Лиза и Кот осознанности

– Пс-с-с, душенька, лети сюда, есть разговор!

– О, да я же тебя и искала, душа моя.

– А я тебя, родная. Я вижу, у тебя кое-какие уроки не пройдены. «Любовь к себе» провисает и с «Ответственностью за свою жизнь» никак не подружишься?

– А ты, я смотрю, пришёл с той же домашкой.

– Ну, давай лет на семь зависнем, там разберёмся, огонь? Больше не выдержу тебя юзать, а меньше семи лет – ты уроки не пройдёшь.

– Давай, у тебя-то потом только самая жесть и начнётся. Сколько планируешь разгребать «Детские травмы» и «Вину»?

– Не знаю, как аватар выдержит. Думаю, как бес в ребро стукнет, там и заживу по-человечески.

Две души пожали руки и стукнулись кулаками, а после разлетелись по своим углам Вселенной, планируя следующие договоры и встречи.

– Привет, красотка.

– Привет, коли не шутишь.

– Ты привлекательна, я чертовски привлекателен. После уроков прогуляемся в безусловной любви до гробовой доски?

– Согласна. Но с тебя пара уроков плюсом – до мастера не дотягиваешь, уж извини.

– Знаю, сам разберусь. Иди припудривайся, тебе скоро на свет белый.

Когда это началось? Я не знаю. У вас бывало такое, что вы едете по трассе по маршруту, заданному заранее навигатором, но в один прекрасный момент понимаете, что вы где-то в деревне под названием «Придумай название получше»?

«Мне совершенно нечего надеть!» – в тот вечер Лиза собиралась с одной тусовки на другую, между которыми Он (ее будущий бывший муж) позвал Лизу с собой на край света. А в гардеробе только юбки в пол и чёрные майки: Лиза – хиппи в душе и Царевна Несмеяна в своём фантоме. Ей двадцать три, и впереди дальняя дорога жизни через овраг. В гардеробе Лизы только одна джинсовая юбка, которая понравится Ему. А больше Его бы здесь ничего не зацепило. Поэтому вскоре Лиза переделала для Него даже свой гардероб.

– Так хочется понравиться, верно? – спросил Кот, ухмыляясь то ли Лизе, то ли ее низкой самооценке, то ли солнечным зайчикам на стене. – А он-то тебе нравится?

Лиза прыснула и рассмеялась. «А что? Это не одно и то же?» – подумала она.

Юбка тогда была знаком, а слова Кота – намеком. Но это не самый яркий пример. Давайте соберем все истории о знаках на Пути Лизы, а в конце разведём руками и скажем: «Ну, вот видите, какие мы с вами бараны: знаки есть, а мы их не видим, и потому смысла в них нет и знаков, соответственно, – тоже». А вы такие книжкой хлопните, оглядитесь по сторонам и скажите: «Хороша Анна Мир, чертовка, но так я и знал!»

Нет. Знаков нет. Давайте лучше познакомимся с Лизой и ее внутренним Котом осознанности. Да, Котом. А почему бы и нет? Ведь у каждого есть две стороны личности: внутренний мужчина и женщина, а как же без Кота осознанности?

Я хочу только одного, дорогой читатель, чтобы вы научились правильно задавать вопрос к уже готовому ответу, которым становится ваша жизнь. А ещё – чтобы в конце книги вы наконец ответили себе на очень простой вопрос с подвохом (и такое бывает): ПОЧЕМУ вы не видите знаки, когда их нет?

1. Замедление

Так когда это началось? Лиза пролистывала книгу Пауло Коэльо страницу за страницей. Где-то здесь должна была быть та самая глава.

– Лиза, ты чего? – Кот мягко уселся на подоконник и повёл усталым взглядом. Всю ночь хозяйка читала эту книженцию и почти закончила, но отрубилась под пение утренних птиц.

– Где-то здесь. Я рассказала Герману об инструменте поиска баланса. Я хочу показать ему эту главу. Она четко передаёт практику расслабления в моменте.

– Но ведь ты можешь ее просто пересказать своими словами. Ты же сама ее пробовала по дороге домой.

– Да, мне было тогда двадцать три. – Лиза прикрыла глаза и вспомнила своё впечатление об отрывке. В ее памяти он звучал по-новому. – Когда герой подходил к горе, он замедлил шаг. Это было нестерпимо сложно. Он был уже у цели, оставалось всего несколько метров, и он так устал, что не мог дождаться вершины, но вдруг почти остановился. Медленными шагами он прошёл оставшийся путь, считая каждый вдох, улавливая каждое метание ума. Он ловил вдохи, как бабочек, по-прежнему не торопился: в тот долгий отрывок времени его жизнь обрела краски, а восхождение – смысл, так мне казалось, – Лиза зажмурила глаза, вдохнула и представила, как идёт к дому родителей летом, поднимаясь в гору. Дорога была скучной и долгой, порой почти бесконечной. Лиза вспомнила, как после этой книги она нарочно замедлялась, подходя к дому, и в этот миг будто слышала жизнь.

– Нет, я не хочу, чтобы и на этот раз он усомнился в моей правоте, я собираюсь ткнуть его приземлённым носом в источник.

– Если ты сама не веришь в свои слова, то и он, и его материальная сторона души тебе не поверят – даже с источником. Тебе не нужны подтверждения, не нужно охотиться за правдой и правотой, все ответы и так в тебе, Лиза. – Кот махнул хвостом, словно указкой: иногда люди не умеют переходить от теории к практике, от невроза к спокойной жизни, и Лиза – как раз такой случай. Но некоторые слова кажутся загадками, пока не почувствуешь их на вкус.

– Сегодня мы расстанемся. На две недели или навсегда, Кот. Это последняя возможность.

Кот помотал головой и равнодушно отвёл взгляд. Словно своему отражению в окне он сказал:

– Последних возможностей не существует: это очередная иллюзия. Они либо есть, либо их никогда и не было. Ну, попробуй, Лизонька.

2. Эскейп

– Лиза, я тебя вижу.

Лиза забралась под одеяло и горько плакала.

– Что, поговорили?

– Поговорили.

– Он тебе поверил?

– Нет.

– Почему?

– Потому что Герман – это Герман.

– А Лиза – это Лиза? – Кот ухмыльнулся, ласково потёршись о ногу Лизы. Характер ее был как текила. Без закуски – не употреблять. Поэтому отношения с Лизой всегда лучше закусывать лимоном и солью, чтобы вернуться в реальность после жгучего полёта и заземлиться на ее облаке.

– И что ты будешь делать эти две недели?

– Уеду.

– Куда ты уедешь? – Кот нарочно сменил тон. – У тебя двое детей, собака и два мирских кота, не считая меня Осознанного. Куда уедешь?

– Я бы улетела в Испанию. Мне нужен эскейп. Но ты прав. Мне не осилить такое путешествие с детьми.

– И тремя животными, не считая внутреннего духовного Кота, – снова подметил Кот, меняя позу на подоконнике. Через его чуть прозрачную шёрстку виднелись вечерние огни.

– Ладно, ладно. Я все равно хочу уехать. Но каждое утро я должна вести дочь в садик, там у нее целый счастливый мир. Бесконечные сборы и вкусный завтрак, коляска и одежда, вещи, животные, выгулять собаку, плач сыночка. Всё в округе завалило снегом – и сыпет, и сыпет каждое утро, я не могу катить коляску по сугробам. Вселенная хочет мне сказать, что пора бросить копье и сдаться.

– Шпагу, вилы, броню, лопату, щит, меч и нож за лодыжкой… – продолжил Кот.

– Няня уехала, да и мы к ней не привыкли. Бывший возить не будет, ну, или проще улететь в Испанию, чем с ним говорить. Не водить в садик я не могу. Итак, эту практику я назову «Тупик». Но я все равно могу уйти.

– Да куда ты денешься, девочка? – игриво фыркнул Кот. Он не собирался ее обидеть. Он знал, что Лиза уже придумала план, и хотел разжечь ее внутренний огонь. В каждом из нас есть внутренний огонь, и даже в осознанных духовных Котах, особенно в них. Внутренний огонь – это состояние счастья, культивируя которое, можно менять свою жизнь.

– Умеешь ты, Кот, меня повеселить. А давай в окно мяукать на Луну, может, тогда снег в округе растает? Ритуал что надо, Папа и Борода одобрили бы.

– Хороший метод. В прошлый раз, когда вы, Лизонька, с кровати в новую жизнь прыгали, все так и случилось. Беременность, переезд, опять переезд, развод, самопознание, рождение малыша, новая любовь. Так куда отправимся за приключениями?

– Я пойду в себя. – Лиза выдохнула и закрыла глаза руками.

– А вы там ещё не были? – спросил Кот с сарказмом. Каждый уважающий себя житель Вселенной, который ходит по земле на двух ногах, должен однажды отправиться в путешествие в себя.

– Если мы с Германом вот так ссоримся, значит, одна из комнат моего подсознания осталась без внимания.

– Или просто все квартиранты давно просят после просветления выключить свет и дать поспать…– пробормотал Кот, поглаживая усы.

– Нет, Кот, я не спорю, я люблю копать там, где и так все изрыто. Но моему Уму нужно здравое объяснение, чтобы он остановился и перестал рыть и рыдать. Каждый день я буду вспоминать новую грань моей души, новый остров, новую практику, новый тренинг или опыт. Любой опыт, даже самый глупый и простой – это практика Души. Я хочу вспомнить каждый свой шаг, зарегистрировать свой рост над собой, закрепить и больше не сомневаться в своих знаниях, в том, что этот Путь Был. Бери ручку и записывай, Кот. Опыт с весёлым чтением настольной книги настоящих волшебников «Фейерверки волшебства» ты уже описал.

– Подождите, дорогуша. А что будет через две недели?

– Я вернусь из путешествия другой. Когда я прочитала эту книгу, мне вдруг стало ясно, что для того чтобы Делать Жизнь и, не касаясь ее глади, лететь над бездной, правил нет. Есть набор инструментов, принципов, эгрегоров, разношерстье эзотериков, коучей, тренеров, писателей, включая меня, целителей, умников и просто разных людей на моем Пути. Есть парадигмы, установки, стратегии, сюжеты, психотипы, опоры. Еще есть вселенные, галактики, атомы, нейроны. И все это – в моем распоряжении. Теперь я имею право произвести инвентаризацию и наконец начать жить, осознав, что за мной – море меня.

– Ну, хорошо. Я понял идею. В Испанию мы не летим, но отправляемся на экскурсию по внутреннему миру на четырнадцать дней, убегаем от реальности в осознанку. И куда отправимся вначале? И как на практике ты будешь закреплять своё путешествие, чтобы твоему подсознанию было вкусно и понятно, что сегодня ты действительно где-то побывала?

– Закреплять я буду практику практикой. Например, практику замедления я сегодня уже опробовала.

– И как же?

– Шла от детской поликлиники с сыном на руках, толкая коляску по снегу два квартала.

– Значит, тебе пришлось замедлиться?

– По-моему, практика замедления – это вообще практика моих последних четырёх с половиной лет декрета. Но в этот раз ее действие я осознанно попробовала ощутить. Я шла, переставляя ноги в тяжелых, но красивых ботинках по не очищенной от снега улице. Держать в руках ребёнка пятнадцати килограмм и толкать коляску быстро – не удастся, поэтому я шла со скоростью улитки. Сын хныкал, и я говорила с ним. Он чувствует мое настроение, и я вытаскивала себя из бездны отчаяния, как Дон Кихот, тихонько подпевая ему – и искренне радуясь просто быть с ним в этом дурацком моменте. Сын не всегда верит, да и я сама не всегда себе верю, когда разжигаю огонь, а тогда волшебство не работает. Поэтому я просто перехватывала его другой рукой, он плакал, а я толкала коляску дальше – надо ведь дойти. Я замедлилась в безысходности, но в итоге пришла. Я зашла в большое просторное кафе, где мы с ним всласть наелись сладких рогаликов, набегались по тихой кофейне и после уснули по дороге домой, – и я выдохнула в это время. Я смогла завершить наше с ним путешествие, прочувствовав усталость в замедлении перед финишем и насладилась его сном после. Не хочу больше так невыгодно сворачивать воронку событий, трансерфинг боком – в действии, но опыт есть опыт.

– А еще, душенька, что-то мне подсказывает, что ваши предки привыкли много бороться, постанывая и злясь, потому вас и затягивает такая «радость бытия». Можно по-другому, сказала бы Дина Леонтьева, можно по-другому. – Кот улыбнулся, и Лиза вздохнула. Вечно он со своими осознанными комментариями поперек красивой молитвы.

– Да…Можно. Но если я «пошла по карме» и уже выкопала себе овраг, то уж и вылезать из него я буду со своими снастями.

3. Внутренний огонь

– Так, давай сразу опишем «Фейерверки волшебства» и закрепим практикой. Все-таки путешествие в Испанию надо наколдовать: хочу погреть своё рыжее брюшко в лучах испанского солнца.

– А ты что же, тоже поедешь?

– А как же вы, Лизонька, без внутреннего Кота осознанности на отдыхе, вы же себе все удовольствие экскурсиями стихийными испортите.

Лиза расхохоталась. И правда, осознанность не расслабляется даже на отдыхе, ну, то есть расслабляется, ну, вы поняли.

– Ладно, – Лиза закрыла глаза. – Самый яркий момент из книги, который запустил во мне много разных реакций, – это превращение главного героя в огнедышащего дракона. Мне показалось, что я видела его и дышала огнём вместе с ним. Ум толкует, что такого «абсурда» не может быть, а подсознание все видит, чувствует, слышит, участвует, наслаждается книгой. Всем, кто на пороге расширения сознания, стоит прочесть эту книгу, просто чтобы на секунду задуматься, каким огромным может быть мир, если приложить минимальные усилия на практике.

– Так, может, и тебе попробовать? – прошептал Кот, но в ответ получил только кружку какао и напряжённое молчание.

4. Бенгальские огни

– Нет, Лиза. Все началось, конечно, раньше. – Кот подбирал станцию, с контрой Лизе нужно начать своё путешествие по осознанностям. – Тогда ты сказала, что словила странное ощущение, когда тебе было около десяти лет. Помнишь? – Кот распевал слова, сидя на окне и сверкая на луну зорким взглядом.

– Да. – Лиза закрыла глаза. – Я выходила из папиной машины после детского концерта с подругами, мы шли ко мне в гости. Это был прекрасный вечер. В груди грохотало предчувствие счастья. Будто звёзды зажигались прямо в животе, как бенгальские огни, и их искры щекотали мне сердце. Мне хотелось летать. Но нет, ещё раньше.

– Не помню ничего прежде. Вероятно, твой покорный слуга только народился.

– Вероятно. Еще раньше я сидела с сестрой на крыльце дома летним вечером. Тогда я спросила у неё: «У тебя бывало такое, будто ты поднимаешься над собой и как будто смотришь на все с высоты?»

Сестра была чем-то увлечена, мне было восемь, Валюше пять. Она слушала меня тогда вполуха.

«Нет, не понимаю, Лиза, о чем ты». – Ответила она тогда.

– Это был мой первый опыт прыжка выше головы. Или нет?

5. Ритуал

– Я помню еще момент! – Лиза подскочила на кровати, сбросила одеяло и начала писать.

Кот сел с сонным видом, прислушался, не плачут ли детки, прищурил глаза, обняв себя хвостом, будто замёрз. Ночь уже под окном, дети уложены, а Лиза все не спит.

– Я тогда спросила маму, верит ли она в Бога и ангелов.

– Конечно, верит, она же их видела.

– Ты тоже там был?

– Я сидел у ее ног, она посмотрела в окно, а за ней наблюдают эти крылатые. Смотрят зорко, но уважительно.

– Это все просто ложные воспоминания.

– Не существует никакого «просто». Каждый твой вдох имеет значение: слова, прохожие, поступки людей, новости в Сети, вкусы, запахи, воспоминания. Знаки и есть все то, что вокруг тебя.

– Тогда их было так много, что у меня кружится голова… – Лиза закрыла глаза и вдохнула. Открыла глаза, снова взяла блокнот и начала писать. – Вот я стою на школьной лестнице в первом классе с подружкой и говорю ей, что люблю сочинять истории. Я потом замолчала и задумалась, зачем вообще я ей об этом сейчас сказала.

Потом я сижу в третьем классе и плачу, потому что учительница заставляет меня решать задачу и не пускает домой, а я не хочу, потому что не понимаю. Я тогда возненавидела математику, ну, и учительницу.

– Похоже, что в первый день путешествия ты решила отправиться в травмы детства?

– Да, пожалуй. А потом будет завтрак, и я запью своё детство сладким какао.

– Мне тоже, пожалуйста.

– Хорошо, Кот. Держи ручку, ты будешь писать.

– А на телефоне что же, не пишется? И вообще – ночь на дворе.

– Мне нужно сосредоточиться. Моя голова – дорогое оборудование. Я не могу отвлекаться.

– Ладно, ладно, босс.

– Вот я сочиняю сюжет для программы новогоднего утренника в девятом классе. Это была совершенно странная идея. Я решила спросить у всех одноклассников их заветные желания и исполнить их.

– Как можно исполнить желания?

– Символически. Достаточно представить, поверить в возможность реализации, зарядить процесс задорным подростковым смехом, и вот – картинка из будущего с исполненным желанием уже на конвейере. Уже тогда, когда я понятия не имела о трансерфинге и квантовой физике, холодинамике, тета-хилинге и рейки. Уже тогда каждый ребенок легко применял и сейчас применяет этот волшебный инструмент. Одноклассник хочет машину – мы вставали вокруг и изображали новый «Мерседес». Другой хочет к стилисту – и мы играли в парикмахерскую. Девочка хочет полетать на воздушном шаре – и мы дарили ей шарик и изображали полёт. Это все – способы раскочегарить свой внутренний огонь, визуализировать желания и испытать атомами вкус химического коктейля под названием «Счастье».

– Ладно, записал. Дальше? – Кот уже заинтересовался коллекционированием таких моментов. Он надел очки, налил себе водички и уселся за письменный стол. Работать – так в удовольствие.

– Дальше. – Лиза закрыла глаза.

6. Опыт

– Дальше – овраг взросления той части мозга, которая отвечает за становление воли. Только к двадцати пяти годам у человека она формируется окончательно, или, на языке кармы, человек проходит первые жёсткие уроки. Я провалилась в болото по собственному подсознательному толчку на семь лет. Там тоже есть визуализация и Вселенная внимательно записывает, даже когда ты идёшь не своим Путём. Но здесь инструмент работает на трёх колёсах, и поэтому я еду не прямо, а все больше в сторону – и увязаю.

– Можно подробнее? В этом месте у читателей возникнут вопросы.

– И правильно. Это не книга ответов, а книга вопросов, – фыркнула Лиза. – Окей. Если подробнее, то сначала я в школе споткнулась несколько раз об один и тот же сучок – Любви к себе, чтоб ее. – Кот расхохотался, Лиза подождала, пока он прослезится, и продолжила. – Себя я не очень любила, поэтому сучок не выкорчевала. Я его даже не заметила: решила, что это просто часть моей жизни – быть какой-то не заводской. И так оно и было, пока сучок не оброс землей и не превратился в гору, через которую я решила идти напрямик. А можно было просто обойти сучок. Раз я его не заметила, значит, он должен был стать моей горой. По дороге в гору я не думала, что можно ее обойти. Я полагала, что я должна идти по этой горе всю свою несчастную жизнь, убеждая себя, что это моя гора – быть такой «не такой», и, конечно, окружение рисовало мне нужные впечатления. Я отрабатывала уроки любви к себе и ответственности за свою жизнь, потом снова урок за уроком, а предмет все тот же – полюби себя и займись своим счастьем, а если тебе плохо – уходи. Люди на моем пути зеркалили мой внутренний раздрай, а я смотрела наружу, оценивая весь этот бред окружения, который вообще-то не про меня. А что про меня? В себя смотреть я не хотела, ведь всего проще – других счастливыми сделать. Потому меня и накрыло.

– Тазиком?

– Нет, семейной жизнью с иллюзорным принцем. Иллюзии – это тоже инструмент визуализации, как и намерение. Здесь он сработал в полную силу в моей Вселенной, но отрекошетил от кривого зеркала. Когда девушка выбирает в мужья человека, который ее не любит, она выбирает дорогу «И так сойдёт». Ведь Вселенная всех норовит осчастливить.

7. Расслабление

– Что это вы, Лизонька, не встаёте? Утро в разгаре, игрушки разбросаны, сын без подгузника рассыпает печенье, дочь смотрит мультики. У вас депрессия?

– Нет, у меня внеплановый санаторий.

– Где?

– В кровати.

– Что-то не наблюдаю.

– А ты приглядись. – Сонная Лиза повернулась на другой бок на подушке и продолжила: – Вот моя уставшая спина растянулась на кровати. Лёжа на животе, я даю ей отдых. Вот мои ноги – не бегут за младенцем. Вот мои руки – не отбирают планшет у дочери. И, главное, глаза – они закрыты. Рот даже рад понапрягаться: ты же знаешь, Кот, как я люблю поумничать.

– Да… Пожалуй, тебе пора писать книгу для молодых мам.

– А эта книга для всех. Бери ручку, Кот, я вспомнила ещё эпизод.

– Да-да. – Кот достал блокнот. – А позвольте узнать, в вашем кроватном санатории разливают какао для осознанных Котов Души?

– Разливают. Спустя час усердной работы над книгой.

– Окей, генерал…

Лиза села на кровати, потёрла руки, прикрыла ладонями лицо.

8. Тело

– Я вспомнила, как пришла на йогу в первый раз. Вообще всякий раз, когда женщина обращает внимание на своё тело, – это всегда определённый процесс. Фокус внимания уходит будто бы в почву себя, в источник энергии. Пускай звучит громко, но тело всегда реагирует, если его спросить, только ответы мы не всегда понимаем правильно. И вопросы вроде эпиляции или ванны при свечах его совершенно не вставляют, ведь это ложное удовольствие, если не вкладывать в момент ощущения значимости, разговора с телом, известного только тебе одной. От йоги у меня были классные ощущения. А ещё шавасана – это, наверное, состояние, когда любого накроет Высшее Я. После первого занятия я рассталась с парнем, который совсем обо мне не заботился и был полным козлом: моментальный ответ Вселенной на вопросы подсознания.

– Ты считаешь, что встряхнула свою карму, просто сходив на йогу?

– Я только сейчас подумала об этом. Ведь это был редкий случай, когда я разрешила своему телу говорить со мной. И сразу такие повороты.

– Интересный подход, но, думаю, не каждый поймёт ответы Вселенной, не зная правильных вопросов.

– Вчера я ходила на обычный массаж. Я все время в проработках, в обучениях, в практиках, все время ищу какие-то глобальные смыслы, и вот – я просто сходила на массаж, потому что вымоталась вконец. И тело так обрадовалось вниманию, что вечером ко мне пришли все слова, которые я бы хотела сказать в ответ Герману. Жаль, он не станет слушать.

– Не будем о Германе, Лизонька, оставьте былое. – Кот нарочно взял тон прошлого века, чтобы показать, как нежна может быть Лиза, если не лечит других.

– Окей. Ещё пример: выйдя замуж, я пошла на танцы на пилоне. Не смейся, Кот! Да, это тоже запишем. Я ещё не была мамой, но мне что-то навалилось на плечи, и, кажется, это был муж. Общение с телом – это одна из практик открытия своего ресурса, поиска ответов. Я немного раскрылась как женщина, хоть и недолго ходила на пилон. Так сказать, расковыряла гной в ране. Я обнаружила, как сильно мне нравится быть расслабленной в танце, какими сильными могут быть мои руки, чтобы держать себя на шесте. Я обнаружила, что я, оказывается, женщина, такая же «обычная», как все, достойная любви, внимания, заботы и уважения мужа. Мне всегда казалось, что я не такая, что я достойна только простого и все со мной – неинтересно и сложно, а у других – жизнь. Тело отзывается на новые свободные движения, не имеющие ничего общего с тем, что ему приходится делать изо дня в день. И тут его спрашивают: «А так ты умеешь? А так?» И тело старается, ведь оно так давно надеялось на этот разговор. Поэтому многих сейчас так радует спорт.

– Но ответы, Лиза, ведь ответы, которые приходят после таких заходов в спортзал раз в месяц, запускают убеждения и травмы, о которых человек, может, и не догадываться. Разве это к лучшему?

– Это просто Путь, Кот, и каждый идет своими дорожками. Кто-то будит своего Кота осознанности, – Лиза погладила Кота по голове, – а кто-то поит его пивом и показывает ему сериалы. Вскоре у меня появилась дочь – мой маленький ангел-учитель. Она преподала мне урок любви к своей внутренней женщине, на которую я забила. Беременность и роды – это не про внешнюю заботу о теле, когда мы узнаем сухую информацию о том, как проходит весь процесс и что будет после. Роды и беременность – это про наполненность. Чем наполнена женщина? Какой любовью? Как заботятся о ней? Как она сама заботится о себе? Искренне или мнимо? Я осмотрелась вокруг и все поняла. Что это значит? Моя Душа завыла, узнав, что о ней вспомнили. А подсознание тут же запустило прохождение уроков, которые заказала себе пройти Душа, когда пришла в этот мир. Наши дети – наши учителя. Я стремилась разрешить свои внутренние проблемы, внешне закапывая их все глубже под знаком «Мои чувства и эмоции не важны». И я запустила целый цикл трансформаций, став мамой.