Романтизация зла

ГЛАВА 6

ИГРУШКА

ЗАДАЧКА БЫЛА не из лёгких.

В первый же рабочий день всего за несколько часов подготовить вечеринку в определённом стиле, да ещё и позаботиться о том, чтобы у именинника был подобающий наряд…

Сперва я заказала одежду для Энтони Максвона, используя те мерки, что мне вручила одна из приставленных помощниц. Костюм обещали привезти через пару часов. Затем я принялась за организацию внешнего вида гостиной.

Телефон был в моей руке уже сжат, и я пробежалась по номерам, которыми был исписан толстенный справочник, который я нашла в прихожей. Среди сотен номеров каких только не было. Любые виды услуг, начиная от врачей и заканчивая эскортницами.

Мне запрещено пользоваться Интернетом во время пребывания в особняке Максвонов – одно из условий, что были изложены в договоре. Думаю, всё это лишь малая часть мер безопасности. Максвоны достаточно богаты, известны… В общем, публичные личности. Наверняка им просто хочется избежать слитых в Сеть фотографий их дома или даже их самих.

Беря во внимание отсутствие Интернета, справочник с номерами пришёлся мне как раз кстати.

– Как продвигается работа?

От неожиданности я вздрогнула, едва не уронив толстенный учебник с рук. Затем обернулась.

Это была Лола. Мы с ней пообщались лишь пару раз, но я уже отчётливо запомнила её развесёлый голос и необычный акцент. Думаю, она может быть родом из Нигерии, Ганы или с Ямайки, судя по внешности и тому, как она разговаривает. В Англии полно людей, переезжающих к нам из этих стран. Миграции ямайцев, например, могут способствовать исторические связи между Ямайкой и Великобританией, как части бывшей Британской империи.

– Неплохо. – Я улыбнулась, продолжив своё занятие. – Мне нужно организовать вечеринку в честь дня рождения мистера Максвона. Вот этим сейчас и занимаюсь.

– Ах, да! Нашему Энтони исполняется двадцать три! До чего же быстро он повзрослел.

Я подумала, что было бы неплохо немного узнать о моём временном боссе, пока я ищу нужные мне номера и записываю в своих контактах, так что я спросила:

– А как давно вы знаете мистера Максвона?

Лолли уселась на стул и поправила свой фартук, уже запачканный двумя тёмными пятнами, похожими на следы от кофе.

– Я работаю у этой семьи сколько себя помню, – ответила она. – Лет так тридцать, точно. Я помню ещё те дни, когда Энтони только учился ходить.

Обычно при таких рассказах человек, как мне казалось, должен улыбаться, ну или хотя бы его лицо должно выражать какие-то приятные эмоции. Однако ничего из этого я на лице Лолы не увидела.

– В семье произошло что-то плохое? – спросила я, думая, что немного догадываюсь, в чём может быть причина такого вида женщины.

– А? – Она будто успела уйти с головой в мысли, а потом резко вынырнула и растерянно поморгала глазами. – Что?

– Вы просто выглядите так, словно тоскуете по чему-то. Вот я и предположила.

Лолли опустила взгляд, снова уйдя в себя, а я всё так же стояла, наклонившись к справочнику с номерами телефонов и адресами.

– На самом деле да, было кое-что. Но, боюсь, я не в праве тебе об этом рассказывать. Семья постаралась забыть о произошедшем и тоже самое должны сделать и мы. Хотя такое очень сложно держать в себе.

Звучало всё это очень мрачно и странно, но я никогда не стала бы лезть в чужую жизнь, так что никаких просьб раскрыть мне детали от меня не последовало. Вместо этого я вернулась к своей работе и решила задать другой вопрос:

– А мистер Максвон… Я имею ввиду Энтони… Он нигде не учится?

– Он уже окончил Университет Бирмингема и Лондонскую школу бизнеса. – Лолли вернулась к былой беззаботности всего за секунду. – А сейчас занимается тем же, что и его отец. Максвон-старший, говорят, совсем скоро передаст свой бизнес сыну. Я уверена, Энтони со всем прекрасно справится. Он очень умный и одарённый мальчик. К тому же отец учил его этому ремеслу с детства, всюду таская по разным бизнес-встречам.

Я кивнула, продолжая набирать номер в телефоне.

– А что насчёт тебя, милая? – спросила она. – Как ты оказалась в этом доме?

– Я учусь в Кингстонском Университете. Хотелось подработать во время летних каникул, а мне как раз предложили попробовать подать заявку на стажировку в компании Максвонов, – ответила я. – Согласилась, поскольку денег мне нужно достаточно много, чтобы…

Я закусила губу, прервав себя на моменте, когда с губ едва не слетела причина моей погони за хорошими деньгами. Всё-так не хотелось втягивать в этот вопрос чужих людей.

Лола выждала небольшую паузу, полагая, видимо, что я продолжу, но вскоре просто кивнула, заговорив сама:

– Я вижу, ты очень целеустремлённая девочка, Аника. Побольше бы таких девушек в нашем обществе. Думаю, ты справишься со своей работой и получишь заслуженное вознаграждение. Если тебе нужна будет какая-то помощь, просто найди меня. Я обязательно тебе помогу всем, чем смогу.

– Благодарю. – Я искренне улыбнулась ей в ответ. – Помощь мне наверняка ещё понадобится.

Она погладила меня по волосам и чуть задержала руку. В её тёмно-карих глазах снова отразилась эта необъяснимая тоска, которую я видела всего минуту назад.

Раздались шаги со стороны ведущей вверх лестницы, и я машинально повернула голову вправо, потому что эти шаги оказались единственным нарушающим тишину звуком. Он взлетал, отражался о высоченные потолки и отскакивал обратно к полу.

На первый этаж спускался Энтони Максвон.

Он был одет немного иначе, чем до этого, но находился всё в том же формальном виде: белая рубашка, галстук, чёрные штаны и сверкающие туфли. Его светлые волосы были аккуратно зачёсаны назад, и всем своим видом он мне почему-то напомнил прекрасных принцев из сказок.

Я пришла в себя только тогда, когда он уже приблизился к нам.

– О, Лолли, я как раз искал вас, мэм. – От него исходил не навязчивый, но мужественный аромат с нотами древесины и амбры. Этот запах был похож на воспоминание о чём-то давнем и забытом, вызывая в памяти образы трещащего камина и ночного дождя. – Я вынужден отъехать по делам. Нужно встретиться с одним бизнес-партнёром и обсудить кое-какие условия. Дом оставляю в ваших заботливых руках. Правила вы знаете: в мою спальню никому не входить и двери никому не открывать.

Он сказал всё это с шуточным тоном, поэтому Лола негромко хихикнула, а я только сейчас заметила, что неотрывно смотрела на его мягкое лицо. Он был красив той неброской красотой, что не кричала о себе, а тихо пленяла. Опасное качество.

Энтони неожиданно переключил внимание на меня, взглянув точно мне в глаза. Пронзительно, остро, даже немного пугающе, что я одёрнула себя, смущённо поморгав.

– А тебе, Аника, желаю удачи в первый твой день. – Он мне очень мило улыбнулся, что я не смогла не улыбнуться в ответ. – Ещё увидимся, дамы.

Он обошёл нас, принял поднесённое из ниоткуда взявшейся горничной пальто и вышел на улицу, оставив после себя шлейф из приятного аромата, всё также щекотавшего мне ноздри.

– Что ж, действительно, удачи, милая. – Как только Лола снова заговорила, я пришла в себя. – А я пойду на кухню, потороплю девочек с обедом. Ты, наверное, тоже уже успела проголодаться.

Она не дала мне ответить, а просто мигом помчалась к двери позади меня, откуда моментами доносились звуки посуды, голоса и топот ног.

Мне ничего не оставалось, как вернуться к своей работе – к переносу необходимых номеров в свой телефон.

Красота не должна обезоруживать. Особенно когда она однажды глубоко тебя ранила.

От нахлынувших мыслей я замерла, открыв справочник на необходимой мне странице – с номерами ивент-агентств, кейтеринга и декораторов. В груди болью кольнуло, как мне казалось, давно потухшее чувство ужаса и страха.

Раньше они преследовали меня по ночам первые несколько месяцев. Я просыпалась в холодном поту, иногда рыдала в подушку, а в комнату панически врывалась мама. Ей, наверное, было даже больнее, чем мне, а папе больнее, чем нам обеим.

Но со временем я научилась жить с этим. Игнорировать тяжесть в груди, едва за мной заговаривали парни.

И единственным, что осталось от прошлого, стали шрамы внизу живота – длинные уродливые рисунки, которые когда-то кровоточили.

Может быть, я просто забуду об их существовании когда-нибудь.

Может быть, когда-то, но пока не сегодня.

* * *

В гостиной вовсю кипела работа.

Под моим руководством на столе аккуратно раскладывали классические английские закуски и алкогольные напитки. Люди превратились в пятнышки, пролетающие мимо. Торопиться причин не было, но нанятые работники из лондонского кейтеринга, прибывшие к месту всего за полчаса, расхаживали по гостиной с удивительной быстротой, будто куда-то спешили. Может, они просто хотели поскорее убраться из этого места. Особняк Максвонов немного пугал – даже меня.

– Разложите бутылки на том столе, – инструктировала я, чётко придерживаясь своего плана.

И люди тут же стремились исполнять мою волю.

Это был достаточно интересный опыт.

Я была похожа на дирижёра, управляющегося с целым оркестром. По моей команде выполняли все мелочи.

Невольно я улыбнулась. Мне нравился порядок. Очень даже нравился. И больше всего я не любила хаос.

Телефон в кармане моей бежевой блузки вдруг завибрировал, вынув из омута приятных мыслей. Я вытащила его. Мне звонила Джудит.

Я отошла в прихожую, чтобы ответить на звонок, потому что Джудит очень не любила, когда её игнорировали, а я крайне не любила её игнорировать.

– Да? – произнесла я в трубку.

– Хай, детка. Как поживаешь? На самом деле я хотела позвонить тебе ещё вчера, но как-то времени не нашлось.

Я принялась с нескрываемым восторгом описывать своё временное жильё.

– Нормально поживаю. Я бы сказала отлично. Мне выделили очень хорошую комнату. Вкусно завтракаю, обедаю и ужинаю. Обязанностей таких непосильно трудных нет.

– Я знала, что так оно и будет. – Не понадобилось много времени, чтобы определить по голосу Джудит, что она явно перебрала с алкоголем, где бы не находилась. – Ты развлекаешься там, а я развлекаюсь с Фрэнсисом.

– С Фрэнсисом?

– Да, тот горячий парень, с которым мы как-то столкнулись в парке. Не помнишь, что ли?

По правде говоря, трудно было бы запомнить и половину её ухажёров. Их было так много, что я давно сбилась со счёта и перестала вообще запоминать: имена превратились в кучки букв, перемешанные друг с другом.

– Помню, – соврала я, не желая с самого начала выслушивать от неё рассказа о встрече с этим Фрэнсисом. – Слушай, ты поосторожней. Не стоит тебе доверять каждому встречному. Взяла бы с собой кого-нибудь из девчонок.

– Ты не понимаешь, Аника. Я самая крутая девчонка в городе. Уложу любого мужика… К себе в постель, конечно же!

И она громко рассмеялась от своей реплики. Должно быть, выпила даже гораздо больше, чем я предположила ранее.

Меня не на шутку встревожила эта ситуация.

Так мне приходилось каждый день, проведённый в университете. Джудит часто напивалась в каком-нибудь клубе в центре города, связывалась с очередным парнем, а потом звонила мне, бубнила что-то в трубку, иногда на что-то жаловалась, а я выслушивала и волновалась. Чаще всего сразу после разговора с ней я звонила её брату, Трэвору, чтобы он забрал свою неугомонную сестру, но вместо этого он бросал мне нечто вроде: «Мне некогда приглядывать за своей сестрёнкой-проституткой. Советую и тебе расслабиться уже».

Джудит была глубоко несчастна в семье. Это я знала точно. Ведь именно поэтому она ненавидела каникулы и заменяла поездку домой какой-нибудь изнуряющей работой, которая не отталкивала её даже тем, что могла подпортить новенькие ноготки, за которые она отдала кучу денег мастеру в салоне.

– Фрэнсис меня не обидит! – продолжала Джудит. – Не волнуйся, Аника! Лучше расскажи мне об Энтони Максвоне.

– Ты пьяна сейчас, Джудит. Поговорим об этом позже, ладно? Да и мне надо уже идти.

– Ладно-ладно. Хорошо, так уж и быть. Я сама тебе позвоню. Пока-а-а, детка!

Она сбросила звонок, а я всё так же осталась с тяжёлым волнением в сердце. Но мне пришлось от него избавиться, ибо работа в гостиной всё ещё кипела.

– Мисс Снелл, куда нам установить колонки? – спросил, подходя ко мне, юноша, да ещё и с таким тоном, словно я была на десять лет старше него.

Но мне понравилась эта официальность.

– Вот в тот угол, – сверяясь со своими набросками на тетради, сказала я. – Один туда, а второй лучше вон туда. И следите за тем, чтобы они не заграждали никому путь.

У вечеринки был дресс-код: викторианская эпоха. Так что дом должен был выглядеть подобающе выбранной тематике, разве что с небольшим нарушением – можно разбавить старинный стиль золотистыми воздушными шарами. К ним прикрепили атласные ленты в тёмно-бордовых и чёрных тонах, а затем развесили по периметру гостиной, разбавив гирляндой из золотых искусственных листьев.

На столах уже стояли принесённые хрустальные канделябры со свечами. Столы были устланы бархатными скатертями. Я чётко сверила количество салфеток с количеством приглашённых гостей, чтобы не ошибиться.

Позднее в дом занесли живые цветы: розы, лилии и орхидеи, и в гостиной тут же запахло восхитительными ароматами, что я невольно прикрыла глаза от наслаждения. Их поместили в стеклянные вазы, в которые влили воду.

– Отлично. – Я улыбнулась доставившему их мужчине, подходя ближе и беря в руку протянутую мне ручку. – Спасибо. Вы доставили их даже гораздо раньше, чем я предполагала.