- -
- 100%
- +
Глава 3. Занятие
Внезапно у Ионы появилось свободное время, которое нужно было чем-то занять. Немного подумав, девушка направилась к маро. Когда она подошла к нему, то села на его лежанку, лицом к центру зала, чтобы не смущать молодого человека своим вниманием. Это не помогло – напряжение ощущалось даже больше.
– Рэн, вы – мой маро, но вы также служили моему отцу… – начала говорить она.
– Нет! – резко прервал её маро.
Принцесса с недоумением посмотрела на собеседника – столько эмоций было в его голосе.
– Никто из нас никогда не служил Вашему отцу, – уже более спокойно добавил он.
– Что вы имеете в виду?
– Маро и мар служат лишь Вам.
– Но как же маро моего отца? Я знаю, что Марк и Средний помогли мне сбежать, но неужели и остальные знали об этом?
– Знали. И я… Сказать подобное было бы дерзостью, простите.
– Если вы не скажете, то я не узнаю, что вы хотели мне сказать, и не узнаю, действительно ли это дерзко.
– Верховная…
– Я не хочу, чтобы у нас с вами были недомолвки подобного толка, поэтому прошу вас: говорите.
– Слушаюсь. Я хотел сказать, что мне кажется, что вы и так должны это знать. Вы живёте в этом храме много лет, и жрицы должны были Вам рассказать, что такое маро.
– Кто. Кто такие маро, – мягко поправила его Иона. – И мне этого не рассказывали. В этом храме любят хранить секреты. Верховная должна сама познавать окружающий мир, поэтому большая часть моих знаний рождена самостоятельным поиском сведений и разговорами с другими людьми. По крайней мере, так было первые пять-шесть лет, пока я не набралась опыта. Потом жрицы, наконец-то начали приоткрывать завесу тайны. Всё, что я знаю о маро, я прочитала в книгах. Мои учителя мне ничего не говорили. Но насколько бы ни была хороша книга, слова того, кто является маро, будут давать намного больше. Я буду рада послушать вас.
– Я расскажу то, что нам говорят в И-Мар. Маро служат лишь Верховной. Маро так же, как и Вы, являются служителями Диру. Нашей задачей всегда была защита Верховной и помощь жрицам.
– Но почему же вдруг у императора всегда есть маро?
– Это помогало защищать Верховную.
– Но ведь я первая Верховная за последние сто, а может, и двести лет!
– Вы не первая. К сожалению, Волки намного лучше умеют искать, чем мы. Они добирались до них первыми. Но и рождалось Верховных достаточно мало. Мы знаем о двух до Вас. Тогда мы ещё не знали, что императорская семья убивает детей, чтобы сохранить свою власть. А потом был создан «Дир-ан дарат». Там был создан ритуал, позволяющий подавлять способности Верховной, а также придуман способ уменьшать вероятность её рождения.
– Но как? Разве подобное возможно?
– Оказалось, что возможно.
– Но в чём заключается ритуал?
– За все годы мы так и не смогли получить доступа к сведениям о нём.
– Вы для этого охраняете отца?
– Не только для этого. Нам не нравится политика императора, но если его не станет, то начнётся смута, которая лишь усугубит то, с чем Вам и так предстоит бороться. Иначе мы бы давно избавились от него. Пусть это и противоречит нашему кодексу. Мы – защитники Света Диру, а не убийцы, как многие считают. Мы убиваем только нападающих или тех, кто угрожает Вашей безопасности.
– Я чувствую, что вы что-то недоговариваете, – отметила Иона, когда он замолчал, – а возможно, даже лжёте, но не понимаю, о чём.
– Я… Вы правы, но я не могу… – молодой человек не нашёлся, что сказать.
– Я понимаю, не беспокойтесь, рассказывайте то, что можете, большего я не прошу. Есть ли у вас хоть какие-то догадки о том, что это за ритуал? Вы сказали, что гибель отца принесёт лишь больше бед. Есть ли возможность того, что оно приведёт лишь к усилению ритуала?
– Мы подозреваем, что да.
– Тогда я понимаю. Можете не говорить дальше, я понимаю.
– Спасибо.
– Когда на вас наложили священную клятву?
– Давно.
– Кому вы можете рассказывать?
– Только Лиаму.
– Кто такой Лиам?
– Средний.
– Я не знала его имени, – пробормотала Иона. – Нужно будет поработать над вашей клятвой. Лиам может её снять?
– Нет, – покачал головой Рэн.
– Кто может?
– Я не…
Маро внезапно замер, осознав, что он не помнит этого. Единственное, в чём он был уверен, так это в том, что Лиам не может снять с него клятву.
– Что случилось? У вас что-то болит? – озабоченно спросила Лея.
– Со мной всё в порядке, прошу прощения. Я просто понял, что не могу вспомнить ответа на Ваш вопрос.
Рэн покаянно склонил голову.
– Вы не виноваты в действии своей клятвы, поэтому вам ни к чему чувствовать себя ответственным.
Молодой человек выполнил приказ и встретился со взглядом девушки.
С тех пор, как он увидел принцессу, он впервые заглянул ей в глаза. Их чистый зелёный цвет завораживал. Он знал, что его собственные должны были стать отражением очей Верховной. Они меняли цвет с карего на зелёный, когда он был рядом с ней и когда использовал свой дар.
Принцесса снова отвернулась и начала разглядывать камень-заглушитель напротив.
– Раньше у меня не было возможности разглядеть вас, а у вас, оказывается, красивые карие глаза. Они словно янтарь.
– Что? – шокировано спросил Рэн.
– Вам никто не говорил этого раньше? У вас красивые глаза.
– Вы сказали, что они карие, Верховная.
Принцесса вновь обернулась и посмотрела на него более пристально.
Сегодняшний день определённо был испытанием для маро.
– Да, они карие.
– Они… Они должны быть зелёными.
– У вас обычно зелёные глаза?
– Нет, карие, но рядом с Вами они должны быть зелёными.
– Почему? – девушка наклонила голову к левому плечу.
– Я не знаю, госпожа. Так было всегда.
– Но сейчас они у вас карие.
– Они зелёные, Верховная, – раздался бесплотный голос.
Иона вздрогнула от неожиданности.
– Карими его глаза кажутся только Вам.
– Но почему?
– Зелёными их делает сила Диру, но Ваш взгляд проникает сквозь неё, поэтому Вы видите их истинный цвет. Если Вы приглушите свою силу, то тоже увидите зелень в глазах Вашего маро.
– Правда? Тогда я постараюсь, – сказала девушка с энтузиазмом.
В это время в зале раздался ещё один голос.
– Хватит смущать юношу, Лея, – посмеиваясь, сказал Карт. – Лучше приступай к занятиям. Мы с Лемом принесли сюда лежанку не для того, чтобы ты издевалась над больным.
– Карт! – осуждающе воскликнула Иона.
– Всё-всё, больше не буду тебя дразнить, милая, но к занятиям тебе и правда пора приступать.
– Я жду Лема с Ивоной и Кариком.
– Так вот в чём дело! А я-то гадал, отчего ты со своим маро шушукаешься.
– Карт, прошу вас, будьте осторожнее в своих словах. Кто-нибудь может не так истолковать ваши слова, и это может нанести вред Верховной, – холодно и почти не хрипя произнёс Рэн.
– Каким образом? – недоумённо спросила Иона. – Разве есть что-либо предосудительное в общении Верховной и маро? В конце-то концов, маро и мар всё время со мной. Тем более, что большая часть людей даже не знает о вашем существовании.
Карт внимательно посмотрел на молодого человека. Он, как и Лем, заметил, что поведение воина сильно изменилось с тех пор, как он прибыл в храм. Чтец догадывался, чем это вызвано. Вздохнув, он сказал:
– Ты права, Лея, но и он прав. Люди не смогут спокойно воспринять твои отношения с кем-либо.
– Возможно, но это меня не волнует. Моя задача – выполнять свой долг, а не соответствовать представлениям других людей о том, какой должна быть Верховная. Если я постараюсь быть похожей на образ Верховной, существующий в головах людей, у меня это всё равно не получится, так как у каждого человека он разный.
– Я понимаю, но мне бы хотелось, чтобы ты была готова к тому, что тебя будут осуждать.
– Моя задача – быть Верховной, а не казаться ею.
В голосе Ионы звучала спокойная уверенность.
– Мне кажется, что «Железной лее» нужно другое, – грустно отметил Карт.
– Именно поэтому я и попросила вызвать анара Рабдена в храм. Рэн, Лата и Ивона ему доверяют, поэтому я надеюсь, что он достаточно разумный человек, и я смогу убедить его в том, что мне следует идти своей дорогой.
– Я тоже надеюсь на это, милая, я тоже. Иначе нам будет сложно. Поддержка «Леи» нам бы пригодилась.
– Ты же не знаешь, что я собираюсь делать, – отметила девушка.
– Не знаю, но догадываюсь. И что бы ты ни задумала, поддержка никогда не бывает лишней.
Раздались громкие шаги – Лем вернулся с Ивоной и Кариком.
– Лея, прости, что задержал! Ивона уже собиралась идти спать, но я её поймал на полпути.
Иона рассмеялась, и колокольчики зазвенели в воздухе, успокаивая и обнадёживая всякого, кто их слышал. Племянница Рабдена с удивлением поняла, что больше не чувствует себя вымотанной.
– Мог бы и дать нар Ивоне отдохнуть, Лем, зачем мучить её? – сказала Верховная, отсмеявшись.
– Твои занятия – лучшее средство для снятия усталости.
– Будем надеяться, – не стала спорить она.
Иона встала с лежанки Рэна, осмотрелась и махнула рукой – из стены появились скамейки.
– Садитесь, а я начну.
Все присутствующие беспрекословно послушались.
Принцесса снова вышла на середину зала, закрыла глаза, сосредоточилась и запела. От неё вновь пошла волна чистого света, очищая пространство и наполняя его жизнью. Наконец сила дошла и до наблюдавших.
Лем был прав – Ивоне действительно стало легче. Казалось, все тревоги, вся усталость ушли, оставив лишь спокойствие и тепло. Так хорошо она не чувствовала себя с тех самых пор, как покинула университет. Почему-то она ощутила уверенность в завтрашнем дне и в том, что всё будет хорошо. Даже наедине со своими мыслями она больше не чувствовала тревоги и безнадёжности. Сама не замечая этого, девушка мягко улыбнулась и продолжала это делать даже когда волна ушла.
Карик, желавший посмотреть на то, как занимается Верховная, скорее, чтобы успокоиться и занять себя хоть чем-нибудь, не ожидал ничего необычного. Но, посмотрев на принцессу, понял, что вне зависимости от того, что случится дальше, он приложит все силы, чтобы помочь Лее.
Когда-то давным-давно, когда он был ещё мальчиком, он чувствовал эту силы и это участие.
Ему было не больше пяти лет, когда он серьёзно заболел, а в поместье не было никого, кроме старенькой нянюшки, которая уже давно плохо слышала, да и видела с трудом. Никто не заметил, что Калину плохо, пока ему не стало совсем худо. Простая простуда, которую можно было легко вылечить, переросла в воспаление лёгких, и врач опасался, что мальчик не доживёт до утра, но ночью, когда все уже спали, в комнате Карика появилась девочка. Или девушка. Или женщина. В бреду он так и не смог понять, как она выглядела.
До сих пор он верил, что выжил только благодаря полночному визитёру. И единственное, что он помнил о гостье, – это чувство спокойствия, заботы и любви, что ощутил тогда.
Сейчас, когда он увидел перед собой Верховную, то понял, что это была она. Или хотел верить в это. Именно она заставила почувствовать, что кто-то беспокоится о нём, хочет, чтобы он жил дальше. Возможно, в первый и последний раз в его жизни он знал, что его действительно любят. Пусть сам он и любил сестру и родителей, он также знал, что для Алиан он скорее ученик, чем любимый младший брат, а для родителей – лишь бледная копия талантливой дочери. Да, он наследовал титул и поместье, но родители не стеснялись говорить о том, что предпочли бы, чтобы Аран была наследницей. А рядом с принцессой он чувствовал, что он существует. Что он есть, что он не чьё-то продолжение.
Когда ритуал закончился, он принял решение, что пойдёт в Рануа, а пока будет совершенствоваться, чтобы быть полезным Верховной.
Лем, уже привыкший наблюдать за своей подругой, с радостью и страхом ощутил, как выросла её сила, но через несколько секунд страх был забыт.
Единственным, на чьи чувства не подействовала сила Ионы, был Карт. Он испытывал гордость отца, смотрящего на свою талантливую дочь, и грусть от того, что вскоре ей придётся уходить в опасное путешествие, а он мог лишь просто быть рядом.
Мужчина вздохнул и осмотрелся, стараясь отвлечься от мыслей.
Взгляд его остановился на Рэне – глаза маро светились яркой зеленью, повторяя цвет глаз Леи.
Мужчина тут же посмотрел на Лема, но у ученика Харима был его обычный карий цвет глаз, лишь с небольшим намёком на зелень, в то время как у Рэна они почти что излучали свет.
Карт моргнул, и свет пропал вместе с окончанием ритуала. Чтец решил, что нужно будет как-нибудь спросить у маро про это явление, и, тяжело оттолкнувшись от стены, пошёл к выходу.
В это раз ни один из камней-глушителей не сломался, поэтому Иона могла продолжать.
После первой песни ей было необходимо привязать пространство к себе, чтобы дальнейшие действия не повлияли на людей, присутствовавших в зале. Жрицы говорили, что она должна делать это, оставаясь на месте, но пока ей было сложно делать это без движений, поэтому, не желая рисковать, Лея повернулась на пятке, одновременно разведя руки, словно охватывая всё вокруг, и, совершив полный оборот, слегка топнула второй ногой, опустив руки. Верховная повторила это движение несколько раз – кратно количеству людей и душ в зале.
Один поворот – и Лем ощутил, как его обволакивает столь привычная ему теплота; второй – и глаза Рэна снова загорелись зеленью; третий – и Ивона почувствовала лучи летнего солнца; четвёртый – и Карику показалось, что он сидит под одеялом и пьёт горячий отвар вместе с Табом; пятый, шестой, седьмой, восьмой, девятый, десятый – и защита укрыла жриц, наблюдавших за своей воспитанницей.
Иона вращалась с закрытыми глазами и потому не видела выражения лиц служительниц Диру.
Женщины довольно улыбались – для них не было зрелища радостнее, чем Верховная, идущая своей дорогой и выбирающая безопасность людей, а не мнение учителей.
Принцесса многому научилась за время пребывания в храме, но самым главным было умение принимать самостоятельные решения, соответствующие её убеждениям.
Наконец все люди в зале оказались защищены, и пора было приступать к настоящему занятию.
Сегодня Ионе предстояло пропеть множество песен.
***
Карт в это время направлялся в библиотеку в надежде найти там Лату. Он много раз хотел поговорить с ней, но все три дня, что они были здесь, женщина не отходила от своей принцессы, поэтому сейчас, когда девушка отослала мар, это был его единственный шанс.
Лата действительно оказалась в библиотеке. Она изучала карты выходов с помощью А́нри.
– Рада Лата, – окликнул её мужчина.
– Верховная нуждается во мне? – сразу же приготовилась бежать мар.
Карт покачал головой, и женщина расслабилась.
– Вы хотите о чём-то поговорить со мной?
– Я бы хотел обсудить с вами несколько вещей, – сказал Карт и замолчал.
– Я вас слушаю.
– Давайте лучше присядем, – пробормотал Карт и сел за один из столов.
Женщина села напротив него.
– Так о чём вы хотели поговорить?
– Первое… Первое, что я хотел спросить… – мужчина замялся.
– Про меня и вашего брата?
Чтец удивлённо посмотрел на неё:
– На самом деле нет. Пусть меня это и интересует, но это ваше лично дело, поэтому я не считаю себя вправе вмешиваться.
– Понимаю. Но я всё же отвечу на незаданный вопрос – мы действительно женаты.
– Как?.. – не удержался от вопроса он. – Разве мар и маро могу вступать в брак?
– Да.
– Но как это сочетается с вашим положением в качестве хранителя Леи?
– Я верю в свою принцессу.
Мужчина нахмурился, не понимая, при чём тут это.
– Вы говорите загадками.
– Я верю, что она не прикажет мне убить мужа.
Лата сказала это так спокойно, что чтец еле подавил дрожь.
– Кажется, я понимаю о чём вы… – проговорил мужчина с опаской.
– Я рада. Так что вы хотите узнать? – так, будто только что не сообщила Карту, что убьёт его кузена, если Лея прикажет ей.
– Я хотел узнать у вас, кто такой это Рабден и можно ли ему доверять.
Лата понимающе посмотрела на мужчину:
– Ему можно доверять. Он всю жизнь посвятил тому, чтобы найти Верховную, и не причинит ей вреда.
– А вы уверены, что его одержимость не опасна?
– Не должна быть опасна. Он – разумный человек и умеет держать себя в руках.
– Надеюсь на это, – с сомнением сказал Карт. – Знаете ли вы, почему он так хочет её найти?
– Нет. Он не делился этим со мной, и не думаю, что делился хоть с кем-либо. Рабден не склонен к откровенности.
– Ясно…
– Это всё, о чём вы хотели узнать?
– Нет, не всё. Лея… Она мне словно дочка, и я не хочу её терять, но понимаю, что её путь важнее, поэтому я хотел попросить вас – будьте с ней. Я ещё не стар и являюсь хорошим чтецом, но я – простой человек. Понимаю, что вы и так будете с ней, но вы будете защищать Верховную, а не Лею. Прошу вас, защищайте Верховную, но будьте с Леей. Не забывайте, что она не только жрица, но и живой человек, которому нужно чувствовать тепло. Хорошо?
Лата кивнула в знак согласия.
– Спасибо. Это всё, что я хотел попросить. Знаю, что до того, как мы двинемся в путь, пройдёт не меньше нескольких недель, но решил, что лучше поговорить сейчас.
Мужчина тяжело вздохнул:
– Ох, с каждым днём я чувствую, что старею.
– Вы ещё молоды для чтеца.
– Не скажите. Долгожительство магов Потока сильно преувеличивают. Большинство живёт дольше разве что на тридцать-сорок лет, а боевые чтецы, вроде меня, часто погибают, не дожив и до пятидесяти или даже сорока. Мне повезло, что, когда я закончил учиться, не было ни одного большого конфликта, где мне бы пришлось защищать Нандиру. Можно сказать, что я скорее исключение из правил.
– Я никогда не задумывалась об этом и была уверена, что Поток продлевает жизнь намного больше.
– Честно говоря, у вас гораздо больше вероятности дожить до сотни, нежели у меня. Вам сейчас, должно быть, не больше сорока пяти, как я понимаю?
Женщина ничего не ответила.
– Поэтому вы гораздо больше подходите на роль человека, который защитит мою девочку. Потоком она владеет и сама, а вот способностью причинить вред не обладает. Я боюсь, что, если будет стоять выбор между её жизнью и чьей-либо ещё, она выберет отнюдь не себя. Сделайте этот выбор за неё.
– Я… Не могу вам этого обещать. Это не в моей власти.
Карт ещё раз тяжело вздохнул, но ничего не стал говорить, понимая, что он может только попросить и не имеет право требовать.
– И всё равно спасибо, что выслушали меня.
Мар с чтецом немного посидели в тишине.
– Вы уже нашли тот путь, который лучше всего подойдёт для того, чтобы переправить Рабдена? Или вам нужна помощь?
– Я уже нашла всё, что было нужно, – местный библиотекарь помог мне с этим.
– А́нри всегда знает, что и где лежит, так что неудивительно, что вы так быстро нашли то, что искали.
Лата кивнула, соглашаясь с собеседником.
– Верховная ещё занимается?
– Она будет в зале со жрицами до самого обеда, так что вы найдёте её в зале.
– Спасибо, – сказала мар и замерла, будто чего-то ожидая.
Карт, не понимая, что случилось, спросил:
– Мне уйти?
Мар удивлённо посмотрела на него.
– Я решил, что вы ждёте, когда я уйду.
– Извините, это привычка.
В этот раз уже Карт пришёл в недоумение.
– Привычка ждать приказа, – пояснила она.
– Но разве вам может приказывать кто-либо кроме Леи?
– Вы – приёмный отец моей госпожи, и мне этого достаточно.
– Понимаю. Но вам нет нужды ждать приказа от меня.
– Именно поэтому это всего лишь глупая привычка, – улыбнулась женщина.
Именно в этот момент Карт осознал, что не знает, как общаться с Латой. Он её не понимал и недостаточно хорошо знал, чтобы разговор тёк без каких-либо затруднений, как со знакомым или другом, и в то же время не мог понять, как к ней обращаться, если считать её малознакомой женщиной. С одной стороны, она была из простого люда, но при этом была ещё и женой кузена; была младше него, но обладала теми знаниями, которые он вряд ли сможет когда-нибудь получить. Он хотел бы общаться с ней как с равной, но она ждала приказов от него, и при этом Карт даже не мог притвориться простым мужиком, как часто это делал, чтобы избежать неловкости, так как она знала, что он – Калеб Ангерран. Когда кто-то из них что-либо говорил, то другой либо понимал превратно либо не мог даже предположить, что человек имеет в виду. К тому же, мар Марта сама ещё не знала, кто она ему.
За десять лет, что она искала принцессу, Лата научилась жить как обычный человек, более того – это ей понравилось. Она влюбилась, полюбила, вышла замуж, нашла друзей, и пусть ей приходилось скрываться, жизнь её была спокойной, хоть и наполненной поисками.
Мириан оказался прекрасным другом и мужем, который понимал, а главное, принимал её. Они оба старались измениться друг для друга, но не пытались изменить друг друга. Лата никогда не чувствовала себя так умиротворённо до этого. Поэтому тот факт, что она нашла свою Верховную, делал её одновременно счастливой и несчастной, и эта странная двойственность заставляла женщину чувствовать смятение. Марта понимала, что насколько бы она ни была счастлива в браке и обычной жизни, в первую очередь она мар и без этого не сможет жить. Или, возможно, просто не умеет.
Распрощавшись с Картом, она побежала к принцессе. Верховная не нуждалась в ней во время занятий, но мар не знала, чем ей ещё занять себя. Без Мириана, без заданий «Железной леи» она чувствовала себя потерянной. Она, посвятившая всю свою жизнь сначала охране принцессы, а затем её поиску, не знала, что с собой делать сейчас, когда цель последних десяти лет была достигнута.
Пока Лата шла по коридору в сторону зала, её продолжали мучить мысли о том, что в её жизни внезапно образовалась пустота.
Когда женщина достигла комнаты для занятий, то осознала, что забыла приготовить доклад Рабдену, и это заставило её замереть прямо перед входом в Пещеру песнопений. На самом деле необходимости в докладе не было, но принцесса хотела, чтобы Рабден пришёл в храм, не догадываясь, что она найдена, поэтому всё же придётся написать его.
Немного подумав, мар решила, что ничего страшного из-за того, что она ненадолго заглянет к принцессе, не будет, и вошла в зал.
Картина, представшая перед женщиной, поразила её. Никто из мар и маро вот уже более ста, а может и двухсот лет не видел того, как поёт Верховная.
Иона была самим Светом, самой сутью этого мира. В этом момент Лата поняла, что принцесса сдерживалась, когда лечила Рэна. Возможно, и сейчас она не давала своей силе свободно течь.
Свет притягивал мар, и, ничего не замечая вокруг себя, она начала идти к Лее.
– Не надо, – преградили путь жрицы.
– Что? – очнувшись, спросила женщина, всё ещё пристально глядя на девушку.
– Сила Верховной не может навредить обычным людям, но вам – может.
– О чём это вы?
– Вы нечувствительны к Потоку, но намного более чувствительны к силе жриц.
– Но Рэн сидит в зале и с ним всё в порядке.
– Вы сами знаете, что маро принцессы проходит специальное обучение, к тому же он под защитой – Верховная наложила на него охранную песнь, как и на всех, кто находится в зале. Вас в тот момент здесь не было, поэтому вам придётся подождать окончания песни отчуждения, прежде чем зайти.
– Но что может со мной случиться?
– Мы не знаем, но будет лучше, если вы не будете проверять.
– Сколько будет длиться песнь?
– Ещё полчаса.
– Тогда я вернусь через полчаса.
– Мы сообщим Верховной, что вы придёте.
Лата кивнула и быстро пошла в сторону своей комнаты – за полчаса она как раз успеет подготовить доклад, а возможно, и историю, которую расскажет Рабдену.
Через пару минут женщина уже была за своим столом, готовясь писать доклад, а затем и свою речь.
Мар не было нужды записывать хоть что-либо – прекрасная память не давала возможности забыть даже мельчайшие детали, но ей нравился сам процесс. Он позволял организовать мысли и взглянуть на то, что нужно будет сказать, под другим углом.
Бумага, перо и чернила – всё было готово к работе.
Лата глубоко вздохнула и принялась за неё.
Глава 4. Собрание
Прошла неделя, а Иона так и не успела подготовиться к разговору в зале собраний. Она не знала, что сказать и как рассказать всем собравшимся о том, что им предстояло сделать. Точнее, что предстояло сделать ей с Ивоной и Шии.
Шии находился в спячке в зимнем лесу и почти не выходил из него, поэтому посоветоваться с ним она не могла, а возможно, и не хотела. Из человека, который не знал, как быть самостоятельным, Лея превратилась в человека, который не может заставить себя полагаться на других.
Принцесса вышла на балкончик и посмотрела на открывающийся вид.