Лимес. Вторая Северная

Глава 14

Убедившись,что сестра окончательно пришла в себя и ей ничего не угрожает, Феликс наконецстал ночевать дома. На пороге госпиталя он старался не появляться, потому чтодва дня назад подрался с Назаром. В порыве ярости, охватившей их, парниустроили в палате грандиозный погром и испортили какую-то редкую аппаратуру.

Узнаво случившемся, Лисбет наказала обоих и отправила Феликса убираться в курятнике,сказав о том, что раз ему так не терпится помахать своими конечностями, топусть делает это с лопатой в руках. Назара же она пообещала отправить вовнеочередной патруль, как только тот окончательно поправится.

Вобщине вовсю кипела жизнь. По каменным дорожкам сновали люди, и чаще всегосреди них мелькали члены строительной бригады, которые восстанавливали Вторую Севернуюпосле нападения Темных. Стук молотка не утихал до самой темноты, и повсюдупахло свежими досками, которые мужчины таскали на себе.

Вандаприноровилась находиться в полулежачем положении, подкладывая под спинуподушки, и с грустью смотрела в окно, которое стало для нее почти единственнымразвлечением. Вставать на ноги Джеймс ей не позволял, да и ей не очень-тохотелось пытаться – спина после схватки с Темным болела, заставляя зановопереживать ужас той ночи. Чтобы окончательно не сойти с ума от скуки, девчонкатренировала свои навыки эмпата и пыталась облегчать боль рядом лежащихпоселенцев, пострадавших так же, как и она сама в ту ночь, не приближаясь кним.

Поначалуэто удавалось ей плохо. Нити боли сплетались в тугие клубки, и она не сразумогла распознать, какая из них принадлежит тому или иному поселенцу. Прямонапротив нее, у противоположной стены, лежала девушка со сломанными ребрами,имя которой Ванда не знала. Уловив прилив чужой боли, она попыталась помочь ей,но случайно направила энергию в сторону парня, который лежал слева от девушки,чем вызвала у того звонкий хохот, защекотав его до икоты.

Напятые сутки, после того как девочка окончательно пришла в себя, в палату вдругввалилась шумная компания детей, с которыми Ванда проходила обучение в школе. Стех пор как у нее обнаружился столь неоднозначный дар, ребята, ставшие ейдрузьями, как и большая часть поселенцев, перестали общаться с девчонкой, такчто она сильно удивилась, увидев их.

–Не злись на нас, – виновато сказала Клер, присаживаясь на постель рядом с ней.– Взрослые наговорили нам всяких небылиц про тебя, но теперь все поняли, что тыжелаешь нам добра. Лисбет часто говорит о тебе на собраниях, рассказывает, какты храбро сражалась наравне с членами патрульной группы, и о том, как тыпомогаешь поселенцам, оказавшимся в госпитале.

–А я сразу говорила, что Ванда хорошая, – ввернула Мира, садясь с другой стороныи взяла ее за руку. – Мари рассказала нам о том, что случилось, и мы решилинавестить тебя.

Вандапокосилась на девушку, стоявшую у стены, рядом с койкой Назара, и улыбнуласьей, заставив Мари покраснеть. Марина Акулич была самой старшей из пришедших, ноиз-за своего невысокого роста и детской внешности сливалась с другими ребятами.

–А еще Мари рассказала нам о том, как Назар спас тебя, – заговорил один измальчишек, которого звали Борис. Он плюхнулся на постель парня, заслужив егонедоверчивый взгляд, и во все глаза уставился на него. – Как тебе удалосьперекачать энергию без аппаратуры? Я слышал, что это очень опасная процедуракак для пострадавшего, так и для донора, тем более если проводить ее безоборудования.

НаНазара уставились семь пар глаз, да и остальные поселенцы, оказавшиеся в рядахпострадавших, обратились в слух, наблюдая за тем, как он нервно ерзает напостели от такого пристального внимания к своей персоне. Ванда мысленнорассмеялась, глядя на смущенное лицо друга. Конечно, Назар пытался скрыть это,но она-то чувствовала его эмоции.

–Я просто исполнял свой долг, – наконец собравшись с мыслями сказал Назар ипочему-то посмотрел на сестру. Та втянула голову в плечи, но, не заметив в еговзгляде осуждения за ее болтливый язык, расслабилась и села рядом с братом. –Лучше попытаться сделать хоть что-то, даже если и не уверен в том, что этопоможет, чем просто стоять и смотреть, как погибает человек.

–Я бы не смог решиться на подобное, – признался Борис, подсаживаясь ближе. – Влесу так страшно, особенно когда знаешь, что в любой момент из-за куста можетвыпрыгнуть Темный.

–Ты еще слишком мал, – вдруг улыбнувшись сказал Назар и потрепал мальчишку помакушке. – Вот будет тебе семнадцать, как мне, и тоже сможешь сражаться с ними.

Ребятазаговорили наперебой, задавая вопросы то Ванде, то Назару, а те, поддавшисьазарту, отвечали на них. Атмосфера в палате окончательно разрядилась, когдадети высыпали на кровать Ванды целую гору конфет и пирожков, и всеприсутствующие, от мала до велика, принялись уничтожать это богатство,игнорируя правила госпиталя. Несколько пострадавших поселенцев, которым ужебыло разрешено подниматься с постели, тайком сбегали в столовую и принеслигорячий чай, ставший идеальным дополнением их вредному ужину.

Когдавремя подбиралось к отбою, в палате появился Джеймс и, завидев царивший хаос,разогнал всех детей по домам, а своих пациентов – по постелям. Впрочем, они всееще долго не могли уснуть, продолжая хохотать над обалдевшим лицом врача,который поймал их с поличным.

Пациентыгоспиталя были не единственными, кто не спал той ночью. В одном-единственномокне штаба горел свет. Кабинет Лисбет, несмотря на поздний час, радушно принялв своих стенах всю штабную группу. Здесь царило напряжение, и один лишь РобертЭльстад стоял у окна с таким видом, словно происходящее его совсем неинтересует, пока за его спиной велся разговор.

–Наше пограничное поле изживает себя, – заговорила Лисбет, обводя всехприсутствующих уставшим взглядом. – Конечно, наши патрульные группы простоблестяще справляются с отражением атак, но если поле падет, мы не сможемсдержать натиск Темных, даже если объединимся с остальными пограничнымиобщинами и пустим в ход силы всех поселенцев, включая стариков и детей.

–Поле не падет, – закатила глаза Элис. За последние часы она повторила эту фразупочти два десятка раз, хотя и понимала, что сестра отчасти права.

–Ты же видела размеры трещин, которые оставили эти варвары на поверхности поляво время последнего нападения. Темные давно поняли, что поле слабеет, и скаждым разом посылают все больше своих бойцов.

–Нам нужно укрепить границу, придумать какой-то обманный механизм защиты, чтобыони хотя бы на время прекратили набеги, – раздался голос Криса, который сиделпрямо на полу.

–И что нам это даст? – вздохнула Лисбет, потирая виски.

–Это даст нам время на то, чтобы сформировать резервные отряды на случаймассового нападения.

–Все боеспособные члены общины и так входят в эти отряды.

–Я говорю не о них. В поселении полно ресурса, за счет которого мы могли быувеличить число бойцов, – Стивенсон поднялся на ноги и небрежным жестомпоправил штаны. Парень подошел к столу предводителя и, упершись ладонями вдеревянную поверхность, глянул женщине прямо в глаза. – Я готов лично взятьсяза обучение этих отрядов.

–Если ты говоришь об отрядах, состоящих из детей, то я против этого, – Вебероткинулась на спинку стула, от чего тот протяжно скрипнул.

–В общине полно подростков, которые до сих пор оставались в стороне. СестраДерека давно рвется в бой, она сильна, и ее способности электроэнергетика моглибы сыграть нам на руку, – Крис покосился на Дерека, и тот кивнул, соглашаясь сего словами.

–Ей всего одиннадцать, – Лисбет неодобрительно покачала головой. – Ты ещепредложи ввести в отряд Миру.

–А почему бы и нет? Девчонка выросла в общине, знает лес как свои пять пальцев,да и… – запальчиво заговорил Кристиан, но был прерван.

–Нет, – отрезала Вебер. – Никаких детей на поле боя. Я не возьму на себя такуюответственность.

–Но ты начала сражаться с Темными как полноправный боец, когда тебе было всеготринадцать, а Элис была еще младше, – Крис явно не собирался сдаваться. –Почему ты не позволяешь Ванде и Феликсу пополнить ряды патрульных? Парню почтишестнадцать, он давно освоил все азы.

–Когда я вступила в отряд, мне действительно было тринадцать, но тогда ситуациябыла другой. Темные нападали не так часто, а поле почти невозможно былопрорвать. Наш конфликт обостряется, и я нутром чувствую, что грядет что-тострашное.

–Она права, – Роберт вдруг повернулся ко всем и сложил руки на груди. Крисодарил мужчину неприязненным взглядом, но ничего не сказал и сел на пол. – Да,многие из подростков прошли обучение и обладают высокими уровнями потоков, ноони остаются детьми. Все происходящее для них – игра, и они просто не способныпонять, что такое смерть. Дети не осознают того, что каждая их ошибка можетстать роковой.

–Твоему протеже семнадцать, а его сестре на год меньше, и ты отчаянно настаивална том, чтобы их как можно скорее ввели в круг дозорных, – решил вступиться засникшего Криса Дерек. – Ванда и Феликс близки к ним по возрасту, и Стивенсонобучил их основам ведения боя.

–Этот парень неуравновешен, лезет в каждую драку без разбора, но даже еслизакрыть на это глаза, то насчет его сестры у меня большие сомнения, – голосРоберта стал сухим, а глаза, и без того темные, превратились в два бездонныхколодца. – Мы можем поплатиться за те надежды, которые возлагает на нее Крис,потому что она в любой момент снова сбежит в лес, испугавшись Темных.

–Роберт, – одернула его Элис и цокнула языком.

–Что? – он уставился на девушку, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

–Феликс не лезет в драку до тех пор, пока его не начинает провоцировать твойНазар! – взревел Крис и метнулся в сторону Роберта. Между ними тут же возникДерек, пытаясь оттолкнуть их друг от друга. – И я готов поспорить на своеэнергетическое депо, что делает он это намеренно. По твоей указке.

–Поосторожней с обвинениями, милый, – обманчиво любезным тоном отозвался Роберти брезгливо отодвинул руку Дерека, которой тот схватил мужчину за плечо. – Незабывай, с кем говоришь.

–Ты обычный член штабной группы, ровно как и я. Так что мы в равных условиях,Эльстад. Ты не предводитель и не его заместитель, чтобы так со мнойразговаривать.

–Если кто-то забыл, то я все еще здесь, – сбоку от них появилась Лисбет. Женщинасмерила обоих неприязненным взглядом. – Над нами нависла опасность. Темные неровен час прорвут границу, а вы, вместо того чтобы думать о том, какпредотвратить это, грызетесь между собой, как плешивые псы.

–Ты сама ничего не делаешь для того, чтобы предотвратить это, Лисбет, – Робертвдруг переключился на предводителя и, кажется, собирался высказать все, чтодумал о ней, невзирая на то, что Элис, стоявшая за спиной мужчины, дергала егоза руку, пытаясь остановить назревавший конфликт.

–Что, прости? – задыхаясь от возмущения, спросила Вебер. – Это я-то?

–Да, ты, – жестко ответил Роберт и шагнул к ней. – Ты сидишь в кабинете,погрузившись в свои видения и даже не говоришь о том, что приходит в твоесознание. Крутишься вокруг этой чертовой девчонки, хотя всем давно понятно, чтоВанда Гросс не стала той великой спасительницей, коей мы все считали ее, верятвоим словам. Посмотри на нее, – Эльстад брезгливо поморщился. – Да она жебоится собственной тени. Неужели ты веришь в то, что она правда сможет спастинас?

Увсех сложилось впечатление, что сейчас, вместо всегда уверенного в себе Роберта,они видели напуганного до смерти мужчину, который просто пытался спастись,избежать того, что надвигалось на них со стороны леса. Лисбет открыла рот исклонила голову набок, не веря своим ушам.

–Лисбет, он ведь прав, – тихо сказала Элис. – Я ничего не имею против Ванды, онахорошая девочка, умная и способная, но она слишком слаба, а ты так и не научилаее ничему. Ее дар очень и очень слаб.

Лисбетмедленно развернулась, чувствуя, как в груди все сжимается от обиды. Онаожидала этих слов от кого угодно, но только не от своей сестры. В который разсуровая предводитель поняла, что, несмотря на то количество людей, которые ееокружали, она одинока. Вся община была подвластна ей, но на деле у нее не былони одного близкого человека. И женщина понимала, что виновата в этом сама.

–Я сотню раз говорила вам о том, что мои видения не позволено знать никому,кроме меня самой. О будущем никто не должен знать, иначе оно изменится, – тихопроговорила Лисбет, подходя к любимому подоконнику.

Проведяпальцем по деревянной поверхности, она закрыла глаза и тяжело вздохнула,ощущая, как в голове вспыхивают теплые воспоминания о муже. Сколько счастливыхдней она провела, сидя на этом подоконнике, наблюдая за тем, как Ричардработает. Но его не было рядом теперь. Единственный человек, которому онадоверяла больше, чем самой себе, покоился на дне озера, которое Лисбетненавидела всей душой.

–Я связалась с женщиной, которая поможет Ванде подчинить ее дар, и сейчас веду сней переговоры. Девчонка уедет в другую общину и будет продолжать свое обучениетам. По этой причине я не занималась ею столько недель. Ее ждет тяжелая судьба,и я просто хотела, чтобы она хоть не надолго почувствовала себя свободной,обрела друзей и справилась со своей потерей.

–Ванда уедет? – спросил Крис, и в его голосе промелькнула какая-то грусть. – Акак же Феликс?

–Он останется и займет место в одной из патрульных групп, как ты того и хотел. Яне ввела его в круг дозорных ради Ванды. Пусть дети побудут вместе, пока у нихесть возможность. Потому что после у них просто может не быть на это времени.

–Ты хочешь сказать, что Ванда не вернется? – обеспокоенно спросила Элис, глядя вспину сестре.

–Ее ждет обряд, и я не уверена, что она переживет его.

–Какой обряд? – спросил Роберт, мгновенно теряя всю свою надменность. В егокарих глазах за толстыми стеклами очков промелькнул живой, неподдельныйинтерес. – И что это за женщина, с которой ты ведешь переговоры? Это кто-то изКовчега? Когда Ванда уедет туда? – вопросы сыпались одни за другим из его рта,как из рога изобилия.

–Я ничего вам не скажу, – голос Лисбет стал мрачным. – Об этом никто не должензнать, – она повернулась к членам штабной группы лицом. – Через несколько днейя уеду в Ковчег, чтобы переговорить с Великим Светлым на этот счет. Когда явернусь, Ванда уедет.

Послеэтого Вебер вернулась в свое привычное состояние и нетерпеливым жестом указалавсем на дверь. Роберт выскочил из кабинета первым, как всегда ни с кем непопрощавшись. Впрочем, Лисбет было что ему сказать. Шагая по коридору штаба, онуслышал ее голос:

–Эльстад, патруль вне очереди.

–Так ему и надо. Чертова гиена, – не без злорадства сказал Крис.

–Стивенсон, еще одно слово, и ты пойдешь в патруль вместе с ним, – вздохнулаВебер и плюхнулась на стул.

–Если ты отправишь их в патруль вдвоем, эти идиоты разнесут пограничное полевдребезги, – хохотнул Дерек и, несмотря на сердитое лицо предводителя, поигралбровями.

–В таком случае ты пойдешь в дозор с ними и проследишь за тем, чтобы они неподрались.

Послевозникновения подобной перспективы, Дерек поднял руки впримирительном жесте и быстро ретировался, а вслед за ним кабинет покинул иКристиан.

Элиси Лисбет остались наедине. Девушка потопталась первые несколько секунд наместе, раздумывая над тем, как лучше поступить, и в конце концов решила, чтоЛисбет в первую очередь для нее предводитель, а не сестра, и она должнаподчиняться приказам. Раз женщина сказала всем выйти вон, значит, этораспространялось и на саму Элис. Но как только девушка схватилась за двернуюручку, ее нагнал голос.

–Ты обиделась на меня? – спросила вдруг Лисбет, заставляя сестру обернуться.

–Вообще-то это ты должна обижаться, – начала Элис и сделала нескольконеуверенных шагов в сторону стола, на котором гудел старенький компьютер. – Яведь встала на сторону Роберта.

–Это последнее, на что я могла бы обидеться, – предводитель склонила головунабок и вскинула брови. – Мне тоже было девятнадцать, я тоже была влюблена, и,если бы кто-то сказал Ричарду хоть слово поперек, я бы не смогла промолчать.

–Ричард был предводителем, – возразила Элис, но тут же замолкла, понимая, чтоподнимать эту тему точно не стоит.

–Дело совсем не в том, какое положение занимает Роберт. Он сделал многое наблаго общины, но я не доверяю ему, и ты прекрасно об этом знаешь. И знаешьпочему.

–Он слишком амбициозен, – Элис уселась в кресло и подтянула колени к груди. –Кстати, мне еще нет девятнадцати, – усмехнулась девушка и с хитрым прищуромпосмотрела на сестру.

–Я округлила, – закатила глаза Лисбет. – Осталось всего пять дней. И да, я быхотела, чтобы мы отметили твой день рождения. Нас ждут тяжелые времена, и былобы неплохо отвлечь людей.

–Ого, – Элис оживилась. – Неужели ты позволишь мне закатить грандиозный праздникс музыкой и танцами?

–Только если ты пообещаешь, что после этого община останется цела.

Онизамолчали, потому что Лисбет отвлеклась на свой компьютер и почти полчасачто-то увлеченно печатала, глядя в экран монитора. Казалось, что она совсемзабыла о присутствии человека в своем кабинете.

–Ты хочешь, чтобы Ванда прошла через тот обряд, через который в свое времяпрошла ты? – спросила вдруг Элис, даже не глядя в сторону стола сестры.

Лисбетсжала губы, вглядываясь в ее лицо, словно оценивала, стоит ли отвечать на этотвопрос. Подумав около минуты, она все-таки решилась и, побарабанив пальцами постолу, глубоко вздохнула.

–Я не хочу, чтобы кто-то знал об этом. К ней и так приковано слишком многовнимания. Я просто стараюсь сделать все так, чтобы девочка не испугалась того,что ее ждет. А кроме того, Великий Светлый так и не дал точного ответа,позволит ли он ей пройти через этот обряд. Его голову занимают мысли оразработке нового пограничного поля, и члены его штабной группы говорят о том,что он почти не покидает своего кабинета.

–Ты из-за этого решила поехать в Ковчег?

–Да, – кивнула Лисбет. – Будет проще, если я переговорю с ним лично. И, Элис, –она сделала паузу и, дождавшись, пока сестра сфокусируется на ее лице,продолжила: – Я хочу, чтобы ты взяла на себя управление общиной, пока меня небудет.

–Можно подумать, что когда-то было иначе, – фыркнула девушка. – Я всегда встаюна твое место, когда ты уезжаешь.

–У меня было видение, – нехотя сказала Лисбет и, уловив заинтересованный взглядЭлис, опустила глаза, делая вид, что увлечена разглядыванием своих ногтей. – Немогу сказать ничего определенного, но мне кажется, что грядет что-то нехорошее.У меня не получилось распознать смысла того, что я увидела, но на общину будетсовершено нападение, которое изменит многое.

–Неужели ты видела, что поле падет? – девушка тут же подобралась, внимая каждомуслову сестры.

–Нет, этого я не видела. Образы, которые мне пришли, были очень неразборчивыми ипостоянно менялись, а это может говорить лишь о том, что Темные до сих пор неприняли решение о своих дальнейших действиях, – она замерла и провела языком попересохшим губам. – Знаешь, мне почему-то кажется, что кто-то снабжает ихинформацией. Они явно к чему-то готовятся и очень осторожничают. И это еще однапричина, по которой я хочу увидеть Великого Светлого лично. Возможно, кто-то изего людей перешел на сторону врага. Я должна предупредить его об этом.

–Ты кого-то подозреваешь? – Элис подалась вперед, выражая своюзаинтересованность.

–В такое время под подозрение может попасть любой, – туманно отозваласьпредводитель, глядя сестре прямо в глаза. – Если мои слова заинтересуют его,скорее всего, мне придется задержаться в Ковчеге, чтобы помочь провестирасследование. Так что пока меня не будет, ты постараешься сохранить порядок вобщине. Люди начнут задавать вопросы, и я хочу, чтобы ты говорила всем, что япокинула общину для того, чтобы вступить в ряды разработчиков новогопограничного поля.

–Я не уверена, что справлюсь с целой общиной. Ты никогда не уезжала надолго.Кроме того, я ведь занимаюсь усовершенствованием нашего поля.

–Отдай свои обязанности Крису.

–Крису? – брови Элис взметнулись вверх. – Но почему ему, а не Роберту?

–Роберт слишком конфликтный. Если он возьмется за это дело, то не подпустит кработе других, не станет советоваться с остальными членами штабной группы и темболее не будет прислушиваться к мнению кого-то из них.

–Наверно, ты права, – согласилась девушка и поднялась на ноги. – Можешь непереживать, я не скажу ему о нашем разговоре.