- -
- 100%
- +
Придвинув стул за Эллой, Марк сел напротив, глядя на неё, а не в открытое меню, что только что принёс официант.
Его привлекали её утончённые черты лица, естественный румянец на щеках, несколько веснушек на щеках и носу, всегда слегка приоткрытые губы и такой же постоянный пронзающий взгляд карих глаз.
И, конечно, её уверенность. Внутренний стержень. Сила. Ум.
О, Марк прекрасно знал, что Элла умна. Очень умна, и поэтому ему приходилось думать на несколько шагов вперёд. Даже сейчас.
– Вы выбрали? – внезапно для Эллы подошёл официант, и ей пришлось оторваться от меню, что она так тщательно изучала, но…
– Два цезаря и бутылку красного полусладкого. Лучшего, что у вас есть, – ответил Марк, протягивая меню официанту, даже не дав начать говорить Элле.
– А если бы я выбрала не Цезарь?
– Но ты выбрала.
– Тебе повезло.
– Не сомневаюсь.
Они смотрели друг на друга с вызовом. Возможно, даже с желанием. Их напряжение чувствовалось за версту, но нельзя было сказать, что это было чем-то плохим. Даже наоборот. Это только подогревало интерес друг к другу.
Первым негласное молчание нарушил Марк.
– Вивальди, – девушка сразу поняла, что он про музыку, звучащую в зале. – Тебе нравится Вивальди, Элла?
Снова назвал по имени. Снова неожиданно.
– Бывает, слушаю, чтобы расслабиться. Как и многих других классиков. А ты?
– Да. Особенно играть. Одно удовольствие.
– Ты играешь на фортепиано? – брови Эллы на секунду подпрыгнули вверх.
– Балуюсь иногда. Никогда не занимался, но умею подбирать ноты на слух. Дэн всегда говорил, что у меня талант, – на его лице впервые за долго время сверкнула улыбка боли. Ностальгической грусти от воспоминаний.
– У вас, наверное, была очень дружная семья. Чего не скажешь о моей, – лёгкая ухмылка.
– Ты одна в семье?
Что-то внутри Эллы болезненно кольнуло. Настроение упало, а аппетит практически пропал.
– У меня была сестра. Младшая. Она умерла, когда мне было тринадцать, – она вновь подняла взгляд, натянула маску безразличия и широко улыбнулась, – но это в прошлом, а о нём я говорить не люблю.
Она заметила, как во взгляде Хоггарта промелькнуло искреннее понимание.
– Давай о допросе. Что удалось выяснить? – Марк резко стал серьёзнее.
– Признался, что знал ребят, больше ничего. Его адвокат должен предоставить доказательства о его алиби в дни убийства в течение пары дней.
– А если не предоставит?
– Мы арестуем его, будем искать совпадения ДНК, возможные, отпечатки пальцев. С мотивом и возможностью трудно не будет, но суду нужно что-то более весомое.
– Тебе не кажется, что здесь всё равно что-то не сходится?
Элла внимательно посмотрела на Марка. Его лицо, как и всегда, когда речь заходит о деле, было сосредоточенным. Она решала, может ли сказать ему правду.
– Кажется. Но во многих делах есть небольшие несостыковки. Это нормально. Если это действительно он, мы докажем. Не волнуйся.
Вскоре им принесли салат и наполнили бокалы красной жидкостью.
Они ещё долго сидели там, в ресторане. Болтали об искусстве и кинематографе. Марк поведал, как начал увлекаться психологией благодаря отцу, а Элла рассказала, что в детстве мечтала стать архитектором, как её отец.
– А теперь предлагаю выпить за нас! – Марк с улыбкой поднял бокал вина.
– За нас?
– За наш невероятный рабочий тандем.
Элла также расплылась в улыбке и чокнулась об бокал парня.
И после глотка вина на неё вновь накатила ужасная головная боль, такая же, как вчера после встречи с Джонсом и сегодня после допроса. Увы, как бы она ни старалась, скрыть это от всевидящего ока Хоггарта не удалось.
– Элла? Ты в порядке?
– Да, всё хорошо. Просто голова разболелась. От переутомления. Выпью дома таблетку.
Спустя несколько секунд молчания Марк спросил:
– Часто у тебя такое?
– Да бывает периодически. Учитывая мой график жизни, неудивительно, – девушка попыталась улыбнуться, но улыбка получилась вымученной и натянутой.
– Давай я отвезу тебя домой, – он кинул взгляд на часы, – к тому же уже довольно поздно.
Девушка возражать не стала.
– Спасибо за вечер и ужин. Было приятно отдохнуть, – Элла дёрнула уголками губ и посмотрела на Хоггарта с благодарностью.
Парень наклонился и подставил ей щёку. Она недоуменно уставилась на него.
– Требую поцелуй.
– Это не было свиданием.
– Дружеский! – парень ткнул пальцем в щёку.
– Первый и последний раз я такое делаю, Хоггарт, запомни, – она потянулась к нему и оставила на щеке ярко-красный след.
– Я обведу этот день красным в календаре. До свидания, мисс Уолтер. Надеюсь, скоро свидимся, – он кратко подмигнул девушке, что оставил у входа в дом, и сел в машину.
Марк не стал включать свет в коридоре или главном зале своей квартиры. В потёмках дошел до спальни, завалился на кровать, приняв максимально удобное и расслабленное положение.
Он думал об Элле. О том, как удобно было её встретить. Как повезло, что именно она взяла дело об убийстве его брата. О том, что она далеко не простая, хоть и кажется таковой на первый взгляд. Орешек, который оказался парню не совсем по зубам, но от этого ему лишь становилось интереснее.
Он видел в ней способ достижения цели. Лишь холодный расчёт. Или, возможно, так было только до сегодняшнего вечера?
Хоггарт запустил руки в свои густые волосы, анализируя всё, что узнал сегодня.
– Кто бы мог подумать, что всё обернётся именно так, – сказав эту мысль вслух, Марк прикрыл глаза и вскоре провалился в сон.
Глава восьмая. Друг или враг?
– У Никсона есть алиби, – в кабинет Эллы абсолютно бесцеремонно влетел Артур. И хотя его лицо и так никогда особо радости не излучало, но сейчас он выглядел максимально раздражённым. Даже злым. Об этом свидетельствовали опущенные вниз уголки губ, нервное подёргивание левой брови и крепко сжатые челюсти.
Детектив подняла на него свой фирменный ледяной, пробирающий насквозь взгляд. Она сплела пальцы своих рук между собой, кладя на них подбородок.
– Во-первых, доброе утро, Артур. Во-вторых, даже такая печальная для всех новость не даёт тебе права вламываться ко мне в кабинет. И в-третьих, я жду объяснений.
Мужчина нервно поправил галстук, что будто мешал ему свободно дышать, и сел на стул напротив Эллы, вместе с тем кладя ей на стол документ, присланный несколько минут назад адвокатом их главного подозреваемого.
– В общем, у Никсона железобетонное алиби. Последние три недели он каждую ночь был в своём клубе, – Артур говорил спокойнее, но в его голосе всё ещё слышались отчётливые нотки раздражения. – Причём я тебе даже больше скажу: там происходили самые громкие тусовки во всём городе, о которых был наслышан каждый, а фото оттуда буквально заполонили весь интернет. По телевизору даже репортаж показывали. Многие звёзды были там.
Элла громко вздохнула, прикладывая стиснутый кулак к губам, а затем открыла документ от адвоката Никсона.
«…Установлено и доказано, что на время убийств, в коих мог подозреваться Роберт Никсон, он присутствовал на ночных мероприятиях своего собственного клуба «Boarder`s», что непосредственно подтверждено сотрудниками и гостями заведения, а также камерами наблюдения».
– Записи с камер он тоже прислал?
Помощник Эллы кратко кивнул.
– Чёрт.
– Вот и я о том же. Он был идеальным кандидатом, – Артур закашлялся, – то есть, возможным подозреваемым. А теперь мы что, снова в тупике?
Детектив подняла на мужчину взгляд из-под своих густых бровей.
– Мы не можем даже в теории сейчас оказаться в полном тупике, так как не проработали ещё все версии. Хотя такое алиби Никсона усложняет поиск потенциальных подозреваемых, но не делает это полностью невозможным, – она на секунду замолчала, прикрывая глаза. В её голове давно была чётко отстроенная схема, такая же, которую обычно строят на доске с фотографиями, ниточками и подписями. Элле это было ни к чему – её мозг прекрасно мог улавливать и запоминать детали, выстраивая их в чёткую картинку, помогая понимать, каким будет каждый её следующий шаг.
– Следует узнать, у кого закупали товар жертвы. Нам крупно повезёт, если это был один поставщик, – Артур кивнул, мгновенно поняв, чего от него хочет Элла.
– Через час, максимум два на столе будет список всех возможных имён, – не теряя времени, он тут же поднялся и вышел из кабинета.
Что Элла ценила в Артуре, так это то, что помощником в делах он всегда был прекрасным. Понимание и скорость исполнения – разве не идеальные качества для напарника?
И пока детектив ждала список имён, решила перечитать последние новости.
Её взгляд почти сразу же пал на несколько статей, посвящённых той самой громкой вечеринке в Голливуде, зачинщиком которой оказался Никсон.
«Как я могла пропустить новость об этом событии…».
Элла понимала, что из-за своей работы и графика в целом, она действительно мало что знала из современных новостей не из разряда криминалистики и, признаться, где-то в глубине души ей даже было досадно это осознавать.
От разглядывания ярких фото вечеринки её отвлекло всплывающее вверху сообщение.
Марк Хоггарт
«Какие-то новости?».
Невольно детектив закатила глаза. Голос разума говорил ей не отвечать, смахнуть сообщение и спокойно продолжать свою работу дальше, но логика напоминала ей о том, что его нужно держать поближе. Конечно, сохраняя вынужденные границы и дистанцию.
«И вообще, многие же детективы пользуются помощью со стороны, верно?».
Она задавала этот вопрос, чтобы убедить саму себя в том, что её намерения исключительно профессиональные.
Мисс Уолтер
«Через два часа возле кафе через дорогу».
Сообщение было прочитано мгновенно, а ответа, конечно, не последовало.
Через полтора часа на столе у Эллы уже лежал список из семерых имён возможных наркоторговцев, связанных с убитыми.
И детективу придётся проверять каждого, если она не придумает способ побыстрее.
Но времени на размышления сейчас не оставалось, так как ей уже стоило выдвигаться на встречу с Хоггартом.
Зайдя в кафе, она даже не осмотрела помещение, чтобы убедится в том, что Марк пришёл на встречу. Она и так знала, что он сидел за крайним столиком у окна, попивая, вероятно, крепкий американо с молоком.
И, забрав свой большой латте без сахара, детектив увидела, что ошиблась лишь в одном. Парень сидел за столиком посередине, а не с краю. Но лишь потому, что крайний был занят.
Слегка улыбнувшись самой себе, она незамедлительно подошла и села рядом. Хоггарт даже не успел подняться, чтобы придвинуть за ней стул.
– Добрый день, мисс Уолтер. Признаться, Вы весьма обрадовали меня своим ответом – я предполагал, что его не последует, – сейчас в голосе парня почему-то звучала обычно неприсущая ему сталь и серьёзность.
– А новости не будут такими радостными. У Никсона есть алиби. Железное.
Марк крепко сжал свой кулак, а скулы стали выделятся сильнее – Элла уже знала, что это типичная реакция на то, что его злит. Злость на вещи, которые не подвластны его контролю.
– Какое?
– Он оказался владельцем одного из самых крупных клубов в Голливуде, а по совместительству и организатором самых громких и известных вечеринок за последние недели.
Хоггарт закрыл глаза на пару секунд.
– Но это не всё, – детектив знала, что ей нужно сказать Марку кое-что ещё.
Тот лишь вопросительно поднял брови.
– Вчера утром мне пришёл отчёт о вскрытии Дэниеля, – она заметила, как её собеседник нервно заёрзал на стуле и даже поставил стаканчик с кофе на стол. – Судя по повреждениям некоторых его внутренних органов, эксперт сделал вывод, что он употреблял тяжёлые наркотики минимум за полгода до своей смерти.
Взгляд Марка застыл где-то позади Эллы, лицо будто резко стало на несколько оттенков бледнее, а в глазах сверкнули болезненные искры.
***
– Твою мать, Дэн, ты обещал, что ты завязал с этой хернёй! Почему я должен снова спасать твою задницу? Почему я снова должен разбираться с твоими проблемами? – Хоггарт-старший наворачивал круги по комнате, всё прокручивая в голове слова отца о том, что он должен быть защитником и опорой для брата.
Но едва ли Марк мог подумать, что ему придётся буквально стать личным телохранителем Дэниеля.
Младший брат сидел на диване, виновато опустив голову.
– Прости, – голос Дэна был охрипшим: то ли из-за очередного «отходняка», то ли из-за чувства вины.
Марк запустил руки в волосы и посмотрел на брата, а затем подошёл к нему и присел на корточки, кладя свои руки на его.
– Дэн. Посмотри на меня. Отец в больнице уже больше недели, ты знаешь, что все деньги уходят на его лечение, лекарства не из дешёвых. У меня нет больше денег, чтобы покрывать ещё и твои долги за наркоту. У меня нет времени разбираться с дружками, которые пытаются вломиться к нам в дом. У меня нет сил прикрывать твой зад, пока ты продалбываешь свою жизнь наркотой в сомнительных компаниях. Тебе пора брать себя в руки, братец. Потому что отец – и мы оба это знаем – пожертвовал всем ради нас с тобой. И сейчас он лежит с инфарктом после твоей, – он ткнул ему в грудь пальцем, – очередной выходки, – в голосе Хоггарта-старшего уже не было злости. Негодования. Лишь усталость и искреннее желание достучаться до остатков рассудка Дэна.
– Я понял, – впервые за долгое время Дэниель не побоялся посмотреть Марку в глаза, и впервые тот увидел в них осознанность. – Я завязываю. Больше никакой наркоты. Устроюсь на работу, верну тебе хотя бы часть того, что должен. Обещаю, Марк, я стану лучше.
***
– Марк? – Элла щёлкнула пальцами перед его глазами, вырывая из цепких лап воспоминаний, что на него нахлынули.
Он резко перевёл взгляд на детектива и тут же встал из-за стола.
– Поговорим позже, – и он оставил Эллу в полнейшем одиночестве.
Вероятно, она могла понять его чувства, и что-то глубоко внутри кольнуло её за то, что, возможно, ей стоило преподнести эту новость более лояльно…
«Из-за того, что он никогда не показывает при мне свои чувства, я и забываю, что это человек, недавно потерявший всю свою семью…».
В тот момент Элла твёрдо решила, что после работы заедет к Хоггарту. Что-то подсказывало, что так будет правильно. Ведь помимо прочего всегда важно оставаться людьми.
Шесть вечера, и вот детектив Уолтер стоит перед уже знакомой дверью, держа в одной руке бутылку красного вина, а в другой пакет с едой.
Стук.
Ещё один.
– Я знаю, что ты дома. Открывай.
Практически сразу дверь распахнулась.
– Детектив? – возможно, в первый и последний раз девушка увидела такую яркую эмоцию удивления на лице Хоггарта.
– Нет. Сегодня я просто Элла. Впустишь? – на секунду растерявшись, Марк не сразу, но всё же уступил проход.
– Что ты тут вообще делаешь? – он пытался взять себя в руки, не выдавать своих эмоций.
Элла была последним человеком, которого Марк ожидал здесь увидеть. В его голове не складывался тот образ, который он уже знал, с тем поступком, что она только что сделала.
«Неужели наша ледяная королева не такая уж и ледяная?».
– Слушай, я… Я слишком резко выразила новость о твоём брате там, в кафе. Мне следовало бы сделать это помягче. Не подумала. Привыкла говорить вещи в лоб, не задумываясь о чьих-то чувствах.
Марк устало улыбнулся, проходя на кухню, куда детектив пошла поставить вино и еду.
– А сейчас решила вспомнить о моих чувствах? – он сказал это без злобы и желания поддеть. Скорее, только с интересом.
Помолчав несколько длинных секунд, девушка развернулась лицом к Хоггарту, внезапно оказавшись слишком близко к нему.
– Считай, что так. Я просто понимаю, каково это – оставаться наедине со своими плохими чувствами, неприятными воспоминаниями и горечью от утраты, которую, увы, ничем не заглушить, – они держали зрительный контакт так долго, что это уже давно перешло за рамки приличия и этикета.
Марк, который не думал о том, что Элла могла оказаться таким чувственным человеком, способным на искреннюю поддержку без какой-либо выгоды для себя, сейчас видел в ней нечто большее.
Нечто большее, чем детектива.
Нечто большее, чем сильную независимую ни от кого девушку, готовую кидаться под пули, лишь бы достичь своей цели.
Нечто светлое. Хрупкое.
Он видел понимание в её глазах. Но самое главное – он не находил там ни капли жалости.
Марк резко, но не без труда оторвал взгляд от глаз Эллы, переводя его на принесённые ею «подарки».
– Решила, будет неплохо расслабиться. В дружеской обстановке.
– Знаешь, Элла, это уже становится традицией, – он отошёл к столешнице, разглядывая бутылку вина. – Наш третий совместный ужин. Ещё немного и я привыкну.
Детектив рассмеялась, пихая Марка в плечо.
– Не волнуйся, привыкать уж точно не придётся.
Остаток вечера они провели за беседой. Лёгкой, непринуждённой.
– Марк, а кем ты работаешь? В твоём деле сказано не много.
Парня вопрос слегка смутил, но уйти от ответа не представлялось возможным.
– У меня свой небольшой бизнес, связанный с покупкой и продажей материалов для постройки. Неплохой доход, плюс никакого начальства. Удобный график и возможность работать удалённо.
Внезапно их разговор перебил телефонный звонок из коридора.
– Извини, нужно ответить.
Марк ушёл, но внезапно на его телефоне всплыла смс.
Мистер Джонс
«Спасибо за помощь, мистер Хоггарт. Я и мой центр этого не забудем».
«Какого…» .
Казалось, что все внутренние органы Эллы резко похолодели, а по спине пробежался рой мурашек. Ей не хотелось верить в то, о чём она подумала. Очень не хотелось.
– Прости ещё раз, там… – но детектив не дала ему договорить.
– Ты знал о делах, что проворачивались в «Новой жизни»?
Взгляд Марка упал на телефон. Он понял.
– Дай мне всё объяснить.
Глава девятая. Что-то не меняется
Прошло около двух недель с последних действительно шокирующих новостей для Эллы.
Хоггарт всё это время знал о делах, которые проворачивались в реабилитационном центре. Знал, и ни слова ей не сказал.
Теперь ей было понятно, откуда он появился там так «внезапно».
Почему так странно вёл себя при разговоре с Джонсом.
И откуда он узнал адрес Никсона.
Конечно, парень попытался ей всё объяснить. Отрицать свою связь с Джонсом даже не пытался, но сказал, что бизнес не поддерживал, наоборот, хотел помочь материально, чтобы центру не пришлось больше сотрудничать с Никсоном, о личности которого он, по его же словам, конечно, не знал.
На явный вопрос о том, почему Хоггарт не рассказал ни сразу, ни даже после визита к мистеру Джонсу – Марк парировал тем, что, во-первых, не хотел порочить имя своего брата, тем более посмертно. Во-вторых, понимал, что сразу станет подозреваемым.
И в этом он не ошибся.
Конечно, чтобы стать подозреваемым на юридическом уровне было слишком мало доказательств. Но их было вполне достаточно, чтобы доверие Эллы, которое и без того не было до конца окрепшим, значительно пошатнулось.
Мозг девушки твердил ей о том, что она не должна больше иметь ничего общего с человеком, который обманул её. Который, в конце концов, мог помешать следствию.
Сердце же напоминало о том, что Марк спас ей жизнь, пускай, возможно, и не специально. Об их вечерних беседах и о том, что он всё ещё в трауре.
И как бы сильно детективу ни хотелось поддаться чувствам и эмоциям, как бы ей ни не хватало его язвительных шуток и вечной ухмылки на губах, ни разу за эти две недели она не набрала его номер. Не прочла ни одной смс, хотя первую неделю Марк особенно настойчиво их строчил.
Она завалила себя работой, повторно изучала каждое дело, каждую улику, прорабатывала каждый возможный вариант.
Но каждая, казалось бы, зацепка, слетала практически сразу.
И всё-таки Элла всё ещё упускала какую-то важную деталь. Что-то невероятно очевидное, простое, но в то же время совсем не вяжущееся, на первый взгляд, с данным делом.
Утром при входе в отдел её сразу же встретил Артур, который снова начал свою басню про «Мы зашли в тупик, нужно что-то думать».
– Артур, я прекрасно понимаю твоё рвение, но серьёзно, ты думаешь, что серийных убийц ловят за месяц? Или что они настолько глупы, чтобы мы их раскусили?
– Нет, конечно, нет, Элла. Но практически никаких сдвигов после того, как нашлось алиби Никсона.
«Почти никаких».
– То, что я не посвящаю тебя во все детали и свои личные предположения, не означает, что мы зашли в тупик. Это нам ещё повезло, что за это время нет никаких новых жертв.
Мужчина внезапно как-то стушевался, но тут же вернул своё каменное, слегка недовольное лицо на место.
– У тебя не может быть своих личных предположений, потому что мы, – от показал пальцем сначала на детектива, а затем на себя, – работаем в паре.
Внезапно Элла остановилась и развернулась к мужчине.
– Во-первых, это дело поручено вести лично мне, а не нам. Во-вторых, Артур, ты только и делаешь, что давишь мне на мозг своей непонятной спешкой. Если так сильно жаждешь найти убийцу, может, начнёшь делать что-то полезное?
Он недовольно хмыкнул и развернулся, чтобы пойти к своему рабочему месту, а Элла, проводив его взглядом, уже подходила к кабинету, параллельно ища ключи в сумке.
Как вдруг девушка врезалась в кого-то большого, стоящего практически у самой двери.
– Простите, я не… – начала извинятся Элла, всё ещё не поднимая головы.
– Ничего, мисс Уолтер, я привык к Вашей неуклюжести.
Мгновенно её щёки запылали. Не то от недовольства, не то от неожиданности услышать знакомый голос спустя продолжительное время.
– Какого ты тут делаешь? – она слегка нервно обернулась по сторонам, чтобы убедиться, что никто из коллег не обратил на гостя внимания.
– Ты не отвечаешь на мои смс, Элла.
Она быстро открыла дверь и буквально затолкала туда Марка.
– А почему я должна на них отвечать? Я занята, мне некогда читать всё, что ты там строчишь.
– И всё?
– Этого недостаточно?
Хоггарт своим излюбленным жестом поправил волосы, сложил руки на груди и опёрся о дверной косяк, пока Уолтер в быстром темпе раскладывала все свои вещи на рабочем столе.
Он прошёлся по детективу взглядом, уловил нервное подёргивание её рук, резкие движения, небольшие синяки под глазами. Глаза Эллы бегали от папки к папке, будто не зная, за что хвататься первым.
– Рискну предположить, что Вы, детектив, зашли в тупик. Вам явно нужен чей-то свежий взгляд на дело со стороны.
Невольно девушка хмыкнула, полностью повторяя позу Хоггарта со складыванием рук, только немного присев на край стола.
– Если ты намекаешь на свой, то я обойдусь. У меня целый отдел тех, кто поможет мне своим «свежим взглядом».
– Ты о том типе, с которым всё утро спорили? Слышал я, как он помогает. Уж слишком навязчивым он кажется, даже для твоего помощника, не считаешь?
«Считаю».
– Нет. И это абсолютно не твоё дело. Ты пришёл, чтобы что? Потешить своё эго? Напомню, что мне помощь лжецов не требуется.
Марк тяжело вздохнул, опуская голову вниз. Его голос вмиг стал серьёзнее.
– Я уже объяснял тебе ситуацию. Согласен, я конкретно налажал, но какой смысл мне был бы врать уже после того, как ты обо всём узнала? Никакого, Элла. Мы взрослые люди, а игнорирование смс и обиды – какая-то старшая школа.
– Вот именно, Марк, – она сделала акцент на его имени, – мы взрослые люди, а твой поступок с центром вовсе таковым не являлся. Никаких обид у меня нет, некогда мне таким заниматься. Как и читать твои смс.
– Хорошо. Я не стану навязываться и чего-то от тебя требовать. Теперь каждый сам по себе. Но всё-таки скажу то, зачем я сюда пришёл: подумай, если у тебя что-то не сходится, может, ты упускаешь важную деталь?
Детектив молча смотрела в упор на парня, ожидая продолжения.
– Не приходило в голову, ну так, хотя бы допустить, что убийца мог работать не один?
– Почему ты мне это говоришь?
– Потому что всё ещё хочу помочь. Всё ещё хочу найти убийцу своего брата. Потому что всё, что я делал и говорил, Элла, не было фальшью.
Хоггарт тут же незамедлительно вышел, не дожидаясь никакого ответа от детектива. Он знал, что его всё равно не будет.
После ухода Марка, казалось, мысли Эллы стали ещё запутаннее, но его утверждение о возможности наличия у преступника напарника действительно её заинтересовала. И хотя внутри неё всё ещё боролись две стороны одной медали по поводу отношения к Хоггарту, проверить теорию было необходимым.
И начать она решила прямо сейчас.
Абсолютно разочарованный Марк вышел из отделения полиции, не понимая, куда себя девать. Знал, что дома уже находиться просто не мог – пустота в квартире и гнетущее одиночество начинали его понемногу съедать.