Там, где ты нужна…

11. Истинная пара

Василиса прибежала к воротам ковена. Диран ее ждал.

Диран не просто ее ждал, он обдумал сказанное Василисой. Поначалу его сильно затопило ревностью, он бесконечно долгих десять лет предвкушал, представлял их более тесное общение.

Дракон внутри был спокоен, уверен, и мужчина тоже успокоился, доверился своему сердцу.

Дракон был мудрее, он полагался на свою сущность, к чему тянется его душа, не анализируя, не сомневаясь. Если это твое – то оно без сомнений твое, и точка! Диран сделал выводы по своему неудачному браку, на который было возложено слишком много ожиданий, и который превратился в товаро-рыночные отношения.

Он не соблюдал целибат эти десять лет ожидания, так же посещал время от времени бордель и всегда представлял Весению. С женщинами он не целовался, они выполняли условие клиента: были в масках, молчали, предоставляя тело и все.

Василиса подошла к Дирану, он разглядывал ее жадно, в его глазах было столько нежности, любви.

– Прости меня, Диран.

– Я люблю тебя, как никогда в жизни, и мой дракон любит твою драконницу.

– Дракошу.

– Как? – засмеялся Диран.

– Ну, она у меня такая лапочка, Дракоша.

– Это точно! Обожаю!

Диран подхватит Василису, поднимая выше, она обхватила его шею руками, посмотрела в глаза.

– Диран, хочу тебе кое-что важное сказать, чтобы ты потом не разочаровался.

Он уткнулся своим лбом в ее лоб, отчаянно смеясь над ее словами, он был старше, намного, и понимал, что любящий может только очароваться. Василиса это поймет сама, спустя время.

– Я не Весения.

– Я догадывался.

– Ё-моё, все догадывались, а я так старалась! Мое родное имя Василиса, данное мне с рождения, сокращенно Лиса, Весения умерла, моя душа в ее теле.

Он улыбнулся, утопая в ее глазах.

– А еще мне предсказали, что у меня будет не один муж.

Молодая женщина притихла, ректор замер, держа ее в руках, внимательно разглядывая близко-близко ее лицо: губы, глаза, подбородок. Разглядывал долго, несколько минут, Василиса так и висела в его руках, держась за шею, всматриваясь в умные, пытливые, родные глаза.

– Не отказывайся от меня, я влюблена в тебя, очень, – уткнулась девушка в его шею.

– Никогда! Такого и в мыслях не было. Я слышал о таких браках, раньше они были вообще узаконены, поживем – увидим. Летим, душа моя!

– Летим!

Женщина и мужчина обернулись, и полетели над землей два дракона. Дракоша была очень миниатюрной драконницей по сравнению с большим черным ящером. Василиса ее называла скромной Дракошей, потому что она была тихая, добрая, сострадательная, не похожая на ее сородичей. Лиса сделала вывод, что ипостась – это отражение характера человека, его качеств, которые тоже передаются зверю.

Она летела за огромным черным драконом, который громко урчал, поворачивал голову, посматривая за своей девочкой, замедлялся, ожидая ее, расправлял крылья, укрывая свое сокровище. Дракоша виляла хвостом, радуясь.

Дракоша Василисы впервые так далеко летала, все внимательно и с интересом рассматривая.

Драконы пролетали над гористой местностью, под ними расстилался ковер из пестрых цветов, густой травы, по соседству с зеленым убранством были большие камни, скалы, на самых верхушках некоторых красовались шапки снега. Вдалеке синело маленькое горное озерцо. С одной из гор с шумом и грохотом несся поток горной реки, пробивая путь среди камней, отполировав их за долгие годы, превратив в гладкие произведения природы. Дракон Дирана подлетел к горе, и Василиса только вблизи увидела дом у ее подножия. Он сливался с окружающей природой, создавая впечатление органичного продолжения пейзажа. Двухэтажный дом был окружен лесом.

Дракон Дирана приземлился, Дракоша следом. Ящер подошёл к своей самочке, стал нюхать ее, лизать мордочку, тарахтеть. Дракоша ластилась, подставляя то одну сторону, то другую. Дракон стал тереться мордой о шею своей паре, он выбрал ее, она была его: по запаху, по нутру. Дракоша завиляла задней частью, хвост ее поднялся, дракон с рыком подмял ее под себя, вылизывая холку. Драконница урчала, млела, она приняла своего самца и готова была к спариванию, выделяя вагинальный секрет, который почувствовал дракон и человек.

Диран понимал, если он отдаст правление своему дракону, у них начнется гон, и они будут спариваться минимум неделю. Об этом только можно мечтать, дракон впервые так реагирует на драконницу, но это все позже.

Дракон обернулся, мужчина подошел к возбужденной драконнице, стал гладить ее по шее, успокаивать, говоря, что ее дракон вернется, и что она очень красивая и ласковая. Дракоша урчала, мордой тыкалась в ладони, потом легла на живот и заскулила. Диран сел рядом. Он был счастлив. Их звери нашли друг друга, его дракон рвался наружу, хотел укрыть, уберечь, отлюбить свою пару, просился принести сокровищ к лапам своей истинной, но человек держал его, боясь, что потом зверь одержит верх, и мужчине надо будет выжидать, когда они закончат брачные игры.

– Дракоша, красавица моя, верни Василису, вы обязательно встретитесь, будете в сокровищнице жить несколько дней, летать вместе, купаться в море, – говорил Диран, гладя драконницу по голове, шее.

Дракоша нехотя и вздыхая поднялась, и перед Дираном обернулась. Василиса стояла обнаженная, отходя от понимания всего, что только что с ней происходило.

Они стояли напротив в нескольких шагах, оба обнаженные, разглядывая друг друга. Василиса видела, как член Дирана стал увеличиваться, подниматься, красноречиво без слов показывая свое отношение.

– Диран, наши звери?

– Да, Лиса, они теперь не смогут друг без друга, зачахнут жить вдали, и я зачахну без тебя, – сказал мужчина, тяжело дыша .

Василиса подошла первая, и щекой потерлась о его грудь. Он закрыл глаза, чувства нежности и любви разрывали его, сердце стучало, воздуха не хватало, в руках будто тяжесть скопилась. Лиса снова потерлась щекой, как кошла, и поцеловала его грудь.

– Любимая, – хрипло сказал ректор, – я так хочу тебя, если сделаю тебе больно.

– Не сделаешь, Диран, – она подняла на него глаза.

Вертикальные зрачки, урчание в груди, дрожь в руках – мужчина старался держать себя в руках.

Василиса отошла от него, облизала губы.

– Я же дракон, Диран, и я тоже тебя хочу, очень.

Он за секунду оказался рядом, взял ее на руки и понес в дом.

– Съем тебя.

Лиса не соображала, куда ее несут, тело ее трепетало, она водила руками по сильным упругим плечам, крутила носом по его виску, вдыхая мужской запах.

12. Тоска

Агния пробовала травы для нового отвара. Ведьме удавалось лечить болезни, связанные с костями и суставами, с болями в позвоночнике. Она чувствовала недуг, имела дар соединять нужные компоненты: получались мази и настойки на травах. На начальной стадии хворь проходила от ее микстур и снадобий, а затянутые болезни получалось обезболивать с помощью ее эликсиров. Она пробовала на нюх, на вкус, но самое главное – чувствовала, слушала интуицию, свой дар. Однажды ведьма вылечила оборотня, у которого был поврежден грудной отдел позвоночника на охоте, его уже никто не брался лечить, ей нравилось видеть счастливые лица после исцеления, она сама потом порхала от счастья.

Делая очередной отвар, она увидела в окно фигуру крупного мужчины, что направлялся к ее дому.

– Пир..ц, вот где эта Лиса-Василиса?

Агния нахваталась земных слов от Василисы, особенно ей нравились емкие бранные, где в одном слове могло уместиться все многообразие переживаемых чувств и эмоций.

Она заволновалась, ведь к ней шел сам Бер.

Агния выдохнула, пригладила растрепавшиеся волосы, поправила платье. В дверь постучали.

Травница впервые увидела таким Бера: их вожак был в белой рубахе, черных штанах, высоких сапогах, с аккуратно подстриженной короткой бородой, в одной руке он держал корзину с ягодой разной, в другой – букет лесных цветов.

Агния растерялась.

– В дом пустишь, Агния?

– Нет, ой, да, а вам зачем?

– Я пришел к твоей подруге, к Лисе.

– Ее нет.

Бер прошел в дом, аккуратно, но уверенно подвинув ведьму.

В доме пахло травами, запах его пары чувствовался, но слабо.

Бер сел за стол.

– Рассказывай, Агния, все.

– Что все?

– Когда ушла, почему, куда?

– На рассвете сегодня, придет завтра.

– Куда, к себе домой?

Агния молчала.

Бер поставил корзину на пол, цветы положил на стул, видя, что на столе кипит работа ведьмы, он расставил широко ноги, предплечья облокотил на колени, ладони собрал в замок, посмотрел исподлобья на женщину. Медведь его просил свою пару всю ночь, Бер не спал, все вспоминал их встречу, прокручивая снова и снова каждый миг. Он помылся, подстригся, достал парадную одежду, намереваясь просить руки у драконницы. Эта ночь была самой бесконечной в его жизни.

Бер зарычал.

– За ней прилетел дракон Диран, он любит ее давно, ждал ее, вот они с ним улетели. Она завтра будет, она слово свое держит, даже не сомневайтесь, если уж сказала, то выполнит.

– Диран? Ректор Академии?

Агния махнула утвердительно головой.

Бер резко встал, направляясь на выход, дверью он специально не хлопал, просто она чуть с петель не слетела.

– Фу! – выдохнула Агния. – Медведь! Ну, Василисушка, муженьки тебе достанутся.

Через несколько минут в дверь снова постучали.

– Так, а сейчас кого принесло? – прошептала ведьма, подходя к двери.

На пороге стояла Марика.

– Зачем к тебе приходил Бер?

– Марика, а что ко мне нельзя прийти?

– Дорогу мне не переходи, Бер – мой.

– Марика, я больше по драконам, не переживай, он спрашивал о драконе, что прилетал к нашим землям.

– А! Кстати, а зачем дракону Весения?

Любопытство Марики иногда переходило все границы, но она глава ковена, надо уважать старших.

– Они пара.

– О, отлично, рада за них.

– Спасибо.

– Агния, эликсиры обезболивающие готовы для продажи?

– Несколько часов еще, к вечеру принесу.

Агния занялась делом.

Бер вернулся домой, не раздеваясь, сел за стол, он намеревался сходить к Эрролу, просить руки его мамы, но понимал, что сначала надо поговорить с Лисой.

Вышел на улицу, вдохнул воздух, стараясь держать свои эмоции под контролем, он ревновал, дико, болезненно, в голову лезли картины постельных сцен его женщины с драконом.

Он шарахнул кулаком по стене дома. Бер построил его сам из бревен ручной рубки, на поверхности бревен были небольшие неровности, дом был прочный, основательный, как сам медведь. Он колотил кулаком, чтобы выбить из себя эти ненужные гнетущие мысли, когда уже костяшки были в крови, он немного успокоился, обернулся и побежал в лес, медведь его невыносимо скучал.

Беру было сто восемьдесят лет, сто из них он был вожаком, до этого главой леса был его отец. Родители его были парой, ушли друг за другом в мир иной, когда отцу было четыреста лет, а мама была еще совсем молодой. Отца ранил отравленной стрелой волк, пытаясь занять его место, Бер после перегрыз ему шею в бою. Родители его встретились, когда отцу было почти триста лет, а мама его была молодой ведьмой. С того времени и повелось: оборотни и ведьмы живут рядом. Медведи ждут свою пару долго, не разбрасываются на других женщин, Бер уважал ведьм, вспоминая свою маму всегда с нежностью.

Медведь долго бродил по лесу, к вечеру оборотень попытался заняться деревом, были в работе несколько поделок – не выходило, все мысли были в той ночи: он вспоминал запах своей пары, ее голос, как она отдавалась ему, трепеща в его руках, как текла.

Мужчина пошел в мастерскую, взял бруски и начал делать, сам еще не зная, что получится. Руки будто жили своей жизнью, он из брусков сделал каркас овальный, соединял детали, крепил, шлифовал, вырезал. Он творил всю ночь, к утру у него получилась красивая резная подвесная колыбелька, люлька для младенца. Бер хмыкнул своему творению: получилось красиво, он положил люльку в самый дальний угол, принял душ. Сегодня он увидит свою пару.

13. Ты совсем не такая…

Василиса проснулась от того, что на ее животе Диран рисовал пальцем узоры. Они уснули под утро. Осматривая дом, они пробовали все выступающие поверхности для занятия любовью: стол, диван, кровать, ванная.

– Я самый счастливый в мире! Я мечтал о тебе, Василиса, каждую ночь и каждый день, ты совсем не такая, какой я тебя представлял.

Василиса повернулась на бок, подперла рукой голову.

– Так, так, а вот с этого момента поподробнее.

Диран счастливо улыбался, целуя ее руки, поднимаясь выше к лицу.

Он рассматривал ее, любовался, грудь любимой красиво сместилась на бок, бедра создали крутой изгиб в талии.

– Я думал ты хрупкая, правильная, я опасался, как я с моими фантазиями смогу тебя, – тут Диран замолчал, подбирая слова.

– Трахать?

– Да! – его глаза снова стали драконьими.

Он обнял ее, укладываясь тоже на бок, сминая ее ягодицы.

– Душа моя развратная любит секс и спасибо, что ты меня ждал, мне было бы очень сложно бороться с собой, я бы разрывалась между тобой и сыном, ты был еще женат, спасибо!

– Ты моя жизнь, я люблю тебя, Василиса, я счастлив, что душа твоя любит секс, – он засмеялся, – иди ко мне!

Он согнул ее ноги в коленях и поднял их высоко, половые губы красиво выделялись. Диран стал вылизывать ее, потом держа ноги за щиколотки мощно вошел, сделав несколько резких и глубоких толчков, Лиса закричала от наслаждения, Диран следом, содрогаясь всем телом, пришел к финишу.

– Диран, мне надо к Агнии, я ей обещала, что прилечу через сутки.

– Я хочу сегодня попросить твоей руки у Эррола.

– Я согласна!

– Тогда позавтракаем и полетели!

Василиса нашла в шкафу яйца и молоко, сделала омлет, Диран смотрел в восхищении.

– Ты глава рода и умеешь готовить!

– Я земная женщина, я много чего еще помню из моей прошлой жизни, мы с Эрролом много готовили.

– Расскажешь еще о себе, о твоем прошлом мире?

– Конечно, с удовольствием!

После завтрака Василиса и Дракон вышли на лужайку, чтобы обернуться.

– Я счастлив! Я сделаю все возможное, чтобы ты была счастливой! Что ты хочешь, Василиса?

Лиса лукаво посмотрела на мужчину.

– Я хочу открыть Академию для женщин, я хочу мороженое, танцевать, я хочу петь, детей, хочу взять в рот твой член и покружить по головке языком, – сказала Лиса на одном дыхании.

Диран стал моргать, прокручивая слова, соображая – это ему причудилось или она и вправду такое сказала.

Он поднял ее под ягодицы, она обхватила его за шею.

– Повтори!

– Про петь?

Он отрицательно помахал головой.

Она нагнулась к уху мужчины, обдала нежно дыханием и тихо произнесла:

– Член твой хочу попробовать на вкус, очень!

Он закрыл глаза, потерся щекой об ее щеку, затем глубоким поцелуем стал засасывать ее рот и язык.

Драконница урчала, млела.

– Летим, мой дракон!

Диран, вздыхая, опустил ее на землю. Через пару минут в небе уже летели пара драконов в сторону леса.

14. Медведь, дракон, ведьма

Бер настроил слух, сидел на поваленном дереве у ворот в ковен ведьм, мастерил корзину. Ждал.

Через пару часов в небе появилась черная точка.

Бер поднялся, стал присматриваться: «Дракон!»

Затем появилась в небе и еще одна точка.

Драконов уже можно было рассмотреть, драконница была миниатюрной, над ней летел большой ящер.

«Бережет!»

Они смотрелись очень красиво, как пара. Бер закрыл глаза.

«Кто я для нее? Может и не стоит тут стоять, выпрашивать любви?»

Медведь зарычал, он был не согласен с человеком.

«Ладно, я не сдаюсь, поговорю сначала».

Драконы приземлились, первым обернулся Диран, из походной сумки достал вещи, надел рубаху, штаны, легкую обувь, подошел к драконнице, она обернулась. Бер издалека смотрел на ее гибкий красивый стан, видел, как ректор подает ей платье, одевает на ножки легкие сандалии.

Василиса поправила волосы, она была прекрасна.

Бер пошел им навстречу, Лиса увидела его, они встреплись глазами.

Диран стоял рядом с девушкой, пока ещё ничего не понимая, он знал Бера, они встречались ежемесячно у короля, докладывая каждый о своей работе.

Оборотень, не отрываясь смотрел на свою пару, на ту, что растопила его сердце, что так ворвалась неожиданно ночью в его жизнь, и осталась в ней навсегда. Он уже сто раз пожалел о том, что отпустил ее к ведьме.

– Здравствуй, Лиса!

– Здравствуй, Бер!

Василиса увидела перед собой своего первого мужчину в этом мире, он подстригся, надел светлую рубаху. Она чувствовала его смятение, уязвимость, она его чувствовала. Лиса не понимала, что с ней происходит, она знала одно: она влюбилась в двоих, с первых минут. Дракоша крутилась внутри от счастья, медведь порыкивал, звери радовались.

Диран внимательно посмотрел на Василису, подал руку Беру для рукопожатия.

– Бериамир, приветствую тебя, мы навестим с Василисой ее подругу, можно?

Медведь, не отрываясь, смотрел на свою женщину, она тоже смотрела на него.

– Лиса, вы знакомы? – спросил Диран.

– Диран, Бер – мой первый мужчина в этом мире, это с ним я была в лесу.

Диран из вежливого мужчины превратился тут же в разъяренного, у него поднялась верхняя губа в гневной гримасе, он уставился на Бера и зарычал.

Оборотень, не обращая внимания на дракона, обратился к Василисе:

– Удели мне несколько минут, пожалуйста, наедине.

– Нет, – тут же выпалил Диран.

– Хорошо, Бер! Дир, я хочу поговорить с Бером, мне надо.

Медведь перевел взгляд на дракона.

– Говори здесь, у нас нет секретов, – заводился Диран.

– Василиса – моя пара, я буду добиваться ее, я, – Бер подошел к девушке близко, – я полюбил тебя, думаю о тебе, ждал тебя.

Такое Бер произносил впервые, да еще в присутствии другого мужчины.

Оборотень вдохнул ее запах, она вся пропахла драконом, на шее была метка, медведь заскулил.

– Бер, Диран, моя Дракоша и я тянемся к вам обоим, ведьма мне предсказала двоих мужей, может попробуем пообщаться все вместе, втроем? – тихо сказала Василиса.

Она стояла между здоровыми крепкими мужчинами, которые от услышанного зарычали, уставились друг на друга.

– Диран, я же тебя предупреждала, – сказала Лиса.

– Я не придал этому значения, думал, это все выдумки, таких союзов уже несколько веков нет.

– Вот откуда ты взялся? – дракон наступал на оборотня.

– Это ты второй! Смирись, ящер, Лиса – моя, я ее первый, она моя пара.

– И моя!

– Ты был женат.

– Был, метку не ставил.

– Хорошо устроился!

– Не твое медвежье дело!

– Прекратите! Или говорим нормально втроём, или я ухожу одна!

– Лиса, можно тебя!

– Нет, сказали тебе! Нет! – Диран выходил из себя, его собственнический дракон лез наружу.

Медведь заревел внутри на ящера, и Бер схватил за грудки Дирана:

– Успокойся! Дай мне поговорить со своей женщиной!

– С моей женщиной! Мо-ей! Медведь! – зарычал Диран и оттолкнул его руки, ударив в грудь.

Бер дал ему кулаком в челюсть в ответ, они сцепились, началась драка.

Марика увидела волка, что бежал к ее дому и кричал:

– У ворот Бер и дракон дерутся.

Через несколько минут на драку смотрело все ведьмовское поселение.

Агния успокаивала Василису, которая плакала. Драконница не знала, как их разнять, Дракоша ее сжалась, грустила, ей было жалко своего медведя и своего дракона. Мужчины дрались, как за самое ценное, что есть в их жизни, уже выступила кровь на лицах, были разбиты носы, они рычали, обзывали друг друга и били.

– Они оборотни, не реви, заживет все быстро у них! Что случилось – то? – спросила Марика.

– Я их пара, и Бера, и Дирана, они не приняли этот факт, – всхлипывая, сказала Василиса, вглядываясь в мужчин.

Марика напряглась, непроизвольно выпрямив и так свой ровный стан, посмотрела на драконницу и на дерущихся. Впервые за много-много лет она увидела Бера таким: горячим, страстным, рычащим, бьющимся за свое до победы, до крови, увидела его лицо, его мышцы под порванной рубахой. С ней он был равнодушным, всегда спокойным, и она приревновала дико, люто, болезненно.

Агния посмотрела на Марику, она знала, что верховная неравнодушна к Беру, и ей ее взгляд не понравился. Лиса металась по поляне в слезах.

– Агния, позови мне Варка, надо заканчивать это светопреставление, – попросила Марика, делая заинтересованный вид.

Агния побежала за альфой.

– Василиса, пойдем, скажу что-то, – сказала ведьма.

– Не могу, они тут убьют друг друга.

Ведьма взяла за руку драконницу и стала ласково и успокаивающе говорить, вплетая ведьмовское заклинание:

– Не убьют, они дерутся без зверей, это пустяки, тешат своё эго, ты лети домой, пусть они подумают, потом прилетят к тебе, сама успокоишься, видишь, они даже не обращают на тебя внимания, приведешь себя в порядок, я поговорю с ними, скажу, что раньше очень хорошо было в таких союзах, когда мужей было несколько. Бера возьму на себя, он меня послушает, с ректором тоже улажу, лети, моя хорошая.

Марика уговорами вела Василису к обрыву.

– Они успокоятся, я обещаю.

Ведьма плела заклинание, и Лиса уже успокоилась, захотела в дом на утесе.

Ведьма из веревки плела браслет, проговаривая:

– Василиса уходит и исчезает из вида, попадет в место, из которого никто не выбирался еще живым, жизнь будет идти своим чередом без нее, такова моя воля, да будет так.

Ведьма накинула на руку девушки шнурок и толкнула Василису с обрыва, представив опасное место. Василиса лишь успела обернуться, падая, чуть взлетела, и тут же резко стала падать.

15. Горькая ложь

Когда Марика пришла на поляну, альфа Варка с волками уже оттащили друг от друга дерущихся.

Медведь и дракон сплевывали кровь, смотрели друг на друга в упор, отмечая силу и напор противника.

– Василиса улетела домой, просила ее день не беспокоить, она завтра сама сюда прилетит. Она просила это передать вам, – Марика смотрела на Бера и Дирана.

– Я останусь здесь ее ждать, – сказал дракон.

– Как хотите, поляна большая, ректор, – сказала Марика. – Расходимся все, что дел ни у кого нет своих?

Агния не поверила верховной, побежала домой, переоделась и отправилась в дом, где работала почти двадцать четыре года.

Диран обернулся и полетел к озеру, он не слышал Василисы, связь по метке не откликалась.

Бер пошел к себе, он мечтал увидеть Лису, хотел поговорить, но все прошло, как прошло, медведь его ревел, выл, скулил, душу выворачивал. Мужчина сел в траву, положил голову на руки и замычал от недовольства собою, затем обернулся, побежал в лес.

Марика поджидала главу, она была недалеко от его дома, в руках держала зелье иллюзии. Через несколько часов оборотень вернулся, обернулся, вошел в дом.