Приманка для дракона

ГЛАВА 7

– Ты всегда путешествуешь в одном платье? Какая экономия, поразительно! – издевался этот нахальный тип.

Я скрипнула зубами, но ничего не ответила. Лис благополучно перенес нас к границе и, махнув на прощание остроухой головой, исчез. Мы остались вдвоем с заносчивым и невыносимым Феликсом.

Имя-то какое… кошачье.

Искоса взглянув на мужчину, я углубилась в свои мысли. Лишь бы не реагировать на его насмешки.

Мы наняли карету на перевалочном пункте и теперь ехали к королевству драконов. Нам следовало сделать огромный крюк, чтобы драконья разведка осмотрела нас со всех сторон и впустила.

Пока я никого не видела, ни одного дракона или подозрительного типа, поэтому старалась не нервничать. Леса, луга, равнины… Мы проезжали красивые места, так что я развлекала себя тем, что смотрела в окно.

Сумерки сгущались, становились плотнее. Хотелось спать, но я упрямо поджимала губы. И очень нервничала, хоть и старалась не показывать.

А поводов было предостаточно! Один Феликс, развалившийся на сиденье, чего стоил.

В начале нашего путешествия я боялась лишний раз вздохнуть, лишний раз встретиться с ним взглядом… Мужчина, по-хозяйски бросивший на противоположное сидение набитую до отказа дорожную сумку, завалился на подушки рядом со мной и откровенно нервировал.

– Ты же не возражаешь, душка? – ухмыльнулся он. – Да не волнуйся ты так. Я Лиса уважаю, так что портить тебя не буду. Кстати, держи новые документы.

– Чего не будете?.. – переспросила я, машинально принимая бумаги.

Мне протягивали паспорт драконьего королевства и сложенные вдвое листки. Развернув их, я с удивлением обнаружила аттестат о среднем образовании и бумагу о неполном академическом.

Интересно, зачем мне они? Или драконы возбуждаются при одном виде необразованной девицы?

– Приставать не буду, – пообещал мужчина, а у самого был такой хитрый вид, будто кот сидит перед миской сметаны.

Кивнув, я сложила документы и с большим трудом впихнула во внутренний карман платья. В который раз за день пожалела, что не прихватила из дома ридикюль.

– Значит, очередная охотница за короной? – нарочито горестно вздохнул мужчина и, откинувшись на подушки, прикрыл глаза. – И охота тебе бегать за мужиком?

– А? – не сразу въехала я в тему разговора. – Какой короной? Вы о чем?!

– Лис сказал, на отбор ты едешь.

– Возможно, – уклончиво ответила я. – Но причем тут корона? Мне нужно пройти отбор дракона эль Рональда и победить на нем. Или не эль Рональда, а аль Рональда?.. Забыла. Я не очень разбираюсь в ваших приставках.

– Дэя Рональда, – поправил Феликс и послал мне хитрый взгляд: – Приставка дэй означает принадлежность к королевскому роду. А дэй Рональд в королевстве драконов один, и это наш король. Слышал, он вошел в возраст, пригодный для женитьбы, и собирается завести наследника. Так что, насколько я понял, ты едешь на королевский отбор.

И тогда меня резко замутило:

– Нет! – в панике прошептала я, сжимая платье на коленях. – Вы ошибаетесь! Мне нужен какой-то другой Рональд. Другой!

– Другого нет. Разве Лис не сказал тебе?

– Лис!.. – выругалась я и схватилась за виски.

Меня накрыло чувство, будто я лечу в пропасть, оно сбивало дыхание и разрывало мозг. Королевский отбор! Королевский!.. Это же надо было так вляпаться!

Паника накрывала меня, самообладание собиралось махнуть ручкой и отправиться в далекие дали. Да мне самой захотелось вскочить и убежать.

Почему я сразу не спросила про титул? Почему подумала про графа или барона? Вспомнила, наверное, как в соседнем графстве престарелый друг дядюшки устраивал отбор третьей жены? Ну так в Тего король Эдуард собирался жениться на своей фаворитке, вот и не было никакого отбора.

А в Доцео – совершенно другая история.

– Изабо, – окликнул меня Феликс. – С тобой все в порядке? Ты побледнела.

Еще бы не побледнеть, когда по собственной дурости дала затащить себя на… божечки мой, самый настоящий королевский отбор! И я должна соблазнить короля?! Не зря Лис про девственность спрашивал.

Я тихонько взвыла. Феликс заинтересованно выгнул бровь, но ничего не спросил.

Ай да Лис! Ах да обманщик! Впрочем, это я распустила нюни и сразу на все согласилась. Лишь бы сбежать из Тего. Но разве такой ценой нужно было это делать?! Из одной кабалы в другую!

Соблазнить короля! Вот черт!

Нужно было спросить, уточнить, какого именно дракона!

Молчание затягивалось, Феликс наблюдал за мной из-под полуопущенных ресниц.

– А вы почему интересуетесь? – с трудом разомкнула я губы и постаралась говорить как можно беспечней. Еще не хватало, чтобы ехидный дракон потешался надо мной. – Ну, еду я на этот… королевский отбор, и что?

– Да так. Просто, – буркнул он и прикрыл глаза.

Я думала, разговор окончен, но как бы не так. Всю дорогу – а ехали мы по меньшей мере три часа – этот невыносимый дракон всё комментировал: и лес ему не такой – осенний, а не майский, и погода излишне теплая для сентября, и попутчица необразованная – сам документы видел. И знал же, небось, что поддельные, но нет, прошелся по мне, как возница по мостовой.

– Не в учебе радость, а в замужестве. Так, Изабо?

Дурацкое имя, напечатанное в новых документах, окончательно взбесило.

– Изабелла! – сквозь зубы прошипела я, а в ответ раздался ехидный смех.

Разве бывают красивые мужчины такими противными?

Оказывается, да.

Вся симпатия, что вспыхнула при знакомстве, полностью истаяла за эту поездку. Мысленно я проклинала и его, и Лиса, и ведьмака, впутавшего меня в это. Ну почему я не сбежала сама? Нужно было схватить копье из дядюшкиной коллекции, проткнуть Дона, выпрыгнуть в окно… Много самых разных мыслей приходило в голову, и все они были одна кровожаднее другой…

Зачем, ну зачем я поехала в одной карете с этим нытиком?!

Зачем ввязалась в сомнительную историю с отбором?!

Сама не понимаю!

Тем временем карета доехала до пропускного пункта.

– Выходите по одному, – приказал звонкий голос, и мы подчинились.

Пограничник, молодой человек с тоненькими усиками, отдал честь и проверил наши документы. Искоса взглянув в мои, пригласил в отделение. Небольшое одноэтажное здание мне сразу не понравилось, но Феликс уже поднимался по крылечку, так что отказываться или сбегать смысла не было. Всё равно никто не защитит.

– Значит, вы Феликс Ниттл?

Внутри отделения нас собеседовал мужчина в погонах. Мне очень не понравилось, как он глядел на меня, и подсознательно я жалась к дракону.

– Именно, – с достоинством ответил он.

– И вы находились в Тего?..

– В отпуске, – любезно ответил Феликс.

– А король?..

– В курсе. Вот разрешение, – жестом фокусника достал из внутреннего кармана пиджака Феликс требуемое. – Прошу не задерживать нас. Дела у мисс Изабо Риз самые безотлагательные.

– Это какие же? – хмуро уставился военный.

Я не успела придумать мало-мальски внятную отговорку, как за меня ответил Феликс, чем еще больше озадачил пограничника:

– Участие в королевском отборе. Слышали? Вчера должны были объявить.

– И вы сами, лично?.. – удивился пограничник, а меня уже начал напрягать этот разговор с намеками.

– Что значит лично? – воинственно переспросила я. – О чем вы говорите?

Мои вопросы самым наглым образом проигнорировали. Военный что-то отметил в бумажке, а дракон одернул:

– Да нет, ничего, – а потом пояснил еще туманнее: – Мы случайно встретились. Вот решил сопроводить мисс.

– А… – что-то понял пограничник, и больше не стал нас задерживать. – Простите, что утомил вас вопросами, мне нужно было время на проверку.

Я снова ничего не поняла, в отличие от дракона. Какая такая проверка? Вопросы дурацкие позадавал и всё. Разве это проверка?!

Дракон недовольно поджал губы:

– Я прекрасно вижу агрегаты слежения и выявления, пробивку по базе, молодой человек, – строго сказал Феликс, – и доложу вашему руководству, как топорно здесь всё налажено. Будь я преступником, давно бы ударил вон туда, – дракон показал на один угол, где висела керамическая фигура дракона, а потом перенес взгляд в сторону окна с кашпо, – сюда, в розу, например, или в бегонию… И заключительный удар в тумбочку, где располагается усиливатель. Пока другие посты сообразят, что у вас нападение, через этот пункт можно провести полкоролевства Тего, еще и на Симплекс времени хватит.

– Виноват, сэр! – вздернулся пограничник и отдал честь. Вид у него был взволнованный. – Исправимся. Наложим иллюзию в три слоя.

– В четыре! – дотошно поправил Феликс. – И доложите о выполнении в письменном виде.

– Да, сэр! – испуганно повторил пограничник.

И что он так перепугался?

Я удивленно обернулась к дракону. Но не успела и рта раскрыть, как была схвачена под локоток и оттащена в карету.

Когда за нами закрылась дверь и карета тронулась, Феликс довольно улыбнулся.

– Что это было? Что за странные вопросы? Что с ним? – набросилась я на дракона.

Конечно, у меня нет опыта по пересечению границ, но даже постороннему человеку ясно, что пограничник испугался слов Феликса.

– Кто вы? – задала самый важный вопрос. – Явно не вор. А что делали в Грэдстоуне?

– Сказал же, был в отпуске.

– Разве это подходящий город для отпуска?

– А то! – мне достался донельзя хитрый взгляд. – Спи, Изабо. До столицы ехать сутки.

– Но я должна встретиться с Наринэ!

– Сутки! – строго приказал Феликс и нахмурился. – Не перечь мне, Изабо.

Я открыла рот, чтобы возразить, но не смогла – тяжесть опустилась на мои веки, сковала тело и утащила в сон. Как я ни сопротивлялась, ничего не смогла с собой поделать.

***

Мужчина, сидевший напротив меня, кривился. Он только что с брезгливым видом бросил вилку на стол и разглядывал меня так, будто я не человек, а маленькая надоедливая мушка.

Стало очень неприятно. Захотелось встать и уйти, но я не могла. Сама не знаю почему.

– Не могу есть два дня подряд одно и то же, – сквозь зубы прошипел он. – Ты целый день дома. Какого черта не приготовила отбивные?

Про что это он? Я и не понимаю и почему-то расстраиваюсь. С дрожью в голосе спешу оправдаться:

– Ты купил большой кусок. Пока он разморозился, пока я порезала и поставила мариноваться, прошло три часа. А потом нужно было бежать к Тёмочке. Он проснулся и заплакал.

– Подумаешь, подождал бы, – ответил мужчина и встал.

Подошёл к холодильнику, достал банку пива и с характерным щелчком откупорил её. Выпил из горла.

– Но он не мог ждать. Он плакал, – почему-то растерялась я. – Неужели ты не понимаешь, он не может ждать? Да и колбаски сегодня другие, с чесноком. Вчера были люля-кебаб.

Мои слова вызвали недовольство мужчины. Он снова скривился:

– Не люблю полуфабрикаты, ты же знаешь. Сто раз тебе говорил, а ты опять за своё. Лишь бы баклуши бить и не готовить. А ведь дома сидишь. Государство тебе деньги платит, чтобы ты за ребёнком и мужем ухаживала. Моя мать никогда не отказывалась готовить, – громко отхлебнув, он достал из кухонного шкафчика чипсы. – Закажи пиццу, что ли.

– У нас осталось мало денег, – нерешительно возражаю я, наблюдая, как он чешет круглое пузо. – Вчера купила пару ползуночков и подгузники. Осталось три тысячи до твоей зарплаты. Ещё неделю жить.

– Возьми из декретных – через плечо бросает, как я теперь понимаю, якобы мой муж.

– Но я положила их на счёт. Их нельзя снять. Вань, мы же решили копить Теме на обучение. Ты что, забыл?!– чуть не плача, возражаю. – Ты стал таким грубым, Вань. Я не узнаю тебя. Что-то случилось на работе?..

Я вижу эту сцену как бы со стороны и одновременно участвую в ней. Но не могу высказать свои настоящие мысли. Как будто повторяю заученную наизусть пьесу.

Странное чувство.

И в тоже время я не могу отделаться от мысли, что мне всё здесь знакомо: и кухня с потертыми шкафчиками бежевого цвета, и стол, покрытый цветастой клеенкой. Кружки с потрескавшимися стенками, которые почему-то нельзя выбрасывать.

Ах да: «Мама отдала их скрепя сердце. Это фамильный сервиз, и неважно, что от него осталось три кружки и два блюдца. Если выкинешь, обидишь маму. А она не заслуживает того, чтобы какая-то девка её обижала».

И я даже вспомнила интонацию, с которой невсамделишный муж Ваня мне это говорил – столько в его тоне было гордости и апломба, что я тогда подумала – он цитирует мать.

И мне стало очень обидно. Я тоже не заслужила того, чтобы пить из треснувших кружек. А уж поколотые салатники сразу бы выбросила, но их тоже «нельзя трогать».

А почему я не могла пойти и купить другую посуду – не знала. Не могла и всё тут.

Вдруг я услышала детский плач. Он доносился из соседней комнаты, как и звук включённого телевизора.

Вздрогнув, я бросила тряпку, которой собиралась протереть стол, и выбежала из кухни.

Ракурс сместился.

Теперь я укачивала ребенка под звуки равнодушного комментатора. Ему, невидимому мужчине из телевизора, было наплевать, что громкость бьёт по ушам и превышает все допустимые в десять часов вечера децибелы. Он орал, что нападающий перехватил подачу и рвётся к воротам противника. Ему важно было донести свою характеристику футболиста как до замершего перед телевизором мужа, так и до его сына, вздумавшего так не вовремя проснуться.

– Опять хнычет, – недовольно цедит муж, хрустя чипсами. – Это он в тебя такой. Я в его возрасте спал по шесть часов без пробудки и не мешал родителям жить.

Меня эти слова искренне возмущают, и я несдержанно отвечаю:

– Как ты можешь сравнивать? Все дети разные. К тому же Ксения Владленовна растила тебя без отца!

Реакция, последовавшая за этим, удивляет как меня, стоящую с ребёнком, так и меня, наблюдающую со стороны.

– Не смей судить мою мать!– грозно рычит муж.

И я пугаюсь. Делаю шаг назад, отворачиваю ребенка, чтобы не ударил.

Слишком обозленное лицо у мужа, слишком гневно щурит глаза. Да и рука у него тяжёлая. Я почему-то хорошо это знаю.

– Вань, я не сужу твою мать, – шепчу и едва сдерживаю непрошенные слезы. При нем нельзя плакать – муж не любит женской слабости. Он миллион раз говорил, что самая лучшая женщина на земле – его мать – никогда не плачет. – Я пойду в кухню, Вань. Чай будешь?

Меня смеряют уничижительным взглядом, а потом снисходительно сообщают:

– Давай, только с двумя ложками сахара. Без горки. Не как в прошлый раз.

– Да, Вань, – шепчу я и с орущим ребёнком на руках иду делать чай.

Слезы застилают глаза, стоит мне ногой закрыть дверь в кухню. Я устало облокачиваюсь на нее и продолжаю машинально качать дитя.

– Тсс, маленький, тсс, тише, – шепчу.

Чувствую, что молока нет. Груди пустые, а ведь кормила его два часа назад.

Не наполнились, нужно подождать. Поспать.

А смесь давать нельзя – дорого.

«Посадишь ребёнка на смесь, и разоритесь! – слышу в голове авторитетный голос. – Вот я Ванечку выкормила без всяких смесей, и какой хороший мужчина получился».

Ребенок орёт дурниной, пока я пытаюсь и покачать его, пританцовывая при каждом шаге, и заварить в чайнике листовой чай.

Не рассыпать бы, а то попадет. Скажет, что я транжирю его деньги.

И никого не волнует, что чайные пакетики заваривать с малышом на руках удобнее.

«Мама купила на распродаже три кило листового чая. Скажи спасибо, что самой не пришлось бегать по магазинам!».

Кипяток проливается, попадает мне на ногу. Я вскрикиваю и чуть не роняю малыша. В момент, когда я стою цаплей на одной ноге и мучительно стону, в кухню заглядывает муж. Я вижу его недовольное лицо, поджатые полные губы. Но что он мне говорит – не слышу.

Невидимая сила высасывает меня из дурного сна…

…и я возвращаюсь в реальность.

Распахиваю глаза и с огромным облегчением вижу потолок кареты. Тело затекло после долгого неудобного положения, и правая нога не двигается – онемела.

Рядом со мной на сиденье посапывает Феликс.

Я аккуратно разминаю затекшие конечности рукой.

«Какое счастье, что это всего лишь сон!».

После страшного кошмара моя собственная ситуация кажется подарком судьбы.

Ха, всего-то сбежать от навязанного жениха и начать новую жизнь. В конце концов, официально я согласия на брак не давала, какие ко мне претензии? А мнение самого дядюшки меня не волнует. Вот выполню задание Лиса, устроюсь на новом месте, обзаведусь нормальным женихом, и тогда потребую свое приданое. И пусть дядя только попробует присвоить что-нибудь себе! Мой будущий жених по судам его затаскает! Вот так!

Довольно улыбнувшись своим мыслям, я потянулась. Размять косточки и хрустнуть позвоночником после сна очень приятно.

В окошко светило полуденное солнце. Карета мерно скользила по проселочной дороге.

Сколько же я проспала? По ощущениям – часов двенадцать, не меньше.

– Мы в Доцео, – раздался хриплый голос. От неожиданности я подпрыгнула. Ясные голубые глаза смотрели на меня с насмешкой. – Отоспалась, неженка?

ГЛАВА 8

Меня возмутило прозвучавшее в его голосе снисхождение. Прямо как спусковой курок нажали. Я не неженка, а самостоятельная личность! Я все всегда делаю сама! Да какое он имеет право насмехаться надо мной?! То, что он друг Лиса и передал мне фальшивые документы, еще ни о чем не говорит! Я не его горничная и не жена!

– Я не неженка! И прошу вас воздержаться от сомнительных характеристик. Вы ничего обо мне не знаете, – вздернула подбородок.

– Ой ли?

На Феликса мой грозный вид не произвел никакого впечатления. Он достал из большого дверного кармана газету и протянул мне.

На первой же странице я увидела заглавие «Пропала наследница Форштайн», а дальше шли фотографии дядюшки, который с самым скорбим видом стоял у крыльца нашего столичного особняка и прижимал к сердцу руку. Ага, как будто ему плохо. И Рэга. Некромант в своей жуткой чёрной хламиде, сморщив длинный нос, недружелюбно смотрит в объектив. Даже моя пропажа не заставила его изменить своим привычками и, к примеру, переодеться во что-то приличное.

«Родственники готовы идти на сделку с похитителем», «Жених пропавшей даёт показания», «Изабелла Форштайн сбежала накануне помолвки», «О пропаже наследницы великого мага доложено королю»… Кажется, целый выпуск известной теговской газеты посвящен мне.

Быстро пробежав глазами текст, я хмыкнула. Доводы один страннее другого могли бы развеселить, если бы не одно но:

«О чем молчало семейство Форштайн?».

Последняя заметка заставила меня задрожать и усилием воли закрыть газету.

Дядюшка решил себя обезопасить. И когда я размышляла вечерами о его чувствах к своей сестре и ко мне, его единственной племяннице, я никогда не думала, что он на это решится.

Он обещал сохранить в тайне мою потерю памяти и не очернять имя сестры.

Однако сейчас на кону лежит состояние Форштайн, и кто я такая, чтобы мешаться у него под ногами?

«…Последнее время Изабелла страдала депрессией и нервными расстройствами. Мы с её женихом Рэгом прикладывали много усилий, чтобы остановить её деградацию. Нанимали врачей, магов. Советовались с лучшими ведьмаками королевства… Гибель родителей в той поездке навсегда оставила след в хрупкой женской психике, – цитировал журналист слова дяди. – Мы не исключаем того, что она захотела покончить с собой и выбрала для этого уединенное место. Мы подали прошение на магический поиск её тела или останков…».

– Вот гад! – не удержалась я.

То есть он может взять любой труп и опознать, как будто он мой?! В последний год меня мало кто видел. После смерти родителей я могла исхудать, побледнеть и прочее. А если труп обезобразить, то даже внешнего сходства не потребуется!

Вообразив, как дядя довольно потирает руки и благодарит меня за побег, я запыхтела возмущённым ёжиком. У, скользкий гад! Даже про пожар и ведьмака ничего газете не рассказал!

Решил перевести все наследство на свое имя и оставить меня с носом?!

– Да, твой дядюшка выглядит весьма обеспокоенным, – хрипло засмеялся Феликс, – пропажа сильно огорчила его и внесла коррективы в планы.

– Какие планы? – я брезгливо сложила газету как попало и впихнула Феликсу в руки.

– Слышал, был заказ на инсценировку грабежа одного замка… – ехидно заметил он, играя бровями. – Плюс убийство. При нападении якобы должна была погибнуть девушка. Охраны особо никакой, замок в глуши – легко списать всё на разбойников. Ну а жениху носить траур, как я понимаю, не привыкать. Все шито-крыто.

– Боже мой! – в ужасе прикрыла я рот рукой. – Не может быть! То есть не убеги я из дома, меня… – голос сорвался.

Меня охватил ужас, и я не смогла закончить предложение. Дядя, дядя, такого я даже в страшном сне от тебя не ожидала…

– Заказ отложили, но не забрали, – серьёзно ответил Феликс, – так что будь осторожна и не шляйся одна по тёмным переулкам.

– Я и не собиралась, – прошептала, в панике пытаясь сообразить, что делать.

– Наринэ изменит твою внешность. Но ты всегда сможешь выдать себя по неосторожности.

– Почему?

– Слышал, у семейства Форштайн особая магия.

– О, это не ко мне, – облегчённо вздохнула я, – с магией у меня проблемы. Дядя говорил, я пошла в другую ветвь. В мамину.

– Хочешь, проверим? – искушающе предложил Феликс.

Предвкушение моего позора явственно читалось в его глазах. Я мысленно заскрежетала зубами от досады. И приспичило ему читать газеты с утра! Дурацкая привычка! И когда успел только? Мы делали остановку, пока я спала?

Ему выдала снисходительную улыбку, мол, меня не проведёшь. Вижу как на ладони твои намерения… И не надоело подкалывать меня?

– Не хочу, – ответила с достоинством.

– Боишься?

– Вовсе нет! Не хочу и всё тут.

Судя по заблестевшим глазам, Феликс собрался высказать очередную колкость. Но карета остановилась, и возница выкрикнул «Приехали».

– Ты говорил, ехать сутки…

Я заподозрила неладное. Куда он меня привез и что хочет сделать?! Воображение тотчас подкинуло пару картинок одна страшнее другой. Впрочем, была среди них и пара пикантных.

– Предлагаю сменить транспорт на более удобный, – вальяжно ответил дракон и потянулся, разминая косточки. – Понимаю, тебе будет нелегко перестроиться. Тего – отсталое королевство в плане технологий. Но не пугайся, я рядом. Сколько раз мы предлагали вам помощь, отправляли учителей и даже чертежи, но ваши упертые правители до сих пор игнорируют нас. Им, видите ли, проще управлять населением по старинке, а перестраиваться и осваивать, к примеру, новые системы слежения – лень. А я считаю, что все проблемы в жизни от лени. Уж на уровне государственного управления лениться нельзя. Важно самому вникать во все сферы… – Феликс встрепенулся и, задумчиво окинув меня взглядом, огладил бороду. – Хотя чего это я тебе рассказываю? Хм… Ладно, Изабо. Да-да, именно Изабо. Привыкай к новому имени, чтобы не спалиться раньше времени. То, что ты увидишь снаружи, покажется тебе страшным. Опасным. Однако не стоит паниковать. Вы в Тего напрочь игнорируете новейшие достижения, но это не значит, что их нет.

– Вы меня пугаете… – призналась я.

Какие технологии? Что он имеет в виду?

Феликс подхватил свою дорожную сумку и первым выбрался из кареты. Под впечатлением от его слов я замешкалась. Нечто страшное и опасное ждет меня снаружи – это очевидно. Иначе он не стал бы столько раз повторять обратное. Похлопав себя по карманам, я вздохнула с облегчением: меня не обокрали во сне – уже хорошо. В какой-то мере наша совместная поездка стала проверкой. И если Феликс не покусился на мое тело и драгоценности, ему можно доверять.

– Ты там заснула? – нетерпеливо спросил он. – У меня мало времени, так что поторапливайся.

Я подхватила длинную юбку, осторожно выбралась из кареты и увидела ухмыляющееся лицо дракона. Он ждал моей реакции и явно собирался поиздеваться надо мной.

Я перевела взгляд за его спину и нахмурилась. Серое высокое здание с полукруглой крышей я видела впервые, на его стеклянных стенах играли блики заката. В него входили люди с чемоданами, мужчина в темно-синей униформе подметал асфальт.

И всё-таки я где-то глубоко внутри догадалась, что это за здание. Уж слишком типично все выглядело.

– И зачем нам в аэропорт? – спокойно спросила, наблюдая, как из-за здания взлетал самолет.