Неожиданное Путешествие в Тедас (Часть первая)

– Ну, кинь в меня снежком что ли? – так, невзначай предложила я.

– Что? Зачем?

– Можно сказать, вернёшь мне ударчик. О-о-ох, Каллен, ты что, никогда в снежки не играл?

– Играл в детстве, но… – начал, было, он.

– Тогда не заставляй меня идти на крайние меры, – более мягко и весело усмехнулась я.

И не успела я опомниться, как первый снежок полетел мне в лицо.

– Ну, наконец-то! – довольно улыбнулась я, набирая побольше снега. – А я уже думала, что Вы совсем безнадёжны, Командир.

О-о-о-ох, то, что мы устроили там… Друг в дружку закидывали по два, а когда и по три снежка за раз. Падали, когда пытались избежать попадания в лицо или ещё куда-нибудь.

Бо-о-оже, это было так весело и приятно видеть улыбку на лице этого милого мужчины. Так было забавно наблюдать за тем, как снег попадал ему в лицо, и он жмурился.

Один раз Командир даже пошёл на хитрость. Не поверите, он притворился, что снег сильно попал ему в глаза. Ах, и я такая наивная, повелась на это, как казалось, невинное и искренней кряхтение от боли.

– Каллен? Что случилось? В глаза попало?

И только я очень-очень близко к нему подошла, как этот… Этот… Очаровательный, хитрый воин засмеялся с таким шутливым злорадством и стал меня просто посыпать снегом с ног до головы.

Я и так чувствовала себя снеговиком изнутри, так он решил меня и снаружи ещё довершить? Ну, уж нет. Раз мне было позволено двигаться, раз мне можно было действовать всем телом то:

– Навались! – пропищала я и напрыгнула на Каллена, повалив нас обоих на снег, и в итоге оказавшись на нём… Как бы… Сверху… Я стала посыпать его снегом сама с ног до головы. – Получи, получи, получи! Получи, обманщик кучерявый!

Долго моё снежное отмщение Каллену не продлилось. Уже спустя где-то полминуты он схватил меня за руки и, звонко и весело смеясь, объявил:

– Я сдаюсь! Сдаюсь, великая Вестница Андрасте! Молю, пощадите меня!

– Сдаёшься или это опять новая уловка? – весело отозвалась я, тяжело дыша после нашей маленькой битвы.

– Сдаюсь, – всё с той же весёлой усмешкой отозвался Командир.

– Ла-а-а-а-адно, – звонко засмеялась я и в то же мгновение откинулась в бок, тем самым упав на мягкий и пушистый снег и освободив мужчину. А затем негромко сказала: – Именно об этом я и мечтала всю свою жизнь. Даже не верится, что две мои самые сокровенные мечты сбылись.

– А что же у вас делают в зимних краях? – спросил Каллен, приняв полусидячее положение и посмотрев на меня с неким любопытством. – Тоже в снежки играют или что-то подобное и интересное?

– Дети играют в снежки и лепят снеговиков да снежных баб, – с доброй улыбкой ответила я. – К сожалению, я в первый раз в жизни сейчас сыграла. А ещё в конце первого месяца зимы мы отмечаем такой праздник как Новый Год. Весёлый праздник. Все собираются всей семьёй, дарят друг другу подарки, поздравляют.

– Интересно, – весьма задумчиво произнёс воин. – Должно быть, вы каждый год очень ждёте этого праздника.

– Да, особенно маленькие дети, – усмехнулась я, вспомнив себя в детстве. – Ждут, когда же Дедушка Мороз принесёт им желанные подарки.

– Это… Какой-то дух?

– Это скорее выдуманный персонаж. Детям нужно во что-то верить. Вот родители и стараются поддерживать эту веру.

– Я понимаю, – тут же согласно кивнул Командир. – Верить нужно не только детям, но и вообще каждому из людей.

– К сожалению, в моём мире многие из нас уже давно утратили веру в чудеса, магию и во всё хорошее, что есть, – тяжело вздохнула я в ответ. – А может, её у них и не было никогда.

– Неужели всё так плохо в твоём мире?

– Плохо… Я бы сказала, что охрененно плохо! Люди друг друга настолько презирают. Ты бы женщин и девушек наших видел! Хуже, чем многие ваши шлюшки в борделях! А мужчины! Похлеще грязных ленивых крестьян и шпионов сразу!

– Но ты не такая, как они. Почему?

– Так уж вышло, Каллен, что я с самого рождения была не такой, как все. И из-за этого я практически всю свою жизнь была одиночкой. И, пожалуй, действительно большую часть жизни особо ни во что не верила, ни в Бога, ни в магию. Но вот представь себе, что однажды эта самая одиночка наткнулась на легенды о мире, который, как ей казалось, вовсе не существовал, но в скором времени стал ей очень близок. Ей стали по-настоящему близки его герои, места… Пусть многие считали её чокнутой и ненормальной, но она стала верить в чудеса и магию. И я не знаю, что бы стало с той девчушкой, не наткнись она на эти самые легенды…

На это Каллен понимающе вздохнул и осторожно погладил меня по руке:

– Значит, есть, за что благодарить Создателя. Ведь ты сейчас здесь.

– И мне тоже определённо есть, за что его благодарить, – со слабой улыбкой ответила я, посмотрев мужчине в глаза.

Он же снова слегка покраснел, ничего не сказав.

И всё же мне… Нравилось, когда он так мило смущался. Ведь в этом и есть его очарование.

Но я снова так задумалась, что даже не заметила, как Командир… Уже минуту смотрел на меня? Кхм… Вот так и правда неожиданность.

И вот сейчас немножко покраснеть пришлось уже мне. Хотя должна признаться, что это смущение было весьма приятным для меня.

– Что-то я… Немного замёрз, – наконец, произнёс Каллен подрагивающим голосом, слегка стуча зубами от холода.

– Ох, да… – очнулась я тут же. – Совсем я тебя заморозила своей игрой в снежки да болтовнёй.

– А ты как, Дарина? Не замёрзла? – немного обеспокоенно спросил меня мужчина. – Я-то уже более-менее привык к здешним холодам и могу потерпеть. А вот тебе болеть сейчас точно не стоит.

– Честно говоря, начинаю немножко замерзать. Что уж тут скажешь, южная я девушка, – по-доброму усмехнулась я и, чуть погодя, добавила: – В любом случае предлагаю сейчас пойти в мою хижину, попить чайку и тем самым согреться. Должна же я как-то загладить свою маленькую вину.

– Уже поздновато для чаепития, и я не думаю, что сейчас стоит…

– Да брось, Каллен. Я же зову тебя не свершать что-то извращённое, в конце концов. Когда это обычный чай приводил к такому «повороту событий»?

– Ну… В принципе ты… Права, да… – задумчиво и немного смущённо отозвался он.

– Что же, тогда пошли, – с лёгкой усмешкой произнесла я.

После этих слов мы всё-таки поднялись со снега, немного отряхнувшись. Затем Каллен подал мне мой посох, который в ходе нашей игры был заброшен весьма далеко от собственной хозяйки.

Даже было немного забавно, когда мы вместе с воином искали его. Например, я едва ли снова не закопала саму себя. Ну, а Командиру же быстро удалось найти мою «Палочку-выручалочку».

– Далеко же я его забросила, – усмехнулась я, когда посох оказался у меня. – Вот что значит, сильно увлечься чем-нибудь.

– Да уж, – с улыбкой ответил мужчина, после чего спросил: – Тебе помочь дойти?

– Пока не надо, но, если будет плохо, то так уж и быть, – тихо произнесла я.

– Зная тебя, я думаю, что лучше помочь, – серьёзным тоном сказал воин. – Ведь ты будешь ещё и насильно всё терпеть, чтобы не казаться слабой.

– О-о-о-ох, ну, хорошо-хорошо, – выдохнула я, но затем ехидно усмехнулась: – Но, если уже завтра из-за нашего гнома-болтуна, у которого везде его ушки и глазки, поползут какие-то сплетни, не красней потом, ладно?

– Э-э-эм… Не думаю, что они будут, – слегка покраснев, ответил Каллен, хотя в мыслях наверняка согласился со мной в том, что Варрику ничего не стоит, пустить слушок, если тот заинтересует людей.

– Очень на это надеюсь, – тихонько хихикнула я. – Ладно уж, стеснительный ты наш, пошли. Пока Тетрас и правда не появился.

После этих слов мы всё же отправились в мою хижину. И, конечно же, Каллен весь наш путь вёл меня, держа под руку.

Должна честно признаться, мне была приятна его забота.

А что? Пусть кто-то из вас скажет, что я, возможно, слишком влюбчивая. Но ведь признайте, каждая девушка или женщина мечтает о том, чтобы мужчина относился к ней также заботливо. И не нужно было хорошо знать меня для того, чтобы понять, что и я мечтала о том же самом.

Но я, кажется, снова отвлеклась.

Вскоре дойдя до ворот, мне пришлось чуть-чуть подождать, пока Каллен проверял дозорных солдат. Те же в свою очередь немного удивились, увидев нас вдвоём, но говорить что-либо не рискнули. Видимо, они очень уважали своего командира и даже в какой-то мере побаивались.

Тем не менее, после небольшой такой проверочки мы отправились дальше.

Сейчас на улочках Убежища было тише, чем в момент моей прогулки по нему. Видать, ближе к ночи все уже легли спать. И только из таверны раздавались чьи-то разговоры и пение барда.

Каллен даже назвал имя этого менестреля, когда услышал его голос. Её звали Мариден Приветная.

Хех, весьма позитивное имечко на мой взгляд. Нужно будет и с ней познакомиться. Уже по её имени чувствую, что мы с ней явно поладим.

Ну, да ладно, вернёмся к нашей истории.

Через какое-то время мы с Командиром уже были у меня в хижине.

– Н-да, ненадолго же моего «очага» хватило, – тихо сказала я, почувствовав лёгкий холод в доме, а затем также увидев, что дрова в камине уже не горели и, по всей видимости, давно.

– Я помогу тебе с камином, – сразу же произнёс Каллен.

– Спасибо, но позволь, я сама, – улыбнулась я, а затем с усмешкой добавила: – В конце концов, огонь моя стихия, и ты сам в этом недавно убедился.

– Я же говорил, что ты захочешь всё делать сама, – с улыбкой ответил мужчина.

– Что тут сказать, во мне резко проснулась самостоятельность, – усмехнулась я, подходя к камину, а после, разведя огонь с помощью небольшого огненного шара, негромко сказала: – С меня и так хватило постоянной помощи родителей и старшего брата в моём мире. Я хочу, наконец, стать самостоятельной девушкой.

– В таком случае давай мы эту самостоятельность разделим? – предложил вдруг бывший храмовник. – Поручи мне что-нибудь, и заодно и сама что-нибудь сделай.

– Каллен, ты всегда такой настойчивый? Или только с такими взбалмошными девчонками, как я? – с усмешкой спросила я, слегка склонив голову на бок.

– А ты всегда хочешь знать что-то связанное с женщинами? – полусмущённо отозвался тот. – Или у вас на Земле это такие… Укольчики?

– Эм… Скажем так, у нашей молодёжи, а точнее девушек это способ… Сдружиться с парнем, – молодец, Дарин. Называется, выкрутилась.

– Сдружиться?

– Сдружиться, понравиться ему, называй, как хочешь. Но поверь, я ещё невинная девчушка по сравнению с другими девушками из моего мира. Так что, можно сказать, тебе ещё повезло.

– И у тебя там кто-нибудь остался? – вдруг спросил Каллен.

– Так, давай с такими «вопросами» пока спешить не будем, – усмехнулась я, более-менее скрыв некую свою печаль на этот счёт. – В конце концов, это немного личное, согласен?

– Хм… Да, ты права, Дарина, – кивнул понимающе Командир. – Мы ещё недостаточно хорошо знаем друг друга, чтобы доверять друг другу даже такое.

– Просто пойми одну вещь, – я слегка вздохнула в ответ. – Моя повседневная жизнь там была отнюдь не лёгкая. А уж про личную я вообще молчу. Кхм… Так что давай не будем портить такой хороший вечер моими мрачными рассказами.

– Я… Понимаю, – тихо произнёс мужчина, после чего решив сменить тему, улыбнулся: – Может, ты всё-таки позволишь помочь тебе с чаем?

– Хм-м-м, – хитро прищурившись, с улыбкой отозвалась я. – Пожалуй, с чаем мне действительно понадобится помощь.

– Так я могу помочь? Неужели? – усмехнулся Каллен, наигранно приподняв бровь.

– Если Вы, уважаемый Командир, не прекратите издеваться, то Вам не светит попробовать то, что я собираюсь попробовать наколдовать нам к чаю, – ехидным голоском отозвалась я, скрестив руки на груди. – Вы этого хотите?

– Так, это что же ты такое решила нам наколдовать? – полюбопытствовал сразу же мужчина. – Надеюсь, не крыс или жаб с каким-нибудь соусом?

– Бе-е-е-е, ты явно перечитал слишком много сказок о ведьмах, – невольно скривилась я при упоминании таких «блюд». Что сказать, да, я немножечко брезгливая. – То, что я хочу наколдовать, является моей любимой сладостью, точнее сладостями. То есть конфетами.

– Любопытно. Что ж, тогда давай я займусь чаем, а ты конфетами.

– Ну-у-у… Хорошо.

Что ж, данным ответом Каллен оказался достаточно доволен, и это стало нашим катализатором, что подтолкнул нас к готовочке.

Что же… Командиру, как оказалось, досталось самое простое. Всего лишь достать заварочку, налить водички в котелок, да заодно и огонь поддерживать, чтобы и холодно нам не было, и вода слишком быстро не закипела.

Как ни странно, но он даже сам сервировал стол. Ну, как сервировал… Просто поставил друг напротив дружки две большие кружки, причём деревянные.

Значит, помимо трав будет ещё и приятный аромат дерева, и сам чай не остынет слишком быстро. Так что согреться успеем аж к рассвету.

Что же до меня, то… У-у-у… Честно говоря, я не знала, что магия, которая мне досталась, будет так сильно тормозить с моим «заказом».

Мне пришлось сесть за стол, простереть руки к его середине и описывать то, из чего состоит моя любимая сладость. Как бы я ни старалась несколько минут, результат, хвала теперешнему Создателю, пока показывался только в моих мыслях. Прямо как черновик перед сдачей работы или перед загрузкой какого-нибудь файла на компьютере.

В общем… Спустя минут пять, которые, как мне показалось, затянулись на полчаса, мои любимые белоснежные конфеты были на украшенной резной тарелочке, причём очень большой. И эти сладости были сложены в весьма большую горку.

Эх, и это означало, что мы точно объедимся.

Что же это были за конфеты, спросите вы меня? А-а-ах, это Раффаэлло! Мои самые любимые. Эта нежная кокосовая стружка, а вкуснейшая начинка и тоненькая вафельная кругленькая оболочка.

В общем, кто пробовал, точно поймут меня. А уж кто не пробовал… Что ж, вы многое потеряли.

– Та-а-ада-а-а-ам! – радостно заликовала я, когда мои любимые конфетки наконец-то были на столе. – Вот и угощение из моего мира, так сказать.

– Хм, любопытно, – задумчиво произнёс Каллен, глядя на эти вкусненькие сладости.

– Не только любопытно, но и очень вкусно, – усмехнулась я, беря одну конфету. – Не зря эти конфеты у нас весьма дорого стоят.

После моих слов мужчина всё же рискнул и попробовал одну Раффаэллку, как я её называю. Вы бы видели, с какой подозрительной осторожностью он взял эту безобидную конфету и с каким удивлением и, я бы даже сказала, наслаждением потом съел её.

От такого милого «зрелища» я невольно умилённо хихикнула.

Интересно, какой будет реакция Командира, если в следующий раз я ещё что-нибудь эдакое наколдую? Нужно будет обязательно попробовать.

Что поделать, люблю я удивлять людей. Особенно таких.

– Понравилось, как я погляжу? – довольно улыбнулась я, отпив один глоток горячего чая.

– Это… Это… Невероятно вкусно! Я такого ещё никогда не пробовал! – удивлённым голосом ответил Каллен.

– Я рада, – сказала я с некой теплотой в голосе. – Вот так мы и с моей мамой иногда сидели по вечерам с чаем да конфетами и болтали о том, о сём.

– Должно быть, ты скучаешь по родным, – тихо произнёс мужчина. – Ведь быть вдали от них порой бывает мучительно. Особенно, если прожил с ними всю свою жизнь.

– Скучаю, – негромко отозвалась я, а затем вздохнула: – Но всё-таки какая-то часть меня радуется, что им сейчас наверняка легче, пусть они и не знают, куда я пропала. Я понимаю, что, наверное, это и неправильно, но…

– «Но» что?

– Это трудно объяснить, и я не уверенна, что ты поймёшь…

– А ты просто попробуй, – тихим и даже каким-то ласковым голосом произнёс Командир, одарив меня понимающим взглядом.

О-о-о-ох, почему меня потянуло на откровения именно сейчас? Именно с этим мужчиной?

И почему Каллен хотел услышать так называемую историю моей жизни? Чем я его так заинтересовала?

Но сколько бы подобных вопросов в моих мыслях ни было, должна признать, что я начинала понемногу доверять этому бывшему храмовнику. Даже несмотря на то короткое время, которое мы с ним были знакомы.

Возможно, мне станет хоть чуть-чуть легче, если кому-то выговорюсь.

И я почему-то была уверенна в том, что мужчина поймёт меня.

– Хорошо… Если ты правда хочешь знать… – немного печально вздохнула я.

– Да, я… Я хочу знать, – тихим голосом сказал Каллен.

– Ладно, – произнесла я и сделала ещё один глоток чая. – Как я и говорила на сборе, в своём мире я… Я была почти обыкновенной девушкой, но у меня были кое-какие проблемы, о которых мне не очень приятно говорить…

– Какие? Это какой-то серьёзный физический недуг? – как можно более осторожней спросил Командир.

– Можно и так сказать, – кивнула я, сделав очередной вздох. – Я с самого своего рождения страдала болезнью, которую практически невозможно излечить даже в моём мире. И справляться с этим было весьма трудно…

– Ох… Но, если эта болезнь так серьёзна, то… Как же тогда ты сейчас… Это из-за перехода в наш мир ты смогла излечиться или же есть ещё отголоски этой болезни?

– Похоже на то. И признаюсь честно, я была весьма удивлена, когда три дня назад смогла сама без проблем встать на ноги и пойти. Но при схватке с Демоном Гордыни я… Я снова почувствовала ту боль, которую ощущала при болезни. И поняла, что вновь теряю контроль над телом.

– Но сейчас… Как ты себя чувствуешь на данный момент? – снова осторожно поинтересовался Каллен.

– Ты же видел, каким было моё состояние днём, – горько усмехнулась я в ответ. – Но, поверь, это ещё не самое страшное, что со мной случалось. За всю жизнь мне довелось испытать многое.

– После такого я просто обязан без спросу помогать тебе, – серьёзным и ответственным голосом произнёс мужчина. – И не только я, но и каждый, кто состоит в Инквизиции.

– Ну, вот начина-а-а-ается, – протянула я с улыбкой. – Кажется, я уже говорила, что не надо со мной нянчиться.

– И всё же ты принимала мою помощь всё это время, – также улыбнулся мне в ответ Каллен.

– Э-э-э-эм… А может быть, это из-за твоего дара убеждения? Ты об этом не думал? – весьма ехидно отозвалась я.

– И Варрику позволяешь, а уж у него дар убеждения на высоте, – с усмешкой на губах подметил Командир. – И Соласу. И я уверен, что и Кассандре.

– Ах, мне вас не переубедить, – вздохнула я, затем тихим голосом произнесла: – Что ж, раз уж я рассказала тебе кое-что о своей жизни, то пришло время и тебе поведать мне о своей. По крайней мере, о той её части, о которой я не знаю.

– Моя жизнь не так уж и интересна, – со слабым смешком в голосе сказал бывший храмовник.

– И всё же, – с интересом посмотрела я на него. – Что с тобой случилось после восстания магов в Киркволле?

– Тебе это правда интересно?

– Мне интересны истории всех вас после этого восстания. Я действительно хочу знать всё.

– Ну, хорошо, – тяжело выдохнул мужчина в ответ. – Я расскажу тебе всё, что ты захочешь узнать.

– Так что с тобой было после восстания? – негромко спросила я его.

– После того, как Круг Киркволла был разрушен, а Мередит была побеждена, на улицах города творился полнейший хаос. Маги крови и одержимые заполонили улицы и убивали жителей, невинных людей. Я не мог сидеть и бездействовать… Не мог просто взять и покинуть город. А поэтому собрал отряд из оставшихся храмовников и стал помогать Капитану городской стражи, Авелин Валлен восстанавливать порядок.

– Уже во второй раз этому городу пришлось тонуть в собственной крови. Вам с Авелин, должно быть, приходилось очень трудно тогда.

– Трудно это слишком мягко сказано. Нам приходилось едва ли не каждый день бороться за собственную жизнь и жизни жителей Киркволла. Наши люди гибли даже чаще, чем при эпидемии чумы или какой-то иной опасной и смертельной болезни.

– Это просто ужасно. Даже боюсь представить, что все чувствовали, сражаясь с этим кошмаром.

– Большой кровью или малой, но мы боролись со всем этим, – продолжил свой рассказ Командир. – Этот ужас, казалось, творился целую вечность. Силы городской стражи, как и храмовников были на исходе, и мы думали, что в конечном счёте нас одолеют, но…

– «Но» что? – сразу же спросила я.

– Но в город прибыли Кассандра и Лелиана со своими людьми, – тихим голосом сказал воин. – Они подоспели как раз вовремя. Я не знаю, что бы стало с городом, появись они на несколько дней позже.

– И как всегда опять женщины спасли практически всех от неминуемой гибели, – слегка усмехнулась я в ответ. – И почему меня это не удивляет?

– Хм-м-м, наверное, Создатель считает, что женщины с обязанностями справляются лучше, чем некоторые мужчины, – с лёгкой улыбкой отозвался Каллен.

– Очень может быть, – также улыбнулась я в ответ. – Что ж, про спасение Киркволла я всё поняла. Но как ты стал главнокомандующим армии Инквизиции?

– Скажем так, Кассандра сочла, что мои навыки пригодятся для того, чтобы командовать армией.

– А как же Орден Храмовников? Я думала, ты хотел посвятить себя служению Создателю и Церкви.

– После восстания магов Орден откололся от Церкви, и некоторые храмовники стали творить ужасные вещи, – тяжело вздохнул мужчина. – Я покинул орден, потому что больше ничем не могу помочь ему.

– Не надо так говорить о себе… Каллен, ты один из самых сильнейших храмовников, каких я только знаю… – тихим, но более уверенным голосом ответила я. – Ну… Порой ты… Жестковат и пытаешься считать виноватыми магов, что и понятно. Но поверь, ты хороший храмовник, и я уверена, что, если бы было побольше таких, как ты, Церковь смогла бы показать себя с более достойной стороны.

– Ты слишком добра ко мне, Дарина, – негромко сказал он.

– Позволь мне говорить правду, Каллен, – тихо произнесла я, осторожно и легонько коснувшись своей ладонью его руки. – Если бы я так не считала, то не сказала бы это. А правду я никогда не утаю.

Командир был тронут моей заботой. В его глазах была искренняя благодарность, а сам он тихо сказал:

– Знаешь, я давно так ни с кем не разговаривал.

– Признаться честно, я тоже, – с едва ли заметной улыбкой отозвалась я. – Всё же приятно поговорить по душам.

– Согласен, – также улыбнулся мне в ответ бывший храмовник.

А ещё приятней так говорить с таким же приятным и искренним человеком, как ты, Каллен. Особенно, когда начинаешь доверять ему.

Чёрт, я опять слишком долго смотрела на этого милого храмовника. Видимо, мне всё же придётся давать мысленно себе пощёчину, чтобы вовремя приходить в себя.

Кхм… Так, Дарина, очнись ты уже, наконец.

Но стоило мне уже мысленно начать ругать себя, как Каллен с неким любопытством спросил:

– Дарина, а ты бы не могла бы немного рассказать о том месте в вашем мире, где родилась и выросла?

– Заинтересовал мой родной город, значит, – мягко и по-доброму усмехнулась я. – Ну, что я могу, собственно, рассказать о нём? Небольшой курортный городок на берегу моря, под названием Геленджик, довольно красивый, по крайней мере, становится с каждым годом. Ах да, чуть не забыла, в переводе его название означает Белая Невесточка.

На такое довольно кратенькое описание моего родного городка Командир подсел ближе ко мне и с ещё большим любопытством попросил поподробней поведать обо всём.

После того я, конечно, укрылась румянцем. Ведь… Волей-неволей вспомнились слова из попсовой песни: «О, Боже, какой мужчина!».

Всё же сидел он уже так близко ко мне. Ну, как тут не смутиться юной девчушке, мечтающей о красивом и сильном мужчине?

Но, взяв всю волю в кулачок, сделав глубокий вдох и натянув искреннюю улыбку, я продолжила описывать Каллену свой родной городок.

Каждую улочку, каждый бережок моря, природные пейзажи во время грозы или рассвета, или заката. Красоту пляжей и прочее. Не обходилось и без описания памятников, возле которых я с родителями гуляла время от времени.

Мужчина слушал меня, не прерывая, лишь иногда только расспрашивая, что означают те или иные названия, например: автомобили, квартиры, принадлежности какие-нибудь и прочее.

Постепенно разговор переходил с города на какие-то части быта. В итоге я более-менее объяснила милому воину то, что такое пицца, что такое мобильный плеер, что такое фотоальбом и даже смогла пояснить, что такое нано-технологии.

Шучу, я бы не смогла ему объяснить подобное, даже сидя с учебником.

Но Каллен пожирал каждое моё слово так, будто я была учителем, а он маленьким и любопытным учеником. Картина маслом, что тут скажешь. Со стороны очень даже милая.

И честно признаюсь, мне было так приятно ему всё это рассказывать. Я даже не заметила, как мы успели, весь котелок с чаем нашим опустошить и все мои любимые конфеточки слопать за разговором.