Робин, закрой глаза

© Минская Н.А., 2016

© Оформление. ИПО «У Никитских ворот», 2016

Вы держите в руках книгу, в которую поверили очень многие люди. И не просто поверили, а стали её издателями. Вот они, мои близкие, друзья и те, кого я не знаю, но буду рада подружиться. Это добрые волшебники, которым я посвящаю эту книгу.

Лилия Абубекарова, Вера Агринская, Михаил Алексеев, Евгений Андреев, Виктор и Юлия Анищенко, Екатерина Антонова, Юлия Архарова, Мария Баранова, Артём Берсенев, Александр Бируля, Юлия и Николай Бриккер, Анна Бобровская, Денис и Мария Боковы, Дмитрий и Ирина Боковы, Илья Болотов, Александр Бреев, Наталья Бриккер, Кирилл Бурика, Анна Быкова, Анна Василевская, Алексей Вердесие, Анна Веселкова, Лилия и Ева Виноградовы, Светлана Воронина, Людмила Ганенко, Анна Головачёва, Анна Горбунова, Ольга Горегляд, Дарья Гревцова, Илья Громов, Виктория Грайс, Ульяна Гуреева, Марк Давыдов, Ян и Светлана Дёмины, Карина Евстропова и Саша Заушицын, Елизавета Жаворонок, Хулербен Кадыг-оол, Анна Карпова, Анастасия Кривоносова, Сергей и Александра Конышевы, Азат и Евгения Фатыховы, Евгений Ильинов, Иван и Ася Истомины, Иван Кавтарадзе, Екатерина Карсакова, Евгений Климов, Кирилл Кожевников, Мария Косянина, Галина и Даня Крапоткины, Владимир и Дарья Кузь-мины, Ольга Курепина, Мария Куторга, Анастасия и Вячеслав Лязниковы, Ирина и Семён Маинские, Анна и Антон Матрёнины, Сергей Маяцкий, Светлана Митина, Елена Михалина, Жанна Мусатова, Мария Пилепенко, Светлана и Максим Пискарёвы, Елена Полякова, Анна Приемская, Ольга Смирнова, Инна Омельченко, Юрий Осадец, Алексей Осипов, Галина Ординарцева, Юлия Репутацкая, Наталья Рождественская, Елена Свиркина, Ирина и Илья Симоновы, Анна Синельникова, Елена Синица, Роман Сохно, Настя Стрижова и Андрей Фрик, Андрей Тарасов, Марта Торопина, Артём Усачёв, Азат и Евгения Фатыховы, Валентина Фёдорова, Анна Федосова, Екатерина Фомина, Аня Хабарова, Дмитрий и Анна Черницыны, Мария Чернухо, Наталья Чиняева, Катя и Егор Чиркуновы, Нина и Виктор Шараповы, Катя и Лев Шараповы, Екатерина Шестакова, Светлана Яковлева.

Во время написания книги неоценимую поддержку оказали:

 Егор Мелентьев, который хвалил и критиковал, и критиковал, и критиковал, и немного хвалил, и обещал мировую славу, и ещё немного критиковал;

 Анна Головачёва, чей читательский опыт настолько внушителен, что я поверила в себя как в автора только потому, что она ждала продолжения. А однажды она прислала мне чудесные рисунки, которые стали частью книги;

 Ольга Горегляд – мастер по вдохновлению одиннадцатой степени;

 Екатерина Чиркунова. Профессиональный психотерапевт и чуткий читатель, она помогала не отступить от правды человеческих отношений.

В продвижении проекта по совместному изданию мне помогли:

 Настя Лязникова, которая создала дизайн очень заманчивых рекламных материалов;

 Катя Мартынова сделала 3d-макет книги;

 Ксения Тимофеева – продюсер, режиссёр, звукооператор и монтажёр атмосферного буктрейлера.

В съёмках участвовали: Фёдор Тимофеев, Антон Нетреба, Полина Чиякина, Максим Макаров, Кирилл Самойлов, Валерия Рябова. Ребята, спасибо вам огромное.

Я отдельно благодарю свою большую и прекрасную семью: маму и папу Татьяну и Александра Панфиловых, вторую маму Марину Минскую, дядю Сергея Стройкова, братьев Никиту и Андрея Панфиловых, их жён Свету и Олю. Мою племянницу Варю и моего сына Даню, которые стали первыми слушателями книги.

Мне очень-очень повезло, что у меня были лучшие бабушки, Наталья и Рая.

А без тебя, Марк, ничего бы не было.

А твоя улыбка, Даня, – моё вдохновение.

СХЕМА РЕСПУБЛИКИ РЫЦАРЯ СОЛНЦА:

Глава 1

Никогда не забывай цвет глаз своей прекрасной дамы

На чёрный город H8 опускалась первая летняя ночь. С высокого безоблачного неба Луна щедро дарила миру свой блёкло-жёлтый свет. Раздавались нестройные выстрелы. Кто-то закричал. Голос, исполненный боли и страха, сменил другой, торжествующий. Восстание против Рыцаря Солнца продолжалось.

По пыльной улочке между двумя глухими заборами, огибая оставшиеся от баррикад мешки и коробки с землёй, шла высокая женщина в зелёном платье. Изящные плечи укрывала мягкая серебристая шаль. Между плавными бровями женщины обозначились две тонкие морщинки. Казалось, она нисколько не боится выстрелов. Более того, женщина как будто вовсе не слышала нарастающей стрельбы, потому что её мысли занимали гораздо более важные вещи, чем собственная жизнь, а точнее, смерть.

– Слишком ясно, слишком ясно… Почему именно сегодня? – шептала она.

Перейдя широкую улицу с трамвайными путями, женщина оказалась перед покосившейся вывеской бара «Лунатик» с двумя тусклыми лампочками в мигающей луне. У входа её ждал мужчина.

– Мэрил, я разочарован. На встречи с Крысоловом не опаздывают. Я собирался уходить, – глухо сказал он.

– Добрый вечер, сэр Крысолов. Для начала стоит поздороваться с дамой, – Мэрил протянула мужчине руку в ажурной перчатке. На её губах заиграла очаровательная улыбка. Все тревожные мысли мгновенно исчезли с прекрасного лица с большими зелёными глазами и высоким лбом. – Я смотрю, вы сменили имидж. С повязкой вам… как бы сказать… гораздо эффектнее.

Мужчина был страшен. Огромный рост, ссутуленные плечи, бугристый шрам наискосок через лицо, вязаная, как будто напяленная наизнанку шапка и выцветший шарф, нелепые и пугающие летней ночью. А в довершение образа – повязка на правом глазу. Жители Республики Рыцаря Солнца не могли точно сказать, сколько лет Крысолов, правая рука правителя, борется с преступностью, казнит революционеров, пытает свидетелей, врывается в дома посреди ночи и уводит людей навсегда. Как будто целую вечность.

Ничего не ответив и даже не вынув рук из карманов куртки, мужчина отвернулся и вошёл в дверь под вывеской. Мэрил про себя обрадовалась тому, что Крысолов не стал целовать ей руку. От одной мысли о его прикосновении пробирала дрожь. Плотнее завернувшись в шаль, она зашла в бар и стала спускаться по щербатой лестнице навстречу пятну тёмно-оранжевого света.

– Кофе мне можно не заказывать, – сказала Мэрил сгорбленной спине мужчины. – Предлагаю обсудить наши дела и расстаться, как всегда, добрыми, хорошими незнакомыми.

Внутри бар «Лунатик» оказался просторным и уютным залом с потолком-куполом, расписанным под звёздное небо. Крысолов подошёл к столику в слабо освещённом углу, снял куртку и сел. Мэрил, повесив шаль на вешалку, заняла стул напротив.

– Слушай и смотри внимательно, – начал Крысолов, как только её глаза оказались напротив его лица. – В эту ночь возьмут Локсли.

Мэрил, не выдержав его взгляда, отклонилась на стуле:

– Как бы не так! Локсли в безопасности. – И добавила игриво: – Да вы меня провоцируете, сэр Крысолов!

– Я сказал, слушай и смотри, – мужчина сделал едва уловимый жест у своей груди. Мэрил как будто подтолкнули в спину, заставив приподняться со стула и нависнуть над столом. Её глаза сузились в щёлочки. И вдруг в испуге округлились.

– Молодец, девочка, – довольно произнёс Крысолов. – Я всегда знал, что ты умнее, чем выглядишь.

Мэрил не обратила внимания на его слова. Она заворожённо смотрела на кулон, свисавший с мускулистой шеи, замотанной шарфом. Больше всего он был похож на часы, жившие по своему собственному, никому не ведомому времени. Под стеклом двигались десятки крохотных золотых шестерёнок, но вместо стрелок спиралью закручивался белоснежный туман. В книгах писали, что если долго вглядываться в самую сердцевину глазка, так назывался кулон, то можно познать самую суть времени. А потом забыть и познанную суть, и своё собственное имя.

– Не смотри так долго, – Крысолов сжал кулон в гигантском кулаке.

– Так значит, ты… – шёпотом проговорила Мэрил.

– Пришёл из будущего? Да. И собираюсь изменить время? Да. Всё как в книжках, которые чёрт знает почему у вас ещё не отобрали.

– То есть ты…

– Да, я не настоящий Крысолов из этого времени.

Этот Крысолов сейчас возьмёт Бонни и Лана Локсли и убьёт их дочь. Я тот Крысолов, который пришёл из будущего, чтобы спасти Робин Локсли. Да перестань же глазеть на эту штуку!

Мэрил встряхнула головой.

– Да, я слушаю. Но кто предал Бонни и Лана?

– Ваши, волшебники, шайура их раздери! Дальше сами разберётесь. Не затем я здесь. Ты должна спасти Робин. И взять её в Рубикам. Через одиннадцать лет из клетки Н8 в Рубикам попадут три человека. Повтори.

Мэрил повторила:

– Три человека, Рубикам, через одиннадцать лет. В том числе Робин Локсли. Но Крысолов назначил мне встречу, чтобы обсудить вывод войск Рыцаря Солнца из чёрных городов! То есть… А сам… арестует Локсли! Он… Ты обманул меня! Мы могли победить!

– Не я обманул, а он. То есть да, я. Но давно. Теперь я всё-таки пришёл на нашу встречу. Локсли спасти не получится, а их дочку, если поторопишься…

Крысолов резко поднялся, задев головой потолок, надел куртку, ссутулил плечи и направился к выходу.

Мэрил, забыв свою шаль, последовала за ним.

Тёплый ветер сладковатым ароматом встретил их на пустынной улице. Крысолов застегнул куртку на все пуговицы. Может, чтобы скрыть кулон, может, оттого, что его била крупная дрожь.

– Тебе пора. Через тридцать минут я убью Робин

Локсли, – сказал мужчина.

Мэрил не могла оторвать от него глаз.

– Чего уставилась? Беги! У тебя тридцать минут, а ты ещё и опоздала на встречу, – злился Крысолов.

– Я успею. А вы, сэр рыцарь, могли бы и поцеловать даме руку на прощание, – женщина снова стала собой.

Крысолов опустился на одно колено и прикоснулся обветренными губами к руке в кружевной перчатке.

Потом поднялся, развернулся и, пружиня на огромных ногах, пригибаясь, как будто боясь задеть макушкой звёзды, пошёл навстречу тёмному провалу улицы.

В единственном глазе отражалась луна. Его так давно никто не называл рыцарем.

Мэрил смотрела вслед Крысолову, пока тот не растворился в пыльной темноте. Где-то совсем рядом разразилась ожесточённая перестрелка, что-то взорвалось. В синем небе вспыхнули багровые отблески. В руке у женщины остался клочок бумаги с несколькими строчками корявых букв. Мэрил изящно вложила два пальца в рот и оглушительно свистнула.

– А вы научите меня так свистеть? – спросил моментально оказавшийся рядом лохматый мальчик лет одиннадцати.

– И меня! – подхватил его полный веснушчатый друг.

Мэрил строго посмотрела на них:

– Ромул и Луи, мои верные рыцари. Вам предстоит спасти одну маленькую принцессу. Крысолов нашёл квартиру Локсли.

– Но кто их сдал? – вырвалось у лохматого.

– Ромул, не перебивай! И причешись, потом, как совершишь подвиг. Итак, ваша задача – забрать девочку. Всё. Точка. Никого не убивать. Никого больше не спасать. Вот, прочитаете по дороге. – Мэрил передала Луи записку от Крысолова.

– Разрешите исполнять? – хором спросили мальчишки.

Мэрил коротко кивнула. «Юные рыцари» достали из ближайших кустов велосипеды, и серебристые спицы замелькали вдоль трамвайных путей. Выстрелы слились в один мощный трескучий хор.

Завернув за угол, Мэрил пошла вдоль длинного грязно-серого четырёхэтажного дома с маленькими квадратными окошками. От края крыши свешивались каменные изваяния безобразных химер. Горожан убеждали, что их разинутые пасти необходимы для слива воды в дождь. Но никто в это не верил. Мэрил взглянула на неподвижные морды чудовищ и пальцем указала наверх. Статуи послушно уставились в звёздное небо.

Волшебница зашла в последний от дороги подъезд, поднялась на четвёртый этаж и отрывисто постучала в бордовую дверь справа от лестницы. В ответ щёлкнул замок, будто кто-то весь вечер стоял у входа, ожидая гостя. Дверь открыл пожилой мужчина в ветхом халате с усталым лицом.

– Кальвин, – забыв поздороваться, тихо и быстро заговорила Мэрил, – твою дочь и её мужа взял Крысолов. Пойдём, заберёшь Робин. Теперь о ней заботишься ты.

Морщины на лбу Кальвина за долю секунды стали глубже. Лицо посерело. Рот искривился. Старик опёрся о стену.

– Кальвин, будь мужчиной. Оденься и выйди на улицу. Я жду тебя внизу.

Мэрил не спеша, опираясь на облупившиеся перила, спустилась по лестнице. Возле подъезда она села на дощатую затёртую лавку.

Женщина смотрела на улицу вдалеке, по которой уехали два мальчика на велосипедах, и думала. Думала о восстании чёрных городов, которое закончится после ареста Бонни и Лана триумфом Рыцаря Солнца. Ей было стыдно за таких, как она, волшебников, которые испугались и не сделали всего, чтобы помочь чёрным городам. Она размышляла об угасающей магии, о монстрах в лесах, с которыми ей предстоит бороться всю свою жизнь, а также о монстрах в столице Сакринстоне – таких, как Крысолов, которые не остановятся, пока не избавят мир от «опасных колдунов». Мэрил думала о времени. О великой магии времени, которая считалась навек утраченной. Сегодня переломный день в истории её мира. 1 июня 88 года. К ней пришёл рыцарь из будущего. Это звучало бы романтично, если бы это не был Крысолов.

В островок света от единственного во дворе фонаря въехали два мальчика на велосипедах. Мэрил встала. Ромул аккуратно затормозил, поставил велосипед на подножку и отстегнул от багажника корзину.

– Всё как в записке с ужасным почерком, – запыхавшись, начал рассказывать Ромул. – Крысолов спустился с Бонни и Ланом. Услышал крик ребёнка. Поднялся. Но малышка уже была спасена доблестным рыцарем!

– Рыцарями, – поправил Луи.

– Ну да, в общем, спасена. А что будет с её родителями? – спросил Ромул.

Мэрил отвела глаза. Ей не хотелось даже думать об этом.

– Вы герои, даже ещё не представляете, какие! – торжественно произнесла она.

Из подъезда вышел Кальвин. Ромул прижал корзину к себе.

– Я не отдам ему Робин!

Мэрил улыбнулась:

– Ромул, тебе одиннадцать. Пора научиться забывать старые обиды.

– Вот именно! Одиннадцать! Я смогу позаботиться о маленькой девочке! Я же жил рядом, играл с ней каждый день. Бонни научила меня ухаживать за маленькими детьми. Я справлюсь!

Мэрил посмотрела на Кальвина. Казалось, он не был способен ни на какие эмоции. Ему, как никому сейчас, нужна внучка, чтобы справиться с обрушившимся горем.

– Ромул, это приказ. Отдай девочку Кальвину.

Мальчик поставил корзинку на землю и повернулся к ней спиной, скрестив руки на груди.

От света фонаря девочка открыла глаза.

Мэрил наклонилась над ней.

– Ты только посмотри! Скорей, Ромул! Что у неё с глазами?

Ромул резко развернулся и заглянул в лицо малышке.

– Вот это да! У неё же глаза были зелёные! Нет, голубые… нет, всё-таки зелёные.

Мэрил обернулась к пожилому мужчине.

– Кальвин, давно у девочки разные глаза?

Кальвин пожал плечами, взял корзинку и зашёл в подъезд. В свете фонаря остались стоять высокая женщина и два мальчика.

– Ромул, пообещай мне, что не будешь навещать Робин, – произнесла Мэрил.

– Но…

– Я не знаю, что произойдёт завтра. Может быть, её родителей публично казнят, может, что ещё похуже придумают. Но то, что о каждом шаге Робин Локсли будут знать в Сакринстоне, – это точно. Она – ниточка, которая выводит к мятежникам. Она – орудие давления на Лана и Бонни Локсли, если их оставят в живых. Она – кто угодно, но только не просто девочка, к которой можно прийти в гости и обсудить общих знакомых. Так ты обещаешь? Ромул, это только для того, чтобы Робин осталась жива.

– Я пообещаю, если вы дадите мне слово, что она поедет в Рубикам, – твёрдо сказал Ромул.

– Через одиннадцать лет Робин Локсли поедет в Рубикам. Даю слово, – мягко ответила Мэрил.

– И я обещаю не ходить к ней в гости и не обсуждать общих знакомых.

– А что означают разные глаза? – неожиданно спросил Луи.

– Никто толком не знает. В книгах пишут, что когда появляются люди с разными глазами, мир ждут большие перемены – добрые или страшные, счастливые или катастрофические.

– Куда уж хуже, – буркнул Ромул. – Взяли Локсли. А кто их предал, вы так и не сказали.

– Это не важно, – уклончиво ответила Мэрил.

– А что же тогда важно? – с надрывом спросил Ро-мул. От желания заплакать у него уже сводило горло.

– А важно… мальчики мои… – Мэрил печально улыбнулась и взъерошила им волосы. – Никогда не забывать цвет глаз своей прекрасной дамы.

Выстрелы всё реже прорывались сквозь тишину первой летней ночи. Небо начало предрассветно светлеть.

Весть о том, что схватили Бонни и Лана Локсли, разнеслась по городу. Но некоторые, пусть их было очень мало, тихо передавали друг другу, что у их дочки, Робин, разные глаза. И это, как сказала Мэрил Ливанкур, что-то да значит. Мальчишки, что с них взять.

Глава 2

Урок ОБЖ

– Добрый день, дети, прошу садиться, – начал урок мистер Вурст. – Ну что ж, последний урок, контрольная позади. Чем бы нам с вами заняться? Разбором ошибок? Скучно! Те, кому это интересно, и так всё поймут, а кому не надо – останутся на своём убогом уровне. Тэкс-тэкс-тэкс… А может, вы заслужили, нет, конечно не все, но вот Робин Локсли точно заслужила, чтобы я рассказал что-нибудь действительно интересное. Нет-нет-нет – не из учебников! А из реальной жизни – про самых что ни на есть реальных монстров!

Мистер Вурст был преподавателем охраны безопасности жизнедеятельности в школе № 14, где училась Робин Локсли. ОБЖ считался самым важным предметом от детского сада до университета. Ведь мир угрожал убить всякого, кто не будет исключительно осторожен. Это была любимая фраза мистера Вурста, и никто, пожалуй, уже не воспринимал её всерьёз. Но когда учитель посулил настоящие истории про монстров, дети сложили руки перед собой и вытянули шеи. Даже Роб, сосед Робин по парте, заинтересовался. Взгляд его серо-коричневых, цвета горького кофе, глаз был устремлён на мистера Вурста. Робин невольно засмотрелась на то, как тусклый солнечный свет из окна пробивается сквозь взъерошенные соломенные волосы мальчика. Но, опомнившись, заставила себя отвернуться.

Когда отводишь глаза от светлого прямоугольника окна, то первые несколько секунд комната кажется поблёкшей, бесцветной и даже ненастоящей. Для Робин таким был целый мир. В радужные цвета она окрасила свои заветные мечты. А ещё ей нравились картины, которые Роб рисовал в своём альбоме. Но он загораживался от неё, ясно давая понять, что зрители ему не нужны. Их посадили вместе в начале года. Мальчик, видимо, боялся попросить избавить его от такой знаменитости рядом, как Робин Локсли. Девочка зачастую чувствовала открытую неприязнь Роба, но никогда и ничего не просила, чтобы не вызвать лишних вопросов.

– Сам я за ограду не хожу, мне жизнь дорога, – начал мистер Вурст. – Но у меня есть товарищ из лесного патруля. Так вот, после того, как я с ним встречаюсь, у меня ещё неделю глаз дёргается.

Мистер Вурст, долговязый мужчина с бесцветными выпуклыми глазами, сделал паузу и привычно оглянулся в угол у входа в класс.

– Так вот, шёл мой товарищ, Гримли, однажды по лесу, – продолжил учитель. – Обычно, говорит, тихо, ведь монстры не дураки – знают, что патрульные хорошо вооружены, – прячутся. И тут, говорит, вижу – грибы растут кругом. Робин Локсли, что это значит?

Робин знала о его привычке внезапно спрашивать и уже подготовила ответ:

– Ведьмы-шайуры, мистер Вурст.

– Умница, Робин, – учитель ещё раз обернулся назад, и его глаза наполнились участием. – Твоя контрольная, кстати, лучшая. Родители будут тобой гордиться. Мы обязательно отправим им копию.

Робин почувствовала в горле тугой комок. Бежевые стены класса поплыли перед глазами. Как ни старалась девочка, у неё плохо получалось сдерживать эмоции, когда кто-то говорил ей о маме и папе. Живые легенды, герои борьбы с восстанием – Боннита и Ланис Локсли, отмеченные орденом Рыцаря Солнца первой степени. Их почти каждый день показывают по телевизору. Но они живут в самой лучшей белой клетке – столице Сакринстоне, а Робин – в чёрной клетке H8. Каждый гражданин Республики Рыцаря Солнца должен заслужить право жить в белом городе.

На самом деле Робин очень повезло. У большинства детей чёрных клеток не было надежды даже в далёком будущем переехать в одну из белых клеток, не говоря уже о столице. Семьи её одноклассников, только если сложат все свои накопления, смогут осчастливить одного-единственного ребёнка через два поколения. А всё, что требуется Робин, – набрать 21 900 сольдов. И она старается изо всех сил. Поэтому сейчас девочка с трудом овладела собой и подавила слёзы. Бессонная ночь в госпитале сиделкой давала о себе знать. Но зато она на тридцать сольдов ближе к мечте. Робин сильно сжала зубами губу и вернулась в реальность. А мистер Вурст продолжал:

– …и видит: из темноты между деревьями входит в поганковый круг девушка в кружевном сером платье. Голова опущена. Серые длинные волосы, серые глаза, слёзы на ресницах. Не оторваться. И жалко её так, аж сердце сжимается. А мой друг, Гримли, он не из хлюпиков. То есть если ведьмины чары на него подействовали, то это уж я не знаю! Она, девушка, поднимает глаза, Гримли забывает обо всём на свете и шагает навстречу, но тут шайура открывает рот… А что у них во рту, Марго?

– Ээээ… мистер Вурст, я забыла.

Марго была красивой, с крупными чертами лица, рослой девочкой. Она умела драться, и все мечтали с ней дружить. Но её сольды не обещали ей ничего выдающегося. Если повезёт – место официантки в баре «Лунатик». Марго терпеть не могла Робин, и, конечно же, остальные дети следовали её примеру.

– А на контрольной тоже забыла? – строго спросил учитель и картинно вздохнул. – Ну что ж, Робин, тебе вновь придётся отвечать.

Весь класс с презрением смотрел на неё, но Робин привыкла к этому. Мнение других детей никак не влияло на количество сольдов.

– Три ряда маленьких острых зубов, учитель.

– И только когда шайура открыла рот, – подхватил мистер Вурст, – чтобы своим криком разорвать патрульного на куски, мой товарищ догадался включить музыку в наушниках. Это средство защиты, кстати, разработано мною лично, – и снова мистер Вурст бросил взгляд через плечо в угол над дверью. – Так что благодаря мне Гримли теперь жив, здоров, работает в городском патруле. Кстати, почему, Роб?

Робин скосила глаза. В альбоме Роба появился ещё один рисунок, но он закрывал его рукой.

– Мистер Вурст, но у шайур молниеносная реакция.

Ваш друг не успел бы даже первого ряда зубов заметить, – сказал Роб.

– Что ты имеешь в виду, Роб? – учитель наморщил лоб.

– Только то, мистер Вурст, что если бы шайура хотела кого-то убить, то сделала бы это сразу же.

Но преподаватель не собирался ничего обсуждать:

– Вы не ответили на вопрос. Я жду.

Повисла пауза. Роб отвернулся к окну. Рыбьи глаза мистера Вурста недобро сузились, но, обратившись к Робин, приветливо распахнулись.

– Робин Локсли, спасай этот безнадёжный класс.

– Шайуры, если… – она отвернулась от Роба к учителю, – если и захотят кого-то убить, то обязательно найдут его потом и сделают это. Вашему товарищу нельзя было оставаться в лесном патруле. Ему нужна надёжная защита стен нашего города.

– Ох, Робин, я даю тебе десять сольдов за этот урок.

Да благословит тебя Рыцарь Солнца! – эти слова мистер Вурст откровенно сказал дверной ручке, а потом резко обернулся к Робу. – Кстати, Роб, смотреть на меня, когда я говорю! – почти зарычал учитель, отчего половина детей в классе слегка подпрыгнула на своих местах. Роб не спеша повернул голову. – Ты в контрольной не ответил на самый лёгкий вопрос. Думаю, тебе стоит знать то, что знает даже ребёнок в детском саду. Животных людям заводить запрещено, потому что: А – многим людям не хватает еды, чем кормить собак? Б – каждое животное – это монстр, сегодня спящий, а завтра – раздирающий вас на части. В – уход за животными отвлекает от нашего главного предназначения – служения людям и Рыцарю Солнца. К завтрашнему дню жду от тебя исписанную этими словами тетрадь в двадцать восемь листов. Понял меня?

– Да, мистер Вурст, я вас понял, – ответил Роб.

Учитель ещё несколько секунд смотрел на мальчика, а потом, резко переведя взгляд на Робин, распластал губы в улыбке.

– Робин, дорогая, поможешь мне раздать контрольные?

Девочка взяла с учительского стола стопку листов.