- -
- 100%
- +
Екатерина МиримановаБойся своих желаний
Глава 1
«Меня зовут Джек. Я алкоголик и наркоман с почти трехсотлетним стажем. Но я пришел сюда не за тем, чтобы вылечиться. Мне глубоко безразлично мое здоровье и то, что обо мне думают окружающие. Самый счастливый день в моей жизни случился, когда одна никому неизвестная американка попросила меня издать ее книгу. Я согласился, но с одним условием – текст напишу я сам. Так появилась книга „Тайна“. Почему я это сделал? Потому что нет в моей жизни большего удовольствия, чем исполнять желания людей, а потом наблюдать за тем, как их жизнь катится под откос».
Ах, как бы ему хотелось сказать все это вслух! И добавить, что большинство здесь собравшихся пойдет под откос уже в течение ближайшего года. Первой на этой неделе сорвется вон та высокая бледная девушка – Мария, кажется. Она расстанется со своим молодым человеком, с горя напьется в хлам и перестанет ходить на собрания анонимных алкоголиков. Следом за ней – вот этот полный мужчина. С ним случится неприятность – его уволят с работы через пятнадцать дней. И он снова вернется к своим бесконечным банкам пива. Как это грустно – видеть жизнь людей наперед! Точнее, видеть план, по которому она должна идти. Потому что с помощью Джека жизнь может измениться. Но сегодня его задача, вопреки обычаю, не вытаскивать из грядущего запоя этих неудачников. Он должен сообщить ЕЙ новость. И вместо всего, что ему на самом деле хотелось бы сказать, он произнес:
– Меня зовут Джек, и я алкоголик.
– Привет, Джек! – донесся нестройный хор в ответ.
Он рассказал им то, что они ожидали услышать. Трудное детство, отец‑алкоголик, избивающий мать. Он предоставлен сам себе, в тринадцать лет впервые попробовал пиво – и понеслась. Классика. Все понимающе кивают и аплодируют. Потом Джек выслушивает истории других. На этом, к его великому облегчению, собрание заканчивается. Наконец‑то!
Уже восемь вечера, а он еще ни капли не брал в рот. Он сделал вид, что ищет что‑то в сумке. На самом деле, Джек ждал, когда же все участники покинут помещение. У него была цель – переговорить один на один с НЕЙ. Наконец, зал опустел. Он направился в ее сторону.
– Сара!
– Да, Джек? Вас ведь так зовут?
– Да, и это единственная правда, которую вы обо мне знаете.
Девушка‑психолог недоуменно уставилась на высокого худощавого мужчину.
– Что? – растерянно переспросила она.
Джек смотрел на нее с нескрываемой усмешкой, предвкушая, как она изменится в лице, когда он назовет истинную цель своего визита.
– Вы верите в чудеса?
Сара молча смотрела на него. Она уже начинала сомневаться в адекватности этого человека.
– Сегодня ваш счастливый день, – продолжил он. – Вас выбрали.
– Президентом США, я надеюсь? – с усмешкой отозвалась Сара. Этот тип уже начинал ее раздражать.
– Берите выше. Почти наместницей бога на земле.
– Вы знаете, у меня нет времени на глупости, и я ухо… – она не смогла закончить фразу, потому что у нее внезапно пропал голос. В следующую секунду она поняла, что не может пошевелиться. Джек выглядел очень довольным. «Какого черта?!» – пронеслось у нее голове.
– Вот так‑то лучше. Времени у вас теперь будет предостаточно. Столько, сколько захотите! – он снисходительно оглядел ее.
Сара была далеко не красавицей. Полноватая, с короткими, плохо подстриженными и плохо покрашенными волосами, в мешковатом свитере и спортивных штанах, в старых кроссовках. Такое ощущение, что она пришла на пробежку в Центральный парк, а не на работу. Да уж, из такой сложно будет создать шедевр.
– Я исполняю желания людей уже почти триста лет. Если быть точным, то двести шестьдесят. Мне было около сорока, когда за мной пришли, – так же, как я пришел сегодня за вами. За тобой. Нам предстоит проводить много времени вместе, поэтому давай уж сразу на «ты».
В глазах Сары застыл страх.
– И мне ужасно надоело бессмертие, да и вообще моя работа. Я попросил подыскать мне замену. И – вуаля! – я тут. Мои коллеги – да, я не один такой в целом мире – называют друг друга «вишер», от английского слова «wish» – «желать». Вишер – это сложная и неблагодарная работа. Но что делать, должен же ее кто‑то выполнять, – Джек глубоко вздохнул. – Что ж, на сегодня это все. Через две минуты после моего ухода ты снова сможешь говорить и двигаться. Я приду к тебе через несколько дней, когда ты переваришь услышанное. Не пытайся никому про меня рассказывать, потому что, во‑первых, тебе не поверят и, во‑вторых, это запрещено.
С этими словами он эффектно развернулся на каблуках своих дорогих блестящих туфель и направился к дверям.
Сара с замиранием сердца считала секунды. Ровно через две минуты она действительно смогла пошевелить рукой. Первым ее желанием было позвонить в полицию. Но что она им скажет? Что к ней пришел вишер, который исполняет желания людей почти триста лет? Скорее всего, после этого ее саму направят к психиатру. Может, у нее и впрямь случилась галлюцинация? Но ведь этот мужчина присутствовал на групповом занятии, его видели и другие. И потом – уж слишком реальным было все. В то же время она понимала весь абсурд происходящего. Сара так и стояла посредине комнаты, не зная, что делать. Наконец, она стряхнула с себя оцепенение.
– Не буду думать об этом сейчас, подумаю об этом завтра! – произнесла она вполголоса и вышла из комнаты.
Уже вечером, в одиночестве сидя в гостиной своей крошечной квартирки с бокалом вина, она мысленно вернулась к событиям прошедшего дня, но никаких логических объяснений так и не нашла. «Что ж, буду считать, что я задремала после занятия, и это все мне приснилось!» – решила Сара и на том успокоилась.
Но Джек‑то знал, что он существует и что он куда как более реален, чем Санта Клаус или Зубная Фея. Потягивая виски за стойкой бара, он осматривал всех присутствующих, чтобы найти себе новую жертву. Недалеко от него сидела молодая женщина – стройная, симпатичная, хорошо одетая.
«И почему мне не могли подыскать вот такую замену! – мысленно посетовал он. – На эту Сару я убью кучу времени!» В этот момент молодая женщина взглянула на Джека. Вишер сверкнул своей белоснежной улыбкой и поднял бокал приветственным жестом. Женщина несколько смутилась, но все же улыбнулась в ответ. Не давая ей времени опомниться, Джек подсел поближе.
– Добрый вечер, мэм. Вы не возражаете?
– Скорее нет, чем да.
– Прекрасный ответ! Я вижу, вы заканчиваете свой коктейль. Я могу вас угостить еще одним?
– Думаю, да.
– Забавно. Вы всегда отвечаете так… неоднозначно? – улыбнулся он.
– Ну… как вам сказать, – отозвалась жертва.
– Скажите, а вы читали книгу «Тайна»?
– Да, конечно. Мне кажется, ее читали все женщины моего возраста.
– И что вы о ней думаете?
– Любопытный способ поддержать разговор при первом знакомстве, – рассмеялась она.
– Да я вообще веселый парень, – ухмыльнулся Джек. – Со мной точно не соскучишься. Так как вам книга?
– В свое время она показалась мне очень интересной. Я даже сделала доску для визуализаций.
– И что же на ней было? – в его глазах загорелся неподдельный интерес.
– Это очень личное.
– О, боже! Неужели вы хотели кого‑то убить и ограбить? А может, планировали устроить оргию? – он изобразил на лице ужас.
– Нет, конечно!
– Тогда что же там такого личного? Дайте угадаю. Я обожаю угадывать желания людей.
– Хм. Ну, попробуйте!
– Можно вашу руку? – спросил он.
– Зачем? – удивилась незнакомка.
– Так мне проще сконцентрироваться на ваших вибрациях. Она посмотрела на него с недоверием, но руку все же протянула.
Джек взял ее ладонь и закрыл глаза. Замелькали картинки. Все, как обычно. Муж, дети, дом, новая машина, повышение… Так, стоп. А вот это уже интереснее. Он открыл глаза.
– Ну, что? – с усмешкой уставилась она на него. – Что увидели?
– Почти все, как обычно.
– Как обычно? То есть на досуге вы занимаетесь тем, что пытаетесь выведать у незнакомых женщин их желания? – она посмотрела на него с насмешкой.
– Почему же? Не только у женщин. И у мужчин тоже. Послушайте, Айрис…
– Откуда вы знаете мое имя? – в ее глазах мелькнул испуг.
– О, не тревожьтесь. Я теперь все про вас знаю.
– Это какой‑то розыгрыш? Кто вас послал? Здесь установлена скрытая камера? – Айрис нервничала.
– Нет, это не розыгрыш. И себя послал я сам. Послушайте, вам сегодня очень повезло. Я готов исполнить ваше заветное желание.
– Нет, это вы меня послушайте! Хватит с меня на сегодня глупостей, я ухожу! – с этими словами Айрис хотела встать, но поняла, что не может этого сделать. Она хотела закричать, но ничего не вышло.
– Так‑то лучше. Итак, Айрис, желание, которое меня заинтересовало, я исполню, – бодро продолжал Джек. – Это только джинны в сказках исполняют любое желание, которое озвучит человек. А вот мы, вишеры, зная все ваши желания наперед, выбираем только одно из них – то, которое нам кажется наиболее интересным или необходимым. Взамен я ничего не прошу… как правило. Итак, ваше тайное желание исполнено. И теперь я ухожу. Через две минуты после моего ухода вы почувствуете, что снова можете двигаться и говорить. Не благодарите. Но помните: бойтесь своих желаний!
Айрис попыталась пошевелиться, но не могла. Что за бред? Он сумасшедший? Мошенник? Или вправду джинн? Какое желание он выполнил? Как она об этом узнает? В отличие от тела, мысли в голове двигались с сумасшедшей скоростью.
«Позвать полицию? И что я им скажу? Может, он подмешал мне что‑то в напиток? Но бокал стоял слишком далеко от него, он никак не мог проделать это незаметно!», – думала она. Наконец, Айрис смогла пошевелить рукой. Фух, слава богу!
– Простите, – обратилась она к бармену. – Вы раньше когда‑нибудь видели этого человека? Он сидел со мной и только что ушел.
– Нет, мэм, – отозвался юноша.
Наверное, показалось. Пора завязывать запивать антидепрессанты алкоголем. И пора домой.
Внезапно завибрировал телефон. Она посмотрела на экран: «Меган, управляющая». Какая еще Меган? Управляющая чего? И откуда у нее этот номер в памяти телефона? Она подняла трубку.
– Айрис, ты помнишь, что сегодня у нас важное мероприятие? – прозвучал женский голос.
– Вы, наверное, ошиблись номером. Какой именно Айрис вы звоните? – ошарашенно проговорила девушка.
– Айрис, перестань валять дурака! У меня тут все вверх дном, а мероприятие через час. Ты уже выезжаешь в ресторан? – перебила ее собеседница.
– В какой ресторан?! Я не понимаю, о чем вы.
– Айрис, это уже слишком! Ты обещала приехать сегодня пораньше. Будь вовремя! – в трубке прозвучал отбой.
Что за бред? Она открыла записную книжку в телефоне и набрала слово «ресторан». Поиск выдал несколько номеров, среди них оказался ресторан «Айрис‑Лаунж». Именно так она хотела назвать свое заведение, если бы оно когда‑нибудь у нее появилось. Сколько раз она думала об этом, никому не озвучивая свое тайное желание. Родителей хватил бы удар, если бы она бросила работу адвоката и занялась тем, что ей нравится.
Но как такое возможно? Это сон? Она ущипнула себя, но не проснулась. Набрав в поисковике ресторан «Айрис‑Лаунж», она увидела окна заведения и внутреннюю отделку, точь‑в‑точь такую, какой она ее представляла в своих мечтах. Адрес? Да это в пяти минутах ходьбы отсюда! Неужели тот странный тип действительно волшебник, неужели он прочитал ее мысли? Айрис расплатилась и вышла из бара, пребывая в полном недоумении.
Свернув на одну из главных улиц, она увидела красиво подсвеченные окна, над которыми красовалась вывеска с ее именем. Айрис осторожно толкнула дверь и зашла внутрь. На нее тут же налетела рассерженная женщина.
– Ты вообще нормальная? Куда ты запропастилась? И еще эти твои странные ответы!
«Это, наверное, Меган», – догадалась Айрис.
– Прости, Меган, я себя очень плохо чувствую. Не знаю, что со мной. Наверное, встала не с той ноги, – попыталась отвертеться она.
– Да про свои ноги можешь рассказывать кому‑нибудь другому! Опять, небось, вчера сидела с бутылкой до трех ночи! – зло ответила Меган.
– Нет, что ты! Я же почти не пью! – удивилась Айрис.
– А я испанский летчик! – с этими словами Меган развернулась и зашагала в сторону дверей – по всей видимости, там находилась кухня.
Айрис оглядела зал, достаточно большой и светлый. Столы были сдвинуты в центр. Вероятно, ожидался фуршет. Ну, хорошо. Если она хозяйка заведения и часто здесь бывает, у нее наверняка есть свой кабинет. Она пересекла зал и вышла к дверям за перегородкой. Толкнула одну из них – кладовка. А за распахивающимися дверями находилась кухня. Она вошла и увидела суетящихся поваров. Те поздоровались, а Меган бросила на нее уничтожающий взгляд. В конце кухни виднелся выход, за ним располагались кабинеты. Она нашла дверь с табличкой «Айрис Коул». Внутри было уютно. На столе стояли фотографии. Она подошла, чтобы взглянуть на них, и у нее перехватило дыхание: это была её свадьба с каким‑то мужчиной, а на другом снимке рядом с ними стояли двое детей.
Она замужем?… У нее есть дети?… Чего еще она не знает про свою новую жизнь? Голова закружилась, Айрис почувствовала, что ей нестерпимо душно. Распахнув небольшое окно, она с жадностью вдохнула холодный воздух. Внезапно среди прохожих на улице она разглядела того самого мужчину, который меньше часа назад сидел с ней баре. Он увидел ее, улыбнулся и поспешил раствориться в толпе. Айрис даже не успела окликнуть его. Впрочем, его имени она так и не узнала. В мыслях царил полный хаос. За какой‑то час вся ее жизнь перевернулась с ног на голову.
Она выдвинула ящики стола, пытаясь найти хоть какое‑то объяснение происходящему, и наткнулась на фляжку. Открыла ее. Крепкий запах выдержанного бурбона чуть не свалил Айрис с ног. Она сделала большой глоток – и замерла. До неё вдруг дошло, почему Меган так выговаривала ей по поводу полуночных посиделок с бутылкой. Очевидно, в этой версии реальности у Айрис действительно были проблемы с алкоголем.
Итак, она владелица собственного ресторана, у нее муж и дети. Интересно, что сказали родители, узнав, что она бросила карьеру адвоката? Ей очень захотелось сейчас же позвонить маме, услышать её голос, успокоиться. Но в памяти телефона маминого номера не оказалось. Что за бред? Ладно. Тогда папа. Но и тут её постигла неудача. Номера отца в телефоне также не было. В этот момент телефон зазвонил, и на экране высветилось слово «Козел». Она смотрела на него несколько мгновений, пытаясь сообразить, кто бы это мог быть, и поднесла трубку к уху.
– Привет, пупсик! Я сегодня не смогу, прости. У меня встреча! – скороговоркой протараторил мужской голос.
– А кто это? – отважилась спросить Айрис.
– Пупсик, я тебе много раз говорил, чтобы ты не пила с утра, тем более, перед важными мероприятиями!
– Я не пила! – не слишком уверенно возразила она, вспомнив, что за этот вечер выпила уже немало.
– И именно поэтому ты не узнаёшь собственного мужа, – подытожил голос.
– Ах, дорогой, прости, я себя неважно чувствую! – Айрис была не слишком изобретательна в том, что касалось отговорок.
– С каких пор ты называешь меня дорогим? – не без сарказма отозвался супруг.
– С сегодняшнего дня!
Она попыталась казаться невозмутимой и одновременно осознать происходящее. Если муж у нее в контактах значится как «Козел», отношения у них, скорее всего, далеки от идеальных. Она посмотрела на свадебную фотографию. Мужчина на ней был симпатичным и высоким. Почему же все пошло не так? Она перевела взгляд на фотографии двух девочек:
– Как малышки? – поинтересовалась она, чтобы сменить тему.
На том конце повисла тяжёлая пауза.
– Слушай, Айрис, нашим «малышкам» уже по двадцать лет, и они не общаются с нами обоими, – муж раздражался все больше.
«Прекрасно. Мы – идеальная семейка», – с тоской подумала Айрис.
– Ты должна обратиться к специалисту. Твои пристрастия становятся неуправляемыми. И вот ещё что… Я не приеду сегодня ночевать. Прости.
– Но, дорогой, мне бы так хотелось поговорить с тобой после всего… – она запнулась, – после мероприятия! Приезжай домой!
– А для чего, интересно? Чтобы вновь лицезреть тебя, надравшуюся в хлам, и слушать твои стоны о моих «проститутках», как ты их называешь, и о том, что я должен немедленно всех их бросить?
Его голос почти срывался на крик. И ей стало совершенно ясно, почему в телефонной книжке он значился «Козлом».
– Послушай, дорогой…
– Да не называй ты меня так! – заорал он.
– И как же, в таком случае, мне тебя называть? – в тон ответила она, распаляясь всё больше и больше.
– По имени, черт возьми! У меня есть имя! Я Майкл! – с этими словами он бросил трубку.
Айрис вновь открыла ящик стола и одним глотком прикончила содержимое фляжки. После этого она зашла в служебный туалет, прополоскала рот и посмотрела на себя в зеркало. Радостное возбуждение от того, что у неё есть собственный ресторан, безвозвратно исчезло. Совладав со своими эмоциями, она нашла Меган и пригласила её в свой кабинет, чтобы поговорить с глазу на глаз.
– Послушай… В последнее время я была невыносимой. Но ты же знаешь – проблемы с Майклом, с девочками… И ещё этот ресторан… Все это оставляет меня без сил. Я обещаю на этой неделе пойти к врачу и обещаю не притрагиваться сегодня к спиртному. Идет?
– Айрис, я тебе не верю.
– А ты всё‑таки поверь. В этот раз все серьезно. Я хочу отвечать за свою жизнь. Хочу вернуть под контроль всё, что со мной происходит. Скажи мне, чем я могу помочь тебе на сегодняшнем фуршете?
Меган внимательно смотрела на Айрис. Её взгляд менялся – из недоверчивого и настороженного становился удивлённым и дружелюбным. Что‑то в тоне голоса Айрис заставило Меган поверить.
– Все уже готово, – сказала она. – Просто выйди в зал и изобрази радушную хозяйку.
– Окей. Только подправлю макияж, – отозвалась Айрис.
Когда за Меган закрылась дверь, она выдохнула и достала косметичку. На лице ее все еще отражалось смятение. Через пять минут она вышла в зал, где уже собирались элегантно одетые гости. В своем деловом костюме она смотрелась не слишком уместно, но других вариантов не было.
Айрис старалась не думать о том, что происходило вокруг. Она машинально отвечала на приветствия. Зал постепенно наполнялся. Гости обращались к ней с самыми обычными вопросами: «Как идут дела?», «Как дети?», «Вы уже придумали, куда отправитесь отдыхать на Рождество?».
Внезапно в зал вошел пожилой грузный мужчина и направился прямиком к ней.
– Айрис, дорогая, как я рад вас видеть! – он расплылся в широкой и крайне неприятной улыбке.
– И я рада! – через силу проговорила она.
– Пойдемте, нам с вами нужно кое‑что обсудить, – сказал он и уверенно потащил ее за локоть через всю кухню к кабинету.
Меган и повара поздоровались с ним. Толстяка здесь явно знали, однако никакой радости по поводу его появления не испытывали. Едва закрыв за собой дверь ее кабинет, толстяк горячо заговорил:
– Господи, Айрис, ты не представляешь, как я хотел тебя вчера ночью! Я едва не лишился рассудка! Но я боялся позвонить тебе, потому что знал: твой козел приходит в ярость, когда тебе звонят поздно ночью.
Едва договорив, он буквально набросился на нее.
– Что вы… Что ты делаешь?! – она попыталась оттолкнуть его, но он не обращал на ее сопротивление никакого внимания.
– Да, моя дикарка, да! Так даже лучше! – прорычал он.
Айрис беспомощно оглядывалась в поисках тяжелого предмета, но тут её остановило прозрение. Судя по всему, они действительно были знакомы, и очень близко. Кто знает, какую роль этот похотливый сатир играет в её новой жизни?
– Стоп! – заорала она. Толстяк в испуге отпрянул. – Остановись, прошу. Нам действительно нужно поговорить.
Он удивленно уставился на нее. Айрис еще не знала, что именно скажет ему. Но укладываться под этого жирного борова у нее не было никакого желания.
– Послушай, я не могу. Сейчас нельзя… ну, ты понимаешь, да? Придется недельку потерпеть. И мне не нравится, что ты ведешь себя, как животное. Я переживаю сложный этап в своей жизни, ты же знаешь, – она с надеждой посмотрела ему в глаза.
– Но ведь тебе всегда нравились наши встречи, – толстяк плотоядно ухмыльнулся.
– Они мне продолжают нравиться, – соврала она. – Но мне кажется, что я слишком перенервничала за последнюю неделю. Майкл как с цепи сорвался. Он даже поднял на меня руку, – продолжала импровизировать Айрис в надежде окончательно добить своего любовника.
– Подумаешь! Тоже мне, новость. Он и так постоянно тебя бьет, когда напивается! И, если честно, я не понимаю, почему ты продолжаешь с ним жить.
Айрис едва не задохнулась от удивления. Такого поворота она никак не ожидала. Полный абсурд! Тут она заметила обручальное кольцо на пальце собеседника и перешла в наступление.
– Но ты ведь и продолжаешь жить с женой, хотя трахаешь меня!
– Да, но это совсем другое дело! Мы с ней слишком старые для скандалов и для громкого дележа имущества. Она меня уважает, я ее тоже. Каждый делает, что хочет. Заметь, даже когда я купил тебе ресторан, она мне ни слова не сказала!
Айрис покачнулась, поняв, наконец, откуда у неё появилась коммерческая недвижимость. Вот так поворот! Вечер был полон сюрпризов и откровений. Она всё больше походила на задыхающуюся рыбу, выброшенную на берег. Не найдясь, что сказать, Айрис быстро проговорила:
– Слушай, нам надо вернуться в зал. Я обещала Меган, что буду сегодня в форме.
– А мне ты обещала безумную ночь, когда я вернусь из поездки. Я хочу тебя!
– К сожалению, с этим придется немного повременить, прости! – отозвалась она.
– Неблагодарная! – похотливо улыбнулся он, больно сжал её грудь и вышел из кабинета.
«Черт возьми! Мне совершенно не нравится моя новая жизнь! Но почему? Ведь я была абсолютно уверена, что, брось я карьеру адвоката и открой ресторан, всё бы наладилось! Любимый муж, прекрасные дети, уйма свободного времени… И что мы имеем в итоге? Мужа, которого я называю козлом, детей, которые знать меня не желают, ресторан, который не радует… и еще до кучи любовника, похожего на борова, и с такими же скотскими манерами», – невесело думала Айрис. Она понемногу начинала понимать, почему тот странный человек в баре сказал, что своих желаний следует бояться.
Выходит, в книге «Тайну» рассказали правду, но не до конца. В действительности, далеко не всегда и не все желания должны исполняться. Айрис посмотрела в зеркальце пудреницы, снова подправила макияж и вернулась в зал. Нужно продержаться этот вечер, а потом попытаться отыскать того чудака из бара. Шансы были невелики – Айрис даже имени его не знала. Но она была полна решимости. Ей отчаянно хотелось вернуть обратно свою прежнюю жизнь – со всеми её неурядицами и проблемами. С людьми, которых она любила.
«Мне казалось, что моя жизнь остановилась. Ты просто исчез, а ведь для меня ты был всем: моей водой, моей солью и землей. Ты был моим миром, который в один жуткий миг целиком и полностью разрушился. Сказать, что было больно, – ничего не сказать. Мне казалось, что я схожу с ума. Никогда в жизни я не встречала мужчину столь чуткого, мудрого, понимающего, щедрого. Если уж быть совсем откровенной, ты стал моим первым мужчиной.
Да, до этого бывали юноши, которые увивались за мной, но все это было несерьезно, по‑ребячески. Когда же в мою жизнь вошел ты, я словно воспарила. Я почувствовала себя сильнее, мудрее. Я впервые ощутила себя женщиной. И нет, я говорю сейчас не про интимные отношения. Я говорю о том, что рядом с тобой я впервые почувствовала себя защищенной. Когда ты обнимал меня, все становилось на свои места. Когда говорил, что я стану твоей супругой навсегда, мне казалось, что я слышу великолепную симфонию нашей будущей жизни.
Но однажды симфония перестала звучать, потому что ты просто исчез. А мне казалось, что я тронулась умом. Я не понимала, за что ты так меня наказываешь. Как в песне Нины Симон, которой тогда еще не существовало:
Я поехала в Лондон, чтобы проветриться,
Потом в Париж в поисках удовольствий,
Но я всего лишь обнаружила, что не могу перестать думать о тебе.
Я не могу просто взять и уехать от тебя.
Я испробовала все. Я пыталась крутить романы, но после тебя все мужчины казались мне какими‑то пресными. Я слушала фаду почти каждый день и плакала, прекрасно зная, что в барах фаду женщине вроде меня не место. Мне хотелось умереть. Но я знала, что не могу себе этого позволить по одной причине, о которой ты не знаешь. О которой ты никогда не узнаешь. Я плакала неделями, месяцами. Я не могла делать то, о чем меня просил Давид. Мне бы хотелось приступить к выполнению моих обязанностей, но я просто была не в силах. Иногда мне казалось, что Давид в один прекрасный момент взорвется и пошлет меня ко всем чертям со всеми моими печалями.