Лимес. Вторая Северная

—Ты уверена в том, что эти сны не были плодом твоего воображения? — спросилаМари.

—Да, я уверена в этом, потому что за месяцы, проведенные в другой общине,научилась четко различать, где заканчивается реальность и начинается фантазия,— кивнула Ванда и уперлась ладонями в стол. — Ни для кого не секрет, что Элисобладала сильным даром внушения. Сейчас она находится в Черной Свече, стеныкоторой прокляты, а это значит, что все, что остается ей, — это пользоватьсясвоим единственным оружием, имя которому сознание. — Девчонка опустила голову,и ее голос стал громче: — Пытаясь разобраться в значении своих снов, яобратилась к духам-хранителям водной стихии, и они подсказали мне единственныйпуть к спасению Элис.

–Правильно ли я понимаю, что ты хочешь сказать, что нам нужно полностью поменятьтактику? – вежливо поинтересовался Крис. Парень выглядел напряженным из-затого, что его работу ставили под сомнение.

–Я хочу сказать, что Элис очень слаба, и если мы не выдвинемся в путь в самоеближайшее время, то просто опоздаем, – отозвалась Ванда. – Лисбет рассказаламне в общих чертах о ваших планах, и я не собираюсь вмешиваться в ход операциии обесценивать все, что ты сделал. Единственное, что мне нужно – это место ввашем отряде и несколько дней на подготовку.

–Ты так и не сказала, что узнала, обратившись к духам-хранителям, – напомнилаЛисбет.

–Как вы все знаете, на верхних этажах Черной Свечи находятся камеры, на стеныкоторых наложено заклятие, лишающее энергетиков возможности пользоваться своейсилой. Единственное, что там работает – это сила, основанная на сознаниичеловека. Думаю, мне не стоит объяснять, что драка в рукопашную станет нашимпоследним этюдом, если мы попадем туда, – девчонка села на свое место ипосмотрела на Захара. Парень с преувеличенным интересом ответил на ее взгляд. –Духи показали мне книгу, в которой была прописана цепочка заклятий, позволяющаяпередавать морок в несколько сознаний сразу. Именно по этой причине я хочупопытаться наслать морок на всех Темных, находящихся в Свече.

–И что нам это даст? – снова спросил Кристиан. – Ты хочешь подчинить себе ихсознание, чтобы позволить нам найти Элис и унести ноги?

–Нет, – покачала головой Ванда. – Такое сделать почти невозможно. Держать подконтролем сознание людей, не находящихся передо мной, я не смогу.

Девочказамолчала и, продолжая смотреть на Захара, сидящего напротив нее, мысленнопопросила его запустить в подсознании звуковую волну умеренной силы. Как толькопарень сделал это, Ванда направила звук, который слышали только они, в мыслисидящих вокруг людей.

–Все мы видели, какой сокрушительной силой обладают волны звука, подвластныеРенату и Захару. В тот вечер они выпустили свое энергетическое поле во внешнююсреду, но если перенаправить этот поток в мысли, мы обезопасим себя от еговоздействия, а вот для Темных это станет настоящей пыткой. Но для того, чтобыпровернуть это, мы должны собрать всех, кто работает в Свече, в одном месте.

Несколькоминут в кабинете царила полная тишина. Все люди, сидевшие за столом,погрузились в свои мысли, обдумывая предложение Ванды. Первым вырвался изоцепенения Крис. Он подошел к доске, взял кусок мела и принялся писать.

–Итак, через три дня мы выдвинемся в путь. Пройдя сквозь границу на рассвете, мыпостроим переход и таким образом окажемся в десяти километрах от Черной Свечи,– заговорил он, комментируя каждый пункт нового плана. – После этого Феликс иМари пролетят остаток пути и опустятся на крышу башни, откуда подадут сигналмне и Аиду. Как только мы вчетвером займем свои позиции, остальныеприсоединятся к нам.

–Когда все члены отряда соберутся, мы разделимся, – подхватила Ванда, вставая заего спиной. – Мы с Захаром останемся на крыше, потому что оттуда будет прощевсего контролировать энергетические потоки в здании. Остальные проберутся наверхний этаж и отправятся на поиски камеры, в которой держат Элис.

–Если что-то пойдет не так, я подниму мертвецов, и пока Темные будут сражаться сними, мы унесем ноги, – вставила Мари.

–Тот из нас, кто первым найдет Элис, будет обязан забрать ее и, несмотря ни начто, отправиться в общину, – подала голос и Лисбет, до этого внимательно наблюдавшаяза движением мела по поверхности доски.

Когдаобсуждение плана было окончено, Ванда первой вышла из кабинета. Месяцы,проведенные в общине шаманов, не прошли для нее даром, и она приобреланесколько важных способностей, главной из которых было умение тихо и незаметнопередвигаться. Этому Гросс научилась от своей наставницы, которая частенькозаставала ее врасплох. Найра Атохи объясняла, что именно это качество позволитей беспрепятственно узнавать обо всех мыслях людей задолго до того, как она войдетв комнату, и девочка приняла это на заметку. Однако в ту минуту Вандавоспользовалась своим умением, чтобы сбежать, и ей почти удалось это. Но кактолько она вышла на улицу, ее нагнал голос брата.

–Подожди, – окликнул ее парень, но та лишь прибавила ходу, отыскав глазамикрыльцо. – Эй, не делай вид, что не слышишь меня! – Феликс схватил сестру заруку, как только она взошла на первую ступень, и та протяжно скрипнула.

Вандане стала вырываться, но двигаться вперед не прекратила. Они вместе преодолеликоридор, затем оказались в гостиной, и только тогда она остановилась. Обведявзглядом комнату, девочка выдохнула – все находилось на своих местах. Казалось,что ее не было здесь каких-то несколько часов, а не полгода. Лишний раз онаубедилась в том, что время в реке текло иначе, по каким-то своим, особымзаконам, и пребывание в ней показалось Ванде короткой вспышкой.

Усевшисьна диван, она подтянула колени к груди, ощущая на себе внимательный взглядФеликса, но смотреть на него почему-то не решалась. Много раз она прокручивалав голове момент их встречи, разыгрывала по ролям диалоги в подсознании,представляла себе его голос и мимику, но, оказавшись рядом с ним, не моглазаставить себя сказать ему хоть слово.

–Слушай, я понимаю, что ты сейчас не в состоянии говорить, – начал парень,садясь на диван рядом с ней. – Я просто хочу знать, что с тобой все в порядке.

Онаснова промолчала, с преувеличенным интересом разглядывая узор на темномпокрывале. Девчонка коснулась мягкой поверхности пальцем, повторяя очертаниерисунка, и прикрыла глаза. Феликс продолжал следить за ней и ждал от нее хотябы чего-то – слов, слез, рассказов о том, как ей жилось в чужой общине, ноВанда молчала, и эта тишина между ними становилась гнетущей, почти болезненной,словно они были чужими.

–Если ты злишься на меня из-за того, что я за все эти месяцы ни разу не написалтебе или не попытался спасти, – начал он, и его слова вырвали ее из оцепенения.

–Я не нуждалась в спасении, – покачала головой девочка. – Лисбет отправила менятуда, потому что предводитель общины, в которой я находилась, такая же, как я.Она просто хотела, чтобы я научилась контролировать себя и ту силу, которойтеперь обладаю. Там мне не угрожала опасность, напротив, ко мне там относилисьсо всем радушием.

–Почему ты не ответила на письмо Мари? – спросил брат. – Она рассказала мне отом, что пыталась связаться с тобой. Ты ведь получила ее письмо.

–Да, но… – она осеклась, подбирая слова, а потом, покачав головой, выпалила: – Яподумала, что это ты попросил ее написать мне, и не стала отвечать. Мнепоказалось, что, получив ответ, ты попытаешься меня выкрасть или что-то в этомдухе.

–Признаться, я и правда думал об этом, – на губах парня появилась улыбка, аглаза блеснули огнем. – Мари сказала мне о том, что отправила тебе блуждающееписьмо, и я хотел нырнуть в портал, решив, что таким образом смогу добраться дотого места, в котором ты находилась.

–Лисбет бы придушила тебя за это, – хмыкнула Ванда и наконец повернула голову,чтобы посмотреть на него. – Мне жаль, что я пропустила твой день рождения, –она запустила руку в карман и вытащила оттуда небольшой черный камень ипротянула ему. – Это черный кварц, или, как его еще называют, морион. Говорят,что он приносит удачу и успокоение для скорпионов, – девчонка вложила камень вруку брата и улыбнулась. – Думаю, что он подойдет к твоей патрульной форме.

–Лисбет рассказала тебе, да? – Феликс снова улыбнулся, глядя на свою ладонь, апосле, сжав подарок в руке, обнял сестру. – Я рад, что ты вернулась.

Ихидиллию нарушил стук в дверь. По коридору раздалась торопливая поступь, и ужечерез секунду в гостиную вбежала Мари.

—Я хочу знать обо всем, что с тобой случилось, — потребовала она после еще однихобъятий, не менее крепких, чем те, которыми девушка одарила ее при встрече вштабе, и уселась на диван.

Бессоннаяночь, проведенная за разговорами, дала о себе знать, когда за час до сигналаподъема Крис выстроил в ряд бойцов своего отряда. Ванда и Мари отчаянно зевали,за что заслужили тяжелый взгляд Стивенсона, а Феликс и вовсе получил отнаставника крепкий подзатыльник, когда пропустил очередную атаку Захара.

—Ты с такими темпами отобьешь мне голову, — посетовал парень и, скривившись,потер пострадавший затылок.

—Лучше это сделаю я, потому что если ты облажаешься подобным образом во времяоперации, то отправишься из Черной Свечи прямиком в Озеро Забвения, — отозвалсяКристиан. — У Темных нет запрета на убийство. Их устав не подразумеваетмилосердия, в отличие от нашего.

—У них вообще нет устава, — вставила Лисбет, заходя на спортивную площадку и находу разминая руки. — Великий Темный не оставляет в живых никого, и те варвары,что находятся под его предводительством, исполняют этот приказ с особойжестокостью.

—А как же узники Свечи? — задал вопрос Феликс, опускаясь на землю.

—В Черной Свече не так уж и много заключенных. Туда попадают только энергетики,обладающие способностями, которые интересуют их владыку. За многими из них онследит почти с самого рождения, — отозвалась Вебер, продолжая выполнять нехитрыеупражнения.

—За нами он тоже следил? — рядом появилась Ванда, которая до этого увлеченноотражала атаки Мари.

Отдевчонки не укрылось, как Лисбет нервно переступила с ноги на ногу, словнопытаясь выиграть время на обдумывание ответа.

—Да, он следил за вами, точно так же, как и я, — наконец ответила женщина. — Втот день, когда ты родилась, в туманной области загорелся огонек. Мой муж сразуобратил на него внимание, а потом у меня случилось первое видение.

—Видение? — в разговор снова встрял Феликс.

—Иногда у меня случаются вспышки. Я вижу кадры будущего, короткие предсказаниятого, что касается непосредственно судьбы общины и меня самой.

—Меня ты тоже видела? — не унимался парень.

—О том, что ты тоже энергетик, я узнала всего за пару месяцев до того, как мызабрали вас обоих в общину.

—Что ты видела? — спросила Ванда, глядя предводителю в упор.

—О будущем нельзя рассказывать, иначе человек начнет следовать этим видениям иразучится принимать решения сам, — Вебер упрямо покачала головой и отвернулась,давая понять, что разговор окончен. Ощущая на себе пристальный взгляд, женщинатяжело вздохнула и бросила последнюю фразу, прежде чем оторваться от земли. —Ты нужна нашей общине. Я сама не до конца понимаю зачем, но точно уверена втом, что ты должна находиться здесь. Именно по этой причине я отдала так многосил на то, чтобы уговорить Великого Светлого распределить вас во ВторуюСеверную, и потратила столько времени на твое обучение.

Левитацияунесла тело предводителя, скрывая ее силуэт между соснами, а Ванда все смотрелаей вслед, раздумывая над ее словами.

—А если бы Великий Светлый не позволил нам находиться здесь? — спросила она,обращаясь к пустоте.

—В таком случае вы с братом попали бы в Распределительную общину, — ответилКрис, а после подтолкнул ее, заставляя выйти из оцепенения.

Спустяполчаса тренировка все-таки была направлена в продуктивное русло. Несмотря наветреную погоду, взмокшие бойцы отряда сбросили куртки. Мимо площадки то и делопроходили поселенцы, некоторые из них, особенно любопытные, замирали, словнозавороженные, наблюдая за происходящим.

Ренат,оставшись без напарника, завис над землей и, прокрутившись вокруг своей оси,замер, занося руку, полную синего тумана. Общину накрыл мелодичный звук, иВанда, бросив на него короткий, лукавый взгляд, подхватила звуковую волну,посылая ее в сознание членов общины. Оглядев товарищей по отряду, которые,непроизвольно поддаваясь мелодии, задвигались быстрее, она улыбнулась.

Девчонказаметила, как совсем рядом с ней взметнулись каштановые волосы Лисбет, ибросилась за ней. Предводитель, не придав значения ее действиям, понесласьдальше, набирая плотный, черный шар в ладонях. Недолго думая, Гросс совершилаеще один рывок и схватила женщину за ногу. Вебер одарила ее красноречивымвзглядом, а после захохотала, отпихивая ее. Перекатывая сгусток энергии вруках, она погрозила разыгравшейся подопечной, но та вдруг запустила в нееярким сгустком, тараня ту в плечо. Лисбет громко выругалась и, приняв правилаигры, атаковала в ответ. Ванда ловко увернулась и показала ей язык, отлетая всторону и снова набрала энергию. Остальные члены отряда замерли, с интересомнаблюдая за развернувшейся сценой.

Лисбетбыла одним из самых опытных и сильных бойцов во Второй Северной, и, обладаявысшим энергетическим потоком, давно забыла о том, что такое поражение.Справится с ней было под силу далеко не каждому. Во время атак Темных, могучаяпредводитель редко получала травмы, а потому почти никогда не попадала в рядыпострадавших.

Борьбапродолжалась. Ванда, изрядно окрепшая и скинувшая вес, выполняла боевыеэлементы легко и непринужденно. Закрутив большую спираль, блеснувшую ярко-алым,она запустила ее в Лисбет, и та, не успев увернуться, получила удар в грудь, апосле призрачные энергетические нити обвили ее щиколотки и с страшной силойпотянули Вебер вниз. Женщина издала визг и, понимая, что теряет контроль надлевитацией, сгруппировалась, камнем падая на землю. Падение вышло красивым, иона, прокрутившись несколько раз в полете, спикировала на поле. Под бурныеовации Ванда опустилась рядом с ней и протянула женщине руку.

—Должна признаться, что меня давно так не изматывали, — хмыкнула Вебер, хватаясьза протянутую ладонь. — Если продолжишь в том же духе, твой поток вскоресовершит скачок.

—Найра говорила мне об этом, но пока что я не чувствую, что близка к этому.Кроме того, скачки энергии происходят в момент потрясений. Не думаю, что мне вближайшее время представится возможность пережить эмоции сильнее тех, что яиспытала в тот день, — отозвалась девчонка, вспоминая гибель своих родителей.

—Эмоции не обязательно должны быть отрицательными, — возразила предводитель и,присев, принялась затягивать шнурки на своих берцах. — Твой поток можетрасшевелить сильное чувство эйфории.

—У тебя ведь не сразу был черный поток? Как случился твой последний скачок?

Лисбетзамерла, вспоминая те чувства, которые прошили ее тело в момент, когда ееэнергетический уровень приобрел такой желанный черный цвет. Поджав губы, онакивнула Крису, давая понять, что тренировку пора заканчивать, и направилась вштаб, поманив Ванду за собой.

Добравшисьдо своего кабинета, женщина села за стол и прикоснулась к рамке, лежавшей настоле стеклом вниз. Несколько секунд она задумчиво обводила пальцем контурдеревянной поверхности, краем глаза наблюдая за тем, как Ванда устраивается вкресле.

–Это случилось в тот день, когда умер мой муж, – голос предводителя, полныйневысказанной горечи, разорвал тишину, и девчонка ощутила приливнеконтролируемой боли. Лисбет редко позволяла себе говорить о том, чтопережила, и, пожалуй, эту историю знали лишь ее сестры и несколько особенноблизких членов общины. – Я не знала, что он пообещал Эстрид в обмен на моюжизнь, – Вебер наклонилась, запуская пальцы в волосы. Среди каштановых прядейпоказались несколько седых. Она глянула на них и поджала губы, пытаясь подавитьрвущийся наружу судорожный вздох. – С момента моего возвращения из ОзераЗабвения прошло два месяца. Утром я открыла глаза и сразу ощутила, что что-тоне так. Ричард лежал рядом, холодный как камень. Когда я поняла, что он мертв,в полной мере осознала, что значит поседеть от страха, – она дернула одну изседых прядей. – Умерших энергетиков отправляют в последний путь через озеро. Япросидела на краю чертовой лужи почти неделю, лила слезы, кричала, проклиналаЭстрид, общину, проклинала все, что могла проклясть. Эта жаба вынырнула наседьмой день с такой надменной рожей, что я, не думая о последствиях,попыталась наброситься на нее. Великий Светлый тогда впервые за многиедесятилетия покинул пределы Ковчега, и, если бы не он, по моей глупости могланачаться война. Стоит ли объяснять, что воевать против тех, кто уже мертв, также бесполезно, как пытаться поменять полюса на планете?

–Он наказал тебя? – спросила Ванда.

–Нет, – Лисбет горько усмехнулась. – Он велел мне вернуться в общину и принятьсяза свои обязанности. Я была заместителем Ричарда и должна была встать на егоместо, но предводителями пограничных общин никогда не становились женщины. Тримесяца я пыталась угомонить поселенцев, которые бунтовали, осаждая штаб.Сначала я хотела отступить, но потом поняла, что отдать то, чему мой мужпосвятил всю свою сознательную жизнь, кому-то другому просто не могу. Яотвоевала эту должность, и Вторая Северная превратилась из самого слабого звенав пограничном кольце в самое сильное. Моя Элис разработала новое поле, котороебыло намного крепче предыдущего, и за четыре месяца мы сумели укрепить границунастолько, что Темные потратили почти два года на то, чтобы разгадать егосекрет.

–Как думаешь, это Роберт помог им? – Гросс скривилась, произнося имя своеговрага.

–Теперь я уверена в этом. Только не могу понять, почему он так долго ждал.Эльстад всегда был рядом с Элис, и она делилась с ним всеми своими идеями, –взгляд Лисбет все еще был каким-то рассеянным и пустым. Женщина продолжаласжимать пальцами свои волосы. – Я не знаю, в чем виню себя больше – в том, чтоуговорила Ричарда принять Роберта в общину, когда нашла его в лесу, или за то,что доверила ему свою сестру.

–Не знаю, имею ли я право говорить подобное, но винить человека за доверчивость– глупо. Ты не могла знать, чем все это обернется.

–Я вижу будущее, но почему-то чертовы видения отказались предупреждать менянасчет него, – Вебер закрыла глаза, сдерживая слезы. – Если Элис не выживет, яникогда не прощу себя. Она находится в руках Темных так много месяцев, а яничего не смогла сделать, чтобы спасти ее.

–Через два дня все закончится. Мы с Захаром поняли друг друга. То, что я хочусделать, точно поможет. Главное, чтобы Элис продержалась до нашего прихода.

–Этель говорит, что она жива. Они близнецы, и сестра чувствует связь.

–Я тоже чувствую это. Она все еще зовет меня во снах.

Вандавышла из штаба, когда на улице смеркалось. Вдохнув полной грудью, она повернулаголову и увидела Джеймса. Мужчина приветливо махнул рукой и направился всторону своего дома. Губы девочки растянулись в улыбке. Врач был одним из тех,по кому она скучала больше всего, пока находилась в другой общине.

Заслышавзвуки музыки из актового зала, она поплелась в сторону постройки и, оказавшисьв коморке, увидела целую группу людей. Замерев на ступеньках лестницы, онаобвела всех взглядом и задержалась на Якобе, увлеченно игравшем на барабанах.Ее брат сидел на полу и перебирал струны на старой, потертой гитаре, и, заметивсестру, широко улыбнулся. На последней ступеньке сидела Мари, и Ванда тут жеощутила странную, незнакомую эмоцию.

Девушкасмотрела на Феликса во все глаза, как завороженная. Ванда спрятала улыбку, нежелая смущать подругу, и продолжила разглядывать остальных – двоих парней,которые перешептывались о чем-то, но, заметив гостью, замолчали.

Черезнесколько секунд, ощутив всеобщую настороженность, Якоб перестал играть и,повернув голову, сначала округлил глаза, а потом тихо присвистнул – он знал,что Ванда вернулась в общину, но еще не успел увидеться с ней. Гросспоказалось, что парень еще больше прибавил в росте и раздался в плечах, норазглядеть его как следует она не успела, потому что тот одним рывком поднялся,преодолел ступеньки и заключил ее в объятия, прокрутив на месте.

–Я уж думал, что Лисбет тебя никогда не вернет, – пробормотал он, сжимая ееслишком сильно. Парень отстранился, и на его лице расцвела улыбка. – Эй, а гдетвои щеки?

–Утонули в реке, – отозвалась она, глядя на друга.

Когдавсе расселись по своим местам, Ванда бросила еще один взгляд на парней, которыхне знала. Феликс заметил это и, повернув голову, представил сначала Мартина,затем Яниса, не забыв скривить лицо, когда говорил о последнем.

Отего сестры это не укрылось, и она подавила еще одну улыбку – это было такпохоже на ее брата. Не нужно было читать его мысли, для того чтобы разгадатьэмоции парня, ведь все и так было написано на его лице. Сам он тем временем селза рояль и, открыв крышку, глянул на Ванду, сверкнув зеленью глаз. Сердцесжалось, и ноги сами понесли ее к нему. Она встала за спиной Феликса и положиларуки на его плечи, как часто делала мать. Мальчишка состроил самоеодухотворенное лицо, картинно размял пальцы и, помедлив секунду, заиграл.

Вандапрыснула со смеху, узнавая мотив глупой детской песенки про ежика, и запела,намеренно делая голос писклявым. Коморка вмиг наполнилась раскатом смеха. Якобсложился пополам и несколько раз постучал по поверхности рояля.

–Эй, верзила, аккуратнее, – сквозь смех проговорил Феликс. – Прояви хоть немногоуважения к возрасту.

–Да ты старше всего-то на три месяца, – фыркнул парень.

–Идиот, я говорю не про себя, а про инструмент.

–Этот инструмент переживет нас всех.

–Он точно переживет вас, если вы сейчас же не отправитесь по домам, – раздалсяголос Лисбет за их спинами, и все тут же окаменели, прекращая свое веселье. –Быстро спать! Устроили тут кружок по интересам! Считаю до двух!

Приказподействовал безотказно, и уже меньше чем через минуту всех ребят как ветромсдуло. Выбежав на улицу, они снова разразились хохотом и, быстро попрощавшисьдруг с другом, направились в сторону своих домов.

Вандапочти успела ступить на крыльцо своего дома, когда ощутила, как кто-то сжал еесо спины. Спустя мгновение ее окатило волной чужой эйфории и неловкости. Глянувчерез плечо, она встретилась взглядом с темно-карими глазами Якоба, и самасмутилась. Парень усмехнулся, краснея щеками, и, резко сдавив ее в объятиях,уткнулся лицом в волосы девчонки.

–Я рад, что ты снова с нами, – быстро прошептал он и исчез так же неожиданно,как и появился, оставив Ванду стоять на крыльце с пылающим лицом.