Тень ягуара

Вылетели самым быстрым рейсом – через Мадрид. Чуть меньше восемнадцати часов лёта. Час проторчали в испанской столице и, наконец, рейс в Сан-Паулу самолётом авиакомпании «Иберия». Стюардессы – смуглые испанки, некоторые даже ничего…

В Домодедово проблем с оружием не возникло. У Андрюхи при виде сирийского ножа загорелись глаза.

– И ты мне такую красоту ни разу не показал?!

– Нож как нож, – Сергей пожал плечами.

Почему-то никому неохота показывать клинок, даже Дронычу.

– Батя подарил.

– Ну, Серый… – в голосе друга послышалась обида.

Пока в Мадриде оформлялись на посадку, позвонил отец, и ещё раз попросил быть осторожнее.

В самолёте Андрюха заказал коньяк и стал клеиться к стюардессе с именем «Вероника Франко» на бэйдже. Девушка с вежливой улыбкой игнорировала комплименты. Дроныч отстал.

Сергей попросил виски. Пока потягивал обжигающий коричневый напиток, Андрюха завёл разговор о найденном порошке. Исаев пожалел, что не сообщили в наркоконтроль, но Андрей уверен, в любом случае под статью попали бы они. А так, «герыч» увезли, и Бог с ним.

Исаев напрягся:

– А ты откуда знаешь, что там «герыч»?

Дроныч удивлённо уставился на него.

– Серый, ты чё? Откуда мне знать? Героин, кокаин. Какая, хрен, разница? У нас возникла проблема. Мы её решили? Решили! Расслабься. Впереди прекрасная охота, – и подмигнул…

Благополучно приземлились в аэропорту Гуарульюс.

Да ла Коста встречает лично. Низкорослый, с чуть заметным животиком, Жуанзинью, раскинув руки, шагает навстречу. Чёрные с проседью пышные усы, придающие бразильцу сходство с Будённым, топорщатся. Лицо озаряет широкая улыбка, обнажая крепкие белые зубы. Чёрные с проседью волосы, не столь густые как в молодости, зачёсаны назад. На висках небольшие залысины.

Андрюха направился к Жуану, закинув на одно плечо рюкзак, на другое – карабин в чехле. Сергей поправил рюкзак, любимый «зауэр» и двинулся следом. Старикан ему всегда был симпатичен.

– Сержиу, Андре! рад видеть! – на сносном русском поприветствовал да ла Коста.

Обменялись рукопожатиями. Сзади, шагах в пяти маячат двое. Явно с ним.

Да ла Коста представил спутников. Справа в костюме песочного цвета, как у Жуанзинью, невысокий, сухощавый мужчина лет тридцати на вид. Тёмные длинные волосы схвачены сзади в хвост. Лукас Энрике Монтейру да ла Коста, – старший сын. Работает с отцом в Сан-Паулу. Раньше Сергей с ним не встречался.

Второй – в светло-коричневом костюме. Высокий, смуглокожий, плечистый, с косым шрамом на левой щеке. Чёрные длинные волосы также собраны в хвост. Начальник службы безопасности корпорации Гильерме Роберту Кармона Эстрада, или Гигу, как его зовёт да ла Коста. Безопасника Исаев пару раз встречал.

Неподалёку ещё трое в светлых костюмах. Охрана.

Сели в машины. Да ла Коста, начальник службы безопасности, Сергей с Андреем в белый «мерс» представительского класса. Лукас с личной гвардией в два «лэнд крузера». Охранников оказалось больше трёх.

– Сейчас в гостиницу. Отдохнёте. С утра ко мне на фирму, а вечером вылетаем. Окей?

– Окей, – ответил Снетко.

Сергей лишь кивнул. Из головы не выходит звонок отца. Из-за чего он так переживает? Из-за порошка? Так мешки увёз концерн. Прав Дроныч. Забрали и хрен с ним. Вот только почему не менты забрали? Отец спрашивал, в форме они или нет. Ну, правильно! Опера в форме не ходят. А тут обычные патрульные машины. Попытался вспомнить звания полицейских. Не получилось…

Кортеж свернул на шоссе Елио Шмидт…

Утром покинули отель «Реал Паулиста». Водитель, невысокий негр лет сорока пяти с коротким ёжиком волос в белой полосатой рубашке, чёрных брюках и лакированных туфлях, сообщил, что весь багаж нужно взять с собой. В гостиницу сеньоры больше не вернутся, а сразу отправятся в Сан-Мигел.

Погода солнечная. Электронный термометр на высоком здании показывает плюс двадцать. Выруливают на Авенида Паулиста. Сергей глянул на часы. Десять ноль пять. В Москве в это время обычно не протолкнёшься, здесь же поток бежит шустро.

Миновали госпиталь святой Екатерины. За окном проплывают здания разной этажности, офисные постройки, кафе, закусочные, банки. Иногда попадаются жилые дома.

– Почти приехали, – водитель указал на высотное, этажей пятьдесят, офисное здание метрах в пятистах.

Свернули на подземную стоянку. Припарковавшись, негр вылез из машины и пошёл открывать дверь гостям хозяина. Сергей не стал ждать, пока за ним поухаживают, вылез сам. Шофёр неодобрительно покачал головой и проводил гостей до лифта.

– Двадцать восьмой этаж, сеньоры.

Сергей сунул чаевые и вдвоём с Дронычем вошёл в лифт. Андрюха ткнул на панели кнопки «два» и «восемь», и следом – с двумя стрелками, соприкасающимися носиками. Лифт идёт быстро и совершенно бесшумно.

Вскоре кабина остановилась, мелодично блямкнув. Двери беззвучно разъехались. В коридоре гостей уже ждёт начальник службы безопасности «Трейгиш Корпорэйшн». Кажется, Гильерме Эстрада. Сергей не запомнил второго имени и фамилии главного охранника. Черта бразильцев – называть при знакомстве по два имени и фамилии – удивляет. Хотя, в Бразилии, из-за большого числа эмигрантов с происхождением, отличным от португальского или испанского, не так страшно называть при знакомстве человека не всеми именами и фамилиями. Особенно такая вольность в ходу среди молодёжи. А вот в Португалии могут обидеться.

Гильерме коротко поздоровался, не протянув руки, и попросил следовать за ним.

Да ла Коста встретил в кабинете, выйдя из-за стола и пожав руки. В отличие от друзей одет в дорогой светло-серый костюм без галстука. Сели за стол. Секретарша внесла на подносе бутылку чёрного «бакарди» и три рюмки.

– Спасибо, Трис, – улыбнулся Жуанзинью и обратился к гостям. – Может, что ещё, господа?

В глазах весёлые искорки.

Сергей попросил кофе.

Поговорили о делах, выпив по паре рюмок рома. Сергей залакировал кофейком и перевёл разговор на порошок, найденный на складе «Альфы».

– Сержиу, мальчик мой, я уже всё объяснил твоему отцу, – всплеснул руками да ла Коста, – Я не знаю, откуда он взялся! Клянусь Мадонной! Но обязательно узнаю, и очень скоро. Гильерме этим уже занимается.

– Жуан, я не потерплю, если в будущем в моей фирме появятся наркотики, – голос Сергея затвердел.

Дроныч слегка пнул друга под столом, мол, думай, с кем говоришь.

– Ребята, я уже сказал, – да ла Коста поставил локти на стол, кончики пальцев сложились в пирамидку, – мне самому это не нравится. С тобой я торгую только кофе. Причём лучшим в Бразилии. Клянусь Мадонной! Сержиу, Андре, мне тоже не нужны проблемы. Как только что-то узнаю, сразу сообщу. То, что вы не стали обращаться в вашу полицию, – он выделил интонацией слово «вашу», – правильно. У вас везде коррупция. У нас тоже не лучше, кстати. Поэтому, договоримся так: концерн разберётся в Москве, а мой Гигу здесь. Ещё раз повторюсь, что-то узнаю, сразу сообщу. Окей?

– Окей, – хмуро проговорил Исаев.

– Не волнуйся. Всё будет хорошо, – да ла Коста потрепал Сергея по руке, затем посмотрел на часы, – ну что ж, через два часа выезжаем. А пока Гильерме поведёт экскурсию по моим владениям. Андре их уже видел, а тебе будет интересно.

Жуанзинью вызвал начальника службы безопасности. Тот сразу же появился в дверях.

– Гигу, покажи дорогим гостям наши владения. Я завершу срочные дела, и выезжаем.

Тот кивнул.

– Прошу, господа.

Мужчины поднялись из-за стола. Гильерме открыл дверь. В зеркале Сергей заметил, как да ла Коста слегка кивнул. Явно не ему. Исаев искоса взглянул на Гигу. Губы главного охранника тронула лёгкая улыбка.

Из «Трейгиш Корпорэйшн» отбыли в четыре вечера. Путь до аэропорта занял полчаса. Личный самолёт да ла Косты уже готов к вылету.

До аэропорта Катаратас лететь чуть более полутора часов. На лётном поле их уже ждут три машины: белый бронированный «мерс» – для хозяина, такой же, только без бронирования, – для гостей и чёрный «рэндж ровер» с пятью охранниками.

Из аэропорта в Фос-ду-Игуасу ведёт широкая Авенида дас Катаратас. Прямо от трапа кортеж, минуя пункт пропуска и досмотра, сворачивает на проспект. В город заезжать не стали и свернули в обход на Руа Итаборай. На узкой, деревенской улочке, мощёной брусчаткой, кортеж смотрится роскошно. Солнце только село. В сумерках за окном с обеих сторон проносятся поля с редкими лесными насаждениями и небольшими одноэтажными деревянными постройками. По левой стороне мелькают бетонные столбы с проводами. Едут быстро, лишь перед «лежачими полицейскими» приходится сбрасывать скорость. Иногда встречаются аккуратненькие домики с участками, обнесёнными невысокими металлическими или кирпичными заборами.

Вскоре выбрались на двести семьдесят седьмое шоссе, что ведёт прямиком в Сан-Мигел-ду-Игуасу. Проехали освещённый пост дорожной полиции. К капотам чёрно-жёлтых патрульных «тойот» прислонилась двое сотрудников. Очевидно, кортеж здесь знаком. Полицейские помахали первому автомобилю.

Вот и Сан-Мигел. Уже совсем стемнело. Город обогнули по окраине, подъехав к усадьбе.

Особняк окружён трёхметровым забором из кованого железа на полуметровом фундаменте. Верх забора венчают острые пики, полусогнутые вовнутрь и наружу. Между верхушками пик протянута периметровая сигнализация. Местами виднеются видеокамеры. Подступы к усадьбе хорошо освещены. От забора до особняка не менее четырёхсот метров. На столь огромной площади разбит парк, два сквера, лужайка для игры в гольф, теннисный корт, бассейн. Ворота медленно отворяются вовнутрь. Кортеж устремляется к освещённому особняку и вскоре тормозит перед трёхэтажным, выбеленным известью домом с колоннами.

В залитой светом галерее их уже ждут. Водитель открывает двери. Гости выходят и вместе с присоединившимся к ним хозяином усадьбы поднимаются в галерею.

Мажордом по знаку хозяина представил домочадцев. Сергей попытался с компьютерной точностью запомнить имена, ненавязчиво рассматривая каждого, кого называл мажордом.

Сеньора Лидия Джованна Сегейра Монтейру да ла Коста, хозяйка усадьбы, супруга Жуана. Невысокая полноватая женщина лет пятьдесят на вид. Светлые волосы схвачены сзади в пучок, на округлом лице сияют весёлые серые глаза.

Следующим представили среднего роста пухленького молодого человека лет двадцати двух. Младший сын хозяина – Алфреду Жуан Монтейру да ла Коста. Учится на экономиста-международника в университете в Лондоне. Окончил четвёртый курс. Глаза серые, как у матери. Волосы – отцовские, чёрные и в отличие от старшего брата, оставшегося в Сан-Паулу, короткие.

Наконец, очередь дошла до высокой миловидной девушки, лет шестнадцати, с тонкой талией и широкими бёдрами. Длинные волнистые светлые волосы обрамляют лицо с серыми, как у матери, глазами. Почти копия Лидии Джованны в молодости. Единственная и любимая дочь Жуана – сеньорита Лаура Алешандра Монтейру да ла Коста.

После девушки мажордом представил невысокого плотного мужчину, лет около сорока, с чёрными, слегка раскосыми глазами. Форма цвета хаки сидит, будто сшитая по заказу. Вдоль погон блестят по три четырёхконечные серебристые звезды. Командир взвода жандармерии, капитан военной полиции Рикарду Кайю Кампелу Пенья.

И наконец, молодой, лет двадцати семи, высокий худощавый мужчина в коричневом костюме. Тёмно-русые волосы с пробором посередине аккуратно прикрывают уши. Такого же цвета усы. Начальник городской полиции старший инспектор Бенту Николас Коэлью Авелар.

– Сеньор Сергей Исаев и сеньор Андрей Снетко, мои бизнес-партнёры из России, я зову их Сержиу и Андре, – церемонно представил да ла Коста.

Прошли в гостиную. Мажордом объявил, что ужин будет через полтора часа. Сейчас гостям предложат чай, печенья и фрукты. Вышколенная прислуга разнесла багаж по гостевым комнатам.

Расселись в удобных креслах, и потекла светская беседа на отвлечённые темы. Дочь хозяина, Лаура, расспрашивает гостей о России, о Москве, чаще обращаясь к Сергею. Андрюха прикладывает усилия, чтоб удержать внимание красавицы на себе. Португальским Дроныч владеет несравненно лучше. Похоже, Лауре нравится лёгкий акцент Исаева, неспешная манера говорить, в отличие от быстрой темпераментной речи бразильцев. Девушка сама старается говорить медленней. Полтора часа пролетели незаметно.

Вскоре всех пригласили в столовую.

– Прошу прощения, сеньор да ла Коста, – подал голос инспектор Авелар, – благодарю за приглашение, но мне необходимо идти. Служба.

– Что ж, жаль конечно, но ничего не поделаешь, – да ла Коста пожал инспектору руку, – заходите, запросто без церемоний. Всегда буду вам рад.

Инспектор поблагодарил и обещал непременно зайти. Пожал гостям руку, сказав, что рад познакомиться.

– Интересный молодой человек, – проговорил да ла Коста, когда инспектор вышел. – Такой юный, а уже начальник полиции. Хоть наш городок и небольшой, но всё же.

Сергей заметил кривую усмешку капитана жандармов. Вражда разных силовых ведомств? Возможно. Батя о таком рассказывал.

В столовой расселись за широким прямоугольным столом. Во главе – сеньор да ла Коста, по правую руку – жена. Вдоль длинного края со стороны да ла Косты – дочь, младший сын Жуана и командир жандармов.

Гости – со стороны Лидии Джованны. Сергей оказался рядом с хозяйкой дома и напротив Лауры.

Подали позолоченные приборы. Андрюха, заметив его удивлённый взгляд, пояснил. На подобных мероприятиях присутствующим раздают серебряные приборы, а хозяину дома и дорогим гостям – позолоченные. И точно. В руках Лауры и Лидии Джованны вилки и ножи из белого металла, у да ла Косты, Дроныча и у него – блестят позолотой.

За столом Жуан стал нахваливать детей. Старшего Сергей видел в Сан-Паулу. Здесь познакомился с младшим. Про среднего Жуанзинью не сказал ни слова.

– А где средний? – шёпотом спросил Исаев у Андрюхи.

– Жуан не любит о нём говорить. Потом расскажу, – прошептал тот.

После второй перемены блюд тему беседы сменили. Заговорили о предстоящей охоте.

– Сер-гей, – девушка чуть запнулась на непривычном имени. Понравилось, что Лаура назвала его по-русски, а не на португальский манер «Сержиу». Вроде бы мелочь, а приятно. – Вы любите охоту?

– Не скажу, что фанат. Но не откажусь, если время позволяет.

Слово «фанат» помог перевести Дроныч.

За окном давно стемнело. Это в Москве в середине июня в девять вечера светло, а тут – начало зимы.

– Тут видели двух или трёх ягуаров, – да ла Коста набил табаком любимую трубку. – Для наших мест многовато.

– Может мало? – удивился Сергей. – Слышал, ягуар в Красной книге.

Бразилец чиркнул спичкой.

– Сержиу, мальчик мой, – Жуан попыхтел, раскуривая, – вы же приехали в такую даль не для того, чтобы выяснять, кто в красной книге, кто в синей, – затянулся и выпустил дым. – У нас охота на ягуаров разрешена, а вот у наших соседей, – сделал неопределённый жест куда-то за спину, – в Аргентине, запрещена. Кстати, у меня сюрприз, – он понизил голос, – здесь видели меланиста.