Любовь в 11 метрах

Глава 6.

Работа в клубе проходила довольно спокойно. Правда отец говорил, что это пока не начался активный сезон. В августе стартуют игры английской премьер-лиги, а с октября Кубок Лиги. Я внимательно слушала отца и Кира, старалась быстро запоминать информацию, делала себе много заметок в телефоне, чтоб поменьше задавать глупых вопросов.

Я старалась не вспоминать своего бывшего. Хотя… кому я вру? Я каждый день захожу на его странички и проверяю, не появились ли новые фото. Не то что бы я сталкер… Вовсе нет. Но я считаю, что у любой пары после хренового расставания начинается игра под названием: «У кого лучше».

В один из дней я вышла на тренировочную площадку с утра, где уже разминалась часть игроков. Увидев меня, ребята улыбнулись и продолжили дальше свои упражнения. Я подошла к скамейкам и перед тем, как сесть, достала телефон, чтоб сделать пару фотографий.

– Привет! – раздалось позади меня.

Я вздрогнула от неожиданности и чуть не уронила телефон, но мужские руки поймали его и подали мне обратно. Я посмотрела на руки, слегка задержав взгляд. Длинные пальцы, чистые и аккуратно подстриженные ногти – я считаю, это очень важно – широкие ладони. Руки Доминика де Костера как будто были созданы для рекламы дорогих часов. Ну или просто для пускания слюней.

– Не хотел тебя пугать, – произнес он. – Держи.

– Хорошо, что рядом нет поломоечной машины, которая его засосет, – пошутила я и забрала телефон.

– Это точно. Фотографируешь?

– Да, хотела на страничку выложить к себе. – Я заправила светлые пряди волос за ухо и пожала плечом. – Считаешь это глупым?

– Нет, – покачал он головой. – Просто интересно, почему ты это делаешь. Ты не похожа на обычную футбольную фанатку.

– Так и есть, – ответила я, не став раскрывать тему дальше. Не стоит игроку в начале общения заявлять, что то, чем он занимается – полная чушь. – Но кадр красивый.

– Любишь делать красивые фотографии? – заинтересованно спросил Доминик, слишком внимательно глядя на меня.

– Люблю делиться с другими людьми.

– Чем?

– Фото… – неуверенно ответила я. – Странный вопрос. На него сложно ответить. Чем я люблю делиться…

– Простой вопрос. – Доминик пожал плечами, а затем добавил: – Ты выглядишь запутавшейся. – Его взгляд скользнул от моих глаз по лицу, шее, волосам.

– Что ты имеешь в виду? – я растерялась. Никто никогда не говорил мне такого. Я же Александра Веерман! Я всегда выгляжу уверенной в себе.

– Растерянной, будто что-то ищешь.

– Ерунда! – Я постаралась как можно шире улыбнуться, его взгляд потеплел, а щеки слегка покраснели.

Он хотел еще что-то спросить, но тренер окликнул его, и Доминик пошел на тренировку.

Спустя неделю после сдачи анализов я пришла в отсек тренажёрного зала на физиопроцедуры и чувствовала себя странно. Очень странно. Вроде серьезное место, а внизу ковер был стилизован под газон футбольного поля.

– Так комфортно? – спросила миссис Хендерсон, глядя на меня.

– Да, кажется.

Мне прописали курс физиотерапии: ионофорез12 и занятия с аппаратом Артрамот. Аппарат выглядел как какое-то недоразумение. Я лежала на кушетке, мою ногу присоединили ремешками к металлическим рейкам, а стопа упиралась в регулируемую подставку, если можно так назвать. Это как костыли от колена до пальцев, или как клетка.

Миссис Хендерсон сообщила, что задача аппарата создавать автоматическое сгибание колена под небольшим градусом. А еще она сказала, что в остальное время я пока буду ходить в тугих бинтах, чтоб не было слишком большой нагрузки на ногу, и чтоб в обычной жизни я не геройствовала и не пыталась проверить, как сильно я могу сгибать колено.

Посмотрев анализы, она также выписала какие-то уколы, таблетки. В этом я не разбиралась и просто завела себе напоминания на телефоне, чтоб по расписанию все принимать.

Спустя час миссис Хендерсон принесла другой аппарат, прикрепила тканевые пласты, от которых шли провода, к ноге и стала запускать небольшие импульсы тока. Немного было щекотно, но я спокойно сидела.

Только когда процедуры были окончены, я взяла телефон и открыла сообщения.

Отец написал, что ждет меня и Кира на важный разговор. Я догадывалась, что он хочет обсудить. На прошлой неделе я нашла четырех футболистов, у которых заканчивался контракт в январе. Двоих мы готовы были отпустить со спокойной душой, учитывая, что они были изначально в аренде, а не куплены. Еще один согласился продлить контракт, а вот один… отказался. Конечно сейчас еще конец июля, и все может измениться. Но действовать необходимо уже сейчас.

Когда я вошла в кабинет папы, то столкнулась с его напряженным взглядом. Конец света, что ли, наступил? Он увидел меня и немного выдохнул.

– Как дела? – спросил он.

– Нормально, лечусь. Ждем Кира, да?

– Да, – кивнул он, глядя на стакан в моей руке. – Тебе надо принести свою кружку.

– Мне и так комфортно, – процедила я сквозь зубы.

Почему всем хочется привязать меня к месту этой кружкой? Хотя, возможно, я слишком остро реагирую. Впрочем, я могу остро реагировать. Мне всего девятнадцать. Ну вот… я неделю назад говорила маме, что я совсем взрослая. И что я делаю? Сижу и шиплю внутри на отца, как какой-то дикий кот!

Мой взгляд остановился на фигурке этого самого животного, которое стоит у отца и является маскотом13 и прозвищем команды «Норсвуд». И я захотела еще сильнее зашипеть. Сначала меня преследовал зеленый, а теперь это. А может это все навязчивые мысли, и мне нужно сходить к психологу.

– Добрый день! – раздался голос у дверей. В кабинет зашел Кир Попадопулус, старший ассистент моего отца.

Я посмотрела на Кира и улыбнулась. Но улыбка потухла, когда я увидела, что его взгляд так же напряжен, как и у моего отца.

– Почему он не согласился? – задал вопрос Пападопулус.

– Потому что его зовет к себе «Арсенал», – устало ответил мой отец.

Речь шла о Камилло Каррера, атакующем полузащитнике, итальянце, красавчике – я успела это оценить за пару раз, что встречалась с ним в коридоре, – и игроке, который не хочет продлевать контракт. А значит является проблемой моего отца, что автоматически делает его моей проблемой и проблемой Кира. И хотя мне безразлично, что тут происходит, общее настроение мне передается.

Ах, да. Не проблема, а труднорешаемый кейс. Тут какая-то мода заменять слова, описывающие реальную суть вещей на более модные. Наверное, это из-за популярных книжек по менеджменту.

– Я отправила резюме кандидатов, подходящих на роль скаутов в отдел, – сказала я, чтоб хоть как-то разрядить эту обстановку. – Жаль, что футболисты не размещают свои резюме на таких порталах. Было бы проще. Кто-то пытался создать такой сайт, может дать тех.задание разработчикам?

Кир ухмыльнулся. Он не знает, что я хочу сморщить нос от всего, что связано с футболом, но он за неделю привык к моей иронии. Папа никак не ответил на мою шутку.

– Он же понимает, что первое время будет сидеть большую часть времени на скамейке запасных? – задал риторически вопрос Кир.

– Конечно, – отец кивнул.

– И все равно хочет уйти несмотря на то, что у нас он показывает себя во всей красе?

– Да, я говорил с ним. Дважды. Сказал, что не буду давить, дам ему еще время. Но на следующей неделе с ним поговорит Умар. Кто, как не капитан может повлиять на него.

– А есть еще варианты, кого поставить на его место?

– Чтоб так виртуозно играли? Нет, – покачал головой Кир. – Будем искать.

– У нас же есть запасные! – воскликнула я.

– Они не годятся, нам нужно найти кого-то с такими же умениями.

– А если кому-нибудь поменять позицию? – сказала я и поразилась самой себе. Ну вот, неделя, а я уже бодро участвую в обсуждениях.

– Сложно взять и просто изменить позицию игроку. Когда мы набирали игроков на сезон, мы вообще не предполагали, что нам придется искать атакующего полузащитника. Каррера не собирался уходить.

– Но «Арсенал» выплыл нежданно, – ответил отец, а потом тихо, сквозь зубы выругался. После этого он нервно покосился на меня, и я коварно улыбнулась. Да-да, я все слышала, господин отец года.

– На следующей неделе мы играем с «Атлетик Бильбао» дружеский матч, – сказал Кир. – Надо обсудить с тренерами и попробовать на них сменить тактику.

– Это возможно? – спросила я.

– Обсудим с Ричардсоном как с главным тренером.

Мы закончили наши обсуждения, мне дали еще заданий, а затем отец поинтересовался, как мое лечение. Я рассказала ему без деталей и выскользнула его кабинета. Ноги сами повели меня в библиотеку.

Чтоб добраться до библиотеки, нужно пройти через коридор истории. Это место, где висят фотографии выдающихся футболистов за всю историю «Норсвуда», медали, кубки и прочая чепуха.

И тут я как раз столкнулась в коридоре с тем самым Камилло, которому был посвящен разговор, а также с Итаном Гринфилдом, центровым полузащитником лет тридцати пяти на вид.

– Привет, – подмигнул мне Камилло.

В ухе блестело золотое колечко, а взгляд был такой наглый, что он походил больше на цыгана, сбежавшего из табора, чем на итальянца. Да, он красавчик, и я даже приметила его себе для исполнения плана под названием «Утри нос бывшему и запости пару фоток с красавчиком». Но его наглость намекала на то, что я сама же потом пожалею об этом. Но Камилло все время на меня смотрит жадным взглядом, хотя я уверена, он на всех симпатичных девчонок так смотрит.

Итан Гринфилд ухмыльнулся при виде меня, но я за неделю и несколько пересечений уже уяснила, что это лишь бравада. На самом деле он вежливый и не придурок, хотя я иногда сомневаюсь в его умственных способностях.

А Камилло… раздражает. А еще потому что я видела, как он поддразнивал Доминика на площадке, но тот, кажется, жестко ему ответил, потому что даже из окна я увидела круглые глаза Каррера.

А почему я беспокоюсь, что он что-то говорил Доминику? Я не лезу в разборки футболистов, это не мои проблемы.

– Привет, мальчики, – я расплылась в улыбке, которая работает безотказно на всех.

– Мяу, – ехидно ответил Итан. Да, шутка «Мяу» запомнилась.

– Очень смешно. Вдохновляетесь подвигами прошлого? – кивнула я в сторону кубков.

– Да, вот, толкуем кое о чем, – сказал Итан.

– А ты тоже пришла вдохновиться? – спросил Камилло.

– Нет, пришла посмотреть на красавчиков, которые тут играли, – я обвела рукой фотографии на стенах.

– Если хочешь увидеть красавчика, приходи на тренировки, – опять подмигнул Камилло, а Итан закатил глаза, что не укрылось от глаз первого. – Чего?

– Сандра – дочь Веермана, будь повежливее.

– Прошу прощения, синьорина.

Кажется, он флиртует со мной…

– Может быть загляну, – улыбнулась снова я. – Автограф, правда, просить не буду.

– Конечно, у твоего отца есть, наверняка, подписи чуваков покруче.

– Но возможно, мы сделаем фото, – я дернула слегка плечом и склонила голову на бок.

– Хоть сейчас!

Я была уверена, что Камилло добавит «кошечка» или еще какое-нибудь глупое слово, но его пихнул в плечо Итан. Я по глазам увидела, что он хотел бы тоже подкатить ко мне, но я немного не его поколения. Он смотрел «Сверхъестественное», а я «Эйфорию».

– Кам… – прошипел Итан. – Идем, мы обедать хотели.

– До встречи! – я помахала им и зашла в библиотеку.

Доминик поднял на меня взгляд, в его глазах что-то на долю секунды вспыхнуло, но он тут же опустил взгляд в книгу, а на щеках появился румянец. Он стесняется того, что читает?

– О, ты прочитала что-то и пришла за новой рекомендацией?

– Можно и так сказать, – ответила я и посмотрела на него. В его руках та же книга, я угадала это по цвету обложки, но все еще не могла разглядеть названия. – Расскажешь, что читаешь?

– Нет, – ответил он, отчего я ощутила легкую обиду.

– Ладно. – Надеюсь мой голос прозвучал спокойно и равнодушно.

– Так что ты прочитала? Про драконов или фейри?

– Про фейри.

Я развернулась лицом к полкам и начала перебирать книги.

– А как называется? – Его голос стал мягче, я обернулась к нему со скрещенными на груди руками и подняла брови. – Я расскажу тебе, когда дочитаю, чтоб поделиться полными впечатлениями. Не обижайся… – он сделал паузу, а затем голос стал еще мягче. – Пожалуйста.

– Я не обижаюсь, а прочитала «Десятину»14. – Я развернулась к нему.

– Не слышал, – он покачал головой.

– Это книга автора Холли Блэк, у нее есть еще цикл «Воздушный народец». Но прочитала я более раннюю книгу, кажется, ее издали в 2002.

На этих словах его лицо озарила широкая улыбка и от этого глаза сузились. Доминик громко рассмеялся. Уверена, что будь мы в настоящей библиотеке, нас бы выгнали. Он отложил книжку и продолжил смеяться, а я закатила глаза и улыбнулась. Я знаю, что он сейчас скажет, и я угадываю.

– Это же еще старее, чем «Сумерки». Следующее, что ты прочтешь будет цикл, по которому сняли сериал «Дневники вампира»? Книги-то в 90-е написаны.

Я хихикнула и подошла к нему поближе.

– Я не подумала об этом, если честно.

Доминик слегка подвинулся в пуфике в сторону и посмотрел на меня. Я пожала плечами и села к нему, одновременно при этом заходя на «Goodreads».

– Смотри, – я показала ему экран телефона. – Рейтинг «Десятины» – 3,715. Это неплохо, у «Сумерек» – 3,65. А ведь они известнее.

– Ты музыку каких годов слушаешь? – вдруг неожиданно он меня спросил. – У тебя в плейлисте можно найти Джастина Бибера и Мадонну?

– Там «Queen» и «Let Zeppelin».

– О, музыка старше книжек.

– Ну-у, у меня есть Imagine Dragons еще. Это современное.

– Я знаю, не оправдывайся, бабуля.

– Эй! – Я слегка пихнула его плечом. – Меня еще никто не называл бабулей.

– А как тебя обычно зовут?

В голове всплыла синьорина от Камилло, красотка от Эдварда к фотке… и еще куча дурацких прозвищ.

– Папа зовет меня сладкоежкой, – улыбнулась я.

– Ты любишь сладкое?

– Да. – Особенно бельгийский шоколад, но об этом я решила благополучно умолчать. – А ты?

– Не очень. Разве что… обожаю вафли с джемом.

– Бельгийские вафли? – спросила я и захихикала.

Мне нравилось с ним болтать, а еще у него была довольно понятная речь. Есть такая особенность, что понятнее всего на английском языке разговаривают НЕ англичане. Этот как раз тот случай.

– Так что прочитаешь что-нибудь поновее к следующему разу? – спросил меня Доминик, нервно теребя свои волосы и опять взлохмачивая их.

– Возможно.

Он улыбнулся, и его глаза тепло сощурились. Я оглядела его и заметила спортивную футболку на нем. Я только сейчас вспомнила, что он футболист. С ним легко забывала об этом. Моя ненависть к этому виду спорта отходила на второй план, как и стереотипы о футболистах. В библиотеке не было Александры Веерман, обиженной дочери директора футбольного клуба, и не было Доминика де Костера, футболиста «Норсвуда». Тут просто Сандра и Доминик, два человека, которые встретились в библиотеке.

– Тогда до встречи, – сказала я, вставая с пуфика.

– До встречи!

Я улыбнулась на прощание и дошла до пиар-отдела, забрала бумаги и отнесла отцу. Выглянув в окно, я увидела, что на поле начиналась еще одна тренировка, и сделала фото игроков из окна.

«Норсвуд готовится к сезону» – подписала и разместила на своей страничке. Посыпались лайки. А я ощутила какое-то странное ощущение внутри себя, которому не могла дать названия.

Тут же появились уведомления в чате с Эвой и Лотте. Они вчера вернулись из похода, и я уже успела поделиться с ними своей глупой идеей запостить пару фоток с красавчиками. Эва была против, а Лотте поддержала.

Лотте: «Я не поняла, почему так далеко? И почему они не с голым торсом?»

Эва: «Сандра…»

Советы Эвы всегда были в духе моей мамы или диснеевского мультфильма: отпусти и забудь.

Я отправила смайлик с высунутым языком и вернулась за свой рабочий стол.

– Ты еще не ходила в «Старбакс»? – спросил меня отец, который, судя по всему, заметил меня только тогда, когда я уже собиралась уходить из его кабинета.

– Нет, – ответила я и вернулась за свой стол.

– Не переживай, скоро чай полюбишь!

– Ага, и сфотографируюсь на фоне Биг-бэна. Что дальше?

– Не знаю, но на следующей неделе на матче против «Аттелик Бильбао» я жду, что увижу тебя в фирменном шарфике «Норсвуда».

– Может мне еще кричать: «Дикие коты, вперед»?

– Ну, нет. На осуществление этой задачи я дам тебе пару месяцев.

– О, да. А потом, когда я уеду, я буду включать трансляции матчей или даже ходить в пабы.

– Ну нет. В чудеса я не верю, – усмехнулся отец с иронией. – Я пошел к аналитикам, а ты посмотри письма скаутов, выдели те, которые на твой взгляд с самыми здравыми рассуждениями.

– Есть, босс!

– Не паясничай! – пожурил он меня не всерьез.

Отец ушел, а я осталась выполнять рабочие задачи, периодически поглядывая на свой стакан с водой и мечтая о кофе с корицей.

Глава 7.

– Ну как я вам?

Я отошла от телефона, встала на середину комнаты и покрутилась. Мы устроили видеосозвон с Эвой и Лотте утром прямо перед тем, как я собиралась отправиться на матч «Норсвуд» против «Атлетик Бильбао».

– Подожди-подожди, покажи обувь, – попросила Лотте.

Я усмехнулась и задрала здоровую ногу, демонстрируя розовые кроссовки. Я решила, что они классно будут смотреться с розовым свитшотом и зеленым шарфиком. Кто-то говорит, что зеленый и розовый – ужасное сочетание. Но я считаю, что это круто.

– Отпад! – У Лотте высокий голос, и она всегда старается говорить ниже, чтоб не срываться на писк. А когда она смеется, то ее каштановые кудряшки до плеч смешно трясутся.

Мы познакомились с ней в старшей школе, когда она переехала с родителями в Амстердам из Аудеватера. К тому моменту мы с Эвой уже знали друг друга, как говорится, всю жизнь, а если быть точнее, то с садика. Но Лотте проникла в наш дуэт, преобразовав его в трио.

Эва – спокойная, рассудительная. Иногда мне кажется, что они двое – две полярные части меня. Просто та часть, что ближе к Эве, проявляется реже. Обычно я громче, веселее, и именно я и Лотте предлагаем развлечения, за которые нам стыдно. Но Эва хорошо справляется с ролью голоса разума, виртуозно, можно сказать. Мы даже пару раз называли ее «мамочка».

– Как ты себя ощущаешь в этом? – Эва указала на шею, и я понимаю, что речь идет о зеленом шарфике с символикой «Норсвуд».

– Как на свалке? – выпалила Лотте и начала хихикать. Эва улыбнулась и закатила глаза.

– Да-да, как уличный кот.

– Дикий, – усмехнулась Эва, которая уже выучила все, что произошло в моей жизни, о чем я писала в чате, пока они были в походе, и при любом удобном случае пародирует моего отца. – Время, девочки! Сандре скоро выходить.

И именно в этот момент я услышала, что снизу прокричал отец, чтоб я выходила.

– Все, пока! – я отправила воздушный поцелуй в камеру.

– Согласись уже на свидание! – крикнула Лотте.

Я показала ей средний палец и выключила камеру. Речь шла о Камилло. Мы уже пару раз пересекались в коридорах и непринужденно болтали, я даже сделала одну фотку. Он успел позвать меня на свидание, но я отказала.

Мне не особо он нравился, если честно. Хотя сначала я решила, что он довольно симпатичный. Камилло – веселый парень. Но больше про него нечего сказать. План утереть нос Стефану не казался стоящим того. Лотте была расстроена, а Эва говорила, что я правильно поступаю, не поддаваясь на провокации.

А еще я немного рассказала о Доминике. С ним мне нравилось общаться. Он умный, даже по меркам обычных людей, а не только футболистов. Эва предположила, что мне нравится Доминик. Но я считаю, что это несусветная глупость. Ну разве я могу влюбиться в футболиста? Ну нет. У меня прививка от них.

– Не забудь кричать и хлопать, – выдернул отец меня из моих мыслей, когда мы приехали к «Хай Форест», домашнему стадиону команды «Норсвуд». – Шарфик тебе идет.

Я медленно подняла на папу взгляд, надеясь, что он передает мой посыл: «Убивать!»

– Вот! Отличный взгляд, так смотри на игроков другой команды.

– Я думала, у вас не агрессивная политика, – сказала я закрывая дверь машины.

– Тебе разрешается.

– Ну, это «Дикие коты», а я буду дикой кошечкой.

Он поморщился от моих слов, лицо стало совсем кислым.

– Не очень хочется слышать подобное от своей дочери.

Я рассмеялась и похлопала по плечу.

Стадион был забит болельщиками «Норсвуда». Игроки размялись и как раз заходили в раздевалку для напутственных слов от их тренеров.

Маскот в костюме дикого лесного кота бегал и поднимал руки вверх. Я знаю, что это не просто символ команды. Это еще и привлечение внимания к проблеме исчезновения диких кошек, они по всему миру на грани вымирания. И знаю, что часть дохода клуб жертвует Лондонскому зоопарку, который занимается восстановлением популяции.

Это я уважаю. Хоть что-то полезное от спорта и кучи денег, что вращаются в этих кругах.

Мы прошли в вип-ложу, где разместилась администрация клуба. Отец отлучился вниз к команде, сказать напутственные слова вместе с тренерами. Я сидела недалеко от мужчины пятидесяти лет. Я присмотрелась получше и узнала в нем Лиама Джонсона, президента футбольного клуба. Он заметил мой взгляд и повернулся ко мне, а затем увидел мой шарфик.

– Надо срочно сказать Вилему, что тебе еще нужен свитшот, – сказал он.

– Оу. – Мои щеки порозовели, и я не знала, что ему ответить.

– Или ты за «Аякс»16, а тут по работе? – усмехнулся он.

– Нет-нет, я не за «Аякс». Я вообще долгое время была далека от футбола, – сказала я аккуратно.

– О! Это же отлично! – на лице мистера Джонсона расцвела радость.

– Почему?

– Значит ты навсегда за «Норсвуд».

Не знаю, почему он так решил. Но президент клуба уже отвернулся и смотрел на поле, куда стали выходить игроки. В его глазах загорелось неподдельное счастье и гордость, что я отчего-то тоже глупо улыбнулась.

Я уверена, что все дело в стадионе и окружающих людях. Когда ты в толпе, которая скандирует и болеет, ты не можешь не проникнуться этой энергией. Мне стало очень тепло, я ощутила, как кровь прилила к щекам, а еще, что я глупо улыбалась.

– Порядок? – спросил только что подошедший отец.

– Да.

– Ты что, выпила? – задал он вопрос осмотрев меня цепким взглядом.

– Нет. С чего ты взял?

– Показалось.

Заиграл гимн нашей команды, мы встали, чтоб его послушать. Так как «Атлетик» тут в гостях, то гимна их клуба не играло.

Мы сели, капитаны обменялись рукопожатиями между собой и с судьями, а затем игра началась. Я смотрела на «Норсвуд» в темно-зеленой форме и «Атлетик Бильбао» в бело-красную полоску и… ничего не понимала.

Мяч стали передавать очень быстро, я еле успевала за ним следить. Я хотела сосредоточиться на тех, кого знаю и первым делом попыталась найти Доминика, но поняла, что его нет на поле.