Отдохнул, ё-моё, в Черногории

– Линэ, только пообещай мне, что ты съешь все эти сыры и выпьешь все это вино, которое мы купили.

– Конечно, выпью и съем, ты что! А если не получиться, в тебя затолкаю.

Глава 4 Тиват

В Тивате мы сняли номер в гостинице, которая располагалась прямо на набережной.

Вид из окна был на море с корабликами, которые стояли прямо тут, я особо не разбираюсь, что это за кораблики, по мне так те самые, которые участвовали в сьемке фильма “Пираты карибского моря”.

– Ну что Сержик, на обед, а потом на пляж?

– Да мне честно пофиг, но между этими двумя делами, есть еще одно, называется – “что мне одеть”, вот тут Линэ, ты долго можешь заниматься этим вопросом, что у меня хватит времени после обеда поспать, а потом уж, если совсем не стемнеет, можно и на пляж.

Как я и сказал, так и получилось. Когда меня разбудила Линэ со словами “Я готова”, на ней был не купальник, а вечернее платье, подчеркивающее ее соблазнительную фигуру, настолько это платье было коротким, что я и не сразу смог оторвать свой взгляд от ее ножек.

– Ты готова к чему, для пляжа у тебя прическа не та, да и раскраска, явно не для рыбок.

– Ой, слушай не умничай, если бы ты так медленно не ехал, мы бы и на пляж успели, а вот теперь, из-за тебя только вечерний променад, ну еще я согласна на ресторан, который ты заказал, а я подтвердила этот заказ.

– Чего-то подобного я и ждал, хоть ресторан я заказал нормальный?

– Самый лучший Сержик, самый дорогой на набережной Тивата.

– А заказал я там нормальное что-то?

– Все самое лучшее, короче собирайся Сержик, у нас все сегодня должно быть самым-самым!

– Линэ, раз уж ты все так хорошо знаешь, ты мне скажи, а денег мне хватит?

– Тех, что в бумажнике – нет.

– Ты и туда залезла?

– Да что же я, дура что ли, просто ты в штанах спать лег, ну и вон твой бумажник валяется, а деньги из него вылетели!

– Ты не переживай, если что, я добавлю, у меня есть.

– Да не переживаю я Линэ, это наличка, на всякий случай, на карточке деньги есть, или подожди.

– Линэ, а у меня на карточке деньги есть?

– Иди ты в баню Сержик – Коржик!

– Да я бы с удовольствием, где бы ее найти еще.

Вот за такими перебранками я собрался, и мы вышли на вечерний променад. Такого заката как в Тивате я не видел, мне кажется вообще нигде, это когда окрашивается в неестественно оранжевый цвет, а солнышко садится в воду, оставляя на воде солнечную дорожку, которая будто зовет, иди по ней в сторону заката. Корабль под парусами, который заходит в бухту и паруса, подсвеченные солнцем, как будто языки пламени, вырываясь из воды, гладили небо. Все это представление разворачивается на фоне засыпающего города. А ты стоишь на границе и держишь за руку самую прекрасную девушку в мире, ощущаешь себя частью чего-то большего, чего-то бесконечного.

– Корабль просто “огонь”, как красив, да Лин?

– Да Сержик, но это не просто корабль, это наш с тобой ресторан, где мы сегодня ужинаем.

– А что космический корабль не заказала?

– Его кто-то до меня забрал, а так я пробовала.

Мы наблюдали как за нами с корабля направили лодку, она пришвартовалась у того места, где мы ее ждали. И мы вступили в неизвестность. На корабле нас встречал капитан и вся команда. Капитан был в военной форме, уже очень пожилой человек. Он был очень похож на капитана! Еще бы ногу костылем заменить, глаз закрыть и трубку в зубы.

Ужин был великолепен, корабль все время покачивался, создавая ощущение, что мы плывем, стол был основательным, таких сейчас не делают, официанты, их было двое, все были одеты в наряды прошлых столетий, впрочем, как и вся команда корабля, включая капитана. Вот такая обстановка: костюмы, мебель, отношение. Будто прошлое было в настоящем, а настоящим оставались тут только мы с Линэ. Современная одежда, современная речь, современные шутки.

– Серж, а что ты видишь впереди?

– Хм, перед собой – тебя, нос корабля и бесконечное море.

– А дальше? Ну например через год?

– Через год я вижу тебя Линэ, вижу, как ты встречаешь меня также как и сейчас, с улыбкой на губах, рада меня видеть, как и сегодня, будет шикарный ужин.

– А дальше что?

– А дальше Линэ – опять отпуск закончиться, опять работа.

– Дурак, ну где, где в тебе романтика, мог бы хоть соврать красиво! Блин как ведром холодной воды облил.

– Раз так, скажи мне, ты хоть в телефон заглянул, может там какое разъяснение есть, зачем мы в Тивате?

– Нет Линэ, пока не смотрел, а в Тивате мы, потому-что тут хорошо и мы в отпуске, а телефон завтра посмотрим.

Примерно в десять вечера мы спустились с корабля, еще пол часика погуляли по набережной, после чего уселись на каком-то бетонном заборчике, перед нами раскинулось море, а сзади нас, метрах в ста был наш отель. Фонари отражали причудливые тени в темной воде, мысли погружали сознание в ломаные грани мелких волн.

– Серж, я ведь тебе обещала, что мы сегодня будем купаться.

И в этот момент Линэ обхватила меня за шею и спрыгнула с парапета в воду. Естественно, не удержавшись, я полетел за ней.

Когда я немножко пришел в себя и вроде начал нормально стоять на ногах, нашел ногами какой-то большой камень, не сильно устойчивый. Тогда я и поймал рядом со мной бултыхающуюся Линэ, и со словами: “Слушай, мне кажется, у тебя тушь размазалась, надо смыть», – опустил ее под воду. Но это же была Линэ, она умудрилась меня столкнуть с моего спасительного камня. Мы опять барахтаемся в воде в попытке занять тот самый спасительный камень, на котором я стоял еще пару минут назад. Еще минуты три мы пытались взобраться и как-то встать вдвоем, но поняли, что это возможно, только если мы обнимемся, и будем вдвоем пытаться сохранить равновесие, вот в обнимку мы и застыли стоя на камне. В отблесках света отражающих от воды глаза Линэ мерцали, по лицу текли капли моря, через ее платье я чувствовал все ее тело. Линэ подняла глаза на меня, я просто не удержался и прикоснулся к ее губам в долгожданном поцелуе. Наш первый поцелуй, о котором я мечтал еще, когда был совсем ребенком и вот сейчас, вкус ее губ с капельками моря. Я не встретил сопротивления.

Мы стояли на шатком камне, в средиземном море, в темноте, рядом слышалось, как медленно волна разбивалась о стену, я чувствовал, как Линэ дрожит, я невольно дрожал ей в такт, мы не могли разорвать свой поцелуй и не понятно, это дрожь от прохладной воды или от того, что мы сейчас испытывали. Чуть позже сидя на набережной свесив ноги, которыми касались иногда мелких волн моря, мы прижимались друг к другу, пытались согреться, смотрели как все дальше и дальше уплывали туфли Линэ, которые естественно слетели во время нашего купания.

– Сержик, пойдем в номер, меня сейчас может согреть только душ, или нет, думаю только душ.

На ресепшне нас встречали крайне удивленно, ну а что, Линэ в обтягивающем коротком платье, с которого капали капли, босиком и с прической, а точнее с тем, что от нее осталось. Я с фингалом, тоже весь мокрый и в туфлях, из которых при каждом моем шаге вытекала вода.

– Линэ, а где ключ? – спросил я уже у номера.

– А, да, ключ, он в сумочке.

Я посмотрел на Линэ.

– А где сумочка?

– Думаю на дне.

– Понятно!

И я пошел на ресепшн снова, за вторым ключом.

Когда на первом этаже открылся лифт, я попытался прорваться к ресепшн, меня остановил охранник, “Боже мой, где ты был, когда мы сюда входили?”

– Брат, прости, не до тебя, все хорошо, вон спроси у своей начальницы.

Охранник глянул на администратора, та ему кивнула, мол, типа “наш”, и я пошел дальше к ресепшн.

После того как мы все таки попали в номер, Линэ прямым ходом рванула в душ, а я, скинув мокрую одежду, уселся в одних плавках в кресло, предварительно налил себе бокал коньяка и сильно задумался.

Линэ, Линэ, Линэ, я так привык к тому, что ты та самая вечная, “не моя Линэ”, сегодня допустила слабость, блин, почему слабость, может наоборот. Зачем Линэ, зачем, я уже так привык, что ты та, о ком были все мои мальчишеские мечты. А сейчас что, что Линэ, может она сейчас ждет меня в душе, а может, нет! Не ждет, это же Линэ, она друг, она лучший друг, это все было случайно, надо забыть об этом, вот так глоток за глотком, коньяк лился в меня, растворяя мое сознание, а Линэ все не выходила, мысли плыли, накладывались на волну, созданную коньяком, я не помню, когда оказался в кровати.

– Соня, долго спать собираешься, пойдем хоть сейчас на пляж, смотри какая уже жара.

– Как у нее так получается, Линэ стояла рядом со мной и у нее в руке безумно ароматная чашка кофе.

Ароматный кофе привел меня в порядок, а душ придал свежесть.

– А завтрак Линэ, какой пляж без завтрака?

Солнышко грело как никогда в сентябре, водичка была теплая, так всегда по осени, вода после лета еще долго остается теплой. А вот весной в Черногории бывает сюрприз, в мае, на улице жара, а в воду не залезть, вода бывает ледяной!

Народу на пляже было совсем не много и мы, расположившись на песке, принимали воздушно – солнечную ванну. Иногда, когда солнышко начинало выжигать свои символы на наших телах, мы ныряли в море, отплывали от берега на достаточное расстояние, просто висели на волнах, смотря либо на берег, где суетились люди, либо в бескрайнее море.

– Чего дальше делать будем?

– Да ничего Сержик, балдеть дальше будем, вечером по набережной погуляем, да Сержик? – Линэ подмигнула мне, как бы намекая на вчерашнюю прогулку по набережной с купанием, и поплыла к берегу.

Все-таки классно ничего не делать и просто болтаться по набережной, когда на улице уже сумерки, но еще тепло так же как днем. В вечернем кафе мы покурили дымный, вкусный кальян и с чувством выполненного долга отправились в номер. Уже совсем поздно, сидя на балконе нашего номера, я все-таки достал из рюкзака телефон.

«BANKIMPERIAJACHEIKA135PAROLPRIVETOTBABUSHKIAGAFII»

– Линэ, иди сюда, на телефоне все-таки есть послание.

– Что там?

– Ой, слушай, иди сама читай, тут такая фигня написана!

– Ну что там, Линэ взяла у меня телефон, ячейка, банк, пароль.

– Смотри-ка Сержик, цельный банк, может нам денег дадут, – улыбнулась Линэ.

– Ага, деньги, догонят и еще дадут, как бы на нас с тобой какие долги не повесили, а то так получим конверт, вскроем, а там долговые расписки и будет потом банк с нас деньги выбивать!

– Да ладно тебе, чего гудишь, никто с нас деньги выбивать не станет, все спать пора, завтра в банке все и узнаем.

На этой ноте Линэ ушла в номер, а я еще посидел на балконе, наслаждался ночным теплом еще с часик, все-таки не выдержал и между зевками перебрался на кровать, сон – милый сон!

Утро, как и всегда в Черногории нас встречало солнечной погодой. Плотно позавтракав в отеле, мы с Линэ пешком пошли искать банк, как оказалось, находился он в центре Тивата в старинном здании.

– А ничего так, богато живут! Смотри Линэ, вот что называется высокими потолками, сколько тут, метров пятнадцать есть?

– Пятнадцать это ты загнул, но метров десять есть точно.

Мы стояли перед просто огромным залом, где в хаотичном порядке были расставлены столы, нет, не столы, это были СТОЛЫ. За ними сидели клерки – сотрудники банка. Кто-то из них общался с клиентами, которые сидели перед ними. Кто-то что-то читал, а кто-то разговаривал по телефону. Интересным фактом тут было то, что у каждого на столе стоял телефон старого образца, такие еще черные, дисковые, прям, под старину.

– Добрый день, – обратился к нам сотрудник банка, который нас встретил прямо у дверей. После разъяснений, что надо нам, нас проводили к одному из столов, предложив нам чай, кофе.

– Вы знаете, – начала Линэ, – тут такое дело, мы получили сообщение, в котором есть номер ячейки и пароль, при этом, мы не понимаем, правда ли этого достаточно, чтобы получить доступ к ячейке?

Линэ это выпалила все на одном дыхании, я ее даже не успел отдернуть, ну не хотел я, как то всю правду рассказывать, мне как-то странным кажется такой подход: «Прислали сообщение, с номером и паролем». Но как оказалось странным – это было только для меня, а для банка Черногории – вполне даже приемлемо!

Нас проводили в подвальное помещение, в котором было наоборот, тут было все ультрасовременное. В комнате, которая состояла полностью из ячеек, нас оставили одних. Свою ячейку мы нашли достаточно быстро, точнее нашла Линэ! В ячейке лежал большой конверт, который мы, взяли и постарались быстренько покинуть банк, все-таки было ощущение, что в конверте лежало, что-то такое, запрещенное. Так, не снижая шаг, мы с Линэ и продолжили движение в поисках какой-нибудь кафешки. И вот забившись в самый дальний угол кафешки, мы вскрыли конверт.

В конверте был какой-то огрызок карты, как определила Линэ, это был кусок Которского залива, так же в конверте лежала записка, которую выхватила Линэ, а мне осталось рассматривать карту.

– Ну, карта и карта, красивая!

– Дай, – выхватила у меня карту Линэ и сунула мне записку.

Я не мешал Линэ изучать, а точнее рассматривать карту, сам углубился в чтение записки.

«Если зайти в старый город Котор, со стороны деревни «Доброта», пройдя перед входом в город через речку, надо повернуть в седьмой поворот налево. Там, после 17 ступеньки с правой стороны будет дверь, на которой будет знак «Ъ». Дед Петрух должен отдать шкатулку, взамен на данную записку».

– Слушай, Серж, а у тебя точно тут никто клад закопать не мог?

– Да ну, ты что Лин, ты же знала мою бабушку и деда, ну откуда у них, сама знаешь, в каком они доме жили.

– Ну да, да и кто знал про такое.

– Что там с запиской, что за дед Петрух, нет, конечно, Котор это хорошо, но какой-то дед?

– А, то есть Сержик, помимо деда, тебя больше ничего не смущает, а то, что мы с тобой по письмам по всей Черногории путешествуем, не обрывок вот этой карты, то есть это все нормально, а вот дед Петрух, это да, это странно!

– Да нет Лин, просто имя у него странное какое-то, а так, да все обычно, все как всегда, когда я рядом с тобой. Все как в детстве – мы не понятно где и впутались не понятно во что. А почему так, а, ну конечно, потому что я рядом с Линэ.

Линэ в этот момент посмотрела на меня своими глазищами, а я взял ее и поцеловал, и наблюдал, как глазки тигра превращаются в глазки рыжей, хитрой лисы.

– Значит, вот как ты считаешь, значит это я с самого детства являюсь инициатором всего самого опасного и непонятного? – и в этот момент голос Линэ начал меняться. Из претензионного голос начал превращаться в гордый!

– Пусть будет так, пусть я буду самой умной, красивой и непредсказуемой, а еще и загадочной.

– Пошли, загадочная ты моя, поехали в Котор, а то устали отдыхать мы с тобой в Тивате, пора и в какую-нибудь очередную авантюру влезать.

Глава 5 Котор

Ближе к обеду мы загрузились в свой маленький Фиат и покатили в сторону Котора, нас ждал дед Петрух.

Всегда считал весь Которский залив сердцем Черногории, а сам город Котор, входом в сказку. Чтобы попасть в Котор, надо проехать по длинному узкому тоннелю под горой. Когда едешь по этому тоннелю, прям ощущаешь как вся эта гора находится над тобой, такая длинная, узкая, темная пещера, пробираясь по которой ты чувствуешь, что скоро тебе откроется, что-то неизведанное, что-то новое, то, что не может быть в реальной жизни, что-то, что не поддается описанию обычными словами. Выезжая из темного тоннеля в яркий солнечный день, тебя встречает старинный городок, со своими странными, но такими милыми домишками. Вон на повороте сидят старики за маленькими кофейными столиками, складывается ощущение, что они тут всегда сидят и пьют горячий чай. Сколько я бывал в Которе, они всегда тут сидят, мне кажется, что они и спать уходят только с одной мыслью, чтобы как можно раньше завтра прийти и снова сесть за родной столик рядом с таким же соседом. Они смотрят, как вокруг них крутится и вертится жизнь, как машины и многочисленные мопеды снуют туда, сюда, как туристы группами бегают в разные стороны, щелкая фотоаппаратами, как меняется погода и как это все двигает время жизни. Сам Котор, как и весь Которский залив окружен горами, тут складывается ощущение защищенности от всего и вся. А старый город Котор так и остается городом историей, со своими узкими улочками, тупиками и разбросанными и там и тут домами, домишками, магазинчиками и разнообразными лавками. Проехав насквозь весь Котор, мы оставили машину на одной из многочисленных стоянок и отправились пешком к тому самому входу, который через речку вел нас в старый город. Узкий мостик привел нас к арке, за которой начиналась каменная мостовая, с каждым шагом по ней мы углублялись в историю.

Седьмой поворот на лево и семнадцатая ступенька вверх привели нас с Линэ к двери со знаком «Ъ». На наш стук, нам открыла бабулька, Линэ достаточно быстро выяснила, что дед Петрух вот уже как два дня отсутствует и должен появиться только сегодня вечером, а бабулька тут убирает, вот и пришла перед приездом Петруха убраться. На этой ноте, пообещав зайти к деду вечером, мы распрощались с бабулькой и смылись в кафешку. Кушать хочется, вот и рванули в ближайшую.

Через полчаса мы сидели уже довольные, еще не совсем сытые, но точно уже не голодные и рассматривали то, что происходило вокруг нас. Все замечательно в старом городе Котор, кроме одного, тут много туристов, которые целыми группами снуют между старыми зданиями, перемещаются из одного в другое кафе, устраивают очереди в разнообразные магазины и лавки. В таком вот движении, сидя в кафе и наслаждаясь вкусной едой, ты начинаешь ощущать, что ты не часть этой бегающей массы туристов, а часть той Черногории, которая называется «дом родной».

– Сержик, о чем задумался?

– Да так, просто наслаждаюсь всем вокруг.

– Что дальше делать будем? Может, искупаться рванем, тут не далеко за «Добротой» есть пляж нормальный, там вроде и машину есть куда поставить.

– Так поехали, нам же все равно тут до вечера куковать.

Солнце, море, горы, рядом Линэ, все-таки, что не говори, но отпуск удался! Даже и не помню, когда я в отпуске посещал столько городов Черногории, был я конечно везде, но чтобы прям за раз! И дальше еще не известно, куда нас эта карта заведет.

Все-таки прикольно катиться на машинке в сторону пляжа, когда на улице жара, а еще проезжая по деревне с добрейшим названием «Доброта», пивка только не хватает, хотя. И вот уже через десять минут мы продолжаем катиться к пляжу, но только уже с холодненьким пивком, лепота!

Минут через двадцать мы приехали на местный пляж, он был не сильно людный, но мы тут были не одни, хотя места всем хватало, и не толкался тут никто. Солнце не жарит, а греет, слабый ветерок, обдувая наши тела после купания, дает приятную прохладу. Смотря на Линэ, как у нее по коже стекают капельки воды и на месте этой капельки появляются такие соблазнительные мурашки, я, честно говоря, стал себя не совсем удобно чувствовать лежа на спине. Не далеко от нас находилось кафе, расположенное в тени деревьев, а на реке, которая стекала с гор и протекала через территорию кафе, стояло водяное колесо, которое поднимало воду в деревянных ведерках и опрокидывало их с трех метровой высоты. Брызги от мельницы создавали прохладу в этом оазисе. Лучи солнца пробивались через зелень деревьев, соприкасаясь с брызгами, создавали радугу, маленькую радугу над столиками, за одним из которых мы с Линэ уже и сидели, после купания.

– Да, Серж, а я уже и забыла, как оно бывает, вроде и живу тут, а вот так не сидела, лет сто наверное.

– А я не живу тут, и каждый такой день для меня имеет значение. Если рядом такая прекрасная девушка, это вообще можно назвать «день моей мечты».

Линэ вроде как улыбнулась и отвернувшись сказала: «Вечер уже, возвращаться пора, наверное, уже и дед Петрух вернулся».

– Ну да, и такие шикарные дни когда-то заканчиваются.

В дверь к Петрухе мы стучались уже в темноте.

– О, Сержик с Линкой пожаловал, говорила мне твоя бабка Сержик, что заявишься ко мне, даже оставила для тебя кое-что, только отдать тебе это смогу не раньше, чем завтра утром.

– Так ничего страшного дедушка Петрух, – уже достаточно счастливо сказал я, – мы к Вам завтра с утречка и зайдем.

Честно говоря, я очень обрадовался этой встрече, больше чем дед Петрух, в этой всей истории, мне еще никто не рассказывал все и одной фразой. И мою бабушку сдал, еще это она все устроила, и ведь главное, когда все успела, уже полгода как ее нет, а она мне тут такой «привет» оставила. Ну что же, тогда становится все крайне интересным, даже обрывок карты очень даже интересным.

– А нет, Сержик, вы с Линкой проходите, уважьте старого беседой, чайку со мной испейте, а уж потом и спать ложитесь, вон у меня комната для сдачи туристам, свободная сейчас, в ней и разместитесь.

Мы с Линэ конечно сопротивлялись не много, но по факту, комната оказалась вполне даже приличной, да и дед вменяемый. Принесли какие-то вещи из машины в нашу комнату, отправились на террасу, которая нависала уже над чьей-то другой калиткой и входом в такой же невзрачный, но очень уютный домик, как и у деда Петрухи. Дед заварил чай по своему секретному рецепту, его он нам подал в глиняном чайничке, который стоял на небольшой жаровне. В ней на мое удивление был настоящий уголек. То есть это была целая церемония, только заговора не хватало.

Я даже не догадывался, как тогда был прав! Чай не простой был и заговор над этим чаем был произнесен, короче все как в древних книгах. Но все это я понял чуть позже, а пока мы с Линэ наслаждались вкусным чаем и беседой с дедом, который нам рассказывал смешные истории, происходящие с ним и с его друзьями, среди которых была и моя бабушка. Конечно, большинство историй казались смешными только деду и мы с Линэ улыбались только из вежливости, а некоторые и правда были интересными и где-то даже очень смешными. Вечер пролетел можно сказать в теплой компании. После вкусного чая, на столе появился вкусный домашний творог, заправленный свежей сметаной и настоящими лесными ягодами. И как Линэ не сопротивлялась, ссылаясь на диету и т.д. но навернула целую тарелку и еле сдержалась, чтобы не попросить еще. Я конечно тоже поел, но лучше бы предпочел горячий стейк средней прожарки и спагетти, только спагетти должны подаваться после долгой прожарки на маленьком огне в специальной сковородке. Вот такой я оригинал, я люблю жареные спагетти.

– Так что вот так Сержик, мы и отдыхали, продолжил рассказывать очередную историю дед Петрух.

– А у меня вопрос, – перебила его Линэ, – а как Вы так запросто нас с Сержиком узнали и имена наши и прям вот сразу, что это мы?

– Так вот, Сержик и Линочка, – продолжил дед Петрух, как и не слышал вопроса, – спать Вам пора, засиделись мы тут с Вами, а время идет, а завтра вставать не свет, не заря.

Линэ улыбнулась, но не стала заострять внимание на своем вопросе, который остался без ответа.

Минут через пятнадцать, распрощавшись с дедом Петрухой, мы с Линэ закрылись в своей комнате. По очереди приняли душ и завалились спать, время уже перевалило за два часа ночи.

Сон моментально накрыл меня своим теплым одеялом и унес не в далекие дали, а все на ту же терраску, на которой меня, сидя в одиночестве, ждала Линэ. Перед ней стоял глиняный чайник на жаровне с углями и две глиняные чашечки, явно сделанные своими руками. Невозможно купить такие не ровные, не круглые, но сделанные точно под руку небольшие чашки.

– Что не спишь, – спросил я у Линэ, присаживаясь и наливая себе в кружку все того же вкусного чая, которым нас угощал дед Петрух. Очень странно, но чайник не заканчивался.

– Да вот, вроде и заснула, а потом сон как рукой сняло, решила выйти, посидеть в теплой ночи и помечтать, погрустить.

– Зачем же грустить? – я даже удивился от слов Линэ.

– Ты понимаешь Сержик, мне сложно это объяснить, но именно мечты о чем-то, что ну никак не могут сбыться, создают атмосферу мирного удовлетворения и мечтательную, чуть заметную улыбку.

– И о чем ты мечтаешь?

Линэ чуть слышно шмыгнула.

– Мечтаю, как просыпаюсь от того, что малыш ползает по нашей кровати, мечтаю о том, как не успеваю приготовить ужин к твоему приходу, мечтаю о первом звонке в школе у нашей дочки, и что именно ее несет на руках десятиклассник, а она с перепуганными глазами трясет колокольчик. Я мечтаю, как ты сына учишь рубить дрова, как он, наш сын, приводит в наш дом свою избранницу, мечтаю, как мы с тобой так же, как сейчас сидим на веранде и пьем чай, потихоньку разговаривая, потому-что, только что в соседней комнате уснули наши внуки. Я мечтаю.

Я не выдержал, взял Линэ за руку и притянул к себе. Я начал целовать Линэ в губы, в глаза и только так я понял, что у Линэ по щекам текут слезы, хоть она и сдерживала их, но все равно не могла сдержать слезы. Иногда ее плечи вздрагивали, но все равно она не разревелась, удержав все эмоции в себе. Посмотрев мне в глаза, Линэ прильнула к моим губам и наш поцелуй начал превращаться в страсть. Как-то незаметно мы оказались в нашей спальне, где окунулись в омут любви. Я не знаю, когда мы заснули, кажется было совсем светло, мы просто лежали на одной узкой кровати в обнимку и тихо разговаривали, в данный момент придумывали имя дочке.