С тобой или Без тебя

Влад взял свой бокал и сделал глоток вина.

– В общем, я провёл там месяц, изучая документацию и их работу вдоль и поперёк. Шансов у них не было никаких. И они это прекрасно понимали. Упрощать мне жизнь они, конечно, не собирались, и всё это время атмосфера была, мягко говоря, напряжённой. Они регулярно «забывали» отвечать на мои мейлы и звонки или предоставлять мне информацию. Со мной не разговаривали, хамили в ответ… И во главе всего этого стоял святой великомученик Анатолий Петрович. Я был персоной нон грата. Я ненавидел их всех. Но понимал, что заслуживаю такого отношения. Каждый вечер я ходил в бар, чтобы напиться и забыть.

Влад тяжело вздохнул, объятия стали теснее. Даше хотелось повернуться к нему, прижать к себе, поцеловать, но он не позволил ей этого сделать.

– Нет, нет, не сейчас, – прошептал он ей в волосы. – Иначе я не смогу продолжать.

– Бар назывался «Априори». Такое говорящее название… Он находился неподалёку от гостиницы, где я остановился. Это место и стало моим спасительным прибежищем. По вечерам там подрабатывала молодая официантка. Она ещё училась, но планы имела большие: хотела накопить денег и уехать в Москву учиться. Её звали Марина. Уже на второй вечер она знала мои предпочтения в выпивке, следила, чтобы я всем был доволен, иногда, когда было совсем поздно, подсаживалась ко мне поболтать, чтобы не видел владелец бара. Как-то в один из совсем уж невыносимых дней я напился до беспамятства. В таком состоянии я не мог не то что до гостиницы добраться, я был не в состоянии из-за стола встать. Марина довела меня до номера. И осталась.

Даша почувствовала болезненный укол ревности. Так вот, значит, как. Осталась на правах спасительницы.

– Срок моего пребывания там подходил к концу. Марина ничего не спрашивала. Она, казалось, принимала ситуацию такой, как есть. Без цветов, ресторанов, признаний и романтики. Она просто была рядом, когда меня выворачивало от бессилия и ярости, выслушивала мои размышления в попытке договориться с собственной совестью. Это то, что мне было необходимо в тот момент. В последний день перед вынесением приговора, который мне предстояло объявить, я не спал всю ночь. В контору заявился ни свет ни заря и два часа мерил шагами конференц-зал в ожидании сотрудников. Но они так и не явились. Просто не пришли. Все вместе. Они уже всё знали. У меня не было шансов объясниться, предложить варианты. Да и какие тут могли быть варианты… – Влад поцеловал Дашу в висок и переплёл свои пальцы с её, словно пытаясь отодвинуть тот момент, когда придётся продолжать повествование.

– Я разослал всем официальное письмо и ушёл, пообещав себе, что последний раз подписался на такое задание. С другой стороны, думал я, мне не надо было смотреть им в глаза, читать в них, что я – олицетворение зла, отнимающее надежду. Перед отъездом я хотел всё же сводить Марину в ресторан, нормально поесть и пообщаться. Она пришла в мой номер вся такая нарядная, с глазами, полными надежды. Опять эта чёртова надежда! Несмотря на то, что был февраль и на улице стоял двухзначный минус, мы решили прогуляться. Марина была в приподнятом настроении, она хотела показать мне город, провести хоть один нормальный вечер в моей компании – без вечно нависшей тени трагедии, вестником которой я стал… Когда он выскочил из-за поворота в одной из улочек, я сначала не узнал его. В руках у него был направленный на меня пистолет. Я подумал, что это ограбление, отодвинул Марину за спину и стал прикидывать, что ценного у меня есть. Никакие деньги не стоят того, чтобы за них умирать. Но он хотел не денег. «Чёртов ублюдок! – орал он. – Она умерла! Это твоя вина! Сдохни!!!»