Предатель. Знаю, (не) верну

Глава 6

Василиса

Я мотнула головой, не в силах ни спорить, ни говорить что-то ещё.

— Покажи. Покажи мне эту коробку.

Адиль фыркнул, словно был слегка удивлён моей настойчивостью, но не стал спорить.

Он встал из-за стола, выдохнул и направился к коридору.

— Ладно, — бросил он через плечо. — Сейчас всё покажу. Хотел ведь подарок. Сюрприз мать его.

Я поднялась и поспешила за ним, чувствуя, как сердце стучит всё быстрее. Накинув куртку поверх домашней кофты, торопливо сунула ноги в ботинки, даже не завязав шнурки.

Адиль уже застёгивал пальто, когда я догнала его в коридоре. Он выглядел немного уставшим, но больше каким-то недовольным. Или мне это снова кажется?

— Ты чего так переживаешь, моя девочка? — спросил он, слегка улыбнувшись,— Всё ведь хорошо.

Я опустила глаза, чтобы он не заметил, как меня накрывает. Слова застряли где-то в горле.

— Прости, просто… странное чувство, — тихо призналась я.

Он кивнул, положил руку мне на плечо, будто хотел успокоить.

— Всё понимаю. Если это нужно, чтобы ты была во мне уверена, достану коробку.

Мы зашли в лифт.

Когда двери закрылись, я поймала своё отражение в зеркале на стене.

На меня смотрела женщина с растрёпанными волосами, немного усталым взглядом и лицом, на котором читалась смесь сомнений и страха.

Я долго смотрела на себя, стараясь найти в отражении ту уверенную и спокойную женщину, которой была раньше.

Но её там не было. Что-то внутри меня надломилось вместе с упаковкой красного белья.

— Может, я просто ошибаюсь? — проскользнуло в мыслях и тут же ушло.

Я не знала, что думать. Это чувство… Оно пришло внезапно, с этой коробкой, с его усталостью, с тем, как странно он в последнее время улыбался.

Может, я действительно накручиваю себя? Может, это просто последствия усталости? Нашей общей усталости?

Но несмотря на эти мысли, я не могла остановиться.

Не могла не идти за ним. Меня вело какое-то внутреннее, почти интуитивное чувство, что мне нужно увидеть, убедиться.

Лифт замер на первом этаже, двери открылись, и я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить себя.

Мы вышли наружу, прохладный воздух тут же пробрался под куртку.

Я зябко поёжилась, сунула руки в карманы, пока Адиль шёл чуть впереди.

Его уверенная походка только усиливала моё замешательство.

Мы подошли к его машине, припаркованной у подъезда.

Он достал ключи, нажал на кнопку, и двери разблокировались с привычным щелчком.

Я замерла позади него, чувствуя, как меня колошматит уже не по-дестки.

— Держи, — он достал коробку и протянул ее мне, — Всё для тебя.

Я взяла ее дрожащими руками. Не соврал.

Она же, и такая же открытая уже, какой я ее оставила за стремянкой.

И вот, я стояла на холодной улице с этой коробкой, чувствуя, как все мои странные подозрения на его счет просто...

Мы вернулись домой.

Я молчала, пытаясь разобраться в своих чувствах, а Адиль, будто ничего не случилось, разулся, снял пальто и подошёл ко мне.

Он обхватил моё лицо ладонями, поцеловал в губы и, взглянув мне прямо в глаза, сказал:

— Ты можешь отдохнуть. Сходи в ванну, расслабься, полежи как следует. А я пока посижу с девочками. Выдохни, Лис, все хорошо, только вид у тебя измученный. Давай дыши, красный подчеркивает красный. И если будут красные глаза, комплект будет смотреться не так.

Я кивнула, всё ещё находясь в каком-то странном состоянии.

С подарком в руках прошла в ванную, поставила её на столик возле раковины.

В голове не было ясности, только тихий, глухой шум, который не давал сосредоточиться.

Я начала набирать воду, закинула бомбочку и пены, а пока ванная заполнялась, выглянула в коридор, услышав визг девочек.

Адиль держал их на руках, обе уже в пижамах, с растрёпанными волосами.

Они смеялись, обхватив его за шею, а он что-то им шептал. Он подбросил их немного вверх, и они аж пропищали от радости, цепляясь за него, как маленькие обезьянки.

— Ну всё, мои девчонки, на кухню! — сказал мой супруг, ловко разворачиваясь и унося их в сторону кухни.

— С папой пить чай! — закричала Лиля.

— И его любимое печенье! — добавила Диля.

Я стояла у двери ванной и смотрела, как они исчезают за углом, оставляя за собой тот еще дикий счастливый рев.

Девочки мои, как они по нему скучают. Правда скучают и так ведь радуются, когда он может уделить им хоть минутку.

Их смех, их маленькие руки, тянущиеся к нему, — всё это было таким тёплым, таким правильным.

Почему внутри меня что-то продолжало скрести, напоминать о себе?

Когда я вернулась в ванную, вода уже почти достигла нужного уровня.

Я добавила немного пены, закрыла дверь и, наконец, сбросила с себя одежду.

Когда кожа стала почти кипятком, я вытерлась полотенцем, быстро глянув на часы.

Уже ночь. В доме стояла тишина.

Девочки, скорее всего, уже спали, а Адиль, наверное, тоже отдыхал в гостиной. Или может в спальне. Меня никто не тревожил, я правда отдохнула.

И вот оно, заветное.

Я открыла коробку, наконец-то решившись.

Красное бельё выглядело ещё красивее, чем я его запомнила.

Чулки, бюстгальтер, изящный пояс. Всё это казалось таким... Страстным.

Я медленно надела его, поправляя каждую деталь. Удивлю его, так же как он удивил меня.

Но когда я достала бюстгальтер, чтобы завершить комплект, замерла. Он был… большим.

Намного больше, чем я ожидала. Просто огромный...

Минимум на три больше моего.

Я стояла перед зеркалом с этим бюстгальтером в руках, и мне словно обухом по голове.

Горло пересохло.

Мысли смешались. Я смотрела на него и не могла пошевелиться.

Стоп.

Мой муж не знает, какой у меня размер?

Глава 7

Василиса

Я смотрела на этот бюстгальтер, держа его в руках, словно он был чем-то живым, каким-то непонятным символом того, что рушило мою жизнь в пух и прах.

Но тот, в том комплекте был ведь небольшой.

Не такой... Извините меня на огромную грудь. Это сколько же надо силикона вкачать.

ЛИСА! Тише.

Размер явно был не мой.

Но коробка ведь уже была открыта раньше, и тогда всё казалось правильным, подходящим. Неужели я ошибаюсь? Неужели что-то поменялось?

Пазл не сложился. Вообще. Никак. Ни коем образом.

В голове начало пульсировать одно и то же:

«Что всё это значит?»

Адиль. Мой муж. Мой Адиль.

Он ведь сказал, что коробка для меня.

Я видела, как он улыбается, как говорит, что устал, как старается сделать всё для нашей семьи.

Но теперь… Теперь я стояла в ванной, в своей любимой и пар от кипятка, от которого я сейчас задохнусь – меньшее, что меня волнует.

Что он делает? Что скрывает? Или я просто схожу с ума? Нет. Я видела. Я знаю. Это другой комплект.

Я нервно отбросила бюстгальтер в сторону, села на край ванны и зажала голову руками.

Всё это казалось какой-то нелепицей.

Как будто он специально пытается заставить меня думать, что я чокнутая.

Или, может, я сама себя накручиваю? Но внутри всё кричало: Нет, это не просто так.

И я себе верю.

Когда я собралась с силами, прибрала все обратно в коробку, чтобы девочки не видели, вышла из ванной.

В спальне доносилось дыхание Адиля.

Он спал. Ну еще бы миленький, спишь.

Было бы нелепо если бы я вышла в этом белье, а он там храпит и слюну на подушку пускает.

Вот была бы страсть, мама родная.

— Хе-хей, муженек, вот твои трусы на пять размеров больше и презервативы xs. Не подходит? Извини. С любовником спутала.

Спал так, как будто у него не было никаких секретов, никаких сомнений, ничего, что могло бы его тревожить. Только я отдуваюсь. За всех.

Я стояла у двери спальни и смотрела на его спокойное лицо, на его раскинутые руки на мою сторону кровати. Мягко тебе. Мягко.

Но я не могла спать. Какой мне сон, когда меня в спину как будто осы покусали.

Не могла просто лечь рядом с ним и делать вид, что все ё нормально.

Придушу ведь его в порыве злости. Что-что, а чувство достоинства у меня есть. Я не терпила.

Я вернулась на кухню, включила слабый свет и, немного помедлив, взяла его телефон.

Пароль я знала — он не скрывал его.

Вводя цифры, я чувствовала, как сердце колотится всё быстрее. Найду? Не найду?

Но вутри телефона было пусто.

Никаких странных сообщений, никаких приложений, которые могли бы намекнуть на что-то подозрительное.

Всё было настолько обычным, что это только усиливало мою тревогу.

Я отложила телефон и встала.

ПК — мелькнула мысль, и я направилась в его кабинет.

Адиль никогда не запрещал мне пользоваться компьютером, но я редко туда заходила.

На экране был запрос пароля.

Я ввела его стандартный — тот же, что и на телефоне.

Экран ожил, и я быстро открыла браузер, почту, папки. Ничего. Всё чисто. Вообще все.

Даже запросов порно нет. Ничего. Инкогнито вкладка?

Не знаю. Не думаю. Девочки пароль не знают.

Я ведь видела как он пару раз смотрел. Ну ругать не стала. Может захотелось. Это ведь наверное не измена...

Не суть сейчас. Я ищу доказательство его живой любовницы, а не той, которую он никогда не увидит. Компьютерные проститутки мой лифчик не носят.

Я уже собиралась выключить его, когда заметила, что в правом верхнем углу отображался маленький значок. Там можно переключить учетную запись.

Вот оно.

Первая была стандартной, подписанной его именем.

Но вторая… Вторая была странной. Имя аккаунта выделялось: Sugar.

По-английски. Сахар.

Сахар? Сладкий? Что это за «сахар»?

Я застыла, чувствуя, как во мне нарастает странная смесь страха и гнева.

Что ещё за сахар? Что это значит?

Я сидела перед экраном, уставившись на это слово, и не могла заставить себя нажать, чтобы войти.

Вместо этого я просто смотрела на экран, и внутри меня разгорался пожар.

Что это? Кому он пишет? Для кого эта учётная запись? Почему она названа так?

Я прикрыла глаза, пытаясь успокоиться, но вместо этого мои мысли только сильнее начали сводить меня с ума.

Странно. Я попробовала ввести пароль от учётной записи «Sugar», но он не подходил.

Все варианты, которые могли прийти мне в голову, оказались бесполезны. Вообще все.

Даже день рождения его хомячка, который он купил девочкам и себе пару лет назад.

Я глубоко вздохнула, стараясь успокоить себя. Плохо получается. Паршиво. Что ты блин за сахарок-то такой? Сладенький муженек мой. И твоя сладкая тайная жизнь.

Ладно. Может, это и не то, о чём я думаю… Но что, если всё-таки?

Да сто процентов Лиса, женщины так просто ничего не чувствуют. Причина есть значит, не будь тряпкой.

Переключилась на Адильи вышла из кабинета, чувствуя, как каждый шаг становится тяжелее.

Мысли, смешанные и пугающие, не давали сосредоточиться. Единственное, что я знала точно: нужно проверить всё.

И этим займусь. Ночное расследование с мокрой головой? Да. Я такая вот. Мне нужна правда.

Накинула куртку поверх халата, на ноги натянула первые попавшиеся ботинки и взяла ключи. Дверь у нас тихо закрывается.

Никто не проснулся. Тем более, комната девочек дальше всех.

Выйдя на улицу, я вдохнула холодный воздух, пытаясь успокоить себя.

Но вместо этого только сильнее почувствовала, как внутри всё сжимается.

Сердце билось, будто в последний раз. Ух я е у задам по морде, если все мои подозрения верны. А если нет, отличный анекдот выйдет.

Я подошла к его машине, открыла дверь и села за руль.

Недавно я получила права, но всё ещё боялась водить. Скопления машин, эти развязки, светофоры — всё это казалось каким-то хаосом, который я не могла контролировать. Как мне мама говорила – не ты вьедешь, так в тебя.

Вот и засело в голове. Страшно, тем более с девочками.

Но сейчас меня это не волновало.

Я включила фонарик на телефоне и принялась осматривать бардачок.

Среди бумажек, ключей и какой-то мелочи я заметила небольшой чёрный прямоугольник, притянутый к стенке бардачка магнитной прищепкой.

Магнит. На самом верху бардачка. Магнит блять. МАГНИТ. И ЧЕХОЛ тоже с металлом, крепится за спинку и лежи себе спокойно... Просто гениально.

Второй телефон.

Я повернула его в руках, разглядывая. Дорогой. Последняя модель. Да еще чехол такой хитровытрепаный.

Кто он такой, чёрт возьми? Зачем такая сложная конструкция? Почему у него второй телефон?

Моё сердце заколотилось ещё сильнее.

Казалось, сейчас я просто не выдержу этого.

Пальцы дрожали, когда я нажала на кнопку включения.

Экран загорелся, но потребовал пароль.

Конечно. Пароль. Я даже не знала, с чего начать.

В голове шумело.

В груди стояла тяжесть, как будто весь воздух вокруг стал слишком плотным.

Я сидела в его машине, держа в руках этот телефон, и не могла поверить в то, что всё это происходит со мной.

Адиль. Мой муж. Мой человек. Кто он?

Почему у него есть то, о чём я ничего не знаю?

Почему это телефон… с магнитной прищёлкой, с таким странным чехлом?

Я хоть что-то знаю по-настоящему о человеке, от которого родила детей?

Глава 8

Василиса

Так и сидела я в машине, держа в руках этот чертов телефон, и внутри всё пылало.

Сердце стучало в висках, мысли путались. Какой тут у тебя пароль? Какой?

Я потратила на него почти всю ночь. Глаза уже слипались от сухости, но таком адреналине, что точно не усну. Ничего страшного с организмом не произойдет, если сутки не спать, а вот сердце мое болит.

День рождения. Нашу годовщину. Его любимое число. Ничего. Абсолютно ничего.

Этот телефон оставался для меня закрытой дверью, а за ней — что-то, чего я до конца боялась узнать.

Но любопытство и желание справедливости больше.

Я возвращалась домой, когда свет на востоке начал медленно окрашивать небо.

Руки дрожали, в голове шумело.

Я всё думала: а что, если? Что, если это правда? Что, если у него есть целая жизнь, о которой я ничего не знаю? Трындец.

Вошла в дом, стараясь двигаться тихо, чтобы не разбудить Адиля.

Похрапывал в спальне с открытой дверью.

Моя грудь сжалась от боли. Он просто спит, как будто ничего не произошло.

Как будто не существует этого телефона, не существует этих учётных записей, не существует вопросов, которые разрывают меня изнутри.

Будить его? Встряхнуть за плечи и заставить объясниться?

Я могла бы. Ледяной водой бы его полила, но девочек разбудят его крики.

Могла бы потребовать ответы прямо сейчас.

Но что он мне скажет? Будет ли это правдой?

Если он и так уже льёт мне в уши, как я могу быть уверена?

Сможет ли его объяснение заткнуть эту дыру в моей душе, этот голос внутри, который кричит, что всё не так?

Не зря я чувствовала, не зря. Пусть спит. Козел.

Я стояла в дверях спальни и смотрела на него. Раскинул руки, ноги, обнял одеяло, пятка свисла с матраса.

Это только усиливало боль.

Он знал, что я переживаю, он видел мои слёзы. Но что он делает?

Спит.

Девочки. У меня есть девочки. Я выдохнула, глубоко, чтобы хоть немного прийти в себя.

У меня нет права разваливаться. Ради них. Ради себя. Я все-таки не ржавая машина, чтобы прям сейчас, даже не на ходу.

Рано утром, раньше, чем он успел проснуться, я приготовила завтрак, выпила две кружки кофе и отвезла девочек в школу.

В машине они весело болтали, смеялись, рассказывая мне про свои планы на день. Заявляли, что будут мстить Федьке из 3Б и что хотят положить ему кнопку на стул. Боже мой, мне бы их приключения.

— Главное, не вредите ему. Это плохо. На такое его поведение не нужно отвечать злобой, иначе чем вы лучше, чем он?

— Ну мама, мне вообще-то было больно,— Диля вцепилась в портфель,— а ты грустная.

— Я не грустная, все хорошо, просто смотрела ночью мелодраму. Не спалось.

— А кто нам говорит про режим?— Лиля подмигнула сестре,— раз мама его не соблюдает, значит и мы не будем.

— Так все, обезьянки, а ну без шалостей. Давайте лучше дальше про своего Федьку.

— Он не наш! — прокричали в один голос.

Я только кивнула и улыбнулась, стараясь выглядеть не такой раздавленной.

Когда я возврщалась домой, думала.

Будить его? Нет.

Если я хочу что-то узнать, мне нужно действовать иначе.

У меня оставался один вариант. Работа. Нужно пойти туда.

Адиль никогда не говорил, чтобы я не приходила в Клуб во время « не рабочего времени», но и не приглашал.

Его пространство. Его правила.

А что, если там есть что-то, что сможет мне всё объяснить? Улики, намёки, что угодно.

Честное слово, чувствую себя каким-то детективов. Но и обманутой быть не хочется.

Что-то, что докажет, что я или права, или окончательно потеряла рассудок.

Я стояла на кухне с чашкой кофе, пытаясь собраться с мыслями.

В голове была пустота и глухой шум одновременно.

Я не знала, на что надеялась.

Может быть, просто на то, что я смогу перестать себя обманывать.

Или, наоборот, узнать всё до конца.

Что бы ни ждало меня там, я знала одно: ждать больше нет смысла.

Когда такси остановилось у дома, я уже знала, что его там нет.

В окнах спальни было темно, машина Адиля исчезла с привычного места на парковке.

Сердце болезненно кольнуло, но я быстро прогнала это чувство.

Надо было собраться.

Я поднялась домой, включила свет и заметила, как пустота квартиры ударила сильнее, чем холод утреннего воздуха.

Скинув пальто, я бросила ключи на стол и прошла в ванную. Коробка была спрятана на верхней полке, словно ждала меня.

Я открыла её с каким-то необъяснимым упрямством, как будто в этот раз она должна была подтвердить его слова, доказать, что это была просто глупая ошибка.

Но нет.

Комплект всё так же выглядел: красный, кружевной, дорогой. Но размер… тот самый бюстгальтер, слишком большой для меня, лежал, словно насмешка. Издевка. Какая-то хрень.

Я подняла его, провела пальцами по ткани и почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

Это какой-то бред. Всё это.

Размер, второй телефон, учётная запись… Сахарок, будь он не ладен.

Я пыталась найти оправдания, но его нет.

Слёзы начали катиться по щекам. Он ведь никогда, никогда не давал повода, даже если так умело все скрывал, почему он прокололся на такой банальщине, как неподходящий бюст? Почему?

Я опустилась на край ванны, вжимая лицо в ладони, и дала себе несколько минут на эту слабость.

Но слёзы ничего не меняли.

Ничего не объясняли.

Это не облегчало боль, не убирало вопросов. Просто выплеск эмоций. Просто усталость, которая накопилась за ночь без сна.

А это похрапел и свалил. Обожаю такое. Даже сообщение мне не написал с утра. Ничего.

Когда я успокоилась, я глубоко вдохнула и вытерла лицо.

Так, Лиса, хватит. Надо собраться.

Его работа. Вот куда я должна пойти. Я должна выяснить, чем он там занимается, действительно ли он работает столько, сколько говорит.

Или это всё просто ширма? Но был один нюанс.

У здания офиса был пропускной режим.

Я могла бы просто сказать, что я его жена, но это могло вызвать подозрения.

Или хуже, он мог бы узнать, что я приходила.

Я вспомнила про ключ. Потайной ключ для двери с заднего входа, про который я тоже знала.

Я все-таки помогала ему когда он только начинал обустраиваться там, ходы помню, за мусорными баками, там где рядом вход на кухню.

Ключ заветный, который он всегда хранил в сейфе.

Когда-то он говорил, что это на случай форс-мажора.

Я знала, что сейф находится в его кабинете, за картиной, но код…

Я сжала губы, вспоминая цифры, которые мелькали в его разговорах. Возможно, он их не менял.

Зашла, открыла дверь и включила свет.

Картина всё ещё висела на стене. Натюрморт, яблоки, чай, груши, кружка и сахарница...

Теперь оставалось только одно: ввести код.

Пальцы задрожали, когда я начала набирать цифры.

Всё, что я могла сделать, — это надеяться, что не ошиблась.

И я не ошиблась. Деньги, ключ, паспорта.

Глава 9

Василиса

Я пробиралась через двор здания, стараясь двигаться максимально бесшумно. Мало ли кто заметит, камер тут нет.

Холодный воздух будто обжигал лицо, но я не обращала на это внимания.

Стоянка пустая, еще никого, утро ведь совсем. Только ящики и коробки у мусорки. Видимо и правда ремонт шел.

У задней двери я нащупала ключ в кармане куртки, вставила его в замок и, замерев на мгновение, повернула.

Дверь открылась с едва слышным щелчком.

Я сделала глубокий вдох, прежде чем войти. Очень глубокий вдох.

Внутри было тихо, слишком тихо.

Я оказалась на кухне, там никого не было.

Все рабочие места убраны. Еще никого нет в такую рань, да еще и в будни.

Чувствовала себя воровкой, которая пробирается в чужой дом. Но это не так. Только паршивое ощущение, которое гнать надо саной метлой.

Я прошла дальше, бродя по первому этажу.

В голове шумели вопросы. Чем он тут занимается? Что скрывает?

Почему я должна узнавать это таким образом? Черт возьми, судьба, что за игры у меня такие? Хожу, пытаюсь найти доказательство любовницы. И все, надеюсь, очень не зря.