Лунное озеро

– О чем ты задумалась? – спросил Уильям, протянув руку, чтобы помочь сестре выбраться из экипажа.

– Ни о чем. – Джоанна отбросила ненужные мысли и улыбнулась.

Оставив экипаж на попечение конюха, Уильям и Джоанна проследовали за дворецким в дом. Пройдя большой и просторный холл, они начали подниматься по мраморной лестнице. Со второго этажа доносились мужские голоса, Джоанна узнала низкий раскатистый смех Томаса. Дворецкий распахнул двери гостиной и сиплым голосом произнес:

– Мистер и мисс Брайнс.

Он поклонился гостям и удалился, а Уильям и Джоанна вошли в комнату. Гостиная была очень просторной: огромные окна украшали кремового цвета шторы, на подоконниках были расставлены хрустальные вазы, наполненные свеже сорванными цветами, от которых по комнате распространялся аромат фиалок, ирисов, роз и тюльпанов. У дальней стены стояли стеллажи с книгами и всевозможными сувенирами, у камина – небольшой столик, диван и несколько кресел в бежевых тонах – именно там уже сидели Томас и Ричард.

– Уильям! Мисс Брайнс! Рад, что вы приняли мое приглашение, – Ричард первым поднялся и приблизился к гостям, он кивнул Уильяму и поцеловал руку Джоанны, заставив её вздрогнуть.

– Как мы могли отказаться, – Уильям улыбнулся и пожал руку Томасу. Все удобно устроились у камина. Джоанна пыталась вслушиваться в завязавшийся разговор мужчин, но безуспешно – все её силы уходили на то, чтобы собраться с мыслями, которые бессовестно разбежались в ту секунду, когда она увидела Ричарда. Девушка дала себе слово не показывать своих чувств, хоть и осознавала, как это непросто, ведь едва взглянув на него, она теряла самообладание.

– Сегодня утром мне нанес визит мистер Шекли, вы знакомы с ним, Уильям? – это были первые слова, которые бедняжка Джоанна смогла услышать, справившись, наконец, с волнением.

– Разумеется! Он и его семья живут здесь очень давно, наши родители общались ещё до моего рождения.

– Он пригласил меня в эти выходные на охоту, – продолжил Ричард, – я упомянул о тебе, и мистер Шекли сообщил мне, что мисс Джоанна очень близка с его дочерьми – мисс Элизабет и мисс Агнес.

– Так и есть, мы давно дружим, – сказала Джоанна.

– Узнав об этом, я взял на себя смелость пригласить мистера Шекли и его семью сегодня к обеду, надеясь, что эта компания будет вам приятна.

– Очень мило с вашей стороны, – девушка улыбнулась. – Мне действительно будет приятно видеть их.

– Также сегодня нас порадовал своим визитом мистер Чарльз Флеминг, – сказал Томас, многозначительно приподняв бровь и едва заметно улыбнувшись.

– Узнав о моем приезде, он решил навестить нас и собственноручно передать приглашение на бал, – добавил Ричард, странно сверкнув глазами.

– Выходит, теперь все кроме меня знакомы с мистером Флемингом? Какая досада! – воскликнул Уильям.

– Это и вправду досадно, мой друг, но думаю, что я могу поднять вам настроение одной очень приятной новостью, – сказал Томас. По его и Ричарда лицам было заметно, что они едва сдерживают себя, чтобы, как дети, наперебой не закричать, рассказывая Уильяму хорошую новость.

– Я внимательно вас слушаю.

– Не далее как сегодня утром я получил письмо от моей дорогой сестрицы, в котором она говорит, что собирается порадовать нас своим скорым визитом.

– Анна приедет? Вы правы, мой дорогой Томас, эта новость действительно подняла мне настроение!

– Ну, что же, тогда готовьтесь к ещё одной не менее приятной новости, – усмехнулся Ричард, – вместе с ней едут Коннерсы.

– Альфред?

– И Шарлотта тоже.

– Бог мой, столько приятных новостей сразу! Право же, как говорит всеми нами любимый мистер Хоувард – я слишком стар для таких волнений! – Уильям усмехнулся.

– Но позвольте, мой друг, если уж вы слишком стары, то, что же делать мне, ведь я старше вас почти на семь лет? – Ричард улыбнулся. – В одном вы правы, сегодня действительно день хороших новостей. Мы очень рады приезду мисс Беккер, равно как и приезду наших дорогих Коннерсов. Надеюсь, мисс Брайнс, вы найдете общество мисс Беккер и её любимой подруги приятным.

– Не сомневаюсь. Уильям рассказывал мне о мисс Беккер, и я буду очень рада с ней познакомиться.

– Я тоже считаю, что Анна и Шарлотта составят вам достойную компанию, и вы, наконец, перестанете скучать, – подытожил Томас.

– Мистер Беккер, я все же повторю то, что сказала вам вчера мне действительно очень здесь нравится.

– Я и не говорил, что вам здесь не нравится, а только то, что вы скучаете.

– Прошу прощения, но из каких моих действий вы сделали вывод, что я скучаю?

– Вы не про…

– Мой друг, – перебил его Ричард, – Позвольте мне прекратить этот спор. Если мисс Брайнс говорит, что не скучает здесь, позвольте мне вас заверить, что это именно так. А вы, мисс Брайнс, должны простить навязчивость Томаса, ведь его поведение объясняется очень просто – мой друг ранее не встречал девушек, живущих в месте, подобном этому, и столь критично относящихся к балам, приемам и прочим развлечениям светской жизни, поэтому встреча с вами просто выбила его из колеи.

– Я нисколько не сержусь на мистера Беккера, – улыбнулась Джоанна, – И я вовсе не критично отношусь к балам, скоро вы в этом убедитесь.

За окном послышался звук подъезжающего экипажа. Ричард улыбнулся и вышел из комнаты, чтобы встретить мистера Шекли и его семью. Джоанна отвернулась к окну, чтобы Уильям не смог увидеть выражение её лица. В душе юной девушки бушевали страсти, и одна лишь сила воли не давала им вырваться наружу. Ей казалось, что всё уже давно определено, и тем не менее, понимая, что Ричард Лэнгтон навсегда останется для неё лишь другом Уильяма, она ничего не могла с собой поделать, не могла перестать думать о нем, а его присутствие не могло не вызывать в ней нежных чувств. Как-то раз няня мальчиков Мэри сказала ей: «Мы, как правило, отдаем свое сердце тем, кому не следует, тем, кто его не заслуживает, или тем, чье сердце уже занято – таков, увы, простой закон жизни. Но не стоит из-за этого грустить, ведь если мы по-настоящему кого-то любим, нам не нужно быть рядом с ним, всё, что нам нужно – это знать, что он счастлив». Теперь смысл этих простых, сказанных так давно слов был понятен Джоанне. Ей не хотелось страдать из-за того, что Ричард любит другую, ей хотелось лишь знать, что эта девушка достойна его, что она будет любить его и сможет составить его счастье. Вот и все. В этом случае и Джоанна будет счастлива. Эти мысли заставили её улыбнуться.

Тем временем в коридоре послышались шаги, и в гостиную вернулся Ричард, следом за ним шли четверо. Мистер и миссис Шекли и две их дочери – Элизабет и Агнес. Мистер Шекли был невысоким мужчиной с большим животом, волосы его уже тронула седина, но лицо по-прежнему оставалось молодым, совсем мальчишеским. Было и в его облике, несмотря на преклонный возраст, что-то юношеское. Миссис Шекли в окрестностях имела репутацию заядлой модницы – и это в её-то возрасте! Фасон шляпок, ленты и оборки, длина рукавов на платьях, кружева и прочие мелочи интересовали её куда больше, чем все домашние дела, даже больше, чем воспитание дочерей. Несмотря на столь странное увлечение матери, Элизабет и Агнес были весьма воспитанными и образованными юными леди. У обеих были длинные светлые волосы, уложенные в великолепные прически и украшенные, очевидно, по настоянию матушки, невероятным количеством заколок. Элизабет была старше сестры на два года, ей уже исполнилось девятнадцать лет, но, несмотря на разницу в возрасте, девушки были очень похожи, и если говорить откровенно, обе были довольно-таки хорошенькие.

После знакомства с Томасом Беккером и приветствия Уильяма, девушки поспешили к Джоанне.

– Моя дорогая, как я рада видеть тебя! – Элизабет обняла подругу.

– Здравствуй, Лиззи, – Джоанна улыбнулась и обняла вторую сестру, – надеюсь, ты прибываешь в добром здравии, Агнес?

– Да, благодарю.

Когда подали чай, мистер Шекли, Уильям, Ричард и Томас удалились в другую часть комнаты и завели разговор о делах, а Джоанна, Агнесс, Элизабет и миссис Шекли расположились в креслах у камина.

– Мы давно не видели вас в нашем доме, Джоанна, – миссис Шекли укоризненно посмотрела на девушку. – Вы и ваш отец в последнее время перестали баловать нас своими визитами.

– Мне очень жаль, мадам, но papá очень занят, как раз сейчас он отлучился в Солсбери по очень важному делу. Думаю, что после его приезда мы обязательно вас навестим.

– Это было бы здорово. Скажите мне, Джоанна, как давно вы знакомы с этими очаровательными джентльменами? – Она кивнула в сторону Ричарда и Томаса.

– Всего пару дней, мадам. Они приехали вместе с Уильямом.

– Так вот оно что! А мы весь день ломали голову над тем, откуда же вы их знаете! Мистер Шекли сегодня утром нанес визит мистеру Лэнгтону и узнал от него, что вы и ваш брат приглашены на обед.

– Уильям познакомился с мистером Лэнгтоном в Лондоне, а с мистером Беккером его связывает какой-то совместный проект.

– А скажите мне, моя дорогая Джоанна, знаете ли вы что-нибудь о семейном положении этих молодых людей?

Миссис Шекли всеми силами старалась выглядеть как можно моложе, и это касалось не только внешности: она была любительницей сплетен и слухов, и почти всегда их распространителем. Эта женщина желала знать все о своих соседях, и Джоанна нисколько не удивилась бы, узнав, что в голове у неё уже созрел план выдать своих дочерей замуж за Томаса и Ричарда.

– Насколько мне известно, мистер Беккер и мистер Лэнгтон оба неженаты. Но если верить словам Уильяма, мистер Беккер заядлый холостяк, а у мистера Лэнгтона есть возлюбленная.

– Холостяк? Моя дорогая, поверьте моему опыту – не бывает заядлых холостяков. Рано или поздно любой мужчина понимает, что жить в одиночестве ужасно. И так называемые холостяки становятся лучшими и примерными мужьями.

Миссис Шекли сверлила взглядом Томаса, очевидно, раздумывая, которой из её дочерей он подойдет больше.

– Что касается мистера Лэнгтона… Отчего же он не привез сюда свою невесту?

– Не имею ни малейшего понятия, – сказала Джоанна.

– Очевидно, его невеста совсем глупа, если решилась отпустить его сюда в одиночестве.

– Почему вы так думаете?

– Я скажу тебе почему, моя дорогая. Потому что мистер Лэнгтон не только хорош собой, но ещё и богат, о его доходах несложно догадаться, если учесть то, что он так быстро приобрел это поместье полагаю, он имеет не менее десяти тысяч годового дохода.

Глаза миссис Шекли загорелись, и она посмотрела на Элизабет. Очевидно, в мыслях матушки именно ей выпала честь стать новой невестой мистера Лэнгтона. Вскоре миссис Шекли перешла в компанию мужчин, и у Элизабет, Агнес и Джоанны появилась возможность спокойно поговорить.

– Матушка весь день говорила о мистере Лэнгтоне, – вздохнула Агнес, глядя на хозяина дома, – твердила, что молодые джентльмены просто так не покупают поместья в таких местах, она была глубоко убеждена в том, что он приехал сюда в поисках невесты.

– Выходит, и наша матушка иногда ошибается, – добавила Элизабет, – Джоанна, а ты уверена, что у мистера Лэнгтона есть невеста?

– Возможно, они ещё не обручены, но Уильям говорил мне, что мистер Лэнгтон без ума от одной юной леди, живущей в Лондоне.

– Очень жаль, – Агнес грустно вздохнула, но сразу же улыбнулась. – Но ведь мистер Беккер не уступает мистеру Лэнгтону ни в красоте, ни в доходе, я слышала, что он имеет восемь тысяч годового дохода! Неплохо для джентльмена его возраста.

– Ну и что с того? Мистер Флеминг также не уступает им обоим, – заметила Элизабет.

– Лиззи, только не говори, что тебе нравится мистер Флеминг! – прошептала Джоанна.

– Разве он может кому-то не нравиться? Он молод, красив и богат – разве нужно что-то ещё?

– Было бы совсем неплохо, если бы он был ещё и умен, – Агнес ухмыльнулась.

– Ты говоришь это только из зависти, – в голосе Элизабет звучали нотки гордости, – и все потому, что мистер Флеминг в свой последний визит уделял внимание только мне.

– Кому нужен мистер Флеминг, когда есть такие джентльмены, как мистер Беккер? – спросила Агнес.

Джоанна улыбнулась, слушая дальнейшие споры сестер. Иногда она спрашивала себя, почему она так не похожа на своих подруг? Почему так мало интересуется тем, что составляет основу их жизни? Слушая споры девушек о мужчинах и о замужестве, она скучала, не понимая, как можно видеть в мужчинах лишь средство к достижению своих целей, то есть обеспечению своей дальнейшей жизни.

После ужина вся компания снова вернулась в гостиную, мистер Шекли и Ричард беседовали о чем-то с Уильямом, миссис Шекли, Элизабет и Агнес сидели на диване, а Томас стоял рядом и что-то рассказывал, все трое слушали его внимательнейшим образом и время от времени хихикали. Джоанна стояла у окна, Ричард подошел к ней.

– Почему вы стоите в одиночестве? – спросил он. – Я пригласил мисс Элизабет и мисс Агнес в надежде, что они смогут составить вам компанию, и вам больше не придется слушать наши скучные разговоры о делах.

– Лиззи и Агнес слишком заняты рассказом мистера Беккера, – Джоанна улыбнулась.

– О, вы правы. Томас, как никто другой умеет, завоевывать внимание дам.

– Я не в обиде на него, ведь и Агнес, и Элизабет и даже миссис Шекли просто очарованы им.

– Он умеет быть обаятельным, когда это нужно. – Ричард посмотрел на друга с улыбкой, – Кстати, его сестра Анна, вероятно, унаследовала от него это качество. Завтра вы сможете в этом убедиться.

– Мисс Беккер приезжает уже завтра?

– Да, то письмо, что мы получили сегодня утром, она писала уже в дороге, завтра, самое позднее послезавтра утром она и её друзья будут здесь.

– Я с нетерпением жду знакомства с ней. – Джоанна улыбнулась и посмотрела на Ричарда. Он не сводил с неё глаз. Вскоре к ним подошел Уильям.

– Я вижу, Томас завладел вниманием прекрасных дам, – сказал он.

– Мы как раз говорили об этом, – Ричард перевел взгляд на Уильяма, – Томасу это всегда удается.

– Ричард, не мог бы ты объяснить мне одну вещь? – Уильям нахмурился. – Когда мы с Джоанной приехали, я заметил в холле на первом этаже женщину, её зовут Сьюзен Эрноу?

– Ты прав.

– Джоанна, поправь меня, если я ошибаюсь, но мне казалось, что эта женщина работала экономкой в семье Кэролов, в Клаверхолле?

– Да, насколько я знаю, она начала работать у них ещё до моего рождения.

– А вот теперь, Ричард, объясни мне, как экономка из Клаверхолла оказалась у тебя?

– Хм, мне кажется, или ты подозреваешь меня в «краже» прислуги? Ты думаешь, что я переманил себе экономку мистера Флеминга? – Ричард рассмеялся.

– Мне просто интересно знать, почему женщина всю жизнь, проработавшая в Клаверхолле, и очень любившая свою работу, вдруг оказалась здесь.

– Для тебя это очень важно?

– Несомненно! Миссис Эрноу часто заходит к нам, она давно дружит с нашей Мэри.

Ричард молча смотрел в окно, казалось, он не хотел отвечать на этот вопрос.

– Если ты не хочешь, конечно, можешь мне ничего не объяснять, – сказал, наконец, Уильям.

– Отчего же. Теперь и мне интересно разобраться в этой истории, – Джоанна улыбнулась, – Мистер Лэнгтон, будьте так любезны удовлетворить наше любопытство.

– Ну, что же, если вы настаиваете, мисс, – Ричард вздохнул. – Вчера вечером миссис Эрноу появилась на пороге этого поместья, сказав мне, что ищет работу экономки. Я расспросил её о прежнем месте работы и узнав, что она почти всю жизнь проработала в семье Кэролов, был удивлен тем, что теперь она ищет новое место. Миссис Эрноу была очень любезна и объяснила мне, что ей пришлось искать новую работу, так как семья Кэролов переехала в Лондон, а поместье было продано. Как вам хорошо известно, это поместье купил мистер Флеминг. Я поинтересовался у миссис Эрноу, почему она не останется в доме при новом хозяине, но внятного объяснения получить не смог, она сказала лишь, что лучше будет нищей, чем останется служить у Чарльза Флеминга. Я принял её на работу по двум причинам: во-первых, я отчаянно нуждался в экономке, так как все слуги, за исключением конюха и кухарки, переехали вместе с бывшими владельцами дома, а во-вторых, мне показалось, что женщина, так долго работавшая на одном месте, просто не может быть плохим работником.

– Почему же она отказалась работать с мистером Флемингом? – спросил Уильям.

– Не имею ни малейшего понятия, – Ричард усмехнулся, – но миссис Эрноу не единственная, кто недоволен новым владельцем Клаверхолла. Сегодня утром я принял на службу двух горничных и садовника, прибывших оттуда.

– Интересно, чем это им не угодил мистер Флеминг? – спросила Джоанна, даже не пытаясь скрыть сарказм.

– Не представляю. Хотя, кто знает, может быть, через пару дней они решат, что совершили большую ошибку, выбрав меня в качестве хозяина, и вернутся на прежнее место работы.

– Не нужно ложной скромности, Ричард. – Уильям улыбнулся и направился к Томасу, но через секунду обернулся и добавил – ни один человек в мире не способен назвать тебя плохим хозяином.