Право волка

Глава 11

На выходе из дома Валерия взяла подругу дочери под руку и прошептала:

– Я очень благодарна, что ты не бросила Элеонору в том баре. Спасибо. Считай меня своей должницей.

– Я ничего не сделала, чтобы вы мне были должны, – Лиля произнесла смущенно.

– Не скромничай, брат мне все рассказал. А вот и он, помяни черта.

Пока девушки стояли на нижней ступени у главного входа в дом и разговаривали, металлические ворота плавно открылись. К звукам музыки и громких разговоров прибавился низкий рокот мотоцикла.

Валерия отпустила руку девушки и поспешила навстречу брату, а Лиля мертвой хваткой вцепилась в металлический поручень. Это он – тот байкер, которого она видела на остановке. Мотоцикл невозможно было перепутать с другим; девушка помнила каждую цифру и букву номера.

Мужчина тряхнул головой, сняв шлем. Зачесав пятерней волосы с лица, поздоровался с сестрой и поднял взгляд.

В тот вечер, в тупике между зданий, Лиля не смогла рассмотреть спасителя. В ее памяти остался лишь необычный взгляд. Глаза словно отсвечивали в сумраке неестественным желтовато-зеленым оттенком.

Мужчина подошел и остановился у подножья лестницы. Следил за ней немигающим взглядом.

Первый раз в жизни Лили охватило неконтролируемое желание приблизиться к малознакомому человеку, протянуть ладонь и…

«Черт, что я делаю?»

Она отдернула ладошку.

– Здравствуйте, – поздоровалась девушка и не узнала свой голос. Сдавленный, испуганный, чуть хрипловатый. Она боялась этого мужчину. «Господи, да моргни же уже!» Игра в гляделки затягивалась, и, самое главное, никто не спешил помочь. – Рада, что с вами все в порядке.

Наконец мужчина отмер и повторил жест. Зачесав пятерней волосы, открыл лицо и повернул его так, чтобы Лиля смогла рассмотреть шрамы. Три параллельные полосы шли от уха, пересекая висок, и спускались по щеке, не достигая носа. Верхний рубец пролегал в сантиметре от левого глаза. Жутко представить, что бы было, если бы он прошел чуть выше.

Лиля на мгновение зажмурилась и услышала хриплый довольный смех.

– Сеня, ты же обещал вернуться через два дня. Сегодня у Элечки гости, – тараторила Валерия, оправдываясь. – Даже не знаю, как ты будешь спать, так шумно.

«Сеня? – удивленно отметила Лиля. – Самое неуместное имя для него. Как же его называли? Ах да, Ар. «Ар» плюс «Сеня» – это Арсений? Арсений», – повторила она про себя.

– Нормально я буду спать. – Наконец мужчина перевел взгляд на сестру.

Состояние, в котором находилась Лиля, ей совершенно не нравилось. Это не действие алкоголя, а что-то другое. Как будто ее лишают воли, подталкивают подойти к мужчине.

«Стоп!»

Девушка замотала головой, схватила Элю за руку и, попрощавшись сквозь зубы, потащила ее к озеру.

Спину и затылок жгло. Навязчиво, невыносимо и так знакомо. Лиля провела ноготками по шее, желая избавиться от неприятных ощущений.

«Нельзя оборачиваться! Не смотри!» – уговаривала она себя.

Подруга шла рядом, встревоженно посматривая через плечо.

Затерявшись среди одногруппников, Лиля присела за столик и позволила себе посмотреть на ступени, ведущие к особняку. Пусты.

Она одновременно испытала облегчение и разочарование.

– Дурдом, – прошептала себе под нос.

Девушка поднялась и побрела вдоль берега. Бесцельно прогуливалась, отдаляясь от озера, разглядывала ухоженные растения. Создавалось обманчивое впечатление, что все создано природой. Но она видела, как четко прослеживается композиция. Каждое растение, каждый камень имел свое место. Все здесь – труд человеческих рук.

По саду яркими змейками подсвечивались дорожки, зажгли освещение у дома и подсветку особняка.

Красиво, даже волшебно.

Лиля разрешила себе немного помечтать. Представить, что она живет в огромном прекрасном доме с ухоженным садом, извилистыми дорожками и укромными уголками, где бы могла рисовать. Или же каждый день гулять по хвойному лесу среди величественных сосен, наслаждаясь ароматом.

«Размечталась», – одернула сама себя.

– Лилька! – от громкого окрика девушка вздрогнула. – Принеси еще вискаря.

– Ты мне предлагаешь в магазин сбегать? – Она смотрела на Трубникова с непониманием.

– В дом зайди, в холодильнике стоит. Бери сразу две бутылки! – заорал он в ответ и указал пальцем в глубину сада.

Метрах в пятидесяти, за фруктовыми деревьями, располагался одноэтажный дом. Внутри Лилю встретила непроглядная темнота. Подсвечивая фонариком на телефоне, она водила лучом по стенам в поисках выключателя.

– Ах вот, – радостно прошептала девушка.

Щелчок. Помещение залил теплый свет.

«А здесь мне определенно нравится больше, чем в большом доме! Уютно, нет белоснежной стерильности, мягкая мебель натуральных оттенков и много комнатных растений. Интересно, здесь кто-нибудь живет?» – задалась вопросом Лиля.

– Лилька! Давай быстрее! – крик Трубникова застал ее сидящей в кресле перед камином.

Полки по обеим сторонам от каменной кладки были забиты до самого потолка книгами разных форматов. Они манили провести подушечками пальцев по переплетам. Расставленные не для красоты и не подобранные по цветовой гамме. Видно, что книги собирались годами.

«Когда-нибудь я сделаю в своем доме нечто подобное» – пообещала себе девушка.

– Да иду! – крикнула она что есть мочи и без особого желания покидать дом, побрела в маленькую кухоньку, что высокими деревцами в кадках отделили от комнаты, совмещающей в себе столовую и гостиную.

Набитый алкоголем до отказа холодильник издал жалобный звон при открытии, и Лиля достала заказанные одногруппником бутылки.

С улицы послышались скрипучие шаги по гравию.

– Что, Трубников, невтерпеж выпить?! – Лиля насмешливо фыркнула, не ожидая увидеть в дверном проеме брата Валерии.

Чуть склонив голову, чтобы не удариться о проем, домик собой заполнил Арсений.

«Какая ирония: тот, кого я хотела избежать, сам меня нашел. Неясно только: специально или волей случая», – улыбка тронула губы девушки, вторя мыслям хозяйки.

– Чему улыбаешься, девочка?

«Девочка – какая банальная пошлость».

– Мое имя Лилия, дяденька, – ответила она, удивляясь своей дерзости. Что за муха ее укусила – грубить хозяевам дома, в котором гостишь?!

И снова вместо слов – нечитаемый взгляд. Пристальный. Вызывающий волнение. Проникающий внутрь.

Лиля передернула плечами, желая избавиться от ощущения, что теряет контроль над своим телом.

– Как вы это делаете? – уточнила настойчиво.

«Да что же за вечер? Не контролирую даже свою речь!»

Неуверенной походкой она прошла несколько шагов. Ровно столько, сколько отделяло ее от мужчины. Словно в тумане она наблюдала, как Арсений забрал из ее рук бутылки и поставил их на столик для ключей.

Ладони девушки потянулись к мужскому лицу, убрали волосы, провели пальцами по шрамам. Очертили каждый – от начала до конца.

Словно зверь ударил когтистой лапой.

– Не страшно? – интересуется Арсений, склонив голову.

– Нет. – Лиля пальцами стягивает волосы на затылке. – Вам пойдет короткая стрижка. – Пропускает между подушечками седую прядь. – Седина не будет бросаться в глаза.

– Ты слепая, девочка? Седина – не самое примечательное в моей внешности. – Мужчина склонился еще ниже, давая возможность проследить, как грубые шрамы скрываются под волосами.

Если бы не рубцы, его можно было бы назвать красивым.

– А что самое примечательное, рост? – спросила Лиля. – Можно вас нарисовать?

– Ты издеваешься надо мной? – Он резко выпрямляется и смотрит на ее с высоты своего роста.

А девушка тянет ладонь к лицу.

«Что я делаю?!»

Она заставляет себя отступить шаг назад.

– Нет. Не нужно на меня так смотреть. – Отрицательно качает головой, не выдерживая очередного пристального взгляда.

И снова Лилю посещает противное ощущение – кто-то внутри ее заставляет делать неразумные вещи.

«Нельзя идти на поводу своих желаний», – пульсирует в голове. С этими мыслями она гладится щекой о мужскую грудь и оплетает руками шею. «Лилька, ты что творишь?! – кричит внутри себя. – Нельзя! Он дядя твоей подруги, вы едва знакомы, у тебя есть парень!»

Доводы разума бьются словно пойманные птицы в силках. А тело поступает по-своему: Лиля ластится к мужчине, целуя его грудь сквозь футболку.

Он обхватывает девушку за талию, приподнимая на уровень своих глаз, вжимает в свое тело и произносит:

– Сильная девочка, но я сильнее. Не сопротивляйся.

Сухие горячие губы касаются губ Лили. Жадно впиваются. Властно, грубо, с привкусом боли. Терзают, заставляя подчиниться и отдаться во власть мужчине.

Лиля так и остается безвольной куклой в крепких объятиях.

«Это неправильно», – пробивается сквозь туман в ее голове.

– Отпустите, – шепчет она, разрывая поцелуй и желая отстраниться, упираясь в грудь ладонями. – Я не хочу.

– Врешь.

– Нет!

Мужчина в ответ качает головой.

– Я знаю, что ты врешь. Твой запах сводит меня с ума. – Он вновь тянется к губам.

– Отпустите! У меня есть парень, это неправильно, – у Лили получается высказать свои мысли, подернутые навязанным туманом желания.

– Снова ложь! На тебе нет мужского запаха. Ты пахнешь собой и алкоголем. – Арсений морщится на последнем слове, а потом прижимается лицом к шее девушки, шумно вдыхает.

– Лилька, тебя только за смертью посылать! – В приоткрытую дверь врывается Трубников. – Оу, пардоньте! Не знал… не думал… не гадал, такого вот конца, – пропел песенку, с нажимом выделив последнее слово. – Я вискарик возьму и свалю, продолжайте.

«Никогда не думала, что буду рада этому непроходимому», – подумала Лиля, извиваясь змеей и выскальзывая из объятий. Девушка скатилась с мужского тела, словно с горки. Вылетела первой из домика, свернула с освещенной дорожки в темноту, перешла на бег и позволила себе остановиться, лишь достигнув пляжа.

«Ни ногой за территорию палаточного городка!» – поклялась она сама себе.

Эля скакала под музыку, плескаясь в озере. Набирала воду в ладошки и подбрасывала над головой, имитируя дождь.

«И мне не мешает охладиться».

Не снимая сарафана, Лиля присоединилась к подруге. Прохладные капли немного вернули ясность, и, раскинув руки, девушка упала в воду, с наслаждением погружаясь с головой.

Глава 12

Оттолкнувшись от песчаного дна, Лиля вынырнула из обволакивающей прохлады и подставила лицо легкому ветерку.

Сарафан не сковывал девушку. Ленивыми движениями она поддерживала себя на плаву.

Под одобрительные крики Трубников торопился по дорожке. Он поднял над головой бутылки, демонстрируя добычу. Те блеснули, отражая свет фонарей, и ночь огласили радостные вопли.

«Надеюсь, он не начнет сейчас трепаться об увиденном», – от этой мысли девушка выскочила из озера. Ее тело облепила мокрая ткань. Резкий порыв ветра, и кожа покрывается мурашками.

Лиля нырнула в палатку, сменила мокрую одежду на тонкие летние джинсы и топ, спеша закрыть рот не в меру болтливому одногруппнику. Она отлично знала Трубникова: он рассказывал увиденное за считанные минуты, еще и приукрашал своими извращенными выдумками.

Парень разливал алкоголь по пластиковым стаканам.

– Держи, Лилька, я добавил лимонад, – протянул коктейль.

«И все, никаких подколов и шуточек?» – удивилась девушка, отпивая глоток.

– Давайте же выпьем, чтобы последний год в универе был не сложнее этого. За удачную сдачу госэкзаменов. О, и за хозяйку, любезно пригласившую нас. – Парень поднял бокал в знак уважения и осушил треть содержимого. – А теперь хватайте Эльку, парни. Качаем!

Визжащую Эльку подбрасывали в воздух и каждый раз грозились не поймать. Она хохотала и просила: «Еще! Выше!» И Лиля невольно рассмеялась, глядя на счастливое лицо.

– Хочешь? – Серега протянул руки, приглашая ее в полет.

– Нет, нет, нет, – она активно запротестовала.

«С меня хватит на сегодня потрясений», – добавила про себя.

– Как думаешь, они скоро улягутся? – простонала Элька, держась за голову. – Еще немного, и начнет светать.

– Это студенты, – озвучила Лиля очевидный факт. – А студент – зверь выносливый. Может не есть и не спать неделями.

С улицы доносились редкие разговоры. Большая часть ребят разошлись по палаткам, и за столами остались самые стойкие.

– Придурки! – вдруг заверещала Элька, вылетев на улицу в одном белье. Великовозрастные идиоты где-то нашли ведро и, набрав воды, плеснули, открыв замок палатки. – Вы совсем больные? Как мы будем спать в этом болоте? – Она приоткрыла палатку, демонстрируя промокшие спальники.

Рокотовой повезло, она откатилась ближе к стенке и мирно посапывала, а основная масса воды пришлась на ее подругу.

Лиля ползала по спальным мешкам, собирая вещи. Сдерживала эмоции ровно до того момента, пока не потух экран телефона в ее руках.

– Вы точно дебилы! Что ржете? Так, мальчики, скидываемся мне на новый смартфон! – Она налетела на парней, наделив каждого гневным взглядом и тычком пальца в грудь, села рядом с палаткой, сняла крышку с телефона и вытащила батарейку. – Если он завтра не включится, готовьте бабосы. Я не шучу!

– Лильк, ну прости! – заныл Трубников.

– Да ладно тебе, Серег, зато бельишко заценили. Оно того стоило, – ржал Котофеев.

Сонные недовольные лица выглядывали из соседних палаток.

– Точно, идиоты. – Эля вывесила спальные мешки на крышу палатки. – Мы сегодня весь день в купальниках ходим, а вы на наши трусы захотели посмотреть? Дорогой стриптиз, не находите?

Парни переглянулись и улыбнулись чему-то.

– Ну что, девчонки, спать идем к нам? У нас сухо, и палатка большая. Правда, спальника два, но так и быть, пустим к себе, – предложил Трубников.

Лиля прыснула со смеха.

– Дураки, – фыркнула Элька. – Вот и спите с друг другом, а мы в дом пойдем. Лиль, бери рюкзак.

На парней было жалко смотреть: такая шикарная многоходовка – и потерпела крах.

– Да ладно, вы что? Нельзя отрываться от коллектива. – Трубников аж икнул от услышанного, а может, и от переизбытка алкоголя в крови.

– Приятных снов, мальчики. – Элька победно вильнула задом в трусиках в горошек и подбородком указала направление. – Лили, за мной.

– Ну, девчат, – Трубников с Котофеевым канючили, словно дети.

– Счастливо оставаться! – Элька была в ударе, театрально склонившись в реверансе.

Лиля активно перебирала босыми ногами вслед за подругой, прикрывая стратегические места рюкзаком.

Дом встретил непроглядной темнотой.

Подруги тихо пробежали по ледяному каменному полу, поднялись на второй этаж.

Рокотова остановилась у одной из дверей.

– Моя комната рядом, – Эля указала на соседнюю дверь, – проходи. Тут душ, – толкнула дверь внутрь и провела быструю экскурсию. – Полотенца и белье здесь, – приоткрыла встроенный шкаф в спальне. – Сейчас футболку какую-нибудь принесу.

Лилю била мелкая дрожь. Она поджимала заледеневшие пальчики на ногах, стоя на каменном полу.

«Спасибо двум идиотам. Эту ночь я буду спать с комфортом в мягкой и чистой постели, а не отлеживать косточки на твердой земле», – поблагодарила она одногруппников.

Лиля вывалила содержимое рюкзака на коврик в ванной, перебирая вещи.

– К счету за телефон прибавлю счет за испорченную косметику, – пожаловалась та Эльке, услышав, как открывается дверь. – Как думаешь, если высушить, смогу пользоваться? Эль?! – Выглянула, но в спальне никого не было. Сделала неуверенный шаг и осмотрела пустую комнату.

– Держи. – Дверь распахнулась, впуская подругу. Лиля вздрогнула. – Я спать. Спокойной ночи.

– Спокойной… – Ее сердце все еще бешено колотилось в груди.

В замочной скважине торчал ключ, и если раньше Лиля оставила бы дверь не закрытой, то после сегодняшнего вечера повернула на два оборота и подергала ручку, удостоверившись в надежности замка.

Глава 13

Ар наблюдал, сидя в полной темноте. Шлепая босыми ногами, подруги пробежали через холл.

Абсолютно беззвучно мужчина подался вперед и проводил взглядом Лилю. Она прикрывалась рюкзаком, обнимая его двумя руками, и опасливо осматривалась.

– Не трогай девочку. – Вела тихо подошла со спины и положила руки на плечи брата. – Выбери другую. Любую другую, но не подругу моей дочери. Зачем она тебе?

– Зверь хочет, – Ар не стал врать и постарался расслабиться, ощущая теплые прикосновения ладоней.

– Ну, – тихо рассмеялась волчица в ответ, – ты взрослый волк и давно научился управлять желаниями зверя.

Ар отфыркивался от слов. Зверю не нравилось, что говорила сестра. Если бы не она, он уже поднимался бы по лестнице и втягивал дурманящий запах, который и сейчас щекотал ноздри.

– Я не вынесу еще один день! – приглушенно рыкнул Лео, выходя из кухни с бутербродом в руках. – Они, даже когда спят, производят столько шума, что башка трещит. Животные! Жрут, пьют и сношаются!

– Они молоды, Лео. И их жизнь так коротка. Хочешь, приготовлю завтрак?

Ар уличил секунду, когда сестра отвлеклась, и ноги сами понесли его по лестнице. Остановился оборотень лишь у двери, за тонкой преградой услышав шуршание ткани – девочка стелила постель. А зверь внутри поскуливал от ожидания и срывался на рычание: ему не нравилось, что его сдерживают.

Шаги, звук льющейся воды, что-то рассыпалось по полу – она в ванной. Мужчина плавным движением открыл дверь и пересек комнату; он не скрывался, не ступал бесшумно, он хотел быть обнаруженным.

– К счету за телефон прибавлю счет за испорченную косметику, – произнесла Лиля.

«Она так близко, – шептал зверь, – возьми ее. Самка! Хочу! Моя!»

– Как думаешь, если высушить, смогу пользоваться? – тем временем продолжила девушка. – Эль?

Шаги племянницы за стеной отрезвили Арнара, он выскочил в коридор и успел скрыться в полумраке.

Элеонора прошла в комнату подруги, отдала одежду и вернулась в свою спальню.

Через мгновение коридор оглушил щелчок закрываемого замка.

Зверь взбесился. Он злился, метался, рычал: «Выбей дверь! Зайди! Хочу! Самка!» И так по кругу: снова и снова твердил, просил и бесновался в теле человека. Зверь подкидывал картинки. Девочка ластится к груди и целует горячими губами футболку. Гладит нежными пальцами шрамы. И он явственно чувствует аромат кожи девчонки.

Мужчина срывается на бег, преодолевает длинный коридор и спрыгивает на первый этаж, минуя лестницу. Легко приземляется на ноги, словно кошка, и сипло просит:

– Открой…

Больше он не может сдерживать оборот, и на пол уже опускаются мощные лапы волка. Крупного, поджарого, с темной шерстью и светло-желтыми глазами. Он стряхивает задними лапами джинсы и срывает зубами футболку, сковывающую движения.

Вела распахивает входную дверь, и в проеме исчезает мощная спина зверя.

«Дальше, – пульсирует в мозгу, – быстрее! Еще дальше, беги!»

В лесу легкие заполняют ароматы хвои, трав, молодой зелени, еще не высушенной жарким летним солнцем. Зверь отвлекается на новые звуки и запахи, бросается в сторону птицы, вспорхнувшей с ветки, водит носом, замечая след зайца, подергивает ушами, прислушиваясь к малейшему шороху, и им овладевает жажда охоты, преследования, крови.

Ар возвращается в дом, когда солнце стоит в зените. Избегая людей, петляет среди зарослей, не привлекая внимания, и обходит дом с обратной стороны. Он знает, что сестра оставит дверь приоткрытой. Поднимается по второй лестнице, предназначенной только для хозяев и обслуживающего персонала, мягко ступает, не желая наткнуться на кого-либо. Слышит сердцебиение – девчонка еще в доме. Недавно проснулась и сейчас борется с дверным замком.

– Лили, не дергай, замок заедает. Я сейчас Митю позову, он откроет! – прокричала Эля последнюю фразу. – И вообще, зачем ты закрывалась?

– Собак ваших боюсь, – отшутилась девушка и последний раз дернула ручку.

– Ладно, жди. Сейчас за ним сбегаю. Не слышит… телефон, – добавила Эля и побежала в другое крыло дома.

Лиля села на заправленную кровать и, подперев руками подбородок, гипнотизировала дверь. В коридоре послышались шаги, и девушка приготовилась к мучительному ожиданию. Когда ее отец брался что-то чинить, проходило не менее часа, даже если просто нужно было вкрутить саморез для книжной полки.

– Ключ подсунь под дверь, Цветочек.

– Не могу, он заклинил в замке, – честно призналась девушка.

– Ох, Цветочек, Цветочек. От двери отойди. Отошла?

– Угу.

Удар. Дверь резко распахнулась, Дмитрий по инерции влетел в комнату. Никаких тебе инструментов и долгих ремонтов: замок вырван с корнем – кардинально!

– Спасибо.

– Да не за что. Всегда приятно размяться с утра, – покрасовался парень, играя мышцами, и расплылся в улыбке.

– Ты уже размялся. – Элька толкнула брата плечом, оттесняя. – Знаешь, кого я нашла в его постели?

Парень закатил глаза.

– Прямо-таки нашла? Долго искала? – растрепал ей волосы пятерней.

– А я точно хочу это знать? – скривилась Лиля, представляя пьяную Самохину.

– Верку! Прикинь? Эту правильную заучку! Монашку универа, – эмоционально всплеснула руками Элька.

– Вот прям и монашку?! Я хочу вам сказать…

– Стоп-стоп! Пожалуйста, избавьте меня от этого. – Лиля закрыла уши ладонями. – Извини, но я не хочу знать подробности личной жизни твоего брата, – обратилась к подруге. – Я же не смогу смотреть Верке в глаза.

– А хочешь, я сам тебе расскажу и покажу? – обволакивающим голосом произнес парень.

Лиля скривилась на предложение и отрицательно покачала головой.

– Фу, фу, фу, братец! Можешь перетаскать к себе в койку хоть весь универ, но Лильку… – Эля сжала кулак и поднесла к мужскому носу, привстав на носочки, – не тронь! Ясно?!

– Ясно. – Дмитрий чмокнул девичий кулак. – Боевой хомяк, – поддел сестру и с хохотом удалился.

Глава 14

– Ну что, как телефон, жив? – поинтересовалась Эля, спускаясь по лестнице.

Лиля ускорила шаг, проходя по холлу первого этажа. Ощущения вчерашнего вечера преследовали ее и сейчас, в разгар солнечного дня, и она не могла их больше списать на мистику ночи, когда простые вещи приобретают таинственность, сверхъестественность и загадочность.

Противоречивые чувства к мужчине, с которым у нее не может быть ничего общего, выбивали почву из-под ног, путали, принося раздрай и сумятицу.

– Нет, не включился. Надеюсь, идиоты, – Лиля намекала на Трубникова и Котофеева, – пропили не все деньги.

Как и ожидалось, парни изображали раскаяние, клятвенно обещали отдать деньги, только не сейчас, чуть позже. Сдача сессии оставила парней с пустыми карманами.

– Не расстраивайся, – Эля успокаивала подругу, – отдадут они деньги. Или я Митьку попрошу, он на них повлияет. Поверь, он умеет.

Лиля криво улыбнулась в ответ.

– Я не сомневаюсь.

– Тебе точно пора? Может, останешься до завтра? Я такси отменю. – Рокотова с улыбкой Чеширского кота смотрела на подругу.

– Нет, Эль, не могу. Сегодня отец приезжает. Мы с ним три месяца не виделись. Родители не поймут, если не поеду встречать.

– Я понимаю. – Девушки подошли к воротам. – Странно, в приложении указано, что машина прибыла.