2045-й. На пути к Человечности

Дадажонов: Надо посмотреть, в каких боях участвовал этот полк.

Фойе дворца экологии. Робот и беспилотник.

Беспилотник: О! Совещание закончилось! Идут! Я полечу посмотрю!

Участники Слёта выходят из зала не уставшие, а посвежевшие, заряженные на действие, оживлённо обсуждающие произошедшее. К Ивану и Ларисе подходит женщина-ведущая – Светлана Юрьевна Говорова. Ей 40 лет, она в крайисполкоме курирует движение наставничества.

Говорова: Ребята, я хочу вас поблагодарить за ваше открытие! Очень жаль, что в моё время в школах не было такой системы управления, порождающей дружбу! Тогда бы ничего этого не случилось!

Лариса: Чего не случилось, Светлана Юрьевна?

Говорова: Вы слышали что-то о трагедии в Казани в 2021 году?

Школьники, отрицая, мотают головами.

Иван: Не слышали.

Говорова: А я там была! В 175-й школе! Пряталась под столом, когда началась стрельба. Я была в вашем возрасте. Никогда этого не забуду! А ведь всё потому, что не было дружбы! Проклятый капитализм с его вечной конкуренцией! Когда все друг для друга только соперники и источники ресурсов.

Иван: Я вспомнил! Ведь именно после «трагедии в Казани» активная молодёжь задумалась о системе наставничества и произошло Тургоякское чудо!

Говорова: Да, я была тогда на Тургояке!

Лариса: Расскажите!

Говорова: Мы очень стремились восстановить связь между поколениями. Именно уважение к старшим задаёт молодым направление в жизни. Не так, что каждое поколение начинает с нуля, а чтобы продолжать дело предшественников. Наставничество задаёт направление общественному развитию и (женщина улыбнулась и положила руки на плечи собеседникам) помогает проявиться инициативе молодых, которым всегда есть к кому обратиться. Мне очень повезло со своей наставницей! Хотя, наверно, так каждый может сказать. Ведь у вашего наставника есть свой наставник – и через эту сеть вам доступны все достижения и открытия человечества.

Иван замечает, что из зала выходит Даутов.

Иван (Говоровой): Извините! Мне надо ещё вопрос задать Евгению Фёдоровичу!

Иван убегает.

Говорова (Ларисе, глядя в след Ивану): Мне так нравится, когда мужчины заняты делом, когда у них какие-то междоусобойчики! В прежние времена мужчины слишком много внимания уделяли женщинам!

Лариса: Разве это плохо?

Говорова: Плохо всё, что избыточно! Когда мужчина думает о благе общества в целом, он и жизнь своей женщины делает лучше. А думать только о ней – это ведь эгоизм. В этом нет полёта!

Беспилотник сверху наблюдает как Иван пробирается к Даутову.

Иван: Евгений Фёдорович, ещё один вопрос!

Даутов: Слушаю, Иван!

Иван: Я вам рассказал всё хорошее про нашу систему управления, но есть одно обстоятельство, которое меня настораживает. И мне кажется, что я должен о нём рассказать не врачу, не учителю, а вам. И мой наставник мне это советовал.

Даутов: Давай подробней!

Иван: У моих подопечных очень сплочённый коллектив, но я опасаюсь, что он слишком сплочённый. Однажды… (Иван запинается от волнения)

Даутов: Говори! Говори!

Иван: Однажды мы проводили строевую подготовку. Весело было – печатали шаг, пели строевые песни. И вот я смотрю – песня закончилась, а ребята всё идут и идут строем – как заведённые. И ушли бы далеко, но мама одной девочки их окликнула. Не раз ей пришлось крикнуть. Что это было?

Даутов: Задал ты мне задачку! Опасаешься, что сформировался слишком мощный эгрегор, или как говорят командный дух, который подавил личности ребят?

Иван: Опасаюсь!

Даутов: Но может быть и другое! Ребята очень настроились друг на друга. И между ними возникло что-то ещё неведомое нам, открывающее новые возможности человека, человека будущего.

Иван: И как это распознать?

Даутов: Пригласите меня на сбор! У октябрят ведь есть сборы?

Иван: Обязательно пригласим!

Даутов: И скажи – кто твой наставник?

Иван: Учитель истории нашей школы Ильхам Рашидович Дадажонов.

Даутов: Знаю, знаю! Встречались! Надо с ним созвониться!

Он замечает парящий сверху беспилотник.

Даутов: А ну-ка, малыш, соедини меня со школой поселения Светлое!

Беспилотник снижается и включает голографическую связь.

Говорова попрощалась и ушла. Лариса, ожидая Ивана, наблюдала, как в фойе Дворца экологии команда телевизионщиков берёт интервью у участников Слёта. Неподалёку стоял Антон в повязке тимуровца. В большом городе каждый человек, которого хотя бы знаешь в лицо, кажется почти близким другом.

Лариса: Антон, а это кто?

Антон: Это Николай Разумов, ведущий философской программы краевого телевидения.

Лариса: А-а! «Критерий истины»! А я-то думаю, где его видела!

Антон: Был у него на съёмках передачи. Увлекательное занятие! Не просто факты излагают, а пытаются свести в систему.

Лариса: Совсем как наш Дадажонов?

Антон: Точно! Он, кстати, не раз выступал у Разумова. О! Послушаем!

Разумов обращается к главе семьи, которой перед совещанием потребовалась помощь с колючкой от кактуса.

Разумов: Виктор Николаевич! Вы известны как активист Лиги «На пути к Человечности». Какое значение вы придаёте движению наставничества?

Виктор: Наша Лига возникла как развитие движения наставничества. Как ответ на вопрос – а куда же должны звать наставники своих подопечных? Какой образ будущего они предлагают…

Беспилотник возвращается к роботу-газировщику.

Робот: Три раза ездил заправляться. «Дюшес» и «Байкал» уходят влёт.

Беспилотник: А я наблюдал за Ларисой, одноклассницей Ивана. И теперь не знаю, что делать!

Робот: А что случилось?

Беспилотник: У них 95% совпадения для образования пары.

Робот: У Ларисы и Ивана?

Беспилотник: Нет, у Ларисы и Антона – с которым девочку лечили и который нам про кумушек пенял. А с Иваном только 78%.

Робот: Ну, дела! И что теперь будет?

Беспилотник: Да уж как всегда у людей…

Робот: Да, хорошо быть роботом!

Электричка. Смеркается. Иван и Лариса возвращаются домой.

Лариса: Я попросила Светлану Юрьевну быть моей наставницей. До сих пор мне помогала моя мама. Но иногда мне нужна помощь другого рода.

Иван: Родители – это наши первые естественные наставники. Потом приходят и другие – в профессии, в общественной жизни. Мама твоя поймёт и обрадуется. У человека всегда бывает несколько наставников.

Лариса: А о чем ты с Даутовым разговаривал? О строевой подготовке?

Иван: Да. Пригласил к нам на сбор.

Лариса: Замечательно! Когда?

Иван: В ближайшую среду.

Зазвонил мобильный.

Иван: Это мой! Добрый вечер, Ильхам Рашидович!

Дадажонов: Мне звонил Даутов, рассказывал о произошедшем на слёте. Как твои впечатления?

Иван: Получилось лучше, чем я ожидал.

Дадажонов: Это признак того, что твои действия в согласии с волей Вселенной…

Пока Иван общался с наставником, Лариса обратила внимание на экран, имеющийся в каждом вагоне электрички. Демонстрировался новый художественный фильм «Туманность Андромеды». Отважные звездолётчики с корабля «Тантра» попали в плен Железной звезды и совершили посадку на одну из планет системы. Там они нашли спиралевидный звездолёт, не известный ни в одном из миров Великого Кольца.

Сидевший рядом пожилой мужчина, заметив, что девочка с интересом следит за развитием событий, улыбнулся.

Мужчина: В советское время мы зачитывались этим романом! Он звал к звёздам, давал веру в будущее. События последующих лет заставляли думать, что это будущее утрачено. Но теперь оно снова открылось перед нами.

Лариса: Ваше лицо мне знакомо! Мы не встречались?

Мужчина: Может, вы видели мои видео? Садоводством не увлекаетесь?

Лариса: Точно! Это ваш канал «Посадка олигарха»? Много интересного для себя нахожу.

Олигарх: А вы откуда так поздно едете со своим спутником? Темно ведь уже.

Лариса: Мы в городе были на Слёте наставников и вожатых. Дома знают. Но припозднились, да. Насыщенный день был!

Олигарх: Я в былые времена спонсировал некоторые мероприятия движения наставничества, но, пожалуй, не понимал его колоссального значения. Иначе я был бы не олигархом, а как вы – наставником или вожатым.

Лариса: А вы разве не наставник? Так не бывает! Сейчас все взрослые у кого-то наставники.

Олигарх: Я живу уединённо, не на виду. Может быть, поэтому меня никто из молодых не выбрал. Хорошо, хоть в Институт истории приглашают как свидетеля и участника исторических событий. Как раз возвращаюсь оттуда.

Иван заканчивает разговор по телефону. Лариса знакомит его с Олигархом.

Лариса: Я думаю, Ильхам Рашидович заинтересовался бы возможностью пригласить на урок новейшей истории такого человека.

Иван: Да, это в его духе. Он стремится к объективности и научности в преподавании истории.

Олигарх: Думаю, ему со мной удастся даже поднять тему эксперимента в истории.

Иван: Это как?

Серёжа Саверский всерьёз увлёкся изучением онлайн-архива Министерства обороны, даже не заметил, что наступила ночь. Мама его отвлекла.

Саверская: Серёжа, пора отдохнуть! Ты слишком засиделся за компьютером.

Серёжа: Да! Я знаю! Сейчас! Просто я реально нашёл то, что подскажет мне направление дальнейшего поиска.

Саверская: И что же это?

Серёжа: Вот смотри! Карта расположения 374-го стрелкового полка в июле 1942 года – как раз в то время, когда был ранен Харис Миндубаев. И журнал боевых действий 128 стрелковой дивизии. И я теперь понимаю, откуда у солдата-пехотинца столько боевых наград за три месяца.

Саверская: Расскажи!

Смотреть карту расположения 374 сп – https://kob-alt.ru/2045-j-nastavnik/#karta

Серёжа: Активных боевых действия в это время на берегу Ладоги не велось. Синявинская операция начнётся только в августе, и Харис Миндубаев её не застанет. Но в это время постоянно работают разведгруппы – выясняют обстановку перед наступлением. И я думаю, что солдат свои награды получил за разведку. Захватил языка – вот и медаль «За боевые заслуги». Прикрыл отход товарищей, когда обнаружили немцы – вот и медаль «За отвагу».

Саверская: А орден «Отечественной войны»?

Серёжа: Я думаю, это он офицера захватил в одиночку. Чином не ниже майора.

Саверская: Может быть! А сейчас всё-таки отдохни, выйди на улицу, подыши свежим воздухом. Уже спать пора. Завтра продолжишь.

Электричка приближалась к дому, и ребята волновались, успеют ли дослушать рассказ своего попутчика.

Олигарх: История – наука преимущественно кабинетная, теоретическая, изучающая жизнеописания и конструирующая из них картину прошлого. Причём в истории события всегда в единственном числе. Никто не знает, как пошла бы история, если какой-то из участников событий повёл себя иначе. Даже поговорка есть…

Лариса: «История не терпит сослагательного наклонения».

Иван: Но вы, похоже, готовы поспорить с этим утверждением?

Олигарх: Я на своём опыте могу показать, что такое эксперимент в истории. Дело в том, что общество неоднородно. И история одних его частей может показывать альтернативу другим. Вот мои коллеги-олигархи – могли ведь принять общество социальной справедливости, общество братства, в котором свободное развитие каждого…

Олигарх выдержал паузу, дав школьникам закончить.

Лариса и Иван: Есть условия свободного развития всех.

Олигарх: Вот именно. Раз я это принял, то и они могли. И история вокруг них пошла бы другим путём. Каким? А тем, каким она пошла в моем микросоциуме, вокруг меня. Меня приняли в рабочий коллектив, потом оказались востребованы мои профессиональные знания и мой управленческий опыт. Я сейчас более счастлив, чем тогда, когда имел заводы, яхты и собственный телеканал. Собственный – это не синоним свободы. Разве я мог серьёзно изменить информационную политику канала, сделать его непохожим на других? Давление среды никто не отменял. Против меня ополчились бы и коллеги-олигархи, и международные агентства, раздающие рейтинги. В общем, олигарх – это избыток потребления, но не свобода действия. Движешься по рельсам – как эта электричка.

Иван: Про эксперимент вы говорили.

Олигарх: А в этом и эксперимент. Все олигархи, все их кланы, вся страна могли прожить мой вариант истории и были бы счастливы. Кое-кто выбрал сопротивление переменам, предательство своего народа – это другой вариант истории. И разве счастливы они и их потомки?

Иван: Я знаю, кому было бы интересно выбрать вас наставником.

Лариса: Кому?

Иван: В каждой школе и чуть ли не в каждом классе есть потомки представителей бывших паразитических общественных групп, которым в душе трудно смириться с утерей влияния и ощущения своей «особенности». Ваш опыт для них незаменим, вы историю их и всего их сословия можете пустить по другим рельсам.

Олигарх: Может быть.

Лариса: Наша остановка. Я вам позвоню завтра.

Олигарх: До встречи!

Лариса и Иван добирались до дома уже в темноте. И хотя в экопопоселении давно не было никаких происшествий, Иван предложил проводить девочку.

Иван: Я провожу тебя. Темно уже.

Лариса: Что со мной может случиться?

Иван: Не знаю. Можно ногу в темноте подвернуть.

Лариса: На самом деле родители знают, что мы возвращаемся вместе, и не поймут, если ты меня не проводишь. Не по-мужски это. Так что не буду портить тебе репутацию.

Иван (обрадованно): Какой был насыщенный день!

Лариса: Да, этот день надолго запомнится!

Иван: Вот бы каждый день был таким!

Лариса: А выдержим? Я устала!

Иван: Хотелось бы выдержать.

А над ними, невидимый в темноте, парил беспилотник, по своей инициативе, но от лица государства и общества, провожая приглянувшихся ему школьников. И своим инфракрасным оком отслеживая, чтобы с ними ничего не случилось.

Из отзывов

Сценарий для серии «Наставник» очень понравился тем, что в нём поднято очень много важных тем – от темы наставничества, до женско-мужских взаимоотношений, темы организации грамотного образования и гос. управления…

Очень хотелось бы (как миассцу) узнать поподробнее про «Тургоякское Чудо» – ту встречу, которая радикально повернула русло нашего образования.

Во главе угла в процессе обучения молодёжи было поставлено НАСТАВНИЧЕСТВО. Решена актуальная для нас проблема – разрыв между поколениями. Очень важно, чтобы общество было подобно реке, где истоки и устье имеют тесную взаимосвязь, в виде течения, имя которому – наставничество! Благодаря ему возникала бы самая настоящая дружба между людьми разного возраста, и люди старшего поколения не чувствовали бы себя оторванными от жизни и имели бы полную уверенность в том, что не останутся без внимания до старости, даже если у них нет своих детей. А молодёжь, в свою очередь, меньше бы поддавалась дурным влияниям, понимая лучше смысл жизненного пути – если со школы и института будет иметь хороших наставников.

Образ наставничества очень красивый. Завораживает. После прочтения сюжета так и хочется, чтоб он воплотился – и образ такого будущего в целом, и образ наставничества. Думаю, это замечательный сюжет для воспитательного мультфильма. В нём есть чему учиться и детям (брать на себя ответственность, например), и взрослым. Можно попробовать предложить его для проекта «Киноуроки в школах России».

Ни в коем с случае не претендую на истинность ни в какой инстанции, это сугубо личное восприятие. Начнём с главного – безусловно, отличная мысль по наставничеству. Браво! Она и глубинно философская, и жизненная, поскольку реалистичная, готовая для воплощения. И ещё один аспект, который, с моей точки зрения, заслуживает особого внимания – это создание основы идеологии и взаимодействия разных возрастных групп социума. Извини, если витиевато выразилась. В общем, классно! Думаю, что это произведение надо направлять тем, кто наверху, у самого руля – должно заинтересовать. Настоящая живая схема идеологии.

То, как описана система наставничества – это принцип Иерархии, один из незыблемых законов Бытия. Нам нужны такие общие понимания, на которых базируется единство.

Хочу тезисно обсудить несовпадения взглядов:

«Отношение к внедрению в жизнь говорящих и „мыслящих“, „рукастых“ роботов-прислужников».

«Культура общения персонажей во многом сегодняшняя, в частности: роботы навязчивы, как реклама».

Конечно, никаких роботов-андроидов в будущем не будет. Прогресс ИИ и робототехники пойдет по совсем другому пути.

Но 1) парадокс фантастики в том, что она говорит о будущем – с людьми сегодняшнего дня. У людей есть определенные стереотипы – летающие машины, роботы и пр. Если ты их вводишь в повествование – читатель настраивается на мысль о будущем. Это своего рода коды доступа, включение определенного типа восприятия. Для произведений небольшого формата использование этих кодов практически неизбежно – иначе трудно создать ощущение присутствия в будущем. В большом романе – да, можно по-другому.

2) Наличие роботов дает некие возможности – создания юмористических ситуаций (а без этого трудно удержать внимание читателя), диалога с прежними поколениями фантастов, и, что самое важное, взгляда со стороны на человека как такового – пласт философский и мировоззренческий. Оценив все эти возможности, я ввел в повествование роботов, несмотря на то, что в будущем их не будет.

Люди будущего, если их показать реально такими как они будут – могут показаться скучными, пустыми, даже пугающими. Я покажу их, когда речь пойдет об отдаленном будущем. 25 лет – срок небольшой. Не так уж люди изменятся.

P. S. А за роботов обидно. Они же обаяшки, непосредственные как дети, им все в мире ново, они ищут свое место в мире. Я их так вижу.