- -
- 100%
- +
– Цель – Древо! Игнорировать остальных! – где- то вдалеке прозвучал знакомый, стальной голос. Он был усилен магией, и его вибрации пронзили всё моё существо. Это был голос Кая. А значит, мы были совсем близко к центру событий. К той самой кульминации, которую я так старательно выстраивала в своём повествовании.
Я посмотрела на Маркуса. Он вел меня прямо туда. К Древу. К Каю. К Эрику и Кире. Моё сердце заколотилось с новой силой. Что, если они узнают меня? Что, если они поймут, что я тот самый Автор, который их придумал? Эта мысль была абсурдной, но страх перед ней был совершенно реален.
Мы пробрались через ещё несколько улиц, лавируя между бегущими людьми и обломками. Контраст между вчера и сегодня был чудовищным. Вчера я читала о кульминации, сегодня – жила в ней. И это было в миллиард раз страшнее, чем любой фильм ужасов.
И вот, оно. Древо Света. Могучее. Прекрасное. Но невероятно страдающее. Оно выглядело так, как я описывала в главе 33: свечение было слабым, а множество листьев валялись у корней. Оно дышало тяжело, словно огромный недужный исполин. Ветви казались изломанными, а у его корней, где когда- то собиралась золотистая пыльца счастья, теперь лежали лишь засохшие, серые цветы, превращающиеся в прах.
– Оно дышит тяжело, словно огромный недужный исполин – прошептала я, и мурашки побежали по коже. Мои собственные слова, мои мысли, произнесённые мною же ранее, ожили в воздухе, облекаясь в реальность.
– Им это не идёт на пользу. – раздался голос Маркуса прямо у моего уха. Он сидел на заборе, наблюдая за происходящим. – Оно уже обескровлено. Практически. Финальный танец.
Гул усиливался. Земля дрожала. Древо Света содрогалось. Его ветви начали ломаться с треском, не от ударов, а от внутренней перегрузки. Его оставшаяся пыльца, словно в последнем вздохе, вырвалась наружу, но это была не золотистая пыльца счастья, а серая, вялая завеса умирающей магии. Она начала поглощать саму себя. Отныне оно должно было отдать всё Каю.
Я увидела его. Кая. Он стоял у подножия Древа, высокий, могучий, его лицо выражало смесь триумфа и отвращения. Его маги, трое стариков, помолодевших от энергии Аквита, встали позади него. Из их тел начали вырываться тёмные, извивающиеся нити энергии, которые, в отличие от привычной аквитской магии, не сияли золотом, а были плотными, как смоль. Эти нити сплетались, образуя сферу вокруг посоха Кая. Каждый жест, каждое движение – всё было точно таким, каким я его описала.
Их привели. Киру и Эрика. Их притащили двое воинов. Кира, её взгляд был прикован к Древу, на её лице отражалась вся гамма эмоций – шок, ужас, отчаяние, и, возможно, какое- то смутное понимание. Она увидела Кайя, его магов. И она поняла, что сейчас произойдёт. Она поняла, что мир, который она знала, вот- вот перестанет существовать. Эрик, чьи руки были связаны, едва держался на ногах. Но его глаза – я увидела их – были сосредоточенными. И на его губах… я заметила остатки чего- то фиолетового, словно он что- то жевал. Цветы. Мои цветы. Аномальные светопоглощающие свойства. Фиолетовое мерцание. Магия. Он возвращал свою магию. Мой Эрик. Моя же придуманная деталь.
В этот момент Кира рванулась. Её глаза, полные ужаса, были прикованы к Эрику.
– Эрик! Прекрати! Останови его! – закричала она, её голос был полон отчаяния. Она ещё верила, что он был частью этого. Один из воинов Нидуса, видя её отчаянные попытки освободиться, приставил ей меч к горлу.
– Ещё шаг, и она мертва, – прорычал он. Кира замерла. Её лицо было бледным, но в глазах горел огонь. Она посмотрела на Эрика, затем на Кайя, затем на умирающее Древо. Она знала, что должна сделать. И тут мой собственный голос, мой внутренний голос, который я так тщательно описывала, когда писала эту сцену, произнёс: «Она не могла позволить ему убить Эрика. И она не могла позволить им убить всех, кто ничего не понимал».
– Убей меня! – крикнула она Каю, её голос был чистым и громким, несмотря на страх. – – Но не трогай жителей! Они не виноваты!– Кай усмехнулся.
– Твоя жертва не имеет смысла. Это не изменит исхода.
И тут появился он. Монарх Аквита, сопровождаемый Лордом Валерианом и Селиной, которая, прикрывая его, держала меч наготове.
– Стой! – крикнул Монарх, его голос был полон обречённости. – Не делай этого! Давай поговорим! Мы не знали! Мы можем найти другой путь!– Кай обратил на него тяжелый взгляд.
– Поздно, – прорычал Кай. – Ваш путь закончился. Мой путь только начинается. Вы заплатили свою цену. И вы её оплатите.
Ритуал Кая достиг своего пика. Гул усиливался. Корни Древа Света начали подниматься из земли, словно змеи, сотрясаемые невидимой силой, а затем они начали увядать, превращаясь в прах. Ветви скручивались, листья опадали, ствол трескался, издавая звуки, похожие на предсмертные хрипы. Древо Света, символ Аквита, начало медленно, мучительно увядать. Оно не горело, не взрывалось. Оно просто… истощалось. Жизнь утекала из него. Жизнь, которая так долго питалась чужой болью, теперь возвращалась к своему законному владельцу. И этот процесс был необратим. Аквит, когда- то залитый пыльцой и светом, погружался во мрак. Дома, цветы, люди – всё теряло краски, бледнело, словно из них вытягивали саму жизнь.
В этот критический момент, когда Кай собирался отдать последний приказ, Эрик сделал это. Его фиолетовая магия, накопленная за время пути, вырвалась наружу. Он организовал щит. Не вокруг Древа – нет, его силы не хватило бы. Он организовал защитный купол вокруг всей площади, вокруг оставшихся аквитцев, вокруг Монарха. Щит был невидимым, но ощутимым. Он был призван не для того, чтобы остановить ритуал, а для того, чтобы защитить людей от его последствий.
Кай почувствовал это. Я видела, как он прищурился. Ему хватило секунды, чтобы осознать. Эрик. Маг Аквита. Он обманул его. Глаза Эрика горели фиолетовым пламенем, его тело дрожало от напряжения, но он стоял, удерживая щит. Он знал, что это его последний шанс. Он не мог спасти Древо, но он мог спасти людей.
Монарх Аквита, видя, как рушится его Древо, как его мир умирает, но при этом видя, как Эрик пытается спасти его народ, поднял голову. Он посмотрел на Кайя. В его глазах не было уже ни гордости, ни гнева. Только отчаяние и боль.
– Я сдаюсь! – крикнул Монарх, его голос был сломлен. – Я сдаю город! Я сдаюсь тебе! Но обещай мне одно! Не трогай жителей! Не убивай Древо до конца! Он… он ещё может жить! Если ты пощадишь их, я сделаю всё, что ты скажешь! Отдаю тебе себя, отдам Аквит!
Кай смотрел на него. Его ритуал был практически завершён. Древо уже было обесточено. Нидус победил. Аквит пал. Но неожиданная магия Эрика, готовность Киры к самопожертвованию, и вот теперь – отчаянный крик Монарха… Это были новые переменные.
Я стояла, оцепенев. Я помнила, как писала эти строки. Помнила каждое слово. Каждое чувство. Я была там. В самом центре. И вот теперь, когда история, моя история, достигла этой кульминации, я была её не просто зрителем. Я была её частью. И Кай… он стоял, всё ещё не приняв решение. А я… я знала, что должна быть рядом.
Глава 9
На несколько бесконечных мгновений на площади воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь глухим, стонущим звуком умирающего Древа Света. Слова Монарха повисли в воздухе, словно последние, отчаянные листья осеннего дерева, что вот- вот сорвутся и упадут в бездну забвения. Кай смотрел на него. Его лицо было непроницаемым, словно высеченным из камня, глаза – тёмными провалами бездонной боли, не выражающими, казалось бы, никаких эмоций. На его пальцах ещё мерцали остаточные всполохи тёмной магии, отзвуки свершённого. Он победил. Он отыграл своё. И вот теперь перед ним – поверженный враг, предлагающий свою жизнь за жизни своих людей.
Я видела его колебания. Не на лице – нет, лицо Кая было маской. Но на его ауре, на едва заметном напряжении в его могучих плечах, на том, как его взгляд метался от Монарха к Эрику, который всё ещё стоял, удерживая свой фиолетовый щит, его тело дрожало от напряжения, но он отказывался падать. Его глаза, наполненные болью и решимостью, смотрели на Кая, словно бросая ему вызов, словно пытаясь проникнуть сквозь его броню и достучаться до чего- то глубокого внутри.
Кира. Она выдохнула. Её взгляд, полный ужаса и невыносимого осознания, был прикован к смертельному клинку, который всё ещё касался её горла. Она чувствовала холод стали, но её разум уже не принадлежал этому страху. Она смотрела на Эрика, её сознание цеплялось за каждое его движение, за каждый его вздох, словно пытаясь вдохнуть в него свои силы. Она не могла позволить ему погибнуть. Не сейчас. Не после всего, что они пережили вместе, пройдя этот путь от наивной надежды до горькой, обжигающей правды. В её глазах мелькнула решимость, которую я когда- то так старательно в неё вкладывала – решимость Рыцаря Света, готового к последней жертве, готового отдать всё во имя тех, кого любила.
– Вы это придумали, Автор. Ваш ход. – голос Маркуса, этот холодный шепот в моей голове, пронзил моё сознание, прервав мысли. Какой ход? Я не решала их судьбы. Они сами решали. Или… или это я, стоя здесь, где- то глубоко внутри себя, могла повлиять? Моя голова взорвалась от вопросов, но выбора, казалось, не было. Я должна была что- то делать. Или просто стоять и смотреть, как моя история скатывается к трагическому, бессмысленному финалу?
В этот самый момент Кай опустил руку. Его маги, ожидавшие приказа, чтобы нанести последний удар по Древу, замерли, словно статуи, наблюдающие за волей своего повелителя.
– Твой мир разрушен. Ты сам предложил свою жизнь. – Голос Кая был низким, в нём звучало что- то, что нельзя было назвать ни жалостью, ни торжеством. – Я забираю её.– Он сделал шаг вперед, и воин Нидуса убрал меч от горла Киры, оттаскивая её в сторону. Она рухнула на колени, но тут же попыталась подняться, её взгляд был прикован к Эрику и Монарху.
Кай подошёл к Монарху Аквита. Такого развития событий, признаться, не было во внутреннем сюжете моей книги. Там Кай был беспощаден и суров. Но здесь… здесь его глаза замерли. В их глубине не было желания добить поверженного. Только констатация факта. Он протянул руку, его пальцы коснулись лба Монарха. И слабый, но яркий луч чёрной, как сама бездна, энергии вырвался из пальцев Кая и поглотил сущность Монарха Аквита. Он просто исчез, рассыпавшись в прах, который мгновенно развеял ветер. Без крови, без криков. Беззвучно.
Аквитцы, которые смотрели на это со своих мест, издали коллективный стон ужаса. Их Монарх. Исчез. Всё, что было после этого, произошло в долю секунды.
Кай, завершив ритуал, обернулся к Эрику. Я чувствовала нарастающее напряжение в воздухе. Кай не терпел, когда ему мешали. И Эрик, бросивший ему вызов прямо перед носом, посмевший создать защитный барьер, должен был заплатить.
– Теперь ты, маг. Довольно твоего сопротивления. – Голос Кая был холоден, как утреннее дыхание Нидуса. Но Эрик не дрогнул. Его фиолетовый щит держался, защищая аквитцев. Он понимал, что его время истекает. Подняв голову, он взглянул Каю прямо в глаза. В его собственных глазах полыхало такое пламя решимости, такой силы духа, что даже я, зная его судьбу, не могла не восхититься.
– Я не сопротивляюсь, Монарх, – произнес Эрик, его голос был хриплым от напряжения, но ясным. – Я защищаю. То, что осталось. И то, что можно спасти.
Эти слова, кажется, задели Кая. Я видела, как он на мгновение замер. Этот ответ был нетипичным. Он не молил о пощаде. Он констатировал факт. И в этот момент Маркус, который всё это время сидел на ближайшей лавке, наблюдая за драмой, тихонько спрыгнул на землю. Я заметила, как он подскочил к Каю, едва ли заметно, и его передняя лапа, казалось, лишь слегка коснулась сапога своего хозяина. Словно лёгкий, неощутимый толчок.
Кай отвёл взгляд от Эрика. Его глаза упали на Киру. Она стояла на коленях, но её взгляд был устремлён на Эрика, словно пытаясь защитить его спину, словно она пыталась разделить его муку. И я видела, как Кай заметил это. Эти слова, которые я когда- то так легкомысленно бросила на листок: «Их отношения, наполненные недопониманием и болью, стали стержнем этой истории». Кай, казалось, увидел это. Он увидел не просто двух аквитцев, а связующую нить, которую я так старательно вплетала в их судьбы.
– Щит… – прорычал Кай. – Ты можешь держать его столько, сколько захочешь. Я взял то, что пришёл взять.– Он повернулся к своим магам. – Достаточно. Нам больше не нужны их жизни.– Он сделал паузу, его голос прозвучал так, что его услышал весь Аквит. – Жителям Аквита предписывается сложить оружие. Отныне этот город принадлежит Нидусу. Переделаем его по нашим правилам. А те, кто сопротивляются… будут наказаны. Но не сейчас. Не сегодня.
Он дал отбой. Его маги опустили руки. Эрик, казалось, потерял последние силы. Его щит, мерцая, окончательно погас, и он рухнул на колени. Кира тут же бросилась к нему, подхватывая его. Она плакала, прижимая его дрожащее тело к себе. Они были живы. Обоих спасли. Не знаю, что это было – моё влияние как Автора, или какой- то внутренний триггер в сюжете, или… лёгкий толчок Маркуса. Но они были живы. Мои герои.
Воины Нидуса начали брать контроль над городом. Они были усталыми, изможденными, но в их глазах горел триумф. Победа. Наконец- то. Я стояла, прижавшись к стене разрушенного здания, и наблюдала за этим. Меня никто не замечал. Я была словно невидимкой. Моё сердце билось бешено. Это было… это было так, как я написала. И в то же время, это было живым. Не книга, не слова. А судьбы.
Маркус подошёл ко мне. Он посмотрел на меня своим пристальным, слишком человеческим взглядом.
– Кульминация завершена, Автор. Теперь вы здесь. Как свидетель. Как наблюдатель. А иногда… как участник. Потому что вы ведь помните, куда вы идёте дальше? И кто тот человек, на которого вы наткнулись сразу после этого. – его голос в моей голове был полон ехидства. – Приготовьтесь. Игры только начинаются. – И он пошёл, оставляя меня стоять среди хаоса, чувствуя себя абсолютно потерянной и невидимой. Всё случилось так, как я представила…как я хотела описать в своей книге.
Но затем.
Голос Кая снова прорезал воздух.
– Рубить Древо! Снести его! Пусть его корни гниют, а его прах разлетится по ветру Нидуса! Сегодня Аквит будет стёрт навсегда!– Его слова были как удар грома. Мой мир посыпался. Зачем? Ведь победа достигнута! Я же представила, что Кай хочет переделать Аквит, а не уничтожить его дотла! Это не соответствовало сюжету!
Три могучих воина из армии Кая, казалось, ждавшие только этого приказа, бросились к уже умирающему, но всё ещё величественному стволу. Их топоры, огромные, с заточенными лезвиями, блеснули в тусклом свете. Первые удары раздались с оглушительным треском, разносясь эхом по площади, заставляя Древо содрогаться. Это было не просто дерево. Это был символ. Сердце Аквита.
В этот самый момент, когда топор одного из воинов поднялся для следующего, смертельного удара, я увидела это. Другой воин Нидуса, крепкий, с лицом, искаженным фанатизмом и ненавистью, отделился от группы. В его руке блеснул кинжал. Он не смотрел на Древо. Он смотрел на Киру. Его глаза горели безумием, жаждавшим крови. Кира всё ещё стояла на коленях, прижимая к себе Эрика, не обращая внимания ни на что, кроме него. Она была беззащитна.
– За Скорбь Нидуса! – взревел воин, и бросился к ним, его кинжал нацелен на сердце Киры. И тут я не выдержала. Что- то внутри меня оборвалось. Это была моя Кира! Мой персонаж! Она не должна была погибнуть так глупо, так бессмысленно, после всего, что пережила! Я, которая никогда не вмешивалась, которая лишь наблюдала, почувствовала ярость.
– Нет! – закричала я, и мой голос, слабый и привыкший к тишине, наполнился такой силой, такой мощью, что даже сама испугалась. – Не смей!– И я протянула к ней руки. Инстинктивно. Отчаянно. Желая защитить. Желая остановить.
В тот же самый момент топор обрушился на Древо с оглушительным скрежетом. И вокруг. В один миг. Вокруг Киры и Эрика, которые всё ещё были на земле, вспыхнул и замерцал ослепительный, золотистый щит. А затем, почти мгновенно, такой же щит возник вокруг каждого жителя Аквита на площади и даже вокруг дерева. Вокруг всех, кто был рядом. И, что было самым невероятным, самый огромный, самый яркий, самый несокрушимый щит, сотканный из чистого, сияющего золота, охватил увядающее Древо Света. Он остановил топоры. Он остановил разрушение. Он окутал его, словно последний, отчаянный оберег.
Я стояла, вытянув руки, и смотрела на это. Сила. Мощь. Они исходили из меня. Из моих рук. Из моего тела. Я чувствовала, как по венам течёт раскалённая энергия, как каждый нерв поёт от напряжения. Все замерли. Воины Нидуса, их топоры замерли в нескольких сантиметрах от золотого барьера. Аквитцы, их лица отражали смесь ужаса и удивления. Кай, его глаза расширились от шока. Эрик, его взгляд был прикован к щиту и ко мне. Кира, её лицо было бледным, но она смотрела на меня, словно видела призрака.
Я. Я сделала это. Я, Алёна. Стоя в самом центре своей собственной книги, я изменила её сюжет. Я была в шоке. Все были в шоке.
И только Маркус, сидящий на заборе, наблюдающий за всем этим действом, медленно и ехидно ухмыльнулся, его зелёные глаза сияли, отражая золотистый свет щитов.
– Вот так- то. Теперь вы – настоящий Автор. – прозвучал его мысленный голос, полный нескрываемого торжества.
Глава 10
Тишина, последовавшая за внезапным появлением золотых щитов, была оглушительной. Она была гуще, чем тишина перед бурей, тяжелее, чем молчание поверженных армий. Это была тишина шока. Шок парализовал всех: воинов Нидуса, аквитцев, моих героев – Киру и Эрика. И в центре этого безмолвия стояла я, Алёна, с вытянутыми руками, откуда, казалось, исходила эта невероятная, золотая мощь, пульсирующая светом, обернувшая собой Великое Древо и сердца аквитского народа. Моё сознание металось, пытаясь осознать произошедшее, пытаясь осмыслить это невозможное. Я. Я это сделала. Магия. Настоящая магия, которая родилась из меня, которая была моей, которой я управляла.
Первым очнулся Кай. Его лицо, до этого непроницаемое, застывшее в триумфе и злобном удовлетворении, исказилось. Ярость. Чистая, первобытная, неконтролируемая ярость, словно он был не человеком, а воплощением природной стихии. Она хлынула через площадь, словно невидимая волна, осязаемая, обжигающая, заставляющая воздух вокруг вибрировать. Его глаза, два тёмных провала, в которых до этого мерцал лишь холодный расчёт, вспыхнули зловещим, кроваво- красным огнём, словно у хищника, которому выбили из лап добычу. Он не просто злился. Он был в бешенстве. Его власть, его победа, его давно спланированная месть – месть, которую я так тщательно выстраивала, прописывая каждое его движение, каждый мотив – всё пошло прахом в один миг, из- за какой- то неведомой силы, появившейся из ниоткуда.
– Что это?! – его голос, привыкший к приказам и молчаливому подчинению, теперь был жёстким, дрожащим от ярости рыком, он больше не был голосом властелина, а скорее голосом терзаемого страданием зверя. Он больше не был властелином положения. Он был разъярённым хищником, у которого украли добычу прямо из- под носа, когда он уже готов был вонзить клыки. Он обвёл взглядом площадь, пытаясь понять источник этой внезапной, оскорбительной магии, нарушившей его триумф. Его взгляд, словно клинок, остановился на мне.
Я вздрогнула. Вся невидимость, всё чувство безопасности, на которое я так смутно надеялась, мгновенно улетучились, исчезли без следа. Его глаза буквально пронзили меня, их взгляд был столь силён, что я физически ощутила его давление. Он увидел. Он меня увидел. Ту самую, кто посмел вмешаться в его тщательно спланированный финал, в финальную сцену его трагедии. Я опустила руки, но золотые щиты никуда не исчезли, они продолжали сиять, оберегая Древо и людей, словно вечные хранители. Моё тело всё ещё горело от переполнявшей его энергии, оно вибрировало, каждая клеточка отзывалась на этот поток. Я знала, что спрятаться бесполезно. Момент моей невидимости, моей непричастности, закончился.
– Ты! – прорычал Кай, делая шаг ко мне, его сапоги тяжело ступали по камням площади. – Кто ты такая?! Откуда эта магия?!– Воины Нидуса, шокированные не меньше своего Монарха, начали приходить в себя, их доспехи тихонько зазвенели. Их взгляды, полные непонимания и ужаса, теперь были прикованы ко мне, словно я была каким- то чудовищем из небытия. Человек, который бросился к Кире с кинжалом, отшатнулся назад, его рука дрожала, а глаза расширились от неверия.
Кира и Эрик. Они медленно, словно сломленные марионетки, начали подниматься с колен. Кира смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в них читались вопросы, которые она не могла произнести, вопросы, полные надежды и страха. Эрик… Эрик был магом. Он чувствовал потоки энергии, он понимал. Его взгляд был сосредоточен на мне, в нём была смесь удивления, восхищения и… чего- то ещё. Понимания. Маги Нидуса тоже замерли, их лица были бледны, словно мертвецы. Они не могли понять эту магию. Она не была их. Она не была аквитской. Она была неведомой. Чуждой.
– Она не из Аквита, Монарх! – крикнул один из магов Кая, его голос дрожал, словно он боялся собственной тени. – Я не чувствую её энергии! Она чужая!
– Я вижу, что она чужая! – рявкнул Кай. – И я вижу, что она вмешалась! Я уничтожу её! Ты не скроешься за своим щитом!– Он поднял руку, готовясь нанести удар. Из его пальцев начал формироваться сгусток тёмной энергии – той самой, что поглотила Монарха Аквита, оставляя после себя лишь пыль. Это был его фирменный удар. Смертельный. Неотвратимый.
Паника охватила меня. От его ярости, от его уверенности в своей силе, от знания того, что это конец. Я знала, на что он способен. И я знала, что моё тело, каким бы сильным оно ни казалось, вряд ли выдержит такой удар, что оно просто рассыплется прахом, как и Монарх. Я ничего не знала о магии. Я лишь написала о ней. Я была лишь Автором, наблюдателем, а не участником. Эта мысль мелькнула в моей голове.
– Внимание, Автор, – прозвучал голос Маркуса в моей голове. Он был всё так же спокоен, но теперь в его ехидстве появились нотки назидания, призыва к действию. – Теперь они знают, где искать. И кто будет отвечать за всё.– Его голос словно подтолкнул меня. Мой взгляд метнулся к Каю. И в этот момент, глядя в его полные ярости глаза, я сделала то, что никогда не прописала бы в своей книге. Я не сбежала. Я не спряталась. Я не молила о пощаде. Я не была Кирой. Я была собой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.