Глобализация бедности
- -
- 100%
- +
SEF официально санкционирует уход государства из социальных секторов и «управление бедностью» (на микросоциальном уровне) отдельными и параллельными организационными структурами. Различные неправительственные организации (НПО), финансируемые международными «программами помощи», постепенно берут на себя многие функции органов власти местного уровня. Проекты мелкосерийного производства и кустарных промыслов, субподрядные работы для экспортно-перерабатывающих фирм, программы обучения и трудоустройства на уровне общин и т. д. создаются под эгидой «системы социальной защиты». Обеспечивается скудное выживание сообществ местного уровня и в то же время сдерживается риск социальных потрясений.
«Благое управление»: продвижение фиктивных парламентских институтов
«Демократизация» стала девизом свободного рынка. Так называемое «управление» и проведение многопартийных выборов добавляются в качестве условий к кредитным соглашениям. Однако природа экономических реформ препятствует подлинной демократизации.
Решение долгового кризиса становится причиной дальнейшей задолженности. Пакет мер МВФ по экономической стабилизации теоретически предназначен для оказания помощи странам в реструктуризации их экономики с целью создания положительного сальдо торгового баланса, с тем чтобы погасить задолженность и начать процесс восстановления экономики. Однако все происходит с точностью до наоборот. Сам процесс «затягивания поясов», навязанный кредиторами, подрывает восстановление экономики и способность стран погашать свой долг.
Последствия структурной перестройки
Основные меры МВФ способствуют увеличению внешнего долга:
– Новые кредиты, предоставляемые на основе политики для погашения старого долга, способствуют увеличению объема задолженности.
– Либерализация торговли, как правило, усугубляет кризис платежного баланса. Внутреннее производство заменяется импортом широкого спектра товаров, предоставляются новые кредиты с быстрой выплатой, позволяющие странам продолжать импорт товаров с мирового рынка.
– С завершением Уругвайского раунда и образованием Всемирной торговой организации гораздо большую долю импортных счетов составляют «услуги», включая оплату прав интеллектуальной собственности. Таким образом расходы на импорт увеличиваются без соответствующего притока «произведенных» товаров.
– Программа структурной перестройки подразумевает значительный отказ от проектного кредитования и, как следствие, замораживание накопления капитала во всех областях, которые напрямую не служат интересам экспортной экономики.
Пакет мер по экономической стабилизации уничтожает возможность «эндогенного процесса национального экономического развития», контролируемого национальными политиками. Реформы МВФ и Всемирного банка жестко разрушают социальные секторы развивающихся стран, сводя на нет усилия и борьбу постколониального периода и обращая вспять «одним росчерком пера» достигнутый в прошлом прогресс. Во всем развивающемся мире существует согласованная схема: пакет реформ МВФ и Всемирного банка представляет собой последовательную программу экономического и социального коллапса. Меры жесткой экономии приводят к распаду государства, перестройке национальной экономики, уничтожению производства для внутреннего рынка из-за сокращения реальных доходов, в то время как внутреннее производство перенаправляется на мировой рынок. Эти меры выходят далеко за рамки поэтапного отказа от импортозамещающих отраслей. Они разрушают всю структуру отечественной экономики.
МВФ признает провал своей политики
По иронии судьбы, МВФ и Всемирный банк негласно признали провал своей политики. По словам высокопоставленного чиновника МВФ, «хотя за последнее десятилетие был проведен ряд исследований на эту тему, нельзя с уверенностью сказать, «сработали» программы или нет (…). На основе существующих исследований, безусловно, нельзя сказать, привело ли принятие программ, поддерживаемых Фондом, к улучшению показателей инфляции и экономического роста. На самом деле часто обнаруживается, что программы привели к росту инфляции и падению темпов роста»45. Несмотря на призыв разработать улучшенные методы оценки программ фонда, предложенные исследовательским департаментом Международного валютного фонда эмпирические тесты не способны опровергнуть имеющиеся доказательства.
Контрфактический аргумент
Бреттон-Вудские учреждения обосновывают эти меры соображениями микроэкономической эффективности. Согласно международным финансовым институтам, «социальные издержки» должны быть сбалансированы с «экономическими выгодами» макроэкономической стабилизации. Девиз МВФ и Всемирного банка – «краткосрочная потеря ради долгосрочной выгоды».
Признавая «социальные аспекты перестройки», Бреттон-Вудские учреждения также подчеркивают так называемый «контраргумент»: «ситуация плохая, но она была бы намного хуже, если бы не были приняты меры по структурной перестройке». Согласно отчету Всемирного банка:
«Разочаровывающие экономические показатели Африки в совокупности представляют собой скорее неспособность к корректировке, чем провал корректировки (…). Большая, а не меньшая корректировка помогла бы бедным и окружающей среде. (…) Корректировка является необходимым первым шагом на пути к устойчивому сокращению масштабов бедности»46.
В то время как пакет мер экономической политики в принципе направлен на повышение эффективности и более рациональное распределение производственных ресурсов на основе рыночного механизма, эта цель достигается за счет массового высвобождения людских и материальных ресурсов. Оборотной стороной «микроэкономической эффективности» является запрограммированная жесткая экономия на макроэкономическом уровне. Следовательно, трудно оправдать эти меры с точки зрения эффективности и распределения ресурсов.
Социальное воздействие макроэкономической реформы
Социальные последствия этих реформ (включая их влияние на здравоохранение, образование, социальные права женщин и окружающую среду) были подробно задокументированы47. Из-за нехватки средств закрываются учебные заведения и увольняются учителя; в сфере здравоохранения наблюдается общий развал лечебно-профилактической помощи из-за нехватки медицинского оборудования и расходных материалов, плохих условий труда и низкой оплаты труда медицинского персонала. Недостаток оборотных средств частично компенсируется путем взимания регистрационных и пользовательских сборов (например, «схема возмещения затрат на лекарства» в соответствии с предложением Бамако) и сборов Ассоциаций родителей и учителей (АРУ), взимаемых местными общинами для покрытия расходов, которые ранее несло Министерство образования.
Этот процесс предполагает частичную приватизацию основных государственных социальных услуг и фактическое исключение из него больших слоев населения (особенно в сельской местности), которые не в состоянии платить различные сборы, связанные с медицинскими и образовательными услугами48.
Следует подчеркнуть, что программа структурной перестройки приводит не только к повышению уровня бедности в городах и сельской местности. Она также подразумевает снижение способности людей (включая домохозяйства среднего класса) оплачивать медицинские и образовательные услуги и урезание схем возмещения затрат.
Замораживание числа выпускников педагогических колледжей и увеличение числа учеников на одного учителя являются условиями выдачи Всемирным банком займов на цели адаптации социального сектора. Урезается образовательный бюджет, сокращается количество аудиторных часов, устанавливается двухсменная система, когда один учитель выполняет работу за двоих, а остальные учителя увольняются. Полученные же от экономии средства поступают в казну и направляются внешним кредиторам.
Однако эти «затратоэффективные» инициативы все еще считаются незавершенными, и в странах Африки к югу от Сахары сообщество инвесторов предложило новую творческую «затратоэффективную» формулу, которая заключается в полной отмене скудной зарплаты учителей (которая в некоторых странах составляет всего 15–20 долларов США в месяц), одновременно предоставляя небольшие кредиты, позволяющие безработным учителям открывать свои собственные неформальные «частные школы» в сельских дворах и городских трущобах. При этом, согласно этой схеме, министерства образования по-прежнему будут нести ответственность за мониторинг «качества» преподавания.
Реструктуризация сектора здравоохранения
Утверждается, что государственные субсидии здравоохранению создают нежелательные «рыночные искажения», которые «приносят пользу богатым». По данным Всемирного банка, расходы в размере 8 долларов США на человека в год вполне достаточны для соответствия приемлемым стандартам клинических услуг49. Более того, плата за первичную медико-санитарную помощь в бедных сельских общинах должна взиматься как на основе «большей справедливости», так и «эффективности». Сами общины должны участвовать в работе учреждений первичной медико-санитарной помощи, заменяя квалифицированных медсестер или медицинских братьев (до сих пор оплачиваемых Министерством здравоохранения) неподготовленными и малограмотными медицинскими волонтерами.
В результате за исключением небольшого числа «экспонатов», финансируемых из внешних источников, медицинские учреждения в странах Африки к югу от Сахары де-факто стали источниками болезней и инфекций. Нехватка средств, выделяемых на медикаменты (включая одноразовые шприцы), а также рекомендованный Всемирным банком рост цен на электричество, воду и топливо (например, необходимое для стерилизации игл) увеличивают заболеваемость инфекциями, включая передачу ВИЧ. Кроме того, в странах Африки к югу от Сахары неспособность населения платить за рецептурные лекарства создает тенденцию к снижению уровня посещаемости и использования государственных медицинских центров, что делает инфраструктуру здравоохранения и персонал экономически неэффективными50.
Схема возмещения затрат может обеспечить ограниченную операционную жизнеспособность избранного числа медицинских центров, однако при этом наблюдается тенденция к усилению социальной поляризации в системе здравоохранения, сокращению охвата населения услугами здравоохранения и увеличение и без того большого процента населения, не имеющего доступа к здравоохранению. Такая макроэкономическая политика способствует значительному высвобождению человеческих и материальных ресурсов в социальных секторах.
Возвращение инфекционных заболеваний
В странах Африки к югу от Сахары произошла вспышка ряда инфекционных заболеваний, которые, как считалось, находились под контролем. К ним относятся холера, желтая лихорадка и малярия. Аналогичным образом, в Латинской Америке с середины 1980-х годов резко увеличилась распространенность малярии и денге. Мероприятия по контролю и профилактике резко сократились, что непосредственно связано с сокращением государственных расходов в рамках программы структурной перестройки. Вспышка бубонной и легочной чумы в Индии в 1994 году была признана «прямым следствием ухудшения городской санитарии и инфраструктуры общественного здравоохранения в связи с сокращением национального и муниципального бюджетов в рамках программы структурной перестройки 1991 года, спонсируемой МВФ и Всемирным банком»51.
Социальные последствия структурной перестройки полностью признаются международными финансовыми организациями. Однако методология МВФ и Всемирного банка рассматривает «социальные сектора» и «социальные аспекты адаптации» как нечто отдельное, т. е. согласно доминирующей экономической догме, эти «нежелательные побочные эффекты» не являются частью работы экономической модели. Они принадлежат к отдельному «социальному сектору».
Глава 4. Всемирный банк и права женщин
Всемирный банк стал защитником прав женщин, призывая национальные правительства «больше инвестировать в женщин, чтобы уменьшать гендерное неравенство и ускорять экономическое развитие»52. Через свою программу «Женщины в развитии» (WID), принятую в развивающемся мире, Всемирный банк диктует основные правила гендерной политики. Предписывается «рыночный» подход к гендеру; гендерному равенству придается денежная оценка. Женские программы должны быть составлены с учетом «альтернативных издержек» и «эффективности» прав женщин.
Признавая возможность «провала рыночной экономики» и, следовательно, необходимость государственного вмешательства для защиты прав женщин, Всемирный банк утверждает, что «свободные рынки» в целом поддерживают «расширение прав и возможностей женщин» и достижение гендерного равенства:
Крайне важно, чтобы правительства взяли на себя инициативу там, где рынки не могут в полной мере воспользоваться выгодами для общества от инвестиций в женщин. (…) Инвестиции в женщин имеют жизненно важное значение для достижения экономической эффективности и роста. Банк призван продвигать гендерное равенство как вопрос социальной справедливости и расширять участие женщин в экономическом развитии53.
Утверждается, что политика, которая «углубляет рынки» и «стимулирует более конкурентные рыночные структуры», способствует большему гендерному равенству. Всемирный банк утверждает, что программа структурной перестройки улучшает экономическое положение женщин на рынке труда, признавая при этом, что существуют также «риски» для женщин, связанные с сокращением социальных расходов и сокращением государственных программ.
Гендерная перспектива Всемирного банка
Всемирный банк выступает в роли хранителя: он определяет концепции, методологические категории и базу данных, используемые для анализа гендерных проблем. «Инвестиционное сообщество» контролирует институциональную структуру на уровне стран, включая Женское бюро и Министерство по делам женщин. Поскольку Всемирный банк является основным источником финансирования, национальные женские организации, связанные с центром политической власти, часто поддерживают его гендерную перспективу. Однако основная цель последнего – не расширение прав женщин, а навязывание гендерной перспективы свободного рынка и демобилизация женского движения.
«Расширение прав и возможностей женщин» под опекой международных финансовых институтов достигается с помощью обычных макроэкономических рецептов: девальвации, жесткой бюджетной экономии, применения сборов в сфере здравоохранения и образования, постепенный отказ от государственного кредита, либерализация торговли, дерегулирование рынков зерна, отмена законодательства о минимальной заработной плате и так далее. Другими словами, донорская поддержка женских программы через проекты, финансируемые «Женщины в развитии» (WID), зависит от предварительного ущемления прав женщин посредством «удовлетворительного соблюдения» условий МВФ и Всемирного банка.
Например, реализация символических кредитных схем, предназначенных для сельских женщин в рамках кредитных программ Всемирного банка на микроуровне, неизменно требует предварительной продажи поддерживаемых государством банков развития, резкого повышения процентных ставок и постепенного закрытия сельских кредитных кооперативов. То же самое относится и к «программам борьбы с бедностью».
Последние зависят от предварительного принятия макроэкономических мер, которые порождают массовую бедность. Программы борьбы с бедностью, реализованные в рамках «сети социальной защиты» ориентированы на так называемые «уязвимые группы»: «неблагополучные женщины, женщины из числа коренных народов, женщины-главы домохозяйств, женщины-беженцы и женщины-мигранты, а также женщины-инвалиды». При этом структурные причины бедности и роль в этом макроэкономических реформ отрицаются.
Ущемление прав женщин на образование
Еще одним направлением вмешательства Всемирного банка стало предоставление символических стипендий и/или субсидий девочкам (программа «Позволим девочкам учиться») для финансирования расходов на обучение в начальной и средней школе, включая книги и школьные материалы54. Однако поддержка Всемирного банка в этой области осуществляется при условии предварительного увольнения учителей и перехода на двухсменное и многоуровневое обучение, т. е. обучение учащихся разного возраста, классов и способностей в одной группе (см. главу 3). Конкретно, кредитные соглашения Всемирного банка для сектора образования требуют от министерств образования сокращения бюджета, увольнения педагогов и увеличения соотношения учеников и учителей в пользу первых. При этом введение платы за обучение и прокат книг – также под руководством Всемирного банка – способствовало резкому сокращению количества учащихся в школах как среди женщин, так и среди мужчин. В центре внимания Всемирного банка – реализация экономически эффективных «целевых программ» для девочек, и в то же время банк предписывает выход государства из финансирования начального и среднего образования.
Возмещение затрат в здравоохранении
Концепция возмещения затрат на оплату услуг здравоохранения под надзором Всемирного банка способствует ущемлению прав женщин на репродуктивное здоровье. Это объясняется тем, что фактически принятые ранее программы структурной перестройки во многих частях мира способствовали постепенному сворачиванию программ охраны здоровья матери и ребенка (ЗМР). Имеющиеся данные подтверждают возобновление материнской и младенческой смертности, поскольку у женщин нет средств на оплату пренатальных услуг, родов и услуг в послеродовой период.
Кроме того, в странах Африки к югу от Сахары наблюдается тенденция к «депрофессионализации» медицинских услуг, что в конечном итоге приводит к краху системы первичной медицинской помощи в здравоохранении. Деревенские волонтеры здравоохранения и народные целители фактически заменили местных медицинских сестер и братьев. При этом сбережения казначейств от урезания финансирования здравоохранения направляются на обслуживание внешнего долга, в Всемирный банк предсказуемо утверждает, что «неформальное здравоохранение» не только «рентабельно», но и более «демократично», поскольку «дает возможность женщинам в местных сообществах управлять сельскими медицинскими центрами».
Скрытая повестка
Концепция Всемирного банка изображает «свободное» рыночное общество, состоящее из людей обоих полов. Женщины идентифицируются как принадлежащие к отдельной социальной категории, отличной от мужчин, как если бы мужчины и женщины принадлежали к разным социальным классам. Противостояние между мужчиной и женщиной как личностями рассматривается как основной источник социального конфликта. Согласно гендерной концепции Всемирного банка, социальный статус женщин зависит от отношений мужчин и женщин в семье, а то, как на женщин влияет сама глобализация, не составляет проблемы. По данным Всемирного банка, концентрация богатства и структура корпоративной экономической власти никак не влияют на права женщин.
Средствами достижения гендерного равенства объявляются «современность» и «расширение прав и возможностей женщин посредством свободного рынка». Сама система глобальной торговли и финансов никогда не подвергается сомнению, роль глобальных институтов, включая Всемирную торговую организацию и Бреттон-Вудские институты, не является предметом серьезных дискуссий. Однако эта глобальная экономическая система, основанная на «дешевой рабочей силе» и частном накоплении богатства, в конечном итоге представляет собой одно из главных препятствий на пути достижения гендерного равенства. Неолиберальная гендерная перспектива под опекой «доноров» в значительной степени нацелена на создание раскола внутри национальных обществ, демобилизацию женского движения и разрушение солидарности между женщинами и мужчинами в их борьбе против Нового мирового порядка.
Глава 5. Глобальная экономика дешевой рабочей силы
Глобализация бедности сопровождается перестройкой национальных экономик развивающихся стран и переопределением их роли в Новом мировом экономическом порядке. Обсуждаемые в предыдущей главе макроэкономические реформы национального уровня, которые применяются одновременно в большом количестве отдельных стран, играют ключевую роль в регулировании заработной платы и затрат на рабочую силу на мировом уровне. Глобальная бедность является «вкладом» со стороны предложения, мировая экономическая система питается дешевой рабочей силой. Бедность создает условия для предложения дешевой рабочей силы, которую использует мировая экономика.
Мировая экономика характеризуется перемещением значительной части промышленной базы развитых капиталистических стран в места с дешевой рабочей силой в развивающихся странах. Развитие экономики экспорта дешевой рабочей силы началось в Юго-восточной Азии в 1960–1970 гг. преимущественно в «трудоемком производстве». Первоначально ограниченное несколькими экспортными анклавами (Гонконг, Сингапур, Тайвань и Южная Корея), развитие офшорного производства дешевой рабочей силы получило новый импульс в 1970–1980 гг.
С конца 1970-х годов появилось «новое поколение» зон свободной торговли – с основными полюсами роста в Юго-восточной Азии и на Дальнем Востоке, в Китае, Бразилии, Мексике и Восточной Европе. При этом глобализация промышленного производства затрагивает широкий спектр промышленных товаров, и промышленность третьего мира в настоящее время охватывает большинство отраслей – автомобилестроение, судостроение, сборка самолетов, производство оружия и т. д.55.
Современная мировая экономика больше не структурирована по традиционному разделению между промышленностью и «первичным производством» (ср. дебаты об условиях торговли между производителями первичного и промышленного сырья). Страны третьего мира продолжают играть роль крупного производителя первичного сырья, но все большая доля мирового производства приходится на Юго-восточную Азию, Китай, Латинскую Америку и Восточную Европу.
Это всемирное развитие отраслей с дешевой рабочей силой (включая все более сложные и тяжелые области производства) основывается на сокращении внутреннего спроса в экономиках некоторых стран третьего мира и формировании дешевой, стабильной и дисциплинированной промышленной рабочей силы в безопасной политической среде. Данный процесс базируется на разрушении национального производства для внутреннего рынка (то есть импортозамещающих отраслей) в ряде стран третьего мира и укреплении экспортной экономики с использованием дешевой рабочей силы. После завершения Уругвайского раунда переговоров в Марракеше и создания Всемирной торговой организации (ВТО) в 1995 году границы таких зон свободной торговли с дешевой рабочей силой распространились на всю территорию развивающихся стран.
Макроэкономика стимулирует промышленную миграцию
Реструктуризация отдельных национальных экономик под руководством Бреттон-Вудских институтов ведет к ослаблению государств. Подрывается промышленность внутреннего рынка, множество национальных предприятий доводятся до банкротства. Сокращение внутреннего потребления вследствие программ структурной перестройки подразумевает соответствующее снижение затрат на рабочую силу; именно в этом состоит скрытый смысл политики финансоовых институтов: уменьшение зарплат в странах третьего мира и Восточной Европы способствует переносу экономической активности из богатых стран в бедные.
Глобализация бедности стимулирует развитие мировой экономики, ориентированной на экспорт дешевой рабочей силы; производственные возможности огромны благодаря массе дешевых работников по всему миру. Однако бедные страны практически не торгуют друг с другом: бедные люди не являются рынком для тех товаров, которые сами производят.
Потребительский спрос сосредоточен главным образом среди 15 % населения мира, живущего в богатых странах, а также на небольших островках благополучия стран третьего мира и постсоветского пространства (см. таблицу 1.1). В такой системе, вопреки известному утверждению французского экономиста Жана-Батиста Сэя («закону Сэя»), предложение не создает собственного спроса. Наоборот, когда в стране высокая степень бедности, это приводит к снижению стоимости труда, поскольку рабочие готовы работать за меньшую плату. Бедность фактически помогает экономике, предоставляя ей доступ к дешевой рабочей силе. В контексте рыночной экономики это называется «вкладом со стороны предложения», то есть предложением рабочей силы по низкой цене.
Продвижение промышленного экспорта
Девиз «Умри или экспортируй!» заменяет старые стратегии замещения импорта и ориентирования на внутренний рынок. Согласно новым рекомендациям международных финансовых институтов, страна должна развивать специализацию исходя из своих сравнительных преимуществ, главным образом заключённых в избытке и дешевизне рабочей силы. Таким образом, экономический рост связывается с активным расширением экспорта, поддерживаемым Всемирным банком и Международным валютным фондом. Под влиянием глобализации подобные программы форсированного развития «нетрадиционного» экспорта внедряются синхронно во многих развивающихся странах. К ним теперь присоединились также новые поставщики дешёвой рабочей силы из Восточной Европы, вступившие в жёсткое соперничество за ограниченный спрос. Все участники глобальной конкуренции нацеливаются на одни и те же западные рынки сбыта – Европу и Северную Америку. Избыточность предложения ведёт к обострению ценовой борьбы, вынуждая поставщиков сокращать отпускные цены. Мировые рыночные цены промышленных товаров стремительно снижаются, аналогично ситуации с сырьём. Таким образом, конкуренция как между разными государствами, так и внутри самих экономик порождает снижение заработной платы и общей доходности производства. Прежняя стратегия экспортной экспансии, применённая повсеместно, приводит к резкому увеличению объёмов производства и падению мировых цен на промышленную продукцию. Возникает парадоксальная ситуация: стремление увеличить экспорт сопровождается снижением выручки от продаж и уменьшением дохода, необходимого для обслуживания растущего внешнего долга. Иронично, что наиболее успешные экспортёры оказываются крупнейшими должниками мировой финансовой системы.