Психотерапевтический фольклор: просто о сложном или почти все о жизни за пару часов чтения
- -
- 100%
- +
«Психотерапевтический фольклор» – это впечатления автора – психолога по профессии, выраженные в метафорической форме, в виде афоризмов, притч, анекдотов, высказываний, поэтических зарисовок, коротких психологических историй-рассказов.
От автора
В этой книге собраны некоторые мои впечатления, выраженные в метафорической форме, в виде коротких и не очень психологических рассказов, афоризмов, притч, анекдотов, высказываний, поэтических зарисовок. Они отражают актуальную психологическую, иногда острую социальную проблематику более или менее простым и понятным языком, понятным практически любому человеку, непосвященному глубоко в психологию, но пытающемуся разобраться в том, как устроены окружающий нас мир и человеческая жизнь.
Вдохновение и импульс к подобному творчеству дали самые разные события и обстоятельства моей жизни и профессии, иногда смешные и забавные, иногда трагикомичные, иногда печальные и драматичные, но всегда эмоционально заряженные, окрасившие это творчество соответствующими эмоциями, образами, мыслями и формами. «Фольклор» рождался, часто, в процессе психологических консультаций и психотерапии, моей преподавательской деятельности, в процессе моих телеинтервью и участия в различных телепроектах и других профессиональных активностей. Он рождался и как тексты, посвященные людям, чья жизнь, работа, творчество вызвали у меня яркие переживания, которые мне хотелось в этих текстах отразить и которыми хотелось поделиться.
«Фольклор» зарождался и в процессе общения с книгами, просмотра фильмов, спектаклей. Так, когда-то много лет назад, книга Е. И. Рерих «Мозаика Агни Йоги» дала импульс к сочинению одной из притч «Король и его солдаты» и вообще – импульс к началу собирания такого материала. Притча «Ночной шторм» была написана под влиянием работ К. Г. Юнга, притча «Дорога» – после просмотра телеспектакля «Эзоп», поставленного в 1981 году, с А. А. Калягиным в главной роли. Другие притчи, рассказы, афоризмы, поэтические зарисовки и анекдоты возникли, как реакция на тот или иной информационный повод, событие, те или иные обстоятельства моей жизни.
Собранный материал вплотную связан с «вечными темами» человеческой жизни: счастливым мироощущением и наоборот, доверием и недоверием, любовью и ненавистью, миром и войной, семьей и воспитанием детей, творчеством и самореализацией, умением слышать друг друга, договариваться и разрешать конфликты, способностью видеть и понимать суть вещей и многими другими, без понимания которых отношения в любой социальной группе превращаются, как правило, в психопатологию повседневной жизни, насыщенную неразрешимыми противоречиями, деструктивными отношениями и социальными явлениями, потерей психологического и физического здоровья.
Из своего опыта знаю, насколько интересными, увлекательными, ярко запоминающимися и полезными могут быть мысли и впечатления, выраженные в подобной форме. Далеко не случайно, у разных народов, в разных временах и географических пространствах, бытовали традиции выражения знания об окружающем мире через легенды, мифы, сказки, притчи, рассказы. В этом, вероятно, проявлялась и продолжает проявляться естественная потребность человека в непосредственном эмоционально-образном отражении своих переживаний и впечатлений, вызванных различными событиями, потребность в передаче и получении жизненного опыта в такой форме. Именно поэтому предлагаемая читателю книга вполне справедливо может быть названа «психотерапевтическим фольклором».
Кроме того, очевидно, порой, что подобная ненаучная или художественная форма отображения различных явлений жизни важна, а порой, только она одна и возможна, где логика бессильна, а исключительно рационально-интеллектуальный или научный взгляд на некоторые жизненные ситуации мало чего даёт для их понимания и разрешения. При этом, помимо желания поделиться этим знанием с другими людьми, такая форма выражения знания о человеке и окружающем нас мире, безусловно, может стать для многих и одним из методов стресс-менеджмента или самотерапии, приобретающих в наше сложное время особую значимость (см. Приложение 1).
В.М.Раздел 1. Истории и рассказы
«Алгоритм счастья»
Какое-то время назад я понял, что большая часть самых значимых, радостных и счастливых событий моей жизни, как правило, становилась результатом обстоятельств, естественно и без особого напряжения складывающихся перед тем, как…
Это касалось и моей работы, и творчества, и новых практических знаний, и встреч с интересными людьми, и путешествий, и здоровья, и многого другого, что делает жизнь любого человека яркой, интересной и наполненной. Оказалось, чтобы обрести нечто важное, почувствовать себя счастливым не нужно все время, как говорят, «бить копытом», «рвать подметки», быть «пострелом», который «везде поспел», тем более, чего-то вечно что-то требовать для себя от окружающего мира и людей, выдумывать какие-то искусственные жизненные сценарии и вообще нарочито делать что-то с «упорством, достойным лучшего применения», как говорят, опять же.
В какой-то момент мне стало ясно, что значит быть «в потоке», что, вероятно, имел ввиду русский философ и публицист В. Розанов, когда говорил о чувстве «умиления», как о состоянии, позволяющим естественно, без понуждения и осознанно соединиться с чем-то новым и важным для тебя. Я вдруг по-новому понял пастернаковские строчки: «…жить без самозванства, так жить, чтобы в конце концов привлечь к себе любовь пространства, услышать будущего зов…» А главное, стала понятна простая истина – алгоритм, позволяющий этот естественный процесс инициировать – как в своей жизни, так и в жизни других людей, утерявших состояние потока и обращающихся к тебе за помощью.
«Алгоритм счастья» – наверное это звучит претенциозно, по меньшей мере странно. Знаю. Поэтому и взял в кавычки. У каждого – свое счастье и свои способы его обретения, скажете вы. Какой здесь может быть алгоритм? И это абсолютно так, спорить не буду. Тем более, знаю какое количество «продавцов счастья», предлагающих свои рецепты со стопроцентной гарантией, развелось вокруг за последнее время. И принципы достижения счастья один другого лучше: чем больше (денег, влияния, связей, славы, власти) – тем лучше; если не хочешь, чтобы управляли тобой, научись управлять другими; реализуй свои амбиции, кушай жизнь полной ложкой и удовлетворяй свои потребности; будь успешным, а путь к успеху – это опять же деньги, карьера, влияние, власть, слава и тп.
При этом, как правило, не говорится о том, что амбиции бывают, порой, пустыми и ничем не обоснованными, нездоровыми, потребности – ложными и деструктивными, а «путь к успеху» – это, часто, миф, до сих пор удачно продаваемый маркетологами успешного образа жизни. Но кто из них об этом скажет? Легче торговать такими способами обретения счастья, чем учиться разбираться в человеческой жизни, в себе, в устройстве окружающего мира вообще. Вот поэтому, зачастую, те, кто становятся на подобный путь постижения и достижения счастья, иногда, в конце этого пути, напоминают загнанных лошадей. А в его начале – прекраснодушных фантазеров, несущихся стройными табунами, поднимая пыль, как африканские антилопы на водопой, с восторгом на лице и анестезирующей иллюзией познания «секретов жизни», «успеха», «счастья» и являющихся лишь кормом для очередного продавца этого ходового товара. Что делать, хотят люди быть счастливыми, богатыми, здоровыми! А кто этого не хочет?
Как мне представляется, все значительно проще, в самом хорошем смысле слова «проще». Лично я воспринимаю и чувствую счастье, как счастье, со-частье – целостность. Это, как естественная потребность любящих друг друга людей в нежных и глубоких объятиях, когда взаимное притяжение, все так же естественно и без экзальтации, наполняет теплом сердца, ум и тела обоих, наполняет радостью, глубоким интересом и влечением друг к другу. Это – как нечто приятно тебя захватывающее, но не лишающее, при этом, ощущения самого себя, ощущения окружающего мира, ощущения свободы. Это – как интересная работа, как творчество, как глубокое увлечение чем-либо или кем-либо. Это то, в чем ты естественно растворяешься, наслаждаясь моментом пребывания в этом процессе, отдаваясь полету – потоку чувств, впечатлений, мыслей, состояний, нового неожиданного, но вполне закономерно рождающегося знания.
Это то, что бывает, порой, не очень заметным, на первым взгляд, едва слышным и осязаемым, и здесь уже важна внимательность и чувствительность к деталям жизни, подробное ее проживание сердцем, умом, телом. Очевидно, что такая внимательность вплотную связана с нашей индивидуальной оптикой и радарами восприятия всего того, что происходит вокруг нас и происходит внутри. Качество же работы этой оптики и радаров, их мощность, во многом зависят от нашего внутреннего равновесия, ресурса и отношения к жизни, вообще – базовых настроек. «Имеющий уши – да услышит, имеющий глаза – да увидит, имеющий разум – да осознает…», и когда ты слышишь, видишь и осознаешь, тогда и происходит такое рождение. Для себя я называю этот процесс эффектом естественного прироста, в котором и происходит нечто очень важное для меня, новое, стоящее и настоящее, заземленное и целостное, и конечно дарящее тебе ощущение счастья, которым можно делиться с другими.
Совсем не первое первое апреля
Если кто ещё из арендующих или собирающихся арендовать помещение под офис или кабинет не знает, то считаю свои долгом сообщить: ничто так не бодрит, как утренний телефонный звонок охранника соседнего офиса, часиков так около шести, когда вы ещё сладко спите, с сообщением «у вас там в офисном санузле все прорвало, всех затопило и на этаже, и соседей снизу, и сантехники не могут попасть к вам в помещение, чтобы перекрыть воду». Понимание же того, что все это – за несколько дней до празднования юбилея твоей организации и твоего собственного юбилея, а также даже примерное представление о том, на какие деньги ты «попал» в данных обстоятельствах придает этой утренней бодрости особый неповторимый колорит, ощущаемый физически в самых разных частях еще не совсем проснувшегося тела.
При других обстоятельствах я бы скорее подумал про первое апреля (это было опять именно оно), розыгрыш и всякое такое, тем более, что бывало как-то разыгрывали меня и ранее в этот день и достаточно жестко. Но то были друзья, а тут охранник соседнего офиса, человек пенсионного возраста и чувством юмора судя по всему не обремененный, несколько даже заторможенный, насколько я успел узнать его за несколько лет нашего знакомства. Так что «первоапрельский» звонок не прокатывал.
Уже выбегаю, буду минут через сорок! – выпалил я, прикинув быстро сколько понадобится мне времени на сборы и самый оперативный способ добраться до офиса. Сработал шурупом вкрученный в меня армейский рефлекс – быстро собираться, умываться, одеваться, когда нужно. Спасибо краснозвездной! Иногда это очень кстати, как выясняется. Из далекого прошлого на ходу всплыло в памяти, по-моему, из «агитпроповского» периода в творчестве Маяковского: «мускул свой дыхание и тело тренируй с пользой для военного дела!».
Дорога вместе со сборами и небольшой автомобильной пробкой действительно заняла чуть больше сорока минут. «Пробки – время подумать о жизни…». Интересно наблюдать, как работает твое сознание в такие моменты. Часть его последовательно или скопом обрабатывает собственные представления по типу «что там сейчас творится?». Перед глазами всплывают сочные образы прибежавших и орущих соседей снизу (вполне справедливо орущих!), с которыми и так уже сложились непростые отношения в связи с нашими иногда поздними мероприятиями и тонкими звукопроницаемыми межэтажными перекрытиями. Всплывают хорошо знакомые ещё из детства очертания сантехников с непременным запахом сырости подвальной каптерки, где они сидят и ждут вызова, сантехников, разводящих при этом руками, мол «а что мы можем, раз дверь закрыта?!», пробегают перед глазами тексты коллективных соседских жалоб, возможные варианты последующих разборок и финансовых затрат на ремонты.
Другая часть сознания, на которую моя профессия и, в общем-то взгляд на мир, безусловно наложили отпечаток, абстрагируясь начинает искать ответы на вопрос «что это вообще за история со мной приключилась?». То ли расслабился слишком и просто что-то недоглядел по хозчасти в арендуемом помещении? Тут же контраргумент – вроде недавно я поменял сантехнику! А может быть «властители кармы», углядев по жизни какой-то мой грешок или «незачет», решили преподать мне урок?
Одним махом я взлетел по лестнице на третий этаж, где были расположены сдаваемые в аренду офисы, в том числе и мой. Передо мной вырос Василий Василич – уже упомянутый выше охранник, протягивающий для приветствия руку:
– А ты чего бежишь-то? – уж как-то очень спокойно и даже, по-моему, улыбаясь произнес он.
– Так ведь хлещет же там у меня! – ещё не отдышавшись, выпалил я, продолжая быстро двигаться мимо него к своему помещению и готовясь услышать в свой адрес много «лестного» от собравшихся там пострадавших по моей вине соседей.
Но у дверей было тихо, хотя уже и показались в коридоре первые лужи воды и небольшое озеро в холле перед кабинетом, сразу покрывшее нижнюю часть моих ботинок. Слава богу, хотя бы никого нет! – подумал я, с нервным усилием проворачивая ключ в дверном замке. Открыв, я сразу ринулся к санузлу, хлюпая уже по полу своего кабинета. Рывком одной руки я распахнул дверь туалетной комнаты, а другой одновременно быстро включил свет. Я готов был в этот момент кинуться грудью на пробоину, перекрыть все, что только там можно перекрыть, зажать руками струи воды, обмотать пробоины тряпками, скотчем, своей курткой, чем угодно…
Да, уж. Если «властители кармы» и хотели мне преподать какой-нибудь урок в этот день, то один из них уж точно про то, как со слов другого человека и при определенных обстоятельствах, не выяснив все досконально, можно себе такого понапридумывать, что в пору самому обращаться к психотерапевту. И это, если ещё добежишь до него конечно в своем стрессе.
В туалете было совершенно сухо, чисто и тепло. Ничего не хлестало. Все краны, шланги и прочая от мира сантехники находились в спокойном исправном состоянии, игриво подмигивая мне своими никелированными гранями и оплетками.
Сзади послышалось хлюпанье. Я оглянулся, увидев Василия Василича, который шлепал по воде, с немного испуганным и, как мне показалось несколько глуповатым выражением лица, очень характерным для многих соотечественников в подобных ситуациях.
– Ну чего там? – спросил он.
– Сухо! – громко ответил я, внимательно, чтобы не ошибиться, произнося это слово, фонетически близкое, хотя и литературному, но все же ругательному. Мне понадобилось некоторое внутреннее усилие, чтобы не сорваться на многоэтажную вербальную конструкцию, крайне характерную именно в российском обиходе в подобных обстоятельствах.
– Ну да! – как будто со знанием дела изрек охранник. – Это же соседский санузел прорвало. А ты чего не понял? Сантехникам нужно было просто посмотреть у тебя в санузле, как стояк перекрыть, а тот – соседский они уж перекрыли.
Моментально накрывшая досада то ли на себя, то ли на Василия Василича, то ли на всю эту ситуацию в целом, смешалась с радостным облегчением и успокоением, что «похоже пронесло» и что все это «не из-за меня». Все эти чувства как-то трансформировались в энергию принятия решений по оперативной уборке помещения.
Как нельзя кстати появилась уборщица Марина. В ее арсенале клинер-менеджера оказался замечательный пылесос, сосущий оказывается не только пыль, но и воду! Уже только по моему умоляющему взгляду человека, пережившего стресс в это первоапрельское утро, Марина сразу как-то поняла, что в данный момент я не могу жить без нее. И конечно без ее чудесного пылеводососа. Наши с ней чувства, подкрепленные денежным вознаграждением за работу по уборке воды, были в этот миг взаимны и почти не знали преград! Я даже стал в этот момент благосклонней относиться к техническому прогрессу, родившему это замечательное устройство. Пылеводосос тихо и, как мне показалось с музыкально урча, поглощал литры воды с пола моего кабинета, в котором не раз звучали нелицеприятные речи в адрес этого самого технического прогресса, отнимающего у современного человека способности, данные природой. Я с тихой радостью переживал экстаз единения технического прогресса в лице чудесного устройства, моего подзатопленного кабинета, уборщицы Марины и много другого, что нас объединяет в тяжелые моменты жизни.
Да уж, по-прежнему чудны дела твои, Господи! А первоапрельские шутки иногда суровы. Впрочем, я же знаю, где живу… И что без юмора, порой сурового и философского отношения к жизни в наших условиях выжить, иногда, как-то сложно. Впрочем, многие это и без меня знают.
Новогодняя психологическая дегустация шампанского
Фрагмент 1. Светик
В своих «беседах о русской культуре» замечательный отечественный литературовед и культуролог Юрий Михайлович Лотман, затрагивая тему чтения художественной литературы, говорил, что над книгой важно мечтать. Ученый имел ввиду процесс ассоциативного мышления, позволяющего, в том числе визуализировать читаемое. В этом случае видение и понимание произведения становится объёмней, глубже, интересней, в конце концов. Так просто. И так мне знакомо с самого детства – возникающие перед глазами яркие живые и захватывающие дух картинки самых разных событий и обстоятельств, монотонно и монохромно отпечатанные одними и теми же буквами в разных сочетаниях между собой, на одинаковых бумажных страницах. Сколько всего за этими, в общем то простыми значками, можно увидеть и понять! А сколько всего можно увидеть не просто за буквами, но людьми?! Может быть поэтому последние годы я почти не читаю книг? Читаю людей. Иногда перечитываю, порой под новым ракурсом и это, порой, уникальное чтиво. Безумно интересные «истории», «новеллы», «романы», «эссе», «рассказы» и «поэмы», «мемуары», которые ты встречаешь на своем пути, среди которых живешь, работаешь, ходишь по улицам, ездишь в метро и путешествуешь по миру, возможно такой же «читаемый» кем-то.
И вот она, все такая же обаятельная с такой же мальчуково-стройной фигурой и такой же короткой стрижкой, одетая стильно и со вкусом, в приглушенно-кобальтовые тона, с немного уставшими, но такими же, как и двадцать лет назад прекрасными карими, внимательными и немножко по-детски встревоженными глазами. Она стоит на фоне освещенной стены моего большого кабинета, изящно жестикулируя, неспешно и очень занимательно рассказывает, специально собравшимся для этого мероприятия, о достоинствах и особенностях шампанского, сделанного в Крыму. Тут же отвечает на вопросы слушающих, приводит примеры из практики виноделия и практики винопития, ненавязчиво знакомит нас с основными понятиями, проводя перед нами стройные терминологические ряды «сульфидов», «миллезимов», «ремюажей», «дегоржажей» и других стражей этого интересного дела. Приводит примеры из жизни, в том числе примеры взаимодействия с вином из личного опыта.
Она профессиональный психолог и профессиональный сомелье – ведущая нашей новогодней дегустации. Поработала психологом-практиком, преподавала в университете, много поездила по миру, много чего повидала, родила троих. А заодно поучилась прекрасной профессии, вдогонку к первой, да ещё в таких пенатах, о которых грезят многие, кто становится на путь познания тонкостей бизнеса и развития своего дела. Какое чудесное сочетание профессий и совпадение самых разных событий жизни! Какая из всего этого выросла замечательная возможность глубоко, неспешно и тонко вникнуть в мир вина, виноделия и жизни вообще. И как это иногда бывает просто, радостно и приятно – воспринимать и понимать жизнь в ее многообразных проявлениях из прошлого, настоящего, будущего. Светик!
Помню лет двадцать назад, дело было на 1 апреля – «день смеха», когда мы дружной студенческой компанией, человек восемь, где была и Светик, решили отметить только что сданный зачет по психофизиологии в нежно любимом нами кафе на втором этаже Дома композиторов – «домкома» в простонародье, неподалеку от психфака (факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова). Как и водилось тогда, денег всегда не хватало и вскладчину мы насобирали только на одну бутылку шампанского, кофе и, по-моему, какие-то орешки. Не беда – весна, дружная компания, сданный зачет, хорошее настроение, мы молоды и красивы, все это с лихвой компенсировало материальные затруднения и делало жизнь прекрасной. Хотя выпить шампанского всем конечно еще хотелось.
Вдруг, совершенно непонятно откуда над нашим столом зависла рыжая бородатая голова, с богемно повязанным на шее платком и, совершенно не обращая внимания на мужскую часть компании (как будто нас вообще не было за столом), обратилась к прекрасной ее части:
– Милые девушки, там, внизу на первом этаже, в ресторане собрались за одним столом композиторы-песенники, предлагаю вам присоединиться к нашей компании и приятно провести время!
Сказать, что мужская часть нашего дружного коллектива, включая меня, вошла в состояние тихой оторопи – не сказать ничего! По-моему, слышно было, как по команде с причмокиванием отвисли наши челюсти, покачиваясь, какое-то время, из стороны в сторону. Девчонки, учтиво поблагодарив бородатую голову, вежливо отказались, и голова исчезла так же, как и возникла. Наши прекрасные, верные и любимые подруги – кто бы сомневался! Но может быть это был такой «композиторский» розыгрыш в день смеха, подумали мы – посмеялись просто над нами песенники, так сказать? В любом случае, наше мужское самолюбие было основательно задето, и план «ответного удара» созрел мгновенно. Наверное, в такие моменты Архимед кричал «эврика!», Пушкин – «ай да Пушкин, ай да сукин сын!», а Моцарт радостно фонтанировал новыми гениальными музыкальными темами.
Несколько минут тут же организованной оперативной планерки под возбужденные повизгивания наших психологинь и не менее возбужденный баритон ребят пролетели, как одно мгновение. Я встал и направился на первый этаж, в ресторан, где теперь «по ту сторону баррикад» (сами виноваты!), пировали наши песенники. Оставшиеся в кафе на втором этаже ребята, по условленному плану, должны были, несколько погодя, спуститься на первый этаж и передислоцироваться из домкома обратно в здание психфака, поджидая меня там в одной из пустых аудиторий. При этом нужно было тихо и незаметно прошмыгнуть мимо входа в ресторан на первом этаже, забрав свою и мою, в том числе, одежду из гардероба, находившегося в холле первого этажа. Осуществить данное прошмыгивание было непросто. Гардероб находился как раз напротив широкого открытого входа в этот самый ресторан, где пировали наши оппоненты, и все происходящее в холле и перед гардеробом конечно было хорошо видно из зала ресторана. Для решения этой задачи практически нужны были навыки ниндзя.
Конечно, я волновался, спускаясь на первый этаж в ресторан, но не долго, постепенно наполняясь праведным гневом и смелостью. Как говорится, «кто к нам с мячом пришел, обязательно получит по шайбе». Особенно первого апреля. Я быстро отыскал взглядом нужный столик по выделявшейся рыжей бородатой голове. Голова, признаться это удивило, заметив меня, отделилась от стола и направилась в мою сторону с несколько извиняющимся видом. Я торжествовал, уловив едва заметное смятение в глазах супостата с вполне объяснимым его волнением и смущением, особенно при виде меня у входа в ресторан с решительно рыщущим по столам взглядом. Но, видимо в закрутившемся вихре эмоций, мы с ним уже без слов, в определенном смысле, понимали друг друга.
– Понимаешь, – сказала голова, – ко мне из Перми приехал друг – композитор, и я хотел познакомить его с красивыми московскими девушками! Понимаю, – сказал я нарочито сдержанно, на всякий случай, чтобы в пылу эмоций не озвучить свое отношение к таким беспардонным способам поиска красивых девушек. И одновременно делая сочувственный вид, я начал говорить о том, что понимаю его, тем более, что наши девчонки потрясающие и неудивительно, что они так понравились.