Идущие по облакам

      Что такое судьба и где она берёт своё начало? Многие из нас когда-нибудь задавали себе этот вопрос. Даётся она каждому человеку при рождении, или обретается уже потом, в процессе жизни? Можно ли её изменить или она как тяжкий крест, который каждый человек должен пронести по начертанной прямой, от начала и до конца. Никто не сможет ответить на этот вопрос, ну это, в принципе, и не главное. Главное – жизнь и любовь, которая насыщает её палитрой красок, делая ещё более радостной и драгоценной.

 Но моя радость недавно оборвалась, и скоро я донесу свой крест до конца прямой, придя к логическому завершению. Сейчас я иду по дороге, вдыхая чуть прохладный осенний воздух, который с необыкновенной лаской проникает в мои легкие и в душе появляется необычайное чувство спокойствия и удовлетворения. Каждый вдох хочется сделать всё глубже и глубже, о боже, как же это прекрасно. Как прекрасны те звезды, которые склонились над моей головой огромным нескончаемым куполом, от которого то и дело кружится голова. Как прекрасен тот ветер, который пронизывает меня всем своим существом, шепча на ухо что-то невнятное, но такое завораживающее, что душе хочется вырваться из тела и закружиться с ним в едином танго, вздымая вокруг себя желтоватую листву. Как же всё это прекрасно, особенно когда ты понимаешь, что испытываешь это в последний раз. Идя по дряхлой дороге чтобы увидеться со своей любимой, чтобы припасть перед ней на колено и в отчаянии последний раз попросить прощение. Прощение за всё, что я совершил до и после нашего знакомства, прощение за сломанную жизнь и несостоявшуюся мечту. Как жаль, что только она меня никогда уже не услышит и не сможет дать мне своего ответа, потому что она мертва, а я держу свой путь на кладбище, где и должна закончиться моя история.

 Но я, наверное, слишком забежал вперед. Всё началось намного раньше, два года тому назад и было это так.

Мы с родителями только закончили переезд в новую квартиру, будь она трижды неладна. Нет, могу сказать сразу, с родителями я до определенного момента не жил. У меня есть своя отличная квартира в сердце города, а с ними пришлось находиться бок о бок из-за несчастного случая. Несколько месяцев тому назад меня сбила машина. Мне нужен постоянный присмотр как говорят врачи, а лучшего присмотра, чем моя мама Любовь Андреевна никто оказать не сможет.

Ну вот, переезд закончен. Новое место, новая жизнь! Так любит высказываться мой лучший друг Влад, который, кстати, принимал активное участие в нашем мероприятии. Постоянно курил и отчаянно кричал на грузчиков всяческими не благочестивыми словами, причем на итальянском языке, а этим, извините, не каждый может похвастаться!

– Эй, очнись! Очнись!

Я почувствовал слабый удар по плечу.

– Очнись, я тебе говорю!

Обернувшись, я увидел Влада, который стоял и упорно смотрел на меня чуть притупленным взглядом.

– Что опять завис? Наверное, стоял и думал обо мне, что я только курю, не помогаю, а лишь мешаю своим чрезмерным занудством. Нет, друг! В этот раз ты не прав, я превзошел самого себя!

«Превзошёл самого себя по степени пустотрёпства», – подумал я и прикурил сигарету:

– Ну что, как тебе квартира, Влад?

– Квартира как квартира. Нормальная квартира. Твоя мне, конечно, больше нравится. Она хоть и поменьше, но смотрится, как-то поуютней что ли. Да и вообще, честно говоря, мрачновато здесь как-то! Ну, ничего, это дело поправимое. Пару килограммов штукатурки, обоев немного и будет все в шоколаде. Ну ладно, хватит о ремонте. Скажи лучше как твоё здоровье. Голова до сих пор болит? Что говорят врачи?

– Что они могут сказать умного… Сотрясение, острый очаг в левом полушарии головного мозга и так далее. Свежий воздух и куча таблеток их панацея на все случаи жизни.

– Да…! Вот тебя угораздило.

– А у тебя чего новенького?

– Да всё по-старому. Хотя… Я тут недавно был в ночном клубе, ну там, где мы раньше с тобой зависали, помнишь? Ну как его там?

– «Ночная волна»?

– Да, да она самая. Ну вот. Был я там в этой «Волне» и тут, ты себе представить не можешь… Выплывают две цацы. Эх, если бы ты их видел! Да, ну ладно, тебе с твоей башкой всё равно, об этом даже думать, поди, нельзя. Ну вот, выплывают две цацы, все просто остолбенели. Ну а я сразу смекнул, надо к ним клеится или не успею, уведут. Долго подкатывал, ну и вот, всё-таки познакомился, Аня и Света. Ты не представляешь, они к тому же, ещё и любительницы всяких экспериментов. Ну, ты понимаешь, о чем я… Это же мечта всей моей жизни! Ну вот, мы немного подпили, и я укатал их на свидание втроем, в интимной обстановке.

– И…?

– Дай мне ключи от своей квартиры. Хотя бы на выходные. Как друга тебя прошу. В долгу не останусь. Мне нельзя упускать этот шанс, второго такого может не быть!

– Да… Горбатого только могила исправит! Ты же только вернулся к Аллочке?!

– Вернулся, а она никуда не денется, тем более за одни выходные. А такой случай в жизни выпадает один из сотни. Тем более, кто бы говорил, святой нашёлся. После того, как жбаном шлепнулся, прозрел и на путь истинный встал?

– Ладно, ладно хватит причитать. А то и так весь день нудил. Уж от чего и болит голова, так это от твоей болтовни!

Бери ключи, но только аккуратней. И не забудь прибрать там всё после себя, а то Женя заметит, скандал может быть.

– Женя твоя, уважаемый Дмитрий, вместо того, чтобы с любимым парнем сидеть, свою жопу в Анапе греет, а ты всё Женя, Женя… Ну, хотя это дело твоё! Спасибо за предоставленные апартаменты, выручил. Ключи тебе в понедельник завезу, ну и расскажу о своих похождениях. По рукам?

– Давай, давай, донжуан!

– Ещё раз огромное тебе спасибо. Ну, я поехал, не скучай тут без меня! Как говорится, держи хвост пистолетом! Женя, Женя… – удаляясь, бурчал себе под нос Влад. Вот тебя по башке стукнуло-то, точно перемкнуло. Женя, Женя…!

– Зря я дал ему ключи, хотя отказать тоже бы не смог, и чего теперь попросту голову ломать. Будь как будет… – я выбросил свой обмусоленный окурок и пошёл в своё новое жилище.

Из квартиры уже приятно пахло уютом и домашним теплом, потому что в это время, как и всегда, Любовь Андреевна варила в турке чёрный кофе. Аромат струился по всей квартире, заманивая своим бесподобием. Не устояв перед соблазном, я зашёл на кухню.

– Ну что, всё обсудили? – спросила меня мама.

– Да, всё что нужно.

– А тебя, наверное, как всегда мой запах кофе заманил? Димочка, я бы тебе с большим удовольствием налила, но врачи строго не рекомендуют. В твоём состоянии, да ещё и на ночь, давление, не дай бог, подскачет, а сейчас с этим шутить нельзя.

– Какое такое кофе! Вы сума сошли! Только этого ещё не хватало! – на кухню зашёл мой отец Виктор Сергеевич:

– Никакого кофе! Мало того, что курит, так он ещё и кофе захотел! Вот придешь в себя, встанешь окончательно на ноги, вот тогда, пожалуйста, пей себе всё, что вздумается: кофе, виски, коньяк, да хоть всё вместе и сразу, сам наливать тебе буду. А пока даже думать забудь!

– Да сдался мне ваш кофе! – психанул я:

– Так просто понюхать зашёл. Ладно, где там мои пилюли? Надо выпить, да и спать идти, а то день тяжёлый был. Устал я очень.

Стоило мне это сказать, как лампочка, висевшая в люстре над моей головой, два раза цыкнула и затухла.

– Да… – протяжно сказал Виктор Сергеевич:

– Вот и первый день в новой квартире. Дмитрий, глянь-ка, это только у нас автомат выбило или во всём доме свет отключили?

Я вышел в коридор и щёлкнул по клавише выключателя, не горит. Заглянул в комнату, и там света не было.

– Нету нигде!

Темнота продолжала давить на нервы, создавая ощущение дискомфорта.

– Дмитрий, посвети мне чем-нибудь, – попросила Любовь Андреевна.

– Сейчас. Мой сотовый, он лежит где-то в коридоре, – замешкался я.

И тут раздался стук в дверь. Он был настолько неожиданным, что я даже дернулся, а Любовь Андреевна выпустила из рук чашку с только что налитым горячим кофе.

– Боже, что вы так дергаетесь?! – возмутился Виктор Сергеевич и пошёл открывать дверь.

На пороге стояла пожилая женщина на вид лет восьмидесяти. Маленького роста с огромной бородавкой над губой, которая сразу, не произвольно, бросалась в глаза. Одета она была во всё черное, а на её плечах была накинута темно зеленая шаль, которая в точности подходила под цвет тапочек и огромных бус, висевших на её тоненькой шее. Волосы у неё были слегка взъерошены, а черные глаза источали какой-то неприятный, потусторонний холод и равнодушие. В руках она держала еле-еле горящий огарок свечи, излучающий чуть блеклый голубоватый свет. Всё это придавало странной незнакомке необычайно загробный вид.

– У вас тоже света нет? – спросила она чуть слышным хриплым голосом.

Виктор Сергеевич промолчал и даже слегка попятился назад.

– Я ваша соседка Инона Альбертовна. Потомственная гадалка и целительница в пятом поколении.

– Вы, наверное, хотели сказать Нона Альбертовна? – вежливо поправела Любовь Андреевна, выглядывая с кухни.

– Я как хотела, так и сказала… – грубо ответила старуха, и громко повторила:

– У вас тоже света нет?!

– Нет, нету, как, наверное, и во всём подъезде. – Виктор Сергеевич посмотрел в пролёт между этажами.

– Это всё они! – хрипло сказала старуха.

– Кто они?

– Как кто?! Духи, разумеется! Они везде! Вокруг нас, в доме, на улице, в квартире и коридоре, и свет это тоже их работа. Можете в этом не сомневаться! Уж я-то знаю, – сказала Инона Альбертовна и утверждающе кивнула головой.

– Вы, правда, в это верите? – Спросила вышедшая в коридор мама.

– Правда. А как же в них не верить, если они существуют. Вы же верите в стул или стол, который видите. Вот и я их вижу…! – просипела загробным голосом старуха, громко закашляла и что-то прошептала себе под нос.

– Да уж…! – Виктор Сергеевич озабоченно почесал голову.

Тут раздался щелчок, и весь подъезд засиял вновь, озаренный электрическим светом.

– Ну вот. И духи здесь совершенно ни при чем, – сказал отец и вошёл в квартиру.

Инона Альбертовна погасила свечу и, причитая себе под нос, побрела в сторону своего жилья.

– Ненормальная какая-то! – высказалась Любовь Андреевна, закрывая дверь.

– Интересно, остальные соседи у нас такие же одаренные, или похлеще будут? – иронично спросил я, после чего махом проглотил таблетки, запив их несвежей водой из-под крана, и пошёл спать.

– Спокойной ночи – прозвучал сзади голос родителей.

– И вам того же! – демонстративно подняв руку, я направился в свою комнатушку.

Глава 2

Этой ночью я долго не мог уснуть. Таблетки как будто застряли в моём горле и не хотели дальше проглатываться. Из-за чего постоянно хотелось пить, но вставать было очень лень и горло по-прежнему сушило. Кровать казалась безумно твёрдой и колкой, что заставляло постоянно ворочаться, разбивая в осколки и без того тяжело наступающую дремоту. Пространство в моей комнате ощущалось пустынным и отделённым от внешнего мира выдуманным невидимым куполом.

Не хотел бы сказать, что раньше на новом месте хорошо засыпал, но, чтобы так, такого точно не припомню. В голове всё перемешалось, и куча мыслей как стая диких пчёл жалила мой и без того уставший мозг. Весь день одной вспышкой промелькнул перед моими закрытыми глазами, и куча дум вновь заполонила мою голову.

Как же мне сейчас не хватала моей любимой Жени. Была бы она рядом со мной, я бы давно уже уснул и видел бы самые прекрасные сны. Какой же она красивый и милый человек, степенный, размеренный и чрезвычайно умный. Когда смотришь в её глаза, они вспыхивают, словно две яркие кометы, маня за собой неотвергаемой чувственностью и желанием жить.

Нет, Влад не прав… Женечка просто умница. А в Анапу она давно хотела. Мы вместе собирались, ну куда мне сейчас ехать в таком состоянии. Вот и пришлось отправить её одну. Ну, ничего, пускай отдохнет. Она тоже со мной намучилась после этого проклятого ДТП. Так что вполне заслужила этот маленький отпуск.

Как жаль, что нет рядом хотя бы её фото. Посмотрев на него, мне бы точно стало легче и спокойней. Но, к большому сожалению, все её снимки остались в моей квартире, хотя, честно говоря, их было не так уж и много. Женя говорила, что очень плохо на них получается, и из-за этого не любит позировать. Надо сказать Владу, чтобы обязательно захватил мне пару её фотографий. Потом, после этих мыслей, я почему-то, вспомнил Инону Альбертовну, от чего по моему телу побежали мурашки, вслед за которыми последовал легкий озноб. Очень странная старушенция. Да, в мире хватает чудиков, подумал я, переворачиваясь на другой бок, и тут почувствовал легкую слабость, медленно разливающуюся по моему телу. Наверное, наконец, подействовали таблетки, промелькнула мысль в моей голове, и я постепенно начал засыпать. Только воображаемый хриплый голос старухи шептал откуда-то из глубины сознания:

– Духи они везде, среди нас, дома и на улице! Везде…, везде…!

Тут я почувствовал, что будто куда-то проваливаюсь и окончательно заснул. Этой ночью мне снилось многое: переезд, родители, Анапа и моя Женечка, а также куча всякой чепухи. Но конец этого сна был очень удивительным. Он создал непонятное ощущение мнимой реальности, и мне отчаянно казалось, что за моим затылком кто-то присутствует. Я реально это ощущал. Чувствовал чье-то чуть слышное размеренное дыхание.

Меня бросило в холодный пот, лоб покрылся легкой испариной.

" – Боже, кто это мог быть? " – я прекрасно знал, что в комнате никого кроме меня быть не должно, и незаметно зайти сюда тоже никто не мог. Я лежал лицом к двери и явно бы увидел даже малейшею тень, промелькнувшею мимо меня.

Но, безусловно, сзади кто-то находился и уже сама мысль о том, что всё равно придется привстать и обернуться назад уже приводила меня в тихий ужас. Продолжать просто лежать дальше я уже не мог. Каждая секунда, тикающих рядом часов приколачивала меня к кровати огромными невидимыми гвоздями, всё больше и больше сводя с ума и сковывая от страха.

Я набрался сил и повернул голову, несмотря на оцепенение по всему телу. Мои мышцы сжались ещё сильней, а воздух в легких застыл, от чего я слышал каждый удар своего собственного сердца.

Возле окна в огромном черном кожаном кресле сидела абсолютно нагая девушка, просто неземной красоты. Нежные лучи лунного света, проникая через окно, освещали её тело перламутром. Казалось, что каждый лучик проходил сквозь какую-то невидимую, астральную призму и, становясь шелковым, огибал с неистовой бережностью её и без того изумительное тело, делая его ещё более божественным. Её бархатная кожа, отражая звёздное сияние, переливалась мелкой изумрудно-брильянтовой мозаикой. Её дыхание было настолько чувственным и мелодичным, что казалось, словно земля остановилась, и сами ангелы спустились с небес, чтобы услышать его.

Кудрявые волосы цвета брюнет слегка развивались на её голове от небольшого сквозняка, словно пышная грива необузданной кобылицы. В её огромных карих глазах как в бездонном океане могла утонуть самая нескончаемая бесконечность. А грудь, если бы вы только видели её грудь! Она была настолько идеальна и безупречна, что лишь один её вид заставлял трепетать сердце в безумном экстазе. В левой руке она держала неполный фужер красного вина, изящно обхватывая его своими длинными, точеными пальцами. Её левая ножка была поджата под правую, которая свободно и непринужденно свисала с кресла. Как раз на щиколотке этой ноги было одето что-то не совсем понятное, то, что было очень тяжело рассмотреть при сумрачном лунном свете. Я прищурил глаза, и напряг зрение что было мочи. Это было что-то отдаленно напоминающее терновый веночек. Ещё раз сосредоточившись, я заметил, что из-под него тоненькой струйкой сочилась кровь, добегая до кончика большого пальца, она скапливалась и, падая на ковер, оставляла красный крап.

Вновь внимательно осмотрев тело очаровательной незнакомки, я не мог поверить своим глазам. Неужели природа могла создать настолько безупречную красоту.

Девушка слегка наклонила голову и медленно потянулась ко мне, будто она собиралась прошептать мне на ухо что-то очень важное. Искреннее волнение охватило меня с ног до головы. Но тут откуда-то издалека раздался нудный сигнал моего мобильника. Открыв глаза, я понял, что это был всего лишь сон. Сон, после которого не хотелось просыпаться.

Тело…, моё тело было ватным и по нему бежали мелкие-мелкие иголки, как в тот момент, когда я увидел её. Мне до сих пор казалась, что она где-то там, по ту сторону сна в неведомой реальности, из которой так не хотелось возвращаться.

Но телефон продолжал звонить и мне, всё-таки, пришлось взять трубку. На другом конце провода я услышал расстроенный голос Влада:

– Привет, – тихо пробурчал он.

– Доброе утро, дорогой! Ты видел, который час?! Я, конечно, понимаю, что сейчас у меня больничный и мне приходиться сидеть дома. Но это не значит, что меня можно будить и звонить в семь часов утра.

– Облом…! – грустно сказал Влад.

– Мне, конечно, очень жаль, что у тебя облом. Но у меня тоже! Ты не дал мне досмотреть самый интересный сон в моей жизни.

– Не кричи, – ещё более грустным голосом сказал Влад.

– Что? Что-то случилась?

– Угу!

– Я так и знал. Влад, хоть раз в жизни у тебя может пройти всё гладко без приключений?! Я сам могу ответить тебе на этот вопрос – нет!

– Не причитай. И без этого на душе кошки скребут.

– Так что случилась?

– Поначалу всё было просто великолепно, можно сказать на высшем уровне. Мы с девчонками посидели в ресторанчике, хорошенько выпили, покушали, короче, всё было как полагается. Потом поехали к тебе в квартиру. Да, чуть не забыл, перед этим мы заехали в «маркет» и взяли десять бутылок шампанского.

– Очень важная информация! Хорошо, что не пропустил! Вы в нём что, купаться вздумали?!

– Да, нет. Честно сказать, я и сам не знаю, зачем столько. Вот, приехали к тебе, тут-то всё и началось. Шампанское рекой, стриптиз на столе, всё двигалось в нужном направлении. Веселуха полным ходом!

– Ну и чем ты недоволен?

– Дальше этого ничего не зашло. Ну, в каком-то плане, это я сам виноват. Хотел, чтобы ещё веселей было, посильней подпоить девчонок.

– Ну и…?

– Ну и подпоил на свою голову! В итоге они напились в стельку и завалились вдвоём спать на твой маленький диванчик для гостей. Перенести на кровать я их не смог, потому как сам от них не далеко ушёл! А рядом впихнуться не получилось, как не старался. Тогда я решил оставить всё на утро и лёг в другой комнате, а когда проснулся, обнаружил, что ни денег в моём кошельке, ни золота, которое было на мне надето, нету ни…! – после продолжительного мата Влад сказал что-то грубое на итальянском и, после небольшой паузы, продолжил:

– Что теперь делать даже ума не приложу!

– Да…! Ты хоть полицию вызвал?

– Нет. Твоего, вроде, ничего не пропало. Единственное, у тебя не было ничего важного в твоем старом окровавленном кошельке, с которым тебя сбила машина?

– Нет, вроде, ничего важного. А что?

– Он, вроде, их тоже заинтересовал. Они всё из него вытряхнули, но, видимо, не найдя ничего ценного, разозлились и швырнули его в телевизор.

– В мою новенькую плазму за сто двадцать тысяч?! – не удержавшись, вскрикнул я.

– Ну да – невозмутимо ответил Влад.

– Ну да…?!

– Не переживай, я всё возмещу. Но полицию вызывать не буду. Боюсь, что-нибудь всплывет и дойдет до Аллочкиных ушей. А мне это ой как не надо, я же только с ней помирился. Ладно, пока, дружище. При встрече поговорим, а то у меня вторая линия. И я подозреваю, что это как раз она и звонит.

– Ладно, давай Донжуан…!

– Спасибо что выслушал, мне это было просто необходимо!

Положив трубку, я вновь вспомнил свой сон, конечно же, в первую очередь, из-за той красавицы, которую в нём увидел. Неужели такое бывает, неужели за несколько минут можно влюбиться в человека, которого даже не существует? Который лишь плод моего собственного воображения. Не задумываясь, я мог ответить на этот вопрос. Да. И от этой мысли казалось, что я понемногу схожу с ума. Вновь закрывая глаза, я пытался вспомнить её и, заснув, увидеть, что там с ней по ту сторону сна. Но попытки были тщетны, и кроме пустой темноты закрытых глаз я не видел ничего.

– Дмитрий! – прозвучал сонный голос мамы, откуда-то из коридора.

Я загадочно промолчал, пытаясь сделать вид, что ещё сплю.

– Ты уже проснулся? Я слышала, как ты разговаривал по телефону!

– Да, проснулся, – потягиваясь, нехотя ответил я.

– Очень хорошо. Посмотри, какой сегодня чудесный день, как ярко светит солнышко, как мило чирикают птички. Ах…! Иди, умывайся, а я пока тебе завтрак приготовлю.

Встав с кровати, я сунул ноги в свои любимые теплые тапочки, взял голову в руки и стал постепенно приходить в себя, после необычных грёз, хотя приснившийся образ досей пор стоял перед моими сонными, глазами. Наконец, я окончательно собрался с мыслями и отправился в душ.

Любовь Андреевна в этот момент, как и обещала, начала что-то кашеварить на кухне. Запах горячей еды мгновенно начал распространяться по квартире, что разбудило нашего кота Фреска. Он протяжно мяукнул и, вскочив, с выпученными глазами устремился к своей миске, чуть не сбив меня с ног. Да, Фреск пожрать любил, и по его размерам об этом сразу можно было догадаться.

Минуя препятствие из бегущего пушистого рыжего шарика, я зашёл в ванную, и залез под прохладный душ, чтобы окончательно прийти в себя. Но и там, мысли о восхитительной незнакомке, вновь стали заполнять мою голову уже против моей воли.

А что, если мне приснился чей-то дух, например, человека, который жил здесь до нас. Тот самый дух, о котором вчера так настойчиво говорила Инона Альбертовна. Глупости. Я взрослый человек и во всю эту оккультную чепуху никогда не верил. К тому же, если бы в квартире и было что-то сверхъестественное, то, как говорят, кот на это обязательно отреагировал бы. А он вел себя абсолютно как ни в чем не бывало и, как всегда, хотел только есть.

В этот момент вода в душе, неожиданно сменилась на горячую, и я даже чуть не обжегся. Резко дёрнувшись, я закрыл кран и потянулся за полотенцем. Невольно мой взгляд упал на запотевшее зеркало, висевшее передо мной. В правом верхнем углу на испарине виднелась еле заметная надпись. Я внимательно пригляделся. Написанные буквы скорее напоминали чью-то роспись, и судя по плавным переходам орнамента, женскую.

Возможно, она принадлежала бывшим хозяевам этой квартиры. Я усердно вглядывался в странные загогулины, пытаясь разобрать каждую букву.

Тут прозвучал озабоченный голос мамы:

– Дмитрий, давай быстрее, всё остывает!

И оставив расшифровку, я пошёл завтракать. Зайдя на кухню, увидел, что мама уже поела и пила пустой крепкий чай. Рядом с ней на полу, развалившись как барон, лежал и облизывался сытый Фреск.

– Димочка, что-то ты долго. С тобой всё нормально? Какой-то ты бледный?

– Всё абсолютно хорошо, – сказал я и сел.

Яркие лучи весеннего солнца озаряли всю кухню, наполняя дом уютом, что делала ранний завтрак ещё вкуснее.

– Да, погода и, правда, чудесная, – сказал я.

– В такую погоду хочется творить, влюбляться и, попросту радуясь жизни, наслаждаться всем её великолепием. Как жаль, что я уже не так молода. Мне бы твои годы…, я бы ещё повлюблялась! – улыбнулась Любовь Андреевна.

– Мама, скажи, а я никогда не рассказывал тебе, как я познакомился с Женей?

– От чего же не рассказывал, конечно, рассказывал.

– Как странно. А вот я не могу этого вспомнить, сколько бы ни пытался.

– Бедный, бедный мой сынок. Я даже не могу себе представить, как страшно потерять память, тот дар бога, который позволяет радоваться снова и снова тому, что уже давно позади в нашей жизни. Как хорошо, мой дорогой Димочка, что ты практически уже всё вспомнил. А остальная память тоже со временем понемногу вернется. Врачи говорят, что ещё один-два месяца, и ты вспомнишь всё.

– А…, врачи, разве им можно доверять на все сто…?

– Можно, сынок, можно. Если бы не они, неизвестно, чтобы с тобой было сейчас, после этого несчастного случая.

– Ладно, не хочу с тобой спорить. Лучше расскажи мне, как я встретился с Женей.

– О…! Это был прекрасный день, ты всегда говорил о нём с таким восхищением.

Было чуть прохладно, но очень, очень солнечно, прямо как сегодня. По улице бежали весенние ручьи, набухали почки, и каждая клетка всего живого пела о любви. С этих слов ты всё время начинал свой рассказ.

Ты спешил на день рождения к Владу, и решил срезать путь, пройдя через парк. И тут увидел её. Она сидела на лавке абсолютно одна, её глаза были наполнены прозрачной грустью и пронзающей тоской, этого просто нельзя было не заметить.