A.D. 2059. Необратимые последствия

Глава 2 Финн

Убедившись, что его дротикомет заряжен болтами под завязку и готов к охоте, Ян приступил к реализации своего плана. Суть его состояла в том, чтобы застать мутанта врасплох и напасть на него с тыла, когда тот подойдёт к своей жертве поближе.

Расчёт оказался верен: ждать в засаде за одной из покорёженных информационных стоек с рекламным слоганом «ЧМ по футболу-2054 в России. Повторим триумф 2018 года!» не пришлось долго. Оператор материализовался как будто из ниоткуда прямо перед пойманным в ментальную ловушку человеком и протянул к его голове свои худые конечности, напоминавшие перекрученные ветки дерева. Яну даже показалось, будто бы он слышит их треск.

В тот же миг он вступил в игру.

Ян прекрасно понимал, что оператора очень сложно, практически невозможно убить с помощью одного лишь дротикомета. Это в фантастических книгах и кино крутые герои с легкостью валили направо и налево чудовищ, словно те были сделаны из папье-маше. Но в отличие от тех мультяшных монстров, оператор был живой трехметровой махиной с телепатическими способностями, к тому же до чертиков злющей, а Ян – не суперменом, а обыкновенным человеком. Единственное, что могло ему помочь – это отчаяние загнанного в угол существа. Оно подстегивало инстинкт самосохранения, заставляло скрежетать зубами и бросаться в бой, чтобы выжить.

Или он убьёт – или его. Третьего, увы, не дано.

В предстоящей битве главным его преимуществом могла стать внезапность атаки и меткость…

Внезапно Ян начал терять сознание. Нечто темное, вязкое поглощало его, затягивало в воронку с головой. Он утратил способность видеть, мыслить. Не мог даже контролировать свое тело. Пришлось снова снять фильтратор с лица, чтобы отдышаться и быстрее прийти в себя.

«Отпусти, отпусти! Черт тебя дери!» – просил он мысленно кого-то или что-то, обладающее такой силой. И морок, как ни странно, начал спадать.

Щелчок. Еще щелчок. Три – вдогонку: отбросив сомнения, Ян выстрелил в мутанта пять раз подряд, целясь прямо в морду, а затем перекатился от одной колонны к другой. Больно ударился головой о бетонный выступ, не рассчитав силу и скорость, с которой выполнил маневр. Вскочил на ноги и в позвоночнике что-то хрустнуло, а в глазах на секунду потемнело.

«Тоже мне, ниндзя нашелся, шлепок майонезный. Сам-то на ногах еле стоишь, доходяга!» – почесав спину, попенял на себя Ян.

Невероятно, но все пять выпущенных дротиков достигли цели – морда оператора сочилась кровью. Увы, этого явно было недостаточно для того, чтобы считать его побежденным: монстр был по-прежнему опасен. Однако краем глаза Ян заметил, что незнакомец, наконец, зашевелился и начал отползать в сторону – ментальная хватка «оператора» ослабла.

А значит, не зря все-таки Ян ввязался в эту передрягу! Приободрившись, он быстро перезарядил дротикомет и осторожно переместился на новую точку – подальше от монстра.

Заполз за какую-то ржавую бочку и затаился. Минуту прислушивался, но ничего кроме вздохов и приглушенных стонов жертвы оператора не услышал.

Вдруг принюхался и не поверил своему носу: от бочки несло топливом! Значит где-то на ее дне оставалось еще горючее – ценная находка! Руки сами потянулись к рюкзаку – за «свинцом», собранным в стеклянную колбу по пути на станцию «Тупик».

«Значит так: если смешать каплю «свинца» с горючим из бочки, то получится ядреная зажигательная смесь, похлеще напалма. Так? Вроде так! Будет, чем поджарить этого «дистрофика!»

Опрокинув емкость и разлив небольшую лужицу топлива, Ян окропил ее «свинцом» и убрал полупустую колбу обратно в рюкзак. Теперь нужно было заманить в эту лужу мутанта и поджечь его из шпалера…

Но провозившись слишком долго, Ян допустил ошибку – оставил без внимания фланги и позволил врагу подойти незамеченным.

Ба-бах! С оглушительным грохотом пустая металлическая бочка отлетела в сторону, едва не сбив с ног ошарашенного Яна и угодив прямиком в спасаемого им сталкера. Оператор, отшвырнув преграду, предстал перед Яном во всей своей «красе». На расстоянии вытянутой руки он действительно казался невероятно высоким и сильным, несмотря на тщедушное строение тела. А еще от него исходила нечеловеческая, черная злоба, и вот она-то и пугала по-настоящему.

Один взмах длинной жилистой рукой-веткой и Ян отправился в нокаут, к счастью, кратковременный. Придя в себя, он обнаружил, что лежит метрах в пяти от оператора, застывшего на месте, словно в трансе, рядом с лужей-ловушкой. Оставалось лишь добавить чуточку огня…

«Вот оно! Сейчас самое время!»

Сигнальная ракета с шипением вырвалась из шпалера… и – «есть!» – окружающее пространство взорвалось с ослепительной вспышкой. Ян вдохнул поглубже и погрузил лицо в холодную ржавую воду, в которой утопала вся станция.

Раздался животный рев, перешедший в вой, а затем в плач умирающего существа.

Когда все стихло, Ян, наконец, осмелился поднять голову, глотнуть воздуха. На станции снова царил полумрак. Над лужей с зажигательной смесью и в радиусе двух-трех метров от нее в воздухе висел плотный белесый дым, а стены и потолок были черны от гари и копоти. От оператора не осталось и следа.

Первым делом Ян бросился проверять, цело ли содержимое его рюкзака, отброшенного взрывом в сторону: лишиться ценного груза означало для него не только остаться без оплаты, но еще и запятнать свое сталкерское имя. К счастью, все «аварийки» и даже колбы со склянками в контейнере, сверху которого была положена убитая им ранее крыса, остались невредимы.

«Вот ведь, пригодился пасюк! Смягчил своим телом удар… Никогда не знаешь где обретешь, а где потеряешь…» – улыбнулся Ян и бережно разложил на бетонном выступе платформы свое чудом спасенное «богатство», «на просушку».

Затем пошарил взглядом и там, где в последний раз видел того, ради которого сам чуть не расстался с жизнью. Тщетно.

«Черт, где же он? Неужели поджарился вместе с«оператором?»

Нехорошие мысли полезли в голову, но тут в воде у эскалатора послышалось бульканье и фырканье. Ян поспешил на звук, пробираясь через станцию на ощупь. Дышалось с трудом, не хватало воздуха – его почти полностью съел огонь.

Сталкер подбежал к распростертому телу человека и склонился над ним, чтобы узнать – есть ли пульс?

Р-раз! Тяжеленный удар в подбородок застал его врасплох, сбив с ног. Ян повалился на спину, снова окунувшись с головой в ледяную воду, пахнущую тиной. Еще через секунду он уже твердо стоял на ногах с зажатым в руке ножом. В поле его зрения на секунду вновь оказалась надпись: «…чемпионат мира… триумф…», и Ян непроизвольно поморщился от воспоминания о том «триумфальном» мундиале, в котором наша сборная так и не вышла в финал. Даже несмотря на точные, по заверениям «экспертов-обозревателей», предсказания известного на всю страну медведя Потапкина, с грустью в глазах посулившего безоговорочную победу России, раз за разом перед телекамерами запуская в бочку лапу и вытаскивая оттуда мячик с названием всегда одной и той же страны-победительницы.

«Неожиданно, однако!»

Ян, конечно, догадался, что «прилетело» ему от того, кого он минуту назад спас от смерти, но удивляться тут было нечему – в подземке каждый был сам за себя и любой, кто встречался на пути, нес потенциальную угрозу.

«В прежние времена люди были ближе друг другу… Не потому ли, что оружие было только ближнего боя?» – шутили на этот счет сталкеры.

По большому счету, он был сам виноват – поддался эмоциям, забыв об осторожности, потеряв контроль над ситуацией. И сейчас ему срочно нужно было восстановить контроль, а для этого попытаться установить диалог.

– Эй, эй, эй! Стоп! Успокойся, слышишь? Предупреждаю: еще один удар с этой платформы и твой зубной состав тронется, усек? – Ян старался говорить как можно убедительнее. – На случай, если ты не понял идиомы, это значит, «остынь, мужик!»

Лицо незнакомца было сплошь залито спекшейся кровью, отчего оно казалось черным. Бритая «под ноль» голова была сильно разбита или разодрана, но рана уже затянулась и кровотечение прекратилось. Светло-голубые глаза двумя яркими точками выделялись на лице. Тонкие губы сжаты и бледны. Распухший нос тоже, скорее всего, разбит. Видимо, его крепко приложило бочкой, отброшенной оператором.

На вид парню можно было дать лет двадцать, не больше.

Он все никак не мог прийти в себя после нехилой встряски: встав на колени, вдруг хаотично начал шарить большими красными ладонями в стоячей воде вокруг.

– Я помочь тебе хочу, въезжаешь? Ты… ты просто чудом спасся из лап оператора. Да и контужен, скорее всего! Как самочувствие? – вновь окликнул его Ян, подходя еще ближе, но предусмотрительно не убирая нож.

Он обратил внимание, что у парня сзади на синтетической куртке-бомбере красовалась какая-то нашивка. Приглядевшись, он увидел желтый круг, внутри которого был изображен сжатый кулак, а под ним полустертая надпись – «Сыны подземелий». Без сомнений, это был символ принадлежности к братии проходчиков.

– Ты ведь этот… один из проходчиков, верно? – осторожно спросил Ян. Ему необходимо было сразу понять, с кем он имеет дело.

– Верно… как бы – наконец, услышал он в ответ.

Незнакомец, бросив искать что-то в воде, обхватил руками колени, кивнул, прокашлялся и сплюнул.

Ян был наслышан о проходчиках – так в подземке называли смельчаков, умудрявшихся, несмотря на круглосуточное дежурство военных, находить тайные лазейки в Демополис.

Полумифический город-дублер, который нарекли «Демкой» или «Эдемом». Возможно, из-за легенды, согласно которой в нем как в раю жили «сливки общества», ни в чем себе не отказывающие, а может и просто потому, что «Эдем» звучало короче, чем «Демополис».

По сути, проходчики занимались тем же, что и сталкеры: они изучали запретную территорию, добывали, рискуя жизнью, разные аномальные штуковины, продавали их ученым-задохликам и были чем-то вроде связующего звена между двумя мирами – подземным городом и «Стоп-Зоной».

– Потерял что-то, а? – сталкер повторил попытку достучаться до незнакомца. – Меня, кстати, Яном зовут. А тебя как?

– А я… я Индрек. Будем знакомы…и… это…спасибо тебе! Я то уже с жизнью прощался, когда «тощий» меня в оборот взял. Я и глазом моргнуть не успел, как все произошло…

– Странное какое имя… Ин-дрек. – Ян осторожно повторил это имя по слогам. – Ты не русский, что ли? Финн?

– Эстонец по матери, как бы. А что?

– Да так… ничего. Я думал, финн. Имя у тебя такое… финское – немного разочаровано ответил Ян. – Так что там, в воде?

– Кольцо. Обручальное. Утопил кольцо где-то тут, на станции, когда меня этот урод сцапал. Никак не могу его найти… Вода такая мутная, не видно ни фига! Жаль, хорошая вещь была.

– Тоже мне, потеря! – хмыкнул Ян. – При таком раскладе ты мог запросто и с жизнью расстаться…

– Память о жене, как бы…Хотя ты прав, главное, что я живой. Благодаря тебе, друг. Ну как ты технично поджарил «оператора» с одним только шпалером, да с арбалетом, а! Так, что даже мокрого места не осталось…

– Хм. Не с арбалетом, а с дротикометом – поправил Ян. – Ну а вообще, знаешь, как у нас говорят: «В руках отчаянного сталкера даже болт становится разрывным патроном»? Нет, не слышал? Ну, не беда! Ты давай, больше не попадайся! Всего тебе! А мне пора двигать дальше. Бывай…

«Любой сталкер или проходчик должен бы знать эту поговорку. А этот странный какой-то, не знает. Или прикидывается дурачком зачем-то…»

Любезностями обмениваться с подозрительным проходчиком в планы Яна как-то не входило. Еще, чего доброго, нож в спину воткнет, как оклемается.

Предпочитая больше не рисковать, сталкер молча закинул за плечи свой рюкзак и зашагал прочь, но вдруг услышал окрик:

– Нашел! Нашел кольцо! Эй! Погоди! Постой! Раз ты сталкер, значит водишь людей туда, – Индрек догнал его и многозначительно ткнул вверх указательным пальцем на который было надето серебристое широкое кольцо. – Водил ведь?

– Ну, водил – настороженно кивнул Ян. – Что с того?

– Тогда у меня к тебе деловое предложение… От которого невозможно отказаться. Я сам отсюда не выберусь, не выползу. Сам видишь, мне нехило досталось… А еще, до кучи, я безоружен. И при таком раскладе без проводника мне кранты. Ну а ты… Можешь здорово мне помочь, как бы. Доведи до одного места, и я в долгу не останусь. Без пушки, без навигатора – не дойду. Это верная смерть… Без вариантов.

– Ничем помочь не могу – отвернулся Ян, чтобы не смотреть проходчику в глаза.

– Я ведь не за даром прошу. В долгу не останусь, как бы. Назови цену.

– Продолжай…

– В общем там, на поверхности, есть у меня схрон с оружием, медикаментами и еще кое-каким хабаром7. Если согласишься отвести меня туда, то любое, что сам захочешь из этого добра – твое. Сможешь его сбагрить позже, когда доберемся до «Перекати-поле». Ты ведь туда путь держишь? Туда ведь, угадал?

– Возможно – уклончиво ответил Ян. – Ну и где конкретно находится схрон? Конечная точка, куда тебя вести?

– У «Технологички». Не так уж и далеко, как кажется. К тому же, сам рассуди: если уйдешь сейчас, получается, ты зря не прошел мимо, зря за меня вступился… Если есть в тебе хоть капля сочувствия к собрату, сталкер, соглашайся, не виляй.

Ян задумался на минуту. Конечно, он мог запросто уйти, отказаться от предложения проходчика без лишних слов и объяснений. О каком сочувствии речь? Смешно подумать… И все же что-то не давало ему сделать это. Что-то мешало сказать «нет».

– Что ж, пожалуй, десяток армейских сухпайков мне не помешают, да и пилюли в нашем деле лишними никогда не бывают. Есть такое добро в твоем схроне? Хорошо! Наконец, мне действительно с тобой по пути. Так что я согласен. Но если ты в душе сопливая девка, а не мужик, то «давай, до свиданья», сразу предупреждаю! Жалобщиков на жизнь, так же, как и тех, кто не исполняет в точности то, что я говорю, не жалую. Уяснил?

– Вопросов нет. Ну что, ударим по рукам!? – не веря своему везению, переспросил Индрек.

– Завязывай уже с рукоприкладством – съязвил Ян, почесав подбородок. – На вот, лучше возьми «аварийку»… – он достал из клетки светящуюся жабу и протянул Индреку. – Знаешь, что это? Лизни ее брюхо разок, сразу мандраж отпустит. А заодно, может, и перестанешь чувствовать себя таким никчемным. И держи при себе, пока не дойдем до места назначения: будешь освещать мне дорогу. Идти-то, кстати, сам сможешь?

– Смогу!

Индрек, поколебавшись немного, принял-таки «подарок»: в ладонь ему перекатился склизкий холодный сгусток с лиловой пупырчатой кожей, от одного взгляда на который его передернуло от отвращения. Жаба пугливо таращила на нового хозяина глаза и, не моргая, глубоко и часто дышала, как будто ее мучила астма.

– А нет ли чего-то менее… радикального… и более, как бы, привычного – поинтересовался проходчик.

– Спиртного, что ли? Нет и в помине. Могу разве что предложить «зеленого льда»8, будешь? – Ян достал из рюкзака две одинаковых колбы с жидкой субстанцией изумрудного цвета.

– На вкус эта штука как чешский ликер. Ну или почти… Думаю, мне сейчас тоже не помешает успокоительное, а то что-то руки дрожат…

Моментально опрокинув себе в рот содержимое одной колбы, сталкер протянул Индреку вторую.

– На вот, влей-ка в себя малость…

– С… спасибо… не откажусь – глотнув, Индрек задержал дыхание и сморщился, а выдохнув, прослезился и вновь обратил свой взор на подаренную жабу. – Надо назвать ее… как-нибудь… – добавил он почти ласково, хмелея на глазах. – Ну, вот Раш, к примеру, неплохо звучит. Назову ее Раш, что ли…

– Не благодари. Только она женского пола. Так что, выходит, Рашка. Рашка – нормальная кличка для жабы, да? Кстати, как тебя зовут, напомни? – в голове у Яна тоже уже был «туман» и потому настроение его заметно изменилось. Правда, не в лучшую сторону.

– Я – Индрек, – повторно представился проходчик.

– Ин-д-рек… тьфу, ну что за имя! Язык весь сломаешь. Лучше буду тебя финном звать, ты не против? Так короче – буркнул Ян.

– Ну я-то вообще не финн, а эстонец как бы. Но если тебе так удобно…

– Удобно. Как бы.

– Что ж… Где-то тут тоже мой рюкзак был… – засуетился Индрек, опасаясь, что сталкер вдруг передумает.

– Да вот он, держи! – Ян поднял из воды намокший заплечный мешок и протянул проходчику, мельком взглянув на кольцо. – А колечко-то твое вблизи слабо как-то смахивает на обручальное…

– Да это оно, оно самое. А то, что серебряное, так это как бы дело вкуса… Жене нравилось очень. Кстати, откуда ты в этих краях взялся, друг? – предпочел сменить тему проходчик.

– Взялись мы все из одного известного места, а иду с «Тупика». Слыхал о такой станции? Или быть может даже бывать там доводилось? – с неохотой ответил Ян, не любивший трепаться без нужды.

– С «Тупика», значит? – Индрек смерил Яна оценивающим взглядом. На его лице ясно читалось удивление, смешанное с уважением. – Не может быть! Там ведь нет как бы никого… и ничего… Местечко-то, насколько мне известно, гиблое. Что ты там забыл?

Ян хмыкнул.

– Веришь – не веришь, мне, в общем-то, все равно. А иду я оттуда. Вернее сказать, ноги уношу… И отсюда нужно уходить прямо сейчас, пока нечисть новая не прискакала… Не по себе мне как-то. Чутье… Так ты со мной или уже передумал?

– Я с тобой! – с этими словами Индрек взвалил на плечи свой мокрый рюкзак.

– И постарайся не сдохнуть в пути, – сказал, как отрезал Ян и зашагал прочь.

– Надеюсь, я тебя не подведу – нервно хихикнул проходчик и поплелся следом. Что ждало их впереди, в темноте неизведанных тоннелей, они и представить себе не могли.

Глава 3 Человек без прошлого

В пути Ян старался сохранять молчание. Он знал – трепаться в темных тоннелях слишком беспечно: мало ли кто или что услышит, и приползет на голос. Набросится сзади, вопьется в шею, перегрызет ту самую жилку, на которой жизнь держится…

Однако «зеленый лед» медленно, но верно делал свое дело: язык вдруг начал развязываться, да так, что Ян, сделав исключение из собственных правил, все же решился рассказать в двух словах попутчику о причине своего «визита» на заброшенную станцию «Тупик»9.

– На прошлой неделе я получил «спецзаказ» от торговца по фамилии Голландский с бомбаря10, что возле кольцевой… Но не суть… Заказал он принести десяток «авариек». С «Тупика», само собой: больше они нигде и не водятся. Пообещал дать аж целых пять пайков. Я, значит, быстро, как смог, собрался и сразу отправился в рейд. Хороший заказ на дороге не валяется – поделился Ян.

– Хм, заказ и вправду неплохой, как бы… Да не каждый сталкер за такой возьмется… До «Тупика»-то ого-го сколько пилить! – ответил Индрек.

– Ну а я взялся! Теперь вот дело за малым – донести груз до клиента. И, главное, невредимым. «Аварийки» – тонкие, нежные создания, сам знаешь.

– Теперь начинаю понимать! – согласился Индрек. – К тому же, с такой гермой тебе, наверное, ни радиация, ни другая зараза не так и страшны. Я как пригляделся к тебе, сразу понял, что это не простая сталкерская сняряга, а что-то более продвинутое. Военный образец, угадал?

Ян напрягся, поняв, куда клонит Индрек. В голосе его попутчика появились настораживающие нотки зависти.

– Да так, ничего особенного, – уклончиво ответил он. – Звезд с неба не хватаю. Обычная «химза», с небольшими доработками. И что ты все заладил: как бы, да как бы… Смотри, слюной не захлебнись!

На самом деле гермокостюм, добытый в одном из дальних походов на поверхность, Ян берег пуще глаза своего. Сшит он был, скорее всего, для нужд армии из прочного «умного» материала – графена11, представлявшего собой модификацию углерода и электропроводных нитей толщиной всего в несколько атомов. «Новейшая разработка ученых» – так, кажется, писали об этом открытии в СМИ. Об удивительных свойствах костюма Ян узнал не сразу, постепенно тестируя его в ходе рейдов, и «влюбляясь» в него с каждым днем все больше.

Чудо, что в его руках оказался некий новейший прототип, созданный человеческим гением, к сожалению, загубленным в День Перелома. Возможно, информация о его назначении и разработчиках была утеряна навсегда. Но так или иначе, аналогов Ян не встречал больше нигде.

Шикарным дополнением к его амуниции служил цифровой бинокль серии CCD-2040. Устройство, выкупленное у бывшего военного офицера за баснословную цену обеспечивало 22-кратное увеличение и очень высокое качество изображения, благодаря встроенному автофокусу.

Никто, кроме Яна, не знал, что это на самом деле и какова его реальная ценность. Не удивительно, что он тщательно скрывал свое богатство в особом тайнике, в стороне от чужих глаз, и возвращался за ним лишь перед выходом в очередной рейд. От греха подальше, так сказать.

К сталкерским комбезам с химзащитой, собранным в подземке буквально по деталям, иногда даже от разных модификаций или же к плащ-палаткам военного образца, выуженным из бункеров и заброшенных складов, он относился с презрением: защиты почти никакой, только народ смешить.

Перфекционист в мелочах, Ян даже вместо стандартной фильтр-маски предпочитал пользоваться фильтратором – средством индивидуальной цифровой защиты органов дыхания первого поколения, появившимся в далеком 2033 году, но зато оборудованным мощным самоочищающимся фильтром, который защищал легкие от любой пакости, какую только можно себе представить.

– Да ты не кипятись, друг, – заметив, что его проводник теряет терпение, Индрек решил сменить тему. – Ну раз уж разговор зашел… Давно ты занимаешься сталкерским промыслом?

– Начал почти сразу после Перелома. Кто-то ведь должен был однажды выйти наверх, понимаешь?

Индрек не сразу понял, говорит ли Ян на полном серьезе или же шутит. Застывшая на его лице гримаса удивления заставила Яна добавить:

– Когда ты «закрыт» в бункере, все дни походят один на другой, так что стираются в памяти очень быстро. Безысходностью и однообразием пропитаны вода и пища, затхлый воздух. Время замедляет свой ход и трудно вести счет дням, неделям, месяцам.

Спасся я в одном из бункеров в районе станции Горьковской, с порядковым номером 112. Так позже и прижилось у нас: «Убежище-1». Сначала было нас не больше дюжины человек. Потом в бункер стали стягиваться еще люди. Кого-то принимали сразу, а от кого-то приходилось и силой отбиваться. Короче, разные ситуации возникали. Ну, а потом обжились немного, постепенно ушло чувство беспомощности. Сошлись мы взглядами, когда поняли: по-другому нельзя. Хочешь выжить – нужно объединяться. Ясно всем стало – строить нам придется новую жизнь в бункере, под землей. И все тут. Выхода другого не было. А я считаю: повезло нам. Люди подобрались в общине удивительные. И полезные, по большей части.

– Полезные? В каком смысле?

– Да, полезные. Люди с руками, головой. Кто-то сам сообразил – как воду добывать из проходящего над бункером водопровода, кто-то – вскрыть хранилище убежища помог. Нашли еду там, да одежду, все дела. Быт наладили, в общем, спустя месяц или два. Ну а меня тянуло все наверх, не знаю, как объяснить эту тягу. Мешать мне никто не стал, пошел один из первых я туда, как позже выяснилось.