- -
- 100%
- +
В первом ряду поднялся со стула пухлый коротышка в мятой кофте и вперевалочку направился к ступенькам, ведущим на сцену. Слева от Кари громко зааплодировала посвященцу пожилая женщина – видимо, его мать или бабушка. Не без труда преодолев лестницу, Коротышка наконец оказался на сцене и подошёл к Улыбашке.
– Итак, твой выбор? – спросила та, протянув ему правую руку, на которой висел энобраслет.
Коротышка ткнул пухлым пальчиком в маленький экран, а затем прислонил к нему свой браслет. Раздался пронзительный писк.
– Лекарщик! – объявила ведущая. – Куратор – Моник Даос Гиппо.
Посвященец занял место рядом со своей наствницей. Кари увидел, как изменилось её лицо при виде Коротышки, и усмехнулся. Да уж, вот подарочек для неё!
– Валисса Фош Шеека, пятнадцать лет, энергус, энергенциал плюс четыре, – произнесла следующее имя ведущая.
На этот раз на сцену вышла девица с очень короткими волосами. Ей аплодировало едва ли не ползала – небось родители тоже притащили с собой всех знакомых на праздник дочки!
– Бытовщица, куратор – Алан Вистер Чеп! – объявила Улыбашка.
Отец Кари удовлетворённо кивнул, увидев, как Пацанка занимает место рядом с его знакомым.
– Так, давай-ка я засчитаю практику, пока тебя не назвали, – повернулся он к Кари.
– Да пожалуйста, – мотнул головой парень, стараясь делать вид, что ему всё равно, но внутри себя тут же напрягся.
Между тем на сцену вышла ещё одна девушка и выбрала профессию разводчицы. Затем поднялся парень, решивший стать бытовщиком. Интересно, что вообще может привлекать посвященцев в этой скучной профессии?..
Наконец два писка, которые издал энобраслет на руке Кари, сообщили ему, что учебная практика зачтена. И тут же, словно почувствовав, что уже можно, Улыбашка произнесла:
– Кари Ларс Ви, шестнадцать лет, энергус, энергенциал плюс восемь!
Парень нервно сглотнул.
– Идём, – сказал ему отец, вставая со стула.
– Ты что, и на сцену меня за ручку отведёшь? – прошипел Кари.
– А ты что, стыдишься собственного отца?
Кари нехотя поднялся с места. Глядя себе под ноги и буквально кожей ощущая насмешливые взгляды других посвященцев, он двинулся вперёд по проходу. Ларс неотступно следовал за ним.
На сцену они поднялись вместе.
– Мужчина, может, вы ещё и работать с ним пойдёте? – съязвила Улыбашка, протягивая руку с браслетом в сторону Кари.
– Правда, хватит уже, пап! – тихо сказал парень, в который раз пытаясь освободить своё запястье. – Куда я теперь денусь?
– Я хочу увидеть, как ты выбираешь профессию.
– Так ты и увидишь! Но могу я хотя бы последний валлан пройти сам?
Ларс ответил не сразу.
– Ну, хорошо.
Он медленно разжал свои пальцы. На мгновение Кари стало тепло – «отрицательный» энергус больше не касался его кожи, – но тепло тут же сменилось прохладой: рука успела вспотеть за то время, что Ларс держал её.
Кари приблизился к Улыбашке и посмотрел на экран её энобраслета. На нём виднелись пять небольших прямоугольников, один под другим, на которых были написаны названия профессий. Три прямоугольника светились белым, а два – с надписями «разводчик» и «лекарщик» – были еле видны: энергенциала Кари было недостаточно, чтобы выбрать эти специальности.
Надпись «бытовщик» находилась в самом конце списка. Кари тяжело вздохнул, глядя на неё.
– А можно как-то побыстрее? – донёсся из зала раздражённый выкрик, и его тут же подхватили ещё несколько голосов.
Кари поджал губы. Скосив глаза, он украдкой посмотрел на отца, маячившего у него за правым плечом. Сейчас от Ларса веяло холодом сильнее обычного.
Парень быстро вдохнул – и коснулся пальцем одного из прямоугольников, а потом приложил к браслету ведущей свой браслет. Раздался писк. Кари отступил в сторону, чтобы оказаться как можно дальше от отца, когда тот…
– Разведчик! – объявила Улыбашка, взглянув на экран. – Куратор…
Ларс взревел как раненый бартар и бросился к женщине. Та вскрикнула от неожиданности, но не успела ничего предпринять: отец схватил её за руку, на которую был надет энобраслет, и рывком подтянул к себе.
– Как разведчик?! – заорал он, глядя то на экран, то на ведущую. – Почему разведчик?
Улыбашка растерянно захлопала глазами, но быстро взяла себя в руки и не менее громко ответила:
– А мне-то откуда это знать?! Я ведущая Посвящения, а не чётковидящая с Зитеи!
Резко выдернув свою руку из хватки отца, она ледяным тоном велела ему покинуть сцену. И как бы ни злился Ларс, он сразу понял, что сейчас лучше подчиниться.
Уходя, отец даже не взглянул на Кари. Молча спустившись со сцены, он быстрым шагом направился к выходу из зала, и лишь когда за учёным захлопнулась дверь, Кари понял, что Ларс забыл отдать ему сумку с одеждой.
***
На пару секунд в просторном зале воцарилась гробовая тишина, а потом со своих мест начали подниматься коллеги разгневанного приграничника. Многие из них удивлённо смотрели на сына учёного, который посмел при всех его опозорить, и озадаченно переговаривались между собой.
– А разве его сын не должен был стать бытовщиком? – спросил один, выбираясь в тесный проход между креслами.
– Я слышал, как они вчера спорили в каюте, – ответил другой, задев стоявшего на пути Стрижа плечом и даже не извинившись. – Вот увидишь, ничего путного из этого мальчишки не выйдет…
Третий учёный, шедший следом, выразил своё мнение отборным ругательством. Наконец, спустя долгие две минуты приграничники покинули зал, и снова наступила тишина. Те участники, кому не хватило мест перед началом церемонии, кинулись занимать освободившиеся сиденья. Стриж, одежда которого после вчерашнего была вся в пыли и грязи, остался стоять у входной двери.
– Гхм, что ж, – немного смущённо произнесла Линка Цук. – Очевидно, не все родители готовы принять выбор своих детей. Так бывает, но нам нужно продолжать церемонию! Следующая по списку…
Один за другим посвященцы поднимались на сцену и выбирали себе куратора на первый год службы. Кто-то делал это быстро, кого-то приходилось подбадривать всем залом, и такая поддержка, увы, не всегда звучала доброжелательно. Стриж продолжал просто наблюдать, не говоря ни слова. Он специально записался на Посвящение последним, чтобы привлечь к себе как можно меньше внимания, и знал, что его имя назовут, когда все остальные уже сделают свой выбор. Главное потом не мешкать.
Вскоре список ребят-энергусов подошёл к концу. Зал покинули сразу два куратора, разводчик и лекарщик, вместе со всеми своими подопечными и их роднёй. На сцене остались лишь четверо, если не считать подростков.
– Ну, а теперь начинается Посвящение для визоров и антисов! – объявила Линка.
Это была обычная процедура. На Серпи существовало всего пять профессий, и в две из них из-за особенностей работы могли попасть только энергусы, поэтому таких подростков на Посвящении пропускали вперёд, а визоры и антисы шли после них. Кто-то считал этот обычай дискриминацией, но Стрижу он был на руку: чем меньше народу его сегодня увидит, тем лучше.
Ведущая начала зачитывать второй список. Стриж затаил дыхание. До его выхода осталось шесть новичков… пять… три… один…
– Стриж Фрио Голи, шестнадцать лет, визор, энергенциал одиннадцать.
Не глядя по сторонам, Стриж поспешил на сцену. Вслед ему доносился изумлённый шёпот:
– Это он!
– Что, сын того самого Фрио?
– А он разве не энергус?
– Нет, это вроде другой…
Одним прыжком заскочив на невысокий помост, Стриж подошёл к ведущей и быстро нажал на кнопку. Свою будущую профессию он выбрал уже очень давно. Линка Цук удивлённо вскинула брови, но не стала ничего комментировать и как ни в чём не бывало объявила его выбор залу. Стриж тем временем уже подошёл к своему новому куратору. Он узнал его сразу, как только увидел на сцене, и ещё тогда поразился, как тесен может быть мир.
– Привет, Лио! Надеюсь, ты не против, что я выбрал в качестве наставника тебя?
Глава 5. Пробуждение силы
Интеш понял, что в нём пробудились способности энергуса, когда утром нечаянно разбил любимую вазу матери. Вдребезги. На миллиарды мелких осколков. Не касаясь её руками и вообще находясь в другой комнате.
Нет, ну а что ещё он должен был сделать? Мать всё утро только и говорила, что об этой дурацкой вазе! Ах, какая она прекрасная, ах, какая замечательная, ах, какой отец чудесный, что сделал такой подарок… А между тем Интеш окончил первую ступень с синей звездой. Сам, без помощи одноступников, на высшую оценку. Вот тут действительно было чему радоваться! Но мать интересовала только её бесценная ваза. Хоть бы её вообще не было!
Он не удивился, когда так и произошло. Ваза сначала треснула пополам, потом появилось ещё несколько уродливых, ломаных трещин, и, наконец, тонкий, почти невесомый материал разорвало на куски. А каждый из этих кусков – ещё на много-много кусочков! На самом деле, Интеш не видел, как это было, но почему-то не сомневался, что всё произошло именно так, как он себе представлял.
Конечно, мать сразу поняла, кто превратил её подарок в месиво из осколков. Ей, обладавшей способностями визора, достаточно было одного взгляда. Но она не стала ругаться и сделала вид, будто не заметила, что следы на осколках вазы совпадают по цвету с его только что пробудившейся энергией. Интеш не понял, почему мать так поступила, но для себя решил, что, в свою очередь, тоже может ей кое-что простить. Например, ужас, появившийся в её глазах при взгляде на старшего сына.
Спустя несколько дней после происшествия с вазой в дом пришли гости, но было непохоже, чтобы их кто-то приглашал. Звонок в дверь раздался внезапно, когда мать готовила завтрак, а отец оптимизировал свою энергию в очистительной комнате.
– Сын, открой дверь! – крикнули они одновременно.
Интеш нехотя поднялся с кровати, на которой валялся уже полчаса, безуспешно пытаясь ещё раз воспользоваться своими способностями, и направился к входной двери, но его, как всегда, опередил младший брат: копна русых волос промелькнула перед лицом, и вот мальчишка уже возится с замком. Безуспешно, впрочем.
– Отойди, – процедил Интеш, грубо отодвинув брата в сторону, и приложил к замку свой новенький, только что полученный энобраслет. После короткого сигнала внутри двери что-то щёлкнуло. Конечно, чтобы открыть еë, хватило бы и простого прикосновения пальцев – встроенный в дверную ручку сканер мог распознать энергии всех членов семьи, кроме младшего брата, – но Интешу уж очень хотелось опять похвастаться перед малявкой, ведь тот пока носил только детский, «неполный» браслет.
За дверью стояли двое, мужчина и женщина в брючных костюмах светло-синего цвета. У обоих были тёмные короткие волосы, одинаково зачёсанные назад и закреплённые специальным лаком. Такой можно было обменять только в особых центрах, где стояли отдельные стеллажи с иномирными товарами, и только за очень солидную сумму. Что ж, судя по всему, энпласов у этих чудиков было больше, чем яиц в кладке черепахи-иглоноса.
– Вам кого?
Странные незнакомцы оглядели братьев с ног до головы и как зачарованные уставились на энобраслет Интеша. Он получил его днём раньше, когда началась вторая ступень его обучения – «специализация». Из всех своих одноступников пока только Интеш мог посещать занятия, остальные же лишь мечтали о пробуждении своих способностей. Оно и понятно, ведь природные силы обычно раскрывались в серпийских детях на тринадцатом году жизни, а многим из ребят, как и самому Интешу, ещё даже не исполнилось двенадцать. Кстати, энпласы в подарок от Совета Серпи он тоже получил первым из всех. Немного, всего десять, но разве это важно, когда тебя при всех называют «действительно взрослым мальчиком»?
– Похоже, нам нужен ты, малыш, – неестественно сладким голосом протянула женщина, чем сразу вызвала у Интеша острую неприязнь. – Родители дома?
– Так вы ко мне или к ним? – не удержался он от язвительной реплики, однако незваная гостья сделала вид, что не расслышала.
Из кухни показалась мать. Заметив двух незнакомцев, она почему-то побледнела и еле заметно кивнула.
– Проходите, – сказала она, а потом крикнула в сторону очистительной: – Дорогой, у нас гости! Мальчики, идите пока к себе в комнату.
Брат тут же заныл, что хочет послушать, о чём будут говорить дядя с тётей, но Интеш молча взял его за руку и потянул за собой. Уже закрывая дверь в комнату, он успел заметить, как внимательно посмотрел им вслед мужчина. И было в этом взгляде что-то такое, что заставило мальчика вздрогнуть.
Посадив младшего брата на кровать, Интеш прильнул к двери, пытаясь подслушать, о чём будут говорить родители с незнакомцами, но, судя по всему, говорили они тихо и явно не в коридоре. А тут ещё и брат решил побеситься! Вскочив с кровати, мальчишка с диким визгом принялся носиться по комнате:
– А подслушивать нехорошо!
– Да тихо ты! – шикнул на него Интеш, не отходя от двери. – Так надо.
– Я тоже хочу!
– Тебе нельзя.
– А я закричу!
– Можно подумать, до этого ты молчал, – пробурчал Интеш, нехотя подвигаясь так, чтобы они оба могли встать у двери. Однако ничего дельного братья так и не услышали.
Тогда Интеш, приоткрыв дверь и велев младшему во что бы то ни стало оставаться на своём месте, на цыпочках вышел из комнаты и быстро пробежал по коридору в сторону кухни. Выглянув из-за угла, он увидел родителей и незваных гостей как раз в тот момент, когда коротковолосая женщина, взяв мать за руку и доверительно заглянув ей в глаза, произнесла:
– Поверьте, вы не одна, у кого возникла подобная проблема. Мы уже помогли сотням таких же ребят, как он. Обычный класс специализации не может дать вашему сыну и половины того, что предлагаем мы.
– Но зачем вам помогать нам? – спросил отец, скрестив руки на груди.
– Ваш сын поистине необыкновенный! – повернулась к нему незнакомка. – Если он научится управлять своими способностями, которые так ярко проявились уже сейчас, его ждёт блестящее будущее!
Взгляд отца затуманился, он мечтательно улыбнулся каким-то понятным лишь ему одному мыслям, однако уже через мгновение вновь недоверчиво нахмурился:
– В том, что вы говорите, явно есть какой-то подвох. Наверняка обучение в вашем центре обходится в кучу энпласов!
– Всё совершенно безобменно, – вступил в разговор мужчина, пришедший вместе с незнакомкой. – Методика экспериментальная, поэтому стопроцентной гарантии мы, конечно же, не даём… Но обучение будет проводиться среди таких же способных ребят! Можно сказать, на равных условиях. Подумайте сами: ну кто может соперничать с вашим сыном сейчас? Да ни у кого в его классе нет и близко таких же сил! А, как известно, развитие возможно лишь тогда, когда рядом с тобой сильные соперники. И потом, разве вы сами не хотели бы гордиться своим ребёнком?
Выстрел незнакомца попал точно в цель. Всё своё детство братья выслушивали монологи родителей о том, как это важно – преуспеть в обществе и стать предметом гордости для родной семьи. А теперь кто-то лишь намекнул им на возможный успех одного из детей, и…
– Мы согласны, – быстро ответила мать. – Когда и где начнётся обучение?
– Ваш сын будет проходить специализацию у нас в центре. В целях безопасности мы бы не хотели называть конкретное место – всё-таки среди обучающихся много очень сильных, подающих большие надежды подростков, и Совет Серпи не хотел бы, чтобы о них узнали те, кому знать не следует. Мы сами отвезём вашего сына в наш центр, когда вы подготовите его к отъезду.
– Он будет жить у вас? – уточнил отец.
– Разумеется. Вплоть до окончания обучения.
– А мы сможем с ним видеться? – спросила мать.
– В рамках обучения встречи, увы, невозможны. Но мы разрешаем воспитанникам обмениваться сообщениями с родственниками раз в неделю.
Родители переглянулись.
– Что ж, раз таковы ваши условия… – протянул отец.
У Интеша по спине пробежали мурашки. Что ещё за центр для особого обучения? Разве он обладает какими-то уникальными способностями? А почему тогда люди, которые выдавали ему энобраслет в банке энергии, ничего не сказали об этом? Они ведь должны были заметить, так или иначе…
– Я рада, что мы сумели договориться, – донёсся до него голос незнакомки. – Мы зайдём за вашим мальчиком сегодня вечером.
Интеш замер. Его никто даже не спросил, хочет ли он обучаться неизвестно где и неизвестно с кем! Это же просто…
– Ай! – вскрикнул вдруг у него за спиной младший брат. Интеш обернулся и увидел того лежащим на полу: судя по всему, брат упал, когда бежал к нему, чтобы вместе подслушивать разговор взрослых. Вот же растяпа!
Интеш уже собрался как следует всыпать младшему за непослушание, но тут разговор на кухне резко стих, а затем послышались тяжёлые шаги отца. Мальчик, ругнувшись, кинулся было в сторону своей комнаты, оставив глупого брата на растерзание родителям, но не успел скрыться, и в спину ему донеслось:
– Хорошо, что ты всё слышал. Собирай свои вещи, вечером ты уезжаешь.
Интеш обернулся и решительно посмотрел на отца.
– Я никуда не поеду.
– Поедешь, – припечатал тот. – Если у моего сына есть хоть один шанс стать выше толпы, он им воспользуется. Едва ли нашей семье так повезёт во второй раз. – Мужчина презрительно посмотрел на младшего сына, который всё ещё лежал на полу и в явном непонимании переводил взгляд с брата на отца и обратно.
– Не поеду! – воскликнул Интеш. – Вы даже не спросили, хочу ли я этого!
– Какие-то проблемы? – донёсся с кухни голос незнакомки.
– Никаких! – крикнул в ответ отец и, быстро подойдя к старшему сыну, схватил его за плечо. – А ну-ка прекрати нести эту чушь! – прорычал он. – Разумеется, ты хочешь поехать туда. Только полный энерговыродок откажется от такого шанса!
– Ну, значит я энерговыродок! – фыркнул мальчик и попытался вырваться из хватки отца, но тот ещё не закончил.
– Ты не ведаешь, что творишь. Это уникальная возможность!
– Которая вот так просто свалилась с неба? Да вы даже не знаете, кто эти люди, а уже готовы отдать им меня!
Отец отпрянул, задетый словами сына, и едва не отпустил Интеша, но тут же опомнился и вновь сжал его руку. В коридор из кухни вышла мать, а за ней и оба незваных гостя. Последние с каким-то странным интересом наблюдали за разворачивающимся конфликтом.
– Прекрати это, – повторил отец. – Всё уже решено, и твой голос значения не имеет.
– А я сказал, что не поеду! Я уже окончил первую ступень и могу сам решать, что мне делать!
– Решать будешь на Посвящении! А пока ты никто. Даже очистки арахо из себя больше представляют!
На полу всхлипнул от страха младший брат. Отец отвлëкся всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Интеш смог вырваться из его цепкой хватки. Бежать к себе в комнату или в другие помещения квартиры не имело смысла, и мальчик рванул к входной двери.
– Куда? – охнула было мать, но Интеш уже выскочил на лестничную площадку и стремительно понёсся вниз, перескакивая через ступеньки. Ни секунды больше он не задержится в этом доме! Никто не будет решать за него, как ему поступать!
***
Гости проводили сбежавшего мальчика недоумёнными взглядами, а затем одновременно перевели их на отца, который, хотя и выглядел ошеломлённым, кидаться в погоню явно не собирался.
– Разве вам не нужно сейчас что-то предпринять, чтобы вернуть его? – спросила, хмурясь, женщина.
– С ним иногда такое бывает, – вместо мужа ответила мать мальчиков. – Он скоро вернётся сам, а нет, так пойдёт к соседям. Кушать же всё равно захочется.
Гости переглянулись.
– Я надеюсь, это не станет проблемой, и вечером мы сможем забрать его.
– Конечно, – кивнула мать, подходя к младшему сыну и поднимая его с пола. Тот время от времени всхлипывал, но не решался ни о чём спрашивать родителей, пока в коридоре вместе с ними стояли незнакомцы.
– Он просто ещё не понял, как ему повезло, – прошипел отец, недобро глядя на открытую входную дверь.
***
Интеш выбежал из подъезда и на мгновение замер, гадая, в какую сторону ему теперь податься. Залитая белым светом городская улица тянулась влево и вправо от его дома, прохожие шли по ней неторопливо, спокойно, будто издевались над беглецом, жизнь которого всего за полчаса потеряла такой же размеренный темп.
Куда ему идти? С кем поделиться своей бедой? Если верить тем людям, – а Интеш считал, что верить им ни в коем случае нельзя, – он был совсем не таким, как другие. Особенным, уникальным, одним на тысячу, а то и на миллион. Кто же будет способен действительно понять его и помочь?
Да и чем таким он выделяется из толпы? Ведь все способности, которые при рождении могут быть даны серпийцу, давно уже известны: либо научишься управлять своей энергией, либо начнёшь видеть энергии или энергенциалы других людей. Четвёртого не дано! Значит, дело именно в его способностях как энергуса. Но что с ними не так?
За спиной Интеша раздались шаги, и он вздрогнул, вернувшись в реальность. За ним гонятся! Первой же его мыслью было бежать как можно скорее, однако шаги – цоканье каблуков по каменным ступенькам лестницы, – были спокойными, словно тот, кто спускался вниз, не очень-то спешил выйти на улицу.
Интеш метнулся к открытой створке двери подъезда и спрятался между ней и стеной дома, постаравшись даже не дышать: вдруг это кто-то из соседей, которые его знают? Ещё отведут обратно к родителям…
Через каких-то полминуты цоканье достигло двери, и наружу вышли двое, мужчина и женщина. По голосам мальчик понял, что это были те самые незваные гости, уходившие сейчас из его дома. Они о чём-то говорили, и, вслушавшись в их беседу, Интеш смог различить отдельные слова.
– …Нет, я думаю, этого будет достаточно, – щебетала женщина, явно отвечая на какой-то вопрос своего спутника. – Вечером заберём его, а дальше пусть уже думают что хотят.
– А если догадаются? – почти шёпотом спросил мужчина: кажется, он, в отличие от коллеги, помнил, что сбежавший мальчик может находиться где-то неподалёку.
– Как? – рассмеялась женщина. – Ты же сам их видел! У них на лицах было написано: «Только скажите, что наш сын особенный, и мы сразу вам его отдадим!» Мне даже энергию почти тратить не пришлось, они сами себе всё внушили!
Интеш похолодел: о чём это она?
Незваные гости тем временем отошли от подъезда и, повернув направо, двинулись вдоль по городской улице, продолжая мило беседовать о его родителях. Недолго думая Интеш выбрался из своего укрытия и, стараясь держаться поодаль, чтобы его энергию не так просто было почувствовать, направился вслед за парочкой.
– Всё-таки в следующий раз лучше перестраховаться, – сказал мужчина. – Нам ни к чему лишние слухи.
– Их не будет, – отмахнулась женщина. – Я ещё никогда не ошибалась с «дозой».
– Хорошо, если так. Сколько у нас осталось времени?
– До конца суток точно. Не волнуйся, Кардо! Мы успеем даже раньше. Доставим его и других Совету в лучшем виде!
Тут они были вынуждены ненадолго прервать разговор: нужно было перейти через оживлённый перекрёсток двух улиц, лавируя между спешащими в разные стороны потоками прохожих. На пару секунд Интеш потерял из виду парочку и уже испугался, что случайно свернул в толпе не туда, но тут впереди мелькнули знакомые ему спины в пиджаках. Облегчённо выдохнув, Интеш поспешил за ними.
Все трое покинули перекрёсток, но не успели пройти и десяти шагов, как Кардо замер на месте. Мальчик тоже остановился, втянув голову в плечи: неужели его заметили?
– В чём дело? – спросила мужчину спутница, тоже останавливаясь.
– Да я тут подумал… Тебе не жалко всех этих ребят? То, на что мы их обрекаем, это же…
– Нет, не жалко! – перебила его женщина. – Каждый такой ребёнок даёт возможность спокойно жить миллионам других людей, в том числе и нам с тобой. Поэтому – как там говорят? – цель оправдывает средства!
– Но, Маринна, они ведь даже не знают об этой цели!
Женщина, прищурившись, посмотрела на напарника.
– Неужели у кого-то проснулась совесть? – протянула она. – Что, захотел справедливости? Так если всё делать по ней, то тебе первому нужно вслед за детьми на койку ложиться за всё, что ты успел совершить в своей жизни! Этого хочешь? Только скажи, и я устрою! Уверена, Совет Серпи не откажет в такой простой просьбе своему заслуженному работнику.
Кардо несколько мгновений смотрел на Маринну не мигая, пока в нескольких валланах от них Интеш, затаив дыхание, судорожно пытался осознать всё, что только что услышал, но информация не укладывалась у него в голове.
Выходит, никакого центра для особого обучения не существует? Но тогда зачем пришли эти люди? Куда они забирают детей? Что это за цель, которая оправдывает массовые похищения?..