Истинная одержимость альфы. Во власти зверя

Глава 6

Все время, пока мы ехали в машине, альфа не выпускал меня из рук. Я даже пошевелиться не могла от страха и жутчайшего стыда. Хоть двое других оборотней и делали вид, что ничего не видят, несколько раз я замечала ухмылки на их лицах и готова была провалиться под землю.

Альфе на этих свидетелей, судя по всему, было наплевать. Радовало хотя бы то, что он не стал раздевать меня в машине, но от того, как нагло он меня трогал, у меня пылали щеки.

Он ни на секунду не переставал водить горячими руками по моему телу, кусать и облизывать шею и упираться мне в бедра напряженным членом. Его руки хозяйничали под моей футболкой, и если сначала он просто гладил меня по животу, то вскоре его пальцы проникли под лиф.

Я пискнула и попыталась остановить его, но он раздраженно смахнул мою руку. Задышал еще чаще, схватил пальцами мой сосок и легонько сжал. И несмотря на то, что я горела от стыда, мое тело отозвалось на эту грубую ласку внезапной волнительной дрожью. Я почувствовала, как низ живота свело судорогой, и застыла. Эти ощущения были для меня новыми, но даже я понимала, что не должна испытывать ничего подобного в объятиях монстра, который похитил меня и собирался изнасиловать.

– Черт… – Его низкий хриплый голос пробирал до мурашек. – Долго еще до гостиницы?

– Подъезжаем, – ответил Блейз.

Альфа подхватил меня и слегка приподнял, сажая повыше, при этом так сильно сжав мои бедра, что я вскрикнула, а он снова выругался у меня над ухом.

– Приготовься, – прошептал он, опаляя горячим дыханием мою щеку. – Я буду трахать тебя до утра.

Я выдохнула в ужасе и повернулась к окну. Сердце в груди забилось чаще, и отчаянно захотелось убежать. Вот только бежать было некуда. И бежать было бессмысленно…

Вскоре мы действительно подъехали к трехзвездочной придорожной гостинице, и Блейз заглушил мотор. Я в страхе сжалась, но у меня не было времени ни о чем подумать. Альфа открыл дверь и буквально выдернул меня из салона, а потом потащил, держа под плечом, как какую-то вещь.

К счастью, перед входом в гостиницу он все же поставил меня на ноги. Но все равно схватил за запястье, ясно обозначая, что не даст мне уйти.

Мы подошли к стойке регистрации, и я с надеждой подумала, что вряд ли меня заселят, ведь у меня не было с собой документов. Эта мысль вызвала облегчение.

– Два номера, – зарычал альфа. – Один с двумя раздельными кроватями, другой с одной.

Я напряглась, а сотрудник кивнул.

– Ваши документы, пожалуйста.

Альфа наклонился чуть ближе к стойке и очень властным тоном произнес:

– Мы уже показывали документы.

Я удивленно обернулась на него. Вновь заметила звериный блеск в его глазах. Сотрудник расплылся в какой-то забвенной улыбке и снова кивнул.

– Конечно, уже показывали. Оплата картой или наличными?

Альфа вытащил из кармана несколько стодолларовых купюр и бросил их на стойку. Сотрудник даже ключи отдать ему не успел – альфа сам вырвал их у него из рук, а потом вновь взвалил меня на плечо и понес к лестнице наверх.

– Можно я сама дойду? – попросила я, краснея под удивленным взглядом сотрудника гостиницы.

Альфа не ответил, только сильнее сжал меня одной рукой и поудобнее закинул на плечо. Когда мы проходили мимо зеркала, я вздрогнула, увидев, какое у него было лицо в тот момент. Плотно сжатые губы, напряженные пальцы, вцепившиеся мне в бедро, и безумный огонь в глазах.

Он дошел до нужной двери и долго чертыхался, потому что никак не мог попасть ключом в замок. А все потому, что на замок даже не смотрел, продолжая как одержимый сжимать мои бедра и ягодицы.

Наконец он рыкнул и нетерпеливо дернул дверь. Да так сильно, что там что-то сломалось, и она открылась.

Я испуганно выдохнула, а альфа сразу же занес меня внутрь и поставил на пол. Без замка дверь уже не держалась, и он закрыл ее на цепочку. А потом застыл, тяжело дыша.

Его плечи вздымались, и напряжение чувствовалось в каждом мускуле его тела.

Его очень громадного, хищного, опасного тела…

Я попятилась назад и ударилась о журнальный столик.

Альфа медленно повернулся ко мне и обвел голодным взглядом.

А потом без лишних слов потянулся к своей ширинке и расстегнул штаны.

Глава 7

Я так сильно вжалась в край журнального столика, что на бедрах, наверное, останутся синяки.

– Раздевайся, – приказал альфа. – Покажи мне себя. Хочу увидеть, на что у меня стоит уже несколько часов.

О боже… У меня потемнело перед глазами, но ослушаться я не осмелилась. Очень медленно потянулась к своей футболке и застыла в нерешительности. Не могла заставить себя взять и раздеться перед ним. Никто еще никогда не видел меня голой. Это было страшно и стыдно. Я почувствовала, как горят щеки. Зацепилась пальцами за края футболки, но больше не смогла пошевелиться.

Он сделал несколько шагов вперед и остановился в метре от меня.

– Я сказал тебе раздеться, – зарычал он. – Учти, я не люблю, когда мои приказы игнорируют. И если ты не разденешься сама, я разорву эти тряпки к чертовой матери.

Он притянул меня к себе, впечатывая в свою мощную грудь. Его глаза вспыхнули еще ярче. Он наклонился и прошипел мне прямо в губы:

– А раз сменной одежды у тебя нет, значит, завтра поедешь голая.

– Не надо…

– Тогда раздевайся.

Он отпустил меня, и я, стараясь не смотреть на него, дрожащими руками стянула с себя футболку, оставаясь в одном лифчике. Отвернулась к стене, чтобы не видеть его взгляда, но все равно заметила, как он изменился в лице.

– Снимай все, – хрипло сказал он.

Я прикусила губу, собираясь с духом. Лифчик снимать была еще не готова, поэтому расстегнула джинсы и спустила их с себя. Теперь я стояла в одном белье и так сильно дрожала, что перед глазами все скакало.

Господи, это в самом деле происходит со мной… Этот монстр, этот зверь в человеческом теле сейчас лишит меня девственности…

Он подошел и обхватил горячими ладонями мою талию. Его прикосновение обожгло, и я перестала дышать.

– Посмотри на меня, – приказал он.

Я медленно повернулась и встретилась с его пылающим взглядом. Он наклонился к моему уху:

– Я приказал тебе снять все.

– Я не могу…

– Тогда я сделаю это сам.

Я отчаянно замотала головой, но он этого даже не заметил. Одним движением сорвал с меня лифчик. Я вскрикнула и сразу же прикрыла грудь руками. Он оскалился.

– Убери руки.

Я замотала головой. Альфа нетерпеливо зарычал и схватил меня за запястья, с силой уводя их. Приклеился взглядом к моей груди, несколько секунд ничего не говорил, а потом шумно выдохнул. Заметив медальон на моей шее, он нахмурился:

– Это что? Снимай.

Я сжала его в ладонях и взмолилась.

– Альфа… Пожалуйста… Пусть останется.

– Называй меня Нейт.

Я сглотнула.

– Нейт… Пожалуйста… Мож…

– Слишком много слов.

Он не дал мне договорить. Взялся за края моих трусов и резко потянул их вниз так, что они упали к моим ногам. Я сразу же свела ноги, а он подхватил меня и буквально швырнул на кровать. И глядя на то, как он надвигался на меня, одновременно снимая с себя футболку, я вся сжалась от страха.

Он огромен.

Огромен…

Каждый мускул будто высечен из камня.

Он меня попросту раздавит… Раздавит и даже не заметит…

Я в страхе отползла к изголовью кровати, а он обвел мое голое тело до ужаса голодным взглядом.

– Что я тебе говорил, Лина? – Он наклонился надо мной и хищно оскалился. – От зверя не убегают.

И, схватив мою ногу, он резко притянул меня к себе.

Глава 8

Он очень быстрым движением снял с себя штаны, и я сразу же отвернулась. Боялась смотреть на него, потому что того, что я увидела краем глаза, хватило, чтобы понять – он был огромен во всех местах. И либо он в меня попросту не поместится, либо, что вероятнее, разорвет.

Кажется, сегодня ночью я умру…

Он схватил меня за бедра и раздвинул их, а я вся сжалась. Нейт выругался.

– Ты не трахалась еще ни с кем? Почему такая напряженная?

Я промолчала, но он и так все понял. Очень грязно выругался и навис надо мной.

– У меня нет терпения сейчас с тобой возиться… Ты так завела меня, что член вот-вот лопнет. Расслабься, чтобы я мог войти в тебя.

Я сглотнула и кивнула. Попыталась сделать, как он сказал. Попыталась расслабиться. Но как только головка его члена уперлась мне в промежность, я вздрогнула и вся сжалась.

– Проклятье!

Нейт зарычал, посмотрел на меня таким бешеным взглядом, что я еще сильнее напряглась, а потом резко придвинул меня за ноги к себе, опустился ниже и облизнул меня там.

От неожиданности я вскрикнула и выгнулась. Попыталась отстраниться, но он держал мертвой хваткой. Что-то пробормотал и, кажется, застонал, а потом скользнул языком прямо в меня.

Он с жадностью облизывал меня, творя что-то невероятное своими губами и языком. Ощущения были такими сильными, что я всячески извивалась и готова была молить его прекратить. Меня пугало то, как мое тело на него реагировало. Я вся дрожала, но на этот раз не из-за страха. Мои соски затвердели, дыхание участилось, и я почувствовала, что увлажняюсь.

Нейт застонал и слизнул мою влагу, заставив меня покраснеть еще сильнее.

А потом он резко отстранился и с ходу вошел в меня. Да так, что из глаз полетели искры. Я чуть не задохнулась от неожиданности. Промежность пронзило острой болью, и я закричала.

Нейт с силой сжал мои бедра и стиснул зубы. Он не двигался. Просто смотрел на меня совершенно обезумевшим диким взглядом, а я медленно снова начала дышать. Постепенно привыкла к ощущениям. Боль немного ослабла.

Господи, неужели он в самом деле в меня поместился?

Нейт очень медленно вышел из меня, а потом еще раз толкнулся и зарычал. До боли стиснул мои бедра и прижал к себе вплотную. Все его тело содрогалось. Он издал что-то между протяжным стоном и рыком, а потом застыл, тяжело дыша.

– Охренеть… – пробормотал он, накрывая руками мою грудь. – Охренеть…

Я не шевелилась. Вернее, даже боялась пошевелиться, потому что он все еще был во мне. И для того, кто, судя по всему, только что кончил, он был все еще слишком возбужден. Ощущение наполненности никуда не пропало. А когда он сжал пальцами мой сосок и, шумно выдохнув, накрыл его губами, его член во мне затвердел только сильнее.

Нейт жадно целовал и слегка покусывал мою грудь, а я сжала губы, потому что чувствовала, как меня снова охватывает возбуждение. Так стыдно мне еще никогда не было, но я не смогла с собой бороться. Застонала и вновь почувствовала, как его член дернулся во мне. Нейт поднял на меня горящий взгляд, а потом схватил за лицо, приблизил к себе и накрыл мои губы своими.

– Открой рот, – прошептал он мне в сжатые губы.

И лишь только я это сделала, как он проник туда языком. Ладонью накрыл мой затылок, вдавливая в себя и не давая отодвинуться даже на миллиметр. С жадностью сминал мои губы, облизывал и хозяйничал у меня во рту, отчего я окончательно потеряла голову.

Господи, почему я все это чувствую? Почему вкус его поцелуя мне кажется таким приятным? Я сошла с ума…

Нейт снова задвигался во мне. Я вздрогнула, а он рыкнул и сильнее сжал меня. Внутри все горело и немного болело, но у меня не было возможности пожаловаться. Он не отрывался от моих губ.

А когда он прервал поцелуй и толкнул меня на кровать, наваливаясь сверху, я по одному его взгляду поняла – жаловаться бесполезно.

Он уже не остановится…

Глава 9

Когда он сказал, что я должна стать его на одну ночь, я не думала, что это будет вся ночь. Наивная, я думала, что достаточно будет переспать с ним один или два раза.

Нет…

За всю ночь он не позволил мне даже на шаг отойти от себя. Он брал меня снова и снова, пока мое тело не онемело. Боли я уже не чувствовала, но и возбуждения тоже. Несколько раз я ощущала что-то очень приятное, но каждый раз пугалась и сильно напрягалась. Так сильно, что все внутри сжималось, и он с трудом проталкивался в меня. И даже это его не останавливало…

Нейт ни на что не обращал внимания и продолжал меня мучить. Я уже охрипла от криков и стонов. Под утро я даже пошевелиться не могла. Чувствовала только усталость и очень хотела спать, но спать он мне не давал.

Как одержимый он продолжал менять позы, продолжал двигаться во мне. Он так много целовал и кусал мою кожу, особенно возле шеи и груди, а еще между бедер – что она покрылась маленькими синяками. Когда Нейт наконец вышел из меня, я выдохнула с облегчением. Но оказалось, что радоваться рано.

Он заставил меня взять его член в рот. Обезумел еще сильнее, когда головка его члена коснулась моих губ. Мне пришлось открыть рот и впустить его. Я видела, как его глаза одновременно темнели и загорались хищным пламенем. Глядя прямо на меня, он еле слышно выругался, а потом схватил меня за голову и не оставил мне никакого выбора.

А наигравшись, снова повалил меня на кровать и пристроился сзади.

Это продолжалось всю ночь напролет. Сначала я боялась и стыдилась, а потом мне стало все равно. За эту ночь не было ни одного участка моего тела, который он бы не потрогал или не облизал. Я уже не стеснялась, понимая, что все это бесполезно.

Он все равно будет творить со мной все, что ему вздумается. И меня заставит делать все, что захочет. Поэтому я послушно выполняла все его приказы. Чувствовала себя куклой в его руках. И даже плакать не могла. Мне стало все равно…

Я хотела только, чтобы эта ночь поскорее закончилась. Тогда наступит утро, и я наконец смогу отдохнуть. Он получил свое, и я надеялась, что он оставит меня в покое. Я расплатилась с ним за жизнь отца, а больше я ему ничего не должна.

Не помню, как уснула. Кажется, просто вырубилась, пока он вертел мое тело, как хотел. А когда проснулась и увидела солнечный свет за окном, облегченно выдохнула.

– Ночь прошла, – сказала я.

И тут же вздрогнула, чувствуя, как воздух в комнате стал в несколько раз тяжелее. Перевела испуганный взгляд на Нейта.

Он стоял в одних джинсах возле кровати и прожигал меня все тем же страшным взглядом. Выглядел так свирепо, что я инстинктивно отползла подальше. На теле у него выступили вены, а кулаки были сжаты…

– Одевайся, – процедил он.

Меня не нужно было упрашивать. Я встала, взяла с пола свою одежду и принялась одеваться под его мрачным и очень злым взглядом. Я не могла понять, почему он выглядел таким недовольным. Он же получил, что хотел? Почему тогда он был в бешенстве?

Спрашивать я побоялась. Я даже смотреть на него боялась, если честно. Оделась и, глядя в пол, сказала:

– Я готова.

– Пошли.

Он натянул футболку и первый направился к двери. Я последовала за ним, но, сделав несколько шагов, ойкнула и поморщилась.

У меня все болело. Промежность ныла так, что каждый шаг давался с трудом… Я стиснула зубы и еле-еле дошла до двери. Нейт схватил меня за руку и развернул к себе.

На одно мгновение в его взгляде промелькнула растерянность и даже, как будто, сожаление. Но потом он вновь нахмурился. Молча взвалил меня на плечо и понес по коридору отеля.

Глава 10

Двое других оборотней ждали нас на первом этаже.

– Заедем поесть или сразу в стаю твоего отца? – спросил Блейз.

Я почувствовала, как рука Нейта на мне напряглась еще сильнее.

– Поесть, – сказал он.

Мы вышли из отеля и сели в машину. Вернее, Нейт попросту швырнул меня на заднее сиденье и устроился рядом. Хоть это было грубовато, жаловаться я и не думала. По крайней мере, на этот раз он не стал сажать меня на себя – уже хорошо.

Я отодвинулась как можно дальше от него и немного поерзала, потому что сидеть тоже было неприятно. Отвернулась к окну и просидела так всю дорогу до забегаловки, все еще чувствуя на себе мрачный взгляд Нейта.

Мы остановились у крупной сетевой пиццерии. Нейт без лишних слов подхватил меня на руки и снова потащил на плече, не обращая внимания на странные взгляды прохожих. Мне было так неловко и стыдно, что я все-таки собралась с духом и заговорила с ним:

– Я могу сама дойти.

Он тихо зарычал.

– Видел я, как ты ходишь.

– Это все равно будет выглядеть менее странно, чем сейчас. На нас все смотрят!

– Мне плевать, кто и куда смотрит.

Я вздохнула и только спрятала лицо ладонями, потому что уже не знала, куда деваться от стыда. И все равно видела, как вытянулись лица у сотрудников пиццерии, когда Нейт внес меня туда на плече, как какой-то мешок с картошкой. Хорошо еще, что он выбрал самый дальний столик за углом. Опустил меня на диванчик и сел рядом.

Хоть диван и был рассчитан на двоих, но Нейт был настолько огромным, что сидели мы очень тесно друг к другу. Я изо всех сил вжималась в стену, чтобы не соприкасаться с ним кожей, но это почти не помогало. И почему-то при каждом моем движении выражение его лица становилось все более мрачным.

Они заказали целую гору еды. Десять разных видов пиццы и еще столько же порций жареного на углях мяса. Я так и застыла с открытым ртом, глядя, как двое сообщников Нейта невозмутимо все это уплетали.

А сам он к еде не притрагивался и только смотрел на меня пылающим взбешенным взглядом. И от этого взгляда у меня пропал аппетит. Я старательно отворачивалась и делала вид, что мне очень интересно смотреть на разрисованную рекламными постерами стену.

Со вчерашнего дня я ничего не ела, даже не ужинала. Но есть под таким пытливым взглядом было просто нереально. Мне бы кусок в горло не полез.

Блейз дожевал мясо и достал из кармана солнечные очки.

– Палишься, – сказал он, протягивая их Нейту. – Что с тобой такое? Вроде не полнолуние.

Нейт раздраженно взял очки и нацепил их, но ничего не ответил. Сидел как молчаливая, дышащая злобой скала. Но, по крайней мере, под темными стеклами я не видела его глаз, и стало немного легче. Уже не было ощущения, что он следил за каждым моим движением, хоть я и понимала, что, скорее всего, именно это он и делал. Знать бы еще зачем?

Хотя нет. Ничего я не хотела знать. Главное, что эта жуткая ночь закончилась и, если я все правильно поняла, они отвезут меня к маме. До сих пор в голове не укладывалось, что она жива. Я наконец-то увижу ее, но что еще важнее – я больше никогда не увижу Нейта.

При этой мысли я немного успокоилась. Несмело потянулась за куском пиццы и смогла хоть немного поесть.

А доев, осторожно спросила у Нейта:

– Ты сказал, что хочешь обменять меня на твою мать.

Он еще больше помрачнел и недовольно процедил.

– И?

– Я не совсем понимаю, как я с ней связана…

Нейт сжал кулаки. Двое его сообщников перестали жевать и заметно напряглись. А я занервничала.

Кажется, я рано расслабилась… Неужели я спросила что-то не то?

Потому что выглядел он очень злым.

Очень-очень злым…

Глава 11

Я и не думала, что Нейт мог разозлиться еще сильнее. От него и так исходила волна бешенства с самого утра. Куда уж больше? Но мой вопрос ему явно не понравился.

Я уже не ожидала, что он будет мне что-то объяснять, но Нейт все-таки ответил.

– Очень просто, – процедил он. – Когда мой отец нашел свою обожаемую истинную, моя мать, которая прожила с ним двадцать лет, стала ему не нужна. Мозолила глаза его новой любимой женушке. И он не придумал ничего лучше, как запереть ее в чертовой клетке, а меня прогнать из стаи.

Я приоткрыла рот, не зная, что сказать на это. Долго молчала, а потом робко спросила:

– В смысле в клетке? В тюрьме, что ли? Она сделала что-то плохое?

Нейт зарычал.

– Влюбилась в альфу стаи, понимая, что однажды он найдет свою пару. Да еще и как-то умудрилась от него родить. Вот, что она сделала плохого.

Даже сквозь очки я все равно чувствовала, какой лютой ненавистью горел его взгляд. Сглотнула и еле слышно спросила:

– А при чем здесь я?

– Я отдам отцу тебя, взамен на нее. Ты – дочь его пары. Если твоя мать тебя хоть немного любит, она накапает ему на мозги, и он согласится на обмен.

– И это все? Ты просто вернешь меня матери?

Он сжал губы, а потом резко встал.

– Доедайте и поехали уже.

Не дожидаясь, он вышел из пиццерии, а я выдохнула с облегчением. Без его давящей энергетики стало легче дышать.

– Не советую говорить с ним на эту тему, – сказал Блейз. – Удивительно еще, что он вообще тебе ответил, а не прибил на месте. Но лучше его не провоцируй.

Я кивнула и подалась немного вперед:

– Он говорит правду? Моя мама замужем за его отцом? И из-за этого его мать посадили в клетку?

– Типа того. Не знаю подробностей, но то, что мать Нейта держат под замком – правда. Это случилось три года назад. Нейт был просто в бешенстве: бросил вызов отцу, но тот так и не пришел на поединок. Выставил его из стаи – и все. А мы и еще несколько парней пошли за ним и выбрали его своим Альфой. Нейт еще тогда искал тебя, чтобы обменять на нее, но твой отец каким-то образом узнал обо всем и сбежал вместе с тобой.

– Угу, – кивнул Энди, отправляя в рот еще один кусок пиццы. – И так хорошо спрятался, что Нейт три года чуть ли не землю рыл, а найти вас не мог. Неудивительно, что он немного не в себе.

Я прикусила губу. «Немного не в себе» было не самым точным определением. Он был в бешенстве. Неужели все из-за того, что моему отцу долго удавалось прятать меня? Но ведь теперь он меня нашел и везет для обмена. Разве все не складывается, как ему нужно?

Если так, то почему он стоит у входа в пиццерию, напряженный, как каменная глыба. Так, что, даже сидя вдали от него, я ощущаю его злость.

– А стая далеко отсюда? – спросила я.

– Если без остановок, то к вечеру будем там.

Я облегченно выдохнула. Мне всего лишь нужно продержаться в компании Нейта до вечера. И все. Он отдаст меня маме, и я забуду про этот ночной кошмар.

С чистой совестью я съела еще один кусок пиццы, а потом довольная вышла на улицу вместе с остальными. Но стоило увидеть Нейта, как настроение снова упало.

Плотно сжатые губы, напряженное тело и такая мощная волна гнева, исходящая от него… Я очень не хотела садиться с ним в одну машину, и, тем более, сидеть с ним вместе на заднем сиденье, но выбора мне не оставили.

Ничего… До вечера. Мне просто нужно продержаться до вечера. И все закончится.

Глава 12

Ехали мы очень долго. Я старалась держаться как можно дальше от Нейта, и первое время мне это удавалось, но потом я осознала, что он вдруг подсел гораздо ближе. Так близко, что я уже вжималась в дверцу автомобиля, лишь бы не касаться его.

И вел он себя при этом очень странно. Прожигал меня горящим взглядом, откровенно принюхивался и с каждым пройденным километром все больше мрачнел. А потом и вовсе схватил меня за подбородок, развернул к себе и долго смотрел на мое лицо.

Я немного стушевалась под его взглядом, но потом, все же, спросила:

– Что? Почему ты так смотришь?

Нейт не ответил. Приблизился ко мне так, что я вся сжалась одновременно от страха и смущения, а он принялся очень медленно меня обнюхивать. И выглядело это настолько странно, что у меня сами собой округлились глаза.

Он нюхал мое лицо, потом шею, потом руки. Стиснул мою ладонь в своей и даже каждый палец отдельно понюхал. И чем больше он это делал, тем сильнее хмурился. Злился. А я не могла понять почему. Чем его так не устраивает мой запах? И вообще, какого черта он меня нюхает?!