Железная лея. Дорога в Кирт
- -
- 100%
- +
– Пока ещё не время, Тара, – девушка вздрогнула, услышав своё имя. – Чуть позже вам всё расскажут.
В этот день для Ионы всё было впервые. Она впервые выехала из дворца, впервые уехала из города, впервые увидела лес, впервые ощутила капельку свободы, и впервые её назвали сокращением её второго имени. И, возможно, последнее было для неё наиболее шокирующим. После того, как Атар назвал её по имени, она старалась остаться спокойной, но у неё это не получилось, ведь одно дело попросить о чём-то, а другое – услышать исполнение просьбы. Здесь было всё: удивление, испуг, надежда, новизна, признательность, неприятие, в какой-то мере и гнев, который она ощущала скорее по привычке. До сегодняшнего дня наибольшая близость (или дерзость) проявлялась в словах «принцесса Иона» или «госпожа», но никто даже не смел произнести «Тара». Элитар было её личным именем, которое не использовалось в обиходе, и потому сокращение от него, было более фамильярным, нежели от других частей её имени. Именно поэтому это было для неё двойным потрясением. Девушка чувствовала себя глупо, ведь она сама попросила называть её так, но ничего не могла с собой поделать.
– Ещё совсем немного и мы спешимся. Потерпи пожалуйста, – сказал юноша, переходя на «ты».
Это вновь привело принцессу в замешательство. Она никогда не слышала, как общаются между собой близкие друг другу люди.
– Хорошо.
– И не бойся говорить со мной, иначе дальнейшее наше путешествие будет сильно осложнено, – говорил гонец с трудом. Было видно, что разговаривать с Верховной на «ты» для него сложно.
– Хорошо. Я постараюсь.
Как и обещал Атар, через несколько минут они сделали привал. Спешиться сама она была не в состоянии, и потому молодому человеку пришлось помочь ей. Ноги и спина Ионы сильно болели, но так как воспитание не позволяло ей хромать и показывать, что она испытывает на самом деле, она лишь пару раз сморщилась от боли и как ни в чём не бывало села на землю. Сидение доставляло ей ещё больше страданий, и, поняв, что иначе она закричит на весь лес, девушка легла на траву, не сообразив, что земля сейчас холодная и сначала нужно было постелить что-нибудь для защиты от сырости и влаги. Увидев, что принцесса ещё раз поморщилась, Атар сказал:
– Прости, что не заметил сразу – это ведь твой первый опыт езды на лошади? – с этими словами он подошёл к ней и провёл над ней рукой.
– Что вы делаете?! – воскликнула она, переходя от испуга обратно на «вы».
– Я? – голос у юноши был не менее удивлённый, нежели у девушки. – Я лечу тебя артефактом. И не забывай, ты сама попросила называть тебя Тарой. Прошу впредь не ошибаться, особенно при посторонних. И почему тебя так удивляет, что я хочу вылечить тебя?
– Я не знала, что так лечат… – смущённо ответила она.
– Что?..
– Я не знала, что так лечат.
– Но ведь… Так лечит любой целитель, который работает во дворце. Он должен обладать подобными артефактами…
– Возможно и должен, но ни одного мага ко мне не подпускали, ты, как маро, должен знать почему.
– Маро? Что значит маро? – молодой человек изобразил удивление.
Столь явное притворство возмутило принцессу.
– Нехорошо начинать отношения со лжи. Я же не отрицаю свой титул, не правда ли? Хотя вы и не могли знать меня в лицо. Даже иор Френсис не смог бы узнать меня в таком наряде.
– Вы правы, принцесса. Наверное, правы Вы и в том, что нам лучше не переходить на «ты» столь скоро. Вы будете сбиваться, а это не пойдёт на пользу нашему путешествию. Но мне всё же интересно… Как Вы догадались? Откуда Вы знаете про маро это понятно, но это означает, что Вы также должны знать их всех в лицо, – «Так вот почему он прятал от меня своё лицо», – и должны знать, что я не отношусь к ним. Откуда Вы узнали о моём существовании?
– Прочитала.
– Понятно… И где же Вы это прочитали?
– Не всё ли равно?
– И всё же… Позволено ли мне будет настаивать на ответе?
– За давностью лет я уже забыла и автора, и название. Я прочитала об этом, когда мне было около двенадцати, не думаете же вы, что я помню абсолютно всё, что читала в своей жизни?
– Что же… Раз так, то я, похоже, никогда не узнаю название столь полезной книги, – огорчённо произнёс маро.
– Простите, но я действительно не помню, – якобы смущённо, сказала принцесса, думая, что если она скажет название, то её любимую книгу уничтожат, чего девушка никак не могла допустить.
Чтобы уйти от опасной темы девушка ослабила контроль над своими эмоциями и позволила себе поморщиться от боли, и издала тихий стон.
– Вы сказали, что можете вылечить меня.
– Я не смогу этого сделать, пока Вы не снимете браслет с руки, – произнёс Атар, указывая на тоненькую серебряную ниточку на левой руке Ионы.
– Значит, ничего не получится… – разочарованно улыбнулась она.
– Не беспокойтесь, я всё равно помогу Вам, просто мне придётся пользоваться обычными методами, – сказал ей маро и с сомнением посмотрел на неё.
– Что-то не так?
– О, не беспокойтесь, принцесса, всё в порядке, просто я подумал о том, что Вам вряд ли захочется, чтобы я раздевал Вас, поэтому я пойду и приготовлю Вам травы, а Вы чуть позже сами приложите компрессы… Надеюсь, Вы не возражаете?..
– Не возражаю. Надеюсь, вы не против, если я немного отдохну? – в ответ Атар только поклонился принцессе и отошёл, оставаясь, впрочем, поблизости, на случай, если его позовут.
Пока принцесса лежала на земле, она вслушивалась в то, что происходит вокруг, и впитывала все звуки леса. Пение птиц, живущих в чаще, для неё было настолько же новым, как и все остальные ощущения сегодняшнего дня. Раньше Иона могла увидеть лес только на картинках или живых картах Потока, но настоящий лес был настолько удивительным, что ей хотелось узнать о нём всё. Абсолютно всё. И если до этого она была поглощена рассматриванием деревьев, то сейчас её интересовали живые существа этого леса. Пытаясь ощутить их вокруг себя, пытаясь запомнить каждый звук и каждое движение вокруг, она ещё и отвлекала своё сознание от боли, которую испытывало её тело.
Принцесса уже и не надеялась когда-нибудь увидеть внешний мир, сведения о котором она искала с такой неутолимой жаждой. Наверное, именно в тот момент, когда девушка лежала на земле и слушала лес, она поняла, что книги – это лишь тени настоящего мира и по-настоящему можно представить что-либо, читая их, только если ты видел и чувствовал это когда-либо. Бывало, конечно, что ей казалось, будто сквозь книги она может увидеть всё, что описывается в них, почувствовать запах, услышать звуки – увидеть воспоминания автора. И такие моменты для неё были просто сказочными. Но они были так редки… Ведь даже автор, описывающий пейзажи, не всегда видел их своими глазами.
Вскоре вернулся Атар, разжёг костёр и отошёл к седельным сумкам, чтобы достать травы. Только сейчас Иона поняла, что в лес он ходил не за ними и отнюдь не только за хворостом, но зачем – это осталось для неё загадкой. Пока маро разбирал ингредиенты для компресса, принцесса наблюдала за ним. Поняв, что девушка знает кто он, молодой человек перестал прятать лицо, что, впрочем, ничуть не облегчало попытки Верховной разглядеть его – вокруг было темно, и было сложно распознать хоть что-либо. Девушке оставалось только дожидаться утра. Она была больше чем уверена, что где-то слышала голос маро, и потому ей было так важно увидеть его лицо.
Наконец, юноша нашёл, что искал и, стараясь как можно меньше шуметь, начал готовить травы. Как только он начал их растирать, по поляне разнёсся приятный аромат, что очень удивило Иону – такой запах может быть только у свежих трав. Внезапно, он изменился – стал резким и неприятным. Принцессе стало дурно. Но вскоре этот эффект исчез и девушке стало намного легче, прошла даже преследовавшая вот уже несколько дней головная боль. Вскоре, она заснула, так крепко, как никогда ранее.
Как только принцесса заснула, к полянке осторожно подошёл мужчина, окликнул Атара и начал о чём-то шептаться с ним. Посторонний человек, если бы он смог подойти к месту привала, скорее всего, не только ничего бы не услышал, но и не увидел. Средний умел скрывать всё.
Глава 6. Немного о Среднем
Давным-давно, когда Средний был маленьким мальчиком, в стране, в которой он жил, был голод. Это было страшное время. Голод продолжался уже более года.
Умерших было так много, а сил у людей так мало, что тела выбрасывали в реки, оставляли в лесах или сваливали в общие могилы. Только в самом начале проводились положенные похоронные ритуалы, так как жрицы тоже умирали от голода.
Вскоре пришла новая волна мора, ещё более страшная, чем прежде. Началась эпидемия. Стольких смертей не помнил ни один старожил. О таких потерях не говорила ни одна летопись. Люди умирали целыми селениями, а города стремительно пустели. Яростнее всего смерть буйствовала на юго-востоке страны. Шаньяр, ближайшая соседка Анжении, так и не опомнилась от потерь.
Болезнь была похожа на холеру, но не была ею. Это было нечто иное, настолько страшное, что осознать это простому человеку было бы невозможно, и не нужно. Внешние признаки, основные симптомы – в первые часы-дни всё совпадало, но дальше… У ещё живых людей начинала слезать кожа, оголялись нервные окончания, плоть начинала быстро загнивать, и человек испытывал ужасающую боль, прежде чем умереть. В то время в Шаньяр было мало университетов, а ещё меньше было факультетов целителей, но всё-таки были врачи, обучавшиеся в других странах. Были и учёные, которые специализировались на изучении различных болезней. Они предположили, что болезнь передаётся через воду. Но это оказалось неверным. Кипячение воды и дезинфекция не помогли – люди продолжали заражаться. Тогда даже самые талантливые врачи опустили руки, и в стране началась паника. Жуткая и ненасытная. Та, которая превращает людей в чудовищ. Люди боялись заразиться и оттого сжигали или засыпали известью целые города. Люди начали хоронить живых. Начали хоронить здоровых. Ведь были в городах и сёлах те, кто не заболел, кому и не грозило заболеть. Их было мало, но они были. И их, так же, как и остальных, сжигали, заливали известью, а потом… Потом стали проклинать палачей, тех кому поручали делать это. Так люди нашли того, кто будет отвечать за их грехи. Как только палачи заканчивали свою страшную работу, жители закидывали их камнями, а потом кидали в них горящие ветки, чтобы даже следа заразы не осталось на этой земле, но это не помогало. Тогда вымер юг. Там не осталось ни животных, ни людей – никого…
Кроме одного мальчика. Маленького и несчастного, страдающего от обезвоживания и голода. Мальчика когда-то звали Василёк, но он уже и забыл об этом, да и глаза его давно сменили цвет. Его ярко-голубые, почти синие, глаза стали серыми. Именно тогда он научился быть «средним» – умение быть незаметным спасло его, его страну, а затем и другие страны.
Возможно он продолжал бороться, потому что так и не оставил надежду остановить безумие, творящееся вокруг. Возможно, из-за инстинкта самосохранения, но главное, что ему удалось это сделать. Мальчику восьми лет от роду удалось то, что оказалось не под силу никому. Он понял, что деревни и города заражались в один и тот же момент, в тот момент, когда в селение входил старик. Этот старик, которого не замечал практически никто, выглядел очень странным. Он казался будто сотканным из воздуха, его даже можно было бы принять за привидение или за Смерть. В первые секунды, увидев его, Василёк так и подумал, но Смерть, да и привидение, не могли выглядеть такими живыми, такими жестокими и властными.
Когда мальчик понял, что этот мужчина не собирается забирать его на тот свет, то он стал следить за ним. Тогда он понял, что выживают только те люди, которые могут видеть этого человека.
Когда Василёк заметил это, то тут же отправился в столицу. На подходе к ней стояли стражи, которые не пускали в неё никого, чтобы зараза не вошла в город, но мальчик был очень ловким и умел быть незаметным, поэтому смог пробраться в город, а затем в главную больницу.
Сначала его из страха, что он мог быть заражён, чуть не убили, услышав его рассказ, но, к счастью, мимо комнаты дежурного проходил главный врач, бывший умным и проницательным человеком. Мужчина выслушал мальчика. Попросил повторить рассказ несколько раз, а затем побежал в академию магии, прихватив ребёнка, так как понял, что болезнь была магической природы.
Василька, как единственного, кто точно видел мужчину, использовали, чтобы найти того, кто распространяет заразу.
После того, что мальчик пережил, он перестал быть Васильком. Он вообще больше никем не был. Он потерял своё имя, а нового так и не приобрёл. Мальчика, который помог спасти свою страну, забыли и стали называть Средним.
Глава 7. Точка отсчёта
Наступило утро. Иона приоткрыла глаза, потянулась и тут же поняла, что всё её тело затекло, а на руках и ногах появилось несколько синяков, которые она поставила во сне. Прислушавшись к себе, девушка с радостью обнаружила, что спина практически не болит, хотя ноги ныли сегодня ещё сильнее, чем вчера, боль была уже не такой острой. Немного подумав, принцесса пришла к выводу, что за это можно благодарить Атара и его травяные компрессы… Вспомнив про них, принцесса поняла, что никаких компрессов вчера не получала – она заснула до того, как Атар приготовил их. Решив, что это действие трав, девушка успокоилась и решила, что пора вставать. Иона села и поняла – никакого чуда не произошло, спина не болела только потому, что она лежала.
– Доброе утро, принцесса, надеюсь, Вам понравилась Ваша первая ночёвка в лесу? – спросил гонец.
– Жёстко и неудобно, но, как ни странно, я выспалась. Травы, что вы вчера жгли, усыпили меня, несмотря на боль. И я должна поблагодарить вас за это – если бы не вы, радих Атар, то я вряд ли бы заснула, – искренне поблагодарила его принцесса. – Я бы хотела попросить вас приготовить мне травяные компрессы, про которые вы говорили вчера.
– Конечно, принцесса, всё будет сделано.
– Благодарю вас.
Верховная понимала, что разговаривает с Атаром слишком сухо, но она не знала, как ей положено вести себя в подобной ситуации.
Следующие несколько минут Иона смотрела на молодого человека, который сидел к ней спиной. И она так пристально наблюдала за ним, что тот повернулся, и тогда принцесса ахнула от удивления – это был не тот юноша, с которым она уезжала из города, это был Средний.
– Вижу, Вы узнали меня, принцесса, – огорчённо вздохнул маро. – Правда, именно этого я от Вас и ожидал. Атару пришлось ненадолго вернуться в замок, мы с Вами подождём его ещё немного и пойдём. Не переживайте, всё будет хорошо.
– Вы предполагаете, что что-то может случиться?
– Надеюсь, что нет. Я проверил местность – никаких опасностей быть не должно.
– Что ж, раз так, то может вы расскажете, для чего мне пришлось так спешно покидать дворец?
– Вы правы, Ваше Высочество, пришло мне время рассказать Вам кое о чём. Только прошу в будущем больше не заговаривать о произошедшем.
– Как скажете, маро.
– Вы должны исчезнуть…
– Я должна умереть?
Спокойствие и покорность звучали в голосе принцессы, и это заставило Среднего похолодеть.
– Нет, что вы, – успокаивающе сказал он. – Вы должны исчезнуть, как принцесса. Вас не должны найти, именно поэтому я с Вами. Император не знает об этом, и я надеюсь не узнает ещё долгое время. Атар и я поможем Вам уйти.
– Для чего я должна исчезнуть?
– Когда-нибудь Вы и сами поймёте это, а сейчас мне просто не хватит времени рассказать обо всём.
– Я больше никогда не вернусь во дворец?
– Зная Ваш характер – Вы скоро привыкнете к новой жизни, так что Вам не о чём беспокоиться…
– Будем надеяться на это.
– Главное, слушайтесь Атара, он хорошо подготовлен и не позволит Вам пропасть.
– Я поняла. Мне остаётся только смириться с этим. Что будет с Мари и мар Мартой?
– Не беспокойтесь о них, Его Императорское Величество лично отослал мар Марту незадолго до побега, а Мари никогда не будет заподозрена в тайной работе, для этого она слишком затянута в женские интриги двора. Изображать скудость ума у неё получается прекрасно с самого детства. Так что прошу Вас не волноваться за них.
– Значит, Мари знала о них.
– Почему же Вы не спрашиваете про Марту, Ваше Высочество?
– Потому что мар не может быть не посвящена в подобные замыслы, – улыбнулась принцесса. – Так что же о Мари? Она знала?
– И да, и нет. Она знала ровно столько, чтобы суметь подготовить всё для Вашего ухода.
– Я подозревала, что моя придумка про влюблённость была нужна Мари, но предпочитала думать, что это лишь моя идея.
– История была нужна, Вы правы, только из-за малой осведомлённости была выбрана неправильная жертва. Точнее, была выбрана наиболее неудобная жертва.
– Вы имеете в виду, что маркиз причастен к этим событиям?
– Я надеялся на Ваше понимание.
– Что же, я могу предположить круг лиц, что замешаны в этом, но мне до сих пор неясна общая цель заговора.
– Признаться честно, принцесса, нам бы хотелось, чтобы это и дальше оставалось для Вас тайной. Так будет безопасней для Вашего Высочества.
– Оказывается, моя новая жизнь не будет так уж сильно отличаться от прежней, – грустно улыбнулась Иона. – И под каким именем я должна жить дальше?
– Вы можете выбрать сами, госпожа.
– Думаю, имя «Тара» подойдёт?
– Вы правильно сделали, что выбрали сокращение от своего имени – так Вам будет легче откликаться на него. Но имя «Тара» для девушки с Вашей внешностью не подойдёт. В народе дочерей с редкой внешностью называют редкими именами, а Тары встречаются чуть ли не в каждой деревне. Может быть, Вы согласитесь на Литу?
– Хм… А имя Элитар встречается в городах?
– Нет, поэтому Вам придётся придумать другое полное имя.
– Литания?
– Это имя аристократки, – усмехнулся маро.
– К моему сожалению, в библиотеке дворца нет списков имён, а если и есть, то только имён знати.
Средний ненадолго задумался.
– Тогда предлагаю Вам оставить Литу полным именем и говорить, что Вас назвали так из-за схожести с принцессой цветом волос.
– Хорошо, меня это устраивает. Думаю, что смогу откликаться на это имя. Оно похоже на то, что я придумала в детстве для… Впрочем, это неважно.
Девушка немного помолчала, привыкая к новому имени.
– Когда и куда мы пойдём, и какие между нами будут родственные связи?
– Выезжаем на закате. Спина будет Вас сильно беспокоить, но я прошу потерпеть, необходимо уйти как можно дальше от Нан'Оро. Вы будете исполнять роль моей любимой племянницы, которую я везу домой в деревню Зелёные Дубки, что расположена на юге страны. Атар Ваш сводный брат, ему двадцать три года, холост, потому он решил поехать с нами к троюродной бабке, известной свахе, что живёт в Житка́х. Житки расположены на юго-востоке. Сватовство провалилось, потому настроения у нас и нет.
– Разве не слишком молодо выглядит Атар для двадцати трёх лет?
– На нём будут чары.
– Кто из родителей жив?
– Жив отец. Мать умерла четыре года назад. Из кровных родственников остались только троюродная бабка, да дядя с тётей. Отношения с мачехой у Вас хорошие, так как мать Вас при жизни своей поколачивала, а мачеха ни разу даже и не притронулась. Лет Вам не восемнадцать, а семнадцать, только-только на выданье. Отец для богатого жениха бережёт, потому и воспитаны хорошо, да разговариваете не по-деревенски. Выглядите Вы как раз не больше, чем на семнадцать лет, так что проблем возникнуть не должно. Вы всё запомнили или мне лучше повторить?
– Я запомнила. Только как мне Вас звать?
– Называйте «дядюшкой Сычом». В этой деревне меня называют именно так. Они знают почему, поэтому спрашивать не будут.
– Хорошо. Не могли бы Вы приготовить мне что-нибудь от боли, пока радих Атар не вернулся из замка?
– Ваше желание для меня закон, Ваше Высочество, – сказал Средний и тихо удалился.
Ненадолго Иона осталась в уединении. Это было такое странное и непонятное для неё чувство, что на некоторое время она ощутила панику. Когда она была с Атаром, она знала, что маро не рискнёт отойти далеко, но Средний мог уйти хоть на другой конец леса. Иона с самого детства помнила, с какой скоростью передвигается маро императора, и понимала, что он может уйти сколь угодно далеко от места их стоянки и от костра, который до сих пор горел посреди поляны.
Принцесса за всю свою жизнь ни разу не оставалась по-настоящему одна. В одиночестве – да, одна – никогда. Её нельзя было назвать необщительной или угрюмой по своей натуре, но жизнь во дворце оставила определённый след на её характере. Она стала очень замкнутой и привыкла находить радость в тех вещах, которые для обычного человека представляют собой не что иное, как скуку.
Вскоре, не дав прочувствовать эти непонятные ощущения, вернулся Средний и выдал Ионе обезболивающий сбор, благодаря которому она почувствовала себя гораздо лучше. Увидев на лице своей подопечной облегчение, он улыбнулся и немного расслабился.
Внезапно Средний вскочил на ноги и тихо приказал принцессе: «Бегите!» После чего указал на юг, а сам ушёл в противоположную сторону. Как только он скрылся за кустами, оттуда послышался крик, и Иона, не желая дожидаться прояснения ситуации, схватила остатки отвара, сумку, в которую так и не удосужилась заглянуть, и побежала куда указал Средний. Принцесса бежала так быстро и ловко, будто всю жизнь посвятила бегу.
Она бежала практически бесшумно, лишь чуть слышно задевая землю ногами и легко отталкиваясь руками от деревьев. Но для людей, которые гнались за ней, это не имело значения, они могли обнаружить её по аромату, по теплу, что она источала и самое главное – по её сути. Ведь это были Волки. Специальный поисковый отряд Его Императорского Величества, половина которого была, в знак примирения отослана королю Артии. Увидев один раз, они могли найти человека в любом уголке империи по одному лишь его образу. Мало кто мог укрыться от них. «Даже маро императора не смог справиться с ними!» – думала Иона, слыша за собой лёгкие шаги.
Страх накатил на принцессу. Жуткий, животный страх. Ведь она узнала их, Волков, по характерному шлейфу Потока, который соединял их. Люди, переставшие быть людьми. Они пугали её, и оттого она бежала от них, как от смерти. Иона не знала, из-за чего она должна бежать, но ощущение опасности, которое витало в воздухе, заставляло её мчаться всё быстрее и быстрее.
Деревья. Деревья. Кусты. Овраг. Деревья. Кусты и снова овраг.
Она спотыкалась, падала, но снова вставала и бежала изо всех сил.
Она боялась не успеть спастись.
Она боялась исчезнуть.
Она боялась больше не быть.
И этот страх был настолько силён, что она даже не оглядывалась по сторонам. Настолько огромен, что она могла смотреть только вперёд. Никуда больше. И вот вдалеке блеснул свет. В душе затеплилась надежда и… Обрыв.
Нога подвернулась. Принцесса не успела остановиться. Не успела схватиться за кусты. Упала в пропасть.
Ни один звук не нарушил тишину леса. Лишь движения преследователей, что ещё не добежали до рокового ущелья, и широко открытые от ужаса глаза принцессы, безмолвно падающей в бездну…
Окончание предыстории
Этот год был назван Годом Утраты. Прощальный ритуал принцессы был прекрасен. Весь Нан’Оро был укрыт удивительными цветами, названными в честь неё. Народ горевал.
Никто не знал ничего о принцессе, но девушка, именем которой творились только благие деяния, не могла не оставить следа в душах людей города. В День Траура у храма, в котором провела практически всё своё детство Иона, выросла огромная очередь из простых жителей, которые хотели почтить её память. Все знали, что только благодаря силе и жертве принцесс этот город стоял и стоит. Только принцесса Нандиру могла быть Верховной. Ни одна жрица храма Видящих не могла её заменить.