Странные миры, странные гости

– Не думайте, машина ничего не выделяет. Экологически чистая штука!

«Экологически чистая технология» – вот что значилось в заявке на грант, отправленной Никодимычем в головной отдел. Тогда был спрос на всякое с приставкой «эко», поэтому, чтоб наверняка сработало, разумник Агафий решился прибавить актуальности. Сработало – потекли денежки, а теперь вот требуют…

Кашель «инновационного» мотора заглушил вырвавшийся тяжкий вздох. Кстати, не понятно, на чем работает эта развалина. Информатор, направивший Агафия к механику-самоучке, говорил о каком-то альтернативном топливе. А дальше – молчок! Никодимыч оглянулся по сторонам. Ржавые канистры из-под горючего казались неимоверно старыми и пустыми. Их вряд ли использовали. Наверняка «самоход» электричеством подзаряжается.

– И что же потребляет ваш железный конь?

Вопрос прозвучал глухо: от стоявших ароматов приходилось говорить сквозь надушенный платок.

Чертиком выскочивший из-за угла Витек выглядел теперь несколько иначе. Приоделся, поменял замызганную робу на чистую одежду. Почему-то белого цвета. Никодимычу она показалась больничной, напомнив о недавнем плановом заборе крови. Глаза новоиспеченного шофера лихорадочно горели, как у слегка тронувшегося. Остатки смелости выветрились окончательно.

Агафий старался действовать как можно осторожнее, но все равно оставил несколько нитей кашемирового пальто, зацепившегося за потертости кузова. С трудом втиснувшись в салон, он плюхнулся на переднее сидение. Послышался визг, пружины вот-вот готовились прорвать тканевый барьер. Поджарый спутник щелкнул каким-то рычажком, подкрутил реле. Раздался тихий свист, махину затрясло. Проснувшийся мотор заворчал, словно пес, не желавший расставаться с миром сновидений.

– Сегодня у нас, как бы, пробное испытание.

Они сдвинулись на удивление плавно. После раскачки, машина мягко высвободилась из стального плена гаража, вырулив на небольшую местную трассу. Ухабов не чувствовалось, и, странное дело, создавалась полная иллюзия полета. «Не хватает только чаек за окном», – подумал Агафий, которому все это напомнило движение по волнам. «Зверь» набирал скорость, отбрасывая назад изумрудные километры полей. Пришлось признать, что первое впечатление оказалось ложным.

Не так уж все и плохо.

Автолюбитель, Витька, тем временем разговорился. Припомнил какие-то шутки, принялся балагурить. Речь зашла о научной работе и новых открытиях. Витек щедро делился своими мыслями:

– Я считаю, всякие там исследования должны приносить пользу. Слышали, наверное, что в соседнем районе учудили? Нет? Решили начать борьбу с бездомными животными. Так сказать, по всем фронтам! Развелось ведь видимо-невидимо, хоть и жалко, конечно. Ну так вот: навешали, значит, под крышами домов лазерных установок. Пробегает ничейный Полкан – срабатывает лазер, пиф-паф. Нет никого! А пепел дворники сметают на клумбы, вот и лишнее удобрение. С распознаванием, правда, беда, одному товарищу прилетело прямо в мягкое место…

Никодимыч проводил взглядом живописную излучину реки, за ней открылся вид на жилые многоэтажки. Давеча рассматривал он один «прожект». Нужно было решить ситуацию с рвущимися трубами, прорва денег уходила как в бездонную бочку. Изношенность колоссальная, некоторые «образцы» буквально рассыпались в труху. На помощь пришли ученые из передового НИИ. Предложили сверхновый состав – живой биологический материал. Сделанное из него не нуждалось в замене, появлявшиеся дыры заживлялись на раз-два, «трубоклубни» сами себя прокладывали, росли в глубине земли. Минус – двигавшиеся в толще почвы гигантские черви вызывали мурашки, было в этом что-то жуткое.

Идею не одобрили.

Витек как будто прочитал мысли Агафия, разглагольствования направились по «генетическому» руслу.

– Молодцы, однако, ребята из нашего областного центра. Навели порядок – кранты мусору! А забот сколько от него: сбор, переработка и еще какая фигня. Проблемку решили круто – поколдовали с генами местных голубей и вывели модифицированную породу. Едят все – пластик, бумагу, пищевые отходы. Жестяные банки хрумкают за милую душу! Лично видел…

Чуть сбросив скорость, Витька не унимался:

– Мы в Авокадово с птицами намаялись: вороны, подхарчившись на местных свалках, гадят на крыши. Их «добро» жуть какое токсичное, даже черепицу проедает…

Вывернув руль, водила искусно свернул на боковое шоссе:

– Здеся недалеко сити есть, так там памятники решили смазывать особым составом, чтоб пичугам не за что было уцепиться. А то ведь все попортили. Теперь так и скатываются, прям умора! Жирные голуби – вж-ж-жик с головы какого-нибудь исторического дядьки. Базарят, в состав этого средства входит заморское масло, кажется, жожоба[35]…

Вполуха слушая полубредовые словоизлияния шофера, Агафий Никодимович задремал. Его усыпило однообразие пейзажа, тишина и разливавшееся по салону тепло своеобразного климат-контроля. На приборной доске что-то пискнуло. Присмотревшись, Агафий различил датчик уровня топлива: красная лампочка ненавязчиво помигивала. Какая смешная разметка, думал засыпавший человек, вольты обозначает алая капелька. Внезапно захотелось вина, лучше из тех древних погребов, что на Рейне…

Станция обслуживания электромобилей сказала им «прощай», оставшись далеко позади. Неожиданно ощутив беспокойство, почти утонувший в дремоте Агафий чуть не вывихнул шею:

– Пропустили!

Никодимыч бросил взгляд на мигавший индикатор.

– Где теперь заряжаться будем?

Мысли хаотично затеснились в голове, оккупировали черепную коробку. Совсем не улыбалось застрять тут до второго пришествия.

– А нам розетки ни к чему…

В зеркале отразилось железобетонное спокойствие лихого автолюбителя.

– Топливо наше особное. Пока будут чуваки, будет и на чем ездить…

Фраза не понравилась Агафию. Пыхтя, он полез в карман за мобильником. Красный индикатор перестал вспыхивать и замер. Не отпуская руль, механик потянул какой-то шнурок. Раздалось легкое жужжание. Никодимыч вдруг схватился за горло, прошитое неприятной саднящей болью. Его холеная пятерня наткнулась на ледяную сталь огромной иголки. Пока жертва беспорядочно махала руками, прикрепленная к троакару резиновая трубка окрасилась алым. Жизнь постепенно вытекала из пассажира, перетекая в причудливый «бензобак» странного авто. Загорелась зеленая лампочка, высветив безжалостную в своей простоте надпись:

ЗАПРАВКА ЗАВЕРШЕНА!

Все из-за таракана. Winien jest za to karaluch

– Не могу ее достать!

Профессор Поллард нервно поправил съехавший набок галстук. Маркус критически оглядел представшую перед ним сцену. На полу профессорского кабинета были разбросаны газеты, стол и стулья сдвинуты к окну, а в нижней части стены виднелась большая, но довольно узкая трещина. Взглянув на нее, Поллард облизнул сухие губы.

– Она очень ценная… Понимаете, выскользнула из рук и… закатилась в эту проклятую дыру!

Казалось, еще немного и уважаемый ученый впадет в истерику. Маркус усмехнулся и, опустившись на расстеленные газеты, принялся раскладывать принесенное с собой оборудование.

– Так что у вас случилось?

Немного успокоившись, профессор смог, наконец, объяснить суть проблемы. Несколько дней назад он получил из одного музея старинную булавку. Нужно было провести экспертизы – у организации были сомнения в ее подлинности. Как раз сегодня, используя соответствующие инструменты, Поллард должен был предпринять кое-какие изыскания. Но не удержал в потных руках драгоценный артефакт и, упав, тот прошмыгнул в злополучную трещину.

– Как специально! Я ее вообще никогда не замечал, а тут такое…

Своими силами ничего сделать не получилось. Пришлось вызывать спеца – но и он оказался бессилен. Тогда кто-то из сотрудников порекомендовал обратиться к Маркусу. Как и Поллард, Маркус работал в Колледже Святого Себастьяна, но не на гуманитарном факультете, а в отделе робототехники. Хотя сам колледж был основан сравнительно недавно, его техническая направленность уже принесла ему определенную известность.

Ныне местные «технари» осваивали новую область – вживление микрочипов различным живым организмам. Пока опыты проводились на тараканах. Одного из них Маркус и принес с собой. Отвинтив крышку стеклянной банки, он вытащил своего маленького помощника на свет божий. Коричневое плоское тельце встрепенулось, хитиновые ножки задергались в воздухе. На головке существа качнулась крошечная антенна, блеснул окуляр микрокамеры.

Поллард подошел ближе, с интересом наблюдая, как Маркус деловито хлопочет над разноцветными проводами, подключая то один, то другой к своему ноутбуку. По экрану понеслись цифры, замелькали непонятные для профессора-гуманитария символы. Меж тем тяжелое астматическое дыхание склонившегося над ним соглядатая немного напрягало Маркуса.

– Сэр, вы мне мешаете…

Отметив боковым зрением поспешное отступление старикана в дальний конец комнаты, Маркус извлек из чехла нечто, напоминающее джойстик, и ловко приладил его к «мозгу» своего ноута. Жидкие кристаллы тут же выстроились в размытое изображение кабинета Полларда.

Примечания