- -
- 100%
- +
Тоад старалась запомнить маршрут, по которому двигается этот мини-босс. Кикимора расправилась с очередной жертвой и двинулась в сторону дерева, где пряталась Хоптоад. Колдунья замерла, стараясь даже не дышать. Но тут кто-то ее толкнул. Тоад упала на землю, больно ударившись рукой об дерево, когда пыталась за что-нибудь зацепиться. Старуха тут же направилась в сторону новой жертвы. Девушка на четвереньках убегала от преследователя. Ноги отказывались слушаться. Она почувствовала, что на шее сомкнулись руки, перед глазами тут же все потемнело.
Тоад очнулась на опушке леса. Она тяжело дышала, до сих пор помня когтистые руки на шее. Девушка встала и отряхнулась. Получается, что придется начинать все заново и в этот раз в одиночку. Хватит командной работы. Одному проще. Хоптоад в ускоренном темпе вошла в лес. Колдунья остановилась перед болотом, в котором в прошлый раз утонули несколько девушек. Загадку с топким местом разгадали быстро, надо просто избегать мест, где есть передвигающаяся тень. Скорее всего, это какой-то житель трясины, который затаскивал несчастных в свое убежище. Тоад быстро пересекла болото, один раз затормозив. Теперь сломанный мост. В одном месте доски должны оторваться и упасть в пропасть, главное не торопиться. Все, а теперь хижина.
Здесь Хоптоад остановилась. Вокруг никого. Ни тех, кто остался, ни тех, кто выбыл. Отлично, значит, у нее получилось. Теперь одиночная игра, все так, как она и хотела.
Тоад подошла к колокольчику и выдохнула. Колдунья поблагодарила судьбу за неограниченное количество попыток, но в очередной раз умирать от лап болотной твари она не хотела. Девушка протянула руку к заветному колокольчику и позвонила. В этот раз девушка заметила, что дверь покрылась трещинами, которые засветились бледно-голубым светом. Справа раздалось недовольное ворчание и чавкающие шаги. Хоптоад побежала и спряталась в кустах. Через несколько секунд болотная тварь пробежала мимо и остановилась. Старуха с шумом стала втягивать воздух, пытаясь найти по запаху жертву. Тоад за это время выбралась из укрытия и спряталась за старым деревом. Кикимора развернулась, приблизилась к кустам, где сидела колдунья, и стала шарить длинными руками. Издав звук удивления, болотная тварь промчалась мимо. Колдунья вышла из укрытия и спряталась в кустах. Старуха вернулась, чтобы заглянуть за дерево, заворчала и ушла. Хоптоад подождала, подбежала к колокольчику и снова позвонила. Трещин стало больше, и они светились ярче. Тоад в этот раз спряталась за колодцем. Кикимора, как метеор, промчалась мимо, даже не останавливаясь. Девушка не видела, в каком направлении скрылась болотная тварь, потому решила еще немного подождать. Колдунья затаила дыхание. Послышались шаги. Старуха прошла в очередной раз мимо, а потом резко сменила курс передвижения и заглянула за колодец. Хоптоад закричала, когда к ней потянулись земляного цвета руки.
Во второй раз Тоад бежала через лес, но на локации с болотом девушка поторопилась и сделала шаг прямо в тень. Ее тут же схватил кто-то за ноги и утянул в трясину.
В третий раз колдунья, раскинув руки, позволила себе немного поваляться на земле, чтобы прийти в себя и обдумать план действий. Когда все было решено, Хоптоад отправилась в путь. И вот теперь она снова пряталась за колодцем. Когда Кикимора промчалась мимо, девушка выскочила из-за укрытия и побежала к двери, чтобы позвонить в колокольчик. Тоад надеялась, что это последний раз, иначе придется начинать все сначала.
После третьего звонка дверь засияла ярко-голубым светом, завибрировала и превратилась в пыль. Хоптоад попятилась и упала.
Колдунья слышала, как кричит старуха и мчится в ее сторону. Но тут из хижины вышла женщина. Она бросила злобный взгляд на Кикимору. Тварь заскулила, с неведомой прытью нырнула в болото и скрылась.
– Пойдем, дитя, – сказала женщина, – ты проделала трудный путь. Я напою и накормлю тебя. А за то, что ты освободила меня из плена этого чудища, я поделюсь с тобой знаниями.
Девушка поднялась с земли и вошла в хижину.
Глава 7
Амбрелла обвел взглядом полки, забитые ненужными для него вещами.
– Дешевые безделушки не сделают мое расположение к вам лучше, – предупредила девушка.
– Может, тогда подскажешь, что выбрать? – слегка повысил голос Птица.
Игрок тут же потерял пять очков репутации. Мимика куклы не изменилась. Она сложила руки на груди и взглядом сверлила посетителей.
– Мы можем купить все, что есть, – подсказал Митя. – И не будем тратить время, а перейдем сразу к делу.
Голова резко повернулась в сторону голоса.
– Пренебрежительное отношение к моим вещам не приветствуется. – Девушка с трудом подняла руку и щелкнула пальцами.
– Хорошо, – вздохнул Амбрелла. – Позволь мне рассмотреть все и только тогда выбрать?
Голова вернулась в исходное положение. Руки опустились.
– Выбирай, – сказала кукла.
Птица дернулся, освобождаясь от цепких рук Мити, и стал подходить к выставленному на продажу антиквариату. Мужчина начал с картин. Он кончиками пальцев дотронулся до полотна, корпус куклы тут же наклонился вправо.
– Интересные работы, – начал игрок. – И у них одна общая тема.
– Что ты видишь? – спросила девушка.
– Людей, которые заняты какими-то делами, – ответил Птица. – Я бы сказал, что работы так и называются «человек в движении».
– «Печать смерти».
– Вот как! – искренне удивился Амбрелла. – То есть это все они перед неизбежной гибелью? Интересно.
Пальцы, касающиеся картины, где женщина собирала золотые монеты, плавно прошлись по сундуку с сокровищами.
– Что с ней случилось? – спросил мужчина. – Она смогла разбогатеть или хотя бы потратить пару золотых?
– Землетрясение в доме, где она жила. Придавило обломками.
Игрок отошел от этой картины и направился к рыжему мужчине, который бродил в пещере. Птица долго смотрел на нее. Почему-то хотелось ее приобрести и повесить дома в реальном мире.
– Они не продаются, – нарушила тишину девушка. – Любопытно узнать мнение постороннего человека, но выбери что-нибудь другое.
Тембр голоса не менялся. Амбрелла заметил другую закономерность. Как только он отошел от картин, кукла выпрямилась. Подошел к книгам – никакой реакции. Стоило только достать самовар, как она тут же сложила руки на груди. Игрок так и блуждал от предмета к предмету, изучая реакцию владелицы антикварного магазина. Можно уже сделать некоторые выводы: наклон вправо означал любопытство, сложенные руки на груди – раздражение. Щелчка пальцами больше не было. В основном она стояла неподвижно, как манекен. Амбрелла пытался выявить хотя бы еще какую-нибудь эмоцию. Несколько неуверенных шагов в сторону серебряных изделий, как пальцы вцепились в подтяжки. Выбранный наугад браслет не спровоцировал на дальнейшие действия. Пришлось покрутить в руках почти все, что располагалась на прилавке. Митя предлагал выбрать что-нибудь, что будет полезно. Например, нож. Или на крайний случай кочергу. Он даже начал практиковаться в нанесении ударов.
И только из-за зажигалки кукла начала активно разглаживать невидимые складки на шортах.
– Ее возьму, – сказал Амбрелла, продемонстрировав прямоугольный предмет.
– Зачем она нам? – спросил НПС, косясь на девушку. – Лучше кольт.
Птица носом коснулся виска парня.
– Не мешай, – прошептал мужчина и направился к кукле, не сводя с нее взгляда. Ее руки постепенно замедлялись и, как канаты, повисли вдоль бедер.
Митя тыльной частью ладони прикрыл висок.
– Хорошо, – в голосе девушки отсутствовали эмоции. – К оплате принимаю только деньги.
Когда нужную сумму списали, кукла пообещала, что на все вопросы ответит без капли лжи.
– Мы ищем вино гусеницы! – крикнул Митя.
Мужчина рукой закрыл глаза. Это провал. Он хотел начать задавать вопросы постепенно, чтобы наблюдать за собеседником, изучать его. Реакция куклы не заставила себя ждать. Она тут же сложила руки на груди.
– Вопросы, – напомнила девушка. – Не испытывайте мое терпение.
Митя хотел что-то спросить, но Амбрелла дернул за рубашку. Ноги парня подкосились, и он повис на руке игрока. Мужчина ладонью закрыт рот официанта.
– Извини, он немного невоспитанный, – Птица натянуто улыбнулся. – Да, мы интересуемся вином гусеницы. Оно находится здесь?
– Не совсем.
Руки куклы так и остались скрещенными на груди.
– Это можно потрогать?
– Да.
– Ты знаешь, где его достать?
– Да.
– Поможешь нам?
– Нет.
Митя начал бурчать, пока его не отпустили. Парень приподнялся на цыпочки и что-то прошептал. Птица удивился находчивости компаньона и решил воспользоваться советом:
– Оно разбито на части?
– Да.
Этот ответ удивил НПС и игрока. Парень снова хотел что-то посоветовать, но Амбрелла убедил действовать самостоятельно.
– Вино гусеницы в разных играх? – спросил НПС.
– Да.
– Одушевленный предмет?
– Однозначного ответа на этот вопрос нет.
Митя отвел Птицу в сторону. Парень нервничал. Немного посоветовавшись, они стали предполагать, что можно разделить на несколько частей. На ум приходили книги, паззлы, ожерелья из бусинок, какие-то комплекты. Можно спросить про все это, но есть риск, что кукла разозлится и перестанет отвечать.
– Ты, когда не боишься, умеешь соображать, – похвали игрок и обратился к девушке. – Ты на мой вопрос «вино гусеницы находится здесь»? ответила «не совсем». Тогда я могу забрать прямо сейчас, если тут находится часть?
– Я тебе лично передам, когда ты поймешь, что это такое, – ответила кукла. – Обещаю. Теперь все. Уходите.
Ее руки опустились, а корпус тела наклонился вправо. Спорить с ней никто не стал. Амбрелла решил не рисковать единственным обещанием и не провоцировать девушку.
Митя первым вышел на улицу. Это неуютное место не располагало к многочасовому времяпровождению. Пыльное, темное, со слегка агрессивно настроенной хозяйкой антикварной лавки. Осталось только получить удар по голове дубинкой от какой-нибудь игрушки и считай, что магазин прославится, как хоррор-заведение.
Утреннее солнце освещало верхушки домой. Свет слабо проникал в тупиковую часть улицы и прогонял ночную мглу. Широкие тени падали на сколотую плитку, создавая безопасные островки от грядущего рассвета. Персонаж, который спал на черных мешках, исчез. С ним пропал почти весь мусор и клочки газет, загнанные сюда ветром. Амбрелла присмотрелся и увидел на земле темно-коричневые бутылки. Они лежали так, что своим положение напоминали стрелку. Птица взглядом проследил за их направлением и увидел камень под фонарным столбом. Игрок удивился такому квесту и решил его выполнить. Он обнаружил придавленное письмо, написанное аккуратным почерком. На бумаге были жирные следы. Кожа игрока такие нюансы не чувствовала. Птица прочитал послание. В нем говорилось, что некий Зодчий в определенном месте и в условленное время хочет встретиться с ним. В журнале заданий ничего не отобразилось.
– Откуда ты узнал про вино гусеницы? – спросил Амбрелла.
Мужчина достал из кармана зажигалку, чиркнул ей и поднес к письму. Языки пламени охватывали бумагу, оставляя черную труху. Пепел сыпался на тротуарную плитку и исчезал, не достигая цели.
– Подслушиваешь, значит, – предположил мужчина и посмотрел на Митю.
Парень вытянулся, как струна, и стоял с каменным лицом. Птица смял остатки письма и забросил в урну.
– Нет, не подслушиваешь. Было слишком шумно.
Пальцы официанта дернулись. Мужчина хищно улыбнулся и продолжи:
– Странный у вас мир. НПС стали разумными. Сначала вы демонстрируете недоверие, пренебрежение и страх, а потом предлагаете помощь.
– Я…
– А ведь я просто пытаюсь выполнить задание. И исчезну из этой игры навсегда. Ты ведь понимаешь, что я – простой человек? Я обычно играю в элементарные игры, которые не требуют виртуальной реальности.
Митя поджал губы. Он мысленно боролся сам с собой, это хорошо читалось на лице. Птица решил еще немного на него надавить:
– Мой тебе совет от человека, который совершил много ошибок: во-первых, не действуй сгоряча. Испорченные вещи не вернуть. Во-вторых, говори, когда уже не можешь молчать. Иначе тоже ничего не исправишь. Да, эти два пункта противоречат друг другу, но со временем ты все поймешь.
Игрок развернулся и, не дожидаясь Мити, направился в сторону дома.
– Идем, – сказал мужчина. – Нам здесь больше нечего делать.
– Жучок, – вырвалось у НПС. – Там, где ты сидел, в обивке установлен жучок.
Брови Амбреллы поползли вверх.
– Он настолько мощный, что смог записать диалог поверх музыки?
– Не знаю, – пожал плечами парень. – Виртуальный мир, тут свои правила. Мы не первый раз это практикуем.
– Интересно, – мужчина остановился. – Идешь? Или ты решил вернуться и что-то приобрести в антикварном магазине?
Последние слова подействовали, как пинок. Митя быстрым шагом последовал за игроком.
– На будущее: не рассказывай все, даже если на тебя будут давить, – посоветовал Птица. – Даже если тебя поймали за руку – отрицай. Разозли их, но не сдавайся, если тебе это не выгодно. Возможно, прокатит, и ты выйдешь сухим из воды.
– Я тебе доверяю, – сказал НПС. – Только…
– Предал доверие Дары и Рады. Все хорошо, не думаю, что это критично. В первую очередь думай о себе. Сам решай, кому доверять, а кому нет. Фильтруй чужие ошибки, запоминай советы, но не всегда к ним прислушивайся. Один и тот же человек может говорить разные вещи. Ты не знаешь, чем он руководствуется. Может, он не все мысли озвучил. Просто делай выводы. Будь эгоистом.
Митя в ответ медленно кивнул и задумался.
Им хотелось, чтобы обратный путь занял как можно меньше времени, но в бок Амбреллы что-то уперлось.
– Стоять. – Теплое дыхание коснулось уха, руки сами поднялись вверх.
Митя дрожал, как трава под дуновением ветра. Пальцы хаотично дергались, выдавая напряжение.
– Отлично. – Толчок в спину заставил сделать пару шагов вперед.
Птица оглянулся и увидел парня в широкополой шляпе. Две одинаковые мускулистые женщины, отличающиеся только прическами, стояли с разных сторон. Одна из них рукой обхватила официанта за шею.
– Роза, не сломай его, хорошо? – пропел незнакомец без ника.
Женщина ослабила хватку.
– Живо. – Кивок в сторону черной машины снял с парня оцепенение.
Митя оперативно залез в салон, Амбрелла последовал за ним. Женщина, ник которой неизвестен, села рядом с ними. Ее аватар занимал много места, заставив игрока вплотную придвинуться к НПС.
– Спокойно, – прошептал мужчина и сжал руку официанта.
В ответ раздался нервный кивок.
Машина, управляемая Розой, тряслась, собирая на дроге все возможные ямки, и наезжая на мусор. Плечо Птицы несколько раз ударилось об Митю, но парень ничего не почувствовал. Он перевернул ладонь, приложив тыльную сторону к ноге, и ногтями впился в кожу игрока.
– Если вам нужен мой инвентарь, то я готов все отдать, – подал голос Амбрелал. – Можно не заморачиваться и мирно разойтись.
По его расчетам возвращаться придется долго, а времени у него на это нет.
Незнакомец сел полубоком.
– Серьезно? – спросил он.
– Почему нет? – осмелел игрок. – Устранять нас нет смысла. Вы теряете время, мы тоже.
– Пожалуйста, не зли его, – прошептал Митя и крепче сжал руку.
От глаз парня в широкополой шляпе это действие не осталось незамеченным. Он только ухмыльнулся в ответ и отвернулся.
Мужчина начал энергично думать, пытаясь найти пути к отступлению.
За стеклом, покрытым дорожной пылью, городской пейзаж сменился пустошью. Идея о том, что их везут на какую-то базу для допроса, рассыпалась, как тонкий лед. Мысль, что это обычное убийство без свидетелей, не давала покоя.
Митя опустил голову и, как казалось игроку, шумно дышал.
– Закрой глаза, – чуть громче, чем хотелось бы, сказал Амбрелла, – и считай про себя.
Незнакомец поднял голову и прокричал:
– Достали! Ведете себя, как отец с сыном на детской площадке! Один выглядит так, будто не знаком с расческой, а второй – лег спать с мокрой головой. Кошмар! Игрок, у тебя такие черные тени под глазами, что тебе не помешало бы выспаться, а не играть в игрушки.
НПС согнулся. Из уголка глаза по щеке прокатилась одинокая слеза, стекла по подбородку и упала на руку игрока. Птице показалось, что он видел, как она коснулась его кожи, взорвалась, разлетаясь брызгами в разные стороны, оставляя после падения маленькую лужицу.
Машина резко остановилась. Амбрелла подался вперед, чуть не вылетев.
– Выметайтесь. – Дуло пистолета уперлось в бок игрока.
Митя отпустил руку, открыл дверь и выскочил из салона. Ветер усилился, путая волосы, сдувая на лицо. Птица убирал их назад, но все попытки были безуспешны.
– Выглядите, как два птенца, – хмыкнул незнакомец. – Двигайтесь, живо.
Их подвели к обрыву. Посмотрев вниз, игрок увидел, как внизу бушевала вода. Волны бились об скалы, поднимая белую пену, воздушную на первый взгляд, и уходили, чтобы снова набрать сил.
– Вот и все, – сказала женщина без ника. – Есть последнее желание?
– Ты серьезно? – Парень в шляпе удивленно посмотрел на нее.
– У тех, кого ждет казнь, есть право на последнее желание.
Незнакомец пальцами потер глаза, пытаясь себя успокоить. Амбрелла с любопытством наблюдал за ними. Все это выглядело, как пародия на злодеев, которые считали себя захватчиками мира.
– Сестра права, – подала голос Роза, опуская пистолет. – Мы все равно их убьем.
– Это игрок, которые может создать новый аватар и жалкий НПС, у которого не должно быть своей воли! – Парень вскинул руку, указывая на пленников. – Какое желание? Вы, как всегда, беспрекословно воспринимаете приказы.
– Нам не говорили убивать, – сказала безымянная женщина. – Только сделать так, чтобы они не мешали.
Роза в ответ закивала.
Митя, достигший пика эмоционального стресса, перегорел. Он перестал трястись, как клочок бумаги, подгоняемый ветром. Птица не заметил этой метаморфозы, сильно увлеченный перепалкой между персонажами без ников. Он почувствовал, как руки обхватили ребра, прикосновение чужого тела, которое с напором пыталось повалить. Нога соскользнула, потеряв опору. Спина чувствовала легкость, руки взлетели вверх, как ленты. В воздухе раздался залп. К обрыву подбежал незнакомец, который с каждой секундой прекращался в черную точку. Какая-то женщина, понять уже невозможно, всматривалась в пропасть.
Глава 8
Внешне хижина не сочеталась с внутренней частью. Домик, похожий на заброшенное жилище одинокой озлобленной ведьмы, внутри оказался уютным. Напротив окна в гостиной стоял овальный стол, накрытый розовой скатертью. Столешница ломилась от всевозможных блюд. Тут были пироги с румяной корочкой, дубовый бочонок с медом, глиняный кувшин с молоком, огромная стопка кружевных блинов, а в центре, украшенный гирляндой из баранок, стоял самовар. Стол накрыт на три персоны. Хоптоад сомневалась, что здесь действует принцип «разделить трапезу», когда гости едят вдвоем из одной тарелки. Потому она ожидала еще одного или двух гостей, никак не больше.
Хозяйка, которую звали Златослава, жестом пригласила колдунью к столу. Девушка прошлась по ковру из толстого ворса, оставляя после себя грязные следы, выдвинула деревянный стул и аккуратно присела. Тоад в очередной раз ожидала, что рот наполнится слюной, но этого не произошло. Рефлекс утратил силу несколько месяцев назад. Изначально девушка с аппетитом набрасывалась на еду, но вкус в последнее время был такой, будто вкусовые рецепторы притупились. Как будто все напитки разбавили огромным количеством воды, а твердая пища смешана с ватой. Со временем Хоптоад перестала тратить игровые деньги на еду, если она не восстанавливала жизнь или не требовалась для каких-то других значимых целей.
Девушка терпеливо ждала, когда к ней присоединится хозяйка. Вместо этого женщина заняла место возле камина и плавно раскачивалась в кресле-качалке.
Тоад отщипнула кусочек пирога и отправила в рот. На вкус, как вата. Колдунья наклонилась над чашкой с чаем и с шумом вдохнула. Аромат был, но казалось, что он далеко, а не перед самым носом. Хоптоад еще раз быстрым взглядом окинула помещение и обнаружила лестницу, ведущую на второй этаж, прикрытую белыми занавесками. Игрок забарабанила пальцами по столу, ожидая действий от НПС или хотя бы новых гостей. Колдунья хотела окликнуть Златославу, но вовремя спохватилась. Она побоялась, что это может запустить диалог с персонажем, который растянется на долгое время. Настроя на беседу у нее не было, потому принято решение исследовать дом.
Хоптоад со скрипом отодвинула стул и встала. Хозяйка не отреагировала, все так же продолжала раскачиваться и смотреть на огонь.
Девушка по пути коснулась стены, выкрашенной в бледно-голубой цвет. Поверхность оказалась жёсткой, как картонная коробка. Бросив последний взгляд на хозяйку, Тоад скрылась за занавесками.
Ступеньки при подъеме жалобно скрипели. Девушка оглянулась, но за ней никто не следовал. Второй этаж, как и предполагалось, начинался длинным коридором и заканчивался панорамным окном. Несколько неуверенных шагов и ступни тут же защекотал жесткий ворс красной ковровой дорожки. Тоад остановилась и прижалась к стене. Девушка подняла одну ногу к груди и стала разматывать импровизированные портянки, так как в доме они были бесполезны. Надеясь, что ей удастся раздобыть обувь, колдунья опустила освободившуюся ногу и принялась за вторую. Хоптоад остатками ткани стерла кое-как грязь с кожи и бросила бесполезные тряпки в угол. Девушка посмотрела по сторонам, пошевелила пальцами и продолжила путь. Сорочка липла к ногам, что заставило Тоад лишний раз вспомнить, что на ней нет нижнего белья. Пусть это всего лишь игра, но штаны пригодились бы, возможно даже больше, чем обувь. Все-таки не хотелось оказаться перед кем-то с задранной юбкой или подвешенной вверх ногами.
Справа и слева располагались пять пронумерованных дверей. Все, как один, выкрашены в желтый цвет и заперты. Кроме нумерации, каждая из них имела отличия. Четвертая, например, в саже. Естественно, именно она привлекла большее внимание.
Хоптоад еще раз подергала ручки и уставилась в окно. По двору бродила Кикимора. Она то принюхивалась, пытаясь что-то уловить в воздухе, то падала на землю, начиная яростно рыть. Иногда она что-то находила, и это тут же отправлялось в рот. Болотное чудище еще немного поблуждало и скрылось в воде.
За спиной раздался скрип, Тоад оглянулась. На ковровую дорожку из приоткрытой двери упал луч света. Девушка услышала металлический скрежет, будто у кого-то были железные когти. Неизвестный подошел к дверному проему, и его тень упала на пол. Колдунья сделала несколько шагов в сторону, но никого не увидела. По очертаниям маленькой тени Хоптоад смогла рассмотреть только острые ушки.
Сердце бешено заколотилось. Пути отступления не было, за спиной находилось окно. В любом случае придется пройти мимо. А может быть это приглашение?
Девушка услышала мурчание. Сначала оно было тихим, еле уловимым, но за несколько секунд стало громче. Оно сладкое и, как музыка, убаюкивающее и обволакивающее невидимой дымкой. Хоптоад обхватила себя руками. По всему телу пробежала дрожь, а кожа покрылась мурашками. Девушка блаженно улыбнулась и пошла на звук. Ноги были ватные, как будто они замлели. Еще немного, еще чуть-чуть.
В лицо прилетел кусок грязной тряпки. Хоптоад дернулась и отступила назад. Это были портянки, которые она бросила угол. Тоад замотала головой, отгоняя наваждение, и увидела, что на лестнице скрылось маленькое лохматой существо. Дверь тут же закрылась, жалобно звякнув цепью, которая свисала с номера с цифрой «три».
Колдунья быстрым шагом покинула второй этаж. Она не надеялась поймать того, кто бросил в нее тряпки. Девушка больше всего хотела оказаться в безопасности. На первом этаже находилась только хозяйка, которая все так же раскачивалась в кресле-качалке. С первого взгляда казалось, что все осталось на своих местах. Но это не так. Со стола исчезла стопка блинов, осталась только пустая тарелка, а под одной чашкой были следы от пролитого чая.
Хоптоад еще немного побродила по первому этажу и решила поговорить со Златославой. Как и предполагалось, диалог получился долгим. Хозяйка когда-то давно была травницей при дворе короля. Это почетная должность, благодаря которой колдунья всегда оставалась сытой и в тепле. За ее услуги никогда не платили монетами, считалось, что такой способ благодарности мог развеять все волшебство. Но времена изменились, к власти пришел внук, который пытался сделать королевство продвинутым. И на место травников пришли другие люди, а любой род магии стал ересью и вне закона. Златослава не стала дожидаться еще худших времен. Она ушла на поиски лучшей жизни, даже примерно знала куда идти. Это все, что рассказала хозяйка о своей жизни. Чтобы узнать больше, надо войти в доверие. Дальше колдунья рассказала несколько забавных и грустных историй из жизни. Хоптоад слушала краем уха, из-за чего она наугад выбрала вариант ответа, который не понравился собеседнику.