Закон о чистоте крови. Книга 2

– Наивная, – покачал головой Нурикеш. – Ты думаешь, сюда просто попасть? В самое престижное заведение страны с огромным конкурсом на место?

Судя по выражению остроносой гремлиновской мордашки, про это девушка не подумала. Почесала кончик носа и сообщила:

– Наверное, такое впечатление сложилось из-за того, насколько просто нам удалось поступить сюда.

– Мы – по блату. Кстати, конкретно я в бытность студентом очень не любил таких вот ребят. И был не одинок в своем отношении к попавшим в академию по протекции. А если учесть, что настроения в студенческой среде меняются редко, нужно ожидать каверз со стороны остальных.

– Знаешь, Кеш, периодически ты настолько восхитительно обрисовываешь наши грустные перспективы, что весь оптимистичный настрой сползает в пятки.

– Там ему и место. Надо быть реалистами, – хмуро отозвался феникс, с таким выражением лица, что я мигом осознала: мне удалось наступить на ту самую больную мозоль, из-за которой Айнир Нурикеш встает на дыбы и говорит гадости. – И вообще, мне всегда казались крайне бредовыми фразочки про оптимистов и плюсы на кладбище.

– Думаю, что леди Мириам с тобой не согласится, ей свое посмертие очевидно очень нравится, – дипломатично заметила я, стараясь съехать с темы. – И вообще, пойдем уже вести раскопки в этой каменоломне знаний.

К счастью, феникс не стал настаивать на продолжении этого в общем-то бессмысленного разговора, и мы отправились проходить регистрацию и получать читательские билеты. Знакомая с бумажной волокитой (правда, исключительно по слухам), я считала, что это дело не быстрое, но, вопреки ожиданиям, все прошло гладко.

И вот стоим мы посреди роскошного зала с редчайшей коллекцией учебных, а также исторических трудов и в упор не знаем, откуда начать.

Ну, мы с Мышкой.

Феникс сразу уверенной походкой двинул в дальний угол и щедрым жестом указал на книжный стеллаж метров семи в высоту.

– Кажется, это то, что нам надо.

– Травоведение? – недоверчиво уточнила я, кажется мысленно рассчитывая, что начнем мы как минимум с «Тайн алхимии», а как максимум – с фолианта под названием «Великая настольная книга злодеев, или Как приворожить бабу»!

– Инейран парфюмер, стало быть, использует в своих составах натуральные материалы. Другое дело, что потом он их зачаровывает. Но сначала нам нужно просмотреть списки зелий и подумать, что и как он мог сочетать. Потому как это явно нечто неклассическое, собственного изобретения.

– Ну, тогда начали! – оптимистично решила Мышка и даже подошла к полкам, начиная читать разделы. – Нам нужны приворотные и что еще?

– Подавляющие волю и замещающие образы, – задумчиво протянул Айнир. – Но, если честно, смотрю я сейчас на объем работ и понимаю, что, возможно, проще всего сходить на консультацию к аромагу-алхимику. Правда боюсь, без образца состава он нам скажет ровно то же самое, что и я.

– В Адамантовой ведь есть преподаватель, который ведет как раз аромагию, – запоздало осенило меня хорошей мыслью. – Может, у него спросить?

– Напрямую обозначив проблему? Чтобы он тебя как следует изучил и не дай Земляна обнаружил что-то?

Я открыла было рот, чтобы спросить что, но тут же захлопнула, ощутив неловкость от своей медленной соображалки. Ты, милая Лалидари, сейчас находишься под совершенно другим обликом, да и твои приятели тоже. И документики у тебя тоже подставные! Есть большая вероятность, что про это никто не узнает, но не стоит тыкать всеми неувязочками прямо в лицо какому-нибудь профи. Он может заинтересоваться и вывести на чистую воду.

Судя по выражению глаз Айнира Нурикеша, он только что мысленно вновь обозвал меня дурой, но в кои-то веки не озвучил. Хотя был бы попугаем – непременно бы высказался.

Вспомнив про Кешеньку, я загрустила, осознав, что взбалмошной птички мне периодически очень не хватает. С ним хотя бы понятно, что делать и как общаться, а вот высокий лорд Айнир Нурикеш из рода Рубиновой Крови периодически ставит меня в тупик.

В общем, с грустью осознав, что от изучения матчасти нам не отвертеться, мы вгрызлись в гранит знаний со всевозможным в нашей ситуации энтузиазмом.

Но думаю, как известно по примерам многих золотоискателей, очевидно, что первый же том, вытащенный с полки, не содержал нужных нам знаний. И второй тоже не содержал. И в десятом ничего подобного я не обнаружила. А потом просто сбилась со счета.

Книжки слились в сплошной поток исписанных страниц с рецептами и оглавлениями с их названиями. Но ни в одном зелье не содержалось нужного списка действий на жертву.

Дело в том, что практически все приворотные работали несколько иначе. Объект воздыханий становился настолько желанен, что привороженный не мог думать о чем-либо другом в принципе!

А я вполне нормально существовала и не испытывала тяги сочинить сонет в честь подлого нага или намалевать его поясной портрет маслом.

Зелья на вожделение уже были чем-то более близким, но там эффект был практически мгновенным после приема и длился не так долго. То есть единоразово возбуждал гормональную систему на конкретный объект и жертву отпускало, как только она получала желаемое. Этакая искусственно вызванная ломка по человеку.

Кстати, по этому поводу даже была какая-то историческая ремарка. Некий король вдруг воспылал страстью к совершенно обычной и не очень привлекательной женщине. Притом страсть у него носила маниакальный и болезненный характер. То, что король приворожен, поняли сразу, но вот как именно это было сделано – выяснить никак не удавалось, потому как встречалась пара исключительно для плотских утех, после которых мужик торопливо сбегал в ночь, так как у него временно прояснялся разум. А потом по новой! Уже и еду проверяли, и воду, и средства, которыми пользовался правитель. Все чисто!

Оказалось, что хитрая мадам использовала состав в виде интимного геля. Так что любой контакт, удовлетворяющий ломку по ней, сразу же дарил следующую дозу.

Чем закончилась эта история, неизвестно, но подозреваю, что для дамы – паршивенько.

Но в любом случае зелье вожделения подходило по побочным эффектам. Ломка по человеку, пока не получишь желаемого. У меня так было… но не постоянно.

Ох, боги, как же сложно быть необразованной девицей!

Если бы моей учебе дома уделяли больше внимания, то я бы лучше ориентировалась в потоках новой информации.

В общем, в тот день мы так и не нашли чего-то, что приблизило бы к пониманию произошедшего. Я вернулась в свою комнату и практически сразу рухнула спать.

А ночью мне снилась какая-то лютая дребедень с эротическим уклоном!

Так прошло еще несколько дней. Утром мы шли на занятия, где преподаватели взрывали мне мозг массой новых терминов и знаний, а после садились заниматься с Айниром у меня в комнате, где он раскладывал по полочкам все то, чего я не поняла утром, и добавлял новых знаний. Кажется, феникс уже смирился с тем, что экстернат – это, конечно, хорошо, но все равно… не быстро. Вовсе не быстро. Чтобы стремительно шагать вперед, сначала нужно создать платформу из базовых знаний. Чем мы и занимались.

Ну а после обеда шли в библиотеку, где, вооружившись терпением, искали все новые книги. Как оказалось в дальнейшем, ничего кроме Травоведения мы сейчас штудировать и не могли. Секция с книгами по аромагии была доступна только тем студентам, у которых уже начались по ней лекции. У меня это будет только со следующей недели.

Приходить в библиотеку всем вместе у нас получалось не всегда. Расписание занятий у всех троих было разным, и ничего тут не попишешь.

Сегодня я освободилась раньше всех и сейчас скучающе листала очередной фолиант, а вокруг меня столбами возвышались остальные. Занятие уже настолько наскучило, что я периодически зевала и залипала то на танец пылинок в свете, то на восхитительно красивые витражи библиотеки. То на других студентов.

Сегодня здесь было пустынно.

Только один нервный господин так же, как и я, сидел за книгами и периодически ходил за новой партией. Ну как ходил… недовольно смотрел на библиотекаря или его помощников, выразительно изгибал темную бровь, и к нему тотчас подбегали и приносили заказанное. Судя по всему, из архивов или каких-то запретных секций, простым смертным недоступных.

Этот субъект, кроме хозяйских замашек, отличался еще и весьма примечательной внешностью. Наверное, самый точный эпитет для нее – «нервно-утонченная». Темноглазый брюнет с убранными в простую косу волосами и в одежде не по размеру, которая слишком свободно на нем болталась.

Не красавец даже близко. И весь какой-то очень… острый и длинный. Острый нос, острый подбородок, ярко выраженная линия скул. Изящные, какие-то слишком длинные пальцы, словно там на одну фалангу больше.

На студента не похож. На преподавателя – тем более.

Именно в этот момент незнакомец поднял на меня взгляд, и я подавилась вдохом. Потому что у него была невероятно черная радужка глаз. И раза в два больше, чем у нормального человека.

Я почти сразу опустила взгляд в книгу перед собой и некоторое время бездумно пялилась в открывшуюся страницу.

«…зелья, лишающие воли, редко используются сами по себе. Как правило, их добавляют в другие составы для того, чтобы ослабить естественное сопротивление организма и психики…»

Я открыла блокнот и быстро переписала туда заинтересовавшие меня строки. Пока было понятно, что ничего не понятно.

Судя по всему, мы имели дело со смесью нескольких зелий. Но проблема в том, что больше двух слить воедино никогда не получалось: всегда есть одно основное и один катализатор. Добавляешь третье, и действие становится совершенно непредсказуемым.

Так что или я копаю в неправильном направлении, или Инейран жутко талантливый сукин сын и попрал основные законы алхимии.

Даже не знаю, какой из этих вариантов вызывает у меня большее отвращение.

Пролистав фолиант до конца и положив его на высокую башню таких же, я с тоской посмотрела на стеллаж. Нужно продолжать.

Я подошла к полкам, пробежалась пальцами по корешкам книг. Неровности тиснения щекотали подушечки, заставляя как никогда остро чувствовать момент.

Мне вообще очень нравилось в библиотеке. Запахи, тишина, ощущения…

Провалившись в свое мироощущение, я не заметила, как приблизился давешний незнакомец. Потому прозвучавшее прямо над головой приветствие заставило вздрогнуть от неожиданности и подскочить на месте.

– Какая вы… пугливая, – чуть склонив голову, прокомментировал мужчина.

Вблизи он выглядел старше, чем мне думалось. И ещё более странным.

Глаза настолько темные, что с трудом различаешь, где заканчивается зрачок и начинается радужка. Едва заметные морщинки в уголках глаз и возле губ намекали на сложный характер. А еле уловимая усмешка лишь подтвердила этот вывод.

– Впервые встречаю такой огромный интерес к травоведению и аромагии… до начала курса занятий, а не перед зачётом или экзаменом.

– Решила опередить события.

Я ещё раз окинула взглядом его костюм, но никаких опознавательных знаков не нашла.

Неизвестно кто. Любопытный такой неизвестно кто.

– Если не секрет, что вы ищете? – спросил темноглазый, прислоняясь плечом к перегородке между полками.

Я несколько секунд раздумывала, а потом решила сказать. В конце концов, передо мной – незнакомец, я впервые его вижу, и, стало быть, мне все равно, что он подумает. А во-вторых, в моей ситуации помощь не помешает. Вдруг это происки богини? Мой шанс приблизиться к разгадке.

– Есть странный приворот. С замещением образов на желанный, снами и ломкой по объекту вожделения.

– Похоже сразу на несколько зелий.

– Но они не сочетаются, – напомнила я.

– Органические да. Но ты забываешь, что некоторые можно синтезировать. А ещё, что всегда можно сочетать, например, органические материалы с неорганическими. В любом случае интересует, как препарат принимался?

Я несколько секунд размышляла и медленно покачала головой, начиная рассуждать вслух:

– С пищей – совершенно исключено.

– Стало быть, это должно всасываться через кожу или слизистую, – подхватил мою логическую цепочку мужчина, по-прежнему глядя на меня с легкой полуулыбкой. – Это могут быть соли для ванн, духи, пудра, да хоть зубная паста или полоскание для рта.

Я стояла как пыльным мешком из-за угла ударенная. Стояла и ощущала, как из глубины души медленно поднимается волна злости, замешанная на осознании. Потому что всё, чем я пользовалась последние несколько месяцев, было подарено Инейраном! Начиная с духов и заканчивая мылом! И да, упомянутые соли для ванн и масла, разумеется, тоже были.

Я сама ежедневно отравляла себя этим мужчиной и даже не понимала, что происходит!

– Спасибо… – с усилием вытолкнула из себя я, опустила взгляд на свои руки, а вернее судорожно, до побелевших пальцев сжатую в них книгу. Нужно вернуть…

Странное состояние. Словно время замедлилось в несколько раз. Я неловким движением попыталась запихнуть обратно томик, и это у меня получилось даже не с первого раза. Попрощалась со странным, но осведомленным господином и практически бегом кинулась на выход из библиотеки.

Воздух! Мне нужен был свежий воздух!

Выскочив на улицу, я на какой-то момент зажмурилась от резанувшего по глазам солнца, а после, проморгавшись, побежала дальше, выбрав первую попавшуюся тропинку.

Ложь. Все было ложью!

Весь год, все мои эмоции, все чувства… да вообще все восприятие этого мужчины!

Сейчас, в тот момент, когда стало кристально ясно, насколько подло он поступил… мне было больно. Словно ту щепку в сердце, именуемую чувством, вдруг с силой провернули. А ведь я практически про нее уже забыла…

Инейран не просто посторонний наг, который пришел из ниоткуда и заявил права. Он тот, кого я считала сначала другом, а потом желанным мужчиной! Тот, кому отдала свою невинность. Да, это было решение под гнетом обстоятельств, но оно было!

Он был со мной… во мне.

Стало тошно. Вспомнив поцелуи, я вытерла рот и часто-часто задышала.

Инейран, зачем же нужно было действовать именно так?! Неужели ты, такой властный, красивый, притягательный, не мог завоевать меня другими методами?

Новые знания разрушили те тщательно оберегаемые надежды, которые еще оставались в моей душе. И которые я прятала даже от самой себя.

Наверное, в жизни каждого человека есть эта самая точка невозврата. И называется она – разочарование.

Я забилась в какой-то дальний угол академического парка и проплакала около часа, размазывая по щекам злые, горькие слезы. Вот так оно бывает, вроде бы все уже решилось, а в момент окончательного расставания с иллюзиями все равно очень больно.

Когда уже начало темнеть, на дорожке, ведущей к маленькой, увитой плющом беседке, где я и сидела, появилась высокая фигура Айнира Нурикеша. Он шел спокойно, но уверенно, кажется точно зная, куда ему надо. Легко взбежал по ступенькам и, выйдя в центр, прислонился бедром к столику.

– Как понимаю, ты что-то узнала?

– Угу, – вместе с ответом из груди вырвался судорожный всхлип. Стало стыдно, и я отвернулась от феникса, быстро вытирая влажные щеки.

– Это хорошо, – невозмутимо кивнул мужчина и сел рядом, вытянув длинные ноги. Покопался в наплечной сумке и достал сначала бутылку воды, а потом… персик.

Я вцепилась в питье и выхлебала за полминуты половину, а после приступила к фрукту. Сладкий, сочный…

– Спасибо, – дообглодав косточку, уже более спокойным голосом поблагодарила я. – Ты настоящий друг.

– Так себе комплимент, Лялька, – с кривой усмешкой непонятно ответил багровый феникс, но почти сразу перевел тему. – Рассказывай.

– Да нечего особо, – повела плечами я и кратко изложила содержание беседы в библиотеке, а после добавила: – В общем… травили меня давно и систематически.

– Зато теперь понятно, в чем дело было. Это не смесь зелий, а несколько разных, которые принимались вместе. Вещества не вступали в конфликт, а дополняли друг друга уже внутри организма. Практически гениально, я считаю! Иней всегда был крайне прошаренным и хитрым типом.

– В смысле «всегда»? – нахмурилась я, так как информация о знакомстве Айнира Нурикеша и Инейрана Дальвариса как-то прошла мимо меня.

– А это, моя маленькая змейка, – дела давно минувших дней. К тебе касательства не имеющие.

Судя по каменному выражению лица, зато дела тех дней имели прямое отношение к тому, почему феникс долгие годы пылился в лавке старьевщика в виде попугая. Да и сейчас полноценно обернуться не может.

Как умная женщина, я не стала расспрашивать, а вернулась к насущному.

– Ну и что нам теперь делать? Я так и буду кидаться на… – поймала веселый взгляд Айнира, покраснела как маков цвет, вспомнив, что было между нами, и переиначила окончание фразы: – …первых встречных?!

– На первых не будешь, только на меня, – выдал очередную гадость крылатый. – Произошло перезапечатление. Плюс ты девочка нежная, на совсем незнакомых бросаться не будешь. Я – единственная походящая кандидатура в твоем окружении. Но не переживай, я буду молодцом! И ты, благодаря мне, тоже будешь молодцом! Ну а что делать… прикинем, каким образом тебя надо лечить. В общем, доверься мне, Лялька!

Уловив в голосе Нурикеша знакомые издевательские нотки, я с одной стороны облегченно выдохнула… а с другой – испытала желание придушить поганца. Все же феникс есть феникс!

Гад пернатый!

Как оказывается, редко кто бывает готов к тому, что его привычный мир рушится. Даже если он феникс, и на земную твердь под ногами ему в общем-то плевать из поднебесья.

Во всяком случае, Финист Цари всегда искренне считал именно так. И столкнувшись с реальностью оказался неприятно удивлен.