Сквозь врата в параллели

Сестры, наблюдавшие за этой сценой, лишь покачали головами. Степа был неисправим. Но, он им нравился таким. Жизнерадостный, энергичный и задиристый. Его улыбка заставляла улыбнуться в ответ.

Усевшись за стол, Варя обратилась к Владу:

– Ты что, опять не спал?

– Спал, – хрипло ответил парень, прокашлявшись. – Но чувствую себя, будто марафон пробежал.

– Тебя что-то тревожит? – продолжала беспокоиться, за друга Варя.

– Лунатизм его беспокоит, – раздался за спиной Вари голос Стёпы. – Вообще, как так можно? Глаза открыты, ходит-бродит по комнате. – Раздражённо закончил свою тираду брюнет, усаживаясь рядом с Соней. – О, булочка! – увидев у Сони в руках лакомство, он бесцеремонно забрал его и целиком сунул в рот.

Соня хотела возмутиться, но, увидев выражение лица Степы, рассмеялась. Булочка растянула ему щёки и рот, делая его похожим на бурундука. Сестры тоже не сдержали смех. А Влад лишь покачал головой, но, вспомнив про обвинения друга, решил оправдаться:

– Я не ходил никуда! Я спал!

– Эфофыфаффуфаеф, – с набитым ртом пытался что-то сказать Степа, за что получил от Ники подзатыльник. – Фафо?

– Прожуй, потом говори! – буркнула девушка, вновь замахиваясь.

– А ты никогда раньше не лунатил? – спросила Соня у друга, потягивая горячий чай.

Влад отвёл взгляд. Было видно, что он не хочет отвечать.

– Лунатил – лунатил! – наконец прожевав булочку, поддакнул Степа. – Такие просто не помнят об этом. Не переживай, дружище. Мы будем рядом, если что!

Влад одарил друга убийственным взглядом. Но тот лишь продолжал веселиться:

– Ну вот, я же говорил – лунатики! Как можно так?!

– Может, это просто фаза луны? Влад, ты же не оборотень, случайно? – с наигранным страхом спросила Соня.

– Если бы! – невесело усмехнулся друг. –Тогда бы я хотя бы объяснил, куда хожу по ночам. – тяжело вздохнув, он залпом допил свой напиток и встал из-за стола. – Вы идёте? – посмотрев на часы, спросил он.

Друзья быстро закончили с завтраком и направились на выход. Сегодня день обещал быть интересным.

Степа всю дорогу до аудитории рассказывал, как наблюдал за Владом. Что он встал около трёх часов ночи, вышел из комнаты в три часа, а вернулся в четыре. И как он переживал за друга, которого не было в комнате целый час. Брюнет очень просил, чтобы и сегодня Влад лег спать, а они проследят за ним. Девочки идею поддержали, а вот сам Влад наотрез отказался.

Зайдя в аудиторию, ребята подошли к своим местам. Варя увидела на своём стуле дохлую мышь. Оглядевшись по сторонам, она встретилась с взглядом Илоны. Та высокомерно смотрела на неё в ожидании истерики.

– Ну что за детский сад? – Варя подняла мышь за хвост двумя пальцами и поднесла к открытому окну. – Мышку жалко. Она то тут ни при чём. – Выкинув мышь и отряхнув руки, она обернулась к Илоне: – Неужели ты думаешь, что мыши приходят сюда ради эстетического удовольствия? Это же не музей!

Залившись краской ярости, блондинка топнула ножкой, и сжав кулаки прошипела:

– Это ещё цветочки! Дождешься ты у меня ягодок!

– Илона, – устало отозвалась Варя, не оборачиваясь. – ягодки я люблю. Я из них вкусный морс варю. Смотри, чтоб и ты не сварилась в своей желчи!

– Я всё равно найду способ заставить тебя молить о пощаде!

Варя промолчала, потому что услышала мысли Ники:

«Вот это да! Молодец, сестричка! Так держать!»

«Я и сама не знаю, от куда у меня столько храбрости. – невесело отозвалась сестра. – Это всё ваше плохое влияние на меня!»

Студенты хихикали и шептались, среди всего прочего Варя услышала: «Сивка-Бурка думала, что только она боится мышей!»; «Илонка словно в первом классе, не могла что-то интересное придумать», «А говорила, что умеет сюрпризы готовить!» …

Прозвенел звонок. Все расселись по своим местам. Степа усадил около себя Соню, а сестры и Влад сидели сзади. В кабинет вошёл мужчина. Он был не высокого роста, но в хорошей форме. На вид ему было около сорока пяти, может и пятидесяти лет. Виски тронула седина, в его голубых глазах читалась мудрость прожитых лет.

– Всем добрый вечер. – обратился к группе мужчина, – Этот час вы проведете со мной, куратором факультета, преподавателем истории и астрономии. Меня можете называть Игорь Афанасьевич, моя фамилия Алтус.

Кто-то спрятал смех в кулак.

– Я вижу, – продолжил мужчина, останавливая взгляд на парнишке, который смеялся, – Некоторые неплохо знают латынь. Да, в переводе с латыни моя фамилия означает – высокий. Но об этом позже. Сегодня у нас другая тема.

– Какая ещё тема? – возмущенно затрещали студенты. – Нам никто не говорил, что будут уроки! Нам сказали будет отбор! Да!

– Успокойтесь. – миролюбиво успокоил студентов Алтус, поднимая руку вверх ладонью, для привлечения внимания и тишины. – Отбор идёт. Если вас всех завести толпой, то вы подавите друг друга. Вас будут вызывать группами. А группы там формируют. Подождите. Группа успокоилась и зашуршала тетрадями.

Ника обрадовалась, что они всё-таки взяли на всякий случай блокноты и ручки. Некоторые, оказавшись без этого, просили у друг друга.

Внезапно девушке на парту прилетел скомканный лист бумаги. Ника удивленно осмотрелась по сторонам. Никто не смотрел на нее и не подавал виду, что записка от него. Нахмурившись, девушка потянулась к листу. Рука дрогнула. Нехорошее предчувствие сжало Нике горло. Набравшись смелости, она развернула лист. Было сложно разобрать незнакомый, неровный почерк, и некоторые слова она подобрала по смыслу. Вышло неутешительное и отнюдь не любовное послание.

«Останови своего друга. Не лезьте не в свое дело. Иначе, будет плохо. Всем.»

В низу листа стояла буква П.

Ника сглотнула подступивший к горлу ком. В ушах зазвенело, а сердце пыталось выйти из этого никчемного тела. Еще раз оглядевшись вокруг, она почувствовала, как мороз прошел по коже. Липкий и холодный пот выступил между лопаток. Она обратилась мысленно к сестре:

«Варя, только не пугайся, нам пришло письмо. Прочти и передай остальным!»

Сестра удивленно посмотрела на Нику. Та дрожащей рукой протянула ей листок.  Прочитав записку, Варя заметно побледнела. Взгляды сестер встретились.

«Может это шутка?» – с надеждой и страхом молча обратилась Варя к сестре.

«Не думаю.» – нахмурившись, Ника вновь прочитала записку. – «Остановить… Кого?»

«Может это касается Владика? Может он ночью во что-то вляпался?"

«Передай ему послание, а он пусть Степе отдаст.» – Ника пыталась взять себя в руки. Надо мыслить трезво и на холодную голову. Паника и страх пользу не принесут.

Как только Варя передала письмо Владу, дверь в кабинет открылась, и заглянула Нина Васильевна.

– Здравствуйте, ребята, – обратилась она к группе и не дождавшись ответа, обратилась к куратору, – Игорь Афанасьевич, Вас ректор вызывает, срочно.

– О, – как-то, даже радостно, произнес мужчина, – он уже вернулся! Я его завтра только ждал. Сейчас дам задание группе и пойду. – Повернувшись к группе, он сказал – найдите в учебнике данный материал и прочитайте. Приду, задам вопросы. – Развернулся и вышел вслед за деканом.

В кабинете сразу стало шумно. Пока остальные студенты веселились, Друзья, склонив друг к другу головы, обсуждали полученное письмо. Их переполняли чувства страха и тревоги. Они пытались понять, кто мог написать записку и зачем. Каждая деталь казалась важной, каждая мелочь могла привести к разгадке. В голове мелькали мысли о записке и её содержании.

– Мы должны быть начеку, – сказала Варя, нервно теребя край блузки. – Если это серьёзно, то нужно действовать осторожно.

– Да, – согласилась Ника, кусая губу. – Но сначала надо разобраться, что именно происходит. И кто стоит за этим.

– А кто же этот таинственный П.? – спросил Влад, нахмурившись.

– Не знаем, – ответила Варя. – Но это явно предупреждение. И, похоже, оно связано с твоими ночными прогулками.

– Ладно, давайте думать, – предложил Степа, взъерошив свои волосы. – Первое, что приходит в голову: кто-то следит за нами. Второе: они знают о том, что Влад лунатит. Третье: они хотят, чтобы мы прекратили копаться в чужих делах.

– Но какие дела? – недоумевала Ника. – Мы же ничего такого не делали!

– Может, это связано с теми фотографиями выпускников? – предположила Варя. – Бабушки были на той фотографии. Возможно, это как-то связано с прошлым.

Все четверо задумались, понимая, что теперь их ждёт непростая задача – выяснить, кто и зачем пытается их остановить.

– Я согласен. – обреченно произнес Влад.

– С чем? – В один голос спросили друзья.

– Я не звал тебя в жёны! – попытался разрядить обстановку Стёпа. – А ты Соня?

София лишь пихнула его локтем в бок.

– Быть наживкой. – пояснил Влад. – Сегодня я лягу спать, и если начну лунатить, то Стёпа вам позвонит и вы проследите за мной!

– Это опасно! А если с тобой что-то случится? – серьезно проговорил брюнет.

– Мне тоже это не нравится. – прошептала Ника. – Но, Влад прав. Другого выхода нет.

– Первым делом, после пар мы позвоним родителям. – предложила Варя.

Все согласились и решили составлять план после звонка.

***

(где-то в другом крыле ВУЗа):

Кабинет ректора встретил Игоря Афанасьевича тяжёлым, гнетущим воздухом. Массивный дубовый стол, за которым сидел мужчина лет шестидесяти, выглядел почти погребальным памятником. Ректор, уже седой, с глубокими морщинами на лице, встретил куратора усталым, но внимательным взглядом. Его тёплые карие глаза, несмотря на возраст, сохраняли твёрдость и опыт.

– Проходите, – устало сказал ректор, его голос прозвучал приглушённо, словно эхо в пустой комнате. – Игорь Афанасьевич, мне жаль Вас отрывать от занятий, но это срочно.

Куратор почувствовал, как напряжение в воздухе становится ощутимо плотнее. Он вступил в кабинет, стараясь сохранить внешнее спокойствие, хотя внутри уже начинало закрадываться беспокойство.

– Добрый вечер, – отозвался куратор, останавливаясь у порога. – Что случилось?

Ректор тяжело вздохнул и поднялся с кресла. Его движения выдавали боль: каждый шаг отзывался дискомфортом в спине и бедре. Прихрамывая на левую ногу, он подошёл к окну и отвернулся, глядя на улицу. С минуту длилось молчание, наполненное невидимой тяжестью.

В кабинет, нарушая тишину, вошли проректор и два декана, Нина Васильевна и молодой мужчина с огненной шевелюрой. Их шаги эхом отразились от стен, создавая ощущение присутствия дополнительной силы. Ректор кинул быстрый взгляд на вошедших и, отвернувшись к окну, спросил:

– Ну как?

– Есть с нового потока – ответила Нина Васильевна, её голос звучал уверенно, но с лёгкой ноткой беспокойства. – Их человек двадцать. Сегодня мы планировали отобрать лучших на свои места.

– Так рано? – изумился куратор, чувствуя, как тревога начинает сдавливать грудь. – Неужели всё началось раньше, чем мы рассчитывали?

– Да, – кивнул ректор, его голос звучал устало, но решительно. – Появились сообщения, но ещё не известно, откуда эта тварь появляется.

– Мы не справимся своими силами? – изумился Алтус, ощущая нарастающее напряжение. Его пальцы нервно теребили край пиджака.

– Многие на заданиях, многие отошли, – пояснил ректор, поворачиваясь к присутствующим. – Надо пополнять ряды! И это моё решение!

– Но, собирались ведь только через два года! – не унимался мужчина, пытаясь понять логику происходящего.

– Афанасич! – ласково обратилась к куратору Корсун, пытаясь смягчить обстановку. – Годом раньше, или позже… Какая разница? Если уже начинается, то и мы начнём!

– Но, они ещё не готовы! Они дети! – возразил Алтус, чувствуя ответственность за судьбу новичков. Его лицо напряглось, а голос стал резче.

– Всё! Хватит, Игорь Афанасьевич. Это – мой приказ! – ректор говорил твёрдо, но в его голосе слышалась усталость.

– Надо первым делом отобрать «путника», – вставил молодой декан, пытаясь внести ясность.

– Нет, Данил. Желательно, – вставил проректор, – их сразу вместе отобрать. Время поджимает.

– Есть у меня на примете… – задумчиво протянула Нина Васильевна, взвешивая каждое слово. – Но выводы делать слишком рано.

– Идите и займитесь отбором лучших. И желательно – потомков, – сказал ректор. Все согласно кивнули. – А сейчас, – продолжил он, – давайте составим хоть приблизительный план.

***

Когда Алтус вернулся в аудиторию, студенты уже устали от безделья и всё же вернулись к учебникам. Следом за куратором вошли Корсун и Хорин. Повисла напряженная тишина.

Сердце Ники учащенно забилось, а щёки начали предательски пылать. Когда Александр Юрьевич встретился с ней взглядом, девушка высокомерно задрала подбородок, но взгляд не отвела. От этого взгляда низ живота начало тянуть вниз. Радостное чувство накрыло ее, но она старалась оставаться холодной.  Хорин усмехнулся и не отводя взгляд обратился ко всем студентам:

– И так! Сейчас со мной пойдут … – он сделал паузу. Ника замерла в ожидании, что он назовет ее имя и они вместе пойдут, рука об руку… куда, не имело значения! Но увидев его усмешку, фыркнула и отвернулась. Прочистив горло, проректор продолжил. Назвав десять фамилий, но среди них не было фамилий друзей. – Остальные на сегодня могут быть свободны!

Поняв, что сегодня они не пойдут на отбор, Ника ощутила смесь раздражения и грусти, смешанной с усталостью. Ей хотелось быстрее узнать, что же там за отбор.

«Ну и хорошо, – размышляла девушка – зато, останется время для звонка и подготовки к ночной вылазке.»

Куратор отпустил остальных студентов отдыхать. Завтра была очередь следующих. Аудитория быстро опустела, остались лишь пятеро друзей.

– Пойдёмте в беседку! – предложил Степа друзьям.

– Нет уж, я голодная. А когда я голодная – я злая. – парировала раздраженно Ника.

– Надо обговорить детали, и позвонить. А в столовой это будет сделать трудно! – поддержал друга Влад.

– Можете идти в парк, а мы в столовую. Встретимся там. – предложила Ника.

– Как заманчиво звучит! – Степа обнял девушку за плечи.

– Степа, – скидывая руку, будто ребенку начала объяснять она. – ты очень даже ничего, но ты не в моем вкусе. Походи за Соней!

– Я тебя услышал! – но в глазах парня было столько веселья, что Ника поняла, он еще не скоро услышит.

Улыбнувшись, Ника взяла под руку сестру и подругу, направляясь в столовую.

Войдя в теплое помещение, наполненное ароматами жаркого и картофелем, Варя втянула приятные ароматы, и желудок ее громко отозвался. Девушки засмеялись.

– А кому тут так весело? – раздался сзади знакомый грубый голос Димона, прерывая общее веселье.

Варя испуганно оглянулась и инстинктивно сделала шаг назад.  Ника мгновенно среагировала, закрыв сестру своей спиной, а Соня встала рядом с Никой демонстрируя единство против общего врага.

– Соскучился за новой порцией унижения? – поинтересовалась Ника, с вызовом встречая его злой взгляд.

Димон подошёл вплотную к девушке и склонившись к ее уху холодно процедил:

– А может я соскучился по твоей нежной шейке? – его дыхание обожгло кожу девушки. Немного отстранившись, его взгляд липко скользнул по шее девушки, задержавшись на расстегнутой верхней пуговке блузки. По телу девушки прошла дрожь брезгливости.

Заметив это, Соня придвинулась ближе к подруге и взяла ее за руку, в знак поддержки.

– Не боишься? – Ника старалась не показывать страх. Хотя брезгливость и отвращение было сильнее страха.

– Чего? Ваших дружков нет поблизости. Твоя сестренка в страхе трусит за твоей спиной. – его ухмылка не обещала ничего хорошего.

– Что тебе надо от нас? – вмешалась в разговор Соня, не позволяя ему доминировать.

Димон не отводил взгляд от Ники, будто она была единственной целью его игры. Охрипшим голосом он ответил Софии:

– А как вы думаете? Я хочу победы. Полной. Над вами!

– Ха! Не боишься? – передернув плечами и вскинув голову выше, Ника  не собиралась проигрывать. Ни в чём.

– Смотри, чтоб сама потом не дрожала от страха… или может …– Димон провел шершавой ладонью по щеке девушки, та отдернула его руку. В его глазах мелькнула холодная похоть. – будешь дрожать от возбуждения, и молить чтоб я закончил?

– О, я уже умоляю, закончи этот цирк! – томно ответила Ник. Резко развернувшись, ее коса ударила Димона по лицу, оставляя на его лице красный след. Гордо расправив плечи, девушки отправились к подносам.

– Посмотрим … – донеслось им в след. С этими словами Димон и его компания, что стояла позади него, покинули столовую. Лишь его девушка задержалась в дверях, окидывая Нику презрительным взглядом.

– Фу, ну что за тип! – сетовала Ника, набирая себе еду, пытаясь унять дрожь в голосе. – Кем он себя возомнил?

– Лучшим бойцом на курсе. – вдруг раздался рядом голос Азы, словно подтверждая, что угроза реальна.

– Аза! – радостно девушки обняли соседку, будто не виделись целый год.

– Слушай! – обратилась Соня к девушке, – ты ведь с Димоном в одной группе, как у него фамилия?

Аза удивилась, но ответила:

– Мартынов, а что, понравился?

– Да нет, – задумчиво протянула Соня, почесывая длинными ногтями свой подбородок, – так, догадку решила проверить.

– Ну, если что, обращайтесь, а я побежала! – Аза послала девушкам воздушный поцелуй и помчалась на выход.

– Ты думала он П.? – поинтересовалась Варя.

– Появилась такая мысль, но, увы нет!

– Что ж, ищем дальше! – подмигнула девушкам Ника, усаживаясь за стол. У неё было ощущение, что найдут они не только П., но и приключения на свою Ж… жалкую жизнь…

Девушки быстро и молча опустошили тарелки, каждая была погружена в свои мысли. Утолив голод, они отправились в беседку, и уже на подходе услышали разговор друзей:

– Влад, кто тебе нравится из девчонок? – не боясь быть услышанным кем-то еще, спросил Степа.

– Я разве давал повод? – удивленно поднял бровь друг.

– Нет, но мало ли! Не хочу переходить тебе дорожку! – Степан явно дорожил отношениями с другом.

– Ты волен делать то, что хочешь! – хохотнул Влад, хлопая товарища по плечу.

– Спасибо, дружище!

– А нас спрашивать не собираются? – возмутилась Соня, заходя в беседку.

– Пардон! – Степан улыбнулся, и обвел подруг взглядом. – Вы свободны?

– Степ, – немного раздраженно, ответила Варя. – У нас сейчас есть другие проблемы.

– Ты права. – примирительно отозвался Степа, подмигнув Соне. – Набирай родителей скорее!