- -
- 100%
- +
Но почему я это делала? Почему позволяла себе растворяться в другом человеке? Неужели я не заслуживаю счастья?
Эти вопросы крутились в голове, и я не могла найти на них ответы. Я чувствовала себя потерянной и опустошенной.
Однако больше я не хочу так жить. Я хочу быть собой, хочу жить своей жизнью. Я хочу, чтобы рядом был человек, который будет ценить меня, а не использовать.
Больше не буду жертвовать собой ради кого-то. Я буду жить для себя, для своих желаний и мечтаний. И я больше не позволю никому решать за меня.
Слезы продолжали течь, но теперь они были слезами освобождения. Внутри меня что-то менялось, я становилась сильнее и увереннее. Знала, что впереди меня ждут новые испытания, но я была готова к ним.
Я встала со стула, вытерла слезы и пошла в ванную. Умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Я поняла, что наконец-то начинаю жить.
Подняла руку перед лицом и стянула обручальное кольцо. Оно мне больше я нужно. Я свободна!
А еще благодаря работе в компании мужа я завела много хороших знакомств. Но она не приносила мне радости. Работу в офисе я не люблю, а вот подработку консультантом из дома вполне можно организовать. Но для этого нужно забрать документы с прежнего места работы.
Решила заняться ужином и разбором вещей, чтобы найти хотя бы халат, пижаму, тапочки. Но холодильник оказался пустым, как и полки. Кроме кофе, в шкафчике ничего не было. Я вздохнула и, взяв телефон, набросала в корзину доставки минимальный набор продуктов. Мне нужно хорошо питаться, ведь я уже третьи сутки ничего не ела, кроме булочки.
Принялась разбирать коробки, но не хотела трогать все подряд. Меня охватил страх.
Открыв первую, словно увидела, как Катя быстро запихивала в нее вещи, стараясь избавиться от любого намека на мое присутствие в апартаментах Максима. Она просто сгребала все подряд, брала следующую коробку и снова утрамбовывала.
Пижаму и халат я нашла в коробке с косметикой из ванной. Даже мое любимое полотенце было здесь. Часть пузырьков растеклась, некоторые были раздавлены, а одежда испачкана.
Как же мерзко и неприятно осознавать, что кто-то другой прикасался к моим вещам. Внутри поднялась волна обиды. Испорченное выкинула в мусор. Все, что выжило, сложила в раковине кухни, чтобы промыть.
Решила, что разберу остальные коробки позже. Сейчас мне нужно было поесть и немного отдохнуть. Я заказала еду и пошла в ванную, чтобы принять душ и закинуть вещи в стирку.
Чистые полотенца нашлись там. Горячая вода помогла мне расслабиться и смыть с себя усталость и напряжение.
После душа я почувствовала себя немного лучше. Надела спортивный костюм, который нашла в коробке чистым, и села на кровать. Сейчас я просто хотела отдохнуть и немного побыть в тишине.
Легла и закрыла глаза, но сон не приходил. Я продолжала думать о том, что произошло, и о том, как мне дальше жить.
Звонок в дверь отвлек от мыслей, и я, быстро встав с дивана, пошла открывать. На пороге стоял мужчина в кепке магазина доставки. Я взяла у него пакеты и поспешила закрыть дверь, стараясь не затягивать процесс.
Прошла на кухню и поставила покупки на стол. Внутри были продукты, которые я заказала, и готовая еда: легкий супчик, овощной салат и пирожное. Я хотела подсластить себе горечь сегодняшнего дня, но еда казалась безвкусной.
Вымыла посуду и развесила белье. Затем взяла плед с кровати и закуталась в него, садясь на диван. Телевизор молчал, и я вспомнила, что Катя даже не успела его подключить. Она и не собиралась здесь жить.
Снова заплакала, чувствуя, как горечь утраты заполняет меня. Что Максим ей пообещал? Деньги? Любовь?
Я знала, что Максим не был идеальным, но я всегда думала, что наша любовь сильнее любых трудностей. Я думала, что мы сможем преодолеть все вместе. Но теперь я поняла, что ошибалась. Наша любовь не выдержала испытания временем и обстоятельствами.
Сегодняшний день был полон разочарований и боли. Мы с Максимом были женаты семь лет, и я не могла понять, почему Катя так легко разрушила наш брак.
Я почувствовала себя преданной и брошенной. Как она могла так поступить? Ведь я всегда поддерживала ее, помогала и была рядом в трудные моменты.
Посмотрела на стену.
Часы показывали десять вечера, но для меня время словно остановилось. Меня затягивало в какой-то омут, из которого нет выхода. Накрылась пледом с головой и снова заплакала.
Почувствовала себя никчемной, брошенной всеми. Никто не понимал, как мне больно, и никто не мог помочь. Я осталась одна в пустой квартире, где все напоминало о прошлом.
Глава 6
Утро я встретила, рассматривая себя в зеркале. Это было не просто отражение, из него на меня смотрела чужая, незнакомая женщина. Глаза потеряли блеск, веки покраснели и опухли, под ними залегли тени, а кожа приобрела болезненную бледность. Казалось, что кто-то выжал из меня все соки, оставив лишь пустую оболочку.
Я умылась, стараясь не смотреть на свое отражение. Холодная вода немного привела меня в чувство, но внутри все еще царила пустота. На кухне поставила чайник, но мысли были далеки от еды. Я с трудом заставила себя сделать сэндвич, сунув между пластинками хлеба листик салата. Жевала медленно, пытаясь ощутить вкус, но он ускользал, словно во рту находился кусок пенопласта. Чай помог проглотить этот безвкусный кусок, но не принес облегчения.
Потом переоделась в спортивный костюм. Села за стол, взяла в руки записную книжку и начала обзванивать тех, кто, по моему мнению, мог бы мне был помочь. Это были бывшие компаньоны мужа, которые продали ему часть своих акций.
Позвонила одному банкиру, с которым муж вел дела. Затем набрала номера нескольких финансовых консультантов из конкурирующих фирм. Они могли бы предложить мне новые возможности или дать советы, как справиться с ситуацией.
Последними в списке были несколько жен чиновников, с которыми я познакомилась на вечеринках, куда меня водил муж. Они знали меня, и я надеялась, что они смогут предложить мне поддержку или просто выслушать.
Но все они были заняты. Банкир был на совещании, консультанты — загружены работой, а жены проводили время с детьми или на встречах. Все они жили своими заботами и проблемами, и я почувствовала себя еще более одинокой. В их отказах говорить со мной я почувствовала какую-то недосказанность…
Я положила трубку, сдерживая отчаяние. Что же мне делать?
Что происходит?
Все они когда-то говорили о том, что готовы меня взять на работу, помочь с рекомендацией. А теперь все упорно делали вид, что меня нет?
Что-то здесь не так…
Подумав, решила позвонить главной сплетнице нашего офиса. Наташа работала в бухгалтерии и точно знала все. Будучи любовницей помощника Максима, она точно была в курсе всех событий.
— Наташа, привет! — постаралась говорить спокойно и уверенно. — Не хочешь в обед кофе выпить, поболтать?
— Привет… Не думала, что позвонишь. Ты за документами, да? — ответила она, явно ожидая услышать эту новость.
— Уже все знают? — спросила я, понимая, что скрывать что-либо бесполезно.
— Все. Максим Олегович вчера пришел без кольца, — радостно заявила она мне. — И, конечно же, твое резкое увольнение.
— Так попьем кофе? — выдавила я из себя, стараясь не выдать волнения.
— Давай. В час, кафе напротив нашего здания, минут на двадцать я точно смогу выскочить! — согласилась Наташа.
— Спасибо. Трудовую книжку принесешь? — уточнила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.
— Да, без проблем. Все готово, за тебя Максим Олегович везде расписывался, — подтвердила она, и я почувствовала облегчение.
— Ясно, — ответила я, пытаясь скрыть свои эмоции. Наташа отключилась сама, обрывая наш разговор. Мне очень не хотелось с ней встречаться, но выбора не было. Она знала все...
Отвлекли меня от тяжелых мыслей мастера, о которых я уже успела забыть. Мужчины работали быстро и профессионально, уложившись всего в пару часов. Они вручили мне лист с пояснениями по работе кнопки и сигнализации, контракт на охранные услуги и прейскурант на дополнительные услуги. Сумма оказалась не такой уж заоблачной: кнопка и сигнализация обошлись в пару тысяч рублей в месяц, а вот выезд охраны следовало оплачивать отдельно.
Вместе с контрактом мне передали связку новых ключей от двери. Я поспешила закрыть ее, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Но вместе с этим пришло и осознание того, что я не могу позволить себе расслабиться.
С новыми ключами в руках я чувствовала себя увереннее. Словно я смогла отгородиться от всех проблем...
Переоделась в любимый деловой костюм, нашла косметичку и духи, привела немного себя в порядок, пряча синяки под слоем пудры. Собрала сумку, не забыв положить в нее дарственную от сестры и документы, и вышла из квартиры.
На такси не стала тратиться, спустилась в метро и доехала вовремя, попав на привычную улицу, где я столько лет проработала в офисе. Здание выглядело таким же, как всегда, но что-то в атмосфере неуловимо изменилось.
Заказала себе капучино, а Наталье — американо, и присела за столик у окна. Ожидание было недолгим, но через полчаса я поняла, что она не придет. Я достала телефон, чтобы снова позвонить ей, и вдруг увидела сообщение от неизвестного номера.
«Анна, это я. Приходится шифроваться. Мне запретили что-либо говорить тебе! Ну и, в общем, я не смогла вытерпеть такого произвола... Тебя уволили за растрату — это первая плохая новость. Вторая — ты внесена в негласный черный список для всех финансовых структур! Это прямо жестко, даже по-моему... Мне не звони, а то грозят уволить! И жест «доброй воли» от Максима Олеговича — тебе «простили» растрату!»
Слезы сами потекли по щекам. Я не могла поверить в прочитанное. Это было слишком жестоко и несправедливо. Моя карьера, репутация — все, что я строила годами, рухнуло в одно мгновение.
«И тебя объявили подстилкой, которая спала со всеми, под кого подкладывал муж... Этим поделилась твоя сестра типа по секрету! Ой, мне пора!» — прервала общение Наташа, оставив меня в полном отчаянии.
Я сидела за столиком, не зная, что делать дальше. В голове была полная каша, а сердце разрывалось от боли и обиды. Я не могла понять, как такое могло произойти. Я всегда старалась быть честной и добросовестной, никогда не нарушала правил и всегда выполняла свою работу на высшем уровне.
Внезапно я вспомнила, что не проверила почту. Я достала телефон и открыла приложение. Там было письмо с уведомлением об увольнении. В нем говорилось, что я была уволена по статье 81 Трудового кодекса Российской Федерации за растрату.
Нет, это происходило точно не со мной…
Почувствовала дурноту, голова закружилась…
Глава 7
Я попыталась вскочить, но меня придержали крепкие руки фельдшера скорой помощи. Он смотрел на меня с тревогой и пониманием, но в его глазах читалось что-то еще. Что-то, что я не могла разобрать. Я лежала на сиденье в том же кафе, где только что потеряла сознание. Свет был приглушен, и я чувствовала, как кровь пульсирует в висках.
— Спокойно, — повторил фельдшер, его голос был мягким, но уверенным. — Вы упали в обморок. В больницу поедете?
Я попыталась сфокусироваться на его лице, но оно расплывалось перед глазами.
— Не знаю, — прошептала я, чувствуя, как дрожь пробегает по телу. — Вроде все нормально…
Фельдшер кивнул, и его рука на мгновение сжала мое плечо.
— Хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Вот здесь распишитесь.
Он подсунул мне лист бумаги, и я мельком взглянула на него. Это был отказ от госпитализации. В голове мелькнула мысль: «Почему я это делаю?» Но я взяла ручку и поставила свою подпись, не задумываясь.
Фельдшер снова кивнул и убрал лист в папку.
— Вот и все, — сказал он, убирая папку в сумку. — Если почувствуете себя плохо, сразу обращайтесь в больницу.
Кивнула, не зная, что еще сказать. Фельдшер еще раз взглянул на меня, а затем вышел из кафе, оставив меня одну.
Я сидела на диванчике, чувствуя, как сердце постепенно успокаивается. В голове все еще крутились обрывки мыслей, но они были какими-то далекими и неясными. Я посмотрела на свои руки, которые все еще дрожали.
Собрав все вещи, я поспешила покинуть кафе. На улице было прохладно, и я поежилась, застегивая пиджак. Голова была пустой, совершенно, ничего не было. Я даже не пыталась анализировать то, что произошло. Просто шла вперед, не разбирая дороги.
В какой-то момент я осознала, что нахожусь рядом с метро. Я остановилась, чувствуя, как ноги подкашиваются. В голове мелькнула мысль, что нужно поехать домой, но я не могла заставить себя сдвинуться с места. Я просто стояла, глядя на вход в метро.
«Почему я не хочу поехать домой?» — подумала я, но ответа не было. Я вздохнула и, наконец, сделала шаг вперед. Спускаясь по ступенькам, я почувствовала, как меня накрывает волна усталости. Я даже не пыталась понять, почему так устала. Просто шла, держась за поручень, и смотрела на свои ноги.
На автомате вытащила почту из почтового ящика. Это были счета, рекламные листовки и несколько писем. Поднявшись на этаж, зашла в квартиру.
Бросив все в коридоре, захлопнула дверь и, скинув с ног обувь, ушла в спальню. Сил ни на что не было. Даже на какие-то эмоции. Я просто хотела спать.
Проспав весь день и даже ночь, я просыпалась всего дважды, чтобы попить воды. Но каждый раз, открыв глаза, я видела одно и то же: как выхожу замуж, как живу, ничего не замечая вокруг. Я снова закрывала глаза, чувствуя, как усталость накрывает меня с головой.
Окончательно проснулась и уже не смогла заснуть в шесть утра. Не спеша искупалась, согрела чай и сделала яичницу. Включила телефон, который успел разрядиться. Пока он заряжался, я пыталась прийти в себя.
Развод с мужем оставил во мне пустоту, словно из меня вырвали что-то важное. Я не могла поверить, что это произошло со мной. Казалось, что вместе с мужем я потеряла не только любовь, но и часть себя.
Включив телефон, я начала просматривать новости, но не могла сосредоточиться на том, что читала. Буквы складывались в слова, но смысл ускользал. Голова была тяжелой, мысли путались.
Закрыла все приложения и включила музыку. Это немного помогло отвлечься. Я решила перебрать коробки, которые стояли в углу комнаты. Может быть, там есть что-то полезное или интересное.
Закончив с коробками, принялась за корреспонденцию. Счета, квитанции, уведомление из банка о задолженности на имя Кати…
На лбу выступил холодный пот. Я быстро вскрыла письмо и начала читать. Сначала я не могла поверить своим глазам. Но чем больше я читала, тем яснее становилось, что это правда. Сестра взяла кредит под залог нашей квартиры.
Сумма кредита была огромной — миллион рублей. А с учетом процентов, которые банк начисляет за пользование кредитом, она уже задолжала полтора.
Теперь мне стало ясно, почему сестра была так щедра и подарила мне долю в квартире. Она не собиралась платить кредит. Она просто использовала меня, чтобы получить деньги.
Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна гнева и обиды. Как она могла так поступить со мной?
Я схватила телефон и начала набирать номер сестры. Она ответила после первого же гудка. Ее голос был веселым и беззаботным, как будто ничего не произошло. Катя всегда умела играть на публику, но сейчас ее поведение переходило все границы.
— Привет, Катя, — сказала я, стараясь говорить спокойно, но внутри меня бушевал ураган эмоций. — Нам нужно поговорить.
— А есть о чем? — хмыкнула она, и в ее голосе прозвучала неприкрытая насмешка. — Что тебе надо?
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Не стоило поддаваться на провокации.
— Я не приму долю в квартире, пока ты не погасишь долг! — выпалила я, стараясь звучать уверенно. — Это несправедливо по отношению ко мне!
— Ну и не принимай, — ответила она, ее голос стал еще более язвительным. — Банк продаст ее, и останешься без жилья! И вообще, не звони мне больше. Максим против нашего общения. Ты предала его, и он больше не хочет иметь с тобой ничего общего.
Каждое ее слово било меня, как пощечина. Я знала Катю всю свою жизнь, и никогда она не позволяла себе так грубо со мной разговаривать. Но сейчас я беседовала не с родной сестрой, а с абсолютно чужой, холодной и жестокой женщиной.
— Ты знаешь меня, Катя, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри меня все кипело. — Я бы никогда так не поступила. А вот ты...
— Докажи! — перебила она меня, и в ее голосе послышалась насмешка.
Я замолчала, не зная, что сказать. Как можно доказать свою невиновность человеку, который уже вынес тебе приговор? Катя бросила трубку, не дав мне возможности ответить. На повторный звонок я уже не получила ответа. Мой номер был заблокирован.
Глава 8
— Что делать? — растерянно спросила сама себя, глядя на телефон, который лежал передо мной.
Села за стол и машинально включила новостную ленту. Мои глаза пробежались по заголовкам, но мозг автоматически выхватывал только действительно важные новости. Я уже начала понимать, что там написано.
Новость о небольшом предприятии, которое внезапно начало набирать обороты, сначала ускользнула от моего внимания. Но потом я вернулась к ней, перечитывая снова и снова. Пыталась понять, что именно меня зацепило.
— Терентьев... — замерла я, вспоминая.
Это имя отозвалось в моей памяти, как эхо из прошлого. Александр Терентьев. Мой поклонник из института. Он оказывал мне робкие знаки внимания. Обычный парень, не особо интересный для меня тогда. Я уже была настроена только на карьеру, на достижение своих целей.
А потом я вышла замуж за Максима. Наша история была яркой и полной надежд. Мы были счастливы, и я забыла про Александра. Но сейчас, глядя на его фото, я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Он возмужал, стал сильнее и увереннее. На меня смотрел мужчина, который казался воплощением силы духа и решимости.
Я вспомнила тот момент, когда наш поток прощался. Александр тогда сказал, что я всегда могу позвонить ему. Он казался честным и принципиальным. Может, это мой шанс?
В телефоне остался его номер, я почему-то не удалила его. Посмотрев, что уже девятый час, ни на что не надеясь, нажала кнопку вызова.
Гудки. Сердце колотилось в груди.
— Да?
— Александр, это Анна, — сказала я, когда он, наконец, ответил.
— Анна? Как ты? Я не ожидал услышать тебя снова… — В его голосе прозвучало удивление, но он быстро взял себя в руки.
— Я тоже не ожидала, — призналась я, — но хотела бы поговорить с тобой.
— Случилось что-то настолько серьезное, что даже спустя столько лет ты обо мне вспомнила? — поинтересовался он.
— Серьезное настолько, что я даже не уверена, что хочу принимать это за реальность, — ответила я.
— И я та самая соломинка? — его тон стал деловым и полностью утратил растерянность. — Сейчас еду в офис, скину адрес, сможешь подъехать?
Мы попрощались, договорившись встретиться в ближайшее время. Я положила трубку и почувствовала, как на душе стало легче. Возможно, это был не просто случайный звонок. Возможно, это был шанс на что-то большее…
Шанс на новую жизнь?
Я действительно схватилась за Александра, как за ту самую пресловутую соломинку, что спасет меня.
У меня еще не было четкого плана. Но одно, я знала точно: я не позволю Максиму и Кате разрушить мою жизнь. Я не сдамся без боя. Я должна найти способ обеспечить себя и будущего ребенка. Он ни в чем не виноват, и я должна сделать все возможное, чтобы обеспечить ему достойную жизнь.
У меня нет ни денег, ни навыков воспитания детей, но есть прекрасный опыт финансиста. Это может стать моим преимуществом. Я могу добиться успеха, нужно только поверить в себя и свои силы.
Мне нельзя сдаваться и позволять себе утонуть в отчаянии. Я должна бороться за себя и за своего ребенка. Я должна сделать все возможное, чтобы стать счастливой и независимой.
Но и оставить предателей без наказания я тоже не могу. Они должны заплатить за то, что сделали. Отложу месть до того времени, когда я смогу здраво мыслить и оценить все риски и последствия своих действий. Тогда я найду способ, который не навредит мне и моему ребенку.
Теперь у меня была цель, и я была готова сделать все возможное, чтобы ее достичь.
— Вы оба пожалеете о том, что сделали, пусть не сразу. Я не зря работала семь лет в твоей компании, Максим. Я знаю столько, что смогу повернуть все в свою сторону и оставить тебя с Катенькой на обочине жизни, — произнесла я вслух, чтобы окончательно убедить себя, что я справлюсь.
Пришло сообщение с геометкой на другом конце Москвы. Выбора не было. Я вымыла посуду, выбросив несъеденную яичницу. Привела себя в порядок, решив не надевать костюм. Сейчас он казался мне приветом из прошлого, раздражающим и неуместным. Нашла в ящике джинсы и хлопковую блузку. Нанесла минимум косметики, отыскала солнечные очки, кепку и кеды.
Переложила документы и письмо из банка в старый рюкзак. Посмотрела на себя в зеркало и внезапно поняла, что этот образ напоминает мне институтские времена. Я не любила юбки, предпочитая более практичную одежду.
Закрыла дверь, спустилась по лестнице и бодро дошла до метро. Через три часа была на месте, получив смс от Александра.
«Передумала?»
«Нет! — испугалась я, строча ответ на эскалаторе. — Далеко ехать, я уже выхожу из метро!»
«Метро? — ответил он. — Я жду тебя возле входа в офисное здание».
Я поняла, что уже обед, и я отвлекаю его от работы. Захочет ли он говорить?
Вышла из метро и, перебежав дорогу, прошла чуть выше по улице и увидела Александра. Сердце забилось быстрее.
— Привет, — сказала я, подходя ближе.
— Привет. Рад тебя видеть, — ответил он, улыбнувшись. — Рядом столовая, я приглашаю! — в его голосе не было никакого сарказма или подколки.
— Не откажусь, — ответила я.
Взяв куриный суп, овощной салат и компот, пошла следом за Александром к пустующему столику. Он не дал мне возможности оплатить обед, все сделал сам. Сев, я нерешительно сняла кепку и очки, вызвав его удивление. Видимо, действительно я плохо выгляжу.
— Рассказывай!
Я задумалась, не зная, с чего начать. В голове крутились тысячи мыслей, но ни одна не могла сформироваться в слова. Попыталась начать есть. Суп был настолько вкусный, что я давилась им, забыв, что на меня смотрят. Съела его так быстро, что поняла: мне его откровенно мало. Я ведь последнее время почти не ем...
— Я хотела поговорить о… — начала, но замолчала. — Моя жизнь сломана, и я впервые, не знаю, что делать...
— Прости, ты когда последний раз нормально ела? — сбил он меня с мысли, и внезапно поставил передо мной свою тарелку с толченой картошкой и котлетами.
— Я не помню... — покраснела я. — Все как-то происходит, словно не со мной...
— Ешь, — он кивнул, — я немного следил за тобой, кроме последних месяцев. Читал твои статьи для финансового журнала. Благодаря им, я, в общем-то, смог поднять это убыточное производство. Пока тебя ждал, посмотрел то, что пропустил, но, возможно, это не все. Судя по тебе, точно...
Я смогла оторваться от еды, чувствуя насыщение, и решилась посмотреть на Александра, в глазах которого была искренняя забота. Мне ее действительно не хватало в последние дни...
Слезы моментально заполнили глаза, губы затряслись…
Глава 9
— Пойдем, — он помог мне подняться, вывел из столовой.
Я послушно направилась за ним, слезы текли по щекам, а всхлипы прорывались наружу. Мы подошли к парковке. Он нажал на брелок сигнализации, и я услышала знакомый звук открывающейся машины. Александр усадил меня на переднее сиденье, а сам сел за руль. Из бардачка появилась пачка влажных салфеток, за которые я была благодарна. Я не взяла с собой ни одного платка.
— Готова? — Он протянул мне бутылочку с водой.