Глазарий языка. Энциклопедия русского языка, меняющая представление о справочной литературе
- -
- 100%
- +
Наказание: заслушивание официальных нот Министерства иностранных дел РФ.
4-й круг. Страсть редактирования
Обитель упоенных собственным величием редакторов, жадно кромсавших при жизни чужие тексты, так чтобы полностью вычистить из них любые следы авторской индивидуальности, а ныне толкающих взад и вперед тяжеленные камни.
Наказание: непрекращающийся спор о русской интеллигенции с Виктором Топоровым.
5-й круг. Матерщина
Круг представляет собой бескрайнее болото, напичканное невоздержанными на язык матерщинниками и сквернословами. Люди, которые при жизни стыдливо писали «куй» и «п*зда», опущены в зловонную жижу не по горло, как остальные, а по самые ноздри.
Наказание: общество друг друга.
6-й круг. Любительская лингвистика
Души проходимцев и лжеученых всех мастей изнывают в выбитых в скалах раскаленных гробницах и в неизбывной тоске пытаются обосновать исконно русское происхождение словосочетания «адронный коллайдер».
Наказание: ужас перед появлением академика Зализняка с клубком змей вместо волос.
7-й круг. Безграмотность
Грешники, запятнавшие себя насилием над родным словом, подвергаются здесь непередаваемым мучениям: их варят в кипятке, разрывают на части, жгут в пламени, пронзают железными прутьями, побивают камнями; с неба на души несчастных изливается огненный дождь.
Наказание: созерцание афиши с лицом Максима Кронгауза и надписью «Атмосфера языковой ненависти».
8-й круг. Экспертная деятельность в справочных службах русского языка
Во рвах, заполненных смрадным калом, бичуемые бесами, терзаемые проказой, осуждены навеки пребывать те, кто грешил праздными ответами на бесконечно повторяющиеся бессмысленные вопросы о том, какого рода слово «кофе» и надо ли предпочесть вариант «в Украине» варианту «на Украине».
Наказание: вечное отсутствие Интернета.
9-й круг. Пошлая писанина
В самом центре преисподней находится ледяное озеро, в котором Люцифер своими тремя пастями терзает Александра Сумарокова, Семена Надсона и Сергея Михалкова. Вокруг них из-подо льда торчат головы разнообразных писак верноподданнического толка с сильно посиневшими ушами.
Наказание: коллективное устное сочинение романа-эпопеи «Золотое жнивье».
День 5
Акела промахнулся. И не один разМногократно отмечалось, что В.Г. Белинский обладал удивительным даром угадывания талантов в начинающих писателях. Это действительно так, и русская литература (особенно Н.В. Гоголь с Н.А. Некрасовым) премногим ему обязана. Исключительно ради создания объективной картины напомним о нескольких – наиболее вопиющих – ситуациях, в которых чутье отказывало мастеру.
«Теперь мы не узнаем Пушкина: он умер или, может быть, только обмер на время. Может быть, его уже нет, а может быть, он и воскреснет; этот вопрос, это гамлетовское быть или не быть скрывается во мгле будущего. По крайней мере, судя по его сказкам, по его поэме «Анджело» и по другим произведениям, обретающимся в «Новоселье» и «Библиотеке для чтения», мы должны оплакивать горькую, невозвратную потерю. Где теперь эти звуки, в коих слышалось, бывало, то удалое разгулье, то сердечная тоска, где эти вспышки пламенного и глубокого чувства, потрясавшего сердца, сжимавшего и волновавшего груди, эти вспышки остроумия тонкого и язвительного, этой иронии, вместе злой и тоскливой, которые поражали ум своею игрою; где теперь эти картины жизни и природы, перед которыми была бледна жизнь и природа?.. Увы! вместо их мы читаем теперь стихи с правильною цезурою, с богатыми и полубогатыми рифмами, с пиитическими вольностями, о коих так пространно, так удовлетворительно и так глубокомысленно рассуждали архимандрит Аполлос и г. Остолопов!..»
(В.Г. Белинский. «Литературные мечтания», 1834)
«Г-н Баратынский поэт ли? Если поэт, какое влияние имели на нашу литературу его сочинения? Какой новый элемент внесли они в нее? Какой их отличительный характер? Наконец, какое место занимают они в нашей литературе? Несколько раз перечитывал я стихотворения г. Баратынского и вполне убедился, что поэзия только изредка и слабыми искорками блестит в них. Основной и главный элемент их составляет ум, изредка задумчиво рассуждающий о высоких человеческих предметах, почти всегда слегка скользящий по ним, но всего чаще рассыпающийся каламбурами и блещущий остротами».
(В.Г. Белинский. «О стихотворениях г. Баратынского», 1835)
«Выведем окончательный результат из всего сказанного нами о «Горе от ума», как оценку этого произведения. «Горе от ума» не есть комедия, по отсутствию или, лучше сказать, по ложности своей основной идеи; не есть художественное создание, по отсутствию самоцельности, а следовательно, и объективности, составляющей необходимое условие творчества. «Горе от ума» – сатира, а не комедия: сатира же не может быть художественным произведением. И в этом отношении «Горе от ума» находится на неизмеримом, бесконечном расстоянии ниже «Ревизора», как вполне художественного создания, вполне удовлетворяющего высшим требованиям искусства и основным философским законам творчества».
(В.Г. Белинский. «„Горе от ума“. Комедия в 4-х действиях, в стихах. Сочинение А.С. Грибоедова», 1839)
«…Достоевский написал повесть «Хозяйка» – ерунда страшная! В ней он хотел помирить Марлинского с Гофманом, подболтавши немного Гоголя. Он и еще кое-что написал после того, но каждое его новое произведение – новое падение. В провинции его терпеть не могут, в столице отзываются враждебно даже о «Бедных людях». Я трепещу при мысли перечитать их, так легко читаются они! Надулись же мы, друг мой, с Достоевским – гением! О Тургеневе не говорю – он тут был самим собою, а уж обо мне, старом черте, без палки нечего и толковать. Я, первый критик, разыграл тут осла в квадрате».
(В.Г. Белинский. Письмо к П.В. Анненкову, 1848)
«Белинский, с своей стороны, иначе не называл Лермонтова, как пошляком, и когда я ему напоминал стихотворение Лермонтова «На смерть Пушкина», он отвечал: «Вот важность написать несколько удачных стихов! От этого еще не сделаешься поэтом и не перестанешь быть пошляком!» На впечатлительную натуру Белинского встреча с Лермонтовым произвела такое сильное влияние, что в первом же письме из Москвы он писал ко мне: „Поверь, что пошлость заразительна, и потому, пожалуйста, не пускай к себе таких пошляков, как Лермонтов“».
(Н.М. Сатин. «Почин», 1895)
День 6
Пять слов, которые не то, чем кажутсяДОСКОНАЛЬНЫЙ. Как говорится, разберите слово по составу. Что может быть проще: доек – ональн (ср. «национальный») – ый. Осталось как-то связать смысл слова с «доской». Можно придумать много остроумного, но все будет ошибкой. Во-первых, слово заимствовано из польского, во-вторых, славянский корень здесь – «-кон-», такой же как и в слове «конец». Этимологическое значение слова – «завершенный».
ДОТОШНЫЙ. Так и хочется сказать: «въедливый до тошноты». Но к тошноте слово не имеет отношения. Его первая, ныне забытая форма – «доточный», от глагола «дотечь», «дотекать» в старом значении «дойти», «доходить». «Во всем мне хочется дойти до самой сути» – вот дотошный человек.
ПОДУШКА. Конечно, это то, что лежит под ухом. Ученые против. Однокоренные слова – «дух», «дуть». Этимологически – «что-то надутое».
СВАДЬБА. Хочется чего-то красивого. Например, «свадьба» от «сводить» или от «свадить», то есть «приучить» (ср. современное «отвадить»). Все прозаичнее: изначально это «сватьба», произведено от «сват» и значит всего-навсего «сватовство».
СВИДЕТЕЛЬ. Сейчас слово крепко связано со словом «видеть». Между тем исконно оно было произведено от глагола «вѣдѣти», то есть «знать», и писалось «съвѣдѣтель». Этимологически «свидетель» не тот, кто видел, а тот, кто знает. В древнерусском были еще слова со значением «свидетель» – «видокъ» – «тот, кто видел» и «послухъ» – «тот, кто слышал». Это как раз тот случай, когда уместны будут сетования на то, что русский язык обеднел.
День 7
АнтагонимыДавным-давно в одном всеми забытом учебнике русского языка мне на глаза попался любопытный пассаж: в качестве примера антонимии авторы приводили пару «семит – антисемит». Конечно, это не антонимы, не слова с противоположным значением. Но не получается отделаться от впечатления, что их, как и многие другие подобные пары, все же связывают некие системные отношения.
«Зима» и «лето» – антонимы, «осень» и «весна» – тоже; а как быть с парами «зима – осень» и «весна – лето»? Имеют ли они какое-то обозначение? Предположим (особенно для жителя Петербурга), особой разницы между ними нет. А что насчет «зима – весна» и «лето – осень»? Ведь тут очевидно противостояние: никто не скажет, что зима победила осень; а вот о том, что весна победила зиму, говорят – и даже празднуют это.
Или вот еще другие примеры: «милиционер – пикетчик», «жена – любовница», «работать – проверять», «красивый – умный», «аванс – зарплата», «чиновники – народ», «малая нужда – большая нужда», «собака – кошка», «отчет – акт», «писать – читать», «понедельник – пятница», «спортсмен – болельщик», «филолог – сборщик макулатуры» и т. д. и т. п. (без кавычек). Как быть с ними?
Мне кажется, все эти пары слов имеют одну общую черту. Их объединяет антагонизм (извечный или сиюминутный) тех объектов внеязыковой действительности, которые они обозначают. Поэтому я и предлагаю назвать их «антагонимами». По любому из приведенных выше примеров заметно, как часто отношения антагонимии вступают в противоречие с отношениями антонимии. Возьмем то же слово «красивый»: его антонимом будет «уродливый», а антагонимом, как я и отметил выше, – «умный».
Р. S. После написания этой заметки я решил погуглить придуманное мной слово «антогоним» и обнаружил, что оно уже было придумано раньше (тьфу) английскими лингвистами с целью обозначения того феномена, который в отечественной традиции носит имя энантиосемии – антонимии значений многозначных слов (в русском это, например, слово «одолжить» («дать денег в долг» vs. «взять денег в долг»), а в английском – sanguine («кровожадный» vs. «добродушный»). Тем не менее я намерен продолжать отныне и впредь использовать это слово исключительно в том значении, в котором его придумал; что касается английских лингвистов, то они могут, как все нормальные люди, взять на вооружение энантиосемию.
Петр Заготово-Деревянкин, специально для «Глазария языка»
3 неделя
День 1
В древнерусских текстах встречаются описания разных знамен. Они описываются, например, так: «знамя три черты», «знамя лук [оружие] к земле рогами», «знамя борода, а наверху вилы», «знамя колесо, а под колесом две черты». Что это за знамена такие?
Ответ:
Слово «знамя» в истории русского языка пережило существенное изменение значения. Сегодня оно употребляется только в значении «(воинский) флаг», в том числе и метафорически («под знаменем борьбы» и т. п.).
Это значение у слова «знамя» позднее, оно фиксируется не ранее середины XVI века, а регулярно начинает встречаться только в XVIII веке.
До этого значение «знамя» передавалось словами «стягъ», «хоругвь», «поропоръ» или «прапоръ» (ср. современное украинское «прапор» – «знамя»). Последнее слово, кстати, исконно славянское и связано с «перо», «парить».
Слово же «знамя» являлось параллелью к слову «знамение» и обозначало в самом общем смысле «(отличительный) знак», «признак» (наше слово «знак» очень позднее, начинает употребляться только в XVII веке).
Это общее значение могло уточняться: в частности, в древности «знамя» обозначало родимое пятно, родинку. «Знаменем» также называли какой-либо знак, оставленный вместо подписи неграмотным человеком.
Часто слово «знамя» значило «владельческий знак, клеймо», при этом преимущественно речь шла о знаках, которые использовали бортники – пчеловоды, разводившие пчел в дуплах деревьев. Описание именно таких знаков приведено в вопросе. Как выглядели подобные «знамена», можно видеть на картинке.
Особое положение бортников в данном случае, видимо, связано с тем, что они «своим промыслом составляли для князя самую доходную хозяйственную статью» (Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона). Своим фирменным знаком бортники помечали свои борти: деревья с ульями в дуплах. Иногда количество таких бортей доходило до сотни в разных концах леса. «Знамя» бортника переходило по наследству и могло быть продано вместе с бортным хозяйством.
В XVIII веке старое значение слова «знамя» «(отличительный) знак», «признак» стало забываться. Впрочем, мы можем найти его, например, в стихах Н.М. Карамзина:
Когда мир целый трепетал,Волнуемый страстями злыми, —Мой взор знамен твоих искал:Я сердцем следовал за ними!Но уже в 1757 году митрополит Платон (Левшин) разъяснял, что такое символ, используя слово «знамя» в его новом, понятном для человека XVIII века, значении: «Символ, что до имени его касается, может назваться знамение, или замета, или признак, по которому один от другого распознается: как знамя воинское есть признак, по которому на-шестранцы от неприятелей отличаются».
День 2
Английский языкНочами счастливого безмыслия и уверенности в судьбах родины, – ты один раздражал и выбивал почву из-под ног, эх, ничтожный, слабый, лживый, рабский английский язык! Не будь тебя, проклятый, – как сдержать восторг при виде того, что совершается дома. Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан ничтожным народам!
День 3
Пять слов, которые старше, чем кажутсяГОСТИНИЦА. Слово очень древнее, евангельское (его можно найти в Евангелии от Луки). Долгое время оно хранило в себе этот высокий, связанный с христианским началом, стилистический оттенок и еще в XVIII веке считалось словом церковнославянским. Поэтому возможно было его метафорическое употребление, как, например, в эпитафии Н.М. Карамзина: «И с теми, коих здесь оставим, / Мы разлучимся лишь на час. / Земля гостиница для нас!» С конца XVIII – начала XIX века «гостиница» начала переходить в нейтральный стилистический регистр, где пребывает до сих пор.
МАГ. «Магия», «магический» (а был еще «магик») – поздние заимствования из европейских языков. Они появляются в русском языке только в XVIII веке. А вот слово «маг» в значении «восточный жрец», а также «волшебник» зафиксировано аж в XIII веке. Оно заимствовано, видимо, из позднедревнегреческого.
ПЕНЯ. Злые люди в сберкассе берут пеню за вовремя не оплаченные квитанции. Не отчаивайтесь, в истории России вы не одиноки. Слово это зафиксировано уже в конце XIV века. По основной версии, является заимствованием из латинского.
ПЛАСТЫРЬ. Покупая в аптеке пластырь, помни, к какой древности прикасаешься! Слово «пластырь» в значении «целебная повязка», а также «лекарственное средство», которым пропитывается такая повязка, известно с XI века! Это древнее заимствование из латинского. Прежде слово часто употреблялось метафорически в церковных текстах и даже вошло в пословицу: «Жена мужу пластырь, а муж жене пастырь».
СЛОН. Говорят, что Россия не родина слонов. Однако слово «слон» известно с древних времен и, судя по тому, что в такой форме оно представлено в большинстве славянских языков, принадлежит еще праславянской эпохе. В одной из древнерусских рукописей (правда, переводной) о слоне сказано: «егда хощетъ спати дубѣ ся въслонивъ спитъ», то есть «когда хочет спать, спит, прислонившись к дубу (!)». Таким образом, «слон» так назван потому, что «прислонился» и заснул. Фасмер сомневается в этой этимологии, так как «для наблюдений над образом жизни экзотического животного у славян было слишком мало возможностей». Как знать, как знать…
День 4
Аргументы и фактЫИмеется пять наиболее известных доказательств бытия фонемы Ы.
1. Онтологическое доказательство. Объективное существование фонемы Ы следует из наличия ее субъективной идеи: если бы фонема Ы существовала не в действительности, а лишь как идея, этот недостаток противоречил бы понятию фонемы как идеальной сущности.
2. Психологическое доказательство. Фонема Ы наличествует в сознании, что следует из факта ее переживания, при этом само сознание не может быть достаточным основанием для наличия в нем идеи фонемы Ы; следовательно, основу должна составлять внешняя причина сверхзвукового порядка (то есть фонема Ы как существующая).
3. Космологическое доказательство. Выделение фонемы Ы необходимо для придания гармонии системе гласных фонем русского языка, поскольку только так на каждой следующей ступени подъема языка мы получаем на одну фонему больше, чем на предыдущей.
4. Моральное доказательство. Звук «ы» настолько отвратителен и безобразен, что для нравственного сознания невозможно выведение его из каких-либо других фонем; утверждение противоположного подрывало бы основы «морального миропорядка».
5. Телеологическое доказательство. Если бы фонемы Ы не существовало, то она не смогла бы исполнить того назначения, которое у нее, возможно, есть и о сути которого мы, скорее всего, пока не можем даже догадываться.
День 5
Апостолы и эпистолыФраза «Апостолы посылали эпистолы» – это не скороговорка, а своего рода фигура этимологика. Слово «апостол» происходит от греч. apostolos < apostellein «посылать кого-либо» < apo- + stellein. Слово «эпистола» образовано от греч. epistolē «послание, письмо» < epistellein «посылать кому-либо» < epi- + stellein.
Легкомысленный ум увидит здесь знак несколько формального отношения апостолов к своим обязанностям: ведь их посылали самих, а они вместо себя посылали послания – к коринфянам, фессалоникийцам, галатам, евреям, ефесянам, колоссянам, римлянам, филиппийцам и т. д.
Ум тяжеловесный вспомнит афоризм Маклюэна «the medium is the message» («средство коммуникации является сообщением») и поймет, что обратное тоже справедливо: «the message is the medium» («сообщение является средством коммуникации»).
День 6
Пять слов, которые именно то, чем кажутсяВРАЧ. Врач – это не рвач, а врун. Слово родственно глаголу «врать» в его древнем значении «вещать» (английское word, кстати, того же корня). Отсюда – «врач» «заклинатель > колдун > знахарь». В общем, «все лгут», и сам доктор в том числе.
ГВОЗДИКА. Гвоздика связана с гвоздями. Правда, речь не о знакомом нам цветке, а о высушенных цветочных почках гвоздичного дерева, из которых делают гвоздику-пряность. Они и в самом деле похожи на средневековые кованые гвозди. Это сходство было подмечено в немецком, польском и восточнославянских языках. Славяне, видимо, калькировали немецкую словообразовательную модель.
ГОЛУБОЙ. Здесь никуда не деться от «голубя». Ученые ведут долгие споры о том, что же первично: название птицы или название цвета. Их не очень смущает, что голуби в общем-то не голубые. В этимологическом запале они отнесли сюда же и «голубцы»: по форме, говорят, похожи на голубя. Итак, наука установила, что в древности голуби напоминали голубые голубцы.
ЛИПА. Липа, она липкая. Точнее, сок у нее липкий, потому и липа. Любопытно, что «липа» в значении «фальшивка» тоже связана с чем-то липким. Предполагается, что слово возникло в среде картежных шулеров, которые для своих махинаций использовали специальную мазь – «липок».
ПРОСТИТЬ. Нехитрая этимология: «простить» образовано от «простой». Что бы, однако, это значило? Среди старых значений слова «простой» словари отмечают значение «свободный». А.С. Шишков, известный своими фантастическими этимологиями, возможно, был недалек от истины, когда в начале XIX века писал: «…Выражение „прости меня“ не иное что значит как „опростай, освободи меня от наказания или гнева твоего“». Таким образом, простить – даровать свободу. Добавим: и стать свободным самому.
День 7
Боратынский. Детская песенкаКто «Сумерек» составил том?Кто с вуза каждому знаком?Кто был непризнанный поэт,А покорил весь белый свет,Кого повсюду узнают,Скажите, как его зовут?Бо! Ра! Тын! Ский!Боратынский!Украден им чужой табак,И с истеричкой тяжек брак,В Финляндии морозит нос,Белинским доведен до слез,Ему уж скоро быть не тут,Скажите, как его зовут?Бо! Ра! Тын! Ский!Боратынский!Он не обласкан был молвой,Он не А.С. Пушкин – он другой!В его стихах от грусти ключ,И потому он так певуч,Все символисты его чтут,Скажите, как его зовут!Бо! Ра! Тын! Ский!Боратынский!4 неделя
День 1
В архангельских говорах записано слово «веснодёлить». Что оно значит?
Ответ:
«Весноделить» значит «сдирать кору с бревен при заготовке дров весной». Сами такие дрова называются «веснодельными». Записано, например, на Пинеге: «Нарубил и окорил сразу – это веснодельной лес». Ср. также у Д.Н. Мамина-Сибиряка: «…среди куч не успевшего еще покраснеть хвороста торчали без всякого плана сложенные поленницы веснодельных дров».
А вот еще диалектные архангельские слова, связанные с весной: «весняк» – скот весеннего рождения, «веснянка» и «весновка» – весенний лесосплав, «Веснина» – овечья шерсть весеннего пострига, «веснованье» – весенняя охота на морского зверя.
Самое красивое слово – «весно» «ясно, солнечно», а самое неприятное – «веснуха», которое среди прочего значит «плохая погода весной», а также «болезнь с сыпью на теле» и «лихорадка».
А вот веснушку (пятнышко на теле) называют в том числе и так – «мухосранка».
День 2
Безымянность«Если бы Дюмарсе был жив, мы бы спросили его о названии алфавита. Давайте попросим ученых мужей, которые работают над „Энциклопедией“, сказать нам, почему ни в одном языке Европы у алфавита нет имени. „Алфавит" значит всего лишь АВ, а АВ не значит ничего; в лучшем случае это обозначение двух звуков, и эти два звука не имеют никакой связи друг с другом. „Бета“ не происходит от „альфа“, просто одно – первое, а другое – второе, а почему – неизвестно.
Как же могло так случиться, что у нас нет слов, чтобы обозначить врата ко всем наукам? Ведь знание чисел, искусство считать – не называются „одиндва“, а основание искусства выражать мысли не имеет в Европе собственного обозначения».
(Вольтер. Философский словарь)
День 3
А всё могло бы быть совсем не такВ XIX веке написание многих слов было неустойчивым. Закреплению их орфографической формы в современном, привычном для нас виде мы во многом обязаны трудам академика Якова Карловича Грота, главного нормализатора правописания конца XIX столетия. Между тем многие рекомендации Грота были совсем не бесспорны и вызывали аргументированные возражения. Так, по ряду частных вопросов оппонентом Грота был выдающийся языковед эпохи Алексей Иванович Соболевский, предлагавший альтернативные орфографические решения. Рассматривая эти дискуссионные вопросы, трудно подчас побороть впечатление, что доводы обеих сторон равносильны и в конечном счете Грот принимал окончательное решение на основе собственного языкового вкуса. Будь этот вкус несколько иным, мы бы писали сейчас по-другому.
«Суббота» или «субота»
Поначалу Грот стоял за «суботу», но затем начал рекомендовать написание с двойной согласной, как мы и пишем сейчас. При этом в древности – и в деловых, и в церковных текстах – решительно преобладало написание с одной буквой «б», встречалось оно и в XIX веке. Написание с двумя «б» – позднейшее церковное преобразование по греческому образцу. В произношении никакого двойного согласного звука нет. Зачем Гроту нужна была здесь двойная согласная, неясно.
«Гостиный» или «гостинный»
Грот предлагал «гостиный», по образцу «лебединый», основываясь в том числе на широком употреблении слова с одной буквой «н» в древнерусских памятниках (почему-то в случае с «суботой» этот фактор он не принимал во внимание). Аргументы Соболевского, выступавшего за «гостинный», были таковы: существует народное «гостины» и почему бы не считать слово «гостин/нный» произведенным именно от него, по образцу «половина» – «половинный». Кроме того, по мнению Соболевского, в слове «гостиный» отчетливо произношение двойного «н». С последним доводом Грот согласился, но рекомендации своей не изменил. Между тем написание «гостинный» – частотная современная ошибка, видимо обусловленная именно теми обстоятельствами, на которые указал Соболевский.