Разведу на любовь
- -
- 100%
- +
– Я серьёзно, – говорю тихо. – Либо ты мне сейчас говоришь, либо завтра я сама прихожу к вашему классному и выясняю.
Он резко поднимает голову, глаза злые.
– Только попробуй!
– Тогда говори.
Несколько секунд смотрит исподлобья. Потом выдыхает и отворачивается.
— На физре! В баскетбол! Этот козёл весь урок меня локтями обрабатывал, а препод то в телефоне, то делал вид, что не видит ничего. Потом он меня в спину толкнул, когда я бросал, — я об пол головой приложился. А он: «Не умеешь играть, слабак». Ну я и показал ему, кто слабак. А потом его дружки подбежали. Всё. Довольна? – исподлобья смотрит на меня.
– Чёрт, – сдуваюсь я и сажусь на диван. Закусываю губу.
И что мне делать? Как ему помочь?
– Я схожу, нужно разобраться. И с физруком этим, и с одноклассниками твоими.
– Только попробуй, – огрызается. – Хочешь, чтобы меня совсем забуллили?
Мне становится не по себе.
– Совсем всё так плохо? – Данька никогда не жаловался.
– Да нормально, – отмахивается. – Всё, отвали, дай отдохнуть, – падает на диван рядом во весь рост, утыкаясь лицом в подушку.
– В пятницу вечером поедем домой, – говорю ему.
– Зачем? – приподнимается на локте.
– Навестить родителей.
– Пф-ф, – выдыхает, снова утыкаясь в подушку.
– Не будешь сопротивляться? – удивляюсь.
– А есть смысл? – бубнит приглушённо.
– Иди поешь, – поднимаюсь на ноги.
– Иду.
И я выхожу из его комнаты. Пытаюсь понять, как мне быть. Как ему помочь. Ведь до хорошего такие придирки не дойдут. Он мальчик упёртый, честный. За себя постоять может, но итог-то вот. На одного несколько налетает. А этот физрук… Господи, кто там у них физрук? На него выйти надо. И поговорить. Лишь бы не сделать хуже.
Ян
После второй пары уезжаю в сервис. И там беру первый заказ. Погружаюсь в работу. Кажется, меня решили проверить, насколько я соображаю в машинах. И я покажу свои знания. Но то, что мне доверили – это детский сад. Поменять колодки да заменить моторное масло.
– Дед, ты не жди, прогуляйся, – говорю я дедку, который и привез свою «старушку».
– Да ну ты что, сынок, – улыбнулся он. – Я подожду.
Ну жди тогда. Я надеялся, что справлюсь быстро. Но болты, к чертовой матери, прикипели. И в итоге я провозился часа три. Затем замена масла да фильтров. В общем…
– Принимай работу, – вытираю ветошью руки.
– Долго, – вздыхает он.
– Ты когда последний раз менял колодки? Там задние диски подъело. Так и без тормозов остаться можно. Диски в любом случае под замену.
– Да какая замена, – отмахивается. – Выезжаем с бабкой только на дачу. Сезон вот начался. Всю зиму, с поздней осени, машина стоит во дворе дома.
Я вздыхаю.
– Сколько с меня? – спрашивает дед.
– Я сейчас информацию бухгалтеру передам, вам вон в то окно, – показываю направление.
– Спасибо, – благодарит и выходит.
Ещё один заказ – по замене антифриза и кое-что по мелочи. Под конец дня я ощущаю приятную усталость в мышцах.
– До завтра, – прощаюсь с мужиками, которые весь день наблюдали за мной.
И, прыгнув в машину, еду в ближайшую кафешку. Жрать хочу – сил нет.
На часах почти девять. Еду домой. Но по пути меняю маршрут, катаюсь по городу, врубив музыку на всю. И лишь спустя полтора часа всё же еду домой.
Кот не встречает.
Да я и не удивлён.
Стягиваю кроссовки, куртку и сразу же сворачиваю в ванную. Нужно отмыться после рабочего дня. Можно было это сделать в сервисе, но я не сильно успел запачкаться, поэтому и рванул оттуда. А сейчас, стоя под струями горячей воды, закрыв глаза, ощущаю, как мурашки бегут по затылку и вниз, вдоль позвоночника. Ударяет волна в пах. Перед глазами вспыхивает образ Варвары: её глаза, стреляющие в меня злостью. Ощущаю её запах, словно она тут, со мной под душем. Но это лишь моё воображение.
Выползаю из ванной, обмотав вокруг бёдер полотенце.
– Муа, – выдаёт кот, который сидит на барной стойке.
– Пошёл! – шикаю на мохнатую рыжую задницу, сгоняя со стола.
– Пшшш, – шипит в мою сторону.
– Не подружимся мы с тобой, – качаю головой.
Но достаю его корм и насыпаю в миску. Плескаю воды во вторую, включаю чайник и сажусь на высокий стул.
Наблюдаю, как кошара хомячит. Аппетит, надо признать, у него совсем не детский. А он далеко не взрослая особь. Свезти его ещё в ветеринарку надо, а времени пока у меня нет.
Плеснув в кружку к чайному пакетику кипятка, беру телефон в руки и зависаю над вчерашним отправленным сообщением Варе.
Если ещё раз напишу – пошлёт?
Барабаню пальцами по столешнице.
Отрываю задницу от стула и иду на балкон, прихватив пачку сигарет. Не курил около года. А сейчас прорвало. Не хорошо влияешь ты на меня, Варвара Дмитриевна.
Щёлкаю зажигалкой.
И вместо того чтобы написать сообщение, нажимаю на вызов.
Гудки.
Раз-два-три-четыре… считаю про себя.
Ну? Давай, детка.
Щелчок.
– Да, – звучит устало её голос.
– Разбудил? – голос становится хриплым от одной только мысли, что она спала. Расслабленная, мягкая, тёплая…ммм.
– Шумский, – выдыхает с раздражением.
– Ян. Можно просто Ян, – усмехаюсь.
– Давай на чистоту, – начинает она. – Что тебе от меня нужно?
– Внимания, – признаюсь честно.
– Мальчик, ты не по адресу, – её голос приобретает те самые нотки, которые я слышу, когда она меня пытается послать.
– А ты уверена, что я – мальчик? – говорю серьёзно, без какого-либо смеха. Меня эта тема раздражает.
– Тебе-то лет сколько? А сколько мне, знаешь? Ищи себе девочку и развлекайся, – в трубке что-то шелестит.
А я как дурак представляю, как она садится в постели. Одеяло сползает с её тела, оголяя плечо, грудь.
– Так в том и дело, что не развлекаться я хочу.
Бред несу. Полнейший. Её я хочу. Не девчонку-малолетку. От одного поцелуя крышку сорвало. А что может быть дальше? Я в предвкушении.
– А что хочу я, ты знаешь? – усмехается. – В чём разница между мальчиком и мужчиной, надеюсь, ты понимаешь. Ты своим поведением и действиями лишь показываешь, что хочешь ты. Это не мой формат, мальчик. Мне всё равно, что ты там хочешь. Не дискредитируй меня, не лезь ко мне. Между нами быть ничего не может. Направь свою энергию в полезное русло, – и обрывает звонок.
Набираю ещё раз, но в трубке раздаются короткие гудки.
Блокнула?
Ай, какая. Больно бьёт по моему эго. Молодец.
Ну ничего, мы ещё повоюем. Посмотрим, с какими словами ты упадёшь под меня.
Глава 8
Варвара
Утром еле просыпаюсь. Состояние разбитое. Хочется спать, а не вот это всё.
– Ты взрослая, ответственная, Варя, – бубню себе, пытаясь оторваться от постели.
Бужу Даньку и первая занимаю ванную. А потом уже плетусь варить себе кофе.
В голове ураган. Помимо мыслей, так ещё и лупит в висок. Монотонно, с одинаковой силой. Аж глаз начинает дёргаться. Больно.
– Ты чего какая-то тихая? – садится за стол Данил и, взяв бутерброд, хмуро поглядывает на меня.
За что браться?
Физрук? Машина? Шумский?
Последний так и вовсе гад! Это надо же – додумался позвонить. И впрямую заявить, что хочет от меня внимания.
Это бесит!
Своих проблем хватает, а ещё и он подливает масла.
– Голова просто раскалывается, – морщусь от очередного удара по виску и всё же тянусь к шкафу, где на полке стоит контейнер с медикаментами.
Мне определённо не обойтись без обезболивающего.
Спустившись вниз и подойдя к машине, я вставляю ключ в замочную скважину, проворачиваю, чтобы открыть дверь, как срабатывает сигнализация.
Так. Это что за новости? Я точно помню, что не ставила сигналку, потому что боялась, что она не снимется в нужный момент. А она сама по себе сработала?
Стою и не понимаю, что делать с орущей на весь двор машиной.
– Что такое? – спрашивает Данил.
– Не понимаю, – щёлкаю по кнопкам брелока. – Не срабатывает.
– И чё делать?
– Пешком идти, – начинаю злиться.
Только не оставлять же машину вот так орущую.
– Чёрт! – ругаюсь и достаю телефон.
Но эта зараза выскальзывает у меня из рук и падает прямехонько в лужу.
Я зажмуриваюсь.
Вдох-выдох.
С какой ноги я сегодня встала? Не с той, да?
– Дань, иди, а то опоздаешь, – говорю брату, поднимая испорченный телефон.
– Ладно, – недовольно морщит нос, но всё же отходит от машины. – Пошёл, – машет рукой и направляется к автобусной остановке.
Одно радует: тут не так уж и далеко. Успеет до начала пар.
А я, отойдя к ближайшей лавочке, сажусь. Достаю из сумки злополучную коробку с новым подаренным телефоном от Шумского. Нахожу шпильку, извлекаю симкарту из своего утопленника и вставляю в новый.
Нахожу номер сервиса, в который звонила и договаривалась на диагностику и ремонт. Набираю.
– Здравствуйте. Я записывалась на сегодня. По поводу сигнализации. Подскажите, а не может кто-то от вас подъехать сейчас? Сигнализация орёт, отключить не могу.
Называю адрес, и мне обещают, что сейчас вышлют мастера. И я остаюсь ждать. Щёлкаю брелоком, надеясь, что что-то сработает и грёбаная сигналка отрубится. Но, замолчав на минуту, снова начинает орать.
Соседи, кто выходит из дома, явно недовольны таким шумом во дворе.
– Чья машина? Что за безобразие?
А что я? Сижу, жду мастера.
Одно радует: это не выходной день. А то было бы гораздо больше недовольных.
Через пятнадцать минут во двор въезжает машина. Я не сразу обращаю на неё внимание. Иномарка. Почему-то она мне кажется знакомой. Но я не сразу понимаю, где могла её видеть. Пока она не останавливается рядом с моей машиной и из неё не выходит водитель.
Шумский?!
Да чтоб тебя?
Вскакиваю с лавочки и тороплюсь в его сторону.
Я готова сейчас ругаться так, чтобы он исчез раз и навсегда.
Подлетаю к нему.
– Ты что? Преследуешь меня? Я неясно тебе всё вчера сказала? – рычу на парня.
А тот переводит на меня взгляд и, не моргнув даже, говорит:
– Ключи от машины, – и протягивает свою ладонь. Большую такую.
И я, как послушная девочка, вкладываю в неё брелок с ключом.
Он что-то с ним делает, затем нажимает на кнопки, и машина замолкает, привычно пиликнув. После чего он открывает дверь, наклоняется к рулю, дёргает за рычаг под ним, открывая капот.
Я стою и как заворожённая за ним наблюдаю.
– Что ты делаешь? – спрашиваю.
– Ремонтирую твою истеричку, – хмыкнув и даже не посмотрев на меня, что-то делает под капотом.
И через минуту:
– Готово. Сигналку отключил. Нужно гнать в сервис, там детально разбираться с проблемой, – говорит со знанием дела.
– Ты тут откуда? – не понимаю я.
– Ты мастера вызывала? – смотрит на меня, улыбаясь.
– Вызывала.
– Вот я и приехал, – разводит руками.
– Я вызывала мастера, а не тебя! – не въезжаю я.
– Слушай, давай без истерик. Ты в сервис звонила? Звонила. Прислали меня, так как я разбираюсь в этом. Всё. А теперь поехали, – садится за руль моей машины.
– Куда?
– Я отвезу тебя на работу и поеду чинить твою тачку.
– А твоя машина?
– А за своей приеду потом. Или ты готова сейчас отогнать свою в сервак сама? – вздёргивает бровь.
Я смотрю на часы и понимаю, что катастрофически опаздываю.
Чтоб тебя!
Обхожу машину и сажусь на пассажирское.
Ян заводит двигатель и выезжает со двора. Я же, прижав к себе сумку, даже не хочу на него смотреть. Чувствую себя странно. Ещё и голова раскалывается. Таблетка всё ещё не подействовала.
– Зря ты так, – заговаривает первым.
Молчу. Не хочу вступать с ним в разговор. Я вообще очень хочу, чтобы он исчез так же быстро, как и появился с утра.
– Я многофункционален, – продолжает нести какую-то ерунду. – Не только развлекать умею, – усмехается. – Так что не надо меня задвигать только потому, что тебя не устраивает мой возраст.
Закрываю глаза.
Ну что ты несёшь? Какой возраст?
– Я твой преподаватель, – подаю голос.
– И? – смешок.
– И на этом всё. Не придумывай себе того, чего не будет, – хочу закончить этот бессмысленный разговор.
– А вот посмотрим, будет или нет, – останавливается у института.
Отстёгиваю ремень и дёргаю за ручку дверь.
– Я отзвонюсь, расскажу, что да как с машиной, – прилетает мне вслед.
Не отвечаю и, хлопнув дверью, тороплюсь ко входу. Сама же спиной чувствую, как он на меня смотрит.
Надеюсь, нас никто не увидел. Иначе я даже боюсь представить, что можно о нас подумать.
Ян
Мое утро начинается с орущего кошака. Вскакиваю с постели и бегу на его ор.
Это чудовище мохнатое в ванной повисло на шторке, зацепившись когтем.
– И какого, спрашивается, ты тут забыл? – схватив животину за шкирку, отцепляю.
Тот вырывается из рук, тут же пулей вылетает из ванной, буксуя на поворотах.
Вот вам и спасибо и доброе утро.
Делаю себе кофе – и собственно весь мой завтрак. Есть в такую рань не могу.
Сегодня я не еду в универ. Да, я прогуливаю, и со спокойной душой, зная, что нет пар по коммуникациям, еду в сервак. А там с самого утра звонок от потенциального клиента. Сигналка сбоит. Из присутствующих на смене механиков желающих ехать на выезд нет.
– Да я только переоделся, – недовольно возмущается один.
У второго еще причины.
– Да не выезжали мы никогда, – недовольно бурчит третий.
– Девушке помочь, ну мужики? – удивленно смотрит на своих мастеров дядя Паша.
Разбаловал их.
– Я сгоняю, – вызываюсь.
– Давай, – хлопает меня по плечу.
Получив адрес, по которому нужно ехать на вызов, в груди что-то дрогнуло.
Мне кажется, или это реально адрес Варвары? По крайней мере улица и номер дома ее.
Еду весь в предвкушении. И вуаля. Машина училки.
Какая встреча. Чего только стоит ее удивленный взгляд. Вовремя я подался в механики, выходит.
Отвез в институт на ее же тачке, рванул в сервис. И закопался под капотом ее старушки, периодически прыгая в салон за руль. К вечеру сигналка работала как часы.
Краем взгляда замечаю Варю в зоне ожидания.
Вытираю руки, готов сдать работу. С ней рядом суетится дядя Паша. От одной мысли, что она ему понравилась и он там с ней любезничает, передергивает нерв.
Он, словно почувствовав мой взгляд, заходит в ремонтную зону.
– Хорошая работа, – усмехнулся Паша и хлопнул по плечу. – Если дальше так пойдет, будешь получать заказы и посерьезнее.
На это лишь хмыкаю. И ловлю взгляд Вари. Она смотрит на меня. Щеки краснеют.
– Давай ключи, сдам девушке, – протягивает руку Паша.
А я не готов вот так отойти в сторону. С хрена ли? Пусть и не думает свои яйца подкатывать в ее сторону.
– Я сам, позвольте, – натягиваю улыбку.
– Знакомая? – вздергивает бровь, оглянувшись в ее сторону.
– Очень хорошая знакомая, – специально уточняю.
– Да ладно, – усмехается. – Твоя?
– Моя, – киваю и, обойдя его, застывшего истуканом, направляюсь к Варе.
Подхожу к ней вплотную, и, пока она не успела отреагировать, поймав ее взгляд, целую в губы.
Мммм…
Дергается назад. Но я все равно успел получить что хотел. Хотя бы просто почувствовал жар ее губ на своих. Мой мотор уже от этого начинает трепыхаться.
– Ты с ума сошел? – шипит она.
– Принимай работу, – игнорирую ее недовольство.
Жаль, обнять не могу – в рабочей форме. Хоть и не успел испачкаться, все равно боюсь оставить пятна на ее шмотках.
Протягиваю ключи.
– Ты ее починил? – удивляется.
– Да. Будешь тестить? – спрашиваю, ловя ее взгляд.
И надо признать, мне нравится, что она чувствует себя неуверенно рядом со мной. Теряется. Тяжело воспринимать меня не просто студентом?
– А надо?
– Пойдем, – веду ее за собой.
Идем к машине.
– Давай, проверяй, – командую.
И Варя щелкает брелоком. И машина отзывается.
– Сколько я тебе должна? – спрашивает меня.
– Не мне, а сервису, – усмехаюсь. – Тебе вон в то окно. А я пока тачку выгоню.
На улице стою, жду ее. Мазнув взглядом по часам, вздыхаю. Мне еще три часа торчать здесь. Хлопаю себя по карманам. Закурить хочется. Но сиги остались в моей машине. А тачка у дома Вари.
– Спасибо, – подходит, остановившись в шаге от меня.
Держит дистанцию. Умница.
– Можешь поцеловать в качестве вознаграждения за работу, – ухмыляюсь, снова ловя ее реакцию. Она вспыхивает. В глазах огонь. Шипит кошкой.
– Ты слишком много себе позволяешь.
– Даже не начинал.
– Все, я поехала. Отойди.
– Прошу, – делаю шаг в сторону.
Варя садится в машину, заводит двигатель.
Стучу в окно, которое она послушно опускает, и поднимает свой взгляд на меня.
– Может, заберешь меня в девять? – набираюсь наглости.
– Больше ничего не хочешь? – прищуривает свои карие глаза.
– М-м-м, – тяну. – Можно горячий ужин, совместный душ, шикарный секс, ну и…
Лупит меня по рукам, которыми уперся в дверь.
– Закатай губу, – фыркает.
– И еще, – торможу ее.
– Что?
– Я очень ревнивый, – говорю ей, впиваясь взглядом в ее глаза. – Не нужно заигрывать с дядями.
– Мальчик мой, а не пошел бы ты на хрен? – усмехается и нажимает на кнопку, закрывая окно.
Отхожу на шаг, улыбаясь ей в ответ.
Перегазовывает, явно переволновавшись, и со свистом срывает машину с места.
Улыбаюсь как дятел.
Ничего. Мы только начали, Варвара Дмитриевна. Только начали.
Глава 9
Варя
Домой возвращаюсь сразу после сервиса. Губы предательски горят, да и щеки тоже пылают. Как девчонка-подросток себя ощущаю после первого поцелуя.
Паркую машину и иду домой.
Вот же гадёныш! Руки распустил, язык свой тоже.
Отпираю дверь, вхожу и запинываю ее ботинком. Опираюсь о стену спиной, выдыхаю. Ощущение, что из меня все силы выжали. При этом губы еще напоминаю от наглом поцелуе.
Ревнует? Это что такое было? С какого он себе позволяет? Еще указывать будет, с кем мне можно, а с кем нельзя говорить?
– Варь, ты? – из комнаты выглядывает Данька.
– Я, а кто ж еще? – отталкиваюсь от стены, снимаю куртку.
– Да просто дверь хлопнула – и тишина. Ты чё? – подозрительно смотрит на меня.
– Через плечо, перестань чокать, сколько говорить уже можно? – психую я, срываясь на нём.
– Да ладно, – дует губы. – Злая, чего такая?
Отмахиваюсь, чтобы чего лишнего опять не сказать. Злая я, да. От своего бессилия, видимо. Не могу поставить на место одного засранца. Раздражает своей самоуверенностью.
– Машина сломалась опять? – пытается понять брат.
– Сделали уже, – выдыхаю и прохожу на кухню, плескаю в стакан воды и залпом выпиваю.
Во рту засуха. И вкус. Чужой.
– Едем, значит, да? – хмурится, остановившись в дверном проёме кухни.
– Едем, и это не обсуждается.
– Но я не хочу!
– Совесть имей. Родителей не видели с нового года.
– И что? Они могли бы приехать, если бы хотели.
Закрываю глаза и хватаюсь пальцами за виски. Ещё немного – и моя голова разорвётся на мелкие-мелкие кусочки.
– Ты прекрасно понимаешь, что на такси сюда дорого. А надолго бросить скотину мама не может.
– Зато папа может, – фыркает и, крутанувшись, уходит, исчезнув за дверью своей комнаты.
Ну что ж такое-то?
Обессиленно опускаюсь на стул.
Ну что я могу ещё сказать? Отчасти Даньку понять можно. Но и родителей тоже. И я вот всех должна понимать. А сама? Сама я иногда хочу головой приложиться о стену, чтобы хоть на немного забыть, кто я, что я, где я. Хочу немного свободы. Выдохнуть хочется. А некогда.
Копаясь в работе за ноутбуком, выдыхаюсь окончательно. Глаза того и гляди вылезут из орбит. Погода ещё как назло портится. Вот-вот дождь ливанёт. Небо тяжёлое. Словно собирается упасть на головы прохожим.
Наливаю в чашку кофе. Кидаю дольку лимона. Хочется немного горечи с кислинкой. Может, немного приведёт в чувства. А то хоть спать ложись, а время ещё детское.
Сажусь на подоконник и, уперевшись ногой в противоположную сторону стены оконного проёма, смотрю во двор. И чуть не давлюсь, заметив машину Шумского.
Точно! Он же уехал на моей, предварительно высадив меня у универа. А я машину забрала свою из сервиса.
Всплывает в памяти его голос и предложение забрать его с работы.
Усмехаюсь.
Ну наглец.
Так значит что? Он приедет за своей машиной?
От этой мысли в груди оживает сердце. Странно, я никогда за собой не замечала чувствительности к волнению. Казалось, забыла, что это такое. А тут тахикардия с ума стала сводить, будь он рядом или мысли о нём зашевелились в голове.
Пока размышляла, за окном действительно начался дождь. Весна ранняя. Снег почти весь растаял. Но от этого на улице теплее не стало. Особенно ночами. А тут дождь.
Вдоль тротуара размашистым шагом приближается фигура. Освещение не ахти какое, и я только на интуитивном уровне понимаю, что это Ян. Он, словно почувствовав мой взгляд, поднимает голову, просматривая окна, и застывает.
Мы будто смотрим друг на друга. Хотя он вряд ли видит меня отчётливо – третий этаж всё-таки. Но он машет мне рукой. И что-то показывает.
Я не понимаю.
Стоит под дождём и что-то там жестикулирует. Ну не дурак ли? И тут мой телефон оживает. Беру его в руки и читаю:
«На чай не пригласишь?»
Усмехаюсь.
«Не надейся на мою совесть» – строчу в ответ.
Идёт к машине, и я даже выдыхаю с облегчением. Не будет стоять и страдать под моими окнами. Я жуть как ненавижу такие странные выходки от мужского пола. Не люблю навязчивости, особенно такой жалкой.
«Тогда должна будешь»– телефон снова пиликает.
«С чего бы это?»– печатаю ответ.
И перевожу взгляд в окно.
Он сел в машину, завёл двигатель. Опустил немного окно, в котором появляется еле заметный огонёк. Закурил?
«А с того, что ты оставила меня под дождём, без тачки. Не хорошо это».
Сижу, улыбаюсь.
Понимаю, что он наблюдает за мной из машины. А я его не вижу. От этого странного ощущения мурашки по коже проносятся.
«Тебя не просили этого делать»– отвечаю и допиваю свой кофе.
«О мужских поступках просить не надо. Их просто делают. А вот от чашки кофе я не отказался бы»– и страдающий смайлик.
Бедняга.
Мне становится его немного жалко. Но намёками меня не пробьёшь.
А про поступки – это явно про мои слова. Обидела мальчика? Смотри какой.
«Спокойной ночи»– прилетает его сообщение, пока я пытаюсь сообразить, что ему ответить.
И решаю промолчать. И так слишком много наговорила. Вернее, написала.
Машина, моргнув фарами, медленно трогается с места и, развернувшись, выезжает со двора.
Спрыгиваю с подоконника, ополаскиваю кружку.
«Красивые ножки. Я буду о них думать»– снова приходит сообщение от Яна.
Откладываю телефон в сторону, качнув головой.
Не к чему мне этот флирт. Ни к чему. Нужно выкинуть его симку из телефона. Но почему-то я откладываю это на завтра.
Да, завтра обязательно это сделаю. А сейчас нужно доработать материал по предстоящей лекции и наконец позволить себе упасть спать.
Ян
Другого от неё и не ожидал. Будет морозить теперь. Холодная, колючая. Хотя нет. Горячая. Губы сладкие. У меня так давно не рвало крышу от поцелуя. Только с ней. Может ну нахер все и завалиться к ней? Что сделает? Выставит? Или…
Зажмуриваюсь и снова сделав затяжку, открываю глаза.
Смотреть на неё нравится. Усталость уходит на задний план. И так, развалившись в кресле с сигаретой в руках, пялюсь на окно, в котором её видно. Жаль, далековато. Еще погода говно. Одно хорошо, из ливня дождь перешел в мерзкую морось. Сейчас бы кофейку, а то глаза слипаются. И жрать охота. Решаю не донимать училку. А то ещё заблочит номер. Одна победа в кармане, отвечает. Идём дальше.
Еду в сторону дома. В холодильнике что-нибудь откопаю поесть. Влом заходить в магазин. Хотя кофейку бы не помешало. По пути заруливаю в макАвто, чтобы не выходить из машины. И, попивая бодрящее зелье, еду домой.
Открыв дверь, включаю свет, спотыкаюсь о свои же кроссовки.
– Это чо такое? – уставляюсь на бардак.
Выхожу из-за угла и охреневаю от представшей картины. Это кто разнёс мою хату?
На стойке барной бокалы, стаканы, которые крепились кверху, на полу всё в дребезги. Моя постель вся перевёрнута. Шмотки, которые не убрал на днях и оставил лежать на кресле, по комнате разбросаны.
Кошачий корм, который в пакете стоял на шкафу, в клочья.