- -
- 100%
- +
© Мордас Д., 2023
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Зайчик
– Ешь скорее, остынет!
Антон черпнул каши и с завистью глянул на Олю. Та уже позавтракала и теперь хрустела печеньем так, что крошки летели через весь стол.
Осилив еще пару ложек, Антон перевел взгляд на окно. Там, среди морозных узоров на стекле, ясно различалась мохнатая лисья голова.
– Оль, гляди, лиса!
– Где? – Оля вскочила со стула и подбежала к окну.
– Да не на улице! Смотри: вот нос! Вот…
– Ну-ка доедай! – сказала мама, оторвавшись от журнала.
– Да, да… сейчас.
– Ничего не вижу, – протянула Оля.
– Доедай, совсем немного осталось!
Антон послушно набрал каши и с полным ртом кивнул на лису.
– И совсем не похоже!
Мальчик издал звук, который должен был означать: «Похоже!»
– Не-а.
– Похоже!
– Антон! – Мама отложила журнал и сердито смотрела то на Олю, то на Антона.
Чуть позже, расправившись с кашей, он снова попытался отыскать лису, но та пропала, ушла. Теперь на стекле остались лишь узоры, похожие на вытянутые листья крапивы.
– А у меня на окне сова! – сказала Оля.
– Опять ты со своей совой! – Отец вошел на кухню и стал выдвигать ящики шкафа. – Милая, ты ключи от машины не видела?
– Правда-правда! Сова! Ты же вчера мне верил!
– Я их в корзину положила, возле телефона. Потеряешь ведь…
– Спасибо! И не было там никакой совы.
– Была. Глазюки – во! – Оля изобразила пальцами нечто размером с яблоко. – И светятся!
– Ну даже если и вправду сова. Чего она тебе сделает?
– Не знаю.
Оля надула губы, ушла, топоча по ступенькам, и включила на видике «Русалочку» на всю громкость.
С тех пор как ей впервые привиделась сова, она спала только с родителями, и ни хитростью, ни уговорами не удавалось заставить ее лечь в новой комнате. Антон тоже плохо спал. Ворочался, непривычный к огромному деревянному дому, к его скрипам, и все думал о том, что скоро нужно будет идти в школу. Он ни разу еще не бывал новеньким, но подозревал, что ничего хорошего его не ждет. Особенно если принять во внимание его очки с толстенными стеклами.
А прошлой ночью случилась странная вещь. Он услышал музыку. Где-то далеко, на самой границе восприятия, звучала флейта.
Антон поднялся с кровати и выглянул в окно. Под ярким светом луны хорошо видна была черная опушка леса и белое, укрытое снегом поле, отделявшее от нее дом.
Там, в поле, кто-то танцевал.
Темные, едва различимые фигуры прыгали, катались в снегу, ползали на четвереньках.
Антону вспомнились истории о волках, играющих под луной. Но это были не волки. Они вставали на ноги, они брались за руки и кружились, вздымая снежные вихри, исчезали и появлялись вновь. Вдруг музыка стихла. Фигуры замерли и (Антон был в этом уверен) уставились на него.
Задернув шторы, он бросился в кровать, всю ночь потом ему чудилась какая-то возня под окном, слышалось хлопанье огромных крыльев и скрежет по подоконнику. Вот почему тем утром он не смеялся, как раньше, над Олей и этой ее «совой».
Он допил чай и хотел уже подняться в зал, к сестре. Смотреть «Русалочку», раз уж Оля первой добралась до видика, но в дверь позвонили.
Мама пошла открывать, а Антон выглянул в коридор. Он думал, что, может быть, это отец опять что-то забыл, но на пороге стояли двое милиционеров. Антон спрятался и, как ни вслушивался, не мог разобрать, о чем они говорят.
– Тоша! – позвала мама, и ему пришлось выйти в коридор. – Ты видел этого мальчика?
Милиционер протянул фотографию. На ней был запечатлен рыжий паренек лет восьми, на фоне ковра. На руках он держал полосатую кошку и широко улыбался.
– Нет!
– Ясно, – вздохнул милиционер и дал маме какую-то бумажку. – Если что – звоните.
– А что им нужно было? – спросил Антон, когда милиционеры ушли.
– Да мальчика искали. Говорят, в лесу заблудился.
Смотреть мультики Антону больше не хотелось; посидев немного в своей комнате, он надел куртку.
– Я пойду погуляю! – крикнул он.
– Только к лесу не подходи!
Антон обогнул пару раз дом, побросал снежки в забор, затем отпер скрипящую калитку на заднем дворе и вышел в поле, похожее на укутанное в снег озеро с застывшими белыми волнами.
Следов в поле не виднелось, так что те фигуры не могли быть не чем иным, как сном. Он прошел половину пути до леса и встал, по колено в снегу, примерно там, где видел вчера эти странные танцы.
Было тихо, и только ветер гонял по полю ледяную пыль. Щурясь от солнца, Антон заметил неподалеку что-то темное. Он подобрался ближе и увидел вязаную варежку.
– Во-ва! – донеслось из леса.
– Во-о-о-о-о-о – ва-а-а-а-а-а-а-а! – словно сами деревья звали кого-то.
Крик прокатился по полю и рассеялся вдали.
– Во-ва! – подхватил кто-то уже ближе.
Антон развернулся и побежал домой, набирая полные ботинки снега.
Вскоре настал день, которого Антон боялся больше всего. Школа. Он уже бывал там, когда они только переехали и мама водила его записываться, и позже, когда ему выдали учебники. Тогда были каникулы. Коридоры пустовали, и двухэтажное окруженное тополями здание казалось очень даже уютным. Но теперь, глядя на толпящихся у входа старшеклассников, Антон думал иначе.
Возле расписания висел черно-белый листок, распечатанный на принтере:
Его звали Вова Матюхин. Четвертый класс.
На зернистом отпечатке Вова был мертвецом с черными глазами и ртом.
Антон нашел нужный кабинет и принялся ждать. Дети потихоньку собирались, затем, когда двери открылись, шумно повалили внутрь. Среди всех выделялся рыжий толстяк с прыщавым красным лицом, до странности напоминавшим гранат. Когда какой-то паренек чуть замешкался в проходе, рыжий толкнул его:
– Давай топай, тормоз!
Антон дождался, когда все рассядутся по местам, набрал полную грудь воздуха, чтобы успокоить колотящееся сердце, и подошел к учительнице. Она оторвалась от журнала и посмотрела на него поверх очков:
– Новенький, что ли? Фамилия как?
– П-петров!
– Как-как? Громче говори!
– Петров!
Голос у него дрожал, но он ничего не мог с этим поделать.
– Точно не ошибся? – Учительница уткнулась носом в журнал. – В списках такого нет.
Теперь она всматривалась Антону в лицо, точно старалась уличить в обмане.
Антон опустил глаза и выдавил:
– Мне сказали, 204-й кабинет. Лилия Павловна. Пятый «Б».
– Странно, – сказала учительница. – Ладно, подожди. Я сейчас.
Оставшись один у доски, он чувствовал на себе внимание всего класса. Кто-то что-то шепнул, и по комнате прокатился тихий смешок.
– Доску вытри! – послышался голос.
И снова смех.
Антону не понадобилось поднимать глаза, чтобы понять, кто это.
– Ты че, не только слепой? Глухой еще? Доску вытри, говорю!
Антон залился краской и не знал, куда деваться. Наконец вернулась учительница:
– Куда же тебя посадить? Сядь-ка пока в конце с Семеном.
– Еще чего, – хмыкнул толстяк и поставил рюкзак на соседний стул, а Антону пришлось сесть еще дальше, за самую последнюю парту. Рядом с ним из-под стола торчали рулоны с какими-то плакатами.
– Вот и хорошо, – сказала учительница. – Начнем урок. Тема: традиции русской и мировой литературы в рассказе Паустовского «Кот-ворюга».
Толстяк обернулся и поглядел на новенького. Взгляд его не сулил ничего хорошего.
Уже на четвертом уроке в тетради Антона обнаружился растекавшийся амебой желтоватый плевок.
После занятий он специально задержался подольше, чтобы не идти домой вместе со всеми. Он поставил рюкзак в коридоре на подоконник и перебирал учебники.
– Привет! – сказал кто-то над самым ухом.
Антон обернулся и увидел девочку в зеленом свитере с вышитым на нем жирафом. На уроках она сидела за второй партой, и несколько раз он ловил на себе ее взгляд.
– Привет! – Антон залился краской.
– Врезал бы ты ему.
– Кому?
– Семену.
Антон не ответил и принялся складывать учебники в рюкзак.
– А ты за рекой живешь? В том деревянном доме?
– Ну да.
– Там, наверное, очень страшно… Да еще через лес приходится ходить. Я бы не смогла.
– Да нет, все нормально. А что такого с лесом?
Девочка замялась, а потом, улыбнувшись, ответила:
– Ничего. А меня, кстати, Полиной зовут.
Следующая неделя стала для Антона настоящим кошмаром.
«Ой, извини!» – говорил Семен, толкая его на лестнице, да так, что и шею недолго было сломать, или: «Я случайно!» – опрокидывая на него стакан с компотом в столовой.
И так каждый день.
Антон ни на секунду не смел расслабиться из-за потока «случайностей». И с ужасом понимал, что это лишь начало и что дальше будет только хуже, если он ничего не предпримет. Но сделать ничего не мог. Он ходил по школе, опустив глаза в пол, и считал минуты до конца уроков. Лишь иногда, поймав на себе взгляд Полины, задыхался от стыда и готов был врезать обидчику, но ничего, как назло, не происходило. Потом запал иссякал, и все продолжалось по-старому.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.