Детективное агентство миссис Хейз

Глава 7. Ночной посетитель

Я забежала переодеться в студию-склеп. Оттуда вылетела в широких джинсах, футболке и кедах. Видом своим я походила на неряшливого подростка. То, что нужно.

Сосед поинтересовался, во сколько ждать моего возвращения. Я посмеялась, спросив, не свидание ли он решил устроить. Оказалось, и вправду, свидание. Какая-то женщина с форума прокомментировала нашу с ним общую фотографию, и у соседа завязалась переписка с женщиной, бурчащей, что стоит меньше ретушить фотографии. Я хотела возмутиться, что ничего не фотошопила, но, оказалось, сосед увеличил мне грудь на фотографии.

На вопрос зачем, ведь у меня нормальные пропорции, он скомкано пробурчал: «Чтобы точно завидовали». Это было странно и немного противно, поэтому я радовалась, что ночевать придется в другом месте. Если, конечно, удастся договориться с охраной.

Часть денег с подработки я потратила на подкуп старика. Коробка с сильно пахнущей специями едой оказалась на стойке, где выдавали пропуски. Охранник скептически оглядел контейнера в красивой упаковке. Он как-то проболтался о любимом ресторане. Уж не знаю, когда дедуля мог позволить себе там питаться, но один только рис с карри обошелся в двадцать пять баксов. У старика губа не дура.

Обычно я приносила еду попроще, но сегодня случай особенный.

– У меня просьба. – Я оперлась на стойку. Дедуля копался в пакете, выбирая с чего начать пир. – Могу я в общей зоне переночевать?

Он поднял глаза:

– Нет, конечно. Там же камеры.

– Тогда придется остаться на улице. Лето, но когда солнце садится, холодно. И я уже пару дней в душ не ходила. – Я сложила ладони в умоляющем жесте. – Пожалуйста.

Нашла в интернете информацию о клубном доме, где находилась. Весь верхний этаж оборудован в общую зону. Кабинеты массажа, бассейн, сауна, спортзал, зоны отдыха, даже барбекюшницы на открытой террасе.

– Меня уволят, – возразил охранник, отодвигая взяточный пакет подальше.

– Но зоны круглосуточные, никого не удивит наличие там людей. Запишите меня, как гостя, – предложила я.

– Гостя записывают на конкретную квартиру, – настаивал старик.

– Отлично, у вас тут как раз Хейзы живут. – Я ткнула пальцем в грудь. – А мое имя Элеонора Хейз. И почему бы мне не провести вечер в общей зоне? Предупредите своих коллег. Если я буду делать что-нибудь предосудительное, то пусть выгонят меня.

Знала, что наблюдающим через камеры достаточно подтверждения у старика, что у меня есть пропуск. Никто не хотел быть виноватым, если что-нибудь случится, а если последнее слово за дедулей, то и наблюдатели трогать меня не будут, пока я не нарушаю порядок. Хотя после последних событий охрана могла стать бдительнее. С другой стороны, если наняли новеньких, то этого не произошло.

Оставалось лишь ждать решения любителя индийской кухни.

– Если негде ночевать, иди в ночлежку, – бурчал дед.

– Мне с утра на работу, – парировала я, пускаясь в россказни о Принцессе и желании нормально поспать и помыться перед работой. Охранник, которому я каждый день таскала еду, внимательно слушал мое нытье. – Умоляю, мне нужна эта подработка. А пока я доберусь до ночлежки, уже утро наступит. Не успею вернуться.

Я понятия не имела, где находились приюты для бездомных, но говорила уверенно. На морщинистом лице отразилось сочувствие.

– Ладно, но с жильцами не пересекайся, а если спросят, кто такая, скажи «уборщица». Форму не надела, потому что новенькая.

– Спасибо, – весело протянула я. – Готова расцеловать ваши прекрасные руки.

Дедуля смущенно отодвинулся, словно я могла достать его через стойку, нас разделявшую.

– Смотри мне, если будут проблемы от тебя… – Охранник пригрозил кулаком.

– Я совершенно не проблемная, – заверила дедулю и потопала к лифту.

Верхний этаж встретил приятным теплым светом. Я с любопытством осматривалась в просторном мрачноватом помещении. Везде висели таблички с указанием, где что находится. Народу в общих зонах я наглядела пару человек. В зале бегал на дорожке неизвестный мужчина, а на террасе, откуда открывался потрясающий вид на вечерний город, делала селфи пухленькая девушка в черной безразмерной толстовке.

Она заметила появление компании и сбежала, оставив открытую террасу в моем полном распоряжении. От дуновения ветра по коже пробежал холодок. Я прошла к плетеной мебели, расставленной возле небольших столиков. С кресла взяла плед и закуталась.

Свежий вечерний воздух бодрил, но уходить в помещение не хотелось. Я любовалась видами мегаполиса, здания которого подсвечивали тысячи огней. Фонари, вывески, окна. Ослепительная красота. Аж дух захватывало. Город гудел. Жил.

Я дышала полной грудью, пока была такая возможность. Свобода. Абсолютная. Легкая. Прекрасная. Я вольна идти куда угодно, делать что хочу и помогать всем, кому нужно. Решительный настрой вернулся при мысли о Берте Миллере.

Я нашла еще один плед, дабы не окочуриться, и улеглась на диван. Ночь медленно захватывала город. Нравилось наблюдать за темнеющим небом. Веки медленно слипались.

Беговая дорожка под ногами плыла. Пройденное расстояние приближалось к отметке в пять километров. Грудь равномерно вздымалась от привычного темпа. Я нажал на панель, увеличивая скорость. Смертельно скучно. Зал почти пустой. Никого, кроме привычной компании.

Лука бежал рядом, глядя прямо перед собой на мутное стекло, за которым слабо просматривался пустой бассейн. Поражала способность этого парня сосредотачиваться. То ли врожденный дар к концентрации, то ли из-за глухоты. Из размышлений вырвали приближающиеся знакомые голоса.

Я с трудом сдержал неуместную ухмылку. Если появление Кайла не радовало, то возникшая в помещении Нора поднимала настроение. От вида лосин, обтягивающих стройную фигуру, кровь кипела. Я вежливо поздоровался с Уолтонами и ткнул на сенсорную панель беговой дорожки, добавляя скорость.

Разомкнув глаза, я резко села и на автомате достала из кармана телефон. В заметки полетели имена и описание увиденного. Плед упал на пол. Холод пробирал до костей, пока я печатала длинное полотно текста, стараясь зафиксировать все подробности и мелочи.

Закончив печатать, я впала в задумчивость, по привычке крутя кольцо на пальце. «Кайл? Кто ты? Берт в мыслях называл Нору и Кайла Уолтоны, но внешне эти двое непохожи. Кайл – брюнет, высокий, может, даже выше Луки. Чуть менее спортивный. Жаль, что я так плохо его рассмотрела. Берт не сосредотачивал взгляд на Кайле, рассматривал пятую точку Норы. Это странновато».

Колени прижались к груди, я уронила на них голову.

– Гадство!

Слишком далеко от места убийства. Видение короткое. Если бы удалось посмотреть побольше. «Берту нравилась Нора, или он хотел показать мне Кайла?»

По спине пробежал холодок. Я кожей ощутила, что на меня смотрят. Оторвав лоб от колен, я уставилась на знакомый мужской силуэт.

– И давно ты там сидишь? – поинтересовалась я у Луки, развалившегося в кресле напротив.

Он среагировал на голос. Я следила за тем, как он печатает. Из мобильника донеслось:

«Достаточно».

Брови свелись. «Достаточно для чего?» – вопрос остался не озвученным.

– Теперь ты преследуешь меня?

«Мила прибежала какая-то напуганная. Я выпытал, чего она такая расстроенная. Сестра сказала, что ей мерещится всякое. Старые знакомые. А с тобой мы уже встречались, так что я догадался, о ком речь».

В груди кольнуло. Кажется, та девушка, что делала селфи – Мила.

– Я ее не узнала.

«Не удивительно. В последний раз ты видела ее двенадцатилетней. А сейчас ей семнадцать».

– Она выглядит старше, – заметила я.

Взгляд переместился с серьезного веснушчатого лица на ухо Луки. На нем висела та белесая непонятная штука, благодаря которой он вроде слышал. Он заметил, куда я смотрю, и напечатал.

«Спрашивай уже».

– Не хочу, ты – грубиян. – Я упала спиной на диван.

Рукой нашарила плед на полу. Я накрылась и уставилась на темное небо, игнорируя пялящегося на меня человека.

«Хочешь же», – озвучил телефон в бледной руке.

– Нет, – соврала я, кутаясь поплотнее.

Меня посетила идея побега, но обратно в здание в столь поздний час охрана точно не пустит. Гулять туда-сюда рискованно. Лучше не привлекать внимание. Краем глаза я заметила движение у кресла. Лука пересел на диван. Я испуганно поджала ноги, когда он их задел.

Пришлось тоже сесть. Лука же, словно ничего странного не происходит, печатал. От мысли, что он посреди ночи торчит со мной на террасе, когда у него есть девушка, я испытывала неловкость.

«Это речевой процессор», – озвучил телефон, когда Лука снял с уха пластиковую штуку.

Держа устройство в руке, он вновь набрал текст.

«Без него я глухой».

Он прилепил обратно к голове то, что назвал речевым процессором. Мобильник озвучил:

«А так слабослышащий».

– Эта штука магнитная? – вырвалось у меня против воли. – К чему она крепится?

Любопытство одолевало.

«В черепушке имплант».

Я сощурилась. Мобильник Луки озвучивал по одному сообщению, объясняющему, как штуковину устанавливали внутрь. Я и не знала, что Луке уже пытались установить имплант. В первый раз врач прокосячил, и Лука долго не решался на новую операцию на второе ухо в другой клинике. Это было еще до нашей личной встречи. Но раньше мы это не обсуждали. Он не рассказывал, а я не спрашивала. Было не до этого.

– Ты теперь киборг. – Я засмеялась от собственной шутки.

Он улыбнулся. Опять неловко. Я натянула плед повыше. «Чего Лука вдруг стал милым?» – крутилось недоверчиво в мозгу. Он опустил глаза на телефон.

«Давно тут ночуешь?»

– Первую ночь. Днем ты меня выбесил, вот и решила действовать вероломно. Поныла одному деду, что ночевать негде. Он сжалился. Хороший дядька. Если ты на него напишешь жалобу, то я буду тебе мстить, – сообщила я свои намерения.

Лука усмехнулся. Его мобильник озвучил набранный текст:

«Тут человека недавно убили, а охранник пускает в здание сомнительных девиц».

Я возмущенно закатила глаза. Возразить нечем. Он прав. Но все равно раздражал.

– Если пришел портить мне настроение, то до свидания. – Я завалилась на спину, делая вид, что собираюсь спать.

Молчание напрягало. Лука никуда не уходил. «Что ему нужно?» – Я лежала неподвижно из последних сил. Хотелось пнуть занявшего место на диване. Прошло минут десять, прежде чем раздался звук, постукивающих по экрану пальцев.

«Не хочешь с Милой поздороваться?»

Я села. Лука выглядел вполне серьезным.

– Она напугалась меня, – напомнила я его же слова.

«Мила всегда такая. Эмоциональная. У вас это семейное. Она бы хотела с тобой увидеться».

– Зовешь меня в гости? Сейчас? – спросила я с сомнением.

Лука опустил глаза, а потом вновь глянул на меня. Но было поздно. Я заметила, что он смутился.

«Завтра. Нора уже спит. Напугается, если с утра увидит в квартире чужого человека».

Я кивнула, так и не понимая, чего он хочет. «Решил помогать с Бертом или Мила что-то сказала Луке?» Одно я знала точно: Лука, Мила и Нора живут вместе, в квартире, расположенной под местом смерти Берта Миллера.

Пальцы изучали шершавую поверхность дивана, пока Лука на дальнем углу печатал. «Наверняка накидывает инструкцию, как организовать встречу с Милой», – подумала я, любуясь красивым профилем бывшего.

Осознание, что делать этого не стоит, вдавливало в диван, но я упорно держала расслабленное лицо, чтобы Лука не догадался о бурлящих в душе эмоциях. Стало вдруг ясно, что я скучала по нему и даже рада, что мы случайно пересеклись. «У него в жизни все хорошо. Отличная работа, красивая девушка, сестра, с которой он, судя по всему, в доверительных отношениях». Я улыбнулась. Бросая Луку в больнице, я и не сомневалась, что у него и без меня все замечательно сложится. И не ошиблась.

«Хорошо, что он не поехал тогда со мной», – говорил разум, а сердце предательски сжималось.

Глава 8. Швейцар

Стоя перед дверью, я бесконечно поправляла платье. Казалось, что после потопа вещи до сих пор воняют, хоть я и перестирала их несколько раз. Одежда подверглась тщательной очистке. Руки разъело от часового стирания в раковине.

Не хотелось представать перед младшей сестрой совсем уж неудачницей, коей я и являлась. Я не понимала, зачем Лука местом встречи обозначил их с Норой квартиру, а не рандомное кафе, коих в Нью-Йорке великое множество. Гораздо проще увидеться на нейтральной территории.

Я все не решалась постучать, хотя опаздывала уже на десять минут. Еще не поздно уйти. Сделать шаг назад не успела. Дверь вдруг распахнулась. В проходе возник светлый силуэт. Белоснежная футболка и штаны. Лука ткнул мне в нос телефоном. Я игнорировала экран, глядя вопросительно на бледное лицо.

«Что за синяки под глазами? Они всегда там были? А щеки впалые? Лука не спит или его голодом морят и заставляют работать без отпусков?» – летело в голове неодобрительно.

Он потряс мобильником, призывая прочитать написанное.

«Чего не стучала?» – гласил текст.

– Сам знаешь, – проворчала я.

Волновалась перед встречей с сестрой. А при ее сожителях расслабиться становилось еще сложнее. Удалось зайти в квартиру, но идиотские коленки по-прежнему дрожали. Кухня-гостиная походила на стильную пещеру. Металл, стекло, бетон. Мрачно для раннего утра, хоть света сквозь огромные окна в помещение и попадало достаточно.

Темно-серый бетонный остров делил комнату на две части. Ближе к входу – кухонная зона. Дальше минималистичная зона отдыха.

За спинкой дивана торчала голова. Девушка обернулась. Русые волосы. Изучающий взгляд. Пухлые щечки. Мила уронила глаза на телефон и, кажется, стала набирать сообщение. Такая взрослая. Я осознала, что стою неподвижно, только когда Лука подтолкнул меня в спину.

Я посмотрела на него уничижительно. «Зачем он организовал эту встречу? Миле все равно. Она с друзьями переписывается, развалившись на диване. Я только мешаю ей своим присутствием», – сомнения захватывали мозг.

Лука вновь пихнул меня. Я стукнула его в плечо. Пришло осознание неуместности моего появления. Теперь готова драться, чтобы убежать. Я обернулась на Милу, потом вновь посмотрела на Луку. Он спиной опирался на входную дверь и, видимо, не собирался ее открывать.

Я вырвала мобильник из бледной руки. Пару секунд пялилась на заблокированный экран. Потом ткнула телефоном в грудь Луки, чтобы он ввел пароль. Обсуждать страх общения с родственниками вслух нет возможности, ведь Мила услышит.

Он быстро что-то нажал и протянул телефон обратно мне. Я недоуменно пялилась на нашу старую переписку. Лука усугублял мое положение. Теперь к чувству вины за отсутствие в жизни сестры добавилась вина за то, как я сбежала из Чикаго. Он словно специально все время напоминал об этом. Однако прямо никаких претензий не выдвигал.

Мы молча щурились друг на друга. Я не выдержала первой. Опустила глаза на экран, решив не делать акцент на том, где набираю сообщение.

Эл: «Хочу уйти. Выпусти меня».

Я вернула телефон владельцу. Он хмыкнул, прочитав написанное. Длинные пальцы заскользили по экрану.

Лучок: «Передумала помогать своему призраку, потому что боишься с сестрой поговорить?»

Мы дергали телефон туда-сюда, вырывая его из рук, чтобы написать текст, и давали друг другу всего несколько секунд на прочтение.

Эл: «Как дух связан с сестрой?!»

Лучок: «Ты быстрее со всем разберешься, если будешь иметь возможность появляться в квартире, когда нужно. А попытки избежать встречи с Милой растянут твое расследование неизвестно насколько».

Эл: «Твои попытки меня сплавить побыстрее расследованию не помогают».

Лучок: «Ты по своей вине вляпалась в это дело, а теперь, когда я тебе предлагаю ускорить процесс, ты сопротивляешься. Мила могла бы тебя пускать в квартиру, пока мы с Норой работаем. Для этого тебе с Милой стоит поговорить».

Эл: «Предлагаешь, использовать сестру, с которой не общалась пять лет, как швейцара?»

Лучок: «Пожинаешь плоды своих действий».

Мы уставились друг на друга. Он выглядел раздраженным, а я злилась, что он припоминает мне косяки когда-то совершенные. Лука свел брови и вновь стал печатать.

Лучок: «Если бы ты хоть изредка ее навещала, то вы бы нормально общались. Миле много и не нужно от тебя».

Эл: «Я не могла ее навещать».

Лучок: «Сидела прикованная к батарее? Или память отшибло, и ты мой номер забыла?»

В душе кипел гнев. Я правда не могла навестить Милу. Нельзя было допустить, чтобы муж узнал, что сестра мне дорога. Это ничем хорошим бы не закончилось. Самой еле удалось вырваться.

Эл: «Что если сидела? Что тогда?!»

Тяжело дыша, я с размаху ударила Луку телефоном в грудь. Он забрал мобильник и, пока глядел в экран, хмурился все сильнее.

– Впервые вижу такую тихую ссору.

Мы с Лукой повернулись к говорившей. Мила потягивала зеленый смузи через трубочку.

– Мы не ссоримся, – соврала я бодрым голосом.

– Ага, – сказала сестра. – Просто так телефон ломаете.

Неловко. Как всегда, пришла к мелкой, а занимаюсь выяснением отношений с Лукой. Милу же это, похоже, особо не беспокоило. Она вновь растянулась на графитового цвета диване, попивая напиток и переписываясь с кем-то.

Я рассматривала затылок сестры. Светло-русые волосы. Внешне мы совершенно не похожи. Мила – милашка. Мягкие черты лица. Чем-то напоминает миссис Хейз. Идеально вписалась в семью. «Интересно, характер подобрел или она все такая же злюка?» Вид на сестру перегородил мобильник с текстом.

«Что значило твое «Сидела на цепи?»»

Я растянула губы в широченной улыбке и сообщила Луке, возникшему передо мной:

– Пошутила.

Он закатил глаза. Я отодвинула его в сторону и наконец двинулась вперед. Обходя громадный диван, я прикидывала, куда сесть: «Слишком близко, напугаю Милу, слишком далеко: неудобно будет разговаривать или покажусь недружелюбной». Я стояла перед диваном в раздумьях, когда тишину нарушила озвучка из телефона Луки.

«Уходишь от ответа. Значит, точно не шутила».

Мила глянула на него:

– О какой шутке речь?

– Ни о какой. Лука все не так понял, – пробурчала я, ища удобное положение на мягком сиденье в метре от семнадцатилетней сестры.

«Она же выше меня!» – Я пялилась на Милу в черной мешковатой одежде. Она пинала в бок Луку, севшего рядом и уставившегося на меня.

– Ну? – требовала она.

Мобильник Луки озвучил.

«Написала, что сидела на цепи».

– Я не писала такого, – вырвалось у меня возражение.

Светловолосые повернули головы на меня. Я поежилась.

– Что это значит? – поинтересовалась сестра.

Лука ждал.

– Давайте не будем обсуждать прошлое, ничего интересного со мной не происходило, – промямлила я.

– Ты просто так не появлялась? – Мила выгнула бровь.

Она дергала ногой, почти попадая по носу Луки. Он не обращал на это никакого внимания. У обоих на руках висели потрепанные розовые браслеты. Знак их дружбы.

– Зачем он здесь? – Обратившись к мелкой, я указала на Луку.

Для разговора с сестрой его компания не требовалась. Она усмехнулась, просверлив меня долгим взглядом, затем принялась печатать. На телефон Луки пришло уведомление. Он прочитал его, а потом обреченно вздохнул. Мобильник Милы пропищал. Звук такой, словно ей пришло СМС, а не уведомление в чате.

Я сощурилась:

– Ты с него только что деньги вытянула?

В подтверждение этой догадки двое переглянулись. Подозрительно.

– Нет, – ответила Мила.

Очевидно, ложь.