- -
- 100%
- +
– О чем ты думаешь, бестолковая девчонка? – Дима кричал, крепко схватив ее за другую руку: Я же не вытащу вас двоих.
– Вытащишь, теперь вытащишь, – уверенно проговорила Стеша.
С горем пополам вытянули на колокольню перепуганного до смерти мальчишку. Отругали на чем свет стоит одноклассников. Потом отправили всех по домам, а сами уставшие и счастливые Дима и Стеша, с трудом брели до дома. Шли держась за руку, разглядывая в небе окна далеких звезд. Так приятно, когда ты смог спасти человека, сохранить жизнь хоть еще на чуть-чуть, пусть живет на радость другим людям, даже давно умершим. А потом упали в старый стог сена перед домом- болтали обо всем, смотрели на звездное небо и…
– Знаешь, Стеша, так трудно найти человека, с которым легко и весело разговаривать – не бояться, что тебя осудят или не поймут.– медленно наклоняясь над ней, сказал Дима, не сводя глаз с ее губ.
– Может быть, проблема в тебе Дима. Не нужно перебирать всех девочек в деревне своими губами-щупальцами. И осуждать сразу никто не будет.
– Да мне просто их жалко, трутся рядом бедолаги, смотрят грустными глазами
– Ты эти сказки заливай подругам и старшему брату, вдруг прокатит и поверят.
Что в тебе девочки находят – ты примитивный и скучный. Не обижайся, – это совет друга. И спасибо за помощь, ты настоящий супергерой. Все, пока – Стеша выталкивала за калитку надоедливого ухажера, который все смотрел на нее своими красивыми глазами, что обещали рай на земле, что манили и будили весенние фантазии. Он взял ее за руку, поцеловал пальчики: «Знаешь, я только твой супергерой. Влюбись в меня.»
– Брысь совращать малолеток, ариведерчи, Мачо https://yandex.ru/video/preview/12773289635172611224
Она закрыла дверь перед его носом, постояла, послушав его шаги и вошла с мокрый от ночного воздуха сад. Деревья тихо склонились над девочкой, причудливые черные тени блуждали по небу, звезд почти не было видно, и спокойное умиротворение навалилось на хрупкие плечи нашей спасительницы. Песня все не отпускала ее…
– Привет, Стеша – из-за соседней яблони появился Михаил. Его черные локоны были слегка мокрыми. А глаза горели жарким пламенем.
– Могла бы испугаться, если бы не привыкла к твоим посещениям. Ну и как поживали ангелы сегодня на этом бренном свете. Какие мысли посещают вас, когда смотрите на людей, их жизни, поступки…
– Стеша, тебе не идет сарказм. Но я сегодня много работал, учился и думал.
– А… о вечном.
– Глупенькая ты такая. Злишься, что тебя спас он, а не я. Ты же знаешь, в этом мире все слишком запутано, чтобы происходило, как мы того желаем
– Ооо, отмазки ангелов всегда источают аромат вечной истины: «Нужно стать выше, подняться над собственными желаниями, понять замысел Всевышнего и исполнить его волю.» Я исполняю, – грустно вздохнула Стеша: Но любовь – это дела, а не наставления.»
– Боишься влюбиться в него? Не бойся- это не страшно, а просто больно.
– Бога ради, без душещипательных историй и поучений я обойдусь. Так кто же поцеловал меня тогда? Кто? Ответь. Мне нужно это знать, чтобы принимать решения…
– Кто про что, а… ты все о том же. Это не имеет значение для…
– Для великого Замысла. -грустно продолжила Стеша и вдруг, склонив голову, прошептала: А для меня имеет! Кто более великодушен? Демон, что добивается своей цели вопреки всему или ангел, что не видит никого и ничего за великой идеей. Не приходи сюда больше, дай мне спокойно жить своей жизнью.
– Знаешь, утром, когда начинают свои трели соловьи, небо будто мерцает разными переливами розового, так красиво – это любовь, что разворачивает душу, и я слышу пение ангелов и восхищаюсь красотой этого мира.
– А нормальные люди спят, сказала, зевая, Стеша и молча побрела в свою теплую пуховую кроватку. Привет ангелам, сухарь.
*** – Стеша, так ангел – Миша, а демон –Дима. – изумились подруги.
– Не факт, может, они ее дурачат, ловко разводят – сказал один из мальчиков.
– Или разыгрывают меня в слепую, как пешку, – сказала тихо Стеша: Время покажет
https://yandex.ru/video/preview/2735500638306356936
– А нормальные люди спят, сказала, зевая и направляясь к дому, в свою теплую пуховую кроватку, которая уже загрустила без хозяйки. Стеша все ближе подходила к дому. У калитки стоял Он.
– А еще более нормальные люди не делают из меня идиота, – почти рычал Дима: Или ты не думала, что отсутствие брата меня так взбесит, то есть, когда нужно поймать на колокольне тебя с безмозглым олухом, или поцеловать в церкви, чтобы спасти, тогда идиот на выход, а если миловаться и секретничать, то – с Ним. – грозно рычал он.
Стеша стояла совершенно спокойная, ее не тронули ни удары в стену, ни дикие крики, ни адский огонь в глазах ревнивца:
– Значит, поцелуй был твой. Точно, уверен? – она подходила к разъярённому быку все ближе, теперь ее дыхание было так близко, что Дима чувствовал запах земляники и мяты, который заливал пожар сердца теплой лавой, остатки разума плавились на звездочки и сердечки. – Он не мог ожидать такой реакции своего организма, не мог справиться с этим чувством и начинал растекаться, менять свою сущность… Еще секунду и огромная пасть начнет поглощать человеческое существо.
– Прости, – Дима, провел рукой по ее волосам, поправил длинную челку: Я смогу себя усмирять, просто не сразу, хочу дать тебе время… но не могу- пока. Его губы стремительно приближались, еще секунда, и… рука Михаила отбросила брата назад.
– Хватит, не смей пудрить мозги- они ей еще пригодятся. Давай, Дима, ты сначала научишься себя контролировать, а потом будешь целоваться.
– Убери свои грабли, – грозно прошипел брат и развернулся к нему всем торсом, мышцы его напряженно дергались., трансформация началась и тело немного вибрировало. Словно два барса они смотрели друг на друга, казалось, весь мир начинал бешено вращаться в ожидании битвы титанов разных миров.
– Успокойтесь, горячие финские парни. Между тобой и тобой я выбираю свободу. Примите, что ни один из вас не тронул моего сердца. Я благодарна вам, вы крутые, прикольные и все… Теперь спать, хотите убивать себя, без меня, пожалуйста…
Она быстро развернулась и захлопнула дверь прямо у них перед носом.
– Что, бабушка, заждалась, не грусти, все уже бегу спать.
Девочка смотрела, как бледная тень медленно исчезала со стула, значит что-то случилось сегодня, и бабушка не вернулась домой, значит – она в беде. Девочка рванула, схватив старую книгу и выбежала на улицу:
– Мальчишки, помогите, с бабушкой беда! Так сегодня была остановлена драка, и началась новая история.
Стеша бежала так быстро, что братья еле успевали за ней. Казалось, что кто-то невидимый тянет ее за руку. Они быстро пробежали по дубовой аллеи и двинулись дальше в глубь леса. Черные тени деревьев корчили рожи, туман становился все гуще, вдруг Стеша споткнулась и упала на что-то мягкое. Под ней лежала бабушка.
Сегодня она возвращалась после работы поздно, покойник достался беспокойный, пока все молитвы отчитала, все приготовила – было уже за полночь, а возвращаться приходилось тропинкой через лес. Там ее и поджидали охотники за легкой наживой, да только взять у бабули было нечего, потому что работала она за подаяния: кто чем угостит, на том и спасибо. Бог дал ей дар успокоения покойников бесплатно, и она не хотела наживаться на горе людей. Да наших ухарей это не беспокоило, а разозлило только. Вот и надавали они тумаков старой, а много ли ей нужно. Не зря она говорила: «Не мертвых нужно бояться, а – живых»
Будто стрела рассекала время и пространство, со всей силы Стеша бросила книгу оземь около бабушки. Страницы зашуршали, закружились, подхватив ее и выплюнув в ночь на много лет назад. Вот она, моя бабушка, красавица – необыкновенная. Миниатюрная брюнетка с черными смоляными густыми косами влюбила в себя всю деревню. Ласковая, нежная, добрая, отзывчивая – даже ее специфическая работа не была помехой для всеобщего восторга. Да вот только на мужа, у такой молоденькой красавицы, похоронка пришла. Ой, что началось! Кто к ней только не сватался – вся деревня приходила, даже брат мужа, председатель колхоза, явился. Но она всем отворот поворот дала. «Не положено у христиан два раза жениться, один раз на всю жизнь. Да и вернется он, я знаю» – говорила девушка. Так и стала жить одна, работала не ленилась, весь дом на ней одной был. А по весне и муж вернулся, ох, и ревновал он ее страшно, всех ухажеров из-под окон разогнал: кого словами спугнул, а кого – и дубинкой. Как-то раз на рынке бабушке слишком много внимания было от мужчин, вот тут нашей красавице досталось, за то, что незнакомцу приглянулась. От поклонника живого места не осталось, а бабушка все дорогу впереди кобылы бежала, на которой муж ехал. Да и как ослушаться такого, ведь поговаривали, что его прадед на сером волке из леса в деревню явился, да и остался богатырь в кузнице работать. Так и появилась семья Царевичей, уж больно история на сказку походила. Только никто не знал, как познакомились бабушка с дедом, при каких обстоятельствах. Поздно ночью с кладбища бабушка принесла волка всего израненного, искусанного, почти полуживого из могилы откопала, так выл он жалобно. Кто-то жестоко избил животину, а потом и закопал – думал, что избавился. Ох и намучилась бабушка с этой животиной, то не ел ничего, а то кусаться лез. А однажды утром зверюга сбежала, только и остался от него клок шерсти. Бабушка припрятала его в свою ладанку, на память, значит. Да только самого видного сына кузнеца с тех пор будто привязали к ней, ни на шаг не уходил от нее, всех женихов распугал, а потом – посватался. Да не все так просто. Странная это любовь у него была, словно болел он бабушкой, иногда всю ночь напролет на нее смотрел, только глаза горели, светились голубым пламенем, как ночные огни на болоте мерцали. Так прожили они долгую и непростую жизнь, а перед своей смертью он ей крепко-накрепко наказал ладанку не снимать никогда, иначе беда будет.
Черные тени деревьев корчили рожи, туман становился все гуще, вдалеке был слышен вой волков, бабушка лежала, и у нее не было сил найти ладанку, руки почти не слушались, только огромные голубые огни становились ближе. «Любимая, вот и пришел я за тобой, ты от меня не спрячешься. С того света достану. Где же ты, чувствую, что рядом. Найду, найду УУУУУ. Моя шерсть для тебя всю жизнь оберегом служила, да видно срок вышел. Сколько волка не корми, а он все в лес смотрит. Я каждую ночь мучился, все ждал своего часа, вот и настал он… Соскучился сильно.
Стеша лежала на могиле бабушки, плакала и бормотала: «нашла я ее, вот она твоя ладанка, я тебе ее оставлю, пусть она тебя всегда бережет. Прости, что не успела, жизнь твою не спасла. И не приходи ко мне тенью, я уже взрослая сама со совсем справлюсь. Проживу, да и помощники у меня теперь есть. Спи с миром. Царство тебе небесное. Пусть Бог защитит тебя на том свете.»
Мальчишки поняли, что девочка теперь живет одна, сама будет хозяйство тянуть, мертвецов успокаивать, бабушка ей больше не помощница.
До утра проплакала Стеша навзрыд. Слезы крупными каплями стекали по ее щекам, плюхались на грудь и прятались где-то глубоко в сердце, Озеро боли становилось все больше, пока девочку не начало трясти и лихорадить. Так Стеша впала в тяжелую затяжную болезнь, может, от печали, а может, слишком много в ту ночь потратила она сил, вот организм и не выдержал. Мальчишки дежурили по очереди у кровати девочки. И жребий оказалось кидать не нужно. В ту злополучную ночь, когда Стеша заболела, вдруг Диму начало ломать, демон не мог удерживать форму человека, вместе со девочкой его трясло, и тело покрывала испарина.
– Почему со мной это? Уйди – я съем ее, и все закончится. Ты все равно один не справишься – сделаю, что задумал и к стороне.
– Не сделаешь. –тяжело вздохнул Михаил: Тем поцелуем, ты не ее привязал, а себя к ней. И теперь ее боль – твоя боль, ее смерть – твоя смерть. Я же предупреждал, чтобы поостерегся поцелуев. Тянуть тебя будет к ней постоянно, и вечные противоречия между: съесть и умереть или терпеть голод и чувствовать каждую частичку ее сердца. А если она не выберет тебя – ты умрешь навсегда, как русалочка превратишься в пену, только ад тебя не примет – смерть из-за любви, сам понимаешь.
– НЕЕЕТ –Дима ревел, как гром, теряя форму, трансформируясь то в человека, то страшное зеленое ящероподобное существо. Смотреть на это было и страшно и больно одновременно.
– Так что береги ее, заботься о ней как о иголке в яйце, Кощеюшка –бессмертный, прости теперь, увы, я увижу твою смерть.
Вдруг Стеша очнулась и слабым голосом произнесла: «Прекратите кричать, дайте воды, пожалуйста» Дрожащими руками она взяла кружку и отхлебнула лечебный отвар и снова впала в забытье.
– Теперь выживет, повезло тебе, счастливчик- сказал Миша брату: ты будешь дежурить днем, ночью твоя злая сущность еще очень сильна – может вас погубить, поэтому разделим заботу о здоровье Стеши пополам, возражения не принимаются.
Дима сидел у кровати с почти бесчувственным телом и ему было плохо физически и от раздумий, что теперь его мучила постоянно. Он –демон, она – его еда, энергия людей – вот что питает злую силу. Даже при идеальном раскладе – жизнь с Ней представлялась кошмаром, но как только рука Стеши соскальзывала с кровати и касалась его тела, что-то переворачивалось в сознании- тело переставало его слушаться и он как щенок, прижимался к ней – пусть просто рядом только быть, и думалось, что все еще наладится. Она открыла глаза и посмотрела на него прямым смелым и открытым взглядом.
– Что я для нее буду? Как мы справимся с этим? Может, она слышала наш разговор с братом- думал Дима, заглядывая в глубину человеческих глаз, что-то в них было, и он это заметил еще тогда, в старом склепе, разве знал он тогда, когда гнался за нею, что вонзив нож у его ног она пригвоздит его тем самым к себе навсегда, что смотрит демон не в глаза испуганного ребенка, а – своей смерти. Еще тогда не действо остановило его, а молитва. Ребенка с такой искренней молитвой охранять должен пантеон богов, словно духовным щитом она закрыла доступ нечисти к компании. Нет, рано сдаваться, еще попробую найти выход, еще слопаю тебя, как миленькую. Слишком близко он находился с едой, чтобы не чувствовать голод. С каким аппетитом он бы сожрал ее сейчас: можно было просто разрывать ее плоть на куски и засовывать к себе в пасть, а можно, смакуя каждый пальчик, заставить ее мучиться, кричать, молить о пощаде, но ужасно хотелось гладить, целовать каждую порцию еды…
– Ты слишком громко думаешь, демон, помолчи. – и опять посмотрела на него глазами-звездами, каждый раз в них Дима видел еще себя в образе светлого ангела, чувствовал почти забытое состояние райского создания – и это было страшно.
– Неужели теперь даже мои мысли доступны тебе. Не может быть! Ты мысли мои читаешь. – взревел он. Уже смеркалось, а состояние Стеши забирало всю его энергию, поэтому контролировал себя становилось все труднее.
Сразу появился ангел, казалось, но следил за ней и днем и ночью.
– Я сменю тебя – сказал Миша, уже звезды взошли – иди отдыхай. Она еще в полубреду – очнется и ничего не вспомнит. Людям не подвластны мысли демонов, а вот с лицом поосторожнее- все на нем отражается, да и форма твоя нестабильна.
Демон не заставил себя долго упрашивать, ведь находиться здесь было для него мукой.
Так из ночи в ночь приходила очередь ангела. Служение ему давалось легко.
Миша включил лампадку, и маленький огонек разрезал ночную темноту на до и после его прихода. Легкое пение молитв и шелест крыльев наполнял комнату Стеши, стремительно оживляя всех и вся. Даже заснувший мотылек расправил свои крылышки и аккуратно подлетел к девочке, слегка щекоча своими крылышками, разбудил-таки Стешу. Веки казались такими тяжелыми, а руки неуклюжими, волосы давно разметались по подушке, струясь и спускаясь до пола, а рядом ангел. Сидит, улыбается, готовит лечебный отвар и думает свои непонятные мысли, его темные локоны слегка закрывали безупречно-красивые и правильные черты, разве можно было оторвать от него свой взгляд.
– Ты слишком громко думаешь, симулянтка. Его смеющиеся глаза посмотрели на нее с такой любовью.
– А я не прячу свои мысли от тебя, просто еще нет сил встать. Помоги мне подняться. Ангел нежно и осторожно приподнял Стешу, и тут же ее голова закружилась, мысли начинали путаться, холод и слабость сковали тело, сознание опять уносило ее далеко в детство.
Она совсем кроха сидит с бабушкой, с такой родной и теплой, та обнимает ее и прекрасное ощущение разливается по всему телу, а теперь она берет ее на руки и качает, становится спокойно и тепло: «А теперь поцелуй меня, Стеша, -говорит бабушка и нежно прикасается ко лбу, щеке, а потом целует и что-то теплое разливается по телу, сознание возвращается неожиданно резко. Она в объятьях ангела, и он ее…
– Ты что делаешь?
– Я помогаю тебе пить и так уже две недели, в сознание пришла только сегодня
– И как ощущение?
– Приятное, я еще не очень понимаю человеческое тело, но жизни людей я спасал не раз. Не волнуйся, ангелу можно прикасаться к человеку – это несет, только положительный эффект.
– Ну если только положительный, просто у людей- это называется поцелуем и несет только интимный характер.
– А ты воспринимай меня, как родственника
– А родственники в губы не целуются. Капец, у этих братьев- болезнь головы. Один мои мысли слышит, второй – думает в слух, и целуются как дышат.
– Ну как бы я тебя отваром поил, реакцию человеческого тела я научился регулировать, а ты была без сознания.
– Я еще не научилась регулировать ничего, поэтому у меня не было желания целоваться, даже если цель – выздороветь.
– Прости, такого больше не повториться, давай забудем об этом, главное Диме не говори, а то он бесится от этого.
– Зачем вас на земле связали братскими узами. Ангел и демон вместе-абсурд.
– Таковы были условия нашего погружения в этот мир.
–Его цель -т мне известна, а какова твоя?
– Прости, не могу сказать, давай забудем и об этом. Единственное мы не ожидали, что ты все сможешь понять, но значит –мы с тобой будем играть в открытую.
– А с чего ты взял, что я на твоей стороне. По-моему, еще рано выбирать, да и игра будет непростой. Дадите ли вы мне свободу выбора судьбы или нет…время покажет
*** – Стеша, наконец, ты вернулась, Где была? Что так долго не появлялась?
– Работы было много, зашивалась.
– Расскажи, каким делом ты занималась. Опять мертвяками.
– Этот раз все было значительно сложнее. С моей тетей случилась странная и непонятная история. Каждой ночью ее стал кто-то пугать, а то и душить. Конечно, современная медицина этим странностям не верит, поэтому поставила диагноз – сужение пищевода и выписала лекарства. Однако, время шло, а результат становился все хуже. Странное существо ночами пуще прежнего взялось стращать тетю. Как не испугаться? Что только не придумывали, что не советовали страдалице: и чесноком обкладывалась, и травой отворотной комнату засыпали, даже матом порекомендовали послать, да существо не робкого десятка оказалось, само материлось как сапожник. Так и мучилась она несколько лет, пока не обратилась ко мне. А я теперь с помощником работаю, вот мы посоветовались и решили этой ночью пойти на разведку. Ночи сейчас долгие темные, поэтому мы спрятались в комоде для белья и приготовились ждать. Сказать, что страшно было – это не сказать ничего. Вдруг тишина стала звенящей, слышно было, как муха ползет по стеклу, все ближе придвигаясь к зловещей паутине смерти. Так в густой жиже мрака комнаты показалось белое существо в капюшоне. Оно просто смотрело своими пустыми глазницами, и страх пробирался в душу, словно вся радость мира прекратила существование в этот момент. Так и просидели мы до утра, а с зарей все мокрые от холодного пота вылезли из укрытия. Тетя сказала, что эту ночь спала хорошо. От бабушки я знала, что эти существа сами не уйдут, нужно три ночи их караулить, чтобы отвадить от дома и понять смысл их присутствия.
Ко второй ночи мы готовились основательнее. Знали, какая битва нас ждет, тут заклинания и взмахи рук не помогут. Нужно было обезопасить комнату. Поэтому мы окропили святой водой каждый сантиметр комнаты, а кровать защитили лепестками цветов из Иерусалимского храма, да и святое писание приготовили – самое эффективное средство.
– А теперь мне пора, убегаю на работу – Стеша быстро собралась и исчезла, как всегда, оставив ребят изнывать от любопытства.
Ночь наступала, медленно спускаясь на землю, открывая свои глазки-звездочки, запевая волшебные песни снов. Тетя давно спала, мирно похрапывая, не волнуясь за свою безопасность. Сегодня гость явился в белом капюшоне, лицо его было скрыто от глаз. Встал у порога и замер – оберег сработал, пройти духу не давали святые мощи из разных храмов. Миша же читал святое слово, и его голос тихим шепотом разносился во все стороны, оберегая нас, спрятав под свое крыло. Только успокоился дух не сразу, долго прощупывал, выглядывал лазейки, текучим облаком старался пробраться к своей жертве. И вдруг заговорил:
– Посмотри, Стеша, все мирно спят, и ты уснешь (действительно все будто замерло и уснуло в одночасье). Не потому, что я слишком силен – нет, и не моя злоба помогает мне побеждать и возвращаться раз за разом – дело в работе. Каждый из нас в этом мире выполняет миссию. Ты служишь, работая с духами, с нами, мы же подталкиваем свою жертву к выбору. Когда-то они оступились, а теперь пришло время рассчитаться. Это время гонит меня мучить и пытать твою тетю. Но тебе я помогу, ведь и ты стоишь на пути выбора, и кто знает будешь ты с ними или с нами. У твоей тети есть немного времени замолить свои ошибки, но только Иерусалим и гроб Господень сможет вытащить ее из пропасти. Да спешите, у вас мало времени.
– Стеша, Стеша, – Миша тряс ее, пытался привести в чувство: Что с тобой опять?
– Все хорошо, еле открыв глаза, пробормотала она, Я просто очень устала, разговоры с духами выматывают. Это все мои видения.
Следующий раз она очнулась на руках Миши, он аккуратно нес ее на руках, а она прижималась к его груди. Так приятно чувствовать себя маленьким беззащитным ребёнком в крепких объятиях сильного ангела. Словно детство постучалось к тебе в дом, улыбнулось и осталось ненадолго отдохнуть, попить чайку и поболтать, вспоминая всякое. Нет Мише не было тяжело, словно приз, с огромной гордостью он нес Стешу, и в сердце ангела расцветало новое неведанное доселе чувство, которое нельзя посмотреть или показать, но можно верить, что все в этом мире не случайно. И эта маленькая девочка с огромным сердцем и титанической волей достойна любви многих, ведь ее сердце – большой океан, что вместит даже любовь ангела – он так думал, но сможет ли Стеша научить любви демона – это было самой важной задачей для этой девочки.
А ангел, он ничего не значит – просто средство достижения важной цели, но когда ты становишься человеком, так сложно контролировать себя. Тело берет свое, и, даже обладая титанической волей, иногда ангел готов был вступить в бой за сердце девочки, как простому мальчишке, просто хотелось отвоевать свое, сжать, как сейчас в руках и нести хоть на краешек земли, только бы подольше быть рядом с ней. Миша смотрел на ее лицо и удивлялся, какие удивительные чувства могут рождать люди, а их лица, даже во сне, не способны скрывать тайны и готовы рассказывать о характере, мечтах, судьбе. Реснички Стеши чуть дрожали, а волосы давно рассыпались по его груди.
Дима давно привык наблюдать издалека за общением этих двоих, его руки были сжаты, а грудь напряжена, словно барс перед прыжком, и все же он не спешил, размышляя:
– Эта маленькая девочка с огромными глазами и слабым телом способна заставлять любить себя многих, ведь ее сердце – большой океан энергии, вкусной и сочной, но вместит ли она туда любовь к демону, сможет ли Стеша принять такую судьбу – это было самой большой проблемой для Миши. Что-то рождается в моем сердце с такой болью? Что-то трансформирует мое тело, поведение, сознание, все труднее становится думать, как монстр, все лучше начинаю контролировать себя, когда рядом со мной Стеша, я хорошо понимаю обычных людей и даже ангелов, но ее разгадать пока не могу.
–Что это рождается в моем сердце с такой болью? – думал ангел. Что трансформирует сознание, все труднее становится думать, как ангел, все лучше начинаешь понимать людей и даже демонов, все чаще начинало тянуть к земному.
Миша склонился к лицу девочки, все ближе приближаясь, он чувствовал ее дыхание, словно поляна с земляникой так манила своим ароматом и нежностью.
Этого Дима допустить не мог, он рванул к ним что было мочи.
Они опять не заметил, что Стеша давно внимательно наблюдает за мальчишками, будто ждет чего-то или
– Ангел, ты не собираешься ли опять меня целовать? – слова Стеши сразу отрезвили Мишу, и он смог взять себя в руки, успокоился, и его мысли вернулись в обычное русло. А теперь придумывай, что ты будешь говорить брату. Стеша спрыгнула с его рук, зашла домой и захлопнула дверь.