- -
- 100%
- +
Гостиница была отделана в стиле охотничьего домика – светлым деревом, под сосну. Наверх вели деревянные перила с резными балясинами. Когда на лестницу наступали, ступени немного поскрипывали. В холле горел камин с живым огнем, отделанный камнем, отчего в помещении было очень тепло и уютно. Анне Ивановне стало хорошо и весело. Она легко взлетела по ступенькам, почувствовав себя снова молодой и полной сил, и вошла в свой номер.
На огромной двуспальной кровати лежал плед стилизованный под шкуру тигра, а на полу лежал пушистый ковер. В вазе на столике, накрытом льняной скатертью стоял сухостой – разноцветные бессмертники.
Анна Ивановна вытащила из сумки спортивный костюм, купленный специально для этой поездки, и затолкала сумку в большой деревянный шкаф. Время до ужина еще было, и она решила привести себя в порядок после дороги – помыться в душе и переодеться, а потом отдохнуть.
Ровно в семь Анна Ивановна спустилась в холл и прошла в небольшой ресторанчик, где должен был состояться ужин. Администратор спросила у нее путевку и показала столик на четверых возле окна с видом на горы. За столиком уже сидел мужчина явно пенсионного возраста и молодой парень лет 30—35. Анна Ивановна поздоровалась и села напротив мужчин, потому что они сидели рядом. Пенсионер, как показалось Анне Ивановне, обрадовался ее появлению. Он оживился, предложил ей налить минералки, чтобы «сполоснуть кишки», как он выразился. Анна Ивановна была и правда, не прочь сполоснуть кишки после поезда, поэтому любезно подставила стакан, и, слегка морщась, выпила воду – минералку она не любила. Мужчина представился Марком, а тот, что помоложе – Артемом. Анна Ивановна назвала себя.
– Ну что вы, дорогая моя…. – протянул Марк благодушно, – какая такая Анна Ивановна? Здесь вам не официальное учреждение. Правда, Артемий? – Артемий кивнул, продолжая ковыряться вилкой в салате. – Можно просто Аня?
Анна Ивановна засмущалась, потому что давно отвыкла, чтобы ее называли просто Аней посторонние люди. Но ей не хотелось показать заносчивой, и она кивнула.
– Как вам угодно. Если вам удобнее называть меня Аней…
– Да конечно удобнее, не сомневайтесь! – Марк махнул рукой, будто раз и навсегда изгоняя отчество Анны Ивановны вон. – Ненавижу отчества! На западе вон вообще нет никаких отчеств.
– Ну, мы не на западе, – вставила Анна Ивановна. – У нас так принято. Меня на работе кроме как Анной Ивановной никто не называл. Только муж и подруги…
– Так вы замужем? – Марк не унимался.
– Вдова. Муж мечтал в горы поехать, но не успел… к сожалению…
– Понимаю… решили, значит, исполнить волю покойного?
– Что-то вроде того. Да мне и самой хотелось здесь побывать. А то так и жизнь пройдет, и ничего не увижу.
– Вы правы, дорогая Анечка. А где вы трудитесь, если не секрет?
– Трудилась. Сейчас на пенсии. На заводе, экономистом в плановом отделе.
При этих словах Артем оживился и заинтересованно посмотрел на Анну Ивановну.
– Никогда бы не подумал, что вы на пенсии, отлично выглядите, дорого, я бы сказал…
Анна Ивановна снова смутилась – молодые люди еще никогда не говорили ей комплиментов. Но было приятно, что скрывать. Анна Ивановна сразу почувствовала укол совести за то, что осуждала свою начальницу. Эх, не судите, как говорится…
– А вы где работаете? – решилась задать вопрос Анна Ивановна.
– Кто я? – Марк поднял одну бровь. – Или вы у Артемия спрашиваете?
– И у вас и у Артемия.
– Тогда отвечу за обоих. Я научный червь, преподаю в институте физику. В горы влюблен с детства, вырос на Урале. Артемий ремонтирует автомобили, но катается почти профессионально, я убедился. Тоже частый гость горнолыжных курортов.
– Почему почти? – Артем сделал обиженный вид. – Я с лыжами родился. Моя страсть. Могу давать уроки. Бесплатные, в отличие от местных инструкторов.
– Ну простите старика. Конечно, вы профессионал. Я так сказал, потому что это не ваша основная профессия, вот и все.
– Пока не основная. Меня на сезон уже приглашали инструктором.
– Ну и? – Марк расправлялся с омлетом.
– Что «ну и?» Денег не очень много обещают. Мне с долгами нужно расплатиться, а потом подумаю.
– Ну, ничего, расплатитесь, какие ваши годы. А кормят здесь превосходно. Кухня отличная. Я не первый раз здесь, весьма доволен.
Анна Ивановна посмотрела по сторонам. Народу в зале было мало, всего около 10 человек. Марк перехватил ее взгляд и сказал:
– Народу маловато? Заезды меняются. Одни уже уехали, другие еще не приехали. Так будет дня три, потом соберутся, не переживайте. Заполонят все склоны. Сейчас еще что, утром вообще несколько человек останется. От поездов и самолетов зависит. В это время, после Нового года, всегда так.
– Да мне все равно. – Анна Ивановна пожала плечами. – Есть люди, нет людей…
Она осеклась на полуслове, потому что к ним за стол села девушка лет 30, 30 с небольшим. Она кивнула мужчинам как старым знакомым, поздоровалась и представилась Анне Ивановне:
– Алла.
– Анна… Ивановна…
Марк погрозил ей пальцем.
– Какая вы упрямая! Анна, сказал же вам. Аллочка, это Анна.
Алла преподавала музыку в музыкальной школе и давала частные уроки. Горные лыжи освоила давно и так же давно заболела ими. С тех пор все своё свободное время посвящала им. В такой компании Анна Ивановна чувствовала себя белой вороной – ничего не умеет, нигде не была. Просто антиквариат. Никому не нужный пыльный антиквариат, даже рассказать о себе ничего интересного не может. А вроде жизнь прожила…
Артем доел свою порцию, встал, пожелал всем приятного аппетита и удалился. Алла поковырялась в еде и тоже встала.
– Куда же вы, Алла? – Анна Ивановна искренне удивилась, как можно оставить такую вкусную еду? – Не поели ничего…
– Не хочется. Аппетита нет сегодня. И потом, у меня диета… а тут наложили, как слону. Я не в состоянии столько есть…
– А я проголодалась. С поезда. Тут очень вкусно.
– Вот и поешьте. Марк вам компанию составит, – сказала Алла и задвинула свой стул. – Я пойду прогуляюсь.
Принесли чай с куском торта, и Анна Ивановна с наслаждением положила в рот нежное лакомство. Марк медленно пил чай, ожидая, пока Анна Ивановна покончит с едой, и потом предложил:
– Не хотите прогуляться? Прекрасная погода! Я познакомлю вас с окрестностями.
Анна Ивановна хотела было согласиться, но почувствовала, как усталость буквально навалилась на нее после сытного ужина, и вежливо отказалась.
– Очень хочу, но если можно завтра? Сама не ожидала, но ноги, как ватные… валюсь с ног, то есть…
– Завтра, так завтра… – Марк пожал плечами. – По принципу – утро вечера мудренее?
– Серьезно устала. Пенсионерка как-никак…
Марк засмеялся.
– Да… старость не радость. Шучу. Вы отлично выглядите. Но завтра я отказов не принимаю.
– Я не откажусь. Тем более, я тут в первый раз.
Марк проводил Анну Ивановну до двери ее номера и ушел, насвистывая. Анна Ивановна легла в кровать и тут же уснула.
Когда утром она спустилась к завтраку, за столом еще никого не было. Но у Анны Ивановны сказалась привычка рано вставать, а валяться в кровати она не привыкла. В ресторане было пусто, тут Марк не соврал. Кроме Анны Ивановны за завтраком сидело еще два человека. Анна Ивановна принялась за кашу, когда, зевая, появился Марк в спортивном костюме. Он поздоровался и сел рядом.
– Как спали?
– Отлично. Но встала все равно рано, привычка.
– Привычки держат нас в плену. Но ничего, это поправимо. Хотя ранний подъем – это не грех. Как там? Кто рано встает, тому Бог подает.
Анна Ивановна усмехнулась.
– Всю жизнь рано встаю, но пока ничего особенного не ощутила.
– Это я так, к слову… пословица. Как каша?
– Вполне. Я бы даже сказала вкусная. Лет сто кашу не ела. Муж не любил, я и не готовила.
Почти одновременно подошли Алла с Артемом. После обмена приветствиями, они тоже принялись за еду. В столовую вошла женщина лет 48—50, с надменным видом, в сопровождении двух молодых людей, шикарно одетая. От нее за версту несло деньгами. Анне Ивановне даже показалось, что она уловила запах тех самых зеленых хрустящих бумажек, шлейфом тянущийся за дамой. Когда она шла по проходу между столами, грациозно виляя бедрами, на высоких каблуках, все, кто сидел в столовой, вдруг притихли и прекратили жевать.
Дама, не обращая ни на кого внимания, села за дальний столик, куда тут же принесли ширму, тем самым отгородив ее от остальных. Алла фыркнула и принялась за кашу. Артем пригладил волосы, Марк закашлялся. Первой обрела дар речи Алла.
– И что это за фря? Фу ты нуты ножки гнуты!
– Аллочка! Ну что вы в самом деле, – прогудел Марк. – Просто у человека деньги некуда девать, вот и все. Но количество этих самых денег вполне извиняет ее поведение.
– Не завидуй. Зависть разрушает. – сказал Артем. – Тебе в жизни столько не заработать. Если только замуж удачно выйдешь.
– Я и не завидую. Было бы чему. Просто она прошла с таким видом, будто мы тут все черви навозные, а она прекрасная бабочка. Поэтому я и завелась, а так… обычная старая тетка… А замуж… выйдешь тут, как же… в Куршавель нужно было ехать, или в итальянские Альпы.
– Не такая уж и старая. – Артем принялся за салат. – Очень даже ничего. На мой вкус, во всяком случае… ну и ехала бы в Куршавель, чего не поехала?
– На что, спрашивается? Я не олигарх. Замкнутый круг – чтобы познакомиться с олигархом нужно ехать в Куршавель, а чтобы ехать в Куршавель, нужно быть любовницей олигарха… несправедливо устроена жизнь.
– Не переживайте Алла, не в деньгах счастье. Это вы позже поймете. Я со своим душа в душу всю жизнь прожила, хоть и денег особых не было. – Анна Ивановна посмотрела на Аллу. – И здесь хорошие парни есть. У вас еще все впереди.
– Может быть. Но что об этом вести разговор? Что на роду написано, то и будет.
– Что-то вы как-то пессимистично, милая. – Марк взялся за чай. – Аня права. Какие ваши годы. Но вернемся к нашей даме. Никто не знает, откуда она? И что это за молодые люди? Ее сыновья? Мне, к примеру, даже интересно, почему она с такими деньгами и гонором приехала в нашу «волчью пасть»?
Артем усмехнулся, а Анна Ивановна почувствовала укол ревности.
– Какие сыновья? Это ее охранники. Я эту штучку знаю, она нимфоманка. Часто сюда ездит, здесь инструктора в ее вкусе, и видимо, не придерживающиеся высоких моральных устоев. А вообще, это больше понты, не такая уж она и богатая. Хотя и в Куршавель ездит, я знаю. Но там таких как она, и раз в десять круче, хоть пруд пруди, на никто внимания не обращает, вот она сюда и пристрастилась ездить. Как говорят, на безрыбье… или там – лучше быть первым парнем на деревне… из этой оперы. К тому же на дорогих курортах полно молодых девочек, вроде нашей Аллы, и она там не котируется. А здесь ей раздолье, отрывается по полной. Она, кстати, замужем.
– Ну, что я говорила! – Алла победно стукнула ложкой по тарелке. – Муженек и заработал денежки, а она только тратит. От скуки и по мальчикам побежала.
– Может и так. Источник их заработков мне неизвестен. Кажется, муж пытался из нее певицу сделать, но не получилось. Ну и на закуску – точно не знаю, возможно, это все сплетни, но говорят, что как-то очень давно, в нежном юном возрасте, она встретила здесь свою первую любовь… и с тех пор якобы не может забыть, все ездит и ездит сюда, надеясь, видимо встретить. – Артем усмехнулся. – Бедняжка! Что-то перепутала. Забыла, что ее первая любовь далеко не молода и по старой привычке льнет к мальчикам. Маразм. Хотя, не исключаю, что это не более чем блажь. От безделья. Надо же чем-то питать душу… но возможно все и не так. Я слышал, что у нее есть дочь, которую она нагуляла в молодости. Может, это как раз от первой любви…
– Артемий! Вы поразительно много знаете о нашей постоялице. Откуда, спрашивается? —Марк удивленно уставился на Артема. – Я удивлен.
– Ничего удивительного, я часто здесь бываю. Девочки на рецепшен бывают очень не прочь поболтать. Кстати, даму зовут Стелла Борисовна. Живет в Амстердаме. У ее мужа там бизнес.
– Вам бы в органах работать! – Марк вытер рот салфеткой. – Ну, Анечка, нам пора! Осмелюсь напомнить, что вы обещали мне утреннюю прогулку. Отказов не принимаю.
– Я и не откажусь. Только чай допью.
– Да пейте спокойно, я подожду. – Марк благодушно улыбнулся. – Мне не к спеху.
Артем встал из-за стола.
– Алла, не хочешь прокатиться? Я склон нашел. Горю желанием тебя сделать.
– Что?! Меня сделать?! Да ты жалкий хвастун! Отлично знаешь, что это не так просто. Но приглашение принимается. Люблю всё новое. – Алла тоже встала. – Жди меня на улице, выскочка!
Они с Артемом ушли, о чем-то весело переговариваясь. Анна Ивановна посмотрела им вслед.
– Красивая пара. И чего людям нужно? Олигархи какие-то… глупость, если разобраться.
– Ну, глупость не глупость, а рационализм это точно. Хотя мне кажется, наша Аллочка больше лукавит. Рисуется перед Артемием. По-моему, он ей очень даже нравится.
– И мне так показалось. Вон как глаза у нее загорелись, когда он ее пригласил. Но и он, по-моему, к ней неравнодушен.
– Насчет него не скажу, он та еще штучка. Трудно понять, о чем думает на самом деле. Откуда он так много знает про ту даму? Прямо досье нам выложил.
– Да что тут такого? Надо же о чем-то говорить. Ладно, пойдемте. Я готова к прогулке.
Анна Ивановна вышла из-за стола, Марк за ней. Через пятнадцать минут они встретились в холле. На Марке была надета лисья шапка, уши у которой были завязаны назад, и синяя куртка. Он был похож на норвежского рыбака, какими их, во всяком случае, представляла Анна Ивановна. Они вышли на улицу, и Марк повел свою спутницу в сторону перелеска. Было морозно, но солнечно. Анна Ивановна вдохнула полной грудью, и вспомнила девушку из турагентства. Воздух, и в самом деле, был великолепным. Марк деликатно взял Анну Ивановну под локоть.
– Ну как вам окрестности?
– Чудесно! Жаль, Гера не дожил… – вырвалось у Анны Ивановны, и она сочла нужным пояснить. – Гера – это мой муж. Покойный.
– Я так и понял… Жаль, разумеется. Но увы, над смертью мы не властны. – Марк сочувственно похлопал Анну Ивановну по руке. – Крепитесь, ничего не поделаешь.
– Да ничего, это вырвалось просто. Не берите в голову. Я вас не собираюсь использовать в качестве жилетки. Лучше скажите, почему наш отель называется «Кабанья гора»? Здесь водятся кабаны? Ни разу не видела живого, только по телевизору.
Марк задумался, потом спохватился и глубоко вздохнул, будто только что вынырнул из глубины.
– Только вы, Аня, себя заживо не хороните…
– Да я и не хороню, Господь с вами… на курорт вот приехала, какие тут похороны…
Марк продолжил, как будто не слышал ответа.
– Пенсия, это не приговор, уверяю вас. Жизнь еще вполне может засверкать всеми красками. Это от человека зависит.
– Понимаю. Умом. А сердце… противится, что ли… Но вы вроде собирались мне рассказать про кабанов…
– Ах, да! Кабаны… замечательные животные – умные, безжалостные, хитрые, выносливые. В свое время водились здесь в большом количестве. Скорее всего, название оттуда. Сейчас, конечно, их днем с огнем не найдешь, люди кругом. Рассказывают одну историю, как кабаны… м-м… разорвали одну влюбленную пару, которая заблудилась в лесу. Молодые люди проголодались, и парень застрелил поросенка. Стадо кабанов настигло их и уничтожило… дети – это святое. Страшная смерть, если разобраться. Говорят, что кабанов было несметное количество. Просто море… несчастные утонули там, даже крикнуть не успели… не знаю уж, правда или нет. Но такую историю я слышал.
– Вот страсти! И зачем им понадобился этот поросенок?
Марк расхохотался.
– Вы так близко к сердцу приняли мой рассказ! Полно! Это все байки. Чего только люди не наболтают. Ну и потом, нам с вами уж точно не угрожают стаи диких кабанов. Мы не собираемся никого убивать. У нас с вами другие цели.
– Да, вы правы. А вы катаетесь на лыжах?
– Немного. Не так хорошо, как другие, но вполне сносно. Мне хватает, чтобы получить удовольствие. Я могу вас подучить, если не возражаете. Здесь можно взять в прокат снаряжение. Есть совсем не опасные склоны, очень пологие, для начинающих. Там даже дети катаются.
– Я попробую. Мы не далековато углубились в лес? После вашей истории мне как-то не по себе… так и кажется, что за каждым деревом нас поджидает кровожадный кабан.
– Сейчас пойдем обратно. Хочу прокатиться. Вы можете понаблюдать для начала. Или подобрать себе снаряжение. Я помогу вам.
– Буду обязана, – весело ответила Анна Ивановна.
Снег под ногами хрустел, в верхушках елей шумел ветер, и Анне Ивановне стало легко и хорошо. Она и сама толком не могла понять отчего – то ли оттого, что Марк шел рядом, такой крупный и спокойный, то ли всей этой обстановки – снега, ветра, гор, голубого неба… ей захотелось попрыгать на одной ноге, но это выглядело бы очень глупо и смешно – старушка впала в детство. Полный маразм. Анна Ивановна подавила восторги существования и просто улыбнулась.
– Мне здесь очень нравится! – сказала она с чувством.
Марк благодушно посмотрел на нее.
– Вот и хорошо, дорогая моя! Мы с вами здесь мило отдохнем. Пойдемте, выпьем по чашечке кофе с коньячком в местном кафе.
– Вы же хотели кататься?
– Потом пойдем кататься. Кофе для разогрева. Сегодня прохладно.
Анна Ивановна махнула рукой.
– А пойдемте. Гулять так гулять!
В кафе царил полумрак, хотя было довольно уютно и тепло. Анна Ивановна и Марком сели за самый дальний столик. Они оказались единственными посетителями. Принесли кофе, и Анна Ивановна с наслаждением сделала глоток. По телу разлилось приятное тепло, она раскраснелась. Марк тоже взял себе кофе, но в дополнение к нему заказал еще 100 грамм коньяку с лимоном.
– Замерз. – пояснил он коротко, прежде чем отпить из рюмки.
Анна Ивановна понимающе кивнула. Марк счел нужным немного рассказать о себе. Он в разводе с женой уже много лет. Дети взрослые – сын и дочь, живут отдельно. Дочь в Европе, вышла замуж за шведа. Сын в Новосибирске, работает в научном институте, пошел по стопам отца. У него двое внуков, оба от дочери, мальчики, пяти и семи лет. Дедушка их обожает, правда, не часто удается видеться, но ничего не поделаешь, жизнь есть жизнь. В этом место Марк сделал паузу и задумался. Анна Ивановна не спешила нарушить его молчание. Наконец Марк вынырнул из задумчивости и продолжил.
– А так, Анечка, я очень одинок… этакий одинокий старик… жену не видел много лет, с тех пор как она ушла от меня.
– А внуки? Разве вы не встречаетесь у них?
– Нет. Стараемся приезжать в разное время. Да и не получается вместе. У Иры очень ревнивый муж… даже сейчас, на старости лет, как говорится, не успокоился. Хотя я не прочь пообщаться. Я зла на нее не держу.
– Простите за бестактность, если не хотите, можете не отвечать – это вы ее оставили, или она вас?
– И ни то и ни другое. Разошлись по обоюдному согласию. Эх, да что там! Сейчас чего скрывать. Столько воды утекло, кажется, что это и не со мной было. Была у меня студентка, Людочка… такая милая, с ямочками на щеках, на вас похожа…
– Да что вы! – Анна Ивановна смутилась. – Скажете тоже! Сравнили пенсионерку и студентку! Расскажи кому, так засмеют.
– Никто не засмеет. Раз говорю, похожа, значит, похожа. Но дело не в этом. Я на эту Людочку, как сейчас говорят, запал… вроде ничего особенного, а задело… да еще как задело. Закрутился роман, цветы, подарки, и всё такое… сами понимаете… Людочка забеременела. Ира узнала, естественно, скандал был нешуточный. Я к тому времени уже остыл, и хотел всё это завершить по-тихому, но не получилось, увы. Людочка сделала аборт, а потом благополучно вышла замуж за парня с параллельного курса. А я остался один. Ира так и не смогла простить… я сразу это понял, ну, что она не простит, понял, и не стал унижаться. Я очень ее любил… очень жалел обо всей этой истории. Теперь, конечно, дело прошлое, страсти улеглись, но мы не общаемся. Раньше созванивались по поводу детей, денег, а потом она вышла замуж, и наше общение прервалось. Вот и вся история. В отличие от вашей, как я понимаю, счастливой истории любви.
– Да, грустно… но вы сами виноваты.
– Не спорю. Но кто не ошибается? Хотя всё относительно. Ладно, не будем об этом… что-то я расчувствовался. Это коньяк виноват. Коньяк и мороз. Пойдемте в наше бунгало, скоро обед.
– Вы же хотели кататься.
– Не сейчас. Может, к вечеру… никак не войду в колею. Расклеился. Или состарился. Честно признаться, хочу поспать после обеда. А потом мы с вами можем сходить на гору, посмотреть на катающихся. Как вам такой план?
– Нормально. Я тоже не против полежать после обеда.
– Вот и отлично. Я рад, что вы меня понимаете.
В гостинице Анна Ивановна поднялась к себе, переодеться к обеду. В голове немного шумело от коньяка и свежего воздуха. Марк на прощание немного задержал ее руку в своей, пытаясь заглянуть Анне Ивановне в глаза, но она отвела взгляд. Ей было неловко от внезапно свалившего на нее мужского внимания, хотя и неприятно ей тоже не было.
Повалявшись на кровати и посмотрев телевизор, точно в срок Анна Ивановна вышла в ресторан и заняла свое место за столиком. На этот раз она была первой. Через пару минут подошел Марк, а за ним Алла и Артем.
В сопровождении своих волкодавов появилась Стелла, и величаво прошла за ширму. Кроме них в зале находилась еще пара средних лет – мужчина и женщина. Больше никого не было.
– Что-то наши ряды совсем поредели… – Анна Ивановна вздохнула.
– Да. Хотя кто-то не счел нужным спуститься с гор, я полагаю. Не все являются рабами желудка. Ну да нам с вами это не должно мешать трапезничать. Так я говорю? – Марк подмигнул Алле.
– Конечно. – Алла сохраняла невозмутимый вид. – По мне так чем меньше народу, тем лучше. Кататься не мешают. Не засоряют склоны. А то нацепят дорогущие шмотки и красуются. Лыжники тоже мне.
– Не злитесь, Аллочка, вам это не идет. Все знают, что вам нет равных в горных лыжах. Вы очень грациозны.
– Да ладно вам! – Алла махнула рукой. – Ешьте лучше.
– Да ем я, ем… – Марк обиженно уткнулся в тарелку.
Но очевидно что долго сердиться Марк не умел, потому что уже через пару минут он хлопнул себя рукой по лбу и закричал:
– Какой же я дурак! Совсем забыл вам сказать! Нас ведь приглашают на экскурсию к горному озеру. Завтра утром. Это местная достопримечательность, очень красивое место. Там есть небольшое шале, в котором организована ночевка. Ну, стол там и все такое. А утром обратно. Весь поход займет два дня. Как вам, Аня такое предложение?
– Ничего… а на чем мы туда пойдем? Не пешком же в самом деле…
– На лыжах! Разумеется на лыжах! Только на простых. Лыжня там накатана, особенно напрягаться не придется. Вы умеете на лыжах, Анечка?
– Да, надеюсь, что да…
– Мы тоже идем. – Алла покосилась на Артема. – Я много слышала про это озеро. Говорят, оно заколдованное… в нем абсолютно прозрачная вода… давно мечтала туда попасть.
– Вот и отлично! Вместе едим, вместе отдыхаем. – Марк развеселился. – Честное слово, рад что наша компания не расстается. А кто еще пойдет?
– Кто-то пойдет. На озеро всегда много желающих. Завтра и увидим. Лыжи выберите, пока не расхватали. – Артем посмотрел на Анну Ивановну. – Там очень милый шале…
– А кто будет нашим гидом? Не хотелось бы заблудиться. – Марк постучал пальцами по столу.
– Гидом? Одна девчонка из местных. Она тут инструктором подрабатывает в сезон. Катей зовут.
Алла презрительно поджала губы – упоминание о девчонке ей явно не понравилось.
Время до вечера Анна Ивановна скоротала в компании Марка. Он собственноручно выбрал ей лыжи и палки, проследив, чтобы ботинки точно подошли по размеру. Потом они сходили на гору, посмотреть на катающихся, и отправились пораньше спать – назавтра предстоял ранний подъем.
Сбор был назначен в холле отеля. В назначенное время туда явились Артем с Аллой, еще одна пара средних лет, Анна Ивановна с Марком и к немалому удивлению всех присутствующих Стелла со своими телохранителями. Лыжный костюм плотно облегал ее немного располневшее тело, но в общем и целом выглядела она весьма респектабельно, если не сказать шикарно. Стелла удостоила присутствующих легким кивком головы.
Катя, высокая стройная девушка лет 25—27, в облегающей шапочке голубого цвета проверила присутствующих по списку, называя каждого по имени и фамилии. Не назвала она только Стеллу, очевидно та изо всех сил пыталась сохранить инкогнито. Мужчину звали Денисом, а женщину Ниной. Охранников Стеллы Андреем и Виталием.
Катя сказала, что маршрут не сложный, и к обеду они уже будут в шале. Там их ждет ужин при свечах, прогулка к озеру и ночевка, а утром обратный путь.
– Зачем эта кикимора собралась с нами? Интересно, а ширму она тоже прихватила? – шепотом спросила Алла Анну Ивановну. Та хихикнула, прикрыв рот рукой.