Гитаристка. На пути к мечте
- -
- 100%
- +
Мгновение… ещё одно… девушка увидела, как у сидящих за столиком родителей меняются выражения лиц… Медлить больше нельзя! Карина пулей вылетела за кулисы, наскоро побросав вещи в рюкзак, накинула куртку и, даже не переодевшись, выскочила на улицу, по дороге крикнув парням:
– Возьмите, пожалуйста, мою гитару с собой, я позже её заберу! – они успели только кивнуть в ответ.
Карина была уверена, что родители сейчас ищут её, и собралась уже сбежать, куда глаза глядят, лишь бы только не встретиться с ними, но, как на зло, из-за угла выбежали две знакомые фигуры, настроенные явно недружелюбно.
– Карина, стой, где стоишь! – скомандовал отец, и девушка замерла, не в состоянии сдвинуться с места. Родители быстрыми шагами приблизились к дочери. На улице было очень холодно, но девушка не замечала этого.
– В машину быстро!!! – мать взяла дочь за капюшон куртки и потащила в сторону подъехавшего такси. Сил сопротивляться у девушки не было, и она покорно села.
Внутри такси ей было невыносимо жарко. Молчание было напряженным, а взгляды родителей – полны недоумения и, возможно, разочарования. Карина знала, что придётся ответить на множество вопросов, но сейчас, в этот момент, она лишь желала одного – остаться незамеченной, словно вечеринка в клубе никогда и не случалась.
Родители — интеллигентные люди, и не стали бы выяснять отношения на людях, но Карину это не радовало; дома всё равно предстоял нелегкий разговор.
– Что все это значит?! – закричала мать, едва переступив порог. – С ума совсем сошла? Что это за вид такой? – она замахнулась на дочь, и та интуитивно закрыла лицо руками, но отец остановил её, схватив жену за руку. Он тоже был очень зол, но всегда умел держать себя в руках и, ни за что, не позволил бы распускать руки. В их семье это не приветствовалось.
– Успокойся! – сказал он жене. – Так ты ничего не добьёшься, только хуже сделаешь. А ты, – обратился отец к Карине, – переоденься и быстро сюда! – он злобно сверкнул глазами, отчего у девушки внутри всё сжалось, и ушёл на кухню вместе с матерью.
Карина убежала в свою комнату. Её сильно трясло, то ли от холода, то ли от страха; она никогда не видела родителей такими злыми. Много раз девушка представляла этот разговор, но оказалась абсолютно к нему не готовой. Однако, понимая, что неприятного разговора ей не избежать, нехотя вошла на кухню.
– Что всё это значит? Объяснись! Что это за фокусы такие? – тон, с которым говорила мама, не предвещал ничего хорошего.
Карина хотела сказать очень многое, но молчала, пристально глядя на родителей. Оценив ситуацию, немного помедлив, она спокойно и чётко произнесла:
– Мама, папа, послушайте меня, пожалуйста! – убедившись, что её слушают, она продолжила, – я не хочу быть врачом. Никаким и никогда. Я не буду поступать в медицинский, как бы вы того ни хотели. У меня есть только одна мечта – стать гитаристкой, и я ей стану!
Родители некоторое время молчали, но было ощущение, что это затишье перед бурей.
– Ты что, совсем спятила? Какой гитаристкой?! Я всем друзьям с гордостью рассказываю, что моя дочь будет врачом, а она в это время по клубам скачет!!! Что люди подумают?! – закричала мать.
– Тебя беспокоит только то, что подумают люди, мама?! – Карина тоже повысила голос, но на крик переходить не стала, – А ты хоть раз спросила, что об этом думаю я? Ты вбила себе в голову, что я должна стать врачом, а меня даже не спросила, хочу ли я этого. Я пыталась миллион раз заговорить о музыке, но что ты, что папа только отмахивались или отшучивались, сразу переводя тему. И ни один из вас не думал обо мне и моих желаниях!
– То есть, тебе нравится скакать по сцене в жутком виде, виляя хвостом перед похотливыми кобелями?! Ты знаешь, кто так одевается?! Самые настоящие прос…
– Мама, лучше молчи! – оборвала её Карина, – Если наговоришь сейчас лишнего, потом будешь жалеть! – она тоже начинала кричать; эмоции, сдерживаемые всю жизнь, рвались наружу.
– Ты как с матерью разговариваешь?!
– Да я тебе слова грубого не сказала, не придумывай! Я имею право на своё мнение и свои желания! Я не марионетка!!! И не буду больше жить по указке!!!
Разговор окончательно перешел на крик. Карина не могла больше сдерживать накопившиеся эмоции, хотя понимала, что лучше бы сейчас промолчать; её мать сейчас находилась под действием алкоголя, и хоть выпила она немного, тот все равно играл в крови, подзадоривая ее.
Отец, который до этого времени молчал, даже не пытаясь вклиниться, вдруг ударил кулаком по столу и грозно пробасил:
– Так! Стоп!!! Все замолчали и послушали меня! – сейчас мы закончим разговор, а то не ровен час, вы вцепитесь друг другу в глотки. Продолжим завтра. Точка. Мне ещё Марину утром встречать на вокзале. А ты, – обратился он к дочери, – по поводу института обсудим позже, кем ты хочешь быть, если не врачом! Но вот эти свои глупости музыкальные из головы выброси, я не позволю своей дочери по сцене скакать. Однозначно! А сейчас иди спать!
Карина попыталась вставить хоть слово, но отец её перебил:
– Я всё сказал, быстро к себе!
Глава 5
ПРОЩАТЬСЯ НУЖНО, НЕ ПРОЩАЯСЬ
Карина ушла в свою комнату, кипя от злости.
– Какие же вы твердолобые! – сказала она сама себе, – с вами же бесполезно что-то обсуждать! Вы все равно думаете только о себе!
Она ходила по комнате из стороны в сторону, пытаясь успокоиться и решить, что делать дальше.
– Отец утром поедет встречать Марину, и он вероятно уже лег, время и так давно за полночь. Да и мама, скорее всего, тоже! – размышляла Карина, – Что же мне делать?! – она тихонько приоткрыла дверь и выглянула в коридор, прислушиваясь. Тишина. Родители спят.
Карина больше не сомневалась. Теперь, она точно осознавала, чего хочет. После непродолжительных раздумий, она с антресоли достала свой чемодан, а затем принялась вынимать из шкафа свои вещи, собирая их в неопрятную кучу на полу. Внимательно перебирая их, она выбирала только самые нужные, в то время как все остальные отправлялись обратно в шкаф, создавая видимость привычного порядка в комнате. Закутавшись потеплее, Карина в последний раз окинула взглядом комнату, которую покидала, и, стараясь не издавать лишних звуков, выскользнула через «портал».
На улице тихо падал снег. Девушка покатила чемодан по тропинке, оставляя за собой лишь легкий след, который вскоре исчезал под снежным покровом. Фонари не горели, дома, погруженные в темноту, мирно спали, но луна, как надежный путеводитель, освещала путь Карине, поддерживая её в этом ночном приключении. Быстро добравшись до студии, она отыскала заранее спрятанный ключ и вошла внутрь. Не раздумывая, схватила свою гитару, мирно стоявшую на подставке, аккуратно упаковала её в чехол и заказала такси через приложение, прямиком в Москву, к наставнику.
Она не знала его домашний адрес, да и заявиться к нему без предупреждения ранним утром было бы странно. Поэтому девушка решила указать адрес автовокзала.
«Оттуда я смогу спокойно позвонить Гордееву, – подумала она, – надеюсь, он не сильно рассердится!»
Такси подъехало быстро. Загрузив чемодан и гитару в багажник, Карина уселась на заднем сиденье. Она оглянулась в последний раз на студию, в которой за последнее время она была чаще, чем дома, и тронулась в путь, оставляя родной город позади.
За полтора года Карина так и не решилась позвонить наставнику, считая это неуместным. Скорее всего, он тоже не звонил ей по той же причине. Но уместно ли звонить сейчас?
«А что, если он откажется мне помочь? – мелькнула мысль в ее голове, – Кто я для него? Разве он мне что-то должен? Серьезным ли было его обещание?» Разные мысли рождали в ней тревогу, и, чтобы скрыть волнение, она уставилась в окно, провожая взглядом мимо пролетающие кусты и деревья. На небе появилась светлая полоса, и по мере приближения к Москве она становилась все ярче, постепенно расползаясь и освещая небесную синь.
Машина остановилась у вокзала. Расплатившись с водителем, Карина вышла и начала осматриваться. Огромные часы на входе показывали 06:43. Она вошла внутрь. Из динамиков доносился монотонный и гнусавый голос компьютерной женщины, скандировавшей о террористах и мошенниках, призывая людей не поддаваться уловкам и держаться подальше от забытых чемоданов.
Карина устроилась на скамейке и достала свой смартфон.
«Не слишком ли рано звонить?» – терзала она сомнением, прокручивая список контактов.
«Это форс-мажор, он поймет!» – с решительностью ответила сама себе, остановившись на контакте «Наставник». Она немного колебалась, затем нажала на зеленую трубку. Один гудок… второй… третий… Каждое мгновение тянулось, словно вечность. Наконец, на том конце раздался заспанный голос Евгения Гордеева:
– Алло, – произнес он, – Карина?!
– Да, Дядя Женя, это я! Я сбежала из дома! Я в Москве! – быстро проговорила Карина, пока не угасла решимость.
– Где ты? Я сейчас приеду, никуда не уходи! – без лишних вопросов скомандовал наставник. Вскоре раздались короткие гудки, а Карина осталась сидеть неподвижно, прижав телефон к уху.
Прошло около часа, прежде чем в дверях вокзала появилась знакомая фигура. Несмотря на толпу спешащих людей, она без труда узнала Гордеева, хотя тот прятал лицо под высоким воротником и маской. Вскочив на ноги, Карина поспешила к нему, он тревожно озирался вокруг, пытаясь найти подопечную взглядом. Она подбежала и крепко обняла его.
– Карина! С тобой все в порядке? – спросил наставник, отстраняясь и делая шаг назад, чтобы получше рассмотреть ее.
– Да, все нормально, но я сбежала из дома, не могла больше оставаться там, родители... – напирала девушка, стараясь рассказать как можно больше, используя минимум слов.
– Так, стоп, стоп! – прервал ее наставник. – Всё потом! Быстро уходим отсюда, поговорим в другом месте! – Он взял ее чемодан и направился к выходу, а Карина послушно засеменила за ним.
Она ощущала напряжение, Гордеев был молчалив и задумчив. Поэтому девушка тоже молчала, не решаясь начать разговор первой. Поглощенная своими мыслями, гитаристка не заметила, как машина подъехала к коттеджному поселку и остановилась у шлагбаума. Из сторожки нехотя выглянул охранник, но увидев Гордеева, сразу же приветливо заулыбался. Через несколько секунд шлагбаум медленно поднялся, и, дождавшись его полного открытия, Гордеев резко нажал на газ, заехав на территорию.
Взору Карины предстала невероятная картина: по обеим сторонам дороги расположились роскошные дома, каждый из которых превосходил своего соседа по красоте. Музыкант остановился возле большого двухэтажного дома, вполне соответствующего остальным.
– Приехали, выходи! – скомандовал наставник, когда они заехали в гараж. Его голос звучал мягко, но выражал недовольство. Он жестом указал, чтобы Карина следовала за ним, она безропотно подчинилась.
Дом впечатлял своей роскошью: в просторном холле располагались резные колонны, которые величественно поддерживали потолок. По стенам были красиво развешены гирлянды, наполняя пространство волшебной атмосферой Нового Года.
– Здесь можешь повесить верхнюю одежду, а за той дверью – ванная, – сказал Гордеев, указывая на вешалку, а затем на дверь у входа. Карина кивнула, сняла куртку и направилась к ванной, сразу же подходя к зеркалу.
«Теперь мне всё стало ясно!» – подумала она, рассматривая своё отражение. Глаза были красными, косметика растеклась по опухшему лицу, а волосы растрепаны, как у героини, сбежавшей из психиатрической больницы в каком-нибудь фильме ужасов. В общем, её внешний вид явно оставлял желать лучшего.
Карина умывалась и вошла в гостиную. Это было светлое и просторное помещение, где уютно располагался камин с мерцающим огнем, олицетворяющим тепло домашнего очага. Вокруг него уютно разместились мягкие диваны, обитые тканями нежных тонов, а рядом стоял элегантный столик, на котором покоилась чашка с горячим чаем. Каждая деталь в интерьере создавала атмосферу уюта и спокойствия, где хотелось проводить долгие зимние вечера, наслаждаясь теплом и приятной компанией. Гордеев стоял у окна и смотрел на начинавшийся снегопад. Резные снежинки кружились и падали большими хлопьями, как будто стремились скрыть все следы, которые могли указать на местонахождение девушки.
– Ну, давай, рассказывай, что случилось, – прервал молчание наставник, – чего это тебя ночью в Москву понесло?
Карина устроилась на диване, едва удерживаясь от волнения, и начала рассказывать своему наставнику о событиях, которые привели ее на сцену клуба. Как они получили приглашение выступить на новогоднем корпоративе, и как неожиданно там оказались ее родители. Не желая выслушивать упреки и нотации, которые, несомненно, ожидали её от мамы и папы, она, не дожидаясь утра, села в такси, и уехала в Москву, а поскольку адреса Гордеева она не знала, то попросила таксиста отвезти ее на вокзал.
Музыкант слушал ее молча, и все больше хмурился. Потом задумчиво проговорил:
– Карина, что происходит в твоей голове? Ехать одной ночью в незнакомый город, где бродят толпы преступников и дегенератов, готовых на все ради легкой наживы. Ты хоть представляешь, что могло произойти, попадись ты им на глаза? – Он говорил размерено и спокойно, но в голосе слышались гневные нотки.
– Я боялась звонить вам ночью, – пробормотала она, отворачиваясь в сторону, – вы бы рассердились!
– То есть, приехать вот так без предупреждения, свалившись как этот снег на голову, было лучшим решением? Так? – сказал он, указывая жестом в окно, – А если бы я был занят? Забыла, что я человек публичный? – Его голос звучал так, будто он едва сдерживался, чтобы не сорваться.
– Извините, мне, наверное, лучше уехать! – произнесла Карина, подскакивая с дивана, и направилась к выходу.
– Сядь! – грозно скомандовал Гордеев, его тон был таким строгим, что она инстинктивно вернулась на место, – Ты что, с ума сошла? Думаешь, я злюсь из-за твоего приезда? Вовсе нет. Меня злит твоя безответственность, сбежать из дома, никому ничего не сказав... Это очень неразумный поступок, ты понимаешь?
– Понимаю, – тихо ответила она, смотря в пол.
– Позвони родителям, немедленно! – грозно произнес наставник, сверкнув глазами.
– Зачем? – спросила Карина, не желая подчиняться.
– Не прикидывайся, звони сейчас же! – он говорил требовательно и решительно.
– Не хочу я им звонить, они будут злиться. Родители меня никогда не понимали, и вряд ли поймут сейчас! – упрямо отказывалась гитаристка, скрестив руки на груди.
– По-твоему будет лучше, если твои родители будут искать тебя повсюду сломя голову, думая, что с тобой могло что-нибудь случиться?! – наставник старался изо всех сил, чтобы не перейти на крик, – Ты хоть представляешь, что чувствует родитель, не зная, что с его ребенком?!
После этих слов Карина, наконец, осознала всю глупость своего поступка. Вспомнив печальную историю Евгения Гордеева, однажды потерявшего самых близких для него людей, она вдруг расплакалась. Родители, какими бы ни были их с Кариной отношения, любили ее, и сейчас, скорее всего, они не находят себе места, пытаясь узнать, где их дочь.
– Простите, я об этом даже не подумала, мне очень стыдно! – произнесла девушка, доставая телефон, – Я позвоню им сейчас.
– Стоп! – неожиданно произнес наставник, накрывая рукой ее телефон. Карина с недоумением взглянула на него, – Сначала успокойся, не стоит звонить им в слезах, ты только испугаешь их.
Он налил воды в стакан из графина, стоявшего на столе, и протянул его девушке. Она выпила все залпом, сделала глубокий вдох, затем еще один, пока дыхание не пришло в норму.
– Попробуй поговорить с ними спокойно, без эмоций. Ты это можешь, я знаю! Объясни им все, а я не буду мешать, отойду сделать чай, – сказал он с теплотой в голосе, и вышел.
Карина, собравшись с мыслями, нажала на звонок и стала ждать.
В трубке не успел сработать ни один гудок, как на другом конце послышался встревоженный голос Натальи Анатольевны:
– Карина, ты где?! Почему ты не дома, немедленно возвращайся! Что это за фокусы? – вопросы сыпались без остановки, и, даже если бы Карина попыталась ответить на них, у нее не было бы возможности, поэтому она просто молчала, в ожидание закончится этот словесный поток. Когда же наступила долгожданная пауза, девушка, спокойно, как ей и советовал Гордеев, проговорила:
– Мама, я дала тебе возможность высказаться, а теперь, пожалуйста, позволь сказать мне! – с решимостью произнесла Карина, сделав паузу, чтобы удостовериться, что мать внимательно слушает её, – Я приняла решение, и домой не вернусь! Наши желания не совпадают — это вы с папой всегда хотели видеть меня врачом, но не я. Я никогда не любила медицину, но вы ни разу не спросили, моего мнения. А ведь я с детства мечтала играть на гитаре и неоднократно говорила об этом. Но вы лишь повторяли, что гитара не для девочек, что руки испортишь, и всё в том духе. Раньше я не спорила, потому что была слишком маленькой, но теперь я выросла и больше не намерена жить по вашим указаниям! – дочь говорила спокойно и вкрадчиво, чтобы мать поняла серьезность ее намерений.
– Что значит, не вернешься? Ты еще несовершеннолетняя, а значит, не можешь ничего решать! Скажи, где ты, мы приедем за тобой немедленно! – мама говорила быстро и напряженно, её голос прерывался от волнения.
– Нет, не скажу. Мне через полгода восемнадцать, и, как бы вы ни старались, я не стану больше жить так, как хотите вы с папой, и даже если вы силой вернёте меня сейчас, я всё равно уеду снова. Я буду гитаристкой! Это моё окончательное решение! – Карина произнесла это нетерпящим возражения тоном, не выдав ни одной несдержанной нотки, она полностью контролировала свои эмоции.
– Ты что, с ума сошла? Мы с папой всегда желали тебе только хорошего! Надёжная работа, стабильный доход, все это уже ждет тебя! А ты по струнам клацать, да по сцене полуголой скакать мечтаешь! – мама кипела от злости, это чувствовалось даже через трубку.
– Мама, хватит! Это бессмысленный разговор, который больше незачем продолжать,– Карина чувствовала, как её уверенность растёт с каждым сказанным словом, – Берегите себя с папой! Я вас очень люблю, но жить буду теперь по-своему! Поэтому, до свидания! – Карина произнесла это и положила трубку, не дожидаясь очередной порции нотаций от матери. Наконец-то, она сказала то, что хотела и ей больше не придется обманывать и изворачиваться. Девушка глубоко вздохнула, почувствовав облегчение.
– Ты, наверное, голодная? – спросил Гордеев, и Карина кивнула в ответ, – Повар я, так себе, но яичницу пожарить могу. Будешь?
Она снова кивнула. Ей действительно очень хотелось есть, потому яичница показалась Карине настоящим шедевром кулинарии. Быстро опустошив тарелку, девушка принялась за чай с печеньем. Сколько она знала Гордеева, у него в запасах всегда были разнообразные сладости к чаю, словно он ожидал, что к нему в любой момент может кто-нибудь заглянуть, несмотря на то, что он всегда проводил время в одиночестве.
– Я скоро вернусь, – сказал он и, забрав с собой тарелку, ушёл на кухню. Карина ощутила резкую волну усталости. Она ведь не спала всю ночь, и теперь, когда тревоги и страхи немного отступили, девушка сама не заметила, как погрузилась в сон. Когда она проснулась, солнечные лучи ярко светили в окно, хотя и зимним светом. Она взглянула на часы в смартфоне: 14:45. Скинув с себя плед, которым, судя по всему, укрыл её наставник, она встала и огляделась. В гостиной никого не было. Девушка осторожно выглянула за дверь и, услышав звуки из глубины дома, направилась туда.
На широкой кухне, способной вместить целую толпу, Евгений Гордеев суетился у плиты, напевая что-то под нос. Увидев вошедшую Карину, он радостно улыбнулся.
– Ну, ты уже проснулась? Как отдохнула? Садись, поешь! – обратился к ней наставник, и когда она села за стол, поставил перед ней тарелку с борщом.
***
– Чем ты планируешь заняться в ближайшее время? – спросил натавник на следующий день. Он намеренно не спрашивал ее сразу, дав ей хорошо отдохнуть и собраться с мыслями.
– У меня есть несколько идей, но для начала я хочу снять жилье, а потом уже начну думать о дальнейших шагах.
– Мечтательница! – усмехнулся наставник, – Ты думаешь, в Москве так легко найти квартиру? Можешь остаться здесь, если хочешь, дом огромный, места всем хватит.
– Нет, не могу, мне будет неловко стеснять вас. Я и так свалилась вам как снег на голову, без предупреждения, – Карина опустила глаза.
– Ты обиделась на мои слова? Прости, я вовсе так не думаю, и очень рад тебя видеть.
– Я не обиделась, я понимаю вашу реакцию, и то, что повела себя глупо. Просто, в тот момент, сбежать казалось единственно верным решением. И если бы я этого не сделала, моя решимость сошла бы на «нет» и я так и осталась бы в заложниках собственных страхов.
– Иногда ты такое дитя, но сейчас рассуждаешь очень по-взрослому! – Гордеев улыбнулся, – Ну что ж, есть у меня другой вариант. Помнишь, я обещал помочь? А я всегда держу свои обещания. У меня есть квартира, пусть она и находится не совсем рядом, но зато в непосредственной близости от моей студии. Ты сможешь там поселиться. Только потребуется несколько дней чтобы привести ее в порядок: квартира долго пустовала. После Нового года всё будет готово. Как тебе такой план? Устраивает?
– Да, прекрасно! – девушка широко улыбнулась. Вопрос с жильем её очень волновал, ведь, сбежав в спешке, она вовсе не подумала о том, что во время новогодних праздников могут возникнуть трудности. Теперь же она могла расслабиться.
– Отлично! С этим разобрались! – облегченно вздохнув, сказал музыкант. Немного помедлив, как бы невзначай, бросил, – А ты, кажется, без меня не скучала, «Аврора», интернет покоряешь?
– Что?! Как вы об этом узнали? Я же всегда в темных очках или маске на видео! – удивленно округлила глаза Карина.
– Ты такая забавная, Карина! Разве сама не догадываешься? Учитель всегда узнает своего ученика! Слышал, твоя популярность в сети растет!
– Да, я теперь довольно известный блогер, у меня двести тысяч подписчиков, – с гордостью произнесла Карина, и её голос наполнился восторгом, что невольно вызвало улыбку на лице Гордеева.
– Что ж, это похвально, времени зря не теряешь! – подвел итог музыкант.
Гл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.