

Один короткий взгляд на девушку. Она склонила голову набок, в точности как это делает он, и смотрела на доску, запоминая условие следующей задачи. А ещё она очень соблазнительно покусывала нижнюю губу.

Нет, на неё мне лучше не смотреть….

Он решительно отвернулся, поднял глаза на доску, и взгляд почему-то зацепился за девушку с длинными и черными как смоль волосами. Она сидела на соседнем ряду, и с этого положения он мог даже разглядеть её профиль. Собственно не очень то и хотелось разглядывать свою бывшую, но у неё было такое мрачное лицо, что он не смог её не заметить.

Она сидела рядом со Степановой за первой партой, но с таким отстранённым видом, словно задание учителя её нисколько не интересовало. И именно в тот момент, когда он её разглядывал, она, словно почувствовав, обернулась. Их глаза на короткое время встретились. В её взгляде читалась гулкая обида и боль, обращенная явно к нему.

Проклятье!

Он с Назаровой расстался уже очень давно и, откровенно говоря, никогда не считал их отношения настоящими. Они встречались, да! Но их встречи ограничивались лишь страстными поцелуями и «свиданиями» в постели.

Он никогда не водил её в ресторан, не дарил цветов или подарков, не обещал звезд с неба, вообще ничего! Он к ней ничего не чувствовал кроме как симпатии и вполне естественного физического влечения. Но ему было с ней удобно, потому эти отношения продлились чуть дольше, чем со всеми остальными. С ней было весело и легко. Она не докучала не нужными вопросами и ничего не требовала.

Сейчас же глядя на неё вот так, он впервые испытал к ней чувства, но не сожаления, а жалость. И тут же сморщился, опустив взгляд назад в тетрадь. Жалость – это последнее, что любому нормальному человеку хотелось бы к себе вызвать.

Вероника тем временем поёрзала на стуле, решая очередную задачу, и случайно зацепила его, когда закидывала одну ногу на ногу. Это невинное движение вновь приковало его взгляд к ней.

Край её юбки из-за этого приподнялся немного выше, обнажая большую часть её бедра. Семён сразу вспомнил, как однажды ему уже доводилось видеть такое. А затем по телу словно пронеслась убийственная волна электрического тока, поражая особо чувствительные участки его тела.

– Ты отвлекаешь меня, Лаврова, – произнес он достаточно сухо и вероятно уж слишком неожиданно, отчего она перевела на него недоумевающий взгляд.

Семён усмехнулся, записывая вторую задачу. Она не ответила, лишь откинулась на спинку стула и продолжала смотреть. Наверно потому, что уже всё решила.

– Я думала, ты не хочешь афишировать наши с тобой отношения,– послышался её вкрадчивый голос спустя время.– Кто говорил: «…признавать девушку публично своей, означает лишь проявление слабости»?! – парировала она.

Она явно пыталась подражать ему, озвучивая последнюю фразу, но вышло смешно. Он улыбнулся.

– Верно, – шепнул он, наклоняясь ближе. На его губах расплылась дразнящая улыбка, – но я ведь тебе говорил, что ты уникальная, Лаврова? Мне хочется кричать на весь мир, что ты моя…

Она покраснела. А затем пододвинулась ближе и чуть слышно прошептала:

– А ты теперь меня ревнуешь?

Что? Вот ещё!

Он не ответил, не успел. Полина Александровна продолжила вести урок и уже начала объяснять новую тему. Семён напрягся, когда женщина быстро очистила доску от мела.

Не успел решить все задачи… Пофиг!

– Это же Рома, – снова прошептала Лаврова, не обращая внимания на учителя, – я очень тебя прошу впредь не вести себя по-хамски с моими друзьями!

Семён сел ровнее и выпрямил плечи. Писать к счастью пока было не нужно.

– А разве я был груб? – на его лице медленно появилась саркастическая улыбка,– Прости меня, моя дорогая, но кто тебе сказал, что я смогу быть ласковым с твоими дружками?!

Она нахмурилась и упрямо цокнула языком.

Если она думает, что я могу быть со всеми милым, то её ждет большое разочарование!

– Конечно, я ведь забыла, с кем общаюсь!

Он уже хотел ответить, но неожиданно достаточно громко прозвучал голос учителя:

– А к доске у нас пойдёт решать вместе со всеми…., – пауза затянулась. Класс притих, пока Полина Александровна пробегала глазами по классному журналу.

Блин!!! Я ведь даже ничего не слышал из того, что она тут вещала!

– Григоренко Алексей, – наконец объявила она, и многие в классе выдохнули с облегчением, как собственно и Семён.

Вновь наступила тишина, в которой был слышен лишь дрожащий голос бедного Алексея. Он вышел к доске и пытался решить какие-то формулы, пока все остальные делали все то же самое у себя в тетради. Семён усмехнулся, глядя на одноклассника. У парня явно были проблемы с физикой, судя по тому, как он тупил у доски, ну или с нервами.

Внезапно дверь в класс распахнулась, и на пороге появился…Отец?

Что он тут делает?! Я не помню, чтобы он говорил, что собирался заехать…

Семён постарался мысленно прокрутить в своей голове последний разговор с ним. Тот самый, что состоялся практически сразу после отъезда Вероники в школу. Между делом он сообщил, что нашел нового директора, но не собирается же он объявлять об этом прямо сейчас?!

Стас вальяжно вошел в класс и лишь одним взглядом дал понять ученику, чтобы тот присел на место. Семён заметил, как лицо Лёши просияло от счастья, пока тот возвращался на место.

В след за ним в класс вошла симпатичная девушка примерно их возраста. Весь класс тут же уставился на девушку, и все тихо ждали пояснений, в то время как Семён продолжал внимательно следить глазами за отцом, но тот словно специально не спешил начинать что-либо объяснять.

– Простите, что отвлекаю, – улыбаясь дежурной улыбкой, обратился он к учителю,– У меня для вашего класса объявление.

Он протянул руку, указывая на девушку.

– Это Андреева София. Она только что перевелась в нашу школу, и будет доучиваться с вами в одном классе.

Вот теперь класс оживился. Многие принялись перешептываться, а мужская половина активно прожигать взглядом новенькую девушку. Семён услышал, что кто-то справа от него даже тихонько присвистнул, и только потом понял, что это был Димон. Семён нехотя поднял глаза на Софию и только тогда понял причину столь бурных эмоций.

Новенькая была весьма хороша на первый взгляд. Длинные стройные ноги, которые переходили в округлые бедра. На ней красовалась короткая юбка, белая рубашка широкого покрова и длинный кардиган, но даже под всем этим вполне реально можно было разглядеть её заточенную фигурку.

У девушки довольно выразительное лицо, но с какими-то островатыми чертами. Василькового цвета глаза, обрамленные пышными ресницами, тонкие губы, немного впалые скулы, что тоже бросалось в глаза и, пожалуй, самое главное – просто копна рыжих волос на голове. Они выглядели эффектно. Её волнистые пряди аккуратно обрамляли лицо и свисали по спине, чуть ниже плеч.

Она стояла, гордо расправив плечи, и словно не обращала внимания на образовавшийся гул и любопытные взгляды в её сторону. У неё словно на лбу было написано, что эта девочка знает себе цену. Помимо дорогущих шмоток, у неё был длинный броский маникюр и сумка от Louis Vuitton, да и в целом выглядела она очень самоуверенно.

Отстукивая высокими каблуками по полу, она, наконец, прошла меж рядов и села на свободное место рядом с Димой. У того от неожиданного восторга даже загорелись глаза.

Семён ухмыльнулся. Неужели она ему так понравилась?!

– Я понимаю, что вы уже все сплочённый коллектив, но надеюсь, найдёте общий язык с этой девушкой,– напомнил о своём присутствии отец, – И ещё кое-что. После этого урока соберитесь все в холле. У меня будет для вас ещё одно объявление.

После этого Стас ещё раз кивнул учителю, вероятно в качестве извинения, и покинул класс так же стремительно, как и появился.

Семён выдохнул и из любопытства бросил ещё один взгляд на Софию.

Или как там её?! София, кажется, я блин даже не запомнил…

Она ещё раз многозначительно обвела взглядом всех одноклассников и неожиданно остановилась именно на нём. Взгляд её словно сфокусировался, а уголок губ немного потянулся вверх.

Черт! Неужели из всего класса, где почти одни парни, лишь я такой примечательный?!

Они сидели практически напротив друг друга, на разных рядах, только она чуть впереди. Семён решил не отводить сразу свой взгляд. Ему было интересно, чем это может закончиться. Новенькая улыбалась, но при этом ни капли не смущалась. Это было больше похоже на…

Он не понял, на что это было похоже. Он отвел взгляд, как только почувствовал прикосновение к своей руке под партой и обернулся на девушку сидящую рядом. Вероника выглядела потерянной и уязвленной.

Глупая! Какая же ты глупая, Лаврова! Не одна девушка в этом гребаном мире не сравнится с тобой.

***

После окончания урока Семён быстро сложил все свои вещи обратно в рюкзак.

– Я пойду пока поговорю с девочками, – произнесла Ника, вставая из-за парты.

Семён в два коротких шага догнал её и, перехватив за локоть, подтянул ближе к себе. Их взгляды встретились. То как она смотрела на него, то, как сияли её изумрудные глаза, его завораживало, гипнотизировало.

Её сладкий манящий аромат дикой розы и персика провоцировал его подтянуть её к себе ещё ближе. Он медленно втянул воздух и полностью повернул её лицо, обращая её взор на себя. Ох, как же ему хотелось поцеловать эту девушку прямо сейчас.

– Семён, отпусти! На нас сейчас смотрят, – зашипела она, бросая косые взгляды по сторонам, но так и не предприняла попытки вырваться.

Чёрт! Всё время рядом с ней забываю, что мы можем быть не одни…

– Пусть смотрят, они весь урок смотрели, – промурлыкал он ей на ухо, подтягивая её к себе ещё ближе.

Он слегка улыбнулся и подставил ей свою правую щеку. Ника быстро поняла, что он хотел, но упрямо покачала головой.

Несколько секунд упорного молчания ничего не дали, и она всё же сдалась, чмокнув его в щёку. Несмотря на то, что поцелуй был быстрым, он получился чувственным и нежным. Девушка тут же отстранилась, оставив влажный след на его коже.

– Ты невыносим! – покачав головой, произнесла она как раз перед тем, как направиться к подругам.

Семён усмехнулся и вслух произнес:

– А ты несносна!

Он выкрикнул ей эту фразу, надеясь, что для остальных в этом классе его счастье было не таким очевидным. Не потому что он не хотел делиться с кем-то своим хорошим настроением, а потому что в принципе не привык проявлять свои чувства прилюдно.

– Твой парень самый настоящий придурок! – услышал он голос Светки и сразу же обернулся в тот момент, когда та выходила из класса.

– Я всё слышал! – выкрикнул он в ответ, подразнивая. Её уже не было в классе, но почему-то он был уверен, что она услышала.

Ника виновато улыбнулась ему перед тем, как выйти вслед за Светой. А Катя неожиданно заговорщицки подмигнула ему.

Несколько секунд Семён просто стоял, глядя на то, как покидали класс ученики, а затем быстро отмахнулся от докучливых мыслей, переключаясь на нечто другое, более важное. Отец просил собраться в холле и послушать объявление. Семён догадывался, о чем он хотел сказать. Возможно, им, наконец, представят их нового директора.

Он вышел из класса, набирая темп. Да, Семён знал больше других учеников, но если честно был заинтригован не меньше, чем остальные ребята. Дома отец так и не признался, кого именно взял на эту должность школы.

В коридоре его быстро догнал Дима. Семён не оборачивался, пока тот бежал за ним, но узнал по шагам.

– Ты крут, приятель! – заявил Дима, после чего Семён почувствовал легкий удар кулаком в плечо, – А я ещё на физику идти не хотел, но чёрт подери, этот урок с каждым мгновением становился всё интересней и интересней!

На лице у Димы просияла загадочная улыбка. Не отрывая взгляда от его довольной физиономии, Семён хмыкнул:

– Да, ты прав, – он показательно обернулся по сторонам, отыскивая глазами тот самый «предмет его обожания», – некоторые «моменты» были особенно интересными…

Дима лукаво улыбнулся: